Мария Ясинская.

Чужой Дозор



скачать книгу бесплатно

– Вы с Михаилом знакомы? – не выдержав, поинтересовалась Вика. Антон сиял так, будто ее муж был его самым близким, самым обожаемым родственником, ради которого он был готов продать последнюю рубашку. Обычные наемные шоферы даже за очень хорошие чаевые, выданные авансом, не проявили бы и половины его энтузиазма. Да что там – не всякий друг или родственник так обрадуется твоему появлению!

– Нет, не знакомы, – ответил Антон и расплылся в широкой улыбке. – Но мы же знаем его компанию! В свое время, когда от нас отвернулись все старые друзья, они были единственными, кто нас не покинул!

Вика изумленно покосилась на Михаила.

– Потом объясню, – беззвучно произнес он.

Автомобиль лихо притормозил перед элегантным и, как и все старинные постройки Гаваны, немного изношенным зданием с впечатляющей подъездной аллеей, усаженной с обеих сторон пальмами. Остатки былой роскоши насквозь пропитали атмосферу вокруг – легко можно было представить, как полвека назад на этой самой аллее выходили из шикарных автомобилей, подобных тому, на котором приехали они, Уинстон Черчилль, Эва Гарднер, Фрэнк Синатра и Марлон Брандо.

– Отель «Насьональ де Куба»! – провозгласил Антон с неподдельной гордостью в голосе.

– А вы не поскупились! – присвистнула Вика, оглядывая самую знаменитую гостиницу Гаваны.

Михаил усмехнулся и помог жене выбраться из машины.

– Да нет, мы-то как раз собирались сделать все довольно бюджетно и забронировали номер в обычном отеле. А «Насьональ» нам предложили сами кубинцы. В качестве, так сказать, подарка.

– Мне уже не терпится услышать, что же вы такое сделали, что с нами тут носятся, как с писаной торбой, – призналась Вика. – Или ты приехал заключать ну уж очень важный и выгодный для них контракт?

– Все наши контракты обоюдовыгодны, – улыбнулся Михаил. – На самом деле мы ничего особенного и не делали. Просто после развала Союза большинство компаний, став частными, моментально перестали вести убыточный бизнес с Кубой. А наша компания никогда не прерывала с ними отношений – как в советские времена вели с ними дела через Внешторг, так и продолжили после, только уже от своего собственного имени.

– А что, вы разве не несли убытки?

– Не то чтобы вот прямо убытки… Скажем так, мы не имели с этого никакой прибыли.

– Тогда почему не свернули здесь бизнес, как поступили другие компании? – нахмурилась Вика.

– Да потому что… – Михаил вздохнул. – Ты не представляешь, в какой они тогда оказались яме! Не то чтобы Куба до этого особенно богато жила, но с помощью Союза они еще сводили концы с концами. А потом в одночасье их экономика рухнула, и люди оказались в ужасающей нищете! Бросить их в таком состоянии… – за неимением нужных слов Михаил только развел руками.

Вика смотрела на мужа и думала, что именно за это качество – за то, что он всегда оставался человеком, она его и полюбила. Ну и за многое другое, конечно.

Из фойе отеля тем временем появились расторопные портье, ловко подхватили их багаж.

Антон оставил номер своего телефона, заверяя, что находится в их полном распоряжении в любое время суток, раскланялся и уехал.

Внутреннее убранство отеля не обмануло Викиных ожиданий – богатая отделка, старинная мебель… Ей снова показалось, что она перенеслась во времени.

Не удержавшись, Вика нашла свою Тень и глянула на холл «Насьоналя» через Сумрак. Как она и ожидала, тот был буквально испещрен многочисленными следами Силы – этакими магическими отпечатками всех удивительных событий, что происходили здесь в прошлом.

Администратор за стойкой регистрации расторопно выдал ключи от номера, услужливые портье повезли багаж к лифтам.

Пять звезд по кубинским стандартам, конечно, не соответствовали пяти звездам гостиничного стандарта во всем остальном мире, но тем не менее номер был чистым и очень просторным, и в нем имелось все необходимое: маленький холодильник, небольшой телевизор и явно старинная, можно сказать, антикварная мебель – письменный стол, несколько стульев и плетеных кресел и две кровати, в изголовьях которых красовались скрученные горничными из полотенец лебеди. Из окон открывался совершенно потрясающий вид на гавань и на знаменитую набережную Гаваны – Малекон.

Михаил отправился в душ. Яся, сфотографировав очень понравившихся ей полотенечных лебедей, вынула скрипку, и по номеру поплыли тревожные ноты «Грозы» из «Времен года» Вивальди.

Вика распахнула чуть рассохшиеся створки окон и полной грудью вдохнула насыщенный запахами моря и солнца воздух, отдающий нотками бензиновых паров и преющей на жаре помойки. Гавана очаровала ее с первого взгляда, и Вике не терпелось познакомиться с ней поближе.

* * *

Вечером, отдохнув после долгого перелета, все трое спустились вниз с намерением исследовать отель, в котором остановились. Расторопный персонал был только рад провести экскурсию.

В «Насьонале» действительно было на что посмотреть – отель видел на своем веку поистине легендарных людей, в нем разворачивались важнейшие исторические события. В тридцать третьем году прошлого века прямо на территории «Насьоналя» прошла одна из крупнейших битв кубинской революции. В сорок шестом отель принимал знаменитую Гаванскую конференцию, на которую по приглашению отца «Коза Ностры» Лаки Лучиано съехались почти все представители американской и сицилийской мафии. В пятидесятые казино и ночной клуб при отеле приносили больше дохода, чем любое игорное заведение Лас-Вегаса, и пользовались огромной популярностью – сюда приезжали политики, известные актеры, знаменитые писатели, влиятельные мафиози и прославленные спортсмены… В «Насьонале» останавливался даже Юрий Гагарин!

После экскурсии настало время ужина, и они втроем отправились в ресторан креольской кухни «Ла Баррака» – не столько из-за экзотического для российского туриста меню, сколько из-за изумительного вида на усеянный фонарями парк при отеле.

Ресторан не требовал особого дресс-кода, но многие посетители, словно поддавшись влиянию прошлого, оделись как на официальный прием в посольство: женщины в вечерних платьях, мужчины в дорогих костюмах. Вика поймала себя на мысли, что почти готова вернуться в номер и сменить свой легкий сарафан на что-нибудь более официальное. Впрочем, стоило ей заметить за одним столиком пятерых человек в шортах, бейсболках и футболках с яркими принтами, как Вика поняла, насколько нелепо ее беспокойство по поводу своего внешнего вида.

В ожидании заказа Вика с Михаилом осматривались и неторопливо смаковали белое вино. Живая музыка, парадные скатерти, накрахмаленные салфетки, хрусталь и свечи, официанты в строгих смокингах с бабочками – вокруг царила атмосфера роскоши и богатства, напоминая о том, что когда-то «Насьональ» был настоящим сердцем не только Кубы, но и всей Латинской Америки.

Быстро заскучавшая Яся отпросилась к музыкантам, которые играли в беседке в дальнем углу парка, – ей захотелось поближе рассмотреть кубинские музыкальные инструменты.

Мимо столика Вики с Михаилом важно прошествовали две дамы в годах, разодетые так, словно явились на церемонию вручения «Оскара». Впечатление немного портило лишь то, что одна из них катила перед собой коляску с ребенком.

В этой троице Вика с некоторым удивлением узнала тех самых Темных ведьм, которые скандалили с Дозорными в аэропорту, и их малыша-вампира.

– Ну, естественно! – хмыкнула она. Где же им еще останавливаться, как не в «Насьонале»? Тяга Темных к роскоши давно стала притчей во языцех. Если автомобиль – то самый дорогой, если одежда – то исключительно брэндовая, если отель – то самый известный и престижный.

– Ты о чем? – не понял Михаил.

– Да вот о них, – кивнула Вика на Темных и коротко рассказала об инциденте в аэропорту.

Муж внимательно выслушал и нахмурился, глядя на малыша в коляске:

– Что, даже таким маленьким детям печати ставят? Но зачем? Неужели ребенок-вампир представляет такую опасность?

– Честно говоря, никогда об этом не задумывалась, – призналась Вика. – Просто в свое время приняла как данность, что так положено – ставить печати всем вампирам и оборотням без исключений.

– Вот уж не думал, что тебя может устроить аргумент «так положено», – шутливо поддел жену Михаил.

Вика улыбнулась и в отместку ткнула его локтем в бок.

Ведьмы тем временем уселись за отведенным им столиком. Вокруг них засуетились сразу два официанта. То ли Темные воспользовались заклинанием для привлечения внимания, то ли официанты надеялись получить щедрые чаевые от одиноких и явно богатых туристок… Как бы то ни было, но молодые кубинцы из кожи вон лезли, стараясь им угодить.

Некоторое время Михаил наблюдал за этой картиной, а потом покачал головой.

– Что? – спросила Вика.

– Ничего. Просто… Все никак не могу привыкнуть, что они выглядят совсем как мы. Мне почему-то до сих пор кажется, что Иные должны ну хоть чем-то отличаться от обычных людей. А ведь так, по виду, и не скажешь…

– Я вообще-то тоже Иная, – улыбнулась Вика. – И от обычных людей тоже не отличаюсь.

Михаил перевел взгляд на жену.

– О нет! – совершенно искренне заявил он. – Ты как раз отличаешься! Ты у меня куда замечательнее и привлекательнее и обычных людей, и Иных вместе взятых.

Вика улыбнулась мужу – после стольких лет совместной жизни он по-прежнему умел делать комплименты.

А Михаил вновь перевел взгляд на туристок и нахмурился.

– Выходит, они тоже остановились в этом отеле?

– Скорее всего. А что? – пожала плечами Вика.

– Ну, они же все-таки Темные… – несколько неуверенно протянул муж.

Вика сдержала снисходительную улыбку. Нет, разумеется, моральные принципы и взгляды Темных и Светлых по целому ряду вопросов существенно расходились, но… Михаил рассуждал, как все люди: раз Темные – значит отпетые злодеи, которых хлебом не корми, дай только сотворить какую-нибудь вселенскую гадость. А раз Светлые – то образцовые и безупречные, этакие святоши, никогда не совершающие плохих поступков… А истина, как водится, лежала где-то посередине.

– Да, они Темные, – произнесла она вслух. – Но вот что я тебе скажу: обычные люди ежедневно творят такие поступки, что частенько затмевают любые проделки Темных.

– Все равно никогда не мог этого понять, – упрямо возразил Михаил. – Разве то, что они Темные, не означает, что они как бы по определению… не знаю… плохие, что ли?

– А ты посмотри вон туда, – указала ему Вика в ответ на бар в дальнем углу сада.

За высокой стойкой сидел обожженный солнцем толстый турист с облезающим красным носом, и, тыча в бармена мятой купюрой, пьяно бубнил:

– Эй ты, глупый обезьян, я хочу рому… с коооолой! С кока-колой, и чтоб ты замесил все красиво и чтоб шкворчало, как в рекламе, – а у тебя не шкворчит, и льешь ты мне не колу! Ну, что ты зенки свои пучишь, я ж тебе русским языком говорю, чего хочу, а ты не понимаешь… А зря! Ты должен понимать язык тех, кто тебя кормит! Так что шиш тебе, а не чаевые! – победно завершил он и, помахав купюрой перед носом у бармена, убрал ее к себе в карман.

– Вон он – человек, не Иной. Как по-твоему, какой он? – тихо спросила Вика. – Плохой или хороший?

– Просто пьяный дурак, – мрачно ответил Михаил.

Рядом словно соткался из воздуха официант с тарелками в руках.

– Джамбалайя, – гордо провозгласил он, ставя перед Викой горку яркого риса со специями. – Гумбо! – не менее торжественно сообщил он, водружая перед Михаилом глубокую керамическую миску с супом-рагу из морепродуктов.

А когда на пустующий стул прямо перед официантом плюхнулась Яся, тот опустил перед девочкой тарелку с классическим креольским блюдом – «черненой» рыбой.

– Хм, а ведь это, похоже, наши американские конкуренты из Kola.Co, – заметил через некоторое время Михаил и кивнул куда-то в сторону.

Проследив за взглядом мужа, Вика без особого удивления увидела, что он показывал на тех самых посетителей, что были в шортах и футболках. Вот и не верь потом в стереотипы о внешнем виде американцев!

– Конкуренты? – уточнила она. – Вы что, на один и тот же тендер нацелились?

Начавшееся не так давно дипломатическое «потепление» между США и Кубой обещало новые возможности для самых разных бизнесов, прежде не имевших сюда хода. Разумеется, множество компаний со всего мира ринулись на Кубу в надежде отхватить себе новый кусок рынка. И прежде всего – американские.

– Да какой там тендер! – махнул рукой Михаил. – У нас с кубинцами уже есть подписанная договоренность, просто требуется уточнить несколько деталей. Однако…

Михаил откинулся на спинку стула и раздраженно забарабанил пальцами по краю стола.

– Некоторое время назад наша компания затеяла с кубинцами совместный проект – завод по производству соков. Цитрусовая отрасль, как ты сама понимаешь, здесь прекрасно развита, и мы решили нацелиться на более экзотические местные фрукты, которых тут в изобилии, – гуава, папайя, гуанабана. Если не вдаваться в скучные детали, то по договору с нашей стороны поступают оборудование и технологии, а с кубинцев – строительство собственно завода и рабочая сила. После запуска производства наша компания получит эксклюзивные права на реализацию соков в России и Восточной Европе по закупочным ценам чуть ниже стандартных.

– Не очень-то похоже на суперприбыльное вложение, – честно заметила Вика.

– Не суперприбыльное, – согласился Михаил. – Тем не менее пусть и умеренный, но доход с этого мы все-таки ожидаем. А заодно и доброе дело сделаем – как-никак будет у кубинцев новая промышленность, новые рабочие места и новый продукт для экспорта.

– Хорошо, но при чем здесь американцы – они тоже хотят выпускать эти все экзотические соки?

– Не совсем, – прищурился Михаил. – Американцы собираются строить на Кубе завод по производству своей знаменитой газировки. И хотят выкупить для этого дела участок земли, где сейчас разбиты фруктовые плантации, те самые, с которых мы собирались получать сырье на наш завод. И, разумеется, плантации под их строительство придется вырубить.

– А им принципиально строить завод именно там, а не где-то еще?

– Это о-очень хороший вопрос! – протянул Михаил. – Им с тем же успехом подошло бы и другое место. Но ты же понимаешь, с нашим заводом у кубинцев появится самостоятельное независимое производство и собственный уникальный товар. А с Kola.Co завод будет не кубинский, а американский. И товар не уникальный кубинский, а типовой американский, которого полно по всему миру. И все остальное будет тоже полностью в руках американцев – и технологии, и производство, и сбыт, и финансы. А кубинцы так и останутся просто наемной рабочей силой без права голоса.

– Кубинцы же не могут не понимать, что для них куда выгоднее ваш проект, чем американская газировка, – задумчиво наморщила лоб Вика.

– Мы тоже так думаем, – кивнул Михаил. – Тем более что контракт на строительство мы подписали еще в прошлом году, запустили первые транши, согласовали графики поставок оборудования и планы строительства – так что пока все идет по плану. Но буквально на днях мы узнали, что Kola.Co направила сюда своих представителей, и на всякий случай решили тоже поприсутствовать. Мы, конечно, не думаем, что кубинцы расторгнут договор – им это и невыгодно, и неустойка в случае нарушения договора им абсолютно ни к чему. Но ты же знаешь, что говорят про грех и стреляющие грабли?

Вика подумала было, что Михаил зря так переживает – ну не могли кубинцы быть так глупы, чтобы отказаться от выгодного контракта с компанией мужа в пользу заведомо худшего! Но, машинально просканировав ауры членов американской делегации, она с удивлением обнаружила, что двое из них были Темными Иными – загорелый мужчина с седыми висками и полная молодая женщина с крашеными светлыми волосами. Причем их уровень Вика уловить не смогла – и вот это все меняло. Вряд ли сильные Темные будут сидеть на переговорах в сторонке и помалкивать, они наверняка попробуют воздействовать на участников переговоров; это было логично, потому что только в таком случае у них появлялись реальные шансы заставить кубинцев отказаться от выгодного проекта с компанией ее мужа. Разумеется, воздействовать они будут лишь минимально, на грани Силы – чтобы не привлекать внимание Дозоров и не нарушать Договор. Но и такой малости Темным будет более чем достаточно, чтобы добиться своих целей. И Михаил с кубинцами, попав под их влияние, ничего не смогут поделать.

Кажется, отпуск переставал быть томным.

Глава 2

Обычно Вика старалась пользоваться Силой только в крайних случаях и в быту все проблемы предпочитала решать самостоятельно. Поэтому многие приемы и навыки из тех, которым ее когда-то обучали в Дозорах, она основательно подзабыла – слишком давно не было практики.

Однако создать незатейливый амулет, защищающий от простых заклинаний влияния Темных, она все-таки сумела, и к следующему утру тот был готов. Самая обычная булавка, которую она приколола Михаилу внутрь кармана брюк. На других амулет, конечно, не подействует, защитит только мужа, да и то лишь в том случае, если воздействие на него будет не выше шестого уровня.

Впрочем, Вика не думала, что американские Темные рискнут применять серьезную Силу. За подобное вмешательство они могли схлопотать нешуточные проблемы с местным Ночным Дозором. Ссориться с Дозорами вообще никто не любит, а уж с чужими Дозорами, да на чужой территории! И особенно если ты – американский Иной, а дозор – кубинский.

И тем не менее, провожая утром мужа, Вика волновалась. Закрыв за Михаилом дверь номера, она сделала несколько глубоких вдохов – и усмехнулась, вспомнив, как во время обучения в Дозоре кто-то из наставников – очень опытных Иных – предупреждал недавно инициированных учеников:

– Вам еще только предстоит понять, что вы – не люди, а Иные. Это не хорошо и не плохо, это просто по-другому. Пройдет время, и между вами и вашими близкими появится дистанция. Говоря о людях, вы перестанете использовать слово «мы» и будете говорить «они», а их беды и проблемы не будут вас волновать.

Что ж, возможно, выбрав обычную человеческую жизнь, Вика слишком редко имела дело с другими Иными, чтобы почувствовать ту самую дистанцию, о которой говорил наставник. Или же она просто еще недостаточно долго пробыла Иной, еще не прожила полностью свою первую человеческую жизнь, чтобы осознать, что она и правда принадлежит другому виду. В любом случае пока человеческие проблемы не оставляли ее равнодушной. В особенности – проблемы мужа или дочери.

Весь день Вика честно пыталась отвлечься и не думать о том, как проходят переговоры у мужа. Пока Яся играла на скрипке, она читала книгу; не сумев сосредоточиться на романе, открыла скачанные на планшет материалы по своим пациентам – все с тем же успехом. И поскольку Вика не могла ни на чем сосредоточиться, она соблазнила дочку пораньше окончить репетицию, и они, спустившись вниз, долго плавали в роскошном бассейне. После зашли в салон красоты и сделали себе оригинальный маникюр, а затем посидели в ресторане.

Михаил позвонил после обеда и сообщил, что переговоры затягиваются до вечера.

После звонка мужа на душе стало совсем неспокойно. Вика даже попыталась посмотреть линии вероятностей на его ближайшее будущее, но… Ей это вообще никогда особенно хорошо не удавалось, а на этот раз вышло еще хуже: если обычно Вика могла уловить хотя бы общий прогноз на уровне «все будет хорошо» или «ожидаются неприятности», то сейчас линии вероятности тонули в клубах тумана.

Волнение Вики словно передалось дочке – после обеда она снова приступила к репетициям, но «Гроза» у нее выходила какой-то скомканной, неровной. Чем сильнее Яся старалась, тем хуже у нее получалось – и тем больше она расстраивалась.

– Тебе надо отвлечься, – глядя на мучения дочери, решительно заявила Вика. «Да и мне не помешает», – подумала она про себя. – Пойдем лучше прогуляемся и развеемся.

– Мам, но у меня же скоро концерт! – возмутилась дочка. – Мне надо репетировать в два раза больше!

– Пока ты в таком состоянии, у тебя ничего толкового не получится, – ответила Вика и в который уже раз подумала, какая же не по годам серьезная и ответственная у нее дочка. – А так ты отвлечешься, расслабишься – и вечером порепетируешь с новыми силами.

Яся неохотно согласилась, и вскоре они уже шагали по знаменитой гаванской набережной Малекон. Бывшая когда-то важной частью городских укреплений, она брала свое начало как раз от «Насьоналя» – и тянулась на километры вперед. Справа открывался вид на бухту и океан, слева вплотную друг к другу теснились старинные памятники, колониальные постройки с фасадами пастельных цветов, роскошные отели и дорогие рестораны.

Яркое солнце слепило глаза, соленые брызги и бодрящий ветерок приятно охлаждали кожу, успокаивая нервы. Вика с удовольствием вдыхала свежий морской воздух, а заигравшаяся Яся носилась по истертым каменным плитам и с визгом убегала от перехлестывающих через край набережной волн.

Старая Гавана осталась позади, на смену ей пришли куда менее роскошные кварталы. В отличие от центра города здесь здания были не отреставрированы и потому удручали своим изношенным видом, а остатки былой роскоши, проглядывающие кое-где под потертыми фасадами, только сильнее подчеркивали нищету и разруху.

Зато широкий проспект оставался все таким же оживленным, и по нему бесконечной полосой ехали машины, многие из которых могли бы стать достойными экспонатами музеев истории автомобилизма.

Туристов в этой части Малекона почти не было, видимо, они не решались уходить так далеко от центра города. И сейчас Вику с Ясей окружали в основном местные; смуглые, черноволосые, они, казалось, никуда не спешили – лишь неторопливо прогуливались по набережной, ведя между собой оживленные беседы. Дородные кубинские матроны в ярких одеждах собирались небольшими группами у лавочек и, попыхивая сигарами, разглядывали и обсуждали всех проходящих мимо. Раздетые до пояса рыбаки устроились у парапета и наблюдали за закинутыми в воду удочками. Тут и там обнимались влюбленные парочки, без всякого стеснения даря друг другу поцелуи.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7