Марик Лернер.

Забег на длинную дистанцию



скачать книгу бесплатно

Одну серьезную попытку они уже сделали с «Александром Суворовым». Кто бы там не получил письмо с предупреждением, реакции не последовало. Как и в прошлый раз, теплоход снес часть пролета у моста, и была масса жертв.

Писать прямо: «мы знаем» было верхом идиотизма. Пророчества и рассматривать бы никто не стал. Советские люди правильно воспитанные материалисты и в мистику не верят. Поэтому оформлено все это было под жалобу на неоднократную халатность в рейсе, проявленную капитаном и командой. Приводились конкретные имена. Копии пошли и в пароходство, и в парторганизацию, и даже в МВД и КГБ. Дальше можно было только вцепиться в рулевого и не дать ему устроить аварию. Кто, интересно, пустил бы на мостик постороннего?

Результат вышел вполне предсказуемый. Если кто-то и прочитал, то пользы это не принесло. Может выговор вынесли, да задним числом подшили бумажку в дело об аварии. Самое противное, что в советских газетах о подобных вещах не писали, и узнать подробности получилось только окольными путями. Даже точной цифры погибших не было. Официально ничего не сообщали, а слухи ходили самые разные. Сравнить полученный результат при всем желании не получалось. С виду ничего не изменилось. В Интернете тоже.

Второй раз они сделали ставку на вражескую разведку. Это было страшно глупо, но ничего разумнее просто в голову не пришло. Уж на такое доблестные органы должны среагировать? В городе Североморске, базе ВМФ, о существовании которой нормальные жители СССР и подозревать не должны, ожидался взрыв на складах боеприпасов. Они еще долго спорили, писать ли, как в официальном расследовании, про курящих караульных и пришли к выводу, что не стоит. Боеприпасы хранятся в непрогораемой оболочке и шансов на возгорание крайне мало.

Пришлось изощряться, чтобы выдумать более-менее приличную легенду, про случайно подслушанный разговор. Потом долго бегать по просторам родной страны, отправляя письма из разных мест и желательно не оставляя следов. Между прочим, денег на спасение человечества никто не выдавал, а карманы не резиновые. Ехать прямо на место с проверкой было также мудро, как с криком рваться в рубку «Александра Суворова». Чужой там виден за километр. А нарушать инкогнито очень не хотелось.

Для удовлетворения своего нездорового любопытства о происходящем в СССР пришлось отправиться в Ригу. Если верить Интернету будущего, уже 2 июня 1984 года журнал «Time» подробно пересказал эту историю для американцев. В Америке странного происшествия страшно напугались и подняли по тревоге стратегическую авиацию. Уж очень смахивало на атомный взрыв, и реакция советского руководства могла стать непредсказуемой. Народ а СССР так и не узнал, что был прекрасный шанс влететь в Третью Мировую. Люди продолжали спокойно спать.

Так что Андрей позвонил старому приятелю Мусе за консультацией. Даргиев был дагестанец, но родился и всю жизнь прожил в соседнем доме. Когда-то их семейство выслали на север, но за что, никто толком не знал. Возвращаться домой после смерти Сталина они не стали, осев в Архангельске навсегда.

Муса об этом говорить не любил.

То ли дед его был баем-феодалом, то ли по ночам стрелял в окошки колхозным активистам. Давно это было. Да и сами Еременко, по домашним легендам, происходили от вовремя сообразившего, к чему идет и успевшего сбежать от коллективизации крестьянина. Особого счастья ему переселение не принесло, но хоть сам уехал, а не по этапу. Мать на эту тему глухо молчала, а смутные впечатления остались от обмолвок бабки в детстве. Она тихо умерла лет десять назад, когда он еще не задумывался над подобными вещами. Деда тоже не спросишь, погиб в ВОВ, а других близких родственников не имелось.

Муса был лет на семь-восемь старше Андрея, но занимались они в одной спортивной секции и крутились в одной компании. Давно знали друг друга и нормально общались.

Буйный характер горских разбойников, полученный по наследству от предков, позволил Даргиеву получить заслуженного мастера спорта по вольной борьбе и попутно всю районную шпану поставить в зависимость. Наказание за непослушание были неотвратимым и болезненным.

Будучи советским интернационалистом, он не делал различий по происхождению, но при необходимости мог и вызвать в подмогу стаю темпераментных родственников с Кавказа. Назвать это организованной преступной группировкой еще было нельзя. Ну, разве что воровской шайкой, но шел он в нужном направлении уверенными шагами.

Порт для парней Мусы – родная территория и место работы. Там и своровать много чего можно, купить у морячков контрабандный товар, да и пьяному карманы вывернуть. Милиция очень часто закрывала глаза на эти художества. Лучше уж иметь дело с одним человеком и при необходимости договориться, чем множество разрозненных случаев. Тем более никаких тяжких телесных повреждений и убийств. За этим смотрели строго. В районе с его воцарением стало возможным спокойно ходить ночью. В организованных бандах есть свои серьезные преимущества. Они чужих на своей территории не любят, а беспредела не допускают. Им здесь жить и ссориться по пустякам с государством и соседями ни к чему. А вдруг менты обидятся и устроят большой шмон с массовыми посадками?

Мешало окончательно превратиться в чисто уголовную банду, исключительно нежелание Мусы жить по воровским понятиям. Он очень рано женился и имел двух детей, не собираясь останавливаться на достигнутом. Семья должна быть большая, уверял он в разговорах. Поэтому шухериться по малинам желания не испытывал и в зону не рвался. А вот красиво пожить любил. Зато презирал всю воровскую касту оптом, считая их дармоедами и понтярщиками. Подобных экземпляров целенаправленно выживали с близлежащих улиц и запросто сдавали по малейшему поводу доблестным работникам милиции, помогая улучшать статистику раскрываемости.

У Мусы в команде наличествовала черная касса, куда сдавался определенный процент, и откуда шла помощь соратникам в самых разных случаях. Не только для тюрьмы, куда впрочем, ни разу не залетали его работники по общим делам. По дурости случалось неоднократно. Парни молодые, горячие. Сдерживаться не любили. В таких случаях семьям помогали.

Никаких проблем с просьбой не возникло. Муса мгновенно дал имя подходящего человека и название его судна, даже самолично договорился. Морячек не гнушался привозить из-за бугра всякую мелочь на продажу. Правда, пришлось ехать самому и в Ригу. Так было быстрее, чем в родные места. Заходы в порт от Даргиева не зависели.

Первое, что мореплаватель сообщил при встрече, сделав большие глаза – это про статью под названием «Большой Бум». Даже выторговал за столь компрометирующее известие лишнюю пятерку. Во всяком случае, основной вопрос стал предельно ясен и без перевода. Ни командование флота, ни особый отдел письмами не заинтересовались. Или там натурально была диверсия. Ну не поджигали же морячки, зенитные ракеты и склады с топливом и химией, чтобы скрыть недостачу?! Не те времена и никому это добро в СССР пока не требовалось.

– Что-что… да ничего, – сказал Андрей раздраженно в трубку. – Статья, как положено, присутствует. Читать я ее не стал, нафиг сдалось. Все как предсказано… Может все записано на небесах, в такую большую амбарную книгу и все эти трепыхания ничего не значит. Хотя есть вариант и проще. Собрали на комсомольское собрание, сделали накачку. Через два дня все благополучно забыли. Или мы ничего не способны изменить, или надо идти другим путем. Да, есть идея. Это я потом расскажу. Дома. Не телефонный разговор. Как там жизнь? А мать? Ну, вот и славно. Я еще недельку отдохну и домой. Зря, что ли, приехал к морю? Ага. Будь здоров.

Он повесил трубку и почесал голой ступней ногу. Взял сигарету из неизвестно чьей пачки «Дойна», молдавского производства, лежащей на подоконнике и задумчиво уставился в окно. Было о чем подумать. Имеет ли смысл вообще дальше подобной дурью маяться или идти по другой дороге? Или одно другому совершенно не мешает?

С будущим заместителем мэра Москвы и известнейшим олигархом они регулярно расписывали преферанс. Андрей это дело не слишком любил, и играть по маленькой не стремился. Никакого азарта. Зачем убивать вечер за десятку, когда он ее так без проблем делает на работе. Поэтому очень быстро переключил их на Пашку, оставшись для всех хорошим приятелем. Машина в его распоряжении, была совсем не лишней. Брательник прекрасно умел считать и готов был развлечься в молодой компании. Там где карты, очень часто присутствует и все остальное. Выпивка, баня, девки. Дело абсолютно нормальное, ведущее к налаживанию приятельских отношений.

Ребята были очень не глупые, но скажи Андрей правду, зачем их свел и про свои далеко идущие планы, долго бы смеялись. Один не так давно стал секретарем комитета ВЛКСМ факультета, а другой писал кандидатскую диссертацию, подавая большие надежды. Виртуальные будущие миллионы с миллиардами, им могли присниться, разве что, в мечтах. Комсомолец в свободное время трудился маляром в ЖСК, в стремлении обеспечить себе квартиру. Поползновений рушить СССР или вести антисоветскую пропаганду за ними не наблюдалось. Ругали начальство и окружающую действительность, как миллионы прочих, да отсюда до «врагов народа» пропасть огромная. Над обслуживанием, дефицитами и собраниями вполне легальный журнал «Крокодил» регулярно издевался.

Андрей машинально раздавил бычок в горшке с цветком, смущенно хмыкнул и выбросил его в мусорное ведро. Вот чем отличаются прибалты, прямо, как и не советские люди, так маниакальной страстью к чистоте. На улицах бросать ничего нельзя, в квартире страшно чисто и аккуратно. Еще жили здесь гораздо зажиточнее, чем в России и при этом русских, почему-то всерьез недолюбливали. Проскакивало постоянно в разговорах и в отношении к приезжим. Любой латыш почитал себя не меньше, чем европейцем, а русских держал за быдло. Явно ничего не происходило, но достаточно было посмотреть, хотя бы на обслуживание в магазинах.

Он прошел в комнату и нырнул под одеяло к Дзинтре. Осторожно перевернул ее на спину, стал на локти и колени, чтобы не давить тяжестью и, раздвинув коленом ноги, легко скользнул внутрь. Еще не проснувшись, она отозвалась, выгнувшись и что-то невнятно пробормотав. Андрей замер, нависая над женщиной и наслаждаясь моментом. Потом очень медленно приступил к извечной игре. Никуда не торопясь, без привычной мужской грубости уже однажды получившего свое.

Дзинтра не открывая глаз, повернулась удобнее, обняла его руками за плечи и сомкнула ноги на его пояснице. Дыхание становилось все тяжелее, она слабо застонала, и Андрей почувствовал, как женское тело затрясло мелкой непрерывной дрожью. Его движения тоже становились все более бесконтрольными и быстрыми. Дрожь возобновлялась несколько раз и она, уже не сдерживаясь, застонала в голос. Рвется навстречу, стремясь впустить как можно глубже. С губ несется поток слов на латышском, он не понимает ни слова, но перевод и не требуется.

Дзинтра лежала рядом, положив голову Андрею на грудь. Он повернулся и поцеловал ее в губы, продолжая гладить крепкую грудь. Андрей был счастлив, что добился своего. С красивой женщиной – это кайф. С красивой и очень известной – кайф в квадрате. Никто еще не знает, что через месяц на экраны телевизоров выйдет новый фильм. Прибалты всю жизнь специализировались на драмах из западной жизни, но сейчас попадание будет особенно удачным. Дзинтра проснется знаменитой на всю страну. Миллионы мужиков всех возрастов будут мечтать о ней, а он еще два года назад, не имеющий ни малейшего понятия о Рижском художественном театре драмы имени Я. Райниса и актрисе там работающей, сориентировался первым.

Вот ведь как интересно – в жизни человек и выглядит, и говорит совсем не так, как ты представляешь по интервью и фотографиям. Ростом с него, а на каблуках еще выше. Плечи широкие, как у мужчины, но рыжие волосы настоящие. Цвет как у меди. Никакого обмана. Что да, то да. Зато лицо и фигура вне критики. Полные губы, выразительные глаза. Большая, не нуждающаяся в подпорках грудь, тонкая талия. Все как по заказу. Увидел, моментально запал.

Информацией тоже надо уметь пользоваться. Интервью и статьи, чаще всего, бред голимый. Как же, станет нормальный человек изливать открыто душу, перед всеми. Что у него не так или что он любит. Очередная звезда экрана или эстрады исполняет вечную песню о глубокой любви с мужем. Хорошо, если выяснится, как они на самом деле жили, после развода. Да и тут доверять не стоит. Начнут кидаться друг в друга какашками наперегонки. И чего двадцать лет прожили вместе, если он гад, регулярно буцал невинную женушку, а она стерва, по его словам, вечно в суп харкала? В семье разное бывает, но слушать надо обе стороны и тщательно фильтровать претензии.

Ну, иногда попадается и реальная информация. Не часто, но тут уж учись смотреть. «Я люблю розы», «В этом году муж всерьез запил и мы временно разъехались». После перестройки этих вещей стесняться перестали и спокойно рассказывали. «Часто после спектакля отмечали событие в ресторанчике возле…», «Режиссер предложил сняться в фильме…». «Обожаю картины художника…».

Совсем не просто это было. Стали бы латыши с посторонним русским парнем, свалившимся им внезапно на голову, с радостью общаться. Да никогда. В любой тесной компании не обрадовались бы навязчивому типу. Сидят, вспоминают съемки, культурно выпивают и тут вваливается неизвестно кто. Сорок раз будешь восхищаться спектаклями (которых не видел), но вежливо поблагодарят, и звать к себе за столик не станут.

Ну, он хоть ехал за журналом, но это дело было второстепенное. Попутно. А вот на Дзинтру нацелился всерьез, не посвящая в свои намерения Пашку. Для того спасение человечества, от него самого, важнее. А Андрей всерьез хотел познакомиться. Для этого и существуют связи. В СССР нет ничего важнее знакомств. Обычно это называется блат и понятие очень широкое. По принципу «ты мне – я тебе». Совсем не важны бывают деньги, хотя без них сложно обойтись. Услуги ценятся выше. Были у него контакты, и нашелся человек, который мог непринужденно свести.

Переехав в Москву, Андрей пошел в таксисты. И копейка лишняя, и пристальный контроль отсутствует. Сам себе хозяин. Сдавай своевременно выручку в кассу и делай, что пожелаешь. Не все, конечно, было так элементарно. Совсем не просто без опыта в чужом городе план сделать, но это приходит с опытом. Да и в парке существовала целая система поборов сверху донизу. Хочешь иметь машину на ходу – плати. Начальнику, механику, кладовщику и даже диспетчеру, чтобы он подкидывал хорошие заказы. Все это в порядке вещей, и его нисколько не напрягало. Все так жили, и дело насквозь обычное. Как и вечные бутылки в багажнике за дополнительную плату, для клиентов с горящими трубами и больной головой. Купить поздно вечером превращалось в нехилую заботу, а у него всегда к услугам страждущих.

Возить в незнакомом городе пассажиров задача нетривиальная. Пришлось учить карту. Толку было мало, местами она была неправильная или отсутствовали мелкие переулки. Так советская власть предохранялась от шпионов. Карты городов и дорог очень приблизительные. Постигал на практике премудрости проезда из точки «А» в точку «Б», не строя из себя сильно умного и спрашивая совета у много лет проработавших в таксопарке. Ничего ужасного в признании слабого знакомства с обстановкой нет, а людям нравится поучать.

Учиться, учиться и учиться, как завещал классик. Он был прав, единственное, коммунисты забыли точно процитировать. Учиться требовалось коммунизму. И ведь все в ПСС содержится, но ни один нормальный человек не удосужился многочисленные тома прочитать. Он бы и сам отроду не стал, но в караулке другого чтения не имелось. Сидишь ночью и чтобы не заснуть, изучаешь наследие. Заодно выясняешь массу интересного. Детали биографий впоследствии расстрелянных товарищей и как Ленин ругаться умел. Очень часто, однообразно и крайне не воспитано. Вроде и не статьи для общественных газет, а склока на коммунальной кухне.

Современные партийцы откровенно сочинения вождя не раскрывали ни разу в жизни. Так и повторяют, про кухарку управляющую государством. А он в жизни такого не брякал. Ну да Бог с ним, с Лениным. Он много чего говорил. На любой случай жизни. Когда для дела требовалось про военный коммунизм, а когда не срослось про НЭП. Прекрасный был тактик и ловец ветра. Моментально чуял куда дует и подставлял парус.

Изучив город в совершенстве, Андрей еще и близко познакомился с его изнаночной стороной. Отсутствующие в отчетах милиции проститутки, шустрые фарцовщики, солидные люди, приезжающие в командировки, темпераментные кавказцы. Не обошлось и без уголовников. Один раз, два парня приставили к боку нож и отобрали выручку. Когда они выскочили из машины, Андрей схватил монтировку, лежащую под сиденьем и, не помня себя от ярости, погнался за уродами. Догнал. Одному не иначе как голову проломил, а второй отделался поломанными ребрами. Долго потом ждал появления милиции и на счастье, так и не дождался. Видимо, заявлять не стали, у самих рыльце в пушку. Или номера не запомнили. После этого он всегда внимательно смотрел, чтобы не сажать в машину явно наглых и опасных и держал в кармане самодельный кастет, а доблестную монтировку под рукой.

Постепенно приходили и знакомства. Самые разнообразные. От приезжих из дальних краев (на будущее пригодятся) до милиционеров. С одним поговоришь, другого невзначай расспросишь. А уж что и где в магазинах «выбрасывают» ценного очень быстро учишься узнавать. Связи – первое дело. Самому без надобности, так можно кого по знакомству обрадовать.

Тут главное не суетиться и набраться терпения. До перестройки времени навалом. А слишком явный интерес мог и отпугнуть потенциального клиента. Ведь что такое Интернет? Это огромное количество добра, которого при всем желании, в это время взять неоткуда. Легче скачать, чем самому выдумывать. И то, половина вроде бы многообещающих идей проваливалась с громким треском.

Напрашивалась простейшая торговля. У людей уже имеются видеомагнитофоны, кассетники и даже видеокамеры. Не у многих и все это страшно дорого, но если у тебя есть вещь, ей хочется пользоваться. Кассеты ТДК, не часто появляющиеся в магазинах, стоили восемь рублей. Одно время каким-то чудом появились в продаже японские JVC и Sony на девяносто минут. В красивой коробке и завернутые в прозрачный целлофан. Упаковка западных товаров у людей вызывала восхищение и зависть. Не таскать в авоськах и не заворачивать в толстую обойную бумагу, а вот так – со вкусом. На самом деле, фигня. Коробка дело второстепенное, качество вещи важнее, но люди готовы переплачивать за праздничный вид и он это запомнил на будущее.

Андрей тогда нахватал, сколько в багажник умещалось. Это ж золотое дно. Записи ходили по рукам, многократно переписывались с пленки на пленку, и качество звука было отвратительное. А с компьютера на импортный магнитофон можно перекачивать любые песни, в любом количестве, даже самые новейшие для этих лет альбомы, только-только поступившие в продажу. Тут главное не зарваться и точно проверять даты исполнения. Еще не хватает услышать удивленные вопросы. Не вышло. Не тянул ящик. Со звуком были серьезные проблемы и наладить не удалось. В длительной лекции от брата Андрей ничего не понял, усвоив простейшую мысль – не раньше, чем через пару лет. Возможно и позже. Нет подходящего железа и программ.

Хорошая мысль была играть на скачках. Опять же, сколько не копался в куче всякого мусора точных данных найти не смог. Вот на английском были, но ему не интересны. Как собственно ставить на американских соревнованиях, сидя в СССР? Никак. Накопал имена чемпионов и фаворитов в родной стране и даты рекордов. Результатов скачек нет, кому они потребны задним числом? Что нашел и то прекрасно. Много при ставках на всем известных лидеров не получишь, копейки на рубль, но если ставить большую сумму можно и кое-что подработать. Пару дополнительных зарплат, не напрягаясь, он получал, даже изредка проигрывая. Фаворит тоже не всегда приходит первым. Курочка по зернышку клюет, не особо раздражая заинтересованных должностных лиц. По любому, деньги были, и по советским понятиям немалые.

Так что Андрей вполне мог себе позволить красиво поухаживать, не бедствовал. Букеты цветов (ага, любимых), походы в интересные места, не чрезмерно дорогие, но приятные подарки. Рисунок того самого любимого художника. Получен за бутылку водяры. Мужик пьет по страшному и от этого дела помрет очень скоро. Лет через двадцать его картины будут стоить солидные деньги. В перестройку заинтересовались и поехали остатки его художеств за бугор, за солидные долларовые пачки. Не жалко.

Женщину нужно заинтересовать. Дорогую вещь она может и не взять, а тушь «Ленинград» за сорок копеек, в такой ситуации, смотрится издевательством. Подарок необходим, чтобы и отказаться было нельзя, и взять хотелось. В обязательном порядке упоминание о том, как понравилась сцена из раннего фильма с ее участием (сведения из интервью будущего, очень хвалили). Ни одного кино с Дзинтрой он раньше не видел, но готовился серьезно. Так что прозвучало неплохо: совпадение взглядов, да и заинтересованность показана вроде бы случайно. И все в таком роде. Настойчивая осада без пошлости и грубости.

Дзинтре нравилось внимание, и она не пыталась отшить Андрея, но держалась по-прежнему слегка на расстоянии, максимум, позволяя поцелуй в щеку. Вчера, перед уже открытой дверью квартиры, он понял, что его в очередной раз продинамят, даже не подумав пригласить на чашку кофе, и сорвался. Это бывало не часто, но недаром ходила за ним в школе слава хулигана. Случались обстоятельства, когда он, не пытаясь задумываться о последствиях, говорил и делал вещи, о которых приходилось потом жалеть. Как с теми дебилами, пытавшимися его ограбить и наверняка попавшими в больницу. Мог ведь, и загреметь на нары за подобные действия.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43