Марина Черносвитова.

Торрент-сутра СНА. Неизвестные Зигмунд Фрейд и Иван Галант



скачать книгу бесплатно

…«Аминь! То есть: клянусь Амоном! – говорили во времена египетских фараонов; клянусь золотым тельцом! – говорили евреи времен Моисея» (Из второго тома З. Фрейда «Моисей-египтянин», сожженного Фрейдом перед смертью)…

Глава 1

Тарковский снимал «Зеркало». Одна его актриса…

Дальше с ее слов: «Каждое утро, до завтрака, я бегала по широкому полю нагая. Поле заросло высокой травой. Я бегала, пока еще не высохла роса, чтобы набраться энергии для изнурительных съемок. Накануне прошел ливень. Трава местами была прибита к земле и покрыта теплой водой. Я была счастлива, купаясь в мокрой и теплой траве под самый подбородок. Я уже, как обычно стала обегать дуб, что рос испокон веков и был огромен, как Эйфелева башня – а рос он как раз посреди поля – как поскользнулась и со всех сил упала навзничь. Если бы не мои густые волосы и не густая трава, то красивая моя головка разлетелась бы на мелкие фрагменты. Я потеряла сознание и на сколько – не помню. Очнулась – это помню хорошо, ибо звенело в ушах от удара, наверное, с широко открытыми от изумления глазами! Мелькнула мысль, что я сошла с ума от удара о землю. Но следующая мысль была настолько достоверной и реальной, что сомневаться в ней просто было нельзя. Прошло вот уже 35 лет с тех пор, а я ни на йоту не сомневаюсь, что то, что я увидела тогда, было на самом деле! Да и жизнь это подтвердила! Лежа на спине, на мокрой траве и чувствуя звон в ушах, я на каждом листке дуба видела фрагмент своей будущей жизни, вплоть до последнего листка на верхушке могучего исполина! И тогда, и сейчас бессмысленно пытаться меня переубедить, сказать, например, что это были мои грезы или расстройство сознания… И я не находила точных слов, чтобы объяснить, что это такое – видеть на листке дерева фрагмент своей будущей жизни вживую, так, как будто я подглядывала живую жизнь, и эта жизнь еще только будет, хотя уже происходит, и будет со мной! Я видела и себя в разных своих возрастных ипостасях, и свою дочь, которая еще не родилась, и много, много хорошо знакомых мне людей из разных периодов моей будущей жизни, которых я еще не знала и никогда раньше не видела».

Я не был первым, кому она это рассказала. Первой была Джуна. Мнение Джуны мне не известно. Как-то мне удалось поговорить с советским великим психиатром (пусть, что угодно о нем говорят и пишут, а мое мнение о нем неизменно: великий) Андреем Владимировичем Снежневским. Я рассказал ему о пережитом моей знакомой. И услышал ответ: «Женя! Бывают приступы шизофрении, которые длятся минуты, а изменяют всю жизнь. Возможно, ваша знакомая пережила такой приступ, а дальше жила в контексте его смысла!» Я тогда уже знал, что бред и галлюцинации эндогенного характера тем и отличаются от другой аналогичной психопатологии, что, как и сон, начисто лишены критики к своему содержанию. Мой дядя, академик Алексей Алексеевич Ухтомский допускал возможность наличия некоей информации, которую человек не в состоянии осмыслить (выразить к ней позитивное или негативное отношение), которая находится в самом древнем (филогенетически) участке мозга – межуточном мозге (thalamus) и в образованиях, окружающие его (meta-, epi – et cetera).

Если бы человек жил межуточным мозгом, то он, во-первых, никогда не старел бы, не имя ни предков, ни потомков (ни это ли имел в виду Великий Князь Святослав Хоробрый, сделав своим девизом – «сам себе род»); во-вторых, не умирал бы. Мы стареем и умираем исключительно за счет большого мозга. Это оно, серое вещество, создает нам иллюзии сна и яви (бодрствования) и делает смешным и нелепым «бессмертие» души (душа не только бессмертна, но и не стареет). Есть люди, для которых d?j? vu обычное явление и они даже могут вызывать его, когда вздумается. Есть такая неврологическая патология – синдром петли (вернее, анатомическая), при которой можно, как кончиком хлыста, вздергивать головой, встряхивая таким образом, межуточный мозг и получать картинки из «прошлого». Но эти картинки всегда однообразны и не интересны настолько, что страдающие данным синдромом как правило стараются от него избавиться и идут на оперативное лечение. А, вот если бы рискнуть и встряхнуть свой межуточный мозг как следует (как Одиссей или актриса Тарковского), то можно совершить путешествие вне времени и пространства, туда, за пределы гравитационного радиуса в мир кварков. Я с удовольствием бы рискнул хотя бы для того, чтобы написать потом книгу: «Как я был кварком». Когда человек испытывает d?j? vu, он обращает внимание на второстепенное, теряя из виду главное. То есть, фиксируется содержание «уже виденного», а не сам феномен «уже виденного». Точно также и при реже встречающемся состоянии a jamais vu (никогда не видел). А, ведь, содержание всегда преходяще, а «музыка» функции – вечна! Если бы удалось ухватить эту функцию, как бога за бороду. То есть, вынести, по Гуссерлю, все содержание за скобки сознания, то мы бы нашли «шестеренки» torrent сна. Узнали бы из каких «серебряных нитей» сплетает великий ткач (а, отнюдь, не каменщик) тенета повседневной реальности. 24 часа! А мы ничему, по-настоящему, не удивляемся, даже самому фантастическому сну, и зазеркалью! Безропотно воспринимаем свое старение и собственную смерть.

Есть и еще один аспект функции межуточного мозга, на который и сейчас, спустя 30 лет, наводят тень на плетень. Конечно, можно говорить, что все дело здесь в знамении нашего времени – коммерции. Но это для профанов. Все гораздо серьезнее. Когда в 1978 году отдел науки ЦК КПСС дал хорошую взбучку нашим психофармакологам за то, что мы не можем самостоятельно (а не путем промышленного шпионажа, как делают все развитые тогда страны) синтезировать собственный бензодиазепин. Тогда мир очень нуждался в мягких психотропных препаратах, купирующих тревогу, улучающих сон, снимающих соматизированную депрессию и появилась особая группа препаратов, которые имели одно общее кольцо – бензодиазепиновое и отличались препараты лишь свободными радикалами – хлором, бромом, натрий и т. д. Наши аптеки были забиты импортными седуксенами, реланиумами, радедормами, элениумами и т.д., и т. п. И вдруг в 1979 году мы объявляем всему миру, что добыли бензодиазепин, не имеющий синонимов и аналогов. Мы его именно добыли, а не синтезировали, украв у какого-нибудь западного или восточного «партнера» бензодиазепиновое кольцо и прикрепив к нему какой-нибудь элемент из таблицы Менделеева (я, читатель, естественно, все предельно упрощаю). Наш, советский препарат с советским бензодиазепиновым кольцом и двумя свободными радикалами бромом и хлором назывался феназепам (он и сейчас так называется) и никакой другой препарат его пока не потеснил и вряд ли потеснит. Он, повторяю, не имеет синонимов. Международная Конференция, посвященная феназепаму состоялась во Львове в июле 1979 года. Я представлял психиатров МВД СССР, в лечебных учреждениях МВД апробировался феназепам. Один из докладчиков-разработчиков феназепама, аспирант кафедры психофармакологии Института Психиатрии МЗ РСФСР Владимир Николаевич Прокудин – (мой трагический друг), по простате душевной на вопрос представителя психофармакологии США, как все же нам удалось добыть, а не синтезировать феназепам, сказал правду. За эту правду, если бы не удалось его ответ перевести, маститому и битому академику Авруцкому, в шутку, точно бы исчез – испарился. Ответ аспиранта В. Н. Прокудина (возможно именно поэтому талантливому ученому так и не удалось защитить докторскую диссертацию?) был прост: «Мы сделали вытяжку у ряда больных из их межуточного мозга…» Да, читатель, именно тогда появился научный термин, подкрепленный практикой, эндорфин. И, если бы исследования, проводимые группой Авруцкого, а также исследования группы моего учителя Валентина Федоровича Матвеева по ЛСД, тогда не прикрыли, мы бы сейчас были бы весьма далеко на пути и продления жизни человека! И продления нашей молодости. И вернулись бы с извилистого пути формальной генетики, на путь, намеченный Френсисом Гальтоном, и разрабатываемый успешно Трофимом Денисовичем Лысенко! Но, человечество бывает нелепо бесстыдно против себя же! Так, еврея Гальтона до сих пор держат за идеолога фашизма, по крайней мере его евгенику 25 лет не могу «отмыть» от гитлеризма. А, Лысенко, спасшего СССР и страны социалистического лагеря от голода в первый послевоенный год – за «приспешника» вождя всех народов. А, может быть, мы просто боимся той информации, для которой еще не созрели и предпочитаем сказки и байки? (Подробнее об открытии феназепама, читай мой роман «Все оттенки белого»).

…Вот уже третьи сутки я не могу отделаться от странного сна, в котором я испытал и физическое отвращение и реальный ужас настолько, что позвал на помощь мамочку (что вообще никогда в жизни и во сне не делал). Мне снилось, что надо мной завис невероятных размеров с черными лохматыми лапами паук и он хочет высосать мой мозг. На самом деле я люблю с детства пауков и считаю их красивыми и мудрыми. Кстати, их сеть для меня лучший образ torrent сна. Да и этого паука, если бы я его встретил в действительности, то отнюдь бы не испугался и вряд ли мы бы с ним враждовали (пауки меня также любят, по крайней мере не боятся, когда я вытаскиваю их из всякого рода ловушек, куда они сами попадают). И дело во сне также не в том, что паук хотел высосать мой мозг; скорее, я это допускал. Не зная, как мне объяснить мой ужас перед ним и то отвращение, которое я испытывал от паука во сне. Это произошло в ночь на 25 апреля 2010 года – 25 апреля – День рождения моего отца, Черносвитова Василия Петровича.


Черносвитов Василий Петрович.


В этом году ему исполнилось 102 года! Пока никакого объяснения своему сну не нахожу, а сегодня 29 апреля 2010 г. Как только я написал это, решил отдохнуть, посмотрев какой-нибудь легкий фильм. Выбрал «Детективное агентство «Лунный свет». Смотрю я фильмы на другом компьютере лежа. Пока я готовил компьютер и укладывался, мимо меня несколько раз (клянусь мамой, читатель!) прополз туда и обратно черный паучок – маленькая копия того, что я видел во сне. Один раз он прополз даже по моей правой руке. Мне пришлось слегка дать ему под зад, чтобы он не возвращался, а то, засмотревшись фильмов, вдруг нечаянно раздавлю его. Он меня понял и уполз…

То, что бывают у меня (и у других) вещие сны – верю. А вот то, что два никак между собой несвязанные события могут, тем не менее, быть «вещими» друг для друга и не только из сна в явь (как например, с моим паучком), но и из яви в явь, я пока никак объяснить не могу. Надеюсь, что к концу этой книги все встанет на свои места без единого знака вопроса. Так, примерно неделю назад ко мне в Завидово приехала Катя. Не успела она скинуть верхнюю одежду и сходить в туалет, как я начал приставать к ней: «У тебя что, первый день менструации?» Она очень удивилась моему вопросу, ибо менструация у нее была совсем недавно, и тогда я не задавал ей такой нелепый вопрос! Несмотря на ее категорические отрицания наличия менструации, я упорно повторял свой вопрос, мотивируя: «Я ясно чувствую запах крови!» Так как свежих ран у нее не было, слегка раздраженная в ответ на мое утверждение, что я чувствую запах крови от нее идущий, Катя спокойно начала снимать брюки… Только тогда я ей поверил и успокоился. Я даже не знал толком, почему меня это так волнует: есть у нее менструация, или нет? Запах крови от Кати преследовал меня все двое суток, пока она была со мной. Когда она уехала в Москву, я решил посмотреть какой-нибудь фильм и неожиданно для себя выбрал «Основной инстинкт, 2» Если, читатель, ты помнишь этот фильм, то через несколько буквально кадров натыкаешься на картину в кабинете главного героя-психиатра с немецким названием «Ich rich blude» (я чувствую запах крови). «Основной инстинкт 2» я никогда раньше не смотрел и что-то не помню, что выбрал именно этот фильм по каким-то причинам. Просто случайно бросился в глаза. А вот клиентам Артемидора никогда не снились пауки.

Сегодня 1 мая 2010 г. 23 часа 20 минут. Я решил записать сон, который видел накануне и который обратил на себя мое внимание некоей необычностью и даже, еще когда я спал, удивил и встревожил. Совершенно не помню, что мне снилось – ни детали. Но сон был с весьма насыщенными сновидениями, в которых я был довольно-таки активен. Я спал глубоко. И, что в настоящее время бывает крайне редко, спал легко и радостно – никакого напряжения, наверное, все со мной было в полном порядке. Так я проспал примерно две трети сна. И вдруг что-то резко изменилось! Я сознавал, что сон тот же самый и в нем ничего неожиданного не произошло. Но он стал тревожным, напряженным, плохим! Повторяю, что такой неожиданной сменой аффектов во сне я был, мягко сказать, удивлен. Мне побыстрее захотелось проснуться. Я проснулся, и полчаса не мог уснуть, пытаясь разобраться, что такое случилось со мной во сне и не является эта радикальная смена настроения предвестником чего-то плохого (даже ужасного), что может произойти со мной наяву. Но прошло время и ничего необычно-плохого не произошло, как и не было ничего в яви, что как-то бы связано было с хорошей частью сна…

Сегодня 2 мая 2010 года. Посмотрел очередную серию «Детективного агентства…». Смотрю без особого интереса, но и без всякого напряжения и сопереживания. Уснул относительно быстро. И сразу был охвачен одним из снов, которые возникают сами по себе, а дальше я начинаю импровизировать на заданную мне тему, и сон мне подчиняется. Сон где-то повторился: я – известный и очень богатый ученый. Читаю лекции в лучших институтах мира по собственному желанию. Но главное для меня – читать лекции по философии медицины в родном МГУ. Живу я в России и во Франции (у меня собственный замок на Луаре). Владею гаражом лучших машин: Феррари, Бугатти, Порше, причем каждая моя машина ручной сборки и в единственном экземпляре. Я отлично управляю своими машинами, но, тем не менее, меня всегда на почтительно расстоянии сопровождает 2—3 машины моих телохранителей + вертолет. Но я отношусь к этому спокойно, как к обычному образу повседневной жизни. Главное для меня – моя наука: книги, учебники и, конечно, лекции. Сон начался с того, что я читаю лекцию на философском факультете МГУ, зал переполнен. Я, как и раньше, пользуюсь огромным успехом у самой разной аудитории. И, конечно, в первом ряду и на сей раз оказалась юная, очень юная красавица, от которой я не мог оторвать глаз, но и она смотрела в мои, не моргнув, очень серьезно, но с какой-то дерзостью. Я знал, что после лекции она непременно подойдет ко мне с каким-нибудь вопросом и заранее чувствовал себя неловко из-за своего возраста. Так и случилось. Лекция закончилась, я в миг окружен был изрядной толпой студентов и студенток. Но моя избранница вдруг подошла ко мне, как хорошему знакомому или даже родному, взяла твердо меня подруку и, сказав остальным, что «Профессор устал и ему нужно отдохнуть, потому что завтра у него лекции в Сорбонне» И увела меня. По дороге мы познакомились. Я узнал, что ей только что исполнилось 18 лет, что она единственная дочь известного олигарха, но папа у нее под пятой, ибо она у него одна, мама ушла, а она выбрала отца, за что он ей чрезвычайно благодарен и ни в чем не перечет. Живет она в доме на набережной. И, главное, что у нее на меня огромные планы: 1) она меня любит; 2) я не испугаюсь ее любви и последствий; 3) я буду ее первым и пока живу, единственным (а, возможно и как в сказке!) мужчиной. Она хочет отдать мне свою девственность завтра утром в Париже (для этого мы сразу же из МГУ двинемся в Париж с короткими перерывами на небольшой отдых) в отеле Амбасадор, где ее прабабушка, на которую она очень похожа, отдала свою девственность ее прадедушке (линия отца). Она буквально приказала мне, чтобы я распорядился подготовить лучший свой автомобиль для дальней дороги. Я безропотно подчинился и вызвал Pierre, чтобы он подогнал мне Буггатти. Пока ждали машину, пошли ко мне в кабинет (в каждом ВУЗе у меня свой кабинет, собственноручно обставленный) пить кофе. Моя возлюбленная сразу же стала ко мне приставать: не успел я моргнуть, как ее прекрасные пальчики ласкали мой член: «Ты же хотела в Амбасадоре?», – с трудом пересиливая желание, я имитировал сопротивление и услышал: «Несколько французских и венецианских поцелуев тебя не опустошат!» Она действительно как будто жила со мной третью жизнь (кстати, в этом сне не плоды компенсации моей «серой» и «скудной» настоящей жизни…). Не помню, сколько было «поцелуев» и каких, помню только, что ее горячая ладошка вовремя зажимала крепко мне рот, иначе своим ревом я всполошил бы весь одиннадцатый этаж «стекляшки»! Задрожал мобильник и я увидел, что Pierre у двери кабинета. «Буггатти подан… Но произошла досадная вещь: я так спешил, что в Елабуге сильно оцарапал дверь… В автосервисе старались, но все же видно, если приглядеться!» Машина стояла освещенная ярким светом и моя спутница сразу заявила: «Вызывай другую! А если бы на мне была бы такая замаскированная «царапина»?» Pierre (Вообще-то Петя, внук белоэмигрантов, и я общался с ним исключительно на русском языке…) «Феррари будет с минуты на минуту: ее гонит Мишель (тоже мой водитель-охранник из русских, родившихся в Париже). Не успел Pierre, закончит фразу, как лихо пришвартовался к Буггати Феррари. «Первую 1000 км. поведу я, – твердо сказала моя возлюбленная, – а ты отдохни и выпей стакан горячего шоколада с виски…» – она отлично ориентировалась в моей машине, в которой была первые 2 минуты своей маленькой большой жизни. Я не возражал, потягивая шоколад с виски и впадая в сладкую дремоту, полагаясь на Pierre и Мишеля, и вертолет над головой с двумя однояйцовыми близнецами – Сержем и Сергеем… Я спал во сне, мчась на Феррари, которую вела моя возлюбленная девственница в Париж… Я проснулся, сходил в туалет, лег спать и продолжил сочинять такую красивую сказку! Но где-то в уголке сознания сначала тихо, но потом все громче зазвенели медные колокольчики – верный признак того, что не все так просто и понятно в этом сне! Я даже отгонял эту мысль, что сон мой, отнюдь, не простой. И если бы я убедил себя, что мне приснился обыкновенный компенсаторный сон, я ни за что не стал бы его записывать и досаждать тебе, мой читатель!

Начну по порядку. Каким он, порядок, заставивший меня записать этот сон, мне кажется): 1) Сегодня из Днепропетровска, после долгих переговоров должна была приехать «клиентка» – одинокая, 31 года женщина, филолог по образованию, которая уговорила меня определить ей дату ее смерти по моей формуле (я согласился и поручил встречу Кате, проинструктировав ее, что нужно сделать); я особо не задумывался, почему сам не консультирую интересную пациентку? Для Кати это была первая в таком объеме консультация.

2) Утром, обдумывая свой сон, я наконец обратил внимание, что Pierre поцарапал Буггати в Елабуге! (Там, где покончила с собой и похоронена Марина Цветаева, и где я никогда не был и даже не представляю, где находится Елабуга). Петю я упорно зову Pierre, что значит по-французски, камень. Я часто бывал в Тарусе и всегда приходил к огромному камню на старом кладбище, на котором было выдолблено: «Здесь должна была покоиться Марина Цветаева» (за точность надписи не ручаюсь, но смысл точен).

3) Первое, что я узнал от Кати по телефону после ее консультации днепропетровской женщины, что она в свои 31 год девственница и очень хотела со мной встретиться, но после разговора с Катей, резко изменила свое желание со мной встречаться и только спросила, увижу ли я ее фотокарточки, на которых она голая; я заставил Катю тщательно осмотреть клиентку на предмет, не перенесла ли она какую-нибудь серьезную операцию; Катя обнаружила только небольшие шрамики от косметической операции на грудных железах. Но Катя – не врач, психолог, нужно было бы посмотреть лимфатические узлы…

Итак: накануне во сне меня соблазняет юная красавица-девственница, а через пять часов я узнаю, что моя «клиентка» – девственница и очень хотела со мной встретиться, но резко передумала. Моя красавица из сна категорически отказалась ехать на Буггатти из-за «царапины» о «камень» в Елабуге. Камень в Елабуге – это, несомненно, камень в Тарусе…

Но из каких дебрей моего сознания выплыла Елабуга? О Цветаевой, я ни в какой связи не думал вот уже лет пять, точно! Pierre – я неоднократном говорю себе во сне: камень, камень, камень. Почему это так важно? 1 час 05 минут 3 мая 2010 г. Завидово. Ответов нет. Продолжу «Детективное агентство…» На завтра особых планов нет.

Сон, точнее сновидения, играют с нами в кошки-мышки. Но, и здесь: на всякого мудреца довольно простоты. Если только знать, откуда выплывает фабула сновидений (а, это значит, научиться владеть ею), следовательно, понять, откуда нами «управляют», формируя наши истории яви и сна. Макс Фриш – «Назову себя Гатенбайном», (мой предшественник в раскрытии torrent сна), ловко подметил: «Человек сначала что-то переживает, а потом придумывает историю тому, что пережил. Ибо, нельзя долго жить без истории!». Иллюстрирую сказанное из сна с Pierre и Елабугой. Только Анастасия Ивановна Цветаева знала, где покоиться останки Марины Цветаевой в Татарской Елабуге.

Я интенсивно общался с Анастасией Ивановной, даже опубликовались вместе в новом журнале «Россия молодая» и выступали вместе в библиотеках Москвы, совпадая как-то «случайно», ибо в наших выступлениях ничего не было общего, незадолго перед ее смертью. И как я не допытывался, и как не старалась Анастасия Ивановна, не впадая в мистику и маразм беспамятства, все же не могла привести мне ни одного мало-мальски серьезного аргумента, что она действительно знает, что там, где она поставила сестре распятье и надгробье действительно могила великой Марины… Я и умру судебно-медицинским экспертом (хотя проработал в этой должности всего 2, 5 года без перерыва на праздники и выходные). Но, это было начало моей трудовой деятельности! В таком режиме, в котором формируется у тебя под перикардом и твердой мозговой оболочкой два, синхронно работающие на полной автономии «механизма» на всю оставшуюся жизнь… И, поэтому все, что касается насильственной смерти человека, я чувствую кожей спины: как правду, так и ложь (от кого бы она ни исходила). Так вот, мне приснился сон. Откуда-то в него заброшены явно ключевые слова – «Елабуга» и «pierre» и «Таруса» (земля Цветаевых, с которой у меня чрезвычайно много связано). И вот, третьи сутки я думаю над смыслом «ключевых» слов из своего сна! А, этот сон маскировался под банальный компенсаторный механизм, весьма примитивного, если знать меня и мою биографию, содержания. Таким образом, если этот сон еще как-то явственно не повлиял на мою жизнь (поступки), то на ход моих мыслей он повлиял очевидно сильно и интригующе (я точно подпадаю под известную английскую поговорку о любопытстве кота…) Но вот, что особенно мне интересно, человеку, 20 лет разгадывающему три, совсем разные «загадки»: 1) Как умер Есенин? 2) Почему Цветаева демонстрировала где надо, и где не надо, что Есенин – посредственный поэт? 3) Почему судьба в короткий отрезок времени предельно сблизила великую Цветаеву и мою несчастную красавицу-уродину тетю? Сначала восторженные отношения Марины к Евгении Черносвитовой, а потом, из-за завещания Рильке, которое он оставил Евгении, а Марина почему-то решила, что Рильке должен был оставить завещание именно ей; а что тут непонятного? Евгения была последней любовью умирающего Рильке, олицетворением, несмотря на свое уродство (перенесла полимиелит и хромала), русской красоты, а Мариной он, прости, читатель, дежурно восхищался; не Цветаева, а тверской необразованный мужик Спиридон Дрожжин и хромоножка Евгения Черносвитова дали почувствовать Рильке прелесть русского языка настолько, что он начал его серьезно изучать и даже писать на русском стихи; а Марина, великая Марина, пыталась выхватить завещание из рук убитой горем юной секретарши и даже спустить ее, хромоножку, с лестницы… (Читай подробнее: Е. Черносвитов. «Ницше, Рильке и Россия. Грани. 1998. №185») Но, самое интересное, пишу это все я сегодня, 4 мая 2010 года в 0 часов 50 минут, а скоро – 65 лет Великой Победы. Мой папа, Василий, или Виктор, Петрович Черносвитов, сын «врагов народа», расстрелянных ЧК, беспризорник, с 6 лет начало трудовой деятельности, в 20 – член КПСС, которому все дала Советская власть. Летчик-испытатель, начал воевать с Гитлером в 1940 году, в звании полковника, а закончил войну в 1945 на Курилах, подарив СССР остров Шикотан, в звании старшего лейтенанта, друг Марины Расковой – у моего отца Орден Отечественной Войны 1 степени №261, а у Марины Расковой – №262 – посмертно. Опять Марины + моя любимая жена Марина! Sic!!! Так откуда фабула сна и яви? Может быть и бессонница, и забывчивость ярких сновидений при просыпании, какая-то суть одного и того же? Марина Цветаева покончила с собой в татарской Елабуге в августе 1941 года… в возрасте 49 лет. А «серенькая мышка» ее сестренка, которая «все знала», дожила до глубокой старости, тихо и смирно, немного разгорячившись в смутные времена уничтожения СССР… И зачем мне все это сейчас? Когда я хочу лишь одного – превратиться в олигарха и облагородить единственное место на Земле, мое Завидово! «Облагородить» – просто очистить: улицы, пруд, лес от сточных вод и свалок… А то скоро эта мразь доползет и без помощи мусорного ветра до дачи «Русь»…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное