Людмила Кузнецова-Логинова.

Легко ли быть человеком. Сказки для взрослых



скачать книгу бесплатно

– А теперь иди в свою деревню, там твой дом стоит сиротой, оживи его, пусть снова весело загорятся его окна, захлопают двери и расцветет сирень у забора. Только вот все, что ты заработаешь, а надо много работать, ты отдашь тем, кому живется хуже, чем тебе. Ты должна будешь оставить себе только самое необходимое, а остальное раздать тем, кому плохо. И так снова целых пять лет.

Ничего не ответила ей Тильда, молча поклонилась и пошла со двора. А вскоре на деревенской улице повстречали удивленные соседи вернувшуюся в свой дом Тильду. Спокойно и уверенно открыла она родную калитку и поднялась на крыльцо. Закипело, завертелось все в ее ловких руках. Как по волшебству появилось снова большое хозяйство, молодцевато приосанился старый дом, обновленный и ухоженный, потянулись из окрестных деревень люди покупать удивительной красоты накидки и дорожки, сделанные золотыми руками мастерицы-искусницы. И все вроде стало по-прежнему. Но Тильда еще больше удивила соседей. Каждый день появлялась она в чьем-то бедном или нищем доме, и все сразу менялось на глазах. То деньгами, то продуктами своего большого хозяйства Тильда поставила на крепкие ноги не одну семью, поддержала и вывела в люди многих сирот и детей многодетных родителей. Достаток и уют вошли в дом всех одиноких людей в округе. Так что хоть и по-прежнему потекла жизнь Тильды, а все не так.

Бывало раньше идет она по улице – ну, поздороваются с ней сельчане, ну, кивнут головой, может, посмотрят вслед красивой девушке – да и пойдут себе спокойно дальше. А то и просто посторонятся, молча пропустят ее – то ли заметили, то ли и не видят вовсе. Тут же: не успеет Тильда выйти за порог дома, а уж ей со всех дворов весело и звонко кричит детвора:

– Добрый день, Тильда!



Идет ли Тильда по улице, окно каждого дома откроется:

– Здравствуй, Тильда, заходи, не проходи мимо.

Берет ли воду в колодце, сразу кто-то подбежит:

– Не помочь ли тебе, Тильда?

Если соседи работают во дворе, а девушка проходит мимо, тут же за калитку выскочат:

– Доброго здоровья, Тильда.

И со всех сторон улыбки, радостные возгласы:

– Как поживаешь, Тильда?

– Иди к нам, Тильда.

– Заходи попить чайку, Тильда!

– Приходи в гости, Тильда.

А кто-то нет-нет да и протянет ей застенчиво цветы из своего сада, или полевые, или из леса. И так все пять лет.

А через пять лет снова Тильда подошла к дому мудрой женщины. Та ждала ее, стоя на крыльце.

– Я сделала так, как ты сказала. Какое задание ты мне теперь дашь?

– А ты готова к нему?

– Да, – просто ответила Тильда, а потом взглянула на небо, и беспокойство мелькнуло в ее глазах: – Говори скорее, мудрая женщина, сейчас, видно, будет гроза, а соседка уехала в город, и малыши ее остались одни. Очень уж они грозы боятся. Надо бы мне бежать к ним, успокоить.

– А соседка попросила тебя присмотреть за детьми?

– Нет, не просила, откуда ж ей было знать, что будет гроза?

– Так чего же ты торопишься, если тебя ни о чем не просили?

– А зачем просить? Разве не видно, когда кто-то в беде или нуждается? Без их просьб все внутри разрывается от боли за них.

Мудрая женщина улыбнулась:

– Вот ты и закончила свой жизненный урок, девушка, имеющая душу.

Ступай себе с Богом, твоя душа всегда теперь будет с тобой на земле, а когда ты эту землю покинешь, она уйдет к Господу, как и должно быть.

Радостно вернулась домой Тильда. И еще веселее и светлее стало ее красивое лицо, еще звонче голос и приветливей улыбка, с еще большей энергией стала она помогать окружающим. А повода к тому было много. Всегда найдется рядом тот, кому нужна помощь.

Тут вскорости геологи в их округе объявились, люди говорили, что они нефть ищут. Вот из этого-то геологоразведочного лагеря к Тильде и прибегали. То что-то из продуктов она им даст, то теплых вещей навяжет, то лекарственных трав соберет, насушит и им передаст: ведь за годы ее служения людям она овладела многими знаниями, могла и лечить травами да настоями, вот к ней и бежала вся округа, когда кто-то заболевал. Потому-то однажды и влетела к ней в дом вихрем испуганная повариха из лагеря:

– Помоги, Тильда, косит людей наших какая-то болезнь.

Побежала с ней девушка – и правда, почти в каждой палатке больной. Мечутся в жару и кашляют надрывно.

Больше десяти дней провела в лагере Тильда, всех выходила, а один геолог никак не поправляется. Думала девушка, думала и решила: «Заберу к себе домой, там сподручнее будет за ним ухаживать. И хозяйство не заброшу. Болезнь прочно в человека въелась, тут не одна неделя нужна, чтобы ее побороть». Как решила, так и сделала. Забрала геолога с собой и стала его выхаживать.

Долго и трудно боролась Тильда за жизнь этого человека, самоотверженно ухаживая за ним, и болезнь понемногу стала отступать, а потом и вовсе отступила под напором усилий Тильды. Геолог потихоньку стал ходить по комнате и уже встречал Тильду у дверей, помогал раздеться и даже пытался сделать что-то самостоятельно: накрыть стол к ужину, подмести в комнате, прибить что надо или починить сломавшуюся вещь. Они весело ужинали вместе, и в доме было так светло и уютно, как никогда прежде в ее жизни. И вообще, Тильда заметила, что все было в этот период необыкновенным и удивительным.

Ну, во-первых, поутру раньше никогда так радостно и звонко не пели птицы; во-вторых, небо никогда не было таким пронзительно голубым и чистым, а в-третьих, никогда еще цветы не пахли так одурманивающе и пряно, особенно ее любимые розы. Тильда недоумевала, отчего раньше она не замечала, что окружающий мир так прекрасен. Но самое большое чудо было в ней самой. Никогда прежде она не просыпалась с мгновенным ощущением беспричинной и беспредельной радости, никогда еще не пело и не ликовало все у нее внутри, не было такого прилива сил. Казалось, она забыта, что такое усталость, грусть и желание, чтобы скорее кончился день. Сейчас, наоборот, ей хотелось, чтобы ночь никогда не наступала, ведь так жалко было времени, отданного сну, так много дел можно было сделать, столько рассказать своему гостю и столько интересного услышать от него.

Дни летели незаметно, и Тильда не считала, сколько их прошло с тех пор, как она стала выхаживать геолога. Но вот в одно наступившее утро, пока Тильда готовила завтрак, он походил совсем уже бодро по комнате, а когда они сели за стол, спокойно и уверенно сказал:

– Не знаю даже, как мне благодарить тебя, Тильда. Сама знаешь, что ты спасла меня. Если бы не ты, болезнь меня бы одолела, хоть я и крепкий орешек. А сейчас я чувствую, что почти совсем здоров. Послезавтра надо будет отправляться к товарищам в лагерь и браться за работу. Спасибо тебе.

Тильда выслушала его и улыбнулась:

– Я рада, что ты выздоровел, я рада, что ты вернешься к друзьям и снова будешь заниматься своим любимым делом. Будь здоров и счастлив, это и есть моя награда и твое спасибо.

И она пошла заниматься своими привычными, обычными делами.

Но вот незадача, этот день выдался, видимо, каким-то неудачным. Работа не спорилась, как раньше, иногда Тильда даже как бы вообще забывала, что делает, и о чем-то глубоко задумывалась, но о чем? Птицы в это утро тоже почему-то не пели, небо хмурилось и даже цветы не пахли. Она и так, и эдак наклонялась к своим любимым розам, но нет, сегодня они не пахли. Никто не мог ей подсказать, почему вернулась грусть, а радостное ликование внутри кончилось. А тут еще к концу вечера навалилась такая усталость, что она, зайдя в хлев доить корову, прижала к себе ее умную теплую морду и неожиданно расплакалась.

Она даже не плакала, а рыдала навзрыд, и ей казалось, что внутри у нее сердце разрывается на части. И что это вдруг на нее нашло! Сколько она себя помнила, ей не доводилось реветь. Была она не из слезливых. Как бы тяжело в жизни и на душе ни было, слезу из нее вышибить не удавалось никому и ничему. А тут? Еле переставляя ноги, шла она домой. Значит, уже послезавтра не будет этих веселых бесед во время завтрака и ужина, никто не встретит ее на пороге, не снимет с нее пальто и не спросит: «Ну, как сегодня твой день прошел, что было хорошего?» Никто не расскажет ей столько интересного о людях и окружающем мире, а ведь она уже привыкла каждый вечер слушать захватывающие дух истории из жизни человека, этот мир повидавшего и знавшего столько, что и за всю ее жизнь ей бы не наскучило его слушать. Ни с кем теперь не поделится прожитым она. Ведь и ей довелось за десять лет служения людям пройти через многие испытания, и она тоже так нуждалась в добром и внимательном слушателе.

Тильда открыла дверь в дом и увидела, что стол уже приготовлен к ужину и за ним, низко свесив голову, сидит геолог. Тильда застыла на пороге.

– Добрый вечер, – неслушающимися губами проговорила она.

– Добрый вечер, – глухо отозвался он.

Они помолчали. Тильда все еще стояла в рабочем пальто, но совершенно не замечала этого.

– Знаешь, я, пожалуй, завтра утром уйду в лагерь к ребятам, – начал геолог, – им без меня трудно. А я уже совсем здоров, и отлеживать бока мне стыдно.

– Да, – безжизненно отозвалась Тильда.

– Спасибо тебе за все.

Он помолчал, молчала и Тильда.

– Я здоров и снова буду много работать и много ездить по свету, ведь меня нигде никто не ждет, нет у меня ни семьи, ни дома и нет человека, которому я дорог и нужен. Вольная птица, – он опять замолчал, сидя все так же с низко опущенной головой.

В комнате стояла звенящая тишина, и Тильда, замерев у двери, ни за что на свете не нарушила бы ее.

– Но, знаешь, – вдруг снова заговорил геолог, – больше всего, больше самой жизни, мне хотелось бы не уходить отсюда никогда, потому что впервые за всю мою жизнь я захотел, чтобы именно здесь были мой дом, моя семья и тот самый человек, которому я один из всех живущих людей на земле дорог и нужен.

Опять он замолчал, также молча стояла и Тильда. И тогда впервые за весь разговор он поднял голову и посмотрел на нее.

Ему навстречу вдруг хлынуло небесной красоты счастливое сияние ее глаз, лицо Тильды сияло божественным светом любви, а ее солнечная улыбка озарила всю комнату. И хотя на улице была уже осень, холодная и ненастная, лил дождь и хмурое небо темнело тучами, в доме Тильды расцветала весна, она даже могла поклясться, что вдруг отчетливо услышала майские трели соловья и почувствовала нежный запах ландыша. Молча смотрели они друг на друга. Слова совсем не были нужны, они были даже лишними, эти земные слова. И тогда такое же счастливое мерцание небесной красоты его глаз хлынуло ей навстречу, и теперь уже его солнечная улыбка еще ярче заставила засверкать комнату, и, словно зеркальное отражение, уже его лицо засияло божественным светом любви. Счастливо вздохнув, он сказал:

– Да, я нашел свою семью и человека, которому я один из всех живущих людей на земле дорог и нужен. Я нашел свой дом.

Вот так, хоть и поздно, пришло к Тильде простое человеческое счастье, самое настоящее и на всю жизнь. Именно то, которое и обещал Господь всем людям, любящим Его и имеющим Душу.

О зернышке любви

В сказочном заколдованном лесу росло маленькое, совсем крохотное чудесное деревце – деревце любви. В заповедной чаще, где оно произрастало, не было ни единого следа человека. Только птицы, звери и рыбы знали о нем: иногда, когда приходило время, они склевывали или проглатывали одно зернышко с его крошечных плодов, висевших игрушечными гроздьями, но этого вполне хватало для начала великого таинства любви.

Рядом с деревцем любви росло деревце ненависти, оно было точной копией первого, но его спелые плоды-зерна не срывал никто. По неписаным законам, установленным хозяином леса, что-либо из здешних растений можно было употреблять в пищу только по высочайшему разрешению и в определенное время. Деревце же ненависти в перечне съедобных названо не было, потому лесное зверье не обращало на него никакого внимания, даже как бы и не замечало его в суете повседневности. Да и что за прок его замечать, если оно для них было совершенно бесполезно?

Хозяин леса запретил животным, рыбам и птицам разглашать тайну дерева любви, скрытую от людских глаз, и они с почтением приняли эти условия. В мире животных воцарился порядок, а тот породил покой и размеренность. Лес вырос таким огромным, что совсем скрыл от людей свою великую тайну.

В самом близком к этому лесу селении жила девушка, которую звали Марта, встречалась она с парнем, в общем, дело шло к свадьбе. Девушка она была неплохая, веселая, озорная, в меру отзывчивая, в меру добрая – обычная девчонка, что тут говорить. Да и парень в грязь лицом не ударил, очень ей в пару подходил. Односельчане уже их чуть ли не поженили, ан нет, глядь, его уже другая увела.

Как Марта переживала, трудно и передать, кто себя на ее место поставит, тот и ее сразу поймет. Чуть умом не тронулась, бедняжка. Вот как-то увидела она их вместе (в поле цветы собирали) и бросилась в чащу леса, не глядя, куда ноги несут. Очутилась девушка в такой глухомани, что любого дюжего мужика оторопь возьмет, а ей все нипочем, кинулась лицом в траву на пригорке у реки и ну реветь. Сейчас ей чем дальше от людей, тем легче, хоть повыть вволю можно без расспросов да соболезнований. В общем, выла да стонала на весь лес так безутешно, что все зверье переполошила.

Собрались зверушки в кустах, тихо переговариваются, что, мол, такое за чудо? В реке рыба всплыла, к берегу прибилась, тоже хочет знать, что за сыр-бор здесь разгорелся. Птицы галдеть перестали, из гнезд повысыпали и на ветвях расселились. И их забрало за живое, что это за лихость такая в их краях объявилась.

А Марта ничего не видит, ничего не слышит, ревет – белугой заливается. Час ревет, два ревет, надоело зверью слушать, вот они и подталкивают к ней зайца:

– Иди, ты в сказках самый добрый, тебя все любят: и дети, и взрослые. Она тебя не испугается, расскажет, что у нее за беда лихая приключилась.

Заяц мялся, мялся (он же трус известный), но его просто-напросто выпихнули из кустов. Подкрался он к лежащей ничком девушке и положил ей лапку на плечо. Марта и вправду не испугалась, самое страшное для нее уже произошло – друга потеряла – все остальное так, семечки, если можно так сказать. Обернулась она, зареванная, с опухшим от слез лицом, к зайцу, а тот и говорит:

– Ты чегой-то здесь надрываешься, али горе какое приключилось?

– И не говори, заинька, вот уж горе так горе, вовек не выплакать.

– Да что такое, скажи толком.

Села девка, сняла платок с головы, слезы им вытерла и говорит:

– Был у меня парень, дружили мы с детства, договорились пожениться, но родители зарок наложили: как в деньги войдете, так и женитесь, а нищету нечего плодить. Ну мы и копили, работали оба, без родительского-то благословения выходить замуж да жениться нельзя – все равно счастья не будет. Надумал мой парень в город на завод податься, вроде там платят больше. И я, дура, согласилась. А он домой все реже и реже появляться стал, я уж стороной узнала, девка заводская у него появилась. Конечно, она городская, модная, а я что?.. Только вот школу кончила, а так ни профессии, ни мастерства, работаю на ферме, коровам хвосты кручу, вот он на ту и польстился. Известное дело, в городе жить – не в деревне грязь месить. Она в туфельках да в сапожках, а я в ботах да валенках. Есть разница? То-то и оно, что есть.



Тут Марта закрыла лицо платком и давай пуще прежнего реветь, заяц аж уши заткнул, так их заложило.

– Ты погоди, не реви, может, твоему горю еще помочь можно.

Что-то похожее на улыбку скользнуло по зареванному лицу девушки:

– Уж не ты ли поможешь?

– Я. А почему бы нет?

– Может, ты в жены меня взять хочешь, так я за косого не пойду.

– Ну вот, – обиделся заяц, – чуть что – сразу косой. Я тебя жалею, помочь хочу, а ты насмешничаешь.

– Ну, не буду, не буду, спасибо тебе за сочувствие, а уж помощи мне ждать совсем неоткуда, знать, пропадать мне от сердца разбитого.

– Ты вот что, духом не падай, тут сиди и никуда отсюда не уходи, а я быстро.

С этими словами зайчик исчез, и вы догадываетесь, куда он задумал бежать за помощью. Но сначала рассказал он всё своим собратьям. Вкратце изложил зверушкам беду девушки (так, мол, и так, пропадает девушка пропадом через любовь эту самую человеческую) и сказал, что помощь может прийти именно от них, если они его замысел поддержат: дадут согласие на то, чтобы он использовал силу дерева любви. Конечно же, зверушки не возражали. Послали самого быстрого – гепарда, и через весьма непродолжительное время тот принес крохотное зернышко, которое заяц с одобрения собратьев понес девушке. Она уже не плакала (сил совсем не было), а лежала ничком на траве.

Заяц опять дотронулся лапой до ее плеча и говорит:

– Вот, возьми это зернышко и дай его проглотить своему парню, а там увидишь, что будет.

Поднялась девушка с земли, села поудобнее, взяла зернышко. Лежит оно на ладони, маленькое, формой сердечка, ярко-красного цвета, и ладонь прожигает – такое горячее.

– Что это? – удивилась девушка. – Где ты это взял и зачем?

– Где взял, там его уже нет, а вот беду твою оно поправит, потому что волшебное. Полюбит тебя твой друг, вот увидишь, никто не будет нужен ему кроме тебя.

Засмеялась Марта счастливо и побежала скорее в деревню, едва «спасибо» зайцу бросила, да он не обиделся. Всякое бывает, если ум за разум зайдет, а у девушки, видно, так и случилось. Дала Марта парню зернышко, все резко изменилось. Он от нее ни ногой, в глаза смотрит, каждое слово ловит и о любви твердит, как дятел, с утра до вечера.

Прошло какое-то время: все хорошо, все устроилось, начали готовиться к свадьбе, жених от радости гоголем ходит, а Марта сникла. Парень у нее неплохой, это правда, все теперь справедливо, но вот особого богатства у него нет, еще не нажил. Если сам он об этом не тужил (какие его годы!), то она вдруг задумалась. У нее было чудодейственное средство любого, самого красивого и богатого заполучить в мужья, а она дала это средство простому заурядному парню! Как же опрометчиво она поступила!

И Марта уже день и ночь думала только о том, как добыть ей снова то крохотное зернышко. Уж теперь-то она умная и распорядится им правильно, тем более объект наметился. В их деревне строил себе виллу какой-то промышленник. Марта еще не видала его, но это и не важно. Какой бы он ни был из себя, она знала, что не в этом дело, а в том, что он даст ей ту красивую, полную роскоши жизнь, которую показывают в кинофильмах на экране.

Собралась Марта с духом и отправилась в лес на то же место. Села на пригорок и давай реветь белугой. Надрывалась до тех пор, пока не повторилось все то, что было в прошлый раз. По кустам засело собравшееся и одуревшее от ее рева зверье, а заяц пошел на разговор.

– Что теперь-то случилось? – вопрошал он льющую слезы и стенающую Марту. – Неужели не подействовало?

– Подействовало, подействовало, – успокоила зверушку Марта, – но мне так трудно, так трудно!

– Да в чем дело? Говори толком.

– Ах, – завздыхала девушка, – у моего парня ни кола ни двора. С теткой живет, мои родители люди бедные, у них еще трое ртов. Мы поженимся, а жить на что станем? Родные от нас помощи ждут, а не то что нам помогать могут. Вот я и горюю, что неправильно зернышком распорядилась. Мне бы его дать тому, кто и себя, и моих родных прокормит, да такие женихи на дороге не валяются, они уже все пристроенные.

Заяц молчал какое-то время, а потом и говорит:

– А есть кто на примете-то?

– Есть, конечно, как не быть. Приехал в наши края один богатей, не дом, дворец построил, вот мне бы его в мужья.

Заяц поежился:

– Холостой мужик-то?

– Да вроде.

– Что ж, будь по-твоему, пожалею тебя и на этот раз.

Побежал заяц к сотоварищам, в кустах залегшим, рассказал о просьбе Марты. Задумалось зверье – да что они понимали в жизни людей? Раз человек просит, значит, нужда у него, а что такое нужда, они-то хорошо знали. В общем, дали «добро» на помощь Марте, и гепард снова побежал в заветное место. Получила девушка чудодейственное средство и поменяла свою судьбу. Стала женой очень богатого человека. Тот, первый, любовь ее прежняя, страдал и мучился, зернышко покоя не давало его сердцу, но и второй ее избранник любил ее (опять же благодаря зернышку) крепко и нерушимо. На счастье, он был разведенный, и никому Марта дорогу не переходила, только один человек места себе не находил по ее вине, но Марта старалась об этом не думать. Муж ввел ее в свой круг, и она закружилась в вихре развлечений.

Сказочная жизнь началась у Марты. Муж безумно ее любил и исполнял малейший ее каприз, все сложил к ее ногам. Жила девушка и вся ее родня, катаясь как сыр в масле. Каких только платьев ей не надарил муж, каких только бриллиантов не навесил! Ходила, сверкая, что елка новогодняя.

Повез муж ее на модный курорт, вырядилась Марта как на смотрины, все самое лучшее да дорогое на себя нацепила. Глядь, а не она всех затмевает. В их компании один миллионер свою жену нарядил так, что равных ей не было, да и сам он – богач из богачей. Молодая жена воображает, нос задирает (Марта ей по богатству и в подметки не годилась), разговаривает со всеми свысока, смотрит надменно. Задело все это Марту за живое, терпела она, терпела да и подалась опять в лес по проторенной дорожке.



А в лесу что – жизнь своя, кипит и бьет ключом, человеку не понять, ну, а для зверушек человеческая жизнь – потемки. Услышали они вопли Марты, опять зайца посылают:

– Поди, узнай, что на сей раз у нее приключилось.

Заяц прибежал, Марту допросил:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6