Марик Лернер.

Дороги в неизвестность (сборник)



скачать книгу бесплатно

Она по-кошачьи гибко поднялась, шагнула к Живому и встала на колени. В руке Старшая держала вырезанный из дерева стаканчик. Потом достала нож и, полоснув по руке, выдавила кровь в сосуд. Кровь не водица – на крови клянутся всерьез. И спрос за это высок. Добровольно смешивающие кровь связывают себя обязательством, нарушив которое, своими же родичами будут считаться бесчестными. Были случаи, когда таких убивали, чтобы не пятнали позором семью, из которой происходил лжец. Очень редко такие клятвы дают.

– Я клянусь на своей крови и своей честью, что признаю тебя своим отцом со всеми правами и обязанностями, предусмотренными законом и традициями нашего Народа, – произнесла слова клятвы Старшая.

– Я клянусь на своей крови и своей честью, что признаю тебя своим отцом со всеми правами и обязанностями, предусмотренными законом и традициями нашего Народа, – повторила за ней Младшая обязательную формулу, добавив в стакан и свою кровь.

– Я клянусь на своей крови и своей честью, что признаю тебя своим отцом со всеми правами и обязанностями, предусмотренными законом и традициями нашего Народа, – присоединилась к ним Охотница.

Живой с каменным лицом выпил кровавый коктейль и проделал ту же процедуру по собиранию крови. Стаканчик пустили по кругу.

– Я клянусь на своей крови и своей честью, – дождавшись, пока отпили все, сказал он, – что буду всегда ставить интересы семьи выше собственных интересов.

– И еще я добровольно возьму на себя обязанности вашей общей мамочки, – Охотница довольно рыкнула. – Особенно в его отсутствие. Кто возражает, имеет возможность высказаться сейчас, и это будет в последний раз. В будущем, – она продемонстрировала мощную лапу, сжатую в кулак, – не потерплю! Молчите? Правильно. Я тут единственная, кто по-любому может быть объективной, и вобью позволившего себе лишнего в землю.

Никто ей и не пытался возразить: лапа – серьезный аргумент.

– Встретимся у Зеленой скалы, – продолжила она. – Все знают, где она находится? Вот и хорошо. Соберемся и вместе пойдем дальше. Поручитель перед Кланом нам пригодится – не сами пришли. Что сидим? Была команда спать!


Плеча осторожно коснулись, и Живой моментально сел, держа руку на рукоятке клинка. Костер догорел, при свете Луны была видна Охотница, сделавшая резкий жест. Он прислушался. С северной стороны приближался верховой. Ехал он совершенно не скрываясь и даже вроде нарочно шумел.

Вот только ночью по равнинам не ездят без причины, а там, где один демонстративно шумит, вполне может оказаться целый отряд тихушников.

Всадник подъехал к холму, спрыгнул с коня и громко и насмешливо спросил:

– А можно получить разрешение спокойно подойти, не опасаясь получить кусок железа под ребра от этих милых девочек?

Голос был знакомый, а в запахе невозможно ошибиться.

– Когда это у моего костра обижали гостя, – пробурчала Охотница и пихнула в остывшие угли растопку.

– У твоего никогда, – приближаясь и демонстративно показывая свободные от оружия руки, охотно согласился гость. – Вижу тебя, Охотница, и рад, что хорошо выглядишь.

Только мне нужен вот он.

– Такие опасения не в твоем характере, Железная Лапа, – удивился Живой. – Мне всю жизнь, наоборот, казалось, что ты не прочь проверить, кто из нас лучше. Я здесь такой же гость и не собираюсь нападать на пришедшего. Закон гостеприимства для меня свят. Ты явился открыто и спросил разрешения у хозяина. Тем более к тебе у меня никаких претензий нет.

– Вот и хорошо, – сказал пришелец, садясь напротив него у разгорающегося огня, – что ты сегодня добрый и не дашь отмашку своим подружкам, которые сидят прямо у меня за спиной, уж такие вещи определить я могу. В военные вожди не попадают плохие бойцы. Потому что я принес не слишком приятную весть.

– Паук послал тебя ловить убийцу?

– Меня сложно послать, – усмехнулся Железная Лапа. – Обычно я сам посылаю, и приказы воины получают от меня, а не от свихнувшегося от злобы паука. Я знаю, что ты прав. Мирный вождь знает, что ты прав. Большинство из рощи поддержит тебя. Вот только ты убил придурка не по закону. Сам знаю, что он бы кинулся под защиту деда, и ничего с ним после этого уже не сделаешь, хотя ты вполне мог бы оказать всем одолжение и заодно и дедулю ухайдакать. Почему-то мне кажется, что у тебя вполне бы получилось. – Железная Лапа говорил, улыбаясь, но глаза у него были холодные и жесткие. – Особенно, если сразу, не отвлекаясь на гневные речи. Ты всегда был слишком прямолинейным. Нет чтобы подумать о роде… Все равно тебе теперь придется бегать по степи, так почему заодно не сделать приятное своей роще, избавив ее от старика, забывшего о чести. Давно надо было поднять этот вопрос, но его так просто не поймаешь за руку. Вот пришел бы ко мне, поговорили бы и вместе что-нибудь да и придумали.

– Почему-то у меня такое чувство, – глядя ему в глаза, сказал Живой, – что ты имел прекрасную идею, как меня использовать, даже еще не зная про возвращение. У тебя всегда есть планы на все случаи жизни. Вот только я не люблю, когда мной манипулируют.

– А как же, был, – легко согласился собеседник, – а насчет использовать – по-другому и не бывает. Всегда кто-то кого-то использует и кто-то кем-то манипулирует. Жена – мужем, вождь – воином, даже ребенок – родителями. Тем более, когда замешаны амбиции. Ты ведь прав, я всегда хотел с тобой помериться силами. Из всего нашего поколения я на самом деле опасался только тебя. Ты всегда был второй. Второй после меня среди воинов и после Бурного Потока по способностям. Только я прекрасно знал, что ты его запросто переплюнешь, если он без дедовой поддержки останется. Но ты ведь и сам к этому не стремился! Вот никогда этого не понимал – твоего желания всегда быть лучшим во всем.

– Поэтому меня и опасался?

– И поэтому тоже. У нас ведь никогда до серьезных стычек не доходило. Не только я не хотел обострять, но и ты тоже. Такой неформальный теневой лидер, равный по силе, который очень редко вмешивался в мои решения или защищал наказанных, но если уж ты что-то делал, то я знал – был не прав, здесь ошибка. Может, вслух я и не признавал никогда, но знал, и тебя за это уважал. Тебе нужна хорошая жена, – неожиданно закончил он.

Охотница хмыкнула.

– Да. Хозяйственная и с хорошим замахом. Вместе вы будете прошибать любые преграды. Я серьезно! – заявил он заржавшему Живому.

– Ой, уморил, – отсмеявшись, сказал тот. – Железная Лапа дает искренние советы, от которых ему никакой пользы. Такое бывает раз в жизни, когда больше встречаться не собираются. Зачем ты меня искал?

– Ты опять прав, я пришел не просто так. Мне не нужна кровь родичей, а столкновение будет обязательно, если ты не уйдешь. Я не хочу, а главное, не могу отдать приказ ловить тебя. Многие просто не послушаются. Будет раскол и братоубийственная драка. Потом придут соседи и возьмут наши рощи. Поэтому я тебя прошу – уезжай. Воины тебя искать не будут, а пока гонцы от паука пройдут по другим семьям и охота начнется всерьез, не одна десятидневка пройдет. На юге поднимается новый Клан и ему нужны воины. Зверь принимает любой из наших видов. Может, именно там и находится твое место.

Живой кивнул.

– Хорошо. Я не буду доставлять тебе неприятности и уйду. Только проследи, чтобы не мешали Младшей забрать моих и ее коней и имущество.

– Она тоже, – сказал сам себе Железная Лапа, – и еще Старшая и… – Он посмотрел вопросительно на Живого. Не дождавшись ответа, тоже кивнул. – Конечно. Никаких проблем.

– Скажи, – после паузы, – спросил тот. – А почему бы тебе меня втихую, в спину, из засады не пристрелить. И с пауком все решишь и не надо скандалить с родовичами. Пропал и все. Нашел же здесь, при желании мог и подловить в дороге.

Железная Лапа опять широко заулыбался.

– Ну, можешь же думать, если хочешь! А ведешь себя как бык – рогами бум о препятствие, вместо того чтобы обойти. Вот подумай и ответь себе. Думать – оно полезно.

– А я думаю, что не захотел ты проверять на практике, кто кого первый подстрелит. Это риск и не малый, а брать помощников в таком деле нельзя. Обязательно рано или поздно проболтаются. А Железная Лапа никогда не будет явно делать то, что может повредить в глазах его воинов. Репутация вождя штука тонкая и легкая. Один раз поведешь себя неправильно, и доверия не будет. А у тебя амбиции. Шесть рощ под твоей рукой, а хочется больше.

– Восемь, – отрицательно помотав пальцем, сказал тот. – Ты долго отсутствовал. Молодец – соображаешь. Это главная причина. Но есть еще и не главная. Хочешь верь, хочешь не верь – я тебя действительно уважаю. Ты всегда шел своей дорогой и был не таким, как все. Я-то знаю – по течению легче, чем поперек. Там будет другая жизнь. Лучше или хуже – не знаю – это тебе ее создавать. Поэтому уходи на юг, там хороший шанс начать сначала. Мешать я тебе не буду, но и помогать тоже.

Он встал и поднял руку в прощальном приветствии.

– Я желаю тебе удачи там. Сюда не возвращайся.

Повернулся и пошел вниз к своему коню.

Глава 4
Новая Варшава

Я лежал на носу баржи, прислушиваясь к разговору и делая вид, что изучаю общедоступный список Вещей, которые разыскивают рейдеры. Такие небольшие книжки были во многих домах и пользовались устойчивым спросом у местного населения. В конце приводятся приблизительные цены.

Ничего интересного там не было. Все прекрасно знакомое, многое люди просто не знали, как использовать. По названию никогда не догадаешься, что за штучка. Хорошо еще, что обязательно изображение имеется. А еще есть пометки Черепахи.

Некоторые Вещи еще и применяются совершенно неправильно. Вот какой умник придумал использовать «Сигналку» таким идиотским образом? Она якобы чувствует воду! Ну да, реагирует. Но на самом деле ее можно и нужно настраивать на любого размера теплокровное животное. От мыши до слона. Прошел перед сном вокруг стоянки, сбросил нить, и никто не пересечет ее без тревожного сигнала. Только подкармливать нужно регулярно. А эти… додумались.

Вот почему электроника не желает работать – это они и не подозревают… Только стоит ли подсказывать? Еще не хватает, чтобы они от «Вопилок» научились закрываться. Совершенно лишняя информация для людей.

Как ни странно, обнаружил пару десятков Вещей, совершенно не знакомых. У нас такого не было. А вот это – очень интересно. Единственный экземпляр, любые деньги предлагают. Еще бы. Пауки бы тоже не отказались. «Маска». Совершенно безболезненно превращает тело в натуральный пластилин. Можно вылепить из любого все, что угодно. Хочешь другое лицо? Пожалуйста! Хочешь хобот или броню вместо кожи – сколько угодно. Несколько часов в новом облике – и останешься навсегда в таком виде. Никаких последствий для здоровья.

И еще длинный список Вещей неизвестного назначения. Положим, это они им неизвестны. «Замедлитель», «Здоровье», «Чистильщик», «Слизь», «Накопители» разных видов и форм, «Пленочник», ну и много всякой ерунды.

Ого! «Насильник». В его присутствии невозможно себя проконтролировать. Обязательно перекинешься. У нас ходили слухи про то, что они есть в Крепости, но кроме страшных сказок никогда не слышал ничего конкретного. А оказывается есть. Очень мне это не нравится. Если будет возможность, надо выкупить и запрятать поглубже. Ага, не один я такой умный. Что-то Черепаха, видать, не сообразила или забыла, когда мне дала список. Очень занимательная надпись под рисунком, сделанная ее рукой – «Од. вз. у Б. Два кн.». Прям так сложно догадаться! Страшно глубокий шифр! Посмеялся бы, если бы это не «Насильник» был. «Один взят у Бориса. Стоимость – два коня». А ведь ничего не сказала. Это надо будет обсудить с Вожаком. Вот интересно, на него действовать будет, и если да, то как?

Я насторожился и в очередной раз прислушался. Даша сидела по соседству, тщательно вычесывая Мави специальным гребешком. Та, довольно урча, подставляла то один, то другой бок. Во время этого полезного процесса Даша пыталась пояснить любознательному Летчику, чем русские отличаются от поляков. Она сидела на палубе уже третий день с небольшими перерывами на еду и сон. Обмен информацией шел в обе стороны, причем, как втихую доложил мне Летчик, Дашу интересовали как я лично, и при том очень сильно, так и жизнь на равнинах. Единственное, что ему прямо запрещалось с самого начала – это упоминать о звериной форме и связанных с этим вещами. Предупредить его о неразглашении остального мне просто в голову не пришло, а теперь было поздно.

Летчик, умело направляемый уточняющими вопросами, выложил все, что он знал о Народе. Знал он, правда, не слишком много. Два месяца жизни – срок не слишком большой, но был он, как и положено подростку, достаточно любопытным и при этом изрядно наивным. Во всяком случае, мотивы нашего похода и то, на какой результат мы рассчитываем, он без больших проблем сдал. Про наше отселение в дальние края – это была достаточно любопытная информацией. На основании ее недолго додуматься о скоплении изрядного количества наших соплеменников в том месте. И по разным другим мелочам, включая неизвестный язык и отсутствие вещей промышленного производства, мы на потерявшихся землян как-то мало походили. Своими открытиями Даша делиться пока ни с кем не собиралась. Это я знал точно. Что происходило на барже, Летчик контролировал на все сто, подслушивая разговоры даже в разобранном состоянии. Изначально это задумано не было, но если ему нравится, почему не воспользоваться?

Даша доказывала, что никаких принципиальных различий между поляками и русскими нет, а есть только разница в религии. Тут Летчика переклинило, так как он совершенно не понимал, почему чтение молитвы на латинском языке может быть более правильным, чем на церковнославянском. Когда всплыл вопрос об украинцах, он запутался окончательно: религия с русскими одинаковая, но почему-то другой народ.

Тут у меня в познаниях была изрядная дыра, так что помочь ему разобраться я не смог бы при всем желании. В доставшемся мне от Лехи куске памяти присутствовал фильм «Тарас Бульба», а также прочитанная им после просмотра оригинальная книга. Была попытка сравнения – и уж очень ему не понравилось кино с длинными речами героев, поднятых на копья. Больше у меня по этому вопросу в памяти ничего не имелось, кроме анекдотов про хохлов и сало. Вот специально так не сделаешь: «Здесь помню – здесь не помню». Выступать со своим «авторитетным мнением» я не пытался, тем более что особого интереса данный вопрос не вызывал. Ну, поделились когда-то, как большинство родов. Мы, например, род Медведей, а есть отдельные подвиды – гризли, бурые, пещерные, черные, очковые. От окраски зависит и от места жительства. Иногда и между собой деремся за территорию или баб. Ничего странного. Так это всего шестьсот лет. Через тысячу еще раз поделимся и будем считать своих единственно правильными медведями.

Идею бога Летчик совершенно не воспринимал. Тем более бога невидимого, всемогущего и всезнающего, да еще и единого в трех лицах.

Тут Дашин рассказ совершенно непонятными путями сделал скачок и оказался в Израиле.

В свете того, что тело у него было израильского производства, Летчик страшно заинтересовался этой темой. Бесконечные войны за землю и воду с близкими родственниками он как раз хорошо понял. Это гораздо проще абстрактных идей, в которых, впрочем, и Даша не сильно много понимала. Мудрено было бы при здешнем воспитании и таких родителях. Вот стрелять, коня оседлать, в разном местном сырье разбираться или обувь починить – это без проблем. Очень практично. А страдать из-за отсутствия на планете Иерусалима или папы римского вместе с Патриархом Московским – это не по адресу.

Очень быстро Даша иссякла. История земных государств явно не была ее любимым предметом. Где-то в Форте была пара книжек на тему охоты за террористами и бомбежек, которые она добросовестно изложила. Вот здесь Летчик меня окликнул и заинтересованно начал выяснять – нельзя ли его вооружить. Мы с ним долго выясняли значение терминов «полезная нагрузка», «мощность двигателя», «высота полета» и причины, по которым это не возможно. Потом Летчик глубоко задумался и замолчал.

Непонятно, что творится, как всегда, когда Зверь руку приложил. Нормально у него не получается. Наш летающий приятель явно прогрессирует, причем в совершенно непредсказуемую сторону. Действительно, получается оригинальная личность со своими желаниями и интересами.


Когда выяснилось, что Вожак откровенно лажанулся с этой идеей про летающих разведчиков, он сделал умное лицо и сказал: «Думайте. Здесь собрались Мастера, вот и покажите, что умеете». Сказать – оно проще всего. Сам с этим дела никогда не имел и откровенно свалил на нас. Вот мы и выдумали, неизвестно на чью голову. Коллектив изобретателей в составе паука-недоучки, кузнеца, ювелира для тонкой работы, меня, как наиболее продвинутого в людской технике, и Близняшек. Особенно полезны были Близняшки. Они отгоняли пинками любопытных и лезущих с умными советами.

«Пленка» и «Накопитель» вместо аккумулятора, разные прочие мелочи вроде защиты от «Вопилок» и «Кричалок» – это даже не особо сложно. Любой дурак из Народа знает, как использовать простейшие печки. Берешь обычный картон или, на крайняк, тонкую деревяшку, покрываешь пленкой и жаришь необходимый продукт на слабом солнышке. Ловить бесплатную энергию – так пленка под это дело и выдумана. Тут немного пришлось повозиться с доводкой, и чтобы не закоротило тонкую технику. Нужды в защите от «Вопилок» и «Кричалок» раньше не возникало за неимением электроники, но это тоже хорошо известное дело. Присобачь «Глушилку» на широком диапазоне – и все будет в лучшем виде. Сделать все это достаточно сложно, но вполне осуществимо. Зато, что делать с компьютерными мозгами, никто не представлял.

Сначала от меня пытались добиться объяснения устройства и как оно действует. Только если Зверь не знает, откуда мне знать? Разве что имелись общие смутные представления об устройстве компьютера. Чтение инструкции тут не помогло. Тогда дружно махнули рукой и выпили коллективно, на совесть. В ходе гулянки и родилась эта странная идея.

Вернее, она всем была прекрасно известна, но на моей памяти никогда не использовалась. Любой предмет имеет память. Когда ты его держишь, касаешься, чинишь, используешь, остаются следы на поверхности. То, что называется аурой и информационным воздействием. Часть со временем исчезает, часть навсегда впитывается. При определенных умениях и прямом воздействии контролируемой энергии можно разбудить что-то вроде личности. Поскольку предметом пользовались многие, то получившаяся личность будет похожа не на кого-то конкретно, а скорее на слияние нескольких. Тут важна даже не сила, а тонкая работа. Чем меньше и проще предмет, чем чаще он использовался, тем это легче. Есть даже древние легенды про живые мечи, куда умирающие вкладывали часть души. Потом эти мечи вполне были способны предупреждать об опасности, учить незнакомым приемам фехтования, оставшихся у них в памяти неизвестно от кого, и даже разговаривать с хозяином.

Никто такого не видел, но вот камни-сторожа прекрасно известны всем. Своих они прекрасно узнают, а о чужих предупреждают. Одна проблема – они достаточно примитивные как личности, туповатые и делать их тяжело. Дальше одной, максимум двух, задач соображать не способны. Как в самом начале уяснили про «свой – чужой», так и будут следить. «Сигналка» и то полезнее. Ее хоть с собой таскать можно, а камень-сторож обычно имеет охренительные размеры и служит для обозначения границы. Зато выяснить у него, кто проходил и из какого рода, без проблем. Поэтому любой чужак, не желающий быть опознанным, старательно объезжает хорошо всем известных сторожей.

И камни-родственники тоже замечательная вещь. Можно разговаривать не хуже чем по радио. Тоже проблема имеется неразрешимая. Из начального камня сколько выпилишь, столько и будет «Говорилок». Запасную не сделаешь, а использовать большой размер не получается. Вот и выходит десяток-другой по максимуму, и все.

С раннего утра я поднял нашего паука-недоучку Длинного Зуба холодным душем из ведра и стал выяснять, что он там по пьяни такое заливал. На самом деле он действительно Мастер, но пауком его еще много лет не признают. Слишком молодой, шкодливый и совершенно не умеет подчиняться авторитетам. Обязательно при всех расскажет, почему его начальник придурок, и докажет, что он прав. Силы большой у него нет, зато ума слишком много. Вечно с несвоевременными идеями вылезает. А вот как раз в этом случае очень даже вовремя выдал мысль. Почему бы нам не попробовать создать из самолета личность? Нужны только несколько ингредиентов вроде приличного куска гибридного сплава, на котором записывается информация по типу «хранителя», и кто-то умеющий работать с энергией напрямую.

Чего-чего, а различных чистых образцов у нас было много, и Вожак на вторую часть работы имелся. Что они там коллективно сварганили, я так и не понял. Очень умно это было названо «квазиживым» материалом из сплава нескольких металлов, углерода и каких-то химических солей, отнятых с боем у Койот. Еще и кровь мою использовали. Какие-то специфические способы проводки сигналов. Диэлектрики, отрицательная проводимость и прочая белиберда, нормальному бойцу непонятная и совершенно неинтересная. Каждый должен заниматься своим делом. Я как-то все больше специализировался на разведке и наведении порядка среди своих. Ближе всего это к полиции. И не уголовка, и не ОМОН, что-то среднее. Создание амулетов – это хобби, а не профессия, хотя мои ценились понимающими.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31