Марина Хробот.

Мышь Серебристая



скачать книгу бесплатно

Марина Хробот
Мышь Серебристая

Посвящается моему другу Сергею Данчинову.


Пролог

Серебристая Мышь ёрзала толстой попой по деревянному дощатому столу, мигала изумрудными глазами и вздыхала. Её большие уши, попав в солнечный свет, бьющий из окна, стали розово-прозрачными и засветились красными прожилками. Необычность ситуации её волновала. Нечасто Хозяйка звала к себе для серьезного разговора.

– Не нервничай. – Женская рука с коротко остриженными ногтями погладила Мышь по голове. – Сейчас что-нибудь придумаем.

– Че тут думать-то? – заскрипел старческий мужской голос. – Тут надоть топать в ближайшую деревню и проводить экспримент.

Мышь нервно почесала свое толстенькое пузо лапой с тонкими пальчиками. Перед нею сидел древний старик с нечесаными волосами, с небритой двухмесячной щетиной. Зато на нём красовалась старая футболка с надписью «Спартак – чемпион».

Женские пальцы дали щелбан по нечесаной мужской макушке.

– Не пугай Мышь, она еще к обычным людям не совсем привыкшая. – Женская рука погладила забавную зверушку. – Но ты, девочка моя, действительно, сосредоточься. Не стоит воровать яйца из курятников местных жителей, и вообще не показывайся никому на глаза.

Мышь покаянно вздохнула, осуждая свое недостойное поведение, а женщина продолжала стыдить:

– Две деревенские школьницы теперь бегают по лесу, хотят тебя поймать для перепродажи… Вот дуры-то… – налив кваса из крынки в свою чашку, Хозяйка вздохнула. – Учитель биологии из местной школы чуть в психушку не попал, третий месяц сидит в интернет-энциклопедиях, пытается классифицировать мышь с серебристой шкурой, размером с кошку.

Хлебнув квасу, старик погрозил лохматым пальцем Мыше.

– Лесник в том, в людском мире, обещал за твою поимку простить браконьерам потраву полей за прошлый год!

– Помолчи, Домуша… А твоя задача, Мыша, только увлечь одну женщину, которую ты узнаешь и прочувствуешь. Поняла?

Мышь активно кивнула, чуть не свалившись с края стола. Рядом с нею стояло блюдце с молоком, лежали две яркие морковки и очищенное от скорлупы яйцо. Мышь могла отказаться от чего угодно – от сыра, от грибов в сметане, даже от молодой редиски и морковки, но только не от яиц. Их она любила самозабвенно и страстно, особенно варёные.

Одним движением лапы Мышь подкатила к себе очищенное яйцо и полностью засунула его в рот, отчего её щёки раздулись, и она стала похожа на хомяка. Напротив сидящий симпатичный старик проводил исчезновение яйца завистливым взглядом.

– А я буду рядом, для консультации! – обрадовал он. – Вдруг Мышь не сможет правильно опознать нужную кандута… кондитера… туру.

– А ты будешь сидеть дома, сторожить добро и не путаться под ногами! – Голос Хозяйки габрался строгости. – Никого опознавать не надо, наш лес сам почувствует нужного человека и расступится, а Мышь проведёт…. – Одна рука добавила кваса в чашки, другая дала второй щелбан по пушистой старческой макушке. – И не лезть, экспериментатор, это женское дело.

Прихватив морковку, Мышь спрыгнула сначала на табуретку, затем на дощатый пол и, переваливаясь с боку на бок, поплелась к русской печи, за которую и спряталась, хрустя морковкой.

Старик внимательно наблюдал за нею.

– Чудесная ты Мышь. – Хлебнув кваса, он сделал умное лицо, отчего морщины на лбу собрались в параллельные изогнутые складки и лоб стал похож на старую стиральную доску. – Как ты думаешь, Хозяйка, она такая вымахала из-за волшебства или из-за генетической мутации? Вроде бы в нашей славянской мифологии такого чуда природы не отмечено.

– Сам ты мутация. – Послышался вздох, и женская рука протерла тряпкой стол. – Просто выросла зверюшка, и всё.

Ты же помнишь, я тебе рассказывала. Нашла я её позапрошлой весной в курятнике, еле живую от голода. Сама маленькая, а уши в половину тушки. И как пошла расти, как пошла! Сам видел – ела за двоих, спала за троих, вот и выросла… непонятно в кого.

– А некоторые, узнав о нашем эксприменте, будут очень злиться. – И старик хитро улыбнулся.

– А пусть та «некоторая» Кикимора сидит на своем болоте… – Женская рука сильно бросила тряпку, та шлепнулась прямо в чашку с недопитым квасом. Голос Хозяйки неожиданно стал раскатистым и громоподобным, отчего за окном зашумели кусты шиповника и смородины, а дальше, через поляну, вся опушка леса. – И не вякает!

* * *

В десятом часу вечера Москва стояла в автомобильных пробках.

Автомобиль Елены полз по Садовому со средней скоростью семь целых две десятых километра в час. До «Маяковской» оставалось километра полтора. «Лексус» двигался мимо Музея декоративного искусства на Делегатской, и Елена позавидовала безмятежному виду старинного особняка. Захотелось открыть окно и вдохнуть вечерний теплый майский воздух, но не стоило портить впечатление и пускать в машину загазованную отраву.

Радио бормотало о новостях экономики и политики, музыки на этой частоте практически не бывало. Ровный речитатив диктора перекрыл телефонный звонок.

– Алло, Елена, забыла тебя попросить… – Голос главной бухгалтерши, Лидии, резал слух. – Кстати, а ты где сейчас?

– Где я могу быть? В бане моюсь. – Елена осторожно двигалась, перестраиваясь в левый ряд. – В чём дело?

– Лена, будь добра, посмотри с самого утра отчет рекламного отдела, я не знаю – включать их в премиальные списки или нет.

– Я взяла отчет домой. – Елена сдержала зевок, на несколько секунд сняв правую руку с рычага коробки передач, затем заправила за ухо прядь коротких русых волос. – Завтра утром дам ответ.

– Сколько можно? – Лида искренне возмутилась. – Опять на работе до девяти сидела? Всё! Я заказываю два твоих фотопортрета в полный рост. В профиль и фас.

– Кого – моих? – Лена по всем правилам автовождения вписалась в разворот. – Объясняй.

– Объясняю! Повешу фотографии в твоей квартире в коридоре, на случай, если случится чудо, и ты наконец-то родишь детей. Пусть они хоть на фотографиях будут тебя видеть…

Телефон стал заливаться мелодией «Я милого узнаю по походке…».

– Лида, подожди немного, Игорь звонит. – Лена нажала на вторую линию в телефоне. – Алло, привет, дорогой.

– Привет, Леночка. Я сегодня задержусь, много дел. Приеду вечером или к утру.

– Игорь, – Лена устало зевнула. – Каждый день одно и то же. Вечер ты называешь время после одиннадцати, ночь – пять часов утра, а утро – вторая половина следующего дня. Ты привыкай называть вещи своими именами. Хорошо?

– Хорошо. – Голос Игоря привычно соглашался.

– И много не пей… – Палец Елены ткнул в панель телефона. – Алло, Лид, это Игорь предупреждал, что задержится.

– Вот-вот, и муж родной на тебя лишний раз полюбуется. Что, опять на ночь отпросился? – Голос у Лиды был в одной тональности с бензопилой отечественного производства. – Тогда, конечно, мне ещё года два не гулять на крестинах.

– Всё? Лекция по теме «мать и дитя» закончилась? Тогда отбой. И не звони мне с утра, я с утра сердитая. До завтра…

Автомобиль Лены остановился перед шлагбаумом въезда на территорию элитного дома на Патриарших Прудах.

Шлагбаум дернулся и поднялся. Вышедший охранник вытянулся, провожая автомобиль Елены почтительно-завистливым взглядом.

* * *

Войдя в тёмную квартиру, Елена, не выпуская из рук портфеля, включила свет, сняла туфли, надела тапки и, пройдя просторный холл, открыла дверь ванной. Ванная была размером с небольшое кафе.

Портфель Елена пристроила на мраморный пол рядом с джакузи и нажала на настенном пульте «набор воды».

Перед тем как раздеться, она пристроила на бортиках треугольной ванны нестандартную сетку, натянутую на деревянный каркас. В портфеле зазвонил телефон, и Елена достала мобильник.

– Алло?

– Еленочка Николаевна, это Танечка. – Бодро затараторил окающий голос сорокалетней девушки из славного города Костромы. – Я посудку помыла, полы пропылесосила, салатики ваши получила, фруктики на завтра приготовила, бельишко в химчисточку сдала. Только мне денюшка чуть пораньше нужна. А?

– Хорошо, Танечка. – Чуть нахмурившись, Елена сосредоточилась. – В воскресенье зайдешь за деньгами.

– Вот спасибочки, вот благодарствуйте. Я прямо с утра забегу.

– Не с утра…

– К вечерочку, к вечерочку… – Зачастила домработница. – До свиданьица.

Отключив телефон, Елена автоматически положила его в банный халат и разделась.

Скинув в корзину для белья одежду – всю: и легкий офисный костюм, и нижнее белье, – она взяла портфель, достала из него толстую папку с документами и с нею залезла в бурлящую воду.

Примерно через полчаса глаза Елены сомкнулись, из рук выпала папка и попала ровнехонько в сетку, которую Елена купила, «перекупав» в джакузи несколько журналов, книг и деловых документов.

Проснувшись ночью в прохладной воде, Елена вылезла из джакузи и, почти не глядя, нащупала сначала тапки на полу, а затем банный махровый халат на вешалке.

Шлепнулась в кровать прямо в халате, плашмя, лицом вниз и заснула.


Утром она проделала обратный путь в ванную и долго всматривалась в свое отражение.

– На фига я забабахала такое зеркало? – спросила себя Елена. – Только расстраиваться.

Сегодня собственное отражение не радовало, и зеркало, три метра шириной и полтора высотой, вызывало особо сильное раздражение. Все недостатки, от вертикальной морщинки на лбу и круговой складки на шее до выпирающего животика, виднеющегося в распахнувшемся халате, беспощадно выставляли себя напоказ.

Подняв полы халата, Елена повернулась к зеркалу спиной и оглядела себя сзади.

– А у них, у трансвеститов, не бывает целлюлитов…

Струя воды, пропущенная через жесткий фильтр и обогащенная кислородом, бодряще шипела из крана, напоминая о своей целительности. Взгляд Елены переместился с крохотного прыщика у носа на натуральный родосский мрамор раковины.

Взяв суперполезную зубную щетку, Лена выдавила на нее пасту, рекомендованную личным стоматологом.

Привычные действия успокаивали. Елена сосредоточилась на рабочем графике сегодняшнего дня и одновременно, взяв круглую щетку стала массировать лицо. Растерев до красноты складку на лбу. Но тут назойливо зазвонил телефон.

Он голосил, вибрировал и мигал. Стряхнув воду с руки, Лена достала телефон.

По первому же «хм» она узнала директора.

– Доброе утро, дорогой Владимир Самуэльевич.

– Леночка, у меня сегодня две важные встречи. Одна…

Не слушая директора, Лена убрала телефон обратно в карман и, не торопясь, умылась. Вытершись, Елена достала трубку и взяла из сетки на ванной документы.

– Я поняла, Владимир Самуэльевич, поняла, что вы будете к обеду.

– …и расчеты по новой площадке под склады не окончательны…

– А вот об этом, дорогой Владимир Самуэльевич, мне бы хотелось говорить только в своем кабинете.

Елена положила телефон на стеклянную полку. Телефон, попав на упаковку косметических салфеток, пробалансировал пару секунд и свалился в открытую корзину с бельем для стирки. Елена этого не заметила.

Через пятнадцать минут она смотрела телевизор на «Бизнес-канале» и, слушая экономические новости, выжала сок из двух апельсинов. Смахнула бархатной тряпочкой капли возле соковыжималки и сделала первые глотки оранжевого нектара.

Завтрак из свежего салата и пророщенной пшеницы оставили впечатление незаслуженного голода.

В спальне из шкафа, занимавшего полстены, Лена привычно выкладывала на кровать чистые трусики, бюстгальтер, строгий офисный костюм, а сверху него кинула легкую ажурную футболку.

Одевалась Елена, глядя в телевизор. Нащупав футболку, она секунды две её разглядывала, не понимая, почему та оказалась в руке. Не просто же так она выбрала именно легкий вариант? Раздумчивый взгляд Елены прошелся по кровати, по телевизору, по шторам, по окну. За окном, на ветке дерева, прозрачно зеленели нежные листочки.

– Ах да, весна. Совсем забыла.

У трюмо она ненадолго задержалась, поспешно накрасилась, надела золотые представительские часики с бриллиантами, и насадила на пальцы «презентационные» три кольца с бриллиантом, сапфиром и изумрудом.

В коридоре она целую минуту смотрела на нижнюю полку шкафа с десятком пар темных туфель, решая, какие из них надеть… Взгляд скользнул чуть вправо… Рядом со шкафом, на полу, стояли ботинки и портфель мужа.

Из-за двери гостиной послышался надсадный кашель. Елена замерла, вслушиваясь. Капризный голос Игоря вошел в затылок Лены, заставив содрогнуться.

– Лена! Поди сюда! Ленка, не сбегай, мне нужна помощь!

Решительно открыв дверь, Елена вошла в полутемную, от задвинутых штор, гостиную и остановилась.

На кожаном диване, среди скомканного постельного белья, сидел небритый Игорь и нетрезво смотрел на жену. У дивана на полу стояло пять пустых бутылок из-под пива.

– Ленка… – Игорь качнулся влево и упал на подушки. – Я, кажется, простудился.


Запах перегара, мужского пота и еще чего-то, непонятного, но неприятного, заставил Елену внимательнее осмотреть мужа. Похмельное, еще смазливое, но уже одутловатое лицо, широкие, но оплывающие плечи, намечающееся брюшко… Муж у нее все ещё красивый, но уже противный.

Посередине комнаты на темно-синем паласе белел квадрат листка для записей. Подняв его, Елена нарочито долго рассматривала неровные цифры телефона и подпись: «Кира». От записки пахло острым неприятным острым запахом дорогих духов.

– Что за «Кира»? Опять ночью кого-то подцепил?

Вопрос подкинул вверх задремавшего Игоря. Серьезное лицо далось ему с некоторыми усилиями.

– …Вряд ли подцепил. Скорее всего, опять насильно в карман записку положили, она и выпала. Мы же, Леночка, наконец-то продали весь подъезд и все квартиры одно– и трехкомнатные, золотой вариант! Отмечали. А Кира, то несерьёзно, то недоразумение, пьяное знакомство.

Смяв бумажку, Лена кинула ее на палас.

– Бедняжка, опять на недоразумении здоровье подорвал.

Елена повернулась уйти, но Игорь старательно закашлял.

– Лен, ты хоть бы чайку горячего принесла, я ж серьезно заболеваю.

Взявшись за ручку двери, Лена обернулась.

– От дивана до электрочайника двадцать метров. Уверена, ты дойдешь. Во всяком случае, до пива в холодильнике ты доползаешь в любом состоянии. А я могу опоздать.

Муж не сдавался.

– А если у меня температура?

Стараясь не нервничать, Елена стала считать, успокаиваясь.

– …Четыре… пять… Для тебя, Игорь, особое удовольствие доставать меня именно тогда, когда я могу опоздать на работу?

– Вот только не надо! Ты никогда и никуда не опаздываешь, забывая обо мне… Не женщина, а хронический трудоголик.

Не слушая полупьяные вопли, Елена поспешно обулась. Взяв с банкетки в прихожей портфель, она сделала несколько шагов к входной двери, но услышала слабый сигнал своего телефона.

В портфеле Елена его не нашла. Она замерла, вспоминая, куда дела трубку. Звук шел из ванной.

Включив там свет, Елена сосредоточилась. Нужно идти логическим путем и вспомнить последовательность действий.

После разговора с директором она положила телефон на стеклянную полочку, на коробку с салфетками, но здесь пусто. И что у нас под полочкой? Корзина с бельем для стирки.

Пошарив в корзине, Елена достала трубку, одновременно зацепив что-то из белья. Сняв с руки ажурную тряпку, она швырнула её в корзину… но тут же достала обратно. Это был бюстгальтер. Дорогой. Она видела подобный в бутике рядом с работой, но не решилась купить.

Голос в трубке нудно настаивал на внимании к себе. Звонила Лидия.

– Ты помнишь, что у нас сегодня строители?

Держа двумя пальцами бюстгальтер – черный, в белый горошек, с кружавчиками, Елена рассматривала произведение дизайнерского искусства, понять, что ей так в нём не нравится.

– Помню о строителях, Лида, помню. – Снова повертев перед глазами бюсгальтер, она решила: «Ладно, позже разберусь».

– Они сейчас к нам едут, просят оплаты, а я не уверенна в сумме. Я сейчас в банке.

Смяв в кулаке бюстгальтер, Елена вышла из ванной.

– Лида, не грузи. Я буду в офисе в девять, там и поговорим.

Решительно пройдя несколько метров по коридору, Елена резко остановилась перед закрытыми дверями гостиной. Оттуда доносилось приглушенное ворчание мужа.

– Таких, как ты, надо выставлять в музее трудовой славы! Отец у тебя Герой Социалистического Труда, а ты капиталистического!

– Только папу не трогай! – чуть повысила голос Елена.

– А-а…

– И маму тоже! – прервала пререкания Елена. – Я твоих родителей не критикую, хотя они и бросили тебя мне на руки, смылись на Кубу семь лет назад и звонят раз в квартал.

Муж молчал, и было слышно бульканье пива в бокал. Елена настолько привыкла к подобным звукам, что на слух определяла, сколько муж налил себе «пивка для рывка».

Бюстгальтер в руке взывал к серьезному разговору с Игорем, но Елена знала, в какие многочасовые разборки может это вылиться. Быстро засунув дорогую тряпку в портфель, она вышла из квартиры.


Спустившись в подземный этаж, Лена кивнула молоденькому охраннику гаража и прошла к своему «Лексусу».

Устроив телефон в ячейке на приборной доске, Елена поправила пиджак. Рабочий день начался.

* * *

Фирма Владимира Самуэльевича, заместителем которого была Елена, относилась к разряду «выше среднего» и располагалась на углу Добровольческой и Школьной улиц в доме постройки XIX века. Во внутреннем дворике парковались только три автомобиля, остальное пространство занимали бочки с южными деревцами и цветочные клумбы. Для «рядовых» сотрудников оградили автостоянку через дорогу.

Два этажа особняка занимали шесть комнат менеджеров, комната охраны, зал бухгалтерии и отдельный блок директората на втором этаже.

Без десяти минут девять секретарская не пустовала. На месте секретарши сидел начальник охранник охраны Виктор, флегматично играя на компьютере в банальную «косынку».

Напротив него на диване, сидели трое мужчин, на которых Виктор изредка поглядывал ленивым взглядом. Ничего эти малахольные спереть не могли, тем более нанести урон в финансово-информационном плане, это Витя понял с первой минуты знакомства, но порядок есть порядок.

Двое круглых мужчин, один выше и толще, другой ниже и лысый, потели в официальных костюмах, с портфелями на коленях. Третий, представившийся Алексеем, высокий, но, по мнению Вити, совсем тощий, в свитере и джинсах, постоянно вскакивал с места и трогал то листья деревца, растущего в кадке, то почву в нескольких горшечных цветах, чахнувших на подоконнике.

Без двух минут девять в секретарскую вошла Елена и недоуменно посмотрела на охранника. Виктор встал, одернул пиджак.

– Посетители, Елена Николаевна, ждут бухгалтера, Лидию Сергеевну.

– Вижу.

– Елена Николаевна, мы все документы отдали в бухгалтерию, – начал объяснять, вставая, высокий и толстый мужчина с раздутым портфелем в руках. – Главный бухгалтер должна была позвонить вам…

Оглядев двух мужчин в костюмах и третьего, стоящего к ней спиной, тыкающего пальцем в горшок с засыхающим растением, Елена нахмурилась, отчего складка на лбу, с которой она так тщательно боролась утром, тут же проявилась.

– Да, да, знаю. А где секретарша?

Виктор хотел сказать что-нибудь алибное, лично он к секретарше Зое относился с большим уважением и симпатией, но его перебил высокий толстяк:

– Мы здесь сидим с половины девятого. Вы уж извините, мы, строители, привыкли работать с восьми утра.

– А летом на строительной площадке – с семи. – Второй животастый мужчина привстал, придерживая свой портфель обеими руками. – Но можем и круглосуточно.

И оба смотрели на Елену таким взглядом, с таким сильным чувством… Знает она этот взгляд. Им виделся подписанный договор, по которому фирма получает заказ на крупное строительство, платежки с приличными суммами и банкеты. А третий парень, так тот вообще задницу не повернул, корни у цветочков щупал.

– Замечательно. – Елена открыла дверь своего кабинета. – Витя, сделай гостям кофе.

– Спасибо, Елена Николаевна, – почтительно, но весело поблагодарил Евгений Леонидович, самый толстый из троих посетителей.

– Спасибочки за кофе, то есть за внимание, – поддержал веселый тон Яков Анатольевич, второй строитель.

Изобразив на лице стандартную улыбку, Лена зашла в кабинет.

Третий мужчина, Алексей повернулся и сообщил закрытой двери:

– Едрит вашу за ногу. – Он оглянулся на охранника. – Вот, спрашивается, какого рожна заводить растения в офисе, если за ними никто не ухаживает? Кулер стоит под носом, а цветы засыхают.

– Чего это не ухаживают? – Виктор передвинул две карты на компьютерной «косынке» и встал. Ростом он не дотягивал и до метра восьмидесяти, зато производил впечатление бетонного куба. – Секретарша Зоя их поливает.

– Их удобрять надо. – Алексей подошел к деревцу в кадке. – Видишь? Концы листьев желтеют, а ствол у корней в узловых почках и дает набухание? Диагноз: сухой воздух и недостаток азота.

Евгений Леонидович и Яков Анатольевич напряглись, наблюдая за разговором.

– Ты кто? – Виктор включил чайник и открыл банку с растворимым кофе. – Ты строитель или ботаник? А?

– Я? – Алексей задумался.

– Он из мэрии, – ответил с места Яков Анатольевич. – Из экологического отдела.

– Ах, из мэрии… – Виктор положил в бокалы по две ложки кофе, по три ложки сахара и шутливо поклонился: – Звиняйте, дядьку.

– Я действительно ботаник, вернее биолог, – Алексей встал перед чайным столиком, на котором Виктор делал кофе. – Я Тимирязевку закончил, два факультета одновременно… Мне три ложки кофе, хронически не высыпаюсь.

– Начинаю понимать. – Охранник с интересом посмотрел на парня, на полголовы выше его и килограммов на пятнадцать легче и налил кипяток из брызгающего водой чайника. – Господа, будьте любезны, возьмите кофе сами, секретаршей я подрабатываю только по полчаса в день. В остальное время я начальник охраны нашей фирмы.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

Поделиться ссылкой на выделенное