Максим Милосердов.

Атлантикс



скачать книгу бесплатно

Зато теперь я вспомнил себя – я – атлант. Один из десяти миллионов боголюдей Шамбалы, Лемурии, Пангеи и форпоста в мире большой Земли – Атлантиды. Я – один из властелинов этого мира, размышляющий о судьбе десятимиллиардного человечества. Иронично, но сейчас я оказался пленником милосердия тех, к кому сам призывал относиться с милосердием…

– Потрясающая картина мозговой активности, – сказал доктор. – Гребни нервных импульсов, охватывающие все отделы вашего мозга, Роджер, запредельны. И, кстати, ваша мозговая ткань регенерирует, сдавливая чип!

Я снова почувствовал острую боль в темени.

– Мой мозг убьёт его?

Доктор Альберт резко дернул плечами.

– Вот здесь я не уверен. Я увидел признаки увеличения объема белого и серого вещества, а биочип мешает росту нервной ткани. В местах контакта уже видны темные очаги – предвестники скорого инсульта.

– Выходит, Гарри при всей своей, простите за каламбур, узколобости, кое-что делал правильно. Моя мозговая ткань регенерирует, и он замедлял процесс, убивая клетки электрошоком, ведь иначе я просто погиб бы от увеличивающегося внутричерепного давления. А что, доктор Альберт, не взять ли и вам скальпель в руки? Вырежете чип и сможете спокойно изучать мой мозг в своё удовольствие?

– Я? – Альберт покачал головой. – Нет. Я не хирург. Я же просто убью вас!

– Очередная безвыходная ситуация! Если не вырезать биочип, он убьет меня физически, если отправиться к доктору Гарри, он вырежет мне весь мозг и убьёт остатки моей личности! Может быть, есть какой-то студент, да хотя бы ветеринар, желающий попрактиковаться с чипом?

Доктор Альберт мерил шагами комнату и теребил подбородок.

– Установка биочипа – обычная операция, но его удаление – это весьма нетривиальное дело – врачей этому просто не учат!

– Точнее, нет специальных программ, подсказывающих что делать, чтобы отрезать чип, верно, доктор?

– Вероятно, да.

– Но ведь ничто не мешает хирургу придумать их самостоятельно!

Альберт засмеялся.

– Роджер, при всей вашей гениальности, вы до сих пор очень плохо понимаете устройство нашего мира! Чтобы стать хорошим, как вы выражаетесь, хирургом, достаточно оплатить трехмесячные курсы, прочитать пятьсот страниц учебника и посетить десять занятий, в ходе которых вашему мозгу откроют доступ к библиотекам нейропрограмм. Не ваше серое вещество сделает вас хирургом, а внешний мозг начнёт в нужных ситуациях давать подсказки вашему телу. Но чтобы получить допуск к разделу знаний, именуемому «Нейрохирургия», нужно иметь чуть ли не сотню сертификатов, каждый из которых стоит немалых денег. Я – физиолог. Я был с детства увлечен наукой, поэтому мыслю сам, а не довольствуюсь готовыми решениями от внешнего мозга. Но, чтобы стать сертифицированным нейрохирургом, мне потребуется не менее трёх лет повышения классификации и сотня тысяч евродолларов! А чтобы заставить свой мозг понять алгоритмы, по которым я буду оперировать, мне понадобятся годы и годы практики!

– А что – нельзя как-нибудь «взломать» систему?

– «Взломать»? А, пожалуй, я понял: получить неавторизованный доступ.

Я читал, что так поступали программисты прошлого. Ничего не платили, и в мгновение ока становились инженерами, лётчиками, классными серфингистами. Нет! Лавочку давно прикрыли. Сегодня ничего не выйдет. Если кто-то попытается преодолеть системы защиты внешнего мозга, он в лучшем случае будет заблокирован, в худшем лишится и биочипа, и своих собственных нейронов. Кроме того какой смысл? Доступ к программам позволяет вам делать только то, что умеют эти программы. Биочипы устанавливают каждому младенцу, но затем никогда не вырезают! Даже в случае брака. Уж я-то это хорошо знаю.

Последнюю фразу Альберт произнёс с какой-то горестной усмешкой.

– Неужели нет никакого выхода?

– Есть. Нужно сделать как можно больше тестов и изучить ваш мозг, пока он не погиб от инсульта, – ответил доктор.

Я пристально посмотрел на Альберта – нет, он вовсе не шутил. Для него я был лишь интересной игрушкой, которой нужно вдоволь наиграться, пока не придут настоящие хозяева.

Мысль работала лихорадочно. Я перебирал возможные решения. Нужно связаться со своими. Это – единственный выход. Но как? Что я кричал, когда меня схватили? «Атлантикс»! Я, похоже, безуспешно пытался вызвать военную базу на платформе в Южной Атлантике. Значит, у меня был передатчик. Я посмотрел на свои руки – шрамы стянулись и стали почти незаметны.

– Скажите, доктор… Когда меня поймали, при мне не было чего-нибудь необычного?

Доктор Альберт странно посмотрел на меня.

– Ну, если сказать по правде… – замялся он, – первое, что о вас сообщили, это то, что вы, вероятно, были людоедом.

***

Мария уложила спать пятилетнюю дочку и сидела на диване в гостиной, по совместительству и спальни, в своей квартире на десятом этаже в районе Булонского леса – на границе приличных кварталов и арабо-африканских трущоб. По лбу девушки расплылся огромный уже начавший чернеть синяк. Балконная дверь скрипнула и приоткрылась. Мария вздрогнула и вскочила с дивана. Любой бы испугался появления среди ночи мужской фигуры в темном обтягивающем комбинезоне.

– Мария, это я – Маугли! Извините, что напугал. И вообще извините, что все так нелепо получилось.

– Маугли? – Мария смотрела на меня широко распахнутыми глазами. – Как ты здесь…? А, ну, да! Ты же дикарь, ты же привык лазить по деревьям у себя в Африке.

Я улыбнулся.

– Всё намного сложнее. Я не совсем из Африки. Да, для вас я реликт, но есть ещё такие же, как я. Люди без чипов.

Мария, казалось, не услышала меня

– Маугли, зачем ты убежал от нас! Мы могли тебе помочь, а теперь тебя ищет вся французская полиция!

– У меня не было другого выхода. Я должен был вспомнить, кто я. Кстати, водитель – как он?

– Состояние все еще тяжелое. Полиция полагает, что это ты спровоцировал аварию!

– Прости. Я очень боялся, что он погибнет – звал людей на помощь… Мне на самом деле очень неприятно вспоминать о случившемся, но это был мой единственный шанс сохранить хотя бы часть себя.

– Тебе все равно потребуется операция! Мозговые наросты увеличиваются, и ты можешь погибнуть в любой момент!

От этих слов я снова почувствовал пронзающую резь в голове. Я знал, что это лишь фантомное ощущение – предупреждение, которое отправило мне подсознание: у мозга нет нервных окончаний, он не может чувствовать боли.

– Да, Мария. Мне это известно. Просто не надо было вшивать этот чип. Чтобы жить в обществе, делать правильные суждения, не попадать под машину и изучать новое вовсе не обязательно постоянно иметь перед глазами подсказки, подготовленные другими людьми или компьютерными программами! Если бы люди поняли это, наша цивилизация сейчас достигла бы немыслимых высот!

Мария смерила меня долгим пронзительным взглядом.

– Ты знаешь, я много думала об этом, когда ты убежал. Что бы было, будь все люди так же умны, как и ты… Доктор Гарри считал, что тебе нужно как можно скорее установить биочип, чтобы контролировать твою агрессивность. Тогда мне казалось, что он прав – пусть сегодня мы не очень интеллектуальны в результате того, что потеряли немалую часть мозга, зато мы не бунтуем, подчиняемся законам и ведем созидательную жизнь!

– Мария, это не так! В трущобах Парижа я видел и бандитов, и проституток-отравительниц.

– Это минимально необходимый уровень порока! Этим людям свойственно жить так, как они живут, и общество достаточно гуманно, чтобы дать им возможность жить в той среде, которая им нравится!

– У этих людей просто не было денег на получение сертификатов об образовании, Мария. Вы не оставили им шанса измениться, не дали доступа к другим программам поведения и заставили следовать самым дурным путем!

Женщина ничего не ответила и опустила глаза.

– Я не знаю, Маугли. Я раньше не думала об этом, но я знаю точно: высокий интеллект противопоставляет человека всему обществу.

– Это не так!

– Так. Пока тебе не установили чип, ты был другим. Ты не был человеком.

– Почему меня считали людоедом?

Мария резко подняла глаза.

– А ты не помнишь?

– Нет!

Мария помедлила, словно в нерешительности.

– Я не хотела, чтобы ты вспоминал об этом, но, наверное, лучше было тебе об этом никогда не забывать. Смотри.

Женщина подошла к висящему на стене медиаэкрану, откинула черную кудряшку со лба и провела рукой в воздухе. Заставка с видом на огромные ледяные глыбы, плывущие по холодному южному океану, сменилась изображением стола, заваленного книгами, документами и видеопленками. Коротким пассом Мария запустила какую-то программу, назвала код доступа, и на экране открылось мое личное дело.

«Имя: отсутствует

Место рождения: неизвестно

Диагноз: полная социальная дезадаптация», – успел прочитать я.

– Вот, смотри, – сказала Мария, запуская видеофайл.

По экрану поплыли кадры, очевидно сделанные камерой налобного видеорегистратора. Песчаный пляж, причаливший военный катер. Гогочущие солдаты в камуфляжных куртках. Из подступающих к воде джунглей вывели меня. Следующую часть ролика я уже видел: ободранный и чумазый, я хватал себя то за одно, то за другое запястье и восклицал: «Атлантис!».

Грубый голос за кадром прокомментировал: «Местный людоед и сумасшедший. Размозжил головы пятерым. Питается мозгами».

– Эй, кто это тут у нас!

Ко мне подошел улыбающийся детина и коротким натренированным движением ударил кулаком в живот. Я согнулся на песке.

Следующим кадром было мое окровавленное лицо. Я скорчился в углу клетки, обхватив голову руками. «Точь-в-точь обезьянка в зоопарке», – подумал я.

– Этот кадр и попал в газеты, – прокомментировала Мария. – Попади следующий, твоя судьба сложилась бы совсем иначе.

Далее камера выхватила крупным планом мои руки. Запястья были разорваны, и из ран торчала какая-то серая масса.

– Знаешь, что это? – спросила Мария. – Это биочипы! Ты убил, по крайней мере, пять человек и вырвал их мозги! И после этого ты смеешь рассуждать об агрессивности? Ты – умник с мозгами на пятерых выследил и убил пятерых ни в чем неповинных рыбаков! Мы просто обязаны были как можно скорее социализировать тебя!

Марию трясло мелкой дрожью. Я попытался успокоить ее.

– Тише, тише! Да, я согласен, то, что я сделал что-то ужасное. Мне самому от этого не по себе. Я кажусь тебе дикарем, сумасшедшим, но мне нужны были эти чипы.

– Нужны? Для чего?

Для чего… Тошнотворное воспоминание вдруг нахлынуло на меня. Я сижу в джунглях, мои руки окровавлены, одежда изорвана, я кусаю губы, из глаз катятся слезы, но я полон решимости – я пытаюсь совместить отростки пока еще живых и слабо пульсирующих у меня в руках биочипов. Я знаю, что чипы – это уникальные передатчики, нужно только правильно подключить два спаренных чипа к нервным окончаниям рук, и будет собрана мощнейшая станция, сигналы которой услышат с любого расстояния в Атлантиде, Пангее, Лемурии и Шамбале.

Я вспомнил, как, потерпев крушение в джунглях, месяц пробирался к побережью, как пытался угнать транспортный катер, чтобы сквозь океан ринуться к Атлантиксу, и как капризная техника упорно отказывалась идти в запретный район. Мои моральные принципы подверглись перековке. От неприятия кровопролития я пришел к тому, что превратился в жестокого хищника. Моей первой жертвой стал наркоторговец, выращивавший дурь на расчищенном в джунглях участке, затем – браконьер, а после… А после мне было уже все равно, кого убивать. Мария говорила о пяти моих жертвах? Это неправда! На самом деле их было десять. Десять аборигенов, черепа которых я вскрывал, чтобы достать чипы. Восемь человек пришлось убить, прежде чем я разобрался в структуре чипов и нашел верные нервные отростки, при совмещении которых чип начинает генерировать сигнал SOS. Девятый и десятый должны были стать последними – я просто не успел закончить дело – приладить отростки к нервным окончаниям своих рук.

Я сел на пол и обхватил голову. Я забыл обо всем, что случилось не потому, что мне вырезали часть мозга и не потому, что меня пытали электрошоком. Я не хотел помнить и знать, как превратился в зверя… Нет, не в зверя – звери не убивают себе подобных… Как я стал… Маньяком… Жестоким и беспощадным убийцей…

Мария обхватила меня за плечи.

– Не плачь, Маугли! Не плачь! Это не твоя вина. Мы поможем тебе. Мы удалим лишние мозговые наросты, и ты станешь счастливым человеком. Ты навсегда забудешь о том злом другом… Не плачь, Маугли.

– Мама! Кто здесь?

Дверь приоткрылась и в комнату вошла маленькая девочка, чем-то похожая на Марию.

– Лаура, иди к себе и ложись спать! Это один хороший человек, которому нужна моя помощь…

Девочка послушно вышла.

– Атлантикс… Атлантикс… Вызываю Атлантикс… – прошептал я.

Я никогда не смогу убедить ни Марию, ни доктора Гарри, ни кого либо еще из живущих на большой Земле в том, что я – атлант из невидимого им параллельного мира. Я никогда не смогу получить два живых чипа, чтобы подключить их к нервным окончаниям своих рук и позвать на помощь боголюдей. Я могу добыть чипы только если снова убью. Убью двух человек. Моё краткое пребывание на большой Земле уже унесло, по меньшей мере, одиннадцать жизней. Я нащупал гладкий шов на темечке. Мне показалось, что я чувствую, как пульсирует острой пронзающей болью под костями черепа разрастающаяся мозговая ткань, готовая в любой момент раздавить чужеродный ей биочип. Раздавить и вызвать кровоизлияние, которое в считанные часы убьет мой мозг.

– Атлантикс… Атлантикс… Вызываю Атлантикс…

Я посмотрел на Марию.

– Позвони доктору Гарри. Скажи, что Маугли вернулся, чтобы срезать лишние мозговые наросты.

КОНЕЦ

Примечания

hmar/ramar (искаж. франц. арабский) – осел, идиот


qahba/karba (искаж. франц. арабский) – проститутка


voleur (франц.) – вор, разбойник, похититель, карманник

Атлантикс


Глава 2


Оборотень из Антарктиды


(Астор)

Пока я спал, моё укрытие в расщелине полностью занесло колючей снежной крупой. В образовавшейся пещерке возникла зона комфорта! Минус тридцать, а снаружи мороз чуть ли не под минус пятьдесят, да ещё и с ветром, впрочем, и это ничто для моей мягкой полой шерсти. Жирок я, правда, уже поистратил, но и шубы, отросшей после включения комплекса генов, заимствованных у белого медведя, вполне достаточно, чтобы не замерзнуть. К тому же моя кожа ороговела, избавилась от капилляров – они сохранились только на подушечках пальцев рук, спрятанных сейчас в естественных рукавицах из длинной шерсти.

Я выбрался из пещеры и дал ветру вдоволь наиграться моим мехом. Казалось, что это сама Антарктида дружески хлопает меня рукой по плечу. Я – царь этого белого хаоса! Повелитель ледяного континента. Сегодня я, пожалуй, самое совершенное существо, идеально приспособленное к жизни в этом белом аду. Впрочем, пока нет! Я в три раза уменьшил количество цветовых колбочек в сетчатке, ухудшив распознание цветов, и нарастил число палочек-фоторецепторов, полезных в тусклом освещении антарктических сумерек. Окружающий пейзаж – ледяные глыбы, позёмка, затянутое тяжёлыми тучами небо – всё это стало ещё более зловещим. Скольким первопроходцам попытка проникнуть сюда – в самое сердце белого континента стоила жизни! Великая сила человеческого духа, огромная воля и страсть открытий гнали героев прошлого вперёд, но несовершенство бренного тела и плохая подготовка экспедиций не оставляли шансов выжить!

Со мной всё иначе. Меховая шуба позволит пережить даже суровую антарктическую зиму, а запаса питательных веществ – подкожных отложений хватит ещё на месяц перехода. В критической ситуации я могу пожертвовать частью подкожных запасов и перестроить организм для выработки особых гликопротеинов – естественного антифриза, который позволяет даже снизить температуру тела до отрицательной. Если же станет совсем тяжело, я зароюсь в снег и впаду в спячку до более тёплых дней. Какой же это ни с чем несравнимый восторг – управлять своим телом, меняя его по собственной воле!

Я выкопал из белого песка полимерные лыжи, надел их на ноги. Пожалуй, при следующем переходе к южному полюсу нужно будет преобразовать тело более кардинально – стать четвероногим бегуном в теле, среднем между медвежьим и волчьим. Отчего бы и нет? Лемурийский институт генетики работает в полную силу и скоро расшифрует все возможные сочетания генов, а я – геноиспытатель, кому как не мне опробовать новые варианты.



Я – геноиспытатель! Это звучит как музыка. Эта профессия лучшая из всех, доступных атлантам Земли!

Я сориентировался по спутанным магнитным полям и потокам ветра и затянул песню восторга в ультразвуковом диапазоне. Специальная мышца, такая же, как у летучей мыши, прикрывала уши в момент испускания звуков, защищая мой слух. Вот теперь я был совершенен. Я легко оттолкнулся и не побежал, а скорее полетел сквозь буран, объезжая невидимые под снежными заносами опасные трещины во льдах. Ещё неделя пути и я достигну Трансантарктических гор, а там уж рукой подать до гор королевы Мод, за которыми в зоне умеренного климата западной Антарктиды на километровых сваях построена столица Лемурии – её старейший город.

Часы безостановочного бега по тропам, по которым первопроходцы могли лишь ползти, – лучшее время, чтобы побыть наедине с собой, собрать мысли воедино и ответить на неприятные вопросы. Не надо думать, что одиночный переход через континент – лёгкая забава. Я тоже действую на грани возможного, бегу что есть сил, не оставляю себе страховки на случай собственной лени или слабости. Да, я могу изменить параметры своего организма и впасть в спячку – это спасёт меня от гибели, но всё же останется тяжёлым поражением, признанием того, что я плохо подготовил переход, не имел достаточной воли, был слишком слаб и проиграл самому себе. И это несмотря на все преимущества, которые мне даёт наука четырёх Атлантид – древней Шамбалы, дерзкой Лемурии, юной Пангеи и грозного Атлантикса! Я не должен и не имею права проиграть, но всегда ли проигрыш является поражением? Этот вопрос я задаю себе уже две недели – с того момента, как вернулся в Лемурию после той неприятной поездки в Атлантикс, поездки, воспоминания о которой теперь целиком занимают мои мысли.

Её звали Глория, и я предстал перед ней в своём самом привлекательном человеческом облике. Двухметровый мускулистый красавец с копной золотых волос, подчёркивающих глубину чёрных глаз. Это был мой любимый вид – результат бесчисленных превращений и игры библиотекой самых чистых человеческих генов, отобранных как у ныне живущих, так и у давно исчезнувших народов.

Генетика влекла меня, как и любого лемурийца, с детства. Мы – жители самых суровых областей малой Земли, построили уютные города, освещённые искусственным солнцем, закрылись тепловыми куполами от морозов и ветров и защитили себя от случайностей передовой наукой. Но это лишь усилило ощущение несовершенства человеческого существа.

Древняя Шамбала – экспериментальный посёлок миллиардеров, неожиданно ставшая форпостом человечества в период его упадка, и сегодня остаётся уголком снобов – тех, кто стремится законсервировать уже утверждённое могущество атлантов. Атлантикс – военная база – центр электронного слежения и новейших инженерных разработок. Возможно, это тот мир, который вскоре позволит атланто-человечеству устремиться к звездам. Пангея – новая земля, вздыбленная со дна океана, экспериментальная лаборатория геологии и климатологии. Когда-нибудь от создания новых континентов пангейцы перейдут к моделированию климата планеты, сместят ось вращения Земли, растопят льды Антарктиды и накроют большую часть суши тропическим одеялом. Всё это – центры человеческого гения, доказывающие могущество и созидательную силу разума, восставшего против энтропии и деградации. Но Лемурия – это совсем другое. Лемурия – тот мир, где меняется сам человек: здесь рождается новый атлант – человек воистину всемогущий, способный менять своё тело, приспосабливая его к любым условиям жизни, преодолевать довлеющие над разумом инстинкты и открывать чистое и ничем незамутнённое сознание. Если вселенская цель материи – эволюция от неживого к живому и от неразумного к истинно разумному, то достигнута она будет именно в Лемурии.

Мы встретились с Глорией в Алтантиксе. Я приехал как студент, чтобы прослушать несколько курсов социологии большой Земли, Глория – как исследователь событий, происходящих в чуждом и скучном нам мире человеческого муравейника. А причиной, заставившей меня на пару месяцев оставить Лемурию и любимые генетические эксперименты, было открытие, сделанной мной в Антарктиде. Я нашёл его – титана духа – одного из первых исследователей мёртвого континента.

На восемьдесят втором градусе южной широты я обнаружил промёрзший насквозь труп человека. Это не была могила – путешественник в позе эмбриона лежал между камней в естественной пещере, открывшейся мне на миг по игре случая. За два с лишним столетия сползающие льды несколько раз сдавливали тело, но, думаю, оно выглядело примерно так же, как и в момент смерти. До этого я никогда не видел людей – современные жители большой Земли – деградировавшие существа с небольшим мозгом были мне неинтересны, тела же наших общих предков в открытых экспозициях Лемурии и Шамбалы не выставляются.

Я долго стоял и рассматривал этого человека – ростом он был намного ниже меня. Иссохшие мышцы также вряд ли отличались богатырской силой. Поразила одежда погибшего – примитивная неудобная куртка из какой-то холодной, тяжёлой материи и отсутствие обуви. Я обыскал окружающую площадку, но не нашёл никаких следов стоянки. Кто ты такой – древний солдат с передового края Антарктики и зачем ты оказался здесь в царстве вечного холода?

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13