Люси Кларк.

Пропавший без вести



скачать книгу бесплатно

Посвящается Дарси Рен,

новому члену нашей семьи



Пролог

Я всплываю на поверхность и откашливаюсь, от соленой воды жжет горло. Отчаянно перебираю ногами, пытаясь продвинуться к лодке. Ее гигантский твердый корпус совсем рядом. Я цепляюсь за него побелевшими пальцами, но руки скользят, и в рот опять заливается вода. К счастью, кто-то хватает меня и уверенно тащит вверх. Я бьюсь коленкой о борт – и вот я на палубе, с меня натекает целая лужа. Сморгнув слезы и соленые капли, я замечаю чье-то лицо, наполовину скрытое бородой. Темные глаза ловят мой взгляд. Накинув мне на плечи колючее одеяло, мужчина задает кучу вопросов.

Я молчу. Все тело трясет. Смотрю на ноги – они ужасно бледные, будто обескровленные. Посреди лодки высится темная башня из клеток, внутри которых, стуча хвостами и клешнями, шевелятся омары.

– Что произошло? – снова и снова спрашивает мужчина.

Его голос звучит где-то далеко, и я по-прежнему не отвечаю – не могу оторвать взгляд от омаров. Они вовсе не красные, как на картинках, а черные и блестящие, с белыми прожилками на огромных клешнях. Интересно, эти существа могут дышать без воды? Или я сейчас наблюдаю, как они гибнут на суше? Вот бы бросить их обратно в море, пусть плывут себе на дно… Мы приближаемся к мелководью, и усики омаров подрагивают.

Рядом неожиданно раздается рычание мотора, мелькает размытое оранжевое пятно – спасательный катер. Только теперь я замечаю, что на берегу собралась небольшая толпа, и натягиваю на себя одеяло. Ищут нас.

Нас обоих.

От дрожи стучат зубы. Да, как прежде, уже не будет. Все изменилось.

Глава 1
Сара

День первый, 6:15

Издалека доносится шум набегающих волн. Я лежу с закрытыми глазами, но все равно чувствую, как рассветные лучи проникают в пляжный домик сквозь жалюзи, оповещая о начале нового дня. Только я не готова. Внутри зарождается беспокойство.

Кровать со стороны Ника пуста, простыня прохладная. Точно, он же в Бристоле. Сегодня ему выступать с презентацией. Он уехал вчера вечером, прихватив кусок именинного торта. Джейкоб улыбался, радуясь подаркам на семнадцатилетие. Ник и понятия не имеет, что было дальше.

Я приподнимаюсь, мысли путаются. Только вчера Джейкоб носился по домику, а потом хлопнул дверью так, что открытки разлетелись птицами. Я аккуратно подобрала их, все до единой, в том числе и самодельную с приклеенной фотографией. Сдержалась – не порвала – и поставила обратно на полку, засунув подальше.

Я прислушиваюсь – сейчас наверняка захрапит Джейкоб… Нет, тишина, только волны набегают. Мною окончательно овладевает паника. Слышала ли я, как он вернулся? Бесшумно в пляжный домик не войдешь. Деревянная дверь разбухла от дождя, ее надо с силой толкнуть, потом еще не упасть в темноте, наткнувшись на диван, и подняться по скрипучей лестнице на верхний уровень. Да еще Джейкоб обычно долго возится, укладываясь на своем матрасе.

Сбросив одеяло, в тусклом свете осматриваю домик.

Если Джейкоб вернулся, должно быть хоть что-то: снятые у двери кроссовки, брошенный на диван джемпер, пустые стаканы и тарелки в раковине, крошки на столе. Но ничего этого нет, в домике безукоризненная чистота.

Не обращая внимания на пульсирующую боль в голове, я подхожу к лестнице, что ведет к кровати на верхнем уровне. Там темно – перед тем как самой лечь спать, я опустила жалюзи на маленьком окошке и застелила постель Джейкоба – и ничего даже не тронуто. Моего семнадцатилетнего сына нет.

Зажмурив глаза, я мысленно выругалась. Чего еще стоило ожидать?

Не понимаю, как я могла допустить такое, тем более в его день рождения. Мы оба зашли слишком далеко. «Надо не разжигать конфликт, а сводить на нет», – любит повторять Ник. (Спасибо, а то я сама не знаю.)

Когда Джейкоб был маленьким, Ник советовался со мной по каждому поводу: чем лучше заклеить порез на коленке, не пора ли мальчику поспать, что он хочет поесть. Однако в последние годы я почти перестала понимать, что нужно моему сыну. Вот и вчера я растерялась: что ему сказать, как поступить. Наверное, дело в том, что семнадцатилетие – это такая черта, перейдя которую подросток становится взрослым. Я оказалась к этому не готова, поэтому и наговорила столько всего, пытаясь его вернуть.

Спускаясь вниз, я ощутила, что боль серьезно обосновалась у меня в голове. Как бы я себя ни убеждала, что, скорее всего, Джейкоб заночевал у друзей и явится домой ближе к обеду с жутким похмельем, тревога в груди уже пустила корни.

Кофе, вот что мне нужно. Набрав чайник, я зажигаю горелку – зашипел газ. Рано или поздно этим и кончится – я останусь одна и буду кипятить воду на одну кружку кофе. Какая неприятная мысль…

Я щелкаю кнопку на переносном радиоприемнике, и в домик оглушительно врывается песня. Мы с Джейкобом вечно воюем по этому поводу – он постоянно переключает на свою станцию, хотя знает, что я еще не научилась сохранять частоты, и мне каждый раз приходится искать четвертую программу вручную. Правда, сегодня утром рев гитар даже приятен. Пожалуй, оставлю. Когда Джейкоб вернется, будет играть его любимая музыка.


Оставшаяся после кофе согретая вода идет на умывание. Рядом есть туалеты, но раковины обычно забиты песком или густыми потеками зубной пасты. Диана и Нил, живущие по соседству, установили бак и нагревают его от солнечных батарей, так что у них всегда есть горячая вода. Айла заявила, что для пляжного домика это несусветная роскошь, но я лишь рассмеялась в ответ и сказала, что обязательно попрошу Ника поставить нам такой же бак.

Из-за горизонта выходит рассветное солнце, освещая зеркальную водную гладь. На террасе свежо и пахнет солью. Мне нравится это время дня, когда бриз еще не гонит волны, когда солнечные лучи мягко ложатся на поверхность моря, а на песке пока нет следов. Будь Ник сегодня здесь, непременно пошел бы поплавать перед работой. А так он проснется в отеле, в ванной без окон сбреет отросшую за выходные щетину, согреет дурацкий маленький чайник в номере и выпьет растворимый кофе. Но я за него не переживаю – он обожает этот прилив адреналина, который испытывает, репетируя свою речь и не забывая приправить юмором перечисление фактов и профессиональных достижений. Его агентство хочет получить заказ на рекламу от одной кондитерской компании, которую Ник окучивает уже несколько месяцев. Хорошо бы. Ему очень нужен этот заказ.

Он очень нужен нам.

Домик Айлы стоит вплотную к нашему, между строениями ровно полтора метра. Помню, тем летом, когда нашим мальчишкам исполнилось по семь лет, Джейкоб и Марли натянули между домами простыни, устроив «секретный тоннель из песка». Сквозь деревянные стены было слышно их бормотание, чему мы с Айлой только радовались, ведь обычно ребята играли в воде или на отмели у лесистого мыса.

В ясном утреннем свете заметно, как обветшал домик Айлы. Из-за наспех забитых вчера окон он кажется нежилым, с террасы убрали цветастый шезлонг и решетку для барбекю. Доски кое-где подгнили, между ними видна плесень. Краска слезает и осыпается. Печальное зрелище, ведь когда Айла только приобрела домик, он был ярким и будто живым. «Лимонный шербет» – так она называла оттенок желтого, в который покрасила его снаружи.

К горлу подступает ком. Вначале все было по-другому. Помню, тем летом, когда мы с Айлой познакомились, папа с надеждой спросил: «Ты что, с кем-то встречаешься?»

Я рассмеялась в ответ. Да, я словно влюбилась в нее. Мы проводили вместе каждую свободную минуту. Созванивались по вечерам, подолгу болтали – у меня потом даже щеки болели от смеха и краснело прижатое к телефону ухо. На полях тетрадей я выводила ее имя и постоянно упоминала об Айле в разговорах с другими людьми, лишь бы чувствовать, что она рядом. Нашу дружбу можно было сравнить с вылезшей из кокона бабочкой: вместе мы стали яркими, привлекательными и полными жизни.

Что же случилось с этими девчонками?

«Я тебе здесь не нужна», – злобно прошипела Айла вчера перед отъездом.

Я боялась, что утром буду чувствовать себя виноватой. Буду жалеть о своих словах.

Нет, мне ничуть не жаль. Распрямив плечи, я понимаю: как хорошо, что она уехала.

Глава 2
Айла

Все было почти идеально.

Лучшие подруги, живущие в пляжных домиках на отмели по соседству.

Мы забеременели в один и тот же год и родили сыновей с разницей в три недели.

Наши мальчишки выросли бок о бок, и весь пляж был их песочницей.

Ничто не могло нас разлучить.

Но как ни прекрасно подняться на самую вершину, падать вниз очень страшно…


Лето 1991 года

Почерневшие ловушки для омаров источали сильный соленый запах, а над ними кружила стайка скворцов, чьи перышки переливались на солнце. Присев на корточки, Сара опустила в воду палец, потом с задумчивым видом облизнула его и выдала:

– Чувствуются нотки моторного масла, лебединого дерьма и рыбьих потрохов.

Я ответила ухмылкой. Мы с Сарой познакомились всего час и сорок пять минут назад, а уже стали друзьями. С ней очень весело – она озорная и жутко громогласная, но при этом поднесла руку ко рту с едва ли не виноватым видом.

Нам обеим следовало сейчас торчать в душной студии, набитой слушателями недельных курсов актерского мастерства. В том, что я убила неделю летних каникул, были виноваты мамины «больные», которых она лечила методом рейки, а Сара записалась на курсы, потому что была готова на что угодно, лишь бы не сидеть дома. В первый же перерыв мы вышли на улицу и, попивая вишневую колу, решили не возвращаться.

Сара взялась за поручни; розовый лак на ее обкусанных ногтях уже стирался. Впереди виднелась золотистая отмель.

– Что там?

– Отмель Лонгстоун. Никогда не была?

Сара покачала головой.

– Мы переехали всего месяц назад. Это остров?

– Почти.

На золотистом песке расположилась кучка разноцветных пляжных домиков. Если бы не лесистый перешеек, соединяющий отмель Лонгстоун с материком, можно было бы подумать, что ее попытки оторваться от земли увенчались успехом.

– И как туда попасть?

– По воде. – Я кивком показала на покачивающийся на волнах паром с оранжевыми перилами. Мотор взревел, когда паром приблизился к пристани. Круглолицый капитан накинул веревку на широкий деревянный столбик. – Хочешь прокатиться туда?

– Хочу, – ответила Сара, и я поймала взгляд ее блестящих зеленых глаз.


Мы заплатили капитану по пятьдесят пенсов и прошли к задней скамье, где, встав коленями на сиденья, принялись смотреть на кильватер[1]1
  След на воде, остающийся за кормой идущего судна. – Примеч. ред.


[Закрыть]
.

Солнце освещало чистое гладкое лицо Сары и изящный изгиб губ.

– Кто бы мог подумать, что актерские курсы – это так весело? – с улыбкой сказала она.

Паром добрался до отмели, и мы спрыгнули на шаткий причал, стуча сандалиями по деревянным доскам. Увидев пляжные хижины, Сара воскликнула:

– Прямо как мини-домики! Смотри, кровать и полностью оборудованная кухня!

– А летом можно спать вон там. – Я показала на домик с лестницей, ведущей на второй уровень. – Здорово, наверное, просыпаться на мезонине!

Мы сняли обувь и пошли босиком по вязкому теплому песку, держась за руки. Все вокруг были чем-то заняты: две девчушки в спасательных жилетах затаскивали на берег байдарку, пожилая женщина бросала палку своей мускулистой собаке, мужчина в панаме пытался закрепить в песке щит от ветра, используя камешек вместо молотка. А вот семья устроила пикник; салфетки прижаты галькой, чтобы не улетели. У соседней хижины расположились двое загорелых и голых по пояс мальчишек, а рядом, у шезлонгов, стояли две гитары. Я ткнула Сару в бок, и она едва заметно улыбнулась.

Как ни странно, судя по опущенным жалюзи, многие дома пустовали. Где же их хозяева, что им помешало счастливо проводить время здесь?

Вскоре мы подошли к скалистому мысу и песчаным утесам, перелезли через волнолом, отделявший одну пустынную бухту от другой, и двинулись дальше вдоль берега, обходя скопления темных водорослей.

– Может, искупаемся? – предложила Сара.

Я осмотрелась: вокруг никого не было, а голубая вода так и манита. Я с улыбкой стянула с себя футболку и шорты, оставшись в лифчике и трусиках разного цвета.

Сара сняла платье, взяла меня за руку, и вместе мы побежали к воде.

Сара завизжала, когда мы зашли по пояс. Я нырнула в накатившую волну, и ледяная вода заглушила мой крик. Я скользила, забыв обо всем на свете, ощутив силу моря и жжение соленой воды, и вынырнула, когда в легких воздуха больше не осталось. Волосы прилипли к лицу. Море вокруг пенилось и дышало.

Сара со смехом запрокинула голову.

– Давай-ка поймаем эту волну, – предложила я, подплывая к небольшому гребню – хотела изобразить серфинг без доски, но не успела, и волна прошла подо мной. Когда накатила следующая, мы обе бросились ей вслед, раскинув руки. Волна понесла нас вперед под радостные вопли Сары, однако быстро осела пеной. Меня проволокло по песчаному дну, и вот мы, смеясь и кашляя, нетвердой походкой пошли к пляжу.

У края пристани рыбачил парень с густыми темными волосами. Он внимательно посмотрел на нас серьезным, но при этом полным любопытства взглядом. Я заметила, что Сара тоже смотрела прямо на него.

По телу прошла дрожь. Полотенец у нас не было, и мы просто вытянули руки к солнцу, как делала моя мама на занятиях по йоге.

Вот бы провести лето здесь, в разноцветном домике на залитом солнцем пляже! Меня переполняли адреналин и радость от знакомства с новой подругой, поэтому я заявила:

– Когда-нибудь я куплю себе пляжный дом. У меня будет полно книг, свечей, настольных игр и музыки – и я буду жить тут все лето.

– Обязательно заходи ко мне в гости, – добавила Сара. – Ведь я куплю домик по соседству.


Девчачьи мечты – жить рядом, проводить лето на пляже. Кто бы мог представить, к чему эти мечты приведут?

Глава 3
Сара

День первый, полдень

Я пока не звонила Джейкобу – пусть отойдет от похмелья и порадуется, что доказал свою правоту матери, не вернувшись вовремя домой. Сейчас, взяв телефон, вижу пропущенный от Айлы. Она звонила вчера вечером, но не оставила никаких сообщений. Может, хотела извиниться?

Набираю номер Джейкоба и, прижав телефон к уху, стучу пальцами по кухонному столу.

Странно, гудки не идут, я слышу лишь автоматическое сообщение о том, что аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Джейкоб никогда не отключает свой мобильный и разбирается в телефоне на инстинктивном уровне – мне до такого далеко. Вне зоны действия сети он тоже не может оказаться, на всей отмели отличный сигнал. Вероятно, сел аккумулятор, хотя днем мы всегда заряжаем телефоны от солнечных батарей – Ник установил для этого какой-то специальный переходник.

И что мне теперь делать? Торчать в душном домике, ожидая возвращения сына? Вспоминаю нашу ссору: Джейкоб схватил рюкзак и хлопнул дверью с такой силой, что затряслись окна. Когда он выскочил, я подошла к окну и коснулась кончиками пальцев холодного стекла. Если бы не фонарь рыбака, сидевшего на берегу с удочкой, и не свет от лодки Нила, пляж погрузился бы в темноту. Джейкоб исчез во мраке ночи.

Что же случилось с малышом, который с любопытством смотрел на меня, когда я держала его на руках, и морщил свой носик, если я его смешила? Тогда все было намного проще.

Ужасно хочется позвонить Нику и все рассказать, но он наверняка еще на встрече, – а когда узнает, что Джейкоб не ночевал дома, то сразу спросит почему.

Нет, нужно разобраться во всем самой.

Я кладу мобильный в карман и выхожу из дома.


Домик Люка стоит на отмели со стороны бухты, рядом с деревянным причалом для парома. Родителей Люка я знаю много лет – милая пара, оба врачи с напряженным графиком работы. Люк – младший из четверых братьев и большую часть лета живет здесь один.

Когда я подхожу, скворцы мерцающим облаком срываются с крыши, отбивая крыльями чарующий ритм.

Недавно я подстриглась, и теперь то место у пояса, которое закрывали волосы, кажется обнаженным. Ник уверяет, что ему нравится моя новая прическа, но я боюсь, что со светлым каре, заостряющим черты лица, выгляжу чересчур сурово.

Люк сидит на террасе в пляжных шортах, напротив него загорелая девушка в черном купальнике. В полумраке домика я вижу диван, на котором развалились еще несколько ребят. Я не намерена читать Джейкобу нотации по поводу того, что он не явился домой – просто хочу убедиться, что с ним все в порядке.

– Люк! – с улыбкой кричу я, махнув рукой.

Он выпрямляет спину и слегка прищуривается.

– Да?

У Люка густые светлые волосы и широкая улыбка – скоро станет настоящим красавцем.

– Как вечеринка?

– Отлично. – Он поднимается и выходит с террасы на пляж. Это не радушный прием – он просто не хочет, чтобы я заходила в домик, где полно подростков. Мамам тут не место.

Вблизи я замечаю, что Люк еще не отошел от вчерашнего. Взгляд у него стеклянный, глаза налились кровью.

– Джейкоб еще у тебя?

– Джейкоб? – удивленно переспрашивает Люк.

– Разве он у тебя не ночевал?

– Нет.

Люк оборачивается на свой домик: внутри валяются банки из-под пива и стеклянная тара, полно окурков. У одной пластиковой бутылки отрезано горлышко, а с другой стороны прикреплена фольга – можно догадаться, для чего ее использовали.

– Но на вечеринку-то приходил? – спрашиваю я спокойным тоном.

– Ясное дело. Мы же для него все устроили.

Джейкоб не любит отмечать день рождения, так что я ужасно обрадовалась, когда он заявил, что пойдет к Люку. Я предложила купить им пива и бургеров – вдруг проголодаются, – но он сказал, что все уже организовано. Другими словами: «Не лезь».

Переступая через себя, я интересуюсь:

– А давно ушел?

Потирая голову ладонью, Люк отвечает:

– Не знаю, часов в одиннадцать.

Рановато – особенно для вечеринки в его честь.

– Он обещал вернуться.

Ну конечно.

– Наверное, стоит поискать его у Каз? – с улыбкой спрашиваю я.

Один из ребят, ухмыляясь, кричит из домика:

– Может, он пошел к ней мириться!

Люк бросает на приятеля недовольный взгляд.

Хочется разузнать еще что-нибудь, но вместо этого я прощаюсь.

– До скорой встречи, Люк.

«До скорой встречи?» Я никогда так не говорю.

Чувствую себя идиоткой. Разумеется, Джейкоб у Каз, где же еще! Видимо, Роберт, ее отец, сейчас в отъезде.

Насколько я понимаю, Джейкоб и Каз стали встречаться в начале лета. Я знаю Каз с самого детства и помню ее маленькой светловолосой девочкой с проницательными зелеными глазами. Она превратилась в уверенную в себе и красивую девушку, и в ее взгляде теперь сквозило лукавство. Однажды я видела, как они вместе лежали на берегу, подстелив плед, и слушали музыку. Каз начала подпевать; что удивительно, Джейкоб тоже подхватил припев. Хрипло выкрикивая слова песни, они трясли головами и смеялись. Каз вскочила и стала танцевать на пледе, как на сцене. Она улыбалась, надувала губки, упирала руку в бок, а Джейкоб ее фотографировал. Наблюдая за этой сценой, я думала только об одном: «Не смей причинять боль моему сыну».

Уходя прочь от домика Люка, я слышу, как одна из девочек говорит:

– Вот это Каз вчера отмочила…

Я замедляю шаг.

– Она просто отрывалась, зачем было ее выпроваживать? – успеваю я уловить чей-то ответ.

Дальше слова звучат неразборчиво. Может, Каз так напилась, что была не в силах дойти до дома и Джейкоб решил проводить ее? Если так, то это ответственный поступок.


Домик Каз стоит ближе к мысу. От одного края отмели до другого всего пятнадцать минут ходьбы, но летом и шагу не ступишь, чтобы кто-то из жильцов не позвал поболтать или выпить. Я прохожу мимо нашего домика и заглядываю внутрь – вдруг Джейкоб вернулся. Увы, как я и думала, его еще нет.

На террасе соседней хижины я вижу Диану. Она в темно-синей флисовой кофте, застегнутой до самого подбородка, хотя на улице уже тепло. Уперев руки в пояс, соседка смотрит в сторону бухты, где Нил, ее муж, садится в лодку.

– На рыбалку? – спрашиваю я.

Немного помолчав, Диана отвечает:

– Осматривает ущерб. Лодку помяли.

– Кто?

– Понятия не имею.

Нил, должно быть, вне себя от злости. Это судно – предмет его гордости.

Диана и Нил купили домик по соседству десять лет назад, но за это время мы так и не сдружились – обидно. Ник с Нилом иногда распивали по бутылочке пива за барбекю, а вот чтобы мы с Дианой засиделись на террасе с бокалом вина – такого я не могла представить. Я даже не знаю, о чем с ней разговаривать.

– Не видела сегодня Джейкоба? – спрашиваю я.

– Джейкоба? А что такое? – отвечает она вопросом на вопрос, глядя на меня искоса.

– Он не ночевал дома, – говорю я, махнув рукой, будто в этом нет ничего такого.

Диана слишком пристально изучает мое лицо.

– Нет. Я его не видела.

– Наверное, он у своей подружки. – Она по-прежнему не отводит от меня взгляда. –  Очень надеюсь.

Будь она одной из моих подруг с детьми подросткового возраста, я бы уже выдала целую историю, что-то вроде: «Джейкоб загулял на свой день рождения. Хоть бы сообщение прислал, а теперь даже на телефон не отвечает! Я жутко перепугалась, но в итоге нашла его – он ночевал у подружки, где же еще!» Другие мамы в ответ закатили бы глаза: «Ох уж эти подростки».

Друзья любят слушать мои истории – родительские жалобы я разбавляю какими-нибудь яркими замечаниями, например: «Джейкоб вчера приготовил ужин на всех, просто взял и приготовил. Спагетти болоньезе. Боюсь представить, что за проступок он так заглаживает».

Разумеется, я не выдаю все до конца. Только мы с Ником в курсе, что в шестом классе Джейкоб прогуливал уроки. В середине четверти нам позвонил его классный руководитель.

– Джейкоб прогульщик? Куда же он ходит? Что с ним не так? – чуть не плача, спрашивала я у Ника.

Муж обнял меня за плечи, прямо как в юности, и с улыбкой ответил:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6