Людмила Шевцова.

Операция «Крон»



скачать книгу бесплатно

Глава первая

Рой Норманн не спал несколько ночей подряд.

Бесконечные схемы, таблицы и формулы молниеносно возникали на дисплее его компьютера и также быстро исчезали, уступая место новым. На столе сгрудилось несколько чашек выпитого кофе. Но возбуждал его вовсе не кофе, а внутренний огонь, раскаливший и без того перегруженный мозг. Его лицо осунулось, под глазами залегли темные круги. Несколько дней добровольного заточения давали о себе знать.

Состояние Роя очень беспокоило его дядю, Дэвида Вильсона. Он подошел к дверям кабинета племянника и услышал его голос.

– Мы сможем открывать временные окна в параллельные пространства, но для этого необходим новый вид энергии…

Дэвид несколько минут не решался заглянуть в кабинет. Он сомневался, стоит ли нарушать неизменное требование племянника не отвлекать его во время работы. И все же, обеспокоенный его состоянием, голосами за дверью, решил войти. Рой настолько был увлечен работой, что даже не заметил его присутствия.

– Вопрос только в том, профессор, – спорил с кем-то вслух Рой, – какой содержательный смысл вы вкладываете в это понятие. Что такое, собственно, энергия?

Дэвид вздохнул, взглянул на часы, стрелки показывали без четверти четыре, он молча вышел из кабинета.

В последнее время Вильсон стал замечать, что Рой, погружаясь в работу, как бы отключается от внешнего мира. В такие минуты до него невозможно было достучаться. Дело в том, что способности мозга Роя были уникальны. Он мысленно переносился в ту эпоху и место, где жил его оппонент, даже если его давно не было в живых. Он видел его, разговаривал с ним, вступал в спор. Эту странность Дэвид впервые обнаружил, когда Рою исполнилось десять лет. Он привел племянника в университет познакомить со своим близким другом – профессором Тейлором.

– А я знаю этого мистера, – неожиданно сказал мальчик, показав на портрет Альберта Эйнштейна в кабинете профессора. – Два дня назад мы с ним бродили по берегу озера…

– Не сочиняй, Рой, – усмехнулся Дэвид детской фантазии. – Этот мистер умер 70 лет назад, когда меня еще не было на свете.

– Я не сочиняю, – обиделся Рой. – Вы, мне не верите? И он с поразительной точностью описал характер, манеру разговаривать и даже одежду Эйнштейна.

Вильсон и Тейлор переглянулись. Они решили, что мальчик нуждается в серьезном обследовании.

С кем только Дэвид не консультировался! Кому только не показывал своего единственного племянника! Но даже самые именитые профессора разводили рукам, объясняя странности мальчика не иначе как его богатым воображением. И только Ицхак Фрайд, профессор университета из Лос-Анджелеса, специалист по изучению мозга, после всестороннего и глубокого исследования Роя сказал: «Мистер Вильсон, ваш племянник наделен необычайным даром аккумулировать в своем сознании не только окружающую его информацию, но и те факты и события, свидетелями которых были предшествующие поколения.

Как ему это удается, я не знаю. Да и вряд ли сегодня кто-нибудь сможет это объяснить. Пока это загадка природы. Бытует мнение, что такие люди – посланцы космоса. Способности вашего мальчика могут сделать его или великим ученым, или самым несчастным человеком на земле. К сожалению, может случиться и такое. Берегите его, мистер Вильсон».

С тех пор Дэвид потерял покой. Он взял подписку с Ицхака Фрайда о неразглашении результатов исследования и старался не выпускать племянника из поля зрения, чтобы не вызывать к нему нездорового интереса окружающих.

Дэвид еще несколько минут постоял за дверью кабинета, слушая спор племянника с каким-то воображаемым профессором.

– Господи, не лишай его рассудка! – прошептал Вильсон, покинув кабинет, и тут же нос к носу столкнулся с домработницей. Несмотря на запрет Дэвида, она несла добровольному затворнику кофе и сэндвичи.

– Энни! Унеси это немедленно! Рою нельзя пить столько кофе. К тому же до завтрака еще далеко. И почему ты не спишь? Сейчас глубокая ночь.

– Простите, мистер Вильсон, но мое сердце не способно выдержать такой пытки, – памятуя о запрете, Энни сразу же перешла в наступление. – Он тает прямо на глазах! Вот уже второй день я уношу нетронутую еду. Мальчик совсем загнал себя! А вы равнодушно наблюдаете, как бедное дитя превращается в призрак. Я не намерена больше терпеть вашего бессердечия и сейчас же силой впихну в него этот сэндвич!

– Вернись на кухню! – потребовал Вильсон. – Я только что был у Роя. Он даже не заметил моего присутствия.

– Бедный, бедный мальчик! – снова запричитала Энни. – Он три дня ничего не ест.

– Не такой уж он и мальчик, – смягчился Дэвид. – Если ты не забыла, сегодня ему двадцать пять.

– Забыла? – обиделась Энни. – Для меня Рой родной сын! Помните, когда ему было три года, он тайком съел четыре порции мороженого и заболел. Я не отходила от него ни днем, ни ночью.

– Тайком? Ты всегда потакала его слабостям. И сейчас продолжаешь угождать его прихотям, как будто Рою все еще три года!

– Простите, мистер Вильсон, для меня он навсегда останется ребенком. Я так переживаю за его здоровье. – Энни наклонилась поближе к Дэвиду и вполголоса поведала ему свою тайну. – Я слышала в его кабинете голоса, приоткрыла дверь и увидела, что Рой один. Он бледен, размахивает руками, с кем-то спорит. Уверяю вас, наш мальчик болен.

– Рой иногда разговаривает вслух. Так, видимо, ему легче работать, – Вильсон взял под руку домработницу и развернул ее к лестнице. – Вот подумываю, не устроить ли нам вечеринку в честь дня рождения Роя. Надеюсь, она немного отвлечет его от работы.

– Прекрасная идея, – обрадовалась Энни, – устроим небольшой семейный праздник. – Ну что ж, – улыбнулся Дэвид, – это и твой праздник, Энни. Ты ведь заменила Рою мать.

– Спасибо, мистер Вильсон! После смерти моего мужа у меня нет никого ближе вас. Растроганная Энни, удалилась на кухню. Без малого тридцать лет она служила у Вильсона. И Дэвид не представлял свой дом без этой толстой, ворчливой и бесконечно доброй негритянки. Она стала ангелом-хранителем этого дома.

Глава вторая

Двадцать пять лет своего супружества Пол Саммерсон и его жена Николь одна из первых красавиц Нью-Йорка, решили отметить на острове Эспаньола. Здесь, на побережье Атлантики, в тени экзотических пальм, они приобрели роскошную виллу по соседству с резиденцией знаменитого на весь мир кутюрье Оскара де ла Рента.

Он был вхож в дом Саммерсонов. В свое время Николь выходила замуж в платье от Оскара. Кстати, он-то и порекомендовал Полу приобрести виллу в этом поистине райском уголке земли, где Атлантический океан сливается с Карибским морем. Здесь можно было отвлечься от городской суеты. Не бояться вездесущих папарацци, искупаться обнаженным в океане, полежать под его убаюкивающее дыхание на нежном, как шелк, жемчужно-белом песке…

Саммерсоны сразу полюбили этот немноголюдный уголок девственной природы, хотя и были тут всего-то два раза. Главе семейства редко когда удавалось выкроить пару-тройку свободных дней для отдыха. Но этот приезд был запланирован давно.

Сегодня супруги впервые посетили знаменитый парк «Манати», испытав неописуемый восторг от танцующих лошадей и шоу дельфинов. Утомленные прогулкой и впечатлениями, они решили поужинать в одном из уютных ресторанчиков острова, а заодно и обсудить детали предстоящего торжества.

Ресторан был пуст. Хозяин очень обрадовался респектабельной паре, и предложил им отведать свое фирменное блюдо – запеченную рыбу «пескада кон коко».

– Мы готовим ее на гриле в кокосовой крошке и подаем с мякотью кокосового ореха, нежной, как поцелуй любимой женщины, а также с неповторимым кокосовым соусом, куда входят двадцать пять ингредиентов, – с обворожительной улыбкой живописал он своим гостям. – Вот уже сто пятьдесят лет наша семья хранит в тайне рецептуру соуса.

– Вы так аппетитно рассказываете, что вам трудно отказать, – прервал его Пол. – Мы доверяем вашей рекомендации. И, пожалуй, принесите еще десерт.

– Ты получил подтверждение от гостей? – спросила Николь, когда хозяин откланялся.

– Да, дорогая. Пожалуйста, возьми на себя труд разместить их с комфортом. Особое внимание удели Эндрю и его молодой супруге.

– Не беспокойся. Я уже все обсудила с управляющим. Мы составили изысканное меню, подумали о развлечениях, включая путешествие на острова. Подготовили яхту. Надеюсь, они не откажутся познакомиться со здешними достопримечательностями?

– Ты, как всегда, на высоте, – Пол с благодарностью посмотрел на жену.

– Кстати, я пригласила на вечеринку Оскара. Ты не против?

– Прекрасная идея. Главное, женщины будут довольны. Будет чем заняться, когда мы отправимся на пленэр.

– Опять вы со своими тайными переговорами, – глухо произнесла Николь, любуясь солнечной дорожкой на умиротворенной глади океана.

– Это неотъемлемая часть моего бизнеса. О нем приходится думать даже во сне. Мне Оскар хвастался, – вдруг оживился Саммерсон, стараясь непринужденно перевести разговор на другую тему, – Моисей делает успехи! Молодец! Говорят, он пошел дальше отца…

– Мне кажется, у Моисея огромные перспективы, – подхватила Николь. – Даже первая леди оценила его новую коллекцию. Кстати, я тоже заказала у него вечернее платье для нашего торжества. Ну вот, хотела сделать тебе сюрприз и проболталась.

– Поверь, я все равно буду искренне удивлен твоим сюрпризом. Кстати, почему ты ничего не говоришь о Холли? Разве она не приедет?

– Вряд ли она сможет приехать. Холли очень занята. И потом, – Николь замялась, – у нее возникли кое-какие проблемы с Эдди, и она не хотела бы с ним встречаться. Пока…

– Что значит «пока»? – в голосе Саммерсона прозвучали резкие нотки. – Я жду, что они вот-вот объявят о свадьбе, а тут выясняется, что она, видите ли, не хочет с ним встречаться! Эдди приедет сюда, собственно, ради Холли!

– Я не хотела тебе говорить прежде времени. Дело в том, что Холли… – Николь осеклась.

– Говори, Николь, не темни! – потребовал Пол.

– Может, не сейчас. Я вижу, эта новость тебя расстроила, – Николь отвернулась от мужа, не желая продолжать этот разговор. – Если хочешь, поговори с ней сам.

– Николь, немедленно выкладывай все, что тебе известно! – лицо Пола стало строгим.

– Ничего мне неизвестно. И поверь, она не всегда открывает мне свои тайны. Холли уже не ребенок. Подумаешь, повздорили с Эдди!

– Почему мне об этом ничего неизвестно? Мы же с тобой договорились, воспитание дочери – это твоя прерогатива и ответственность. Видимо, ты плохо ей объяснила, что ее предки на протяжении двухсот лет создавали империю Саммерсонов. И Холли, так уж вышло – наследница этой империи. В нашей семье есть традиции. У нас не принято жениться и выходить замуж на людях не из нашего круга. И я никому не позволю их нарушать! Даже родной дочери! – выпалил Пол.

– Я с ней говорила, но ты же знаешь, Холли упряма, как… У нее, между прочим, твой характер, – попыталась осадить его Николь.

– Кстати, почему она бросила Кембридж и уехала в Принстон? – сдерживая гнев, перебил Пол.

– Не знаю, – обиделась Николь, демонстративно отвернувшись от мужа. – Принстон ей нравится больше. Там Сандра. Они с детства привязаны друг к другу. Ты же сам хотел, чтобы Холли получила хорошее образование. А в Принстоне престижный университет. Ты же не будешь отрицать очевидное?

– Очевидно то, дорогая, что ей просто хотелось уехать подальше от Эдди. Или, как я понимаю, поближе к своему новому увлечению. Наверняка ты уже тогда все знала. Не так ли? И уговорила меня на переезд Холли.

– Позволь, откуда тебе известно, что у Холли новое увлечение? Она ничего мне не говорила.

– Я больше чем уверен, что у нее кто-то появился. Не может девушка накануне свадьбы вот так запросто отказаться от жениха. Кстати, тебе поведение дочери никого не напоминает?

– Пошел ты к черту! – вскипела Николь. – И оставь этот возмутительный менторский тон. Холли – моя дочь, а не часть твоего бизнеса. И я хочу, чтобы она была счастлива. С Эдди или с кем-то другим, но счаст-ли-ва! Даже если ради этого придется нарушить ваши вековые традиции. Мы вынуждены будем считаться с ее чувствами.

– Ты ошибаешься, дорогая. Холли, между прочим, и моя дочь, и часть, как ты выразилась, моего бизнеса. Так же как и ты в свое время была частью бизнес-плана своего отца, а я – своего. В результате наши капиталы слиты воедино. Что же в этом плохого? Так что Холи выйдет замуж только за Эдди! – твердо произнес Пол. – Ты же смогла в свое время одуматься и…

– Пол, не смей никогда напоминать мне о прошлом. Вряд ли тебе известно, почему я одумалась.

– Может, признаешься? – усмехнулся Пол.

– Не уверена, что мое признание тебя обрадует. – Николь резко встала, чтобы уйти, но в этот момент хозяин ресторана прикатил резную, разукрашенную цветами тележку с роскошным блюдом.

– Ваш заказ, сэр! А чем мадам так расстроена? Если вам что-то не нравится, мы немедленно все исправим, – его лицо сияло обезоруживающей улыбкой.

– Все в порядке! – Николь почувствовала неловкость перед гостеприимным хозяином. Она попыталась улыбнуться и села за стол. У нее пропал аппетит. С вялым безразличием она ковыряла рыбу.

Пол ел с удовольствием, но с хмурым лицом. У него после ссоры всегда разыгрывался аппетит. За столом они не произнесли больше ни слова. Когда Саммерсоны вернулись на виллу, Пол сразу же ушел в свой кабинет. Николь, чтобы снять напряжение, искупалась в бассейне, потом попыталась дозвониться до Холли, но ее телефон молчал. От этой дурацкой ссоры у нее разболелась голова, и она пошла спать. Николь часто страдала мигренями и депрессией, особенно после ссор с мужем. Пол заглянул в спальню, когда Николь уже засыпала. Постояв несколько секунд в дверях, он решительно направился к ее постели.

– Прости меня, дорогая! – он поцеловал ее руку. – Я не хочу омрачать наш праздник. Я люблю свою дочь. И, так же, как и ты, больше всего на свете хочу, чтобы она была счастлива. Давай все забудем! Я сам с ней поговорю, обещаю.

– Только прошу тебя, не дави на нее, – Николь примирительно посмотрела на мужа. – Она очень впечатлительная девочка и сгоряча может наделать глупостей. Вспомни историю Дэниз. Не ваши ли запреты посадили ее на героин?

– Ты права, – вздохнул Пол, – мне вчера позвонили из клиники. Дэниз совсем плоха. Я сообщил отцу, но он и слышать о ней не хочет. Слишком дорого обошлись ему выходки Дэниз. Он не может простить ее и считает, что она виновна в раннем уходе матери.

– Ты должен навестить ее, – посоветовала Николь.

– Я подумаю. У меня, к сожалению, сейчас не самые лучшие времена. А потом, я плачу немалые деньги, чтобы Дэниз ни в чем не нуждалась.

– У тебя проблемы? – встревожилась Николь.

– Ну, скажем, мне сейчас нелегко. Не волнуйся, я справлюсь. Спокойной ночи, дорогая! – Пол нежно поцеловал жену и направился к выходу. – Я еще немного поработаю. Завтра трудный день. Ты должна хорошо отдохнуть.

– Спасибо, ты тоже не засиживайся.

По натуре Пол был вспыльчив, но всегда шел первым на примирение. Какая муха укусила его сегодня, Николь не знала. Он никогда не напоминал ей о прошлом, так они договорились. И Пол держал слово двадцать пять лет. Только сейчас Николь поняла, что все эти годы в глубине души мужа пряталась обида на нее. И сегодня его уязвленное самолюбие напомнило о прошлом.

Глава третья

В доме Дэвида Вильсона началась подготовка к празднику. В нарядном платье Энни колдовала над индейкой.

– Да здравствует Энни! – Рой с криком, как в детстве, скатился по перилам лестницы. Его огромные карие глаза горели на бледном исхудавшем лице.

– Боже мой! Мой мальчик наконец-то ожил! – Энни расплылась в широкой улыбке. Рой обхватил ее за талию и хотел приподнять, но 95 килограммов пожилой негритянки нелегко было оторвать от пола.

– Милый, – кокетливо стрельнула глазами Энни, – я не создана, чтобы меня носили на руках. С днем рождения, мой мальчик, – она поцеловала Роя.

– С днем рождения, Рой! – в столовой появился Дэвид. Он крепко обнял племянника. – Жаль, что с нами сегодня нет Эстер.

– Спасибо, мои дорогие! Мама часто меня навещает, – неожиданно признался Рой. – Сегодня на рассвете она вошла ко мне в комнату, поцеловала и ласково прошептала: «Я горжусь тобой, сынок».

Энни с Дэвидом переглянулись.

– Конечно, ее душа всегда будет рядом с тобой, мой мальчик. Я молюсь за тебя, Рой, и за бедную Эстер, и за твоего отца Фредди. Мир их праху! – Энни перекрестилась.

В кармане у Роя зазвонил мобильник.

– Бог мой! Я совсем забыл! Прости, прости меня, ради бога! Бегу, уже бегу. Согласен, я готов понести самое суровое наказание, – только и смог он ответить на обрушившиеся по телефону упреки. – Сейчас мне предстоит выдержать извержение Везувия и не погибнуть под его огненной лавой, – с улыбкой произнес Рой после разговора по телефону. – Я совсем забыл, что отключил телефон еще три дня назад…

– Я ее понимаю, – подмигнула Энни Дэвиду, любуясь статью Роя. – Какого красавца мы с вами вырастили, мистер Вильсон! Быть подружкой такого парня повезет не каждой.

Рой действительно был красив. Высокого роста, с гордо посаженной головой, пышной темно-каштановой шевелюрой, к тому же он был прекрасно сложен и мог дать фору многим супергероям голливудских блокбастеров. Он унаследовал фигуру и внешность своего отца, красавца киноактера Фредди Норманна. От матери Эстер Вильсон, талантливого художника-декоратора, Рою достались огромные выразительные глаза и богатое воображение.

Родители Роя погибли, когда ему исполнилось два года. В 1992 году на небольшой яхте с друзьями они отправились в путешествие по Атлантике. Ураган «Эндрю», пронесшись по южным штатам, застал их в океане и не оставил им никаких шансов на спасение. Их тела так и не нашли, как, впрочем, и яхту. Тогда погибли тысячи людей. До сих пор для многих остается загадкой, почему власти не сообщили о приближающейся катастрофе.

Роя воспитывал его дядя – Дэвид Вильсон, профессор, доктор философии Принстонского университета. Дэвид никогда не был женат. Свою жизнь он посвятил науке и племяннику. Рой рос необычным ребенком, обладая феноменальной памятью, в совершенстве знал восемь языков, увлекался математикой и астрофизикой. Он экстерном окончил Принстонский университет и в двадцать три года получил степень доктора. Его, как выдающегося ученого, оставили на кафедре физики. Опекал Роя профессор, лауреат Нобелевской премии, декан Принстонского университета Джозеф Тейлор. Вместе с Роем, профессор занимался изучением элементарных частиц с энергией свыше 200–300 гигаэлектронвольт.

Это направление до сих пор остается белым пятном в астрофизике. Джозеф Тейлор был уверен, что его ученик рано или поздно совершит открытие, способное перевернуть мир. Не раз он говорил своему другу Дэвиду, что Рой – личность межпланетарного масштаба, отчего на душе у Вильсона почему-то становилось все тревожнее и тревожнее. Он гордился племянником и в тоже время, памятуя о предостережении Ицхака Фрайда, опасался за его будущее.

– Послушай, Рой, куда ты убегаешь? Ты можешь хотя бы этот день посвятить своей семье? Мы в последнее время даже не общаемся. А ведь нам есть о чем поговорить. Меня очень тревожит твое состояние, – попытался остановить племянника Дэвид.

– Прости, дядя, я абсолютно здоров, если ты об этом, и очень тороплюсь в университет. Меня ждет профессор. А потом, – он взял Энни за руки, – мы с Холли, Майклом и Сандрой устроим грандиозное шоу наших нейтронов и протонов!

– Каких еще протонов? – всполошилась Энни. – У нас что, будет много гостей? Я совсем не рассчитывала на большую компанию!

– Энни! – Рой обнял негритянку, разве ты не знаешь, из чего состоит твое тело?

– Прекрасно знаю. В свое время мой Джо, мир его праху, больше всего обожал филейную часть.

– Я рад за твоего Джо и за твою филейную часть, которая все-таки состоит из протонов и нейтронов!

– Не дури мне голову, Рой! По моей части – устроить сегодня праздник, и состоять он будет из индейки в ореховом соусе, фаршированной ананасами, и твоего любимого миндального печенья! – торжественно объявила Энни.

– Ты чудо! Теперь я понял, какая жена мне нужна. Все, убегаю, меня ждут Холли и Тейлор. – Рой подошел к дяде и обнял его за плечи. – Не сердись. Со мной все в порядке, я очень тороплюсь. Это важно. Сегодня для меня особенный день. И я приготовил для вас сюрприз.

Вильсон вздохнул и покачал головой.

Глава четвертая

– Поздравляю тебя, дорогая! – Пол вошел в спальню жены уже одетым для приема гостей. – Этот день – самый счастливый в моей жизни! Вот, примерь. Надеюсь, тебе понравится, – он протянул ей роскошный ларец из темно-синей натуральной замши с золотой гравировкой «Моей несравненной Николь. От любящего Пола». Николь открыла коробочку и увидела изумляющий своей изысканностью гарнитур с камнями сапфира – колье, серьги и браслет.

– Пол! – восторженно выдохнула Николь, – боже, какая красота!

– Я старался, дорогая. Каждая из этих вещиц уникальна, сделана в единственном экземпляре. Оскар консультировал меня по дизайну. Ты достойна таких драгоценностей.

Я даже завидую сам себе и, конечно же, чуточку тебя ревную. Особенно когда рядом с тобой этот старый ловелас Оскар. Мне порой, кажется, он до сих пор мечтает тебя соблазнить.

– Пол! – поморщилась Николь. – Как ты можешь? Да еще в такой день.

– Прости, прости, прости, – Пол поцеловал жену в плечо, – неудачная шутка. Но знай, моя душа всегда переполнена нежностью к тебе. Поверь, я, как мальчишка, все еще робею, когда вижу тебя обнаженной.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3