Максим Владимирович.

Мелкие радости и большие огорчения



скачать книгу бесплатно

– Всем не двигаться! У меня бомба! Вон, в той коробке! Только дёрнетесь, и я вас всех взорву!

Полицейские и инспектор уже почти подошедшие к автобусу, попятились, оставшиеся пассажиры замерли в ожидании. Всё же надо было по башке его огреть, уныло подумал Косо. Вероятность стать бифштексом его совершенно не прельщала. Кроме того, клиенты, пришедшие как обычно к половине девятого, не встретив должного горячего свежего завтрака, могут и разозлиться. А потеряв деньги, разозлится и Чёрный Боб, вышвырнув Косо, не вникая в причины его опоздания. Надежда на скорое разрешение проблемы не просматривалась совершенно.

– Эй, тебя как звать? Бросай дурить! – Сэм Костиц, парень не робкого десятка уж точно, спокойно и медленно стал подходить к замершей паре, словно два любовника в последний миг жизни, слившиеся в одно целое. Террорист заметил его движение и крикнул.

– Если, ты ещё шаг сделаешь, твоему приятелю крышка! Затем настанет ваш черёд!

Голос у него был не самым приятным, в котором отчётливо прослеживалась нотка истерики. Вот это намного хуже, мрачно подумал Косо. Он не раз был свидетелем драм в тюряге, когда впавшие в такой истерично-трусливый раж заключённые, обычно ничем не примечательные, наоборот самые тихие и послушные, калечили себя и других. Видел он и пару смертей, что заставило его подумать, не из тюряги ли парень вышел. Он сам-то никогда не вступал в подпольные организации, но про то, что есть некие тёмные силы, управляющие жизнью части заключённых на воле и в тюрьме, знал. Возможно, этот парень тоже не для себя обворовывает городской транспорт, а по приказу боссов? В любом случае, тогда опасность от него была намного больше, чем от простого вора-одиночки. Такую аппаратуру самому не сделать, и без людей в финансовой цепочке городского предприятия Управление общественным транспортом, чтобы понять алгоритм и найти быстрый код для аварийного отключения конкретного валидатора, не построить. Значит, это или гений, или член преступного сообщества. Но если он гений, то почему он без работы, ведь такие люди до сих пор на вес золота. Пробовали и роботов привлекать к инженерии, но ничего хорошего из этого не вышло. Они совершенно лишены искры некоего безумия, которое озаряет любого человека хоть раз в жизни, и которая может привести или к великому открытию, или к совершению преступления, или к неожиданному рецепту нового блюда из крабов. Вот потому пищу, приготовленную Косо хвалят, хотя часто она и не соответствует неким минимальным требованиям, а ту же паэлью из автоматов в огромных безлюдных и безликих комбинатах питания едят или от экономии, или из-за нехватки времени. Хотя ингредиенты используются одни и те же, при этом в таких комбинатах роботы-тестеры следят за качеством масла и стерильностью, что Косо считал лишним и необязательным.

– Эй, ты, как тебя, я лейтенант Сиберов! Отпусти заложника, выдай свою бомбу и тогда тебе это зачтётся! Ты получишь просто пять лет в V-9 или-10, а если будешь устраивать тут сценку из дешёвого боевика, тебя просто пристрелят! – Высокий толстый полицейский, выбежавший из подъехавшей машины с воющей сиреной, не боясь, вышел вперёд, тогда, как его коллеги уже облачились в защитные костюмы и достали противоосколочные щиты.

Голос у него был командным, таким обычно и изображают суровых полицейских в кино, усмехнулся про себя Матай.

– Мистер….сэр….господин….не злите его, он меня зарежет! Видите, кровь течёт по моему горлу! – Просипел несчастный Лу в ответ. Косо не видел, так это или нет. Полицейские окружили своего офицера и стали о чём-то переговариваться, прикрыв того щитами. Инспектор залез в свой служебный Траверс, раскрашенный в зелёный цвет, с эмблемой автобуса, и умчался прочь от места преступления. Косо усмехнулся, впрочем, он тоже согласился бы убраться отсюда, если бы была возможность. Зашумели вентиляторы, завыла система подачи воздуха, запищали электронные мозги, расположенные под ногами Косо.

– Что за дьявольщина! – Юджин нервно стал оглядываться, опасаясь чего-то, а Сэм напрягся, всматриваясь куда-то под пассажирские кресла впереди. Косо тоже почувствовал некоторое волнение, идущее от его ног, а затем, сам не понимая, откуда это в нём взялось, резко вскочил на ноги и кинулся по кошачьи вперёд. Он двигался к заложнику и вору, стоявших напротив средних дверей автобуса, пока ещё не замеченный. Шум системы усилился, двери впереди и сзади открылись, затем закрылись.

– Прекрати! Слышишь, прекрати немедленно! Если не перестанешь открывать и закрывать дверь, я вскрою его горло, словно банку с пивом! – Вор, в один момент ставший террористом, не заметил приближающегося к нему Косо. Водитель заметил, но ему хватило ума не показывать этого, он наоборот, поднял вверх руки и заорал, преувеличено громко.

– Я ничего не делаю! Это всё система безопасности! Робот, чтоб их всех!

Полицейские тоже заметили движение в автобусе, но им хватило ума приблизиться немного, выставив вперёд щиты. Лейтенант Сиберов внимательно следил за перемещениями Косо, ставшего подобно своим далёким предкам, воинам в диких жарких джунглях, готовившегося за спиной вора к нападению. Сэм Костиц сидел в пределах зрения вора, не двигаясь, а второй рабочий и Юджин приняли единственное правильное решение, что они могли в этот момент сделать. Ломанулись через раскрытую дверь и побежали по улице в одном направлении, в сторону торгового центра, откуда уже ехала пожарная машина в сопровождении ещё одной патрульной полицейской Импалы, причём обе машины включили сирену. Окружающее пространство постепенно начинало обрастать любопытными, двумя следующими автобусами, выпустившими своих пассажиров согласно инструкции, пожарниками из соседней части, водителями и пассажирами легковушек. К остановившимся автобусам прибыла ещё одна машина без сигналок и номеров, с инспекторами труда, которые проставляли всем желающим в районе инцидента трудовой пропуск согласно регламенту антитеррористического закона.

– Откуда ты?! – Вор только сейчас заметил, что Косо стоит за его спиной.

Матай кинулся вперёд, стараясь попасть кулаком в лицо противнику, но тут же осел, получив неожиданный удар в живот. Вор был явно не простым книжным червём, тоскливо подумал Косо. Полицейские кинулись к двери, стараясь воспользоваться моментом, но не успели, вор тут же надавил ножом на горло несчастного Лу.

– Ещё кто-то двинется, убью этого урода! Всем стоять!

Потом журналисты писали, что сам не понимая почему, Сэм Костиц, бывший пехотинец, а теперь рабочий III класса, кинулся на террориста, а тот, отвлечённый избиением Косо Матая, повара из кафе «Креветка Фло», не успел развернуться и пехотинец одним ударом отправил мерзавца в нокаут. В армии Костиц был чемпионом батальона по боксу.

Но Косо, сквозь ругань, защищая голову руками, явно слышал, что отвлекла вора жёлтая коробка в ногах, где раньше сидел Юджин Кобальт. Коробка вдруг гаркнула, голосом Ала Джейсона, изображавшего Джулио Капено, героя «Маленького Юлия».

– Эй, Джо, этот сукин сын ограбил нас! Вали его из дробовика! Два в голову!

Вор дёрнулся, пригнувшись, и именно в этот момент пехотинец свалил его ударом в челюсть. Нож мог бы распороть горло несчастного Лу, но неожиданно для всех автоматический костыль, который выдвигался для помощи инвалидам на передней площадке, долбанул вора по руке, выбив нож. Вор упал без сознания на пол, рядом с Косо, всё ещё державшим руки над головой, и осевшим и охающим Лу.

– Эй, парень, ты как?! Ну, ты даёшь! У тебя не было шанса! Молодец! Сразу видно —пехота! Тебя ждёт медаль за борьбу с терроризмом! – Лейтенант взревел, похлопывая побледневшего Сэма, влетев в автобус, когда вор ещё не упал на пол. Пока его подчинённые выносили всё ещё прибывавшего в бессознательном состоянии вора, уже в наручниках, лейтенант успел внимательно осмотреть Лу, но у того был глубокий порез, и он больше напугался, чем пострадал. Затем настал черёд Косо. Сэм помогал спуститься на асфальт своему товарищу, пока лейтенант протянул руку, на которую, охая, опёрся Косо. Хотя вор его ударил всего несколько раз, всё его тело болело и требовало отпуска.

– А ты парень всё же слишком рисковал, хотя видно не трус. Обещая, ты тоже получишь от нашего начальства награду, а твоему руководству отправим письмо от управления. Тебе обязаны дать внеочередной отпуск, который оплачет Фонд. Думаю и автобусники не оставят тебя, верно, господин водитель?

– Да, да, конечно! Ты крут, парень! Он господин офицер каждое утро отправляется на моём рейсе! Работает в кафе «Креветка», поваром.

– Это правда? – Лейтенант внимательно, слишком внимательно по мнению Косо посмотрел на него. Ему ничего не оставалось, как жалко улыбнуться и развести руки.

– Да это правда. Косо Матай, вышел три месяца назад из V-9. Работаю поваром в «Креветке Фло». Только вот что я хотел вам сообщить, я видел, что на самом деле было в сумке. Нет! Не уносите! Вот, посмотрите в мой смарт!

Он ухватил сапёра за руку, когда тот попытался накрыть сумку вора защитным колпаком, и другой, превозмогая боль в локте, запустил запись, как вор возиться со своей сумкой. Лейтенант нахмурился, наклонился и отодвинув вопящего сапёра, раскрыл сумку. Внутри было сложное устройство, переплетённое проводами, в нём попискивало, и огоньки морали зелёным и жёлтым светом на панели с цифрами. К нему был присоединён планшет с какой-то программой, отображающей цифры. Большее Косо не успел разглядеть. Сиберов захлопнул сумку и взял её в руку, затем повернулся к Матай.

– Точно! Автобусный вор! Уже три месяца как минимум дестабилизирует работу общественного транспорта! Он украл не менее двух сотен тысяч экю! Кстати, а куда ты смотрел, когда я сюда ворвался? Что там под креслами? Пусто вроде бы.

– Э-э-э, ничего. Сами посмотрите, пусто. Так, просто очухаться не успел от избиений.

Матай слабо улыбнулся и поежился. Лейтенант понимающе покивал головой и вышел на улицу, где уже прибыло начальство, как автобусное, так и полицейское. Бегали первые репортёры, вернулись к автобусу и Юджин с третьим рабочим, правда, для того, чтобы получить оправдание своего опоздания у инспекторов по труду. Но Косо сказал лейтенанту истинную правду, коробки там больше не было. Осталось только небольшое пятнышко масла.

Глава четвёртая

Если робот вышел из подчинения и его действия угрожают людям, самое глупое и представляющее гораздо большую опасность, что только может придумать неопытный офицер, это использовать против него другого робота. Потому что вместо одного, они получат двух неконтролируемых роботов. При попытке поймать одного из образовавших пару роботов, можно вызвать «бунт» по всей цепи роботов в округе. Мэтт Гронинг, основатель Tescoto Dynamics.

Любое, самое совершенное и бесценное устройство, можно уничтожить, применив небольшое количество взрывчатого вещества, стоящего меньше бутылки виски. Главное – соблюсти безопасное расстояние до цели. Франц Фукс, террорист-теоретик.


«Картонная фабрика Любека!»

Выцветшая надпись на верху здания, выстроенного из профиля, тускло помаргивала в темноте наступающего вечера. У ворот валялся мусор, словно бы тут не существовало системы уборки территории, как в других городах. Фабрика стояла на окраине тихого, в основном одно– и двухэтажного города, но у проходной, закрытой на замок и пожелтевшей цепью сведённые ворота говорили, что их не трогали несколько месяцев. На большой стоянке, с потухшими по большей части фонарями, стояло всего три машины, возле самого здания. За забором, где мерно попискивая, ползал робот-уборщик, собирая мусор и павшие листья, которыми обильно снабжали территорию тополя возле главного здания. Серый робот-охранник старой модели давно разорившейся Tescoto Dynamics, тупо стоял возле дыры в заборе, сделанной неудачливыми ворами несколько месяцев назад. Воров доставили в больницу с ожогами, а после недели излечения, отправили на три года в ближайшую тюрьму V-10. Внутри огромной территории стояло шесть помещений, использовавшихся ранее как склад готовой продукции, два длинных склада материалов, необходимых для производства, главное трёхэтажное здание из кирпича, с отдельным входом на автостоянку. Посредине территории стояло давно замершее помещение самой фабрики, с опечатанными воротами и отключённой от энергии и сигнализации.

Внутри склада была гробовая тишина, нарушаемая редким писком робота-уборщика, либо грызуна, нашедшего себе тихий уголок в мире жестоком для маленького паразита. Стеллажи тянулись к самой крыше, возле каждого стоял грузовой лифт и замершие навсегда погрузчики, с отключёнными батареями, и опечатанной коробкой управления. Куча коробок, одинакового цвета, различных размеров, в зависимости от того, на каком стеллаже остановился взгляд посетителя, ровными рядами стояли сверху вниз на всех стеллажах. Все они были одного типа, маленькие и большие коробки, одного жёлтого цвета, хотя тут и нет ничего удивительного, ведь это картонная фабрика, обеспечивавшая некогда своей продукцией семьдесят местных предприятий, и даже поставляла за пределы штата до миллиона единиц тары в год. Но после пары инцидентов с работниками, покончившими с собой, Ассоциация человекообразных работников послала запрос и Комиссия по трудовому законодательству запретила использовать человекообразных роботов на производстве. Найти в короткий срок людей на работу, обеспечить их всем необходимым директор не смог, и банк «Импреса банк» изъял у него всю фабрику. Банковские администраторы пытались наладить производство, но когда оценили, сколько надо вкладывать в переоборудование, чтобы производство соответствовало требованиям экологической, санитарной и социальной безопасности, предъявляемым к предприятиям, с работающими людьми. Постепенно пришли к мнению, что предприятие проще законсервировать. Два кладовщика, четыре охранника, и один менеджер, сидящий в городе, вот и весь персонал бывшей гордости города Дубль-Пик. Роботы тут тоже были, охрана, погрузчики, сортировщики, уборщики, ремонтники. Однако гигантская фабрика, построенная недалеко, на базе тюрьмы V-10, использующей почти даровой труд, полностью лишила рынка сбыта разорившееся производство. Продавать же ниже номинальной себестоимости даже готовую продукцию банк не позволял. За цену, указанную номиналом, покупали только связанные с банком структуры, и его должники, реструктуризирующие задолженности, а потому за месяц уходило столько же товара, сколько раньше выпускали за день. Такими темпами предприятие могло распродать свои запасы не менее чем за три года. В декабре и январе отпуск товара почти прекращался полностью. Хотя и зарплата была у людей вдвое-втрое выше, чем у свободных и отпущенных на поруки, на соседней тюремной фабрике, зарплата в результате была меньше. Но поскольку работы почти не было, люди не слишком ворчали. Кто-то из охранников втихую подворовывал коробки, старший кладовщик устроил в нескольких освободившихся складах свой собственный складской незаконный бизнес, а младший кладовщик хранил среди завалов не использованной гофрированной бумаги какие-то ящики, к которым никого не подпускал. Менеджер являлся на фабрику раз в месяц, оценивал склад с самой дорогой продукцией, и уезжал через час беглого осмотра.

– Ох, чего там намесили эти мигранты треклятые в «Соус от Марио»! – Молодой прыщавый охранник, прижимая руки к животу и кривясь от боли, сидел на кресле, притащенном из администрации, благо ключи от всех помещений были на главном посту, на случай пожара или ещё какой неприятности.

– Нечего было жрать в этой забегаловке на углу Луговой! Соус как надо, я вчера такой с жареной курой в «Креветке» съел и ничего! Вот в той харчевне бы я не стал есть точно, разве что умирал бы с голоду! – Сидевший на коричневом диване, положив ноги в ботинках на столик, охранник читал книгу из библиотеки. Все эти вещи тоже были притащены из административного здания. Книга была некогда бестселлером, а теперь почти забытая, написанная забытым писателем Максом Пит. Сюжет был нетривиален, повествование шло от лица некоего типа, носившего имя Альфред Дюбуа, робота, убившего своего хозяина, чтобы завладев его телом, жить с женой убитого, в которую робот был влюблён.

– Вечно ты умеешь порадовать, Ник! И ободрить всегда готов больного товарища! О-о-х! Что же мне делать?! А если это холера?! Ты смотрел вчера, в Саузпарк выявили двух инфицированных из числа работников автопредприятия! Автобусы, на которых я езжу, ведь ихние!

– Тебе это не грозит, Стив. – Спокойно и лаконично ответил Ник, перевернув страницу, где Дюбуа описывал, как перерезал горло своему «брату» почуявшему неладное. – Не путай, там заболели супруги, прилетевшие с отдыха. У нас карантинный ноль, как сказал на пресс-конференции генерал Мак-Шоу. Я ему верю. Когда он будет баллотироваться, за него проголосую, вот он точно этих лентяев заставит работать.

– А тебе не приходило в голову, о-о-х, что генерал мог наврать! Они может на нас испытывают новое оружие против сектоидов! Я передачу смотрел, там один учёный, Стивен Норман….Ах, нет, пойду я, пока не наделал тут неприятностей! – Стив медленно поднялся и поплёлся к двери, постанывая. Он выполз из комнаты, направившись к туалету. Выйдя за двери, он споткнулся об кучу коробок, которые сам и притащил ещё днём, по просьбе бабули Мары, которая делала из них резных слонов, и затем продавала как народное творчество на ярмарке. Слонов вырезала с помощью утащенного другим внуком из армейского склада старого робота-ремонтника, которого перепрограммировала дочь бабули Алла, тётка Стива. Заодно бывший военнообязанный ремонтировал по сходной цене соседям бабули Мары.

Туалет был рассчитан самое меньшее, на сто посетителей в день, потому выглядел поистине впечатляющим. Белый кафель на стенах, голубая плитка с рисованными слонами на полу, семь кабинок, десять писсуаров, пять рукомойников, три сушилки, автоматические уборщики чистили кабинки после каждого пользования и три раза в день всё помещение туалета. В туалете пахло ландышем и сосной, играла приятная музыка, на информационное табло выводилась бегущая строка новостей, погода и мероприятия по городу. В каждой кабинке в двери была вмонтирована небольшая панель, чтобы посетитель не скучал при затянувшемся процессе. Половину панелей спёрли ещё в первый год заморозки, одна сгорела, но ремонтного комплекта для панели на территории фабрики не было, действующими осталось только две панели. Но Стив упорно двигался, сражаясь со своим организмом, к первой кабинке, где обитала сгоревшая панель.

Ник вздохнул, закрыл книгу на середине, в качестве закладки использовал календарь с логотипом фабрики, выпущенный двенадцать лет назад. Встал, подошёл к шкафу и поставил книгу между другой позаимствованной у администрации литературы. Затем потянулся, попрыгал на месте, зевнул, потянулся снова и вышел в коридор. Столкнувшись с коробками, выругался, вошёл в раздевалку, подошёл к шкафу с одеждой. Открыл скрипучую дверь шкафа, где висела их рабочая и сменная одежда, взял свой комбинезон, обязательный для выхода на улицу. Натянув уже тесноватый старый комбинезон, повесил кобуру с пистолетом, которую достал из запертого шкафа для оружия в раздевалке. Подошёл к полке с аппаратурой, прикрепил передатчик на левое предплечье, проверил уровень сигнала, повесил на плечо сумку с планшетом. Затем натянул морскую фуражку, подарок сына и вышел на улицу. Там стоял робот, которого, чтобы хоть как-то персонифицировать, назвали Аль, и приклеили криво написанное имя на его головное устройство. Ник подошёл, похлопал робота по «голове». Тот пискнул в ответ.

– Привет, Аль! Пройдёмся по территории? Скучно вот так стоять тебе, а мне сидеть всю ночь. По малому кругу пойдём. А потом посетим администрацию, отметимся у Чаки.

Робот пискнул, развернулся на месте, и зашумев сервоприводами, поехал за Ником, освещая ему дорогу выдвинутым фонарём. Половина стационарных светильников на складах, и почти все фонари на столбах, давно перегорели, а заменить их было нечем. Они прошли мимо первого склада, Ник для порядка проверил замок, который сам повесил утром, когда Стив забирал оттуда коробки для своей неуёмной бабки. Потом они повернули на девяносто градусов, и пошли к администрации. На встречу из-за здания администрации выехали два патрульных робота, Братья Бучи, как их назвал старший кладовщик, в честь известных братьев-гангстеров. У Буча-старшего не работала на поворот одна лента, и он передвигался немного криво. Буч-младший имел другой дефект, куда более отвратный, перегорела система, предотвращающая случайный огонь на поражение. На всякий случай Ник встал, подождал пока пара роботов-инвалидов проедет, затем продолжил свой путь.

– А вот интересно, когда роботы стареют, что с ними делают? Никогда не встречал упоминания про утилизацию роботов. Но ведь вы, роботы, ломаетесь, на какие-то изделия невозможно найти запчасти, либо они выходят с ремонтом дороже нового робота.

Робот пропищал что-то, замигал красной лампочкой и встал на дороге, помигивая попеременно жёлтой, системным огоньком, и зеленой габаритной лампой.

– Да ладно, Аль! Я пошутил! Что же пошутить нельзя?! Всё же вы роботы неимоверно скучные ребята! Всё воспринимаете слишком прямолинейно! Так и свихнуться можно!

Робот помедлил, огоньки замерли, затем жёлтый системный стал мигать усиленно, робот повернулся на вокруг себя и медленно, освещая себе путь фонарём окрестные углы первого склада, поехал вперёд. Ник удивлённо помотал головой, и последовал за ним, на всякий случай, открыв кобуру и включив передатчик связи на нулевой канал. Робот помедлил немного, проехал ещё шагов тридцать, если считать по человеческим меркам, остановился, стал мигать красным и зелёным огоньками. Ник встревожился, огляделся, но ничего не услышал и не увидел. Робот стоял рядом и вероятность нападения была нулевой. Возле сломанного забора постоянно находился один робот, один робот ездил возле главных ворот. Ещё один робот ездил возле железнодорожных ворот, братья Буч объезжали территорию, другая пара роботов следовала им навстречу с таким расчетом, чтобы время отсутствия роботов в секторе наблюдения было не более минуты. Была, конечно, и система видеофиксации, где стоял робот, при опасности в любой точке территории способный вызвать аварийный отряд ремонтных роботов. Те убить не могли бы, но задержать смогли бы любого противника. Их было десять, и каждый вооружён или резаком, или шуруповёртом, или отбойником, или даже перфоратором. В здании администрации стоял более совершенный робот, которого люди прозвали Чаки, за отвратный нрав. Это был бывший штурмовой робот десантного взвода, но после одного инцидента, ему сменили электронные мозги, переведя в пассивное состояние, и убрали часть вооружения, установку ПТУР и лазер Кервалла, действие которого приводило к глухоте людей в зоне работы установки. Были и ещё три поломанных робота, выполнявших роль стационарных огневых точек, если пользоваться военной терминологией. Но за все три года, пока тут работал Ник Шелти, старший в сегодняшней смене, и за те пять лет, которые отработал Стив Вознюк, был только один случай, связанный с попыткой воровства через разрушенный забор. Дураков даже среди воров не было, а среди желавших попасть в тюрьму, преобладали те, кто всё же хотел попасть в тюрьму здоровым и вернуться оттуда тоже не хуже, чем попали под арест. Единицы глупых или ненормальных, кто пытался пролезть на фабрику, становились жертвами ультразвуковой системы парализующей ЦНС, охранной системы Лодзиек, и несчастных везли в больницу, где они так и не могли объяснить следователям, что заставило их лезть через забор.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7