Марина Рожкова.

Международные договоры в сфере интеллектуальной собственности (актуальный обзор многосторонних соглашений)



скачать книгу бесплатно

– Брюссельская конвенция о распространении несущих программы сигналов, передаваемых через спутники (далее – Спутниковая конвенция);

– Найробский договор об охране олимпийского символа (далее – Найробский договор);

– Вашингтонский договор об интеллектуальной собственности в отношении интегральных микросхем (пока не вступил в силу);

– Сингапурский договор о законах по товарным знакам (далее – Сингапурский договор);

– Договор ВОИС по авторскому праву (далее – ДАП);

– Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам (далее – ДИФ);

– Договор о патентном праве (далее – PLT);

– Пекинский договор по аудиовизуальным исполнениям (пока не вступил в силу);

– Марракешский договор об облегчении доступа слепых и лиц с нарушениями зрения или иными ограниченными способностями воспринимать печатную информацию к опубликованным произведениям (пока не вступил в силу).

Вторая группа международных договоров, административные функции в отношении которых выполняет ВОИС, – договоры о глобальной системе охраны – призвана обеспечить действие зарегистрированного права или поданной заявки в любом из государств-участников. Услуги, которые предоставляются ВОИС в соответствии с этими договорами, упрощают и удешевляют подачу международных заявок или регистрацию интеллектуальной собственности во всех странах, где испрашивается правовая охрана в отношении того или иного объекта интеллектуальной собственности. К этим договорам относятся:

– Мадридское соглашение о международной регистрации знаков (далее – Мадридское соглашение (международная регистрация знаков));

– Протокол к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков (далее – Мадридский протокол);

– Гаагское соглашение о международной регистрации промышленных образцов (далее – Гаагское соглашение);

– Лиссабонское соглашение об охране наименований мест происхождения и их международной регистрации (далее – Лиссабонское соглашение);

– Международная конвенция об охране прав исполнителей, изготовителей фонограмм и вещательных организаций (далее – Римская конвенция);

– Договор о патентной кооперации (далее – PCT);

– Будапештский договор о международном признании депонирования микроорганизмов для целей патентной процедуры (далее – Будапештский договор).

Третья группа международных договоров – это договоры, посредством которых создаются системы классификации, позволяющие свести воедино информацию в отношении конкретных объектов интеллектуальной собственности (изобретений, товарных знаков, промышленных образцов и т.д.), что существенно облегчает ее поиск. К этим договорам относятся:

– Ниццкое соглашение о международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – Ниццкое соглашение);

– Локарнское соглашение, устанавливающее международную классификацию промышленных образцов (далее – Локарнское соглашение);

– Cтрасбургское соглашение о международной патентной классификации (далее – Соглашение об МПК);

– Венское соглашение об учреждении Международной классификации изобразительных элементов знаков (далее – Венское соглашение).

В отношении некоторых из названных международных договоров административные функции выполняются ВОИС совместно с иными международными организациями.

Например, в отношении Римской конвенции и Конвенции о фонограммах административные функции осуществляются ВОИС совместно с Международной организацией труда (МОТ) и Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО).

Вместе с тем ВОИС осуществляет административные функции в отношении не всех международных договоров в сфере интеллектуальной собственности – эти функции в соответствующих случаях выполняют другие межправительственные организации. Так, ВТО выполняет административные функции в отношении TRIPS, в отношении Международной конвенции по охране новых сортов растений (более известной у нас как Международная конвенция по охране селекционных достижений) – Союз UPOV.

Помимо действующих международных договоров существуют договоры, которые были приняты на дипломатических конференциях, но на настоящий момент не действуют. Это, например:

– Венское соглашение об охране шрифтов и их международном депонировании (принято в Вене 12 июня 1973 г.; не вступило в силу);

– Женевский договор о международной регистрации научных открытий (принят в Женеве 3 марта 1978 г.; в 1967 г. по инициативе социалистических стран научное открытие было включено в Конвенцию в качестве одного из объектов правовой охраны; не вступил в силу);

– Договор о международной регистрации аудиовизуальных произведений (принят в Женеве 20 апреля 1989 г., был введен в действие, но на сессии Ассамблеи Союза этого Договора в 1993 г. было решено приостановить действие Договора до принятия Ассамблеей любого нового решения. В 2000 г. Ассамблея постановила, что она не будет собираться до тех пор, пока не поступит просьба о ее созыве);

– Вашингтонский договор об интеллектуальной собственности в отношении интегральных микросхем (принят в Вашингтоне 26 мая 1989 г.; не вступил в силу);

– Пекинский договор по аудиовизуальным исполнениям (принят в Пекине 24 июня 2012 г.; не вступил в силу);

– Марракешский договор об облегчении доступа слепых и лиц с нарушениями зрения или иными ограниченными способностями воспринимать печатную информацию к опубликованным произведениям (принят в Марракеше 27 июня 2013 г.; не вступил в силу).

Исходя из того, что в ВОИС входит 189 государств – участников (а, например, в составе ООН 193 государства-участника), можно заключить, что на сегодняшний день ВОИС представляет собой глобальную организацию, обеспечивающую единство подходов и создающую базис для гармонизации национального законодательства в сфере интеллектуальной собственности.

Конечно, ВОИС не является единственной международной организацией, действующей в сфере интеллектуальной собственности. В частности, ВТО также представляет собой международную организацию, занимающуюся вопросами интеллектуальной собственности. Но нельзя не замечать, что ВТО правовая охрана и защита интеллектуальной собственности интересует в связи с вопросами международной торговли, т.е. ВТО решает задачи охраны интеллектуальной собственности именно в этом ключе – это и предопределило распространение положений TRIPS на права, имеющие экономическое содержание, т.е. имущественные права; различие в подходах для развивающихся и развитых стран, о котором говорилось ранее, и проч.4646
  В развитие сказанного следует отметить, что в 1996 г. ВОИС и ВТО было заключено соглашение, в котором регламентированы механизмы правовой и технической помощи и сотрудничества между двумя этими организациями (Agreement Between the World Intellectual Property Organization and the World Trade Organization (http://www.wipo.int/treaties/ru/text.jsp?file_id=305582).


[Закрыть]

Интеллектуальная собственность в цифровую эпоху

С приходом так называемой цифровой революции (или третьей промышленной революции) основой экономического успеха компаний стала интеллектуальная собственность: например, успешная деятельность таких гигантов, как Microsoft или Intel построена на использовании именного этого значимого имущественного актива.

При этом современные информационные технологии дают возможность не только создавать новые объекты интеллектуальной собственности, но и по-новому использовать уже существующие, что стало источником доходов для недобросовестных лиц. Например, «бумажные» книги могут быть легко переведены в цифровую форму и затем без согласия правообладателя размещены на сайте электронной библиотеки либо преобразованы и вновь воспроизведены в виде бумажных экземпляров. Та же проблема обнаружилась и в отношении музыкальных произведений и фонограмм, что в свое время привело к возникновению пиратского рынка копирования и продажи компакт-дисков. Отсутствие в законодательстве упоминания подобных нарушений стало препятствием для эффективной защиты прав авторов и правообладателей.

В этих условиях стала очевидной необходимость адаптации прав интеллектуальной собственности к современным информационным технологиям, повышение эффективности защиты прав авторов и правообладателей в Интернете, в цифровой среде.

ВОИС приступила к изучению влияния Интернета на авторские и смежные права в марте 1993 г. – вскоре после завершения переговоров по TRIPS в декабре 1992 г. После того как были согласованы положения TRIPS, выяснилось, что многие касающиеся информационных технологий вопросы урегулированы очевидно недостаточно. ВОИС была разработана программа по изучению проблем интеллектуальной собственности в Интернете и других современных технологиях, целью которой стал поиск разумного использования и распространения в Интернете объектов интеллектуальной собственности – музыкальных произведений, фонограмм, литературных произведений, товарных знаков, компьютерных программ и проч. – с обеспечением защиты прав авторов и правообладателей. Ключевым в этот момент стало формирование WIPOnet и создание собственного сайта ВОИС, позволивших использовать преимущества Интернета для решения основных целей ВОИС – оказание помощи правительствам, деловым кругам и обществу в реализации преимуществ и решение проблем интеллектуальной собственности.

Под эгидой ВОИС по этим вопросам было организовано несколько международных конференций. В октябре 1995 г. в Неаполе был проведен Всемирный симпозиум ВОИС по охране результатов интеллектуального труда в информационном обществе, основные идеи которого стали базой для подготовки двух конвенций – ДАП и ДИФ, которые были приняты на Дипломатической конференции ВОИС, проведенной в ее штаб-квартире в Женеве 20 декабря 1996 г.

Целью принятия ДАП и ДИФ стала прежде всего адаптация авторского права и смежных прав к новым информационным технологиям, включая защиту прав авторов и исполнителей в Интернете.

В преамбуле ДАП прямо указывается на «глубокое влияние» развития информационных и коммуникационных технологий на создание и использование объектов авторских прав. В преамбуле к ДИФ в числе причин, вызывавших необходимость совершенствования охраны прав исполнителей и производителей фонограмм, указаны техническое развитие и «глубокое влияние» развития и сближения информационных и коммуникационных технологий на производство и использование исполнений и фонограмм.

Стимулом к разработке ДАП и ДИФ стало то, что с развитием цифровых технологий у авторов, исполнителей и производителей фонограмм появились новые возможности, которые надо было закрепить в качестве правомочий. При этом с начала 1990-х гг. правообладатели все чаще наблюдают использование их произведений, исполнений и фонограмм в Интернете, осуществляемое без выплаты им гонораров. С набирающей обороты популярностью Интернета существенно возрастает и количество нарушений прав авторов и правообладателей пиратами, что также послужило мотивом для начала работы над ДАП и ДИФ.

Обе эти конвенции – ДАП и ДИФ – часто именуют «Договоры ВОИС в области Интернета», что не совсем верно, поскольку они регламентируют не только вопросы, связанные с использованием объектов авторских и смежных прав в Интернете, но и иные вопросы, которые были недостаточно урегулированы или вовсе не урегулированы до принятия этих международных договоров. В частности, в ДАП идет речь о таких объектах авторских и смежных прав, как компьютерные программы (ст. 4) и компиляции (базы) данных (ст. 5). В свою очередь, ДИФ модернизировало и актуализировало нормы Римской конвенции путем включения прав в отношении использования аудиоисполнений в сети «Интернет».

Нельзя не заметить существование проблемы неясности определения приоритета международного договора в случае расхождения норм.

В ст. 1 ДАП указано на отсутствие какой-либо связи между какими-либо международными договорами, кроме Бернской конвенции и ДАП. Согласно этой же норме ДАП представляет собой «специальное соглашение» по смыслу ст. 20 Бернской конвенции. В ст. 1 ДИФ, определяющей его отношение к другим международным договорам и к охране авторских прав, закреплено, что положения ДИФ не изменяют и не отменяют обязательства, вытекающие из Римской конвенции или каких-либо иных международных договоров.

На основании указания в ст. 1 ДАП на него как на «специальное соглашение» по смыслу ст. 20 Бернской конвенции, а также по причине более позднего приятия ДАП его иногда рассматривают как международный договор, нормы которого имеют приоритет перед Бернской конвенцией (принцип lex specialis derogat lex generalis). Аналогичный вопрос о том, нормы какого международного договора имеют приоритет в случае расхождения, возникает применительно к ДИФ и Римской конвенции.

В соответствии с п. 2 ст. 30 Венской конвенции о праве международных договоров (о ней говорилось ранее) преимущественную силу имеют положения более позднего по времени международного договора, а также специального международного договора.

Применительно к ДАП надо отметить следующее. Венская конвенция о праве международных договоров формально неприменима к Бернской конвенции, поскольку в силу ст. 4 Венской конвенции ее положения применяются только к международным договорам, заключенным после ее вступления в силу в 1969 г.

В ст. 20 Бернской конвенции, где указывается на право государств – участников Бернской конвенции заключать иные «специальные соглашения», подчеркивается, что нормы этих соглашений не должны противоречить положениям Бернской конвенции. При этом нормы специальных соглашений могут не соответствовать правилам Бернской конвенции, только если они предоставляют авторам более широкие права по сравнению с Бернской конвенцией4747
  В частности, на основании ст. 9 ДАП исключено применение нормы Бернской конвенции, согласно которой возможно установление в национальном законодательстве сокращенного срока охраны для фотографических произведений. На этом основании для фотографических произведений не действует правило Бернской конвенции о минимальном сроке охраны в 25 лет со времени их создания, а должен применяться общий срок охраны, составляющий все время жизни автора и 50 лет после его смерти. В данном случае ДАП, несмотря на несоответствие Бернской конвенции, расширил права авторов фотографических произведений.


[Закрыть]
.

Положения Бернской конвенции в редакции 1971 г. включены в ДАП в качестве его составной части. Ратификация Бернской конвенции не является условием присоединения к ДАП. Однако в случае присоединения государства к ДАП, оно должно соблюдать положения Бернской конвенции, даже если не является участником этой Конвенции.

С учетом изложенного ДАП нельзя рассматривать как специальный международный договор в отношении Бернской конвенции по смыслу п. 2 ст. 30 Венской конвенции о праве международных договоров, нормы которого могут иметь приоритет перед Бернской конвенцией. Положения ДАП дополняют уже имеющиеся нормы Бернской конвенции, но не могут им противоречить.

Применительно к ДИФ надо отметить следующее. Несмотря на указанное отсутствие связи между ДИФ и иными международными договорами, нельзя не признать, что он полностью удовлетворяет требованиям ст. 22 Римской конвенции, поскольку предусматривает в ряде случаев предоставление исполнителям и производителям фонограмм более широкие права и не содержит противоречащих этой Конвенции положений. Следовательно, есть все основания считать ДИФ специальным соглашением по отношению к Римской конвенции, нормы которого имеют приоритет перед Римской конвенцией.

Помимо ДАП и ДИФ в число «Договоров ВОИС в области Интернета» включается и Пекинский договор по аудиовизуальным исполнениям, принятый 24 июня 2012 г. (далее – Пекинский договор), но пока не вступивший в действие (см. о нем выше). В нем закреплены такие же правовые подходы к сфере цифровых технологий, что и в этих договорах.

Причиной для разработки Пекинского договора стало то, что Римская конвенция и ДИФ обеспечили охрану в цифровой среде прав исполнителей, чьи выступления зафиксированы в звуковых записях, но не предоставили охраны правам исполнителей, выступления которых зафиксированы в аудиовизуальных записях (например, кинофильмах, телевизионных передачах, клипах и иных «движущихся изображениях»). Римская конвенция и ДИФ не предоставили охрану правам исполнителей (артистов-исполнителей) в отношении их аудиовизуальных выступлений.

Уже на стадии приятия ДАП и ДИФ на Дипломатической конференции ВОИС в Женеве в декабре 1996 г. стало ясно, что требуется охрана прав артистов-исполнителей в отношении их аудиовизуальных исполнений. Отсутствие регулирования использования в цифровой среде аудиовизуальных записей стало причиной принятия на конференции в Женеве 20 декабря 1996 г. Резолюции об аудиовизуальных исполнениях. В этой Резолюции было высказано сожаление, что в условиях технического развития ДИФ не предоставил охраны исполнителям аудиовизуальным исполнений, а также указывалось на необходимость разработки документа, который бы гарантировал адекватную охрану в цифровой среде прав аудиовизуальных исполнителей.

Изначально планировалось, что особенности аудиовизуальных исполнений будут закреплены в дополнительном протоколе к ДИФ, который должен был быть принят не позднее 1998 г. Однако в этот срок не удалось согласовать текст данного документа. В 2000 г. после длительных дискуссий было решено оформить документ об аудиовизуальных исполнениях в виде самостоятельного международного договора.

Основным инициатором разработки договора, закрепляющего права в отношении аудиовизуальных выступлений, стали неправительственные организации актеров, заинтересованные в выплате актерам вознаграждений от использования фильмов не только на традиционных носителях, но и в телекоммуникационных сетях.

Вместе с тем термином «исполнители аудиовизуальным исполнений» охватываются не только актеры, но и музыканты, танцоры и иные исполнители, чьи выступления отражены в аудиовизуальных записях (например, фильмах, клипах, телепередачах). Под аудиовизуальной записью в Пекинском договоре понимаются любые движущиеся изображения со звуком или без него, позволяющие осуществлять их восприятие, воспроизведение или сообщение с помощью соответствующего устройства (п. «b» ст. 1).

Главной целью Пекинского договора является предоставление актерам, музыкантам и другим исполнителям имущественных и неимущественных прав, аналогичных тем, которые уже закреплены для исполнителей звуковых произведений. Данный договор предоставляет этим исполнителям возможность защищать свои права от несанкционированного использования их выступлений с помощью аудиовизуальных средств (видеозапись). Пекинский договор закрепляет имущественные и неимущественные права исполнителей, во-первых, в отношении незаписанных («живых») выступлений, во-вторых, в отношении исполнений, записанных в аудиовизуальных записях (при этом термин «исполнения, записанные в аудиовизуальных записях» соответствует используемому в ДИФ выражению «исполнения, записанные на фонограммы»).

Действующие договоры

Парижская конвенция

Полное название: Парижская конвенция по охране промышленной собственности (англ. – Paris Convention applies to industrial property).

Принята: 20.03.1883 в Париже.

Российская Федерация является участником Парижской конвенции.

Пересматривалась и изменялась:

14.12.1900 в Брюсселе (Брюссельский акт – 23 участника);

02.06.1911 в Вашингтоне (Вашингтонский акт – 36 участников);

06.11.1925 в Гааге (Гаагский акт – 35 участников);

02.06.1934 в Лондоне (Лондонский акт – 46 участников);

31.10.1958 в Лиссабоне (Лиссабонский акт – 65 участников);

14.07.1967 в Стокгольме (Стокгольмский акт – 194 участника);

02.10.1979 внесены изменения.

Основные положения: 4848
  Здесь и далее при характеристике международных договоров используется в том числе и контент сайта ВОИС, что согласуется с лицензией Creative Commons / Attribution (BY) 3.0 IGO, используемой ВОИС. Тексты самих договоров приводятся по базе СПС «КонсультантПлюс» и материалам сайта ВОИС. Переводы на русский язык двух международных договоров – Договора о международной регистрации аудиовизуальных произведений и Венского соглашения об охране шрифтов и их международном депонировании, отсуствующих в базах сайта ВОИС и СПС «КонсультантПлюс», осуществлены М.В. Самарцевой специально для настоящего издания.


[Закрыть]

Парижская конвенция регулирует отношения по поводу промышленной собственности. В п. 2 ст. 1 Парижской конвенции к объектам промышленной собственности прямо отнесены изобретения, полезные модели, промышленные образцы, товарные знаки, знаки обслуживания, коммерческие обозначения4949
  В переводе на русский язык ошибочно указаны как «фирменные наименования». Подробнее см.: Защита деловой репутации в случаях ее диффамации или неправомерного использования (в сфере коммерческих отношений): науч.-практ. пособие / под общ. ред. М.А. Рожковой. М.: Статут, 2015 (СПС «КонсультантПлюс»).


[Закрыть]
и указания происхождения или наименования места происхождения товаров.

Парижская конвенция регламентирует три основные области: национальный режим, право приоритета, общие правила, касающиеся регистрации объектов промышленной собственности.

1. Парижской конвенцией закреплен принцип национального режима, означающий, что каждое государство – участник Конвенции должно предоставить такую же охрану промышленной собственности иностранных граждан, которую оно предоставляет собственным гражданам. Иными словами, в отношении охраны промышленной собственности каждое государство – участник Конвенции обязано предоставлять иностранным гражданам тот же объем охраны, какой оно предоставляет своим гражданам. Единственное условие: иностранные граждане должны иметь место жительства или реальное и действующее промышленное или торговое предприятие на территории государства – участника Конвенции.

2. Парижская конвенция устанавливает право приоритета в отношении изобретений (а также полезных моделей, в тех случаях, когда таковые предусмотрены национальным законодательством государства – участника Конвенции), товарных знаков и промышленных образцов.

Это право означает, что на основании правильно оформленной первой заявки, поданной в патентное ведомство одним из государств – участников Конвенции, заявитель в течение определенного срока5050
  12 для патентов и полезных моделей, 6 месяцев для промышленных образцов и знаков.


[Закрыть]
может испрашивать охрану в любом из остальных государств-участников. Такие последующие заявки считаются поданными в ту же дату, что и первая заявка. Иными словами, они имеют приоритет (отсюда термин «право приоритета») перед заявками, поданными другими лицами в названный период на то же изобретение, полезную модель, знак или промышленный образец другими лицами.

Право приоритета позволяет заявителю, желающему получить охрану промышленной собственности в нескольких странах, большое преимущество. Он не обязан подавать все заявки одновременно, а может воспользоваться имеющимся в его распоряжении сроком (в 6 или 12 месяцев), чтобы определиться, в каких странах он будет получать охрану.

3. Парижская конвенция закрепляет ряд общих правил, которые должны соблюдаться всеми государствами – участниками Конвенции. Среди них можно указать, например:

– патенты и свидетельства, выданные в разных государствах-участниках на одно и то же изобретение (полезную модель, товарный знак, промышленный образец и т.д.), не зависят друг от друга. Таким образом, выдача патента (свидетельства) в одном государстве не обязывает к выдаче патента в другом, и, наоборот, отказ в выдаче патента в одном государстве не влечет к отказу в выдаче в другом государстве;



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17