Макс Фрай.

Хроники Ехо (сборник)



скачать книгу бесплатно

– Я… – она запнулась, беспомощно оглянулась на подружку, но та не стала ей помогать. – Я… Но как я могу проверить?

– Вот с этого и нужно начинать, – примирительно сказал я. – Проверить проще простого: послать зов кому-нибудь из знакомых – для начала. Но этого мы делать пока не будем, не дергайся, Лаюки. Обещаю: я не буду колдовать, пока ты держишь себя в руках. Давай вернемся к погибшему человечеству: кто сказал тебе такую чушь?

– Илка сказала, – неуверенно пробормотала Лаюки. Встрепенулась, утерла мокрые щеки тыльной стороной ладони, снова обернулась к ведьме: – Илка, это ведь ты мне сказала. Ты ворожила, глядела в свое Зеркало Ночи и увидела там ужасную картину, да?

Ведьма упорно молчала. Я подошел к Лаюки и осторожно положил руку на богатырское плечо.

– Ты сама начинаешь понимать, правда?

Она посмотрела мне в глаза, и я увидел, что дело пошло на лад: взгляд из-под слипшихся от слез ресниц был ясным, удивленным и, хвала Магистрам, сердитым.

– Просто еще одно наваждение, – наконец сказала Лаюки. – Я переоценила свои возможности, сэр Макс. Надо было разбудить тебя, как договаривались. Вернемся домой, подам прошение об отставке: по моей вине могло произойти…

– Стоп! – заорал я. – Какое прошение, какая отставка?! Нашла время…

В этот момент ведьма благоразумно решила, что нас с Лаюки следует оставить наедине, и принялась тихонько отползать в кусты. Я видел ее маневр, но не успел отреагировать, зато стоявшая к ней спиной Лаюки, не оборачиваясь, прыгнула назад, схватила подружку за шиворот и передала мне, из рук в руки.

– Прости, Илка, – спокойно сказала она, – но я, пожалуй, больше не буду с тобой обниматься. Не нравится мне эта идея.

Ведьма оказалась верткая, но не слишком сильная, так что я вполне мог ее удержать. Встряхнул хорошенько, приказал:

– Не выдирайся. Удерешь – только хуже будет. Ты и так уже натворила, мало не покажется, на четыре пожизненных заключения в Холоми, по моим расчетам. Собственно, все еще можно исправить. Просто дай ребятам противоядие от твоего зелья, и мы все забудем. Делать нам нечего – с тобой возиться.

– Надо было сразу сказать, что этот парень с вами – Король, – буркнула ведьма. – Ничего бы и не было: я же не дура… Да я и так ничего страшного не сделала, зелье совершенно безобидное. Мне просто хотелось, чтобы вы погостили подольше…

– «Подольше» – это сколько? – уточнил я.

– Ну… до следующего года хотя бы.

Лаюки тихо зарычала, я укоризненно покачал головой.

– Ничего страшного, Лаюки. Все, как мы и думали. Ты скажи лучше, что у вас случилось? Что это за бредовая история с погибшим человечеством?

– Мы вышли в сад поговорить, – неохотно ответила она. – Я велела ей немедленно нас расколдовать, объяснила, что она совершила очень серьезную ошибку. А Илка сказала: теперь уже все равно. Дескать, она каждый день после заката глядит в какое-то свое волшебное Зеркало Ночи – ну, чтобы знать, как там дела в Мире. Другого способа узнать новости тут у нее нет… Ну вот, она поглядела, а там – все умерли.

На Муримахе, на материке, вообще везде. Нигде живых людей не осталось, кроме нас. Лойсо Пондохва вернулся, и вот, устроил конец Мира, как и обещал, а нас лес спас. Илка говорит, он тут волшебный…

Я, чего греха таить, вздохнул с непередаваемым облегчением.

– Ага. Значит, Лойсо Пондохва виноват. Ну-ну… Тревога отменяется, Лаюки. Можешь расслабиться. Теперь уж точно можешь. Никуда не делось твое человечество, лежит сейчас по теплым постелькам, сладкие сны смотрит, гарантирую.

Тут дело вот в чем: величайший злодей прошлого, самый грозный колдун этого Мира, живая легенда Смутных Времен и – так уж сложилось – мой близкий друг сэр Лойсо Пондохва, бывший Великий Магистр Ордена Водяной Вороны, в настоящий момент отбывал заключение в собственном персональном аду. Этот знойный, пустынный и унылый мир снился мне с завидной регулярностью; в этих снах мне было невыносимо жарко, а легкие болели от сухого, раскаленного ветра, зато сэр Лойсо развлекал меня болтовней о старых добрых временах, исподволь учил уму-разуму и не забывал проследить, чтобы я не скопытился от невыносимого зноя, а своевременно проснулся в собственной постели. Строго говоря, «снами» мои визиты к Лойсо можно было назвать лишь для успокоения совести: уж не знаю, что там на самом деле происходило между нами, но после таких «снов» руки мои поутру оказывались исцарапаны жесткой сухой травой, голова раскалывалась от усталости, а в волосах было полно белого крупного песка.

Тем не менее, я всякий раз благополучно просыпался дома, а вот что касается самого Лойсо, выбраться из этой ловушки у него не получалось даже с моей помощью. Я-то, честно говоря, очень старался. Во-первых, идея уничтожить Мир сэру Лойсо давным-давно надоела, а во-вторых – и это, стыдно признаться, самое главное, – я терпеть не могу тюрьмы и ловушки. Я из тех придурков, которые постараются во что бы то ни стало выпустить тигра из капкана, и только потом станут оглядываться по сторонам в поисках надежного укрытия для собственной шкурки. Не сомневаюсь, что Лойсо нутром чуял во мне потенциального освободителя, потому и нянчился со мною как мог.

Но так или иначе, а я в ту пору был одним из немногих посвященных, которые точно знали, что Лойсо Пондохва безопасен, как новорожденный котенок. Рассказ ведьмы о гибели человечества был наглым, беспомощным и бесстыжим враньем – что и требовалось доказать. Не то чтобы я действительно сомневался, но в некоторых случаях дополнительные, избыточные доказательства необходимы как воздух. Что ж, теперь они у меня были – и хвала Магистрам!

Лаюки, как я понимаю, поверила в гибель человечества под влиянием давешнего зелья; возможно, наша хозяйка еще как-то дополнительно поворожила, не зря же они так крепко обнимались. А стоило ей высвободиться, и сразу же в себя пришла, молодчина… Нет, правда, умничка. Это мне, колдовского компота не пившему, легко быть умным и здравомыслящим, а ей-то каково?!

– Значит так, – грозно сказал я, снова встряхивая ведьму. – Лично я вижу два варианта развития событий. Первый: ты, душа моя, немедленно отправляешься на кухню, готовишь там хорошее противоядие, мои друзья принимают его, приходят в себя, и мы, счастливые и довольные друг другом, расстаемся навек. Второй: ты говоришь, что противоядие быстрее, чем за две дюжины дней приготовить невозможно, к тому же для него требуются специальные травы, которые растут только в Арварохе, а значит, надо ждать еще полгода, пока их доставят сюда на корабле, и все в таком духе. Я сворачиваю тебе шею, с честью хороню в ближайшем овраге, сажаю там куст маргариток, увлажняю рукава слезами, и мы с леди Лаюки везем наших спутников домой, где их быстро и эффективно вылечат. Выбирай.

– Травы из Арвароха мне без надобности, – буркнула ведьма. – Лекарство можно приготовить к утру. Только потом всем придется искупаться: некоторые части состава я кладу в купальне, чтобы они проникали в тело вместе с паром. Одно без другого не работает.

– Вот это разговор! – одобрительно сказал я. – Единственное что плохо: вместо того чтобы спать, мне придется тебя сторожить. Ну ничего, потерплю как-нибудь. Пошли.

Мы с ведьмой отправились на кухню; Лаюки, глубоко потрясенная моими инквизиторскими замашками, плелась следом.

– Тебе надо поспать, – ласково сказал я. – У тебя был трудный день и та еще ночка. Да и завтра не День Свободы от забот, это я тебе обещаю.

– А ты? – вяло возразила она.

– А я уже поспал. И завтра продолжу, как только вы все придете в чувство. Улягусь под ближайшим деревом и буду дрыхнуть дюжину часов кряду, делайте что хотите. Но сейчас твоя очередь.

– А ты справишься? – неуверенно спросила Лаюки.

– Я, конечно, вполне беспомощный болван, зато не пил этого вашего зелья. Если уж я не справлюсь, значит, никто не справится. Увижу, что дело плохо, выполню свою угрозу, – я бросил на ведьму вполне кровожадный взгляд и даже облизнулся для пущего эффекта. – Люблю, знаешь ли, сворачивать головы живым людям, и непременно голыми руками, чтобы позвонки хрустели под пальцами. Маленькая слабость большого человека, вполне простительная, ты не находишь?

– Иногда даже полезная, – ухмыльнулась Лаюки. И пошла в дом, спать. А мы с ведьмой отправились в небольшой сарайчик, стоявший на некотором удалении от ее хижины. Там и располагалась ее алхимическая лаборатория.


Ну, «лаборатория» – это, честно говоря, сильно сказано. Больше всего сарайчик был похож на обыкновенную летнюю кухню. Я даже ни единого трупа летучей мыши там не обнаружил, о мертвецких головах да крысиных хвостах и вовсе речи не было. Только пучки сухих и свежих трав, аккуратные баночки с порошками и приправами, громоздкая жаровня, дровяная печь и два старых котла из дешевого желтого металла – побольше и поменьше.

Ведьма взяла маленький, налила воды, поставила на огонь. В большом принялась толочь какие-то сухие соцветия. Я уселся поудобнее в дверном проеме и потребовал:

– А теперь рассказывай, леди Илка. Ради чего ты все это затеяла, я примерно понимаю. Одурела от одиночества, бывает. Но с какой стати ты Лаюки про гибель человечества рассказала? Зачем? Что за чушь.

– Ну, – довольно равнодушно ответила ведьма, – я просто очень испугалась. Толстуха пригрозила, что засадит меня в Холоми, вот я и решила: рискну. Расскажу ей, что в Мире не осталось людей, кроме нас, сделаю так, чтобы она поверила моим словам. Когда человек выпил моего зелья, это несложно: он всему, что я скажу, верит. Мы поплачем вместе, подружимся, а там, глядишь, проснется Моти, я ему во всем признаюсь, он меня выручит. Неужели непонятно?

– Да нет, вполне, – вздохнул я. – Значит, Лаюки перегнула палку. Зря все-таки вы меня не разбудили. Я бы сразу объяснил, что не собираюсь волочь тебя в тюрьму. Если с ребятами все будет в порядке – на кой мне лишние хлопоты? В Холоми и без тебя тесно.

– Правда, что ли? – недоверчиво спросила она.

– Правда, правда. Вот если ты их отравишь, тогда точно придется тебе шею свернуть – и это, учти, будет для тебя не самый худший исход дела. А если они оклемаются, перестанут талдычить, будто «вернулись домой», и величать твою хижину «дворцом» – будем считать, что это было просто дурацкое приключение. Забавное, в общем. Не хуже моего подвига с вурдалачьими ягодами.

– А ты ел вурдалачьи ягоды? – заинтересовалась ведьма. – И в кого превратился?

– Ребята говорят, в огромного хищного кота. Пришел в себя поутру, на дереве. Полчаса потом слезал, как не упал – ума не приложу. Но ничего, смешно было.

– Ты, наверное, хороший убийца, – неожиданно заключила ведьма. – Совсем не злой. Злые убивать толком не умеют, все у них через пень-колоду, а ты веселый. Это и страшно.

Я озадаченно покачал головой. Сомнительный, честно говоря, комплимент. Но мне почему-то было приятно.

– Ты не беспокойся, – какое-то время спустя сказала ведьма. – Я их не отравлю, все будет хорошо. Я не такая уж дура, как может показаться. Сама не рада, что Короля околдовала. Даже и неплохо вышло, что ты зелье не пил и все быстро понял. А то осталось бы Соединенное Королевство без Короля, рано или поздно его бы нашли – и что бы тогда со мной сталось? Подумать страшно.

– А как ты вообще решилась? Ну хорошо, не знала, что среди нас Король. Но если бы придворные пропали, их бы тоже стали искать.

– Не обязательно. И уж точно не так старательно, как Короля. Послали бы пару-тройку юных бездельников из этого вашего Семилистника, я бы, пожалуй, сумела им глаза отвести. В наших лесах часто люди пропадают, обычное дело. Никто бы не удивился… Тут видишь как вышло: понравились вы мне, все – ну, кроме толстухи. Мне вообще женщины редко нравятся. Я даже призадумалась: с кем из вас первым любовь крутить? Решила начать с того, кто сам захочет. У меня давно никого не было: ни мужчины, ни даже просто дружков-приятелей. Лет пятьсот уже сижу тут одна, почти никто мимо не ходит. Когда-никогда… И тут такой соблазн. Конечно, я не устояла – а кто бы устоял?

– А зачем сидишь-то? – спросил я. – Пятьсот лет одна – это же рехнуться можно.

– Вот я и рехнулась, – спокойно согласилась ведьма. – Давно уже. А на месте я сижу потому, что жить мне, как ни странно, пока не надоело. Если уйду отсюда, за год стану старухой и – все, прощай, Илка! А тут место мое, заговоренное, сколько труда и силы в него мои прабабки вложили, да и я сама успела… Меня, как старое дерево, нельзя пересаживать. Понял теперь, почему мне в Холоми не хочется? Так-то я бы посидела, говорят, там красиво, и кормят хорошо.

– Да, очень неплохо, – согласился я, припомнив свое кратковременное пребывание в главной государственной тюрьме. – Грустная история. Тебе не позавидуешь, но и уговаривать: бросай все, попробуй устроиться на новом месте – как-то глупо.

– Глупее не бывает. Старухой я становиться не хочу, да и помирать как-то… ну, боязно, что ли. Я уже настроилась пожить подольше, привыкла к такой мысли. Нет уж, никуда я отсюда не поеду.

– Да, пожалуй, не стоит, – согласился я. – Тебе еще бы соседей хороших…

– Да кто тут жить захочет? – проворчала Илка. – Нет таких дураков!

– Ну, не скажи. Есть люди, у которых дома жизнь не заладилась, куда угодно сбежать готовы. Есть и такие, кому хочется спокойно встретить старость на лоне природы. Просто никто не знает, что где-то в лесах Муримаха есть дорожка, выложенная желтыми кирпичами…

– Не всякое соседство лучше одиночества, – с сомнением протянула ведьма. – А как ты думаешь, этот красавчик, Моти, он теперь не захочет остаться, да?

– Не знаю, захочет ли, но точно не сможет. Мы же сюда не развлекаться приехали… Другое дело, что для человека, владеющего искусством Темного Пути, на край света на свидания бегать – не проблема. Но вообще-то о таких вещах не меня надо спрашивать, а его.

Илка ничего не ответила, но глаза ее засияли, а губы сложились в мечтательную улыбку. Кажется, она действительно влюбилась по уши.

– По крайней мере, любовного зелья я ему не давала, – наконец сказала она. – Что давала – так оно совсем иначе действует. Лачуга моя ему поутру быстро разонравится, да и стряпня, пожалуй. А я – не обязательно…

– Кстати о стряпне, – меня аж передернуло от воспоминания о серой каше. – Зачем ты эту отраву на стол подала? Хотела убедиться, что твоя ворожба действует?

– Так у меня больше ничего не было, – призналась она. – Пришли голодные гости, а в доме никакой еды, только лесных ягод горсточка: мне-то самой много не надо. Пришлось истолочь и сварить листья дерева вахари. Они безвредные, вернее сказать, даже полезные, такую кашу ослабленным дают и еще роженицам. Невкусно, да, согласна, но вреда никакого.

– Ясно, – вздохнул я. – Это меня больше всего впечатлило: как ребята кашу твою жуткую за обе щеки наворачивали. Аж пот холодный прошиб.

– А меня, думаешь, не прошиб, когда я поняла, что ты по-прежнему видишь вещи такими, какие они есть? – невесело усмехнулась ведьма. – Я от страха чуть не обмочилась… Моти потом стал мне рассказывать, что ты, дескать, захворал. Просил позвать к тебе дворцового знахаря. А я слушала и все на свете проклинала. Ума не могла приложить, как от тебя избавиться, чтобы не портил мне веселье. Как видишь, так ничего и не придумала. Я вообще от людей отвыкла, не знаю, как с вами обращаться, где схитрить, где правду сказать… Ну и ладно.

Услышав такое признание, я задумался. До сих пор поведение Илки казалось мне натуральным злодейством. Нет, ну в самом деле: втерлась в доверие к усталым путникам, напоила каким-то мудреным колдовским зельем, внушила черт знает какие глупости, лишь бы не ушли никуда, остались ее развлекать… А ведь на самом деле никакого «преступного умысла» в ее поступках не было. Просто – ну да, забыла, как следует обращаться с людьми, а может, и не знала никогда. Я сам за пятьсот лет в лесу, пожалуй, еще и не так одичал бы. Какой с нее спрос?

Со мной так часто бывает: встанешь невольно на точку зрения противника, а потом глядишь – никакого противника уже и в помине нет. С кем теперь сражаться – совершенно неясно. Хорошо хоть, что я не такой уж большой любитель сражаться, а то бы, конечно, жизнь была бы полна разочарований…


Я едва дождался утра. Все-таки пара часов сна после долгого дневного перехода и доброй дюжины потрясений – меньше, чем просто мало. На рассвете я чуть было не отрубился, привалившись к дверному косяку, но нечеловеческим усилием воли заставил себя встать на ноги и умыться. Расслабляться было рано: спутники мои по-прежнему оставались во власти дурацких ведьминых чар, а положиться в таком деле на честное слово моей новой приятельницы я не мог. Мало ли, что она там еще придумает, если увидит такого страшного и грозного меня спящим и беспомощным. Ей радость, а мне – новые проблемы.

За завтраком я почти не разговаривал со своими спутниками. Леди Лаюки тоже молчала как рыба и вообще выглядела подавленной и даже больной. Что же до Короля и Магистра Моти, которые щебетали, как утренние пташки, ничего нового и интересного они пока не могли мне сообщить – разве только описать красоту несуществующих потолочных балок и якобы знакомых им с детства парадных ковров. Очень увлекательно, конечно, но мне эта тема уже изрядно поднадоела. Зато я внимательно проследил, чтобы они выпили по полному стакану спасительного зелья, приготовленного при моем пассивном участии.

Ведьма Илка соблюдала наш уговор: сидела рядом со мной и не предпринимала никаких попыток смыться. Сразу после завтрака мы с нею отправились готовить купальню – «приготовление», собственно, оказалось совсем простой процедурой. Бормоча себе под нос какое-то рифмованное заклинание, она кинула в воду несколько щепоток травы и горсть цветных кристаллов, похожих на ароматную соль.

– Все, – вздохнула ведьма. – Теперь они должны искупаться и потом полчаса подремать на берегу. Проснутся нормальными людьми, не переживай.

– Это ты не переживай, – ехидно сказал я. – И держись ко мне поближе – пока они не проснутся.

– Да ладно тебе, – устало отмахнулась она. – Все будет хорошо, не в первый раз делаю. Как, по-твоему, я избавляюсь от надоевших гостей?

– То есть это твое зелье действует сколь угодно долго?! – изумился я. – Хоть всю жизнь – если противоядие не принять?

– Не знаю, честно говоря, – равнодушно ответила Илка. – Никогда не удавалось дождаться, чтобы оно само прекратило действовать. Мне, видишь ли, до сих пор довольно быстро все надоедали. И вы бы, наверное, надоели. Да тесно нам было бы впятером, как я теперь понимаю. Столько народу у меня еще никогда надолго не останавливалось.

– Нет чтобы сразу это сообразить, – проворчал я. – И всем было бы хорошо, а я бы сладко спал до полудня…

И мы пошли звать моих спутников в купальню. Их еще и уговаривать пришлось, между прочим. В придачу ко всем бедам, Магистр Моти волком на меня смотрел: решил, что я клеюсь к его подружке. Но я мужественно терпел его укоризненные взгляды. Надеялся, что мучиться нам всем осталось недолго.

После купания несчастные жертвы колдовства задремали на лужайке, как и было обещано. Мы с ведьмой сидели на травке, ждали. Я отчаянно зевал, чуть челюсть не вывихнул. Илка откровенно наслаждалась моими страданиями, только что вслух не хихикала. Ее можно понять: нет ничего слаще для пленника, чем мучения конвоира.

Первым проснулся Гуриг. Вскочил, встревоженно озираясь по сторонам, увидел меня, успокоился и даже заулыбался.

– Сэр Макс, я правильно понимаю, что это ваших рук дело?

Я опешил.

– Что именно?

– Затрудняюсь сформулировать, – он нахмурился, массируя виски. – Есть у меня такое нехорошее ощущение, что вчера я вел себя как последний идиот. И все остальные тоже – кроме вас. Вы, как мне показалось, не участвовали в общем хоре, верно? Смотрели на нас, как на последних придурков – и, боюсь, правильно делали. Я довольно смутно все это помню, только в общих чертах, как после хорошей попойки – мне, впрочем, всего два раза в жизни удавалось напиться до такого состояния. Наследных принцев все же слишком строго воспитывают, и это, конечно, сущее безобразие… Надеюсь, вчера вечером вы получили хоть какое-то удовольствие, наблюдая за нами.

От изумления я чуть сознание не потерял.

– Так вы думаете, это я вас околдовал?

Истинная виновница происшествия ехидно ухмыльнулась, прикрывая рот загорелой ладошкой. Если бы я мог испепелить человека взглядом, от нее бы уголька не осталось, да и Его Величество, боюсь, начал бы понемногу дымиться.

– Ну что вы. – Гуриг укоризненно покачал головой. – Конечно, я так не думаю. Когда я сказал «ваших рук дело», я имел в виду свое нынешнее пробуждение. Очень мило с вашей стороны, сэр Макс: оказывается, находиться в здравом уме чрезвычайно приятно.

– А, – протянул я. – Ну, тогда хорошо. Рад, что вам нравится… Простите, я соображаю как-то не очень. Не спал… А с вами точно все в порядке? Больше не думаете, что вернулись домой?

– Да-да, как же, припоминаю. Возвращение домой – это была основная концепция моего вчерашнего ликования, – усмехнулся Гуриг. – Вот уж не думал, что я столь сентиментален… Да вы не беспокойтесь, сэр Макс. Все действительно в полном порядке.

В это время зашевелился Магистр Моти, и ведьма потянула меня за рукав.

– Можно я сперва с ним поговорю? А то потом он и слушать меня не станет…

– Ладно, – согласился я. – Говорите сколько влезет, мне не жалко. Советую выложить ему чистую правду – вот как мне рассказала. Это лучше всяких выдумок, честное слово. Мы тебе понравились, а он больше всех, и ты захотела, чтобы мы погостили подольше. Дурацкая история, но вполне трогательная. Уж куда лучше, чем выдумки про внезапную смерь человечества…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45