Марина Фрафьорд.

Трое в Стокгольме



скачать книгу бесплатно

Пролог

Свет настойчиво пробивался сквозь закрытые веки. Сознание постепенно прояснялось, улавливая неясные звуки. Легкое движение воздуха и тихие шорохи выдавали чье-то присутствие рядом. Затем звуки смолкли, и стало тихо.

Она открыла глаза и тут же зажмурилась, так нестерпимо ярко было вокруг. Попыталась вспомнить, что произошло, но в памяти всплывали только размытые образы и монотонный гул голосов.

Привыкнув к свету, она огляделась и увидела, что лежит на столе под овальным светильником из нескольких ламп. За кругом отбрасываемого им света различались голые стены незнакомой комнаты, скудная обстановка которой состояла из шкафа в углу и раковины на стене. На облицованном темной плиткой полу валялся свернутый кольцами шланг. В комнате не было окон, только неплотно прикрытая дверь.

Она села, спустила ноги на пол и, помедлив, осторожно встала. В голове тут же загудело, комната поплыла перед глазами. Она подождала, пока пройдет головокружение, шагнула к двери, бесшумно открыла ее и очутилась в узком коридоре. Коридор слева заканчивался уличной дверью со стеклянной вставкой на уровне глаз. За стеклом было темно, свет исходил из открытой комнаты справа. Оттуда доносился звук шагов по деревянному полу и тихий скрип досок. В просвете дверного проема двигалась тень. Меняя очертания, тень скользила по стенам и полу, исчезая и появляясь снова.

Туман в голове рассеивался, и отрывочные воспоминания, как пазлы, начали складываться в цельную картину последних событий. В груди неприятно защекотало, еще до конца не осознанный страх холодной волной пробежал по телу. Не в силах оторвать взгляд от комнаты, она попятилась к выходу и уперлась спиной в дверное полотно. Быстро повернуть ключ в замочной скважине не получилось, руки предательски тряслись и не слушались. Наконец дверь распахнулась, впустив внутрь ночную прохладу.

Перед домом начинался лес. Верхушки высоких деревьев выделялись на фоне звездного неба, а поросль между стволами в темноте выглядела как непроходимая чаща. От порога до кромки леса было не более десятка метров открытого освещенного луной пространства. Она побежала изо всех сил, но тело казалось ватным, а движения медленными, как будто вокруг был не воздух, а вязкое желе.

У ближайших деревьев начинались заросли папоротника. Под ковром его листьев было невозможно различить путь. Она споткнулась о камень, упала плашмя вперед, ударившись о землю. Превозмогая боль, приподнялась на локтях и оглянулась. В свете дверного проема появился темный силуэт человека. Человек на мгновение замер, а затем быстро двинулся вперед.

Она прижалась к земле и затаила дыхание. Совсем близко прошелестели и стихли шаги. В наступившей тишине, казалось, было слышно, как стучит ее сердце и пульсирует кровь в висках, а еще доносился еле уловимый мерный рокот, похожий на дыхание моря. Она осторожно приподняла голову, чтобы осмотреться. Внезапно острая вспышка боли пронзила мозг. Потом еще одна, и сознание заволокла густая пелена.

* * *

Полная луна еще висела над заливом, отражаясь в водной глади серебристой дорожкой. Ее холодный свет опускался на поросшие лесом берега, проникал сквозь листву, ложился на поверхности, причудливо изменяя их контуры. Бледные ночные лучи освещали каменистый берег небольшой бухты и одинокий дом с причалом. Темные дощатые стены придавали строению заброшенный вид, но укатанная грунтовая дорога, проложенная через лес, и лодка у причала указывали на то, что это место обитаемо.

Шли последние, самые тихие часы ночи. Только легкий шелест волн, набегавших на камни, и ленивое хлюпанье воды о борта лодки нарушали тишину. В тени дома стоял человек. Он наблюдал за катером, который бросил якорь у противоположной стороны бухты. Бухта всегда была безлюдна, но накануне вечером случайные туристы остановились здесь на ночлег. Голоса на катере давно стихли, и он светлым пятном покачивался вблизи берега. Незваные гости, вероятно, спали, тем не менее оставался риск, что кто-то из них станет случайным свидетелем. Человек с досадой посмотрел на подготовленную к отплытию лодку, тихо выругался и скрылся в доме.

Солнце еще не взошло и только угадывалось за горизонтом, когда у дома снова появилась темная фигура. Волоча громоздкий сверток по земле, человек подошел к стоявшей за углом машине, погрузил свою ношу в багажник и сел за руль. Автомобиль тихо тронулся с места и по лесной дороге выехал на пустынное шоссе.

Трасса лежала вдоль берега, повторяя очертания береговой линии, делала плавный поворот. В этом месте залив сужался, образуя сильное приливное течение. Вода в утренние часы поднималась, подступала по бетонному ограждению к обочине и, напряженно урча, замедляла движение, готовясь к отливу.

Автомобиль въехал на мост и остановился. Вода внизу была еще относительно спокойной, но скоро ее потоки хлынут в море, образуя бурлящие воронки, унося с собой многое, что скрывалось в глубине залива. Водитель вышел из машины. Он огляделся, вытащил из багажника сверток и, с силой размахнувшись, перекинул его через парапет. Шум воды заглушил всплеск. Через мгновение автомобиль продолжил путь навстречу первым лучам нового дня.

1

Мобильный настойчиво вибрировал под стопкой бумаг на столе. Даша, не отрываясь от компьютера, нащупала телефонную трубку и поднесла ее к уху.

– Алло?

– Хей-хей, – раздался из трубки голос Алинуси. – Хур морду? – нараспев с ударением на «о» сказала она.

– Что? – переспросила Даша.

– Я тебя по-шведски спросила: «Как дела?»

– Ты шведским занялась?

– Есть такое…

– Новое хобби?

– Типа того. Я послезавтра улетаю в Стокгольм.

– Надолго?

– Не знаю. Как получится.

– Как это «не знаю»? А статья? Срок сдачи материала в августовский номер через неделю. Опять забыла? – Даша оторвалась от компьютера. Она была главным редактором журнала «Гламурная правда», в котором Алинуся вела колонку светской хроники.

– Не волнуйся. Все будет ок. К понедельнику пришлю тебе на мыло что-нибудь типа «Блондинка в Стокгольме»!

– Ладно, обещала! – неуверенно сказала Даша. – Так что ты в Швеции забыла?

– Не забыла, а нашла. Шведа. Вернее, он меня нашел. На сайте знакомств.

– Где?! На сайте знакомств?!

– Ну да. Случайно в интернете наткнулась на сайт знакомств. Решила приколоться. Зарегистрировалась, разместила там фотки.

– Чьи фотки?

– Свои.

– С ума сошла?

– А что такого? Я их в тот же день удалила. На этом сайте можно выложить четыре фото. Я разместила фотографии: новогоднюю на пляже в Таиланде, майскую на Майами-Бич, летнюю на Мальдивах и осеннюю в Дубае.

– Другими словами, все фото в бикини, – констатировала Даша.

– Нет, в Дубае я в шубе. Я там себе шубу купила. Ты помнишь мою пляжную фотосессию в шиншилле? Ну, так вот. Письма сразу повалили. Я их даже не открывала. Писали одни уроды. А потом появился он, голубоглазый, почти блондин, рост метр восемьдесят девять, 45 лет, адвокат с мировым именем, имеет свой бизнес и ищет славянскую жену до 25 лет. Я сначала подумала: старый козел, хотя и симпатичный. А когда пообщалась, поняла, он ничего. В общем, мы договорились встретиться в Стокгольме.

– Ты нашла в интернете престарелого иностранца и собралась к нему ехать?!

– Во-первых, не к нему. Я остановлюсь в отеле. Во-вторых, он реально круто выглядит. А улыбка у него – зашибись! Макс такую из себя не выдавит, даже если ему папаша подарит новый «Мазерати», – промурлыкала Алинуся.

– Кстати о Максе!

– Максику я сказала, что еду собирать материал о шведском бомонде для твоего журнала. Детали ему знать не обязательно.

– А меня спросить ты забыла.

– Да не парься, – зевнула в трубку Алинуся. – Все будет окей. Я забронировала номер в отеле «Торнс»[1]1
  Торнс – произношение английского слова thorns (thorns (англ.) – терн, колючка).


[Закрыть]
в центре Стокгольма. Посмотрю город. Я в Стокгольме была только проездом. Так что сопровождающий мне не помешает. Развлекусь, сменю обстановку. Опять же шопинг, корона короля Эрика…

– Ты что, собираешься купить королевскую корону? – удивилась Даша.

– Не тупи. Корона в музее, как же я ее куплю? Только посмотрю. Ты же знаешь, брюлики – моя слабость. Между прочим, в жизни Эрик был настоящим маньяком, а женился по любви на крестьянке. Они жили счастливо вместе до самой смерти. Так романтично!

– Чьей смерти?

– Его. Он умер раньше жены.

– Ты хоть знаешь имя и адрес этого адвоката с мировым именем?

– У него дом где-то под Стокгольмом. А зовут его Форвард! Мило, да?

– Форвард, вообще-то, означает «нападающий». Это имя или фамилия? – насторожилась Даша.

– Это ник на сайте знакомств.

– Он что, не сказал тебе свое имя?

– Сказал, Нильс Хольгерссон[2]2
  Нильс Хольгерссон – герой сказки шведской писательницы Сельмы Лагерлеф «Удивительное путешествие Нильса Хольгерссона с дикими гусями по Швеции».


[Закрыть]
. Но, думаю, соврал.

– Неужели?

– Швеция – абсолютно прозрачная страна, – начала объяснять Алинуся, не замечая иронии в голосе подруги. – В интернете есть сайт с подробной информацией о каждом шведе – кто, где, с кем. Я там не нашла ни одного стокгольмского юриста с именем Нильс Хольгерссон. Хотя имя вроде бы знакомое. Не помню, где его слышала.

– Естественно, не помнишь. Это было давно, еще в детстве, – съязвила Даша.

– Точно, теперь вспомнила! Значит, правда соврал, сказочник.

– А тебя это не напрягает?

– Абсолютно. Мы мало знакомы, чтобы о себе все выкладывать. Я ему тоже представилась Тиффанией.

– Долго думала?

– Мне больше делать нечего! – фыркнула Алинуся. Долго думать было не в ее привычках. – В общем, я в среду улетаю. Долечу, напишу. Все! Лафкичмафки.

Алинуся отключила связь, а Даша еще несколько минут растерянно смотрела на мобильный, пытаясь собраться с мыслями. Фамилия Алинусиного отца регулярно мелькала в списках богатейших людей страны, и образ жизни девушки существенно ограничивал ее круг общения. Представить подругу на свидании с сомнительным незнакомцем из интернета у Даши не получалось. С другой стороны, бесшабашность Алины часто вводила ее в состояние ступора. Алинуся регулярно ввязывалась в авантюры, но каждый раз выходила из них невредимой, а статья о Швеции для журнала была бы кстати. Даша безнадежно вздохнула и вернулась к работе.

2

Два года назад Алина и Даша окончили факультет международной журналистики МГИМО. Они учились в одной группе с первого курса. Впервые Алинуся появилась в университете месяц спустя после начала занятий. Хмурым октябрьским утром в аудиторию грациозно вплыла загорелая голубоглазая блондинка. Даша оценивающе оглядела девушку: сумочка «Гермес», обтягивающие длинные тонкие ноги ботфорты «Стюарт Вайцман», ламинированные гладкие волосы и в меру подкачанные губы. Блондинка равнодушно окинула взглядом ждавших начала лекции сокурсников и направилась к столу, за которым сидела Даша.

– Приветик. Я Алинуся, – с тягучим аканьем сказала она. Дашу окутал дурманящий аромат парфюма.

– Апчхи, – вместо ответа чихнула страдающая аллергией на резкие запахи Даша.

– Болеешь? – посочувствовала Алинуся и уселась рядом.

– Апчхи, – опять чихнула Даша.

– И не говори, погодка в Москве шепчет. Вчера прилетела с Карибов. Если бы не этот дебильный универ, еще бы там зависала, – с досадой сказала Алина. Она вытащила из сумочки крошечный блокнот, чтобы записывать лекции, а Даша подумала, что, скорее всего, соседка вылетит из университета раньше, чем его испишет.

Действительно, угроза отчисления за неуспеваемость и стойкая репутация «натуральной блондинки» сопровождали Алинусю на протяжении всех университетских лет. Ее врожденная беззаботность в сочетании с непоколебимой уверенностью в благополучном будущем безнадежно перевешивали тягу к учебе. Однако щедрость Алининых родителей в вопросах образования дочери не имела предела, и девушка закончила учебу с красным дипломом журналиста. Торжественно вручая уже бывшей студентке диплом, декан факультета с грустью в голосе признался:

– Жаль, что вы нас покидаете, Алина. У нас с вами было очень плодотворное сотрудничество.

На последнем курсе у Алины появился Макс. В отличие от Алинуси, весело порхающей по жизни, Макс лениво плыл по ее течению. Безоблачное детство и отрочество он провел за границей. Вступив в пору совершеннолетия, Макс неожиданно для себя столкнулся с серьезной проблемой: его похождения перестали восприниматься как детские шалости, а за некоторые из них грозили тюремные сроки. Выложив адвокатам круглую сумму, родители вернули единственного отпрыска от греха подальше на родину. В последние годы отец решил приобщить наследника к семейному бизнесу, и Максу ничего не оставалось, как сопровождать родителя в многочисленных деловых поездках.

В жизни Даши было два увлечения – журналистика и кикбоксинг. Кикбоксингом она занялась на первом курсе университета. Итогом упорных тренировок стала коллекция разноцветных поясов и пара отправленных в нокаут сомнительных типов, которые нагло приставали к ней на улице. Но если спорт для Даши был хобби, то журналистика стала ее страстью. Даша, одна из немногих окончивших университет девушек, занялась карьерой. Будучи студенткой, она уже работала в журнале «Гламурная правда». Видя, что дочь серьезно решила посвятить себя журналистике, родители выкупили журнал и подарили Даше в день получение диплома. Девушка обрадовалась подарку, несмотря на то что журнал находился в глубоком кризисе и готовился в ближайшее время окончательно загнуться.

Даша возглавила редакцию, поменяла половину сотрудников и нажила репутацию холодной стервы. Отложив на потом личную жизнь, она проводила дни, а иногда и ночи на работе. В результате суммы, которые Дашин отец спонсировал на выпуск каждого номера, постепенно сокращались, и уже через год «Гламурная правда» уверенно двигалась в сторону самоокупаемости, а Даша строила грандиозные планы и была полностью поглощена новыми идеями в отношении своего детища.

Алинуся жила активной светской жизнью, перемещаясь между модными тусовками, салонами и клубами. При этом она успевала вести свой блог о моде и красоте, число подписчиков которого перевалило за полмиллиона. Предложение Даши писать для «Гламурной правды» она восприняла с неожиданным энтузиазмом.

– Прикольно! – сказала Алинуся. – Оторвусь по полной.

Алина исполнила обещание, жертвами ее ироничных статей стали многие завсегдатаи модных показов и ночных клубов. Периодически она забывала о журналистских обязанностях и вспоминала о статье для очередного номера в последний момент. Но поскольку Алина не только была в курсе светских сплетен, но обладала богатой фантазией, то легко находила тему для публикации и успевала сдать материал в редакцию. Когда достойных журнала новостей не было, она их создавала.

– Ходят слухи, что у тебя тайный роман с известной спортсменкой. Неужели спортсменки до сих пор в моде? – импровизировала Алинуся, обращаясь к первой подвернувшейся под руку новомодной эстрадной звезде. Звезде хватало нескольких секунд, чтобы собраться с мыслями и сочинить душераздирающую историю о страстной любви к загадочной олимпийской чемпионке и непреодолимой преграде к счастью в образе влиятельного мужа. После выхода номера с интервью заинтригованная аудитория возбужденно обсуждала новость и гадала, о ком шла речь в статье. Писала Алинуся под псевдонимом «Тиффания».

– Почему Тиффания, а не Тифония? – однажды поинтересовалась Даша.

– Потому что Тифони здесь ни при чем, «Тиффания» в переводе с итальянского означает «вечно любимая», – объяснила Алинуся.

3

Неделя пролетела быстро. В понедельник утром, придя на работу, Даша проверила электронную почту и обнаружила письмо, отправленное с Алининого адреса еще в субботу вечером. Но это была не обещанная статья, а короткая записка: «Уезжаю в круиз на неделю. Пока. Алина». Внизу текста стояла отметка «отправлено с айфона». Даша растерялась. Подруга не говорила о новой поездке. И почему Алина воспользовалась электронной почтой, а не отправила, как обычно, мобильное сообщение, тем более что отправляла с телефона? Но главное – подпись. Алинуся никогда не закончила бы письмо словами «Пока. Алина». Любое общение она завершала одним словом – «ЛаФкиЧмаФки», причем, если общение было письменным, то с прописными «л», «ч» и «ф».

На прошедшей неделе в среду вечером Алинуся, как и обещала, сообщила, что благополучно добралась до Стокгольма, и добавила: «Все супер, включая Форварда. ЛаФкиЧмаФки». К сообщению прилагалось фото большого букета красных роз, вероятно, подаренного Форвардом. До субботы Алина ежедневно выкладывала фотографии в «Инстаграм». На ее странице появились снимки на фоне достопримечательностей Стокгольма, фото забавных уличных сценок, селфи в новых нарядах. Завершало ленту публикаций изображение фаршированного лангустина на блюде с комментарием «он такой очаровашка!», и было непонятно, о ком шла речь, о Форварде или членистоногом деликатесе. В пятницу вечером Даша получила последнее сообщение. «Я не забыла. Статья будет к понедельнику. ЛаФкиЧмаФки», – написала Алина.

Никто кроме Даши не знал о существовании загадочного Форварда. По официальной версии, Алинуся отправилась в Швецию по редакционным делам. Даша подумала, что подруга так и не сообщила настоящего имени нового знакомого, а среди многочисленных фотографий не было ни одной, где он присутствовал в кадре. Беспокойство за Алину начало усиливаться. Даша набрала номер ее телефона.

– Абонент временно недоступен, – произнес в трубке механический голос. Даша занервничала. Можно было бы поговорить с Алинусиным отцом. Но родители подруги в тот момент где-то бороздили на яхте просторы мирового океана. Надо ли раньше времени поднимать шум и портить им отдых?

– Стокгольм – один из самых безопасных городов в мире. Что может с ней там случиться? – успокоила себя Даша.

Окунувшись с головой в дела, она до вечера не вспоминала о письме, но после работы снова ощутила тревогу и еще раз набрала номер Алины. Та по-прежнему была недоступна.

Даша тащилась в бесконечной пробке по Бульварному кольцу. Июль в Москве выдался жарким. Накалившийся за день асфальт нагревал воздух и не позволял ему остыть даже в поздние часы. Несмотря на вечернее время, за установленными вдоль проезжей части полосатыми заборами кипела работа по благоустройству города. Гастарбайтеры умело крушили столичные дороги ломами и отбойными молотками, настойчиво создавая москвичам и гостям столицы благоприятную среду обитания. Густая пыль висела в душном воздухе. Пешеходы сосредоточенно маневрировали среди строительных ограждений по деревянным настилам, застревали каблуками между досок, перепрыгивали через глыбы разбитого асфальта и плитки.

Даша свернула в тихий зеленый дворик и припарковалась у старинного особняка с яркой вывеской «Спа-салон “Стар Шива”». Перед входом в салон в позе лотоса сидел сам Шива, в честь которого было названо заведение. Левая сторона мраморного божества с неестественно пухлыми губами отображала женскую ипостась. Правая, мужская, оттопыренным ухом, напоминала артиста Песцова. Фирменный стиль салона разрабатывала известная в узких кругах столицы рекламная компания «Лого-монстр». Смысл, который логомонстровцы вложили в название заведения и образ гермафродита в качестве его символа, остался загадкой. Тем не менее салон пользовался популярностью, и каждый понедельник Даша и Алина проводили здесь вечера, восстанавливаясь после бурных выходных.

Даша вошла внутрь и облегченно вздохнула. Прохлада, тихая музыка и приятные запахи отгораживали от уличного ада.

– Дорогуша! – окликнул ее знакомый голос. Из парикмахерского зала вышел Славик. Он чмокнул Дашу в щеку и, отстранившись, оглядел девушку с ног до головы.

– Что-то ты неважно выглядишь. Ну, ничего, сейчас подправим, – сказал Славик и проводил Дашу к креслу.

Славик был популярным в Москве парикмахером-стилистом и совладельцем «Стар Шивы». Невысокий, тонкий, с выразительным подвижным лицом, слегка преувеличенной манерностью, присущей большинству людей с нетрадиционной ориентацией, он всегда был стильно одет и ухожен. Недавно Славик расстался с бойфрендом и болезненно переживал разрыв.

– Какие новости? – спросил он, стоя позади кресла и придирчиво рассматривая Дашино отражение в зеркале. – И где Алинусик?

Даша замялась, раздумывая, стоит ли знать парикмахеру об Алининых похождениях. Говорливый в меру, он никогда не обсуждал личную жизнь клиентов, а Даше хотелось с кем-нибудь разделить тревогу, и она начала рассказывать. Славик присел на подлокотник соседнего кресла и внимательно слушал, периодически удивленно поднимая брови.

– Так и написала: «Пока. Алина»? – уточнил он, когда Даша закончила говорить.

– Так и написала.

– Алинуся бы так не написала…

– Ты хочешь сказать, что это не она писала? А кто?

Славик озадаченно помолчал и спросил:

– Ты знаешь, в каком отеле она остановилась?

Даша задумалась.

– Колючки! То есть Thorns по-английски, – вспомнила девушка телефонный разговор с Алиной. Она вытащила из сумочки мобильный, быстро нашла в интернете номер телефона стокгольмского отеля и позвонила, установив в телефоне режим громкой связи, чтобы Славик слышал разговор. Через мгновение мягкий женский голос ответил на шведском языке.

– Добрый вечер, – заговорила Даша на английском. – Я бы хотела поговорить с гостьей вашего отеля Алиной Бегловой.

– Ее нет в отеле, – после короткой паузы тоже на английском ответил голос.

– И как давно? – спросила Даша. Несколько секунд служащая отеля с кем-то переговаривалась и затем ответила:

– Она ушла из отеля в субботу.

Даша отключила телефон и растерянно посмотрела на Славика.

– Боже! Алинусика нет уже двое суток, и никто ни слухом ни духом! – всплеснул он руками.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

сообщить о нарушении