Мария Хохлова.

Последний рассвет



скачать книгу бесплатно

Аделия покорно ждала его последующих слов, пытаясь донести до понимания, сказанное моментом позже.

– Я сотворил немало ошибок – продолжил он, закурив – касаемо себя, их было бесчисленное множество, и я не жалею, что позволил этим ошибкам свершиться. Закалившись благодаря им, я стал сильнее, понял, что судьба не строит жизнь, а строишь её сам. Зато, я сломал жизнь тебе, и твоему будущему – он торопливым движением потянул на себя выдвижной ящик стола, загремел стеклом, и поставил на кипу бумаг, знакомый, одурманивающий предмет, ставший на почётноё место во всех его вкусах и пристрастиях. Он поднёс свои губы к горлышку, как к родному, и жадно принялся поглощать манящее содержимое. Аделия, скривившись, отвернулась, дабы не наблюдать подобное зрелище.

– Я никогда не заслужу в твоих глазах прощения – опять зазвучал грубый голос, подавленный и дрожащий – и возможно сейчас, ты просто не поверишь мне, я сам не брал это во внимание, и считал глупым бредом, до сегодняшнего происшествия. Я отдыхал в одной из Лондонских таверн, когда ко мне подошёл один невысокий, с приятной внешностью молодой человек. Он насквозь сверлил меня своими, почти прозрачными, зелёными глазами, никогда не забуду их, до сих пор терзают меня – Дериан сделал пару внушительных глотков, и затрепетав как лист, продолжил – он молча протянул мне белый лист бумаги. Затем, сев напротив меня, улыбнувшись, предложил написать любое желания. Я конечно, попытался понять его намеренья, но он молчал, ожидая исполнения просьбы. Желая быстрее отвязаться, я написал. Он решил сыграть со мной на желания, да, это кажется низким и глупым, я согласился, отдать ему то, что он назовёт, если конечно этот незнакомец, угадает написанное. Я был слишком молод, да и вдобавок, пьян, я плохо понимал происходящее вокруг, мне было ровным счётом безразлично на всё. Протянул мне свою руку, мертвецкий холод обдал мою ладонь, неприятный, жуткий и мерзкий. Мы заключили пари. Да что тогда было со мной заморачиваться, пьяный дурак, без эмоций и чувств, не задумываясь, соглашается, на подобного рода авантюры. Конечно, незнакомец угадал, произнеся, холодные до жути слова « и только её дыхание столкнётся с дыханием океана, ты её потеряешь, как и нить, ещё не увидевших свет поколений» Я не понял его слов, как и не понял того, что от меня он хотел. Он ушёл, так же незаметно, как и появился, а на моём столе, уже стояло три бутылки, отцовского вина… Длительное время, я просто не вспоминал об этой встрече, продолжая жить загульной жизнью. Но сознание насквозь пробило меня мыслью, когда родилась ты. Я вспомнил его слова, и мне стало действительно страшно! Перевернул весь Лондон, как бы смешно это не показалось, я искал этого парня, прекрасно понимая, что это глупо и бессмысленно. Эти поиски не принесли положительных результатов, и это естественно, сколько лет прошло, а этот грязный город, бездонная дыра, имеющая способность разрастаться. Твой отец, оказывается, совсем не тот, каким его привыкли видеть.

Граф Монтескьери откинув пустующую бутылку, потянулся за следующей, что-то невнятное бормоча себе в слух.

Раздался громкий стук в дверь, и чьё-то шумное дыхание.

– Какого чёрта? – крикнул Дериан озверев.

– Прошу сердечно прощения, господин! – в кабинет скромно просочилась воздушная фигурка, очень худого и бледного человека. Мужчина, прижавшись к стене, нервно подёргивал глазом, теребя за спиной шелестящий конверт.

– Скажу тебе откровенно мистер Смит, я тебя не рад видеть, как и твои письма, которые ты передаёшь! – взревел граф.

– На то и моя должность курьера – ответил ему пришедший, не решаясь пройти дальше.

– Давай скорей, я не люблю ждать! – подзывая к себе испуганного мужчину, проговорил Дериан.

Тот, покорно протянул конверт, прищурив заранее глаза, ожидая разъярённой реакции. Побледнев, граф торопливо сломал знакомую печать. На редкость, молча и спокойно, забегал глазами по строчкам. Молниеносно, они налились яростью, и что было силы, он крикнул:

– Лансере ко мне, немедленно! Аделия, а ты выйди, я позже с тобой поговорю!

Аделия поспешила первой оповестить Лансере, ей хотелось подробней узнать о случившемся.

Она, совсем забыв, о знакомстве с претендентами, на руку и сердце сестёр, не стучась, вбежала в уютный, небольшой кабинет Лансере. Там на диване сидело двое молодых мужчин, напротив них, краснея и бледнея, искрясь от изобилия украшений, кокетничали Изабелла и Мадлен, держась за руки. Необычно важно, за дубовым столом восседал Лансере, он неподдельно доброжелательно разговаривал с пожилым лордом Монфераном.

– Ой… прошу прощения… – проговорила Аделия, густо покраснев. Она умоляюще взглянула на Лансере, тот улыбаясь, заговорил:

– Хочу представить вашему вниманию, единственную дочь нашего уважаемого и талантливого, графа Дериана Монтескьери – сколько было искренности и доброты в его словах, как игриво, он менял тембр голоса, просто ангел имеющий плоть, а по иному, его трудно назвать.

– Извините меня… – Аделия растерянно улыбнулась – я была не в праве так поступать, без разрешения вторгаться в вашу умиротворённую беседу.

– Девочка моя – перебил испуганную девушку Лансере – нет ничего безысходного в твоём поступке, всё в порядке! Что же случилось?

Графиня смутившись, подозвала Лансере к себе, ей не хотелось, чтобы лишние уши слышали, и чужие глаза видели, как проблематично и уныло движутся дела в названном сказочно-счастливом графстве.

– Пришло какое-то послание, отец жутко изменился в лице, он взбешён, он расстроен. Я не знаю что там такое, но сердце не обманет, чувствует, что-то не так!

– А кто передал данное послание? – поинтересовался Лансере, насторожившись.

– Какой-то мистер Смит…

Аделия с изумлением заметила, что и лицо её любимого дяди, приобрело такую же трагичность, что и перемена в чертах непоколебимого графа.

– Непредвиденное обстоятельство, прошу простить меня, я не в праве ничего исправить. Моё временное отсутствие, не заставит себя долго ждать – как потускнели его глаза, толстая пелена непонимания, стёрла радужную оболочку счастья.

Все собравшиеся, безусловно заметили перемену, и с нагнетающим любопытством, как сговорившись, принялись испепелять Лансере закравшимся непониманием. А он в свою очередь неподвижно, как заколдованный смотрел на Аделию, и умоляюще, хотел хоть что-то прояснить. Но в ответ на это, в ответ на свой эмоциональный порыв, он единственное что услышал:

– Всё что тебе любопытно, и что тебя гложет, найдёшь в кабинете моего отца…

– Да-да, я это уже понял – выплывая из забвения, пробормотал он.

Лансере, не решаясь покинул свой кабинет. Было явное впечатление того, что шаги ему давались с большим трудом. Нет, он шёл не по паркетному полу, и находился он не в уютном гнездышке, называемом его кабинетом, а явно ощущалось, что под его ногами был хрупкий лёд, а окружала его огненная пустыня, с безжалостным ветром, который дул ему в лицо.

– Так вот значит, что из себя представляет дочь графа Монтескьери – произнёс лорд, нагло изучая нежданную гостью – я наслышан о Вас юная мисс, и о главе вашего семейства! Он весьма капризен и жесток в выборе кандидата, на Ваши руку и сердце.

– Не собираюсь Вам перечить и спорить с Вами, многоуважаемый лорд Монферан – ответила с явным недовольством Аделия – но каждый родитель, в праве, быть скрупулезным в рассмотрении предложений, число которых, слишком велико. И вполне возможно, данная перемена в жизни, ещё абсолютно не нужна.

Не ожидая подобного ответа, пожилой мужчина сквозь зубы, тихо просипел

– Ваш ум сыграет с Вами злую шутку, держите свои колкие изречения при себе. Лично мне, неприятно, что Вы так вызывающе и не культурно отражаете себя. Я человек, гораздо старше и дальновиднее Вас, и не желаю, что бы меня попрекал человек, ещё не разобравшийся в себе – он одёрнул свой мундир, пафосно встал, и указав рукой в сторону притихших Мадлен и Изабеллы, ораторски произнес – вот пример, которому Вы должны следовать! Покорность в каждом взгляде и движении!

Аделия никак не могла понять причину данной ненависти, видеть человека в первый раз, и выслушивать массу незаслуженных недовольств.

– Лорд Монферан, пускай Ваша ненависть, абсолютно неоправданная и пустая, останется с Вами. Злоба и предвзятость по отношению ко мне, может быть и иллюзорная, только вот мне не ясна причина, хотя дело не в этом. Я на Вас зла не держу, в принципе, как и обиды, на незаслуженные слова в мой адрес. Была очень рада познакомиться, всего вам всем доброго и хорошего.

Она поспешила уйти, не принимая близко к сердцу прошедший разговор, как услышала торопливые шаги за спиной.

– Я…я…я…крайне не доволен поведением своего отца… – прошептал задыхаясь молодой мужчина, возраст которого не превышал двадцати пяти лет, так по крайней мере показалось Аделии. Он аккуратно закрыл за собой дверь, и, улыбаясь продолжил – Андре…

– Очень приятно Андре, Аделия…

Она умеючи сдержала улыбку, её рассмешил костюм, который никак не соответствовал и не шёл его владельцу. Напыщенность и показное богатство, перевешивало рядовую норму, бывшее в почёте у ярых модников. Белая, вышитая золотыми нитями рубашка, тёмно серый жилет, покорённый упорядоченной вышивке серебром. Короткие, однотонные штаны, собранные к низу шёлковым шнурком, единственное, что было положительным в его броской одежде. Заметив на себе оценивающий взгляд, он оправдываясь произнёс:

– Желание моей матушки…

– Вам что-то угодно? Просто я вынуждена спешить! – как можно культурнее произнесла Аделия, вглядываясь в преданные голубые глаза, которые настойчиво умоляли её остаться. Пухлые, прикусанные губы пытались подавить накатывающую, безудержную улыбку. Светло серые волосы, напоминали миллион крыльев, каждая прядь которых, стремилась взмыть в небо, они падали на лоб, заставляя их владельца, беспрестанно поправлять их.

– Я Вам очень признательна Андре, но мне кажется, Ваш отец, будет крайне не доволен совершённым поступком. При том, я, не имею никакого отношения, к происходящему за этой дверью.

– Знаю…

Скупой ответ и щедрость в глазах, смутили Аделию, она не знала, что ещё сказать новому знакомому, что сделать, что бы эта преданность не обернулась обидой.

– Пожалуй, я пойду – ей натерпелось узнать о переданном письме, а тут как назло поочерёдно, то одно отвлекает, то другое задерживает – надеюсь, мы с Вами ещё увидимся! Всего хорошего! Она снова торопливо направилась усмирять своё любопытство, как очередная преграда помешала ей.

– Я видел Икера…

Холодная волна пробежала по телу графини, вдоль и поперёк состоящая из обрывков памяти прошлого. Сердце замирая, заколотилось не жалея душу, пропуская через себя до боли затёртые сюжеты пережитого.

– Икера Бернардоса? – не оборачиваясь переспросила она.

– Его самого. Он интересовался тобой.

Время любезностей исчерпало себя, и не было желания продолжать, в том же русле. Хотелось сблизить разговор, и обращения друг к другу.

– Я был проездом в Лондоне. Не знаю, что меня заставило тогда, отправиться сбивать ноги, о жуткие, несносные дороги, скорее всего, дурное настроение, которое никак не хотело меня покидать. Я долго бродил по улицам в одиночестве, всматриваясь в лица прохожих, и одно из этих лиц мне показалось до боли знакомым, я увидел на себе его пронзительный, задумчивый взгляд – рассказчик замолчал, и оценив состояние слушательницы, как крайне напряжённое, решил продолжить – и не стал долго тянуть с разрешением негаданной встречи. Меня если честно удивила, такая положительность ко мне, ведь только позже выяснилось, что меня он не узнал, а просто из правила приличия, поинтересовался, в чём собственно дело, и зачем было замирать среди улицы, что-то вспоминая.

– Я не пойму – возмутилась Аделия, насупив брови, и отбросив движение руки вперёд – объясни мне, зачем так тянуть? Извини меня, Андре, но научись иногда вкратце излагать свои мысли!

– Я никогда не стану другим и не изменю себя! – он было хотел уйти, но Аделия пронзительно взвизгнула, что ввело в оцепенение несчастного лорда. Он раздражённо вздохнул, сдавил пальцами дверную ручку, и нехотя проговорил:

– Он сказал, что приедет к тебе, только я не знаю когда именно, он сказал, что… – дверь предательски скрипнула, и фигура Андре Монферана, почти уже скрылась за дверным проёмом, но графиня быстрым движением потянула его к себе, закрыв собой дверь:

– Нет, ты никуда не пойдёшь, пока не расскажешь мне всё, абсолютно всё – она скупо улыбнулась, и продолжила – думаю знаешь, что Икер мой очень хороший друг, с которым мы не виделись пять лет! Я знаю, знаю, время могло его изменить, оно вероятнее, изменило и меня, и были мы совсем детьми, прошли годы, и они разумеется, стёрли те розовые мечты! Я бы очень хотела, что бы ты не таясь, рассказал мне всё, и самое главное, откуда знаешь про нас с ним, и про нашу дружбу, которую, к сожалению, все путали с любовью.

Аделия замолчала, и безучастно опустилась на стул.

–Садись напротив, Андре – прошептала она, указывая в сторону софы, уютно расположившуюся между двумя тумбами, утопающими в кроваво-красной россыпи роз. Молодой человек покорно послушался, и без замедлений принялся говорить:

– Солнечный день, кругом бесчисленное количество людей, у каждого свои планы и идеи, как плодотворней провести это яркое мероприятие. Новые люди, новые знакомства. Каждый спешит, как можно больше узнать друг о друге, кто-то в поиске удачных знакомств, кто-то просто из праздного любопытства. В общем, светлый праздник постепенно набирает обороты – Андре замолчал, опустив голову, прекрасно понимая, что его загадочное появление уже раскрыто. Так как не видит он больше фанатичной заинтересованности в лице Аделии, только выражение полного удовлетворения, какое обычно присуще пассивным слушателям – а кто-то, скрывшись от суеты, от мирских забот, и человечества в целом, тихо и скромно, никого не обременяя своим присутствием, скрылся под кроной шикарного, старого дуба, беззаботно наблюдая, за крылатой живностью, парящей над молчаливым озером. Несчастный Лансере Монтескьери, как жалок и подавлен он был в свою годовщину, он потерял из виду вас с Икером, какой же всё-таки твой добрый дядюшка ранимый человек! Хорошо, что к счастливому случаю, обратил на вас внимание. Тогда я помню он мне сказал «Счастливое время беззаботности, когда абсолютно не задумываешься, о явно видимых преградах…» Сказать искренне, я даже и не понял то, что он имел в ввиду…а точнее не знал…не имел почвы… – он вопросительно взглянул на Аделию, желая разъяснить в чём смысл данных слов, она зная ответ, терпеливо ждала прямого вопроса.

–Скажи, что же произошло, в чём причина его уезда, такого неожиданного? Почему на Икера так зол твой отец? Я только могу догадываться об ответе! Я просто хочу, услышать это именно от тебя! И ещё, теперь моя очередь задавать вопросы, извини, но эта ноша нераскрытого, никак не даёт мне покоя – заговорил скороговоркой он. Его лицо покраснело, дыхание участилось, он стремительно встал, и дрожа, подбежал к Аделии – моё любопытство меня погубит, проясни мне всё!

А та в свою очередь не нарушала тишину своим голосом, только понуро и серо разглядывала клетчатый паркет, миниатюрной гостиной комнаты, продолжавшую уют и тепло, обширного кабинета Лансере Монтескьери.

– Мой отец очень сложный человек, только вот не стоит намекать на его нравы и собственный мир, выставляя виноватым!– озлобляясь, негромко произнесла Аделия, испепеляя взглядом растерянного лорда.

– Нет-нет, ты не так всё поняла!– замешкался Андре, почувствовав сильное сердцебиение – я имел в виду тот факт, что его нелюбовь к испанской крови, являлось причиной уезда Бернардоса? Об этом знают все!

– Икер прожил в нашем замке больше четырёх лет, так как его отца – лучшего друга Лансере, жестоко убили проклятые завистники, сходящие с ума, от удачного роста в торговле – побледнев говорила Аделия, пытаясь подавить накатывающие эмоции – матери у него не было, умерла почти сразу, после его рождения. Лансере пообещал Карлосу, когда тот уже видел холодную смерть, крадущуюся медленными шагами, что позаботиться о Икере, о его благополучии в дальнейшей жизни. Его счастье, что мой отец в то время, практически не появлялся в поместье. Но прошли годы тишины и покоя, прошли тёплые вечера, когда счастливый Лансере у камина, читал книги, рассказывал мифы, красочно разрисовывал сказки. Моя мать, Ариана, до сих пор вздыхая, вспоминает те счастливые часы – волнение душило, заставляя Аделию закашляться – теперь, мой друг, замечательный человек, в Лондоне постигает азы мореплавания, он определён в самое лучшее учебное заведение, Лансере часто ездит туда, он очень скучает по этому прекрасному испанцу, который стал для него сыном.

Минута мрачного молчания сокрушала нервы, пронзительным, визгливым и до ужаса отвратительным звоном тишины. Как истлевает душа, и как ноет сердце, когда подобного рода разговор замыкается и гаснет. Аделия всё острей чувствовала, как истощена моральная и психологическая сторона её существования, как трудно ей даются рассказы светлого детства, крепко слитые с отголосками не стёртой боли. Она ждала грядущего дня, как последней надежды, считая, что рассвет разрешит, все навалившиеся проблемы, следующие друг за другом, в этом мрачном и холодном, безжалостном дне. А совершенно напротив себя ощущал довольный, с тщеславной, чуть нагловатой улыбкой, любопытный лорд, он пресытился услышанными ответами, блаженно зевнул, и неторопливо заговорил:

– А я боялся заговорить с тобой, думал волнение меня угнетёт, и я не произнесу того, что надо, или с испугу взболтну лишнего, так наверно и получилось в начале, но ты располагаешь к себе.

Заметив перемену в поведении собеседника, Аделия единственное что смогла сделать, на что у неё хватило сил – в изумлении поднять брови, и негромко произнести:

– Молодой, интересный человек, я получила от Вас нужную мне информацию, и Вы пресытились моими словами, мы нашли отличную комбинацию, использовав друг друга, и возможно Ваш отец будет рад услышать, что-то новое и ценное для его ушей. Я устала, я поняла с какого Вы теста, Вы не сможете стать моим другом, так как список у меня короткий, и нет там места фамилии Монферан, клевещущей на имя Монтескьери. Я Вас вспомнила, только лишь, к глубокому сожалению…

– Тогда почему же я здесь? Почему твой добрый и радушный дядюшка принял нас? А?!– его лицо переменило цвет и мимику, жестокие и алчные черты проступили явью, стирая показную простоту и безропотность.

– Вы хотите воспользоваться им, его доверчивостью! – испуганно, как бы уверяя саму себя в сказанном, прокричала она, жёстко ударив кулаком по мягкой обивке стула.

– Не сердись, ребёнок – дразнил её лорд – тебе никто и никогда не поверит. Сказать тебе откровенно, мой отец прав, ты ещё не знаешь жизнь. И вот ещё что, не снести головы, твоему любимому испанцу – продолжая издеваться, процедил довольно он – сегодня ночью, он наймёт карету, и примчится к тебе.

Графиня, не могла найти слов, она задыхалась как рыба, которую выбросило на берег, безмолвно шевеля губами, не веря в услышанное.

– Я прекрасно понимаю, что твоё детское восприятие слишком остро, и сказанные мной неаккуратно, в тот светлый праздник слова, ранили тебя глубоко в сердце. Слышишь меня, Аделия, ты принимаешь всё слишком близко, и только избирательно положительное. Ты доверилась мне, поведав личное, посчитав меня праведным, святым… и лишь спустя время, до твоей глупенькой головы дошло, что я мерзавец, оскорбивший когда-то имя семейства Монтескьери.

– Я тебе обещаю, несчастный и жалкий человек, ты будешь наказан за низкий поступок, пускай, нет в нём той масштабности, но ты оклеветал несправедливо и подло наше имя, а я это слышала – на её глазах появились слёзы, она, умеючи сдержав их, продолжила – да, мне семнадцать, и это не даёт никому и никакого права, видеть в этом грань безысходности и падения.

– Тише, тише, не стоит слёз из-за мелких пустяков! – наигранно и холодно возразил он, подходя ближе к встревоженной графини – ты слишком красива, в тебе дьявольский магнетизм, ты сведёшь сума не одного мужчину, ты слишком умна, в этом тоже постарайся увидеть минусы, а они есть, ты слишком эмоциональна, твоё нежное и милое сердечко может очень пострадать, и в противовес, я вижу в тебе немало силы, пускай она управляет тобой, а не чувства и эмоции. Я не светлый ангел и не тёмный бес, я нейтрален, позволь мне помочь тебе, послушай, и прими к сведению, всё то, что я тебе говорю – как можно деликатнее и нежней, он прижал к своим губам её руку, она вздрогнула, и отшатнулась в испуге назад – какой же я всё-таки глупец, прости – в очередной раз уходя, добавил он – непорочное, чистое дитя, не знающее мужской ласки и внимание, я не стану рисковать, не хочу стать несчастной жертвой Дериана Монтескьери – он сделал пафосный реверанс, и несколько раз поклонившись, скрылся за дубовой дверью.

Что было делать, как поступать дальше, этот день, как

нарочно заключил в себе массу негатива и неудачи, и заставлял бороться, и не предлагал ничего больше. Пасмурное, недоброе утро, начатое с шума и суеты, продолжилось загадочным пожаром, и неизвестным улыбчивым мужчиной появившегося из ниоткуда, и ушедшего в никуда, странное поведение отца, рассказавшего подозрительную, похожую на вымысел историю, сумасшедший разговор с переменчивым и жутким лордом. Она никак не могла понять, почему всего не желаемого, и в избытке, а того, что умиротворило бы закипающую голову – не было и намёка. Интуиция шептала что-то невнятное, тихое и неразборчивое, но она даже не пыталась ничего понять, просто надоело распутывать безобразные, скомканные клубки. «Может неспроста всё это происходит – думала она, не сдвинувшись с места – может это только начало…»



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13