Люция Сулейманова.

Можно все. Возраст вдохновения



скачать книгу бесплатно

Между тем именно здесь, в точке отношения к своему опыту, проходит та развилка, на которой человек выбирает, «доживать» ему или жить полной жизнью, должен ли он безвольно и покорно отдаваться дрейфу «дожития» или может спокойно и уверенно входить в возраст «второй половины жизни».

Именно в точке отношения к своему опыту проходит та развилка, на которой человек выбирает, «доживать» ему или продолжать жить полной жизнью.

Неужели, скептически спросите вы, в этой модели «второй половины жизни» к человеку чудесным образом возвращается молодая сила и прыткость? Нет! Физически с ним происходит то же самое, просто он по-другому к этому относится и по-другому распределяет физические и интеллектуальные ресурсы. И нет, он вовсе не бросается с шашкой наголо в заведомо проигранную битву и не подстегивает себя, как загнанную лошадь, отказываясь признать неизбежный бег времени и пытаясь выжать из себя максимум на уровне прежних стандартов.

А что же в таком случае он делает? Об этом мы поговорим в следующей главе нашего учебника. Кстати, здесь не возбраняется делать пометки и подчеркивать заинтересовавшие вас мысли – такой уж это учебник, подразумевающий диалог.

Глава третья
Проблема: потеря сил. Установки возраста «второй половины жизни»

Ни ты, ни я и никто на свете не бьет так сильно, как жизнь. Совсем не важно, как сильно ты ударишь, а важно, как ты держишь удар, как двигаешься вперед.

Из кинофильма «Рокки Бальбоа» (С. Сталлоне, 2006 г.)

Параграф 3.1 А что, так можно было?

Параграф 3.2 А теперь мы отдохнем – и опять плясать пойдем

Параграф 3.3 Врага надо знать в лицо

Параграф 3.1
А что, так можно было?

Конечно, было бы ошибкой полагать, что люди «второй половины жизни» не сталкиваются с теми же трудностями, что и люди возраста «дожития». Сталкиваются, еще как! Вопрос в том, как они к этому относятся. Они не отрицают и не игнорируют очевидной потери сил – они просто определенным образом адаптируют, вписывают эти свои новые особенности в концепцию жизни.

Какой бы вам привести наглядный пример? Можно вспомнить, например, пресловутых «западных» или «японских» пенсионеров, которых мы постоянно и во множестве наблюдаем в путешествиях: бодрых, полных не наигранного, а совершенно естественного энтузиазма, с наслаждением использующих каждую возможность встречи с новым – прогулки по старинному городу, посещение музеев, разнообразные экскурсии. В этих компаниях можно увидеть людей совсем преклонного возраста, которые передвигаются с тростью, с помощью ходунков, а то и в кресле-каталке. За завтраком, обедом и ужином они деловито достают пилюльки из маленьких таблетниц, а при необходимости спокойно прибегают к помощи посторонних – сиделок, коридорных, гидов. И им абсолютно искренне даже в голову не приходит мысль о том, что их физическое состояние может стать препятствием для достижения намеченной цели! Эти люди не думают о том, что путешествие для них представляет собой цепочку трудностей, а сами они будут кому-то в тягость.

У них другая система координат, другое отношение к себе в пространстве и обществе, другое ощущение своих прав, свобод и ценностей.

В корне неверно думать, что выбор концепции «второй половины жизни» можно осуществить осознанно, всего лишь составив список клятв и дав себе новую клятву что-то изменить в своей жизни.

Пусть приведенный выше пример не вводит вас в заблуждение: я вовсе не собираюсь радостно пропагандировать непременные путешествия как воплощение модели «второй половины жизни». Это всего лишь очень яркая иллюстрация. И даже если внутренне она вам очень близка, это не значит, что у вас с легкостью получится ей последовать. И дело не в деньгах, хотя и в них тоже. Дело именно в ощущении своего права и достаточного ресурса – ментального, душевного, физического.

Сейчас мы видим уже очень много замечательных фотографий или снятых на телефон видео, под которыми теснятся сотни восторженных комментариев в диапазоне от «хочу стать такой же в ее возрасте» до «во, дает бабка!» (кстати, такие определения как «бабка», «бабулька», «бабушка» – это отличительная черта общества возраста «дожития»). Мы видим, как очаровательно они танцуют танго на площадях и вальсы на танцплощадках, как ходят по подиуму, как бегают на длинные дистанции, как стоят на голове или демонстрируют разнообразные физические умения, никак не укладываемые в «среднюю статистику». Первое чувство, которое возникает у нас при виде таких достижений, – восхищение, и это нормально. Но вот каково второе чувство? Это вопрос, на который стоит честно себе ответить. Каким же будет этот ответ? Грустное: «Нет, это, конечно, не рядовое явление, мне такое и не снилось», или дрожь робкого предвкушения типа: «Это что же получается, если она смогла, то… и я, что ли, тоже могу хотя бы попробовать?!» И в этой второй реакции уже заложен росток вашей собственной модели жизни, а дальнейшее уже относится к разряду принятия решения и вырабатывания порядка действий.

К слову, о действии. Да, конечно, всем нам знакомо с детства это бодрое планирование – чистый лист в новеньком блокноте, аккуратный почерк, торжественный список клятв самим себе о том, что мы непременно начнем делать с понедельника/с сентября/со дня рождения/с Нового года. Чем это обычно заканчивается, нам знакомо тоже. Так вот, в корне неверно думать, что выбор концепции «второй половины жизни» можно осуществить осознанно, составив список и дав себе новую клятву.

Модель существования – не кефир или зубная паста на полке магазина. Твердого намерения «нет, не хочу доживать, а хочу золотую рыбку, в смысле – активную полноценную вторую половину жизни» недостаточно. Этот выбор заранее, по умолчанию, во многом обусловлен и подготовлен целой совокупностью факторов, и в первую очередь семейными установками и установками социума. Только сейчас (нам с вами очень повезло: это происходит прямо на наших глазах!) наше общество медленно, скрипя и постанывая, тяжело, как неповоротливая махина, разворачивается в сторону признания разных способов распоряжаться своей жизнью вообще – и в постпенсионном периоде в частности. Перефразируя Некрасова, можно смело надеяться на то, что «в эту пору прекрасную» жить случится «и мне, и тебе». Речь только об обществе, о том, как трескаются его века?ми формировавшиеся установки. А разворот индивидуального создания к изменениям происходит еще более медленно! Почему? Социум с его свободным информационным пространством подхватывает и распространяет новые модные тенденции: информирует, «пиарит» их вольно или невольно, инициирует обсуждение… Индивидуальное сознание человека на это часто реагирует скептически: «Ну да, это все здорово и интересно, я бы тоже не против так, НО! – где уж мне с моим здоровьем/зарплатой/обстоятельствами…»

Каждый человек непременно сталкивается с вопросом: как? Как осуществить в своей персональной уникальной жизни то, что так красиво описывают в глянцевых журналах или пропагандируют в социальных сетях?

Люди из семей, в которых ставились жесткие задачи и сроки исполнения «долговых обязательств» (вырасти, завести семью, родить детей, помогать взрослым детям) ко «второй половине жизни» приходят, с одной стороны, очень уставшими, а с другой – готовыми на автопилоте выполнять свой последний долг и помогать взрослым детям, вновь проходя уже привычный цикл задач-действий-результатов. Себя такие люди просто не видят и не воспринимают иначе как в контексте семьи, которой они отдали все силы с робкой надеждой на то, что когда-нибудь им воздастся и «доживать» они будут в комфорте и уюте, который обеспечат благодарные потомки.

Но, как известно, предполагать-то можно, а вот в жизни все может сложиться по-разному. При этом важно понимать, что концепция «дожития» вовсе не обязательно связана с непременной бедностью и необходимостью ограничивать себя во всем. Многие европейские пенсионеры (те самые, с которых мы начали эту главу и которым порой с такой грустью завидуют наши пенсионеры) тоже «доживают», просто их система социального обеспечения и зарплат в трудоспособный период устроена иначе. Поэтому я вновь и вновь повторю: «доживать» – значит не видеть перспектив и смыслов.

Концепция «дожития» необязательно связана с непременной бедностью и необходимостью ограничивать себя во всем. «Доживать» – значит не видеть перспектив и смыслов.

Но есть и другие люди, которые выросли в семьях, где приветствуется постоянное саморазвитие, где жизнь воспринималась как приключение, а не как долговая расписка. Такими людьми «вторая половина жизни» естественным образом рассматривается как интересная и перспективная часть бытия, где их ждет много новых вызовов и не меньше возможностей, поэтому их картина мира выглядит совсем иначе, нежели в модели «дожития».

В предыдущей главе мы с вами отследили, как меняются установки человека в модели «дожития» относительно потери сил. Теперь давайте пройдем по тому же перечню критериев, но уже в приложении к модели «второй половины жизни».

Параграф 3.2
А теперь мы отдохнем – и опять плясать пойдем

На уровне мыслей у человека формируется альтернативный подход к своим возможностям: «Этого я уже не потяну, зато вот это мне вполне по силам». Например, участие в нескольких проектах по работе теперь уступает в приоритете одному собственному индивидуальному проекту. И этот индивидуальный проект может быть чем-то давно вымечтанным, но откладывавшимся за суетой молодости и желанием «охватить всё». То есть человека «второй половины жизни» радует перспектива более свободного воплощения своих идей, творчества и искреннего, подлинного выбора, ведь он больше не связан необходимостью максимально вкладываться в детей – они, как правило, уже выросли и выучились.

На уровне действий темп человека в этой модели не столько замедляется, сколько адаптируется под наличные возможности. То есть там, где человек модели «дожития» скажет, что ему уже не по силам так быстро передвигаться, и не побежит, человек модели «второй половины жизни» маршрут отменять не будет – просто выйдет пораньше, распределит усилия на отрезки и побежит медленнее. А потом еще и запишется в клуб скандинавской ходьбы, чтобы не терять кондицию. И он, конечно же, не станет сокращать количество маршрутов, а будет их изменять, ведь с новыми планами в жизнь входят и новые направления.

На уровне поведения люди «второй половины жизни» при необходимости тоже могут включить «энергосберегающий режим». Но отличие заключается в том, что они УЧИТЫВАЮТ, а не ОБСЛУЖИВАЮТ свои изменяющиеся возможности и предпринимают действия по минимизации возрастного «ущерба». И надо сказать, что приверженцы модели «второй половины жизни» с возрастом начинают лучше видеть себя, понимать свои потребности и различать желания.

Поэтому, если воспользоваться все тем же примером монолога из фильма «О чем говорят мужчины», на вечеринку в Отрадное с двумя «девушками» они не поедут не потому, что это далеко, а потому, что «зачем, если гормоны не зовут?». Те, кто подхлестывает себя «виагрой» и изо всех сил педалируют сохранившийся уровень сексуальности и бесконечного молодого поиска возможностей, как раз и представляют собой типаж «дожития», зависший на первых стадиях принятия возраста (отрицание, гнев, торг), хотя такие люди могут ошибочно восприниматься окружающими как ярые приверженцы концепции «второй половины жизни».

На уровне эмоций у людей модели «второй половины жизни» картина принципиально другая, чем в модели «дожития». У них много радостных и ярких переживаний в связи с предчувствием нового. Мир становится «заметным», потому что ты, выбыв из гонки в колесе, начинаешь наконец смотреть на него пристально и внимательно и видеть его во всех деталях. Пользуешься правом выбора смотреть в ту сторону, куда хочется, а не в ту, куда твой взгляд стремятся направить средства массовой информации. Например, приметой человека «второй половины жизни» может быть его желание просматривать только хорошие новости и игнорировать плохие. Почему? Да хотя бы потому, что к определенному возрасту ты уже точно знаешь, что тебе подконтрольно только то, что ты делаешь сам, и твоя информированность относительно, допустим, грозного приближения третьей мировой войны не изменит ничего, кроме твоего эмоционального фона. А в этом случае тебе, может быть, лучше просто хорошо делать то, что считаешь нужным, получать от этого удовольствие и своей позитивной энергией участвовать в удержании мира на грани катастрофы, чем вести яростные политические дебаты с соседом.

В модели «второй половины жизни» человек воспринимает жизнь как интересную и перспективную часть бытия, где его ждет много новых вызовов и не меньше возможностей.

Впрочем, это в равной степени эффективно может работать и в другом направлении. Например, когда человек, многие годы не видевший ничего за пределами круга рабочих проблем и хозяйственных хлопот, вдруг открывает для себя мир, живущий совсем по другим законам и развивающийся совсем в другом, очень динамичном темпе, то тогда интерес к политическим или экономическим тенденциям, социальным проблемам и культурным открытиям в буквальном смысле наполняет разными цветами и оттенками его пастельный пейзаж прежних лет. На этой волне многие люди серьезно увлекаются, например, идеями благотворительности и начинают ощущать большой прирост сил, потому что помогают другим. Они обнаруживают, что от них действительно что-то зависит, причем в значительно больших или иных масштабах, нежели они привыкли.

На уровне характера появляется легкость, которая, кстати, может совершенно не обрадовать близких, ведь она предполагает смещение фокуса внимания в том числе и с их проблем. Возникает легкость принятия мира таким, какой он есть, без излишней драматизации. И тогда, вместо брюзжания и ворчливости по любому поводу, которые появляются только потому, что у тебя стало меньше сил, можно наблюдать веселое и беззлобное подтрунивание над собой и ласковые уговоры, обращенные к собственному организму: «Ну, миленький, давай, нам осталось пройти всего чуть-чуть, давай, дружок, не подведи, а я потом тебе ванну организую» или «Таааак, еще немного терпения, и я уже совсем скоро наконец пойму, как же отфотошопить это прекрасное фото, чтобы его не портили провода».

Кстати, насчет «отфотошопить»…

Параграф 3.3
Врага надо знать в лицо

Чаще всего потерю сил человек воспринимает в первую очередь как усталость, постоянную и растущую. Это состояние опасно тем, что наваливается постепенно. Человек модели «дожития» считает его естественным, неминуемым и даже обязательным для своего возраста, не пытается особенно с ним бороться и только грустно констатирует, что устает все быстрее и сильнее. Человек модели «второй половины жизни» пытается как минимум разобраться в происходящем и понять, действительно ли эти ощущения необратимы. И тогда он, например, узнает интересные факты о гормональной природе навалившегося бессилия – именно они, а не мифическое «ну что ж вы хотите – возраст!», могут быть объяснением такого состояния. А если есть объяснение причины, то можно поискать и способы ее устранения. В конце концов, один из негласных девизов человека «второй половины жизни» прекрасно сформулирован в «Двух капитанах» Каверина: «Бороться и искать, найти и не сдаваться!»

Знаете ли вы, например, что очень многие современные люди приходят ко «второй половине жизни» с недиагностированным синдромом хронической усталости? Это не зависит от страны проживания, хотя, может быть, жители теплых стран (Испании, Италии и Латинской Америки) страдают от него в несколько меньшей степени, но в целом на статистику это не влияет. А синдром хронической усталости напрямую связан с гормональной дисфункцией.

К ощущению утомляемости, снижению иммунитета и стрессоустойчивости, гипогликемии и частым инфекционным заболеваниям могут приводить, например, нарушения в работе надпочечников – парных эндокринных желез, отвечающих за стрессорную реакцию, балансирующих защитные системы и поддерживающих кровяное давление. Повышенная усталость, беспричинные боли, чувство растерянности и набор лишнего веса могут быть и следствием дисфункции щитовидной железы, отвечающей за ускорение и замедление метаболизма организма. А иногда все та же усталость, болевые симптомы и снижение либидо объясняются сбоями в работе репродуктивных желез – например, снижением тестостерона.

Синдром хронической усталости напрямую связан с возрастной гормональной дисфункцией.

Первое, что следует сделать, – озаботиться сдачей анализов. Не только анализа крови на гормоны, но и вообще большим количеством разных тестов. На основании их результатов и анализа симптомов врач будет делать выводы и назначит терапию, чтобы сбалансировать гормоны. Какие?

Например, в надпочечниках вырабатывается адреналин, и нарушение их работы приводит к целому комплексу проблем, в том числе к нейромедиаторной гипотензии или паническим атакам. Для адреналиновой усталости характерны раздражительность, нервозность, головокружение и… тяга к сладкому. А еще в надпочечниках синтезируются гормоны, регулирующие стресс и иммунную функцию, – кортизол и дегидроэпиандростерон.

Нарушения работы щитовидной железы сказываются на уровне ее гормонов – тироксина (Т4) и трийодтиронина (Т3), также причинами могут быть аутоиммунное расстройство и дисфункция гипоталамуса.

Недостаток полового гормона тестостерона приводит к усталости, депрессии, снижению концентрации внимания, раздражительности и проблемам с памятью.

Но у каждой из этих проблем есть свое решение, своя логика, свой набор исследований и свои протоколы. Я рассказала сейчас об этом для того, чтобы вы осознали на наглядном примере следующий факт: то, что многие принимают за прискорбную примету возраста, вовсе не обязательно является именно ею, и после консультации с врачом эту проблему можно решить с помощью грамотно подобранного лечения – лекарственной терапии, некоторых ограничений в питании, приема витаминов и трав.

Конечно, данный пример не отменяет объективных показателей: с возрастом тело действительно теряет свои возможности, и для каждой системы в организме характерен свой механизм старения. Но для человека модели «второй половины жизни» это, опять-таки, не приговор, а скорее любопытный вызов. У него появляется почти детское желание «обмануть время», пойти против жесткого правила и показать, что на него оно не распространяется. Нам с вами повезло жить именно сейчас: мы принадлежим к тому поколению, которое достаточно давно интересуется вопросами здоровья и которое успело на нашем веку протестировать многие интересные гипотезы, теории и практики. Систем для изучения и применения существует немало. «Лица» этих систем – люди известные, не скрывающие своих принципов и охотно делящиеся своими идеями.

Мы тоже можем попробовать бросить вызов, но не времени, а своему представлению о налагаемых им ограничениях.

Я не стану сейчас подробно углубляться в примеры, просто назову несколько систем, которые можно с интересом изучить и проверить на себе. Например, блистательная Джейн Фонда, смело бросившая вызов времени и обобщившая свой немалый опыт в своей на редкость любопытной книге «Прайм-тайм» (да-да, она дерзко утверждает, что возраст «второй половины жизни» – самое яркое время, полное возможностей, щедрое на прозрения и позволяющее вести по-прежнему активную жизнь тела и духа). Или Кацудзо Ниши, японский философ и целитель, уверенный в том, что сама природа выдала человеку огромный кредит для восстановления и укрепления своего здоровья даже в преклонном возрасте. Был еще и академик Амосов, многие годы посвятивший изучению человеческого потенциала и собственным примером подтвердивший эффективность своих находок. Каждый из этих людей рискнул поставить на себе эксперимент, изучая чужой опыт и формируя собственную концепцию. Мы тоже можем попробовать бросить вызов… нет, не времени, а своему представлению о налагаемых им ограничениях.

Я говорю сейчас не только о теле, но и об уме, о душе, о ментальном и душевном здоровье. Попробуйте заново перечитать привычные до банальности строки Заболоцкого: «Не позволяй душе лениться! Чтоб воду в ступе не толочь, душа обязана трудиться – и день и ночь, и день и ночь». В этом заключается истинная правда, которую интуитивно знают люди «второй половины жизни» и избегают люди модели «дожития».

Позвольте мне снова сравнить людей этого возраста с детьми. Правильное воспитание детей подразумевает известную жесткость для их же блага, внушение им понимания необходимости заставлять себя, преодолевая лень. Да, ребенок не хочет корпеть над уроками, а хочет всячески развлекаться, но взрослый-то знает цену потаканию в этом случае. Человеку «второй половины жизни» сложнее: он сам себе и взрослый, и дитя. Он знает и в теории, и на практике о том, как важно постоянно учиться, развиваться и осваивать новые области знаний, умений и навыков. Но ребенок в нем все время ищет причины для саботирования этих усилий. И он устал. Он уже столько учился, что и так все знает. Он не верит, что новые знания и умения принесут ему что-то полезное. Он цинично заявляет, что у него осталось уже слишком мало времени на то, чтобы их применить. Он хнычет и заявляет, что заслужил отдых и развлечения. И он найдет немало причин, чтобы позволять своим силам утекать сквозь пальцы в песок, хотя взрослый внутри его знает, что это огромная ошибка.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5