Люттоли.

Д'Арманьяки



скачать книгу бесплатно

Стеклянный взгляд старца впился в Гилберта де Лануа. Он оторвал руку от головы карлицы и протянул её в сторону Лануа. Лануа поспешно бросился на колени перед старцем и с благоговением поцеловал протянутую руку.

– Жив ли наш враг, сын мой? – скрипучим голосом спросил старец.

– Он мёртв, отец Вальдес! – не вставая с колен, ответил Гилберт де Лануа.

Перед старцем на столе лежали три деревянные фигурки. Две большие, одна поменьше. Старец взял со стола одну большую фигурку и с неожиданной силой для такого с виду немощного старика переломил её пополам.

– Один наш враг умер! Но остались ещё двое! Один умер – остались двое! Они должны быть умерщвлены!

– Они умрут отец Вальдес! – Лануа произнёс эти слова как клятву, – мне удалось внушить герцогу Бургундскому что ему грозит опасность со стороны д, Арманьяков. В настоящее время он направился во Фландрию, где будет собирать силы для войны с ними, на случай, если она начнётся.

– Ты им поможешь сын мой, ты очень умён! Такой человек достоин стать моим преемником!

– Я не пожалею и жизни для вящей славы ордена! – с пылом воскликнул Гилберт де Лануа.

– Тебя проводят обратно!

Старец махнул рукой проводнику Лануа.

Поцеловав ещё раз руку старца, Лануа в сопровождение монаха удалился. Старец взял в руку оставшиеся две фигурки.

– Скоро вы умрете! – прошептал он.

– Во имя Анатаса! Да сбудутся мои слова! – стеклянные глаза старца зловеще мерцали.

Из двери, противоположной той, через которую прошел Лануа, появились два человека, в сопровождении другого монаха. Первый из них – Кабош, глава гильдии Парижских мясников, невзрачный низенький толстяк. Второй – Николя Фламель – лекарь и алхимик, особа, приближенная к королеве Франции. Оба опустились на колени и по очереди поцеловали руку старцу.

– Дети мои! Недалек день, когда начнется война между самыми могущественными кланами Франции – «д, Арманьяками» и «Буригиньонами». Мы поможем герцогу Бургундскому уничтожить д, Арманьяков. Ты, сын мой, – старец ткнул пальцем в Кабоша, – должен настроить горожан против д, Арманьяков. По моему знаку Париж должен восстать и выступить на стороне бургундцев.

– Если такова воля отца нашего, д, Арманьяки будут уничтожены!

– Такова воля моя и воля отца моего – Анатаса!

Кабош согнулся еще ниже. Старец очертил над головой Кабоша круг одной рукой, другой осенив в шести местах.

– Иди, во имя Анатаса!

Кабош, пятясь, удалился. Старец вперил взгляд в Николя Фломеля.

– Королева довольна тобой, сын мой?

– Полностью, отец Вальдес! Как вы и приказывали, я предсказал смерть герцога Орлеанского в эту ночь!

– Предсказание сбылось! Королева еще больше уверует в твои способности!

– Я лишь покорный слуга моего господина!

– Оставайся им и впредь, сын мой! Я хочу, чтобы ты внушил королеве неприязнь к д, Арманьякам. Предскажи ей гибель этого клана, и скажи, что она потеряет власть, если станет им помогать.

И не забывай давать королеве зеленый эликсир.

Николя Фламель покорно кивнул головой.

– Иди, сын мой, во имя Анатаса!

Как и все его предшественники, Николя Фламель еще раз поцеловал руку старца и сразу удалился.

Старец протянул правую руку карлице. Карлица крепко сжала ее коротенькими пальцами. Отец Вальдес с карлицей покинули зал через третью дверь, которая вела к жертвенному алтарю. Слева от жертвенной, в центре стены внизу была сделана ниша, в которой горел огонь. Над огнем висело на цепях изображение каменного идола с тремя короткими рогами и зловеще оскаленным ртом. Бормоча непонятные слова, отец Вальдес поклонился идолу. Карлица присела возле огня, следя за действиями старца. Закончив бормотать, старец подошел к узкому столу, который был намного короче того, что стоял в большом зале. На столе лежала обнаженная девушка. Она не была привязана к столу, однако, не шевелилась. Тусклый взгляд юной особы выражал полнейшее равнодушие. Она, несомненно, была всё ещё жива, однако не подавала никаких признаков жизни. Рядом с ней на столе лежал короткий кинжал, рукоятка которого была украшена головой идола с тремя рогами. Отец Вальдес взял в руки кинжал и занес высоко над головой.

– Кровь юной девственницы поможет мне!

Отец Вальдес снова начал бормотать заклинания. Голос старца то затихал, то взлетал высоко, он то бормотал, то начинал говорить отчетливо, и все время описывал круги вокруг жертвы. Наконец, отец Вальдес остановился. Он встал над головой жертвы и произнес одно слово.

– Совесть!

Вслед за этим старец уколол клинком лоб жертвы. На лбу девушки показались капли крови. Отец Вальдес смочил выступившей изо лба кровью кинжал, подошел к изображению идола. Кровью с кинжала он смазал первый рог, бормоча при этом.

– Да сгинет святой дух! И да воцарится царствие твое, Анатас!

После этого старец вновь вернулся к жертве и уколол ее в левую грудь.

– Сердце!

Снова смазав выступившими каплями крови кинжал, старец смазал ею второй рог, бормоча при этом.

– Да сгинет сын! И да воцарится царствие твое, Анатас!

Затем старец сделал надрез на правой груди девушки.

– Душа!

Бормоча, он подошел и смазал этой кровью третий рог.

– Да сгинет отец! И да воцарится царствие твое, Анатас!

Отец Вальдес вновь вернулся к жертве. Начиная от шеи, заканчивая пупком, он очертил кровавый круг по телу жертвы, и еще один маленький круг он очертил в самом центре круга.

– Линия девственности!

Отец Вальдес прочертил кровавую линию от пупка к внутренней стороне маленького круга.

– Линия порока!

Он прочертил вторую кровавую линию от шеи к маленькому кругу.

– Линия жизни!

Он прочертил кровавую линию с правого плеча.

– Линия смерти!

Он прочертил кровавую линию с левого плеча.

– Линия тьмы!

Он прочертил кровавую линию с левого бока.

– Линия света!

Он прочертил кровавую линию с правого бока.

Все кровавые линии сходились в центре маленького круга.

– Прими ее душу, Анатас, и позволь мне увидеть будущее!

Издав резкий крик, отец Вальдес изо всех сил воткнул кинжал в центр круга и сразу вытащил его обратно из тела жертвы. Несмотря на очень глубокую рану, крови не было. Отец Вальдес несколько мгновений следил за начертанными им линиями. На левом плече жертвы показались несколько капель крови. Постепенно кровяной поток усиливался, и вскоре из раны на левом плече кровь брызнула во все стороны. Ни одна из остальных пяти линий не кровоточила. В течение нескольких минут отец Вальдес следил за струйками крови, вытекающими из левого плеча. Затем подошел к идолу и, ликуя, воскликнул.

– Имя твое велико! И да погибнет клан Д,Арманьяков!

В отличном расположении духа, отец Вальдес покинул жертвенную комнату. После его ухода карлица медленно подошла к лежавшей на столе жертве. Девушка ещё дышала, но менявшийся на глазах цвет лица указывал на то, что ей осталось недолго жить. Карлица потрогала рукой рану, потом по очереди начала обводить пальцем жертвенные линии. Едва она хотела, коснутся линии жизни на правом плече, как оттуда начала вытекать тонкими струйками кровь. Карлица в смятение отдёрнула палец, однако несколько капель всё же брызнули ей на руку. Карлица переводила потрясённый взгляд с крови на руке, на кровь, выделяющую из раны.

– Кто-то останется в живых, – пробормотала карлица, – и наши судьбы будут связаны.

Теперь у карлицы была тайна, о которой не знал даже всемогущий отец Вальдес.

Глава 4

Д'Арманьяки

Родовой замок графа Арманьяк находился на юге Франции, чуть поодаль Орлеана, в небольшом городке Осер. Замок был отделен от города рвом, заполненным водой. Единственный путь к нему лежал через мост, который приводился в действие огромным колесом, расположенным в одной из сторожевых башен на стенах замка. Замок находился на окраине Осера и в то же время как бы внутри него, но при этом он жил своей отдельной жизнью. Замок представлял собой большое каменное сооружение – состоящее из трёх этажей с круглыми башнями по углам. Он, как и город был окружён стеной, на которой днём и ночью дежурила стража. Сразу при въезде в замок через массивные ворота, находился огромный двор. Здесь была кузница, караульное помещение, конюшня, прачечная и многое другое. Рядом с замком находилось одноэтажное деревянное строение, построенное для прислуги замка. В самом замке имелось несколько десятков комнат, часть из них пустовала. Основные помещения находились на первом этаже. Это и оружейная, и столовая, большой зал для приёмов, личный кабинет графа и много других, менее значимых помещений. На втором и третьем этажах, к которым поднимались деревянные лестницы, располагались покои хозяина замка – графа Д,Арманьяки его ближайшего окружения. Так же здесь находились покои для гостей. Замок был построен прадедом нынешнего графа Арманьяк, после того как он получил земли Осера в награду за храбрость на полях сражений – от короля Франции Филиппа «Красивого».

Справа от ворот замка, устроили небольшую площадку, где с утра до позднего вечера, рыцари упражнялись в мастерстве владении мечом. Около двадцати рыцарей разбившись на пары с упорством достойным восхищения, вели ожесточённые схватки.

Именно сюда направлял свои шаги граф Д,Арманьяк. Ему едва перевалило за сорок лет. Это был человек с гордым профилем и обаятельными чертами лица. В руках он держал два деревянных меча. По пятам за ним следовал двенадцатилетний мальчик, как две капли воды похожий на него самого. При его появлении рыцари на время остановили поединки и поклонились.

Улыбнувшись в ответ, граф сделал жест рукой, который означал, чтобы они продолжали свои занятия и не обращали на него внимания.

Граф встал в позицию. Подождав пока то же самое сделает мальчик, граф протянул ему один из деревянных мечей. Мальчик принял этот жест как должное. Взяв меч в правую руку, он с весьма серьёзным видом встал в защитную позицию.

– Ты готов Филипп? – спросил граф у мальчика.

– Готов! – последовал уверенный ответ.

Граф сделал выпад, целясь в грудь Филиппа, но мальчик сумел отбить удар и тут же не раздумывая бросился в атаку на своего отца, но натолкнулся на острие деревянного меча, приставленное к его животу.

– Прежде чем нападать – научись защищаться! – нравоучительно заметил сыну граф Д,Арманьяк.

– Мне не нравится защищаться! – недовольным голосом ответил Филипп, предпринимаю новую попытку атаковать.

Рыцари оставив свои упражнения сгрудились вокруг них и улыбаясь следили, как граф Арманьяк со смехом отбивал беспорядочные удары своего сына. Его меч всё время касался тела Филиппа в разных местах. Филипп злился на свою беспомощность и предпринимал всё новые атаки. Бросив защищаться, граф перешёл в атаку, вынуждая Филиппа занять полностью оборонительную позицию. Филипп побагровел от напряжения. Ему никак не удавалось уклониться от ударов, они всё время достигали цели. Граф часто останавливал поединок, подробно объясняя сыну, почему тот пропустил тот или иной удар, затем схватка продолжалась. Филипп запоминал всё, что ему говорил отец и вскоре граф с удовлетворением отметил, что Филипп не совершает одну ошибку два раза подряд. Очередной колющий удар в бок, ранее достигший цели, на сей раз её не достиг. Филипп отбил выпад, в свою очередь, предпринимая аналогичную атаку. Отбивая атаку, граф невольно подумал о том, что вскоре ему придётся нелегко сражаться с Филиппом. У мальчика имелась сила, напор и неуёмное желание победить. Овладев мастерством владения меча, он мог стать весьма опасным противником. Эта мысль порадовала графа.

– А сейчас я выбью меч из твоих рук! – предупредил граф Д,Арманьяк.

Сделав обманный выпад, он обвёл меч Филиппа таким образом, что рукоятки мечей оказались рядом. Едва он собирался сделать последнее движение, чтобы выбить из его рук меч, как Филипп левой свободной рукой изо всех сил ударил графа по запястью руки, державшую меч, а правой, одновременно с этим перехватил движение, и в итоге вырвал меч из его рук.

Вокруг них грянул хохот.

Филипп салютовал мечом побеждённому противнику, а рыцарям, следившими за поединком, отвесил несколько поклонов. Филипп торжествовал. Наконец-то он одолел отца.

– Так нельзя поступать! – укорил его отец.

– Почему? – искренне удивился Филипп.

– Запомни, мой сын, нет чести в победе добытой обманом!

Слова отца задели Филиппа. Он бросил на отца хмурый взгляд.

– Как же я смогу тебя победить? Ты сильнее меня!

Граф не смог сдержать улыбки. Филипп наверняка считал, что у него отнимают честно добытую победу.

– И всё же не повторяй того, что ты сделал, – твёрдо повторил граф, – рыцарь обязан соблюдать правила боя и сражаться честно.

Филипп подбежал к одному из рыцарей, смуглому на вид и ровеснику его отца.

– Ги, рассуди нас, – попросил Филипп, обращаясь к нему.

Рыцарь потрепал Филиппа по голове.

– Твой отец прав, мой друг!

– Ты тоже на его стороне, – вздохнул Филипп и тут же спросил у обоих, – в таком случае, может, ответите, что делать, когда у вас сто рыцарей, а у противника в десять раз больше?

– А он не любит сдаваться, – Ги де Монтегю переглянулся со своим другом, графом Д,Арманьяк, который и ответил на вопрос.

– Умереть с честью в бою!

– А как бы ты поступил? – спросил у Филиппа Ги де Монтегю.

На губах Филиппа появилась озорная улыбка.

– Как с отцом! – последовал ответ, приведший к общему хохоту.

– Похоже, сегодня вы не собираетесь обедать, – раздался рядом с ними недовольный голос графини д, Арманьяк.

Рыцари разом замолкли при появлении молодой женщины в черном платье с накинутым на голову темным платком. Почтительно расступившись, они пропустили графиню к сыну. Филипп с явным недовольством взирал на свою мать.

– Нет! – отрезал Филипп. – Я не голоден.

Повернувшись к матери спиной он собрался было заговорить с Ги де Монтегю, но в этот момент граф взял его за ухо и повернул лицом к матери.

– Изволь вежливо разговаривать со своей матерью!

Кривясь от боли, Филипп скороговоркой произнес:

– Дорогая матушка, я не голоден. Так лучше?

– Намного, – признал граф, – однако, пообедать тебе все же придется.

Граф легонько подтолкнул сына в спину. Не смея прекословить отцу, Филипп поплелся за матерью. Едва граф собрался возобновить тренировку с Монтегю, как со стены, окружающей замок, раздался голос одного из стражников.

– Гонец от герцогини Орлеанской!

Граф обменялся недоумённым взглядом с Ги де Монтегю, не понимая, что могло заставить сестру направить гонца, затем, чуть помедлив, громко крикнул.

– Откройте ворота. Впустите гонца.

Пока граф в недоумении тер затылок, пытаясь разгадать причину появления гонца, ворота отворились, пропуская запыленного всадника. Гонец остановил коня в нескольких шагах от графа. Спрыгнув с коня, он твердым шагом подошел к графу и, преклонив одно колено, протянул запечатанное письмо.

– Монсеньору от герцогини Орлеанской.

Граф Д,Арманьяксломал печать, развернул письмо и начал читать. По мере того, как он читал, лицо его становилось все мрачнее. Монтегю с тревогой наблюдал за ним, догадываясь, что граф получил неприятное известие. Когда граф закончил читать, его лицо напоминало грозовую тучу. Граф свернул письмо и обратился к гонцу.

– Вам дадут денег, и свежую лошадь. Немедленно отправляйтесь обратно в Париж и известите герцогиню Орлеанскую о моем скором приезде. Она ничего не должна предпринимать, пока мы не встретимся. Передайте все на словах.

Гонец поклонился.

– Слушаюсь, монсеньор.

Граф Д,Арманьякотвел Монтегю в сторону на расстояние, достаточное, чтобы их не слышали остальные. Поведение графа не на шутку обеспокоило Монтегю.

– Что случилось? – встревожено спросил он.

Еще раз перечитав письмо, граф молча протянул его своему другу. Ги де Монтегю внимательно изучил содержание письма. Лицо его после чтения письма мало чем отличалось от лица графа.

– Я не понимаю, – Монтегю протянул письмо обратно графу, – как такое могло случиться? Брат короля! Нотабль! И зарезан, словно бездомный нищий! Случайность?

– Не знаю!

Граф сосредоточенно размышлял.

– Я пытаюсь понять, каким образом могло произойти это несчастье. Герцог Орлеанский был весьма значимой личностью во Франции. Принц крови, вряд ли кто – либо осмелился бы его убить. Во всяком случае, я таких людей не знаю. Потом, само убийство… таким образом убивают ничего не значащих людей, но не принцев. Возможно, его просто не узнали. Чем еще можно объяснить это подлое убийство?

Ход рассуждений графа был прерван новым криком стражника.

– Гонец!

– Еще один, – пробормотал себе под нос граф Д,Арманьяк, – да что, черт побери, происходит в Париже? Впустите его.

Всадник въехал в ворота, передал письмо одному из стражников, и тут же, развернув коня, поскакал обратно. Охваченный нетерпением, граф сам бросился к стражнику и чуть ли не вырвал письмо из его рук. На письме не имелось печати. Повертев его в руках, граф вскрыл письмо. Ему понадобилось меньше минуты, чтобы прочитать письмо неизвестного. Закончив чтение, граф издал вопль ярости.

– Подлец! Грязный убийца!

Ги де Монтегю взял из его рук письмо, содержание которого мы приводим ниже.


«Монсеньор! Невольно я подслушал разговор герцога Бургундского с человеком, чье имя мне не известно. В разговоре речь шла об убийстве герцога Орлеанского. Вначале я не придал значения услышанному, но узнав, что герцога Орлеанского подло убили, я принял решение немедленно сообщить вам о некоторых подробностях подслушанного мной разговора. Герцог Бургундский сказал: «Убейте герцога ночью, когда он будет возвращаться от королевы!» Я не могу назвать вам свое имя, но скажу, что являюсь лицом, приближенным к герцогу Бургундскому. Вы – единственный человек, способный покарать убийцу. Именно это обстоятельство заставило меня обратиться к вам.

Ваш преданный слуга!


Р.S. «Если монсеньор сомневается в искренности моих слов, сообщаю вам, что в настоящий момент герцог Бургундский покинул Париж и направился во Фландрию».


Граф Д,Арманьяквместе со своим другом детства и ближайшим соратником прошли в кабинет. Оба прекрасно осознавали, насколько серьёзно складываются обстоятельства после убийства герцога Орлеанского. Положение во Франции могло измениться в худшую для них сторону со дня на день. Герцог Орлеанский возглавлял партию д, Арманьяков. Убив его герцог бургундский не мог не осознавать, что тем самым объявляет войну всем д, Арманьякам. Все эти мысли пронеслись в голове графа в течение нескольких мгновений.

– Я хочу выслушать тебя Ги, – граф привыкший делить всё со своим другом, и сейчас ждал совета, – что ты обо всём этом думаешь?

Ги де Монтегю поджав губы сосредоточенно размышлял.

– Если письмо правдиво, – после короткого молчания заговорил Ги де Монтегю, – тут и думать не о чем. Убийца должен понести заслуженное наказание.

– Оно правдиво. Посуди сам, кто ещё кроме герцога Бургундского способен на убийство герцога Орлеанского? Лишь один обладает достаточной властью и силой для того чтобы думать, что это убийство сойдёт ему с рук. К тому же, ни для кого не секрет что мы давно враждуем с Бургундией. И последнее обстоятельство. Герцог Орлеанский стоял на пути герцога Бургундского, который только и мечтает заполучить регентство и стать единоличным правителем во Франции.

– Всё сходится, – не мог не согласится Монтегю, – и теперь когда герцога Орлеанского больше нет, а король представляет собой весьма жалкое зрелище – путь для герцога Бургундского свободен…

– Если мы не помешаем!

Слова графа вызвали у Монтегю понимающую улыбку.

– Сто рыцарей достаточно?

– Достаточно! Через два дня отправляемся Париж. Я заставлю всех признать герцога Бургундского убийцей, и потребую наказания для него, – граф Д, Арманьяквыдержал паузу и продолжил более мрачным голосом, – ну а если меня не поддержат…будет война. Я не оставлю это убийство безнаказанным.

Филипп почти закончил обедать, когда в столовую вошёл его отец. Филипп редко видел отца таким мрачным. Он заметил и вопросительно – испуганный взгляд матери.

– Послезавтра отправляемся в Париж, – коротко сообщил граф Д,Арманьяк и повернувшись вышел.

Не говоря ни слова графиня Д,Арманьяк встала со своего места из-за стола и пошла вслед за мужем.

Глава 5

Юные рыцари

Филипп остался в одиночестве. Мысль о том, что он скоро отправится в Париж со своим отцом, наполнила мальчика гордостью. Ему не терпелось поделиться этой новостью со своими друзьями. Филипп выбежал из столовой в большой холл замка, а оттуда бросился во двор.

За то короткое время что он обедал, обстановка резко изменилась. По двору в спешке сновали слуги. Рыцари бросив тренировку о чём горячо спорили. Всюду вокруг Филиппа царила суматоха. Филипп побежал к конюшне. Первое что бросилось ему в глаза – были конюхи, которые несли мешки с овсом. Филипп подпрыгнул от радости. Значит, отец не шутил. Они действительно отправляются в Париж. Усиленное питание коней – верный признак скорого отъезда. Филипп забежал в конюшню и, пройдя мимо длинного ряда могучих боевых коней, которые внушали ему неподотчётный страх, вывел из стойла невысокую кобылицу рыжеватого оттенка. Через несколько минут он уже покидал стены замка. Стража, привыкшая к таким поездкам, проводила его молчаливыми взглядами.

Едва переехав через перекидной мост, Филипп пустил лошадь лёгкой рысью. Он с весьма важным видом ехал по маленьким улочкам Осера. Проезжая мимо харчевни, он степенно, подражая отцу кивнул группе горожан, которые встретили его появление поклонами. Горожане любили наследника д, Арманьяков. Всюду, по пути, он встречал благожелательность и добрые улыбки горожан Осера. Миновав церковь «святого Франциска», Филипп выехал к городскому рынку. Вокруг него царила суета. Здесь продавали всё, что только можно было приобрести во Франции. Привязав лошадь к жерди, прислоненной у стены, Филипп подтянул штаны и направился к длинному ряду торговых лавок, возле которых сновали горожане. В воздухе раздавалась брань и ругань. Слышны были громкие споры. Одним словом, торговля шла вовсю. Филипп миновал прилавки с одеждой, при этом поминутно оглядываясь по сторонам, словно ища кого-то. И тут его внимание привлёк безногий калека. Он лежал на голой земле, голова была прислонена к стене. В руках у калеки был кинжал, который он протягивал каждому прохожему с протяжной мольбой;



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10