Любовь Рыжкова.

Колокольчиковый колодец



скачать книгу бесплатно

Реальная фантасмагория с элементами вымысла для детей и взрослых
 
Эту книгу, право слово,
разбирают на ура!
Никогда ещё такого
не знавала детвора.
 
 
Да и взрослые, ей-Богу,
от детей не отстают.
На работу и в дорогу
все её с собой берут.
 
 
Ну, а ты, приятель, что же?
От других не отставай!
И ныряй в колодец тоже,
в колокольчиковый рай!
 
Евгения Гришина
Действующие лица

Семья Ромашиных:

Ромашин Сергей Владимирович – папа, экономист банка.

Ромашина Полина Викторовна – мама, писательница.

Ромашина Женя – дочь, ученица 9 класса.

Кошка Лиза – очень умная кошка, белая ангорка.

Дядя Вова – брат Сергея Владимировича.

Василькова Вероника Викторовна – врач, сестра Полины Ромашиной.


Жители дома № 6 по улице масона Кутузова:

Жадовский Борис Ефимович – предприниматель.

Жадовская Людмила Львовна – жена Бориса Ефимовича, предприниматель.

Андрюх Куропаткин – сосед-алкоголик, житель дома № 6.

Лида – жена Куропаткина.

Денис Таратайкин – сосед, житель дома № 6.

Валентина – жена Таратайкина.


Совет зверей:

Филин Филипп – мудрая птица, проживающая недалеко от Уржинского озера, возглавляет Совет зверей.

Золотая Стрекоза Злата – жительница леса, помощница Филина Филиппа.

Мур и Мура, Рум и Рума – муравьиные пары.

Светлячки.

Мотыльки.

Бабочки.

И другие звери.


Жители Волшебной Страны:

Семья Говорящего Спорыша: Спорыш-папа, мама Спорыша и малыш Спорыш.

Мак-Макеевич Кирибеевич.

Дуб-Дубец.

Речка-Быстрица.

Ветер.

Божьи Коровки.


Другие персонажи:

Модест Маврикиевич Зайденберг-Заде – главный врач психиатрической больницы.

Барвихин – доктор «Скорой помощи».

Александра Павловна – дачница.

Струпьев Леонид Семенович – доктор.

Нонна Яковлевна Вирус – жена доктора Струпьева.

Агния Борисовна Тихушина – новая сотрудница Струпьева.

Сержант Стружкин – работник ГИБДД (ГАИ).

Роза – подруга Людмилы Львовны Жадовской.


Злодеи:

Злой Зайтан – главный злодей.

Аборский Иннокентий Дмитриевич – главный архитектор.

Серые Срули – служители Злого Зайтана.

Берия Лука Петрович – генеральный директор холдинга «Адонирам», генеральный подрядчик.

Клара Карловна – секретарь Берия.

Бескович Адам Давидович – продавец магазина «Золотой телец».

Флора Язвицкая – секретарь холдинга «Адонирам».

Симанович – нотариус в офисе холдинга «Адонирам».

Часть первая
Земные страсти

Грустные каникулы

– Женя-я-а-а… – раздался под окном чей-то крик.

Женя высунулась из окна и увидела девчонок.

– Выходи на улицу, в резиночки попрыгаем.

– Не хочу, жарко.

– А мы будем на другой стороне, там тенечек.

– Ладно, только сейчас у предков спрошу, – ответила она.

Мама в этот день легко согласилась ее отпустить, но с условием, что как только она придет, вместо компьютера она сядет читать Гоголя. «Мертвые души» были у них по программе, и мама строго следила, чтобы Женя за лето успела прочитать самые крупные произведения. Она и так уже одолела Мольера, Грибоедова, Пушкина. И кстати, «Евгений Онегин» ей очень понравился, особенно взволновал ее лиричный образ Ленского. Да и над мольеровским господином Журденом она смеялась вполне искренне.

И все-таки никогда еще Жене Ромашиной не было так скучно и грустно, как в это лето. Казалось, наступили каникулы, и можно было наслаждаться долгожданным отдыхом. К тому же, она этот отдых заслужила, потому что весь минувший учебный год старалась изо всех сил.

И хоть она не слыла отличницей, но оценки у нее в этом году были гораздо лучше, чем в прошлом, не считая математики. С математикой она была не в ладах.

Ей больше нравилось читать книги по истории, биологии, о разных путешествиях, занимательных приключениях, которые были придуманы или произошли на самом деле.

Она и сама была большая фантазерка. Ей нравилось сочинять всевозможные истории о вымышленных героях. Она часто придумывала такие истории и записывала их в толстую тетрадь. Наверное, это досталось ей от мамы, она ведь у нее писательница. Мама постоянно что-то пишет – или от руки или на компьютере, и вообще она очень занята, вечно сосредоточена, и как Жене кажется, мало обращает на нее внимания.

А Женя даже ведет дневник, правда, нерегулярно, но ведет. И еще у нее куча разных тетрадей-анкет для сверстников, с самыми разными вопросами. Когда она была совсем маленькой, она записывала туда совершенно дурацкие вопросы, а теперь она почти взрослая, ей недавно, двадцатого июня исполнилось четырнадцать лет. И в ее анкетах появились совсем другие вопросы, например: «Кто тебе симпатичен?» или «Что такое любовь?» или «Что такое жизнь?». Правда, сама Женя еще не знает ни что такое любовь, ни что такое жизнь, но уже задумывается. И небезуспешно.

Однажды родители сделали ей неожиданный и удивительный подарок. Ко дню ее рождения преподнесли небольшую книжечку «Тихое cчастье», это был первый сборник ее стихов. Книжка была почти как настоящая. Здесь была помещена даже ее фотография, а на последней странице указан тираж – один экземпляр. И стояло название издательства «Три дружные пчелки», так они называли сами себя, свою семью.

А семья их небольшая, но зато, в самом деле, дружная. Папа – Сергей Владимирович, работает экономистом в банке, мама – Полина Викторовна, пишет книги, и Женя – ученица средней школы, в этом году она закончила восьмой класс и перешла в девятый.

Семья Ромашиных жила на тихой улице тихого российского города. Но в самом скором времени здесь предстояло произойти событиям знаменательным и весьма загадочным.

Держа в руках первое издание своих полудетских сочинений, Жене было так чудно читать собственные стихи, сверстанные в виде такой вот книжечки. А потом это чувство прошло.

Но в это лето ей писать ничего не хотелось. Поначалу она не могла оторваться от книг, читая о приключениях Озмы из страны Оз писателя Баума, потом увлеклась, как и все, Гарри Поттером. Потом в сотый, наверное, раз перечитала любимую книгу Лагерлеф о Нильсе. И наконец, вернулась, к русским сказкам. И хоть они давно уже были читаны-перечитаны, все равно было невероятно интересно. Здесь же все понятное, родное и близкое. И даже нечисть в русских сказках какая-то своя и даже по-своему добрая.

А потом уже мама заставила ее читать программную литературу.

Но и чтение любимых книг не могло развеять ее нескончаемой грусти. Многие девчонки из класса были еще в городе и часто звали ее гулять, как, например, сейчас. И она иногда ходила к ним во двор, но приходя домой, снова томилась.

Родители в отпуск пока не собирались, потому что у папы на работе было много дел. Бабушка звала Женю к себе в Сасово, небольшой городок, где она жила, но и к ней девочку пока не отпускали. Словом, Женя была предоставлена сама себе.

А совсем недавно родители и вовсе укатили по делам в Москву, Женя осталась дома, ей не захотелось никуда ехать. К тому же, она знала: вместо развлечений там будут скучные встречи, неинтересные разговоры на литературные и издательские темы. И хоть эти разговоры порой происходили в местах довольно интересных, ей все равно это было скучно. Сидят взрослые люди и толкуют о том, как трудно в наше время издавать книги. Дескать, дорого.

– Какая глупость, – думала Женя, – если бы это было так трудно и дорого, книжные магазины не были бы завалены книгами. Странные люди, эти взрослые, – не видят очевидных вещей. Или делают вид, что не видят. Создают себе значимость.

С Женей в те дни остался дядя Вова. Он, как и папа, работает в банке и выглядит очень важным. На самом деле он добрый, покладистый и даже сентиментальный человек. Женя готовила к ужину разные изысканные, как ей казалось, блюда, например, лапшу с грибами, колбасу в кляре, тушеное мясо и накрывала стол. Но дядя приходил домой поздно, и ей весь вечер приходилось быть одной, и она снова нестерпимо скучала.

Когда родители, наконец, приехали домой, она им очень обрадовалась. Оказывается, когда родители рядом, это одно дело, а когда их нет, начинаешь скучать и томиться.

Но вот они снова были дома, и пошла привычная жизнь.

Женя целыми днями теперь просиживала за компьютером – играла в различные игры, просиживала за интернетом, что-то записывала на диски, потом донимала папу, чтобы он все это распечатал. И так проходили каникулы.

Дачные радости

Единственной настоящей радостью оставалась дача. Это была именно дача, потому что они здесь только отдыхали. Они купили ее несколько лет назад, запущенную, заросшую травой. Яблони, которым было лет по пятнадцать, а то и двадцать, стали разлапистыми, развесистыми, их надо было срочно приводить в порядок, потому что многие сучья просто-напросто высохли и мешали расти здоровым ветвям.

Кусты черной и красной смородины так разрослись, что к ним трудно был подойти. А кусты крыжовника и вовсе походили на больших зеленых ежиков. Две старые сливы готовы были вот-вот переломиться пополам, а вишни пустили столько побегов, что их следовало бы как можно скорее вырубить, иначе они грозили заполонить собою весь сад.

Вдоль забора росла, как водится во всех российских садах, малина. Но она так одичала, что выглядела уже не культурным садовым растением, а пугающими зарослями, которые топорщились высохшими, перепутавшимися, острыми стеблями. Кроме того, малинник так перепутался с вишенником и зарос крапивой, что сюда и подходить-то было страшно, потому что все это выглядело сплошной колючей стеной.

Сначала родители пригласили садовника, он помог им справиться с зарослями и кустарниками. А потом и сами принялись облагораживать свой сад. Женя принимала в этом самое живое участие. Она выносила охапки травы, поджигала кучи мусора, словом, делала самую разнообразную работу.

Теперь их сад было не узнать. Радовали глаз постриженные кусты ягодников, аккуратная малина, ухоженные яблони. Мама всюду посадила цветы. Каких цветов у них только не было! Можно сказать, у них сад – настоящий цветник. А вот огорода у них нет. Так, грядочка петрушки величиной с метр, да такая же грядочка салата.

Когда-то они пробовали посадить капусту, помидоры, перец, огурцы, баклажаны, но с этим дело не заладилось – то на помидоры нападет какая-то страшная и непонятная фитофтора, то вдруг вся капуста покроется ужасными мохнатыми гусеницами, а перец и баклажаны и вовсе не успевали вызревать. Огурцов же было так мало, что два-три огурчика казались им чудом и торжественно поедались за обедом. Они отказались от огородных радостей, хотя им всем это очень нравилось. Но на них, в самом деле, не хватало времени.

И тем не менее, на цветы у мамы время находилось. С самой ранней весны их сад благоухал. Сначала расцветали нарциссы и тюльпаны. Они росли огромной клумбой и вдоль дорожек. Особенно стало красиво, когда среди красных тюльпанов они посадили желтые и белые. Женя могла бесконечно любоваться этой красотой. Почти одновременно зацветала примула – белая, желтая и розовая. Она росла вдоль дорожек и весело покачивала крупными яркими соцветиями.

Потом сад наполнялся ароматом ландышей, которые росли у садового домика. Что это было за чудо! А в углу сада распускалась лиловая, махровая, пушистая сирень, и ее ветви мягко опускались под тяжестью ее великолепных соцветий.

На смену белым ландышам и лиловой сирени вспыхивали ярко-розовым цветом кусты пионов. Они были так хороши, что их даже не хотелось срезать и нести домой, так они и горели огнями среди темно-зеленой листвы, радуя глаз.

По всему саду была посажена вербена, которая теперь сильно разрослась, то тут то там выглядывали ее веселые желтые цветы.

Рядом с пионами под огромной раскидистой яблоней в саду стоял круглый стол. Его накрывали белой скатертью, специально предназначенной для дачи, и выносили из домика старенькие кресла. Как здорово было здесь в жаркий день!

Надо сказать, что место, где располагалась их дача, было необычным. Говорили, что где-то неподалеку бьет семь родников, но они пока обнаружили только пять. Один их находился совсем рядом, он бил из-под земли так сильно, что люди даже вырыли небольшой колодец. Он вскоре заполнился чистейшей ключевой водой, и сюда устремились многочисленные дачники, да и не только дачники. С разных концов города сюда на машинах приезжали жители с бидонами и канистрами.

Колодец славился чистотой своей воды. Вода и впрямь была здесь так вкусна, что казалась сладковатой. Женя часто бегала сюда и подолгу не уходила. От калитки их дачи было метров пять до лестницы, которая вела вниз, к колодцу. Ступеньки, выложенные бетонными плитами, давно потрескались трещинами и щербинками и всегда скользили от влаги. Деревянные перила растрескались, а кое-где совсем были поломаны и давно требовали замены.

Но зато здесь было так интересно! Особенно здорово было заглядывать в темноту колодца и разглядывать в воде свое отражение. Оно слегка колыхалось и казалось загадочным. Женя опускала руку, плескала водой, отражение путалось, исчезало и появлялось снова. Ей казалось, что там, в глубине кто-то живет. Этот кто-то будто манил ее и одновременно страшил.

По всему саду у них росли большие белые колокольчики. Они были неприхотливы и росли очень дружно. Каким-то образом они появились и у колодца, видимо, семена занесло сюда ветром, и они разрослись. С тех пор в их семье и появилось выражение – колокольчиковый колодец.

В это жаркое лето Женя особенно часто бегала к колодцу.

Шум на дне колодца

Этот день был очень жаркий. Особенно это было заметно после довольно прохладного и дождливого июня. Но с началом июля погода переменилась, и все вокруг преобразилось – от следов влаги почти не осталось и следа.

Женя пришла на дачу вместе с мамой, папа был на работе. Они вынесли под яблони любимые кресла и занялись каждый своим делом.

Мама с собой принесла рукопись новой книги, она писала сейчас книгу о культуре славян и часто зачитывала готовые главы. Женя всегда слушала с интересом мамины произведения, но сейчас ее интересовало другое.

Она первым делом побежала к колодцу. Колокольчики приветливо встретили ее, покачивая белыми головками. Женя посмотрела на свое отражение в воде, – вода была спокойна и темна. На гладкой, почти зеркальной поверхности отразилось ее озорное лицо. Она подразнила сама себя, повертела головой в разные стороны. Ей стало смешно.

Потом она опустила руку в ледяную воду и подняла сильные брызги. И в этот момент на дне колодца что-то глухо ухнуло. Женя в испуге отскочила от края, но поскользнулась и полетела на мокрые доски, которыми была покрыта земля перед колодцем. Она сильно ударила ногу, локоть и оцарапала ладонь. С бьющимся от страха сердцем она медленно поднялась и стала подниматься по ступенькам.

– Что с тобой? – спросила мама.

– Упала. Ты знаешь, там, кажется, кто-то живет, – ответила девочка.

– Где?

– В нашем колодце, – уточнила Женя.

– Конечно, живет. Лягушки, например, или какие-нибудь водяные жучки, – насмешливо сказала мама, – а около воды вообще-то и крысы любят поселяться.

– Да нет, я не о том, – возразила девочка.

– Знаю я, о чем ты, – убежденно сказала мама.

– Там сейчас что-то на дне сильно ухнуло, – возразила Женя, – может, это был чей-то голос или стон? Может, там кто-то в беде и зовет на помощь?

Мама отложила рукописи и внимательно посмотрела на дочку.

– Женя, умоляю тебя, не живи этими фантазиями, – сказала она, – а если они тебя мучат, записывай их, как это делаю я.

Женя, казалось, ее не слышала.

– Мама, мама, погоди… – воскликнула она, – а вдруг наоборот, это меня кто-то хотел испугать?

– Ты опять о своем, – сокрушенно сказала мама, – записывай, голубушка, записывай, а не донимай меня своими выдуманными страстями, и не ленись. Это будет гораздо лучше.

– Не хочу, – сказала Женя.

И тут она поняла, что маму понесло.

– Сейчас опять начнет мне читать лекцию, – вяло подумала она.

И мама, в самом деле, горячо заговорила о писательском труде.

– Да, это работа. Ну, так я и хочу, чтобы ты с этих лет знала, что писательство – это не легкий труд и не забава. Это испытание, наказание, дар свыше, но это и большое счастье, – ведь человек с ним становится невероятно, просто сказочно богат. Он во власти собственного вымысла, а что может быть интереснее этого? Он может представить себя другим человеком, богатым, бедным, счастливым, несчастным. Он может представить себя даже собакой или кошкой, да кем угодно.

– А цветком? – перебила Женя мамин поток красноречия.

– Что… цветком? – спросила мама.

– Ты себя можешь представить цветком?

Мама кивнула.

– И деревом?

– И деревом.

– Тогда можешь сейчас, на моих глазах, написать сказку о… Ну, о ком, например?

– Да о ком хочешь, – сказала мама.

– Тогда о бабочке… Нет, о гусенице, которая становится бабочкой, – придумала Женя.

– Договорились. Дай мне полчаса, и будет тебе сказка, – согласилась мама и тут же в упоении продолжила свою речь.

– Только ты должна понять, что свой вымысел ты не должна путать с реальной жизнью. Это разные вещи, иначе со стороны это будет восприниматься как обман, да-да. И потому твои фантазии должны как-то воплощаться, в данном случае, ложиться на бумагу. И тогда перед нами уже не обман, а сказка, рассказ, повесть или роман. Что такое сказка? По сути – ложь, вымысел. Но перенесенный на бумагу вымысел становится литературным произведением. Все писатели наделены бурной фантазией, но ее надо обуздывать, придавать ей художественную форму.

– Опять ты со своими лекциями, мамочка, как они мне надоели, – захныкала Женя, – а у меня нога, между прочим, болит. И локоть, кажется, содран. Посмотри, пожалуйста, что там.

– А ты знаешь, Жень, здесь нет даже царапины, – осмотрев предполагаемые раны, сказала мама, – и нога в полном порядке.

– Странно. А вот ладонь-то я точно оцарапала, посмотри, – и Женя протянула раскрытую ладошку.

– И здесь ничего нет, она даже не грязная, – снова сказала мама.

– Слушай, тогда что это было? Что за таинственный шум? Давай вместе сходим к колодцу, ты сама послушаешь.

– Не хочу я никуда идти, – ответила мама, – сходи сама, а я пока быстренько придумаю для тебя обещанную сказку.

– Не пойду я одна, я боюсь. Лучше рассказывай сказку сразу.

– Ты ставишь меня в затруднительное положение, вообще не даешь времени. Ладно, что-нибудь придумаем.

И мама начала рассказывать сказку.

Сказка о Бабочке

Пушистая разноцветная Гусеница проснулась с первыми лучами Солнца.

– Ах, какое счастье, – подумала она, – сегодня, наконец, выглянуло Солнце. Я так истомилась за эти две недели, пока шли почти непрерывные дожди. Приходилось прятаться за большими листьями Лопуха и ждать, ждать, когда же уйдут тучи и выглянет долгожданное солнышко. К тому же, мне нельзя намокать, у меня такое нарядное платье.

И она с наслаждением потянулась на зеленом листочке Подорожника.

– Доброе утро, Подорожник, – сказала она, – я так хорошо выспалась на твоей просторной постели, благодарю тебя.

– Доброе утро, Гусеница, – ответил Подорожник, – мне было приятно доставить тебе это удовольствие. К тому же, мне с тобой ночью было гораздо теплее. Твое пушистое тельце согревало меня. Если понадобится, ты сможешь снова заночевать здесь.

– Спасибо, мой добрый друг, а теперь мне надо умыться.

Гусеница распрямила лапки, окунула их в капельку росы, оставшейся после ночи, и умылась. Она почувствовала себя юной и свежей. И, наверное, она засмеялась бы сейчас от счастья, если бы умела это делать.

– Надо подкрепиться, – снова подумала она и стала спускаться по толстому и довольно невысокому стеблю Подорожника. Он уважительно наклонил его, чтобы Гусенице было удобнее.

Она знала, куда ей ползти. Рядом рос удивительно ароматный и вкусный Клевер. Ах, как она любила его сладкие розовые лепестки и листочки. При мысли об этом она чуточку заторопилась.

– Доброе утро, Клевер, – сказала она, – ты угостишь меня сегодня вкусным завтраком? А то я, кажется, проголодалась.

– Доброе утро, Гусеница, конечно, угощу, – ответил он, – я же знаю, что тебе нужны силы для того, чтобы превратиться в настоящую Бабочку. Смотри, как хороши и душисты мои цветы. А вон, внизу, видишь, один цветочек как будто поник, ты можешь им воспользоваться.

– Спасибо, друг мой, – ответила Гусеница, – когда я стану Бабочкой, ты дай мне знать, если тебе понадобится моя помощь.

Потом она спокойно позавтракала и попрощалась с Клевером.

В этот день она чувствовала себя необычно. Она поняла, что именно сегодня ей предстоит сделать еще один важный шаг в своей жизни – она станет куколкой.

Весь день она пребывала в этом предчувствии. К ночи она вернулась к знакомому Подорожнику и попросилась на ночлег. А ближе к вечеру Гусеница сплела вокруг себя шелковый кокон и заснула.

Так прошло некоторое время. И вот, наконец, наступил час ее нового пробуждения.

Как все было ново и непривычно Гусенице в тот день. Это было словно ее второе рождение. Ей вдруг стали тесны ее шелковые одежды, и ей захотелось потянуться, распрямиться, освободиться от этой тесноты.

Она поняла, что сегодня должно совершиться таинство ее превращения из ползающей Гусеницы в летающую Бабочку.

Она с непонятным волнением взглянула на небо. Какое оно было сегодня чистое, промытое, сияющее голубизной. Облака на нем были так легки и пушисты, что казались перьями волшебной полупрозрачной птицы.

Ей захотелось туда, в эту неведомую высоту, в эту волшебную голубизну небес.

Она встрепенулась. И в этот миг почувствовала, как с легким шелестом и сладкой болью освобождается от шелкового плена.

Она выпорхнула, взмыла вверх и почувствовала, что она уже не пушистая неповоротливая Гусеница, а легкокрылая красавица Бабочка.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8