Любомир Бескровный.

Вся Отечественная война 1812 года. Полное изложение



скачать книгу бесплатно

Московское направление было подготовлено значительно хуже, чем Петербургское, а между тем оно то и оказалось главным. Это направление пересекали две реки – Березина и Днепр, а защищали две крепости – Бобруйская и старая Смоленская. Кроме того, на этом направлении было создано предмостное укрепление у Борисова. Войска могли получать продовольствие из главного магазина, находившегося в Бобруйске, и трех расходных магазинов (Гродно, Вильны и Слоним).

Разрабатывая планы войны, Главная квартира (как, впрочем, и авторы почти всех проектов) исходила из явно неправильного представления о тех силах и средствах, которыми располагал Наполеон, хотя русские агенты, включая представителей, аккредитованных при европейских дворах, сообщали довольно точные данные об этом. Так, например, А. Б. Куракин указывал, что Наполеон собирает огромные силы, численность которых достигает 500 тыс. человек[156]156
  См. А. Н. Попов. Отечественная война 1812 года, т. I, стр. 183.


[Закрыть]
. А. И. Чернышев сообщал, что Наполеон имеет только французских войск 300 тыс., а кроме них в его распоряжении имеются войска Рейнского союза и другие союзные силы[157]157
  Сборник РИО, т. 21, стр. 238.


[Закрыть]
. Аналогичные сведения поступали из Берлина от X. А. Ливена и Тепля, из Вены – от Г. О. Штакельберга и др.

По сведениям русского военного министерства, на 1 октября 1810 г. французы имели в Европе: пехоты -181 полк, 102 отдельных батальона и 122 роты; кавалерии – 99 полков, 17 отдельных эскадронов и 4 роты; артиллерии – 15 полков, 48 батальонов и 235 рот[158]158
  См. «Отечественная война 1812 года». Материалы ВУА, т. I, ч. 2, стр. 348–349.


[Закрыть]
. На 1 ноября, по данным министерства, французская армия имела 1 046 567 человек (из них в Испании 395 345 человек)[159]159
  См. «Отечественная война 1812 года». Материалы ВУА, т. VI, СПб., 1905, стр. 34–35.


[Закрыть]
.

Наконец, на 1 апреля 1812 г. количество французских войск исчислялось в 1 200 000 человек.

Однако в Петербурге считали, что для похода в Россию Наполеон сможет использовать не более 200–250 тыс. человек. Из такого расчета исходили, в частности, Барклай-де-Толли и Фуль[160]160
  См. М. И. Богданович. История Отечественной войны 1812 года, т. I, Приложения, стр. 430–431. Когда война уже началась, Барклай-де-Толли писал Александру I о «неожиданном превосходстве сил неприятельских, до полумиллиона возросших» (Труды ИРВИО, т. VI, СПб., 1912, стр. 69).


[Закрыть]
. Багратион также полагал, что силы противника не превысят 200 тыс. «Силы, им ныне против нас собираемые, ежели и сравняются с нами числом, то верно уступят в усердии и достоинстве»[161]161
  «Отечественная война 1812 года». Материалы ИРВИО, т. VI, СПб., 1909, стр. 232.


[Закрыть]
. По мнению К. Ф. Толя, силы французов не должны были превышать 220 тыс. человек, по мнению Беннигсена, – 169 тыс. человек. А Бернадотт полагал, что Наполеон явится в Россию лишь со 150-тысячной армией.

Просчеты в силах противника сделали все планы Главной квартиры нереальными, а упорство Александра I в выполнении этих планов на первом этапе войны делало их даже опасными.

Так обстояло дело с разработкой планов войны в правительственных и близко стоявших к правительству кругах.

В феврале 1812 г. собранные на западной границе силы были разделены на две армии, отстоявшие еще довольно далеко от границы. Но уже в начале мая они получили приказ приблизиться к ней и расположиться более сосредоточенно.

Первая армия заняла фронт от Россией до Лиды протяженностью в 200 км. I корпус П. X. Витгенштейна расположился у Кейданы, II корпус К. Ф. Багговута – у Оржишек, III корпус Н. А. Тучкова 1-го – у Новых Трок, IV корпус Шувалова – у Олькеник, V корпус великого князя Константина – у Свенцян, VI корпус Д. С. Дохтурова – у Лиды. Во второй линии стала кавалерия: I корпус Ф. А. Уварова – у Вилькомира, II корпус Ф. К. Корфа – у Сморгони, III корпус II. П. Палена – у Либиады и лишь казачий корпус М. И. Платова выдвинулся к Гродно[162]162
  ЦГВИА, ф. ВУА, д. 3485, л. 10–19 об.


[Закрыть]
. Всего первая армия имела 130 тыс. человек при 550 орудиях. Командовал армией Барклай-де-Толли, Главная квартира ее была в Вильне[163]163
  По данным Аракчеева, первая армия (без корпуса Витгенштейна) насчитывала 111882 человека (ЦГВИА, ф. Аракчеева, д. 84, л. 3–6).


[Закрыть]
.

Вторая армия заняла фронт от Лиды до Волковыска протяженностью 100 км. VII корпус Н. И. Раевского стал у Нового Двора, VIII корпус М. М. Бороздина – у Волковыска, IV кавалерийский корпус. К. К. Сиверса-у Зелова, казачий отряд Н. И. Иловайского 5-го – у Белостока. 27 пехотная дивизия Д. П. Неверовского находилась на марше. Всего вторая армия имела 45–50 тыс. человек при 270 орудиях. Командовал второй армией Багратион, Главная квартира находилась в Пружанах[164]164
  ЦГВИА, ф. ВУА, д. 3485, л. 10–19 об. По данным Аракчеева, вторая армия имела 58 702 человека (ЦГВИА, ф. Аракчеева, д. 84, л. 15–17 об.).


[Закрыть]
. Третья, резервная, или обсервационная, армия, насчитывавшая 46 тыс. человек при 168 орудиях, расположилась в районе Луцка. В нее входили пехотные корпуса С. М. Каменского, Е. И. Маркова и Ф. В. Бакена, кавалерийский корпус К. О. Ламберта и казачий отряд. Командующим армией был Тормасов, ее Главная квартира находилась в Луцке.

Во второй линии было собрано два резервных корпуса: I корпус Л. И. Меллера-Закомельского – у Таранца и II корпус Ф. Ф. Эртеля – у Мозыря.

Всего на западной границе было сосредоточено 220 тыс. войск при 934 орудиях. Правый фланг прикрывался финляндской армией генерал-лейтенанта Ф. Ф. Штейнгеля, расположенной на русско-шведской границе, левый охраняла Молдавская армия адмирала Чичагова, дислоцированная на Дунае.

Такое стратегическое размещение войск свидетельствовало, что русское командование не знало точного плана Наполеона и старалось прикрыть все направления. Изолированное положение армий создавало опасность поражения каждой из них в отдельности. Развертывание войск и приближение их непосредственно к западной границе не вызывалось в 1812 г. военной целесообразностью. Оно становилось нерациональным после того, как был окончательно принят оборонительный вариант. Против такого расположения войск энергично возражали Багратион и Беннигсен, которые предлагали хотя бы частично использовать более раннее сосредоточение русских войск для нанесения удара по изолированным корпусам французов (Нея и Ренье). Однако эти предложения были отвергнуты Александром I, считавшим более важным исполнение общего плана. О возражениях Багратиона знал Барклай-де-Толли, но он считал уже нецелесообразным отход от западных границ, так как такой отход отразился бы на состоянии войск и настроении населения. Впрочем, Барклай-де-Толли не возражал против некоторой перегруппировки второй армии. Багратион воспользовался этим и стянул главные силы к Волковыску, оставив в Гродно казачий корпус М. И. Платова и выдвинув вперед гренадерскую дивизию М. С. Воронцова. С фронта он прикрылся казачьими полками, входившими в отряд Н. И. Иловайского 5-го, и кавалерийским отрядом И. В. Васильчикова. Несмотря на обилие планов и предложений, реальным был только один стратегический план – Барклая-де-Толли. В этом плане отразились как недостатки, так и то, что было положительного в подготовке к войне. Русскому командованию удалось в очень короткое время мобилизовать войска, подвести их и расположить на западной границе. Русская армия имела подготовленную базу.

К недостаткам подготовки к войне надо отнести то, что оставалось неясным, как будет действовать армия. Направление главного удара ставилось в зависимость от действий противника, силы которого явно недооценивались. Эта недооценка сил и средств противника привела к просчетам в части определения границ театра военных действий и обеспечения его необходимыми ресурсами. Наконец, то обстоятельство, что Главная квартира считала возможным иметь вместо одного два операционных плана, чуть не привело русскую армию к катастрофе. Лишь своевременный отказ от предложений Фуля дал возможность перейти к формам действий, отвечающим сложившейся обстановке.

Вооруженные силы России

Перестройка армии

Новый способ ведения войны и военных действий зарождался в России во второй половине XVIII в., материальной базой для этого было усовершенствованное стрелковое и артиллерийское вооружение, получаемое с русских военных заводов. Русская пехота имела на вооружении лучшие в Европе образцы ружей и пушек, позволяющих вести военные действия на основе тактики колонн и рассыпного строя и стратегии системы сражений. Этому способу отвечали организация и устройство войск, сложившиеся в России во второй половине XVIII в. Правда, павловские контрреформы нанесли серьезный ущерб военному делу, но они не могли остановить оформление новой тактики и стратегии.

Утверждение тактики колонн и рассыпного строя нашло свое отражение в организации и тактическом устройстве войск.

Пехота. В организации пехоты с 1800 по 1812 г. мы наблюдаем три периода. Первый период обнимает время с 1800 по 1805 г. В конце XVIII в. Павел I «преобразовал» пехоту, восстановив в ней организацию, отвечающую принципам линейной тактики. В результате в армии выросло число мушкетерских полков и сократилась численность егерских частей. Общая численность пехоты была уменьшена с 279 575 человек до 203 228 человек.

Воинская комиссия 1801 г. добивалась установления единства в организации пехоты в целях улучшения управления ею как в мирное, так и в военное время. В этих целях во всех пехотных полках (мушкетерских, гренадерских и егерских) был установлен трехбатальонный состав, по четыре роты в каждом батальоне. При этом гренадерские и егерские полки имели однородный состав, а мушкетерские усилены гренадерскими батальонами в целях увеличения ударной силы этих полков[165]165
  См. «М. И. Кутузов». Сборник документов, т. I, М., 1950 (доклад Воинской комиссии Александру I о примерных штатах мушкетерского полка), стр. 670–671.


[Закрыть]
.

По новым штатам мирного времени мушкетерские и гренадерские полки имели 1928 строевых и 232 нестроевых солдата, а по штатам военного времени – 2156 строевых и 235 нестроевых солдат[166]166
  ПСЗ, т. XXVII, № 20166, т. XLI, ч. 1. Книга штатов.


[Закрыть]
. Егерские полки имели по единому штату 1385 человек строевых и 199 человек нестроевых[167]167
  ПСЗ, т. XXVII, № 20135, т. XLI, ч. 1. Книга штатов.


[Закрыть]
. Всем пехотным частям были возвращены прежние названия[168]168
  ПСЗ, т. XXVII, № 19809.


[Закрыть]
, наконец, были также восстановлены награды и отличия за прежние победы[169]169
  Там же, № 20074.


[Закрыть]
.

По штатам 1803 г. в составе пехоты было три гвардейских полка и один гвардейский батальон, 13 гренадерских, 70 мушкетерских полков и 1 батальон и 19 егерских полков. Численность пехоты была установлена: в гвардии – 7978 солдат и 223 офицера, в полевых войсках – 209 376 солдат и 5835 офицеров при 17195 подъемных лошадях. Фактически же (по спискам) состояло 181600 солдат и 5783 офицера в полевых войсках и 7771 солдат и 240 офицеров в гвардии[170]170
  ЦГВИА, ф. ВУА, oп. 1, д. 343 (табель).


[Закрыть]
.

На протяжении последующих трех лет произошло переформирование некоторых частей и формирование новых; в итоге к 1 января 1805 г. стало 3 гвардейских полка и 1 гвардейский батальон, 13 гренадерских полков, 77 пехотных полков и 2 батальона, 20 егерских полков и 4 морских полка. Численность пехоты (без морской) была установлена в гвардии 8099 человек и в полевых войсках – 227 023 солдата при 18 484 подъемных лошадях. По спискам недоставало 26 тыс. человек[171]171
  Там же.


[Закрыть]
.

Второй период охватывает годы 1806–1809. Поражение русских войск в Аустерлицком сражении показало, что организация пехоты отстает от требований времени. Была произведена перестройка, несколько увеличившая численность егерской пехоты, но все же в недостаточном размере. Нужны были новые жертвы, чтобы правительство осознало всю опасность недооценки нового способа борьбы и отвечающей ему организации войск.

В 1808 г. пехота включала в себя: гвардии – четыре полка, гренадерских полков – 13, мушкетерских (пехотных) – 96 и 2 батальона, егерских – 32 полка. По штатам числилось: в гвардии – 11 003 человека, в полевых войсках – 341 996 человек и 25 289 подъемных лошадей. До полного комплекта не хватало (некомплект) 38 тыс. человек[172]172
  А. К. Баиов указывает в гвардии 10 тыс. и в полевых войсках до 340 тыс. человек. См. А. К. Баиов. Курс истории русского военного искусства, вып. VII, стр. 13.


[Закрыть]
.

Третий период (1810–1812 гг.) характеризуется завершением перестройки пехоты и приведением ее в соответствие с требованиями тактики колонн. Внесенные в 1810 г. поправки к штатам существенно изменили количественный и качественный состав. Гренадерские полки имели теперь три фузилерных (пехотных) батальона, при этом батальон включал одну гренадерскую и три фузилерных роты; мушкетерские полки стали иметь по три мушкетерских батальона, в каждом из которых первая рота была гренадерская, а остальные три – мушкетерские. Лишь в лейб-гренадерском полку оставались все роты гренадерскими без изменения. В егерских полках также было введено по три батальона, состоящих каждый из одной гренадерской и трех егерских рот[173]173
  См. В. Штейнгель. Настольный хронологический указатель постановлений, относящихся до устройства военно-сухопутных сил России (Приложение к «Военному сборнику»), СПб., 1890, стр. 108–109.


[Закрыть]
. Этим устанавливалось большее единство линейной пехоты. Гренадерские роты имели по два взвода: гренадерский и стрелковый. Они располагались на флангах для защиты, а однородная линейная пехота наносила удар.

Табель 1810 г. устанавливал в пехотных полках в мирное время 2160 человек, а в военное – 2451 человека; в гренадерском полку – 2160 человек и в егерском – 1584 человека. В численном отношении произошло резкое увеличение мушкетерских и егерских полков.

В результате всех изменений к середине 1812 г. русская пехота имела: гвардейских – 6 полков и 1 батальон, гренадерских полков – 14, мушкетерских (пехотных) – 98, егерских – 50, морских – 4 полка и 1 батальон[174]174
  ПСЗ, т. XXX, № 24505, 24858, 25099, 25139, 25167; Г. Габаев. Роспись русским полкам 1812 года, Киев, 1912, стр. 14; А. К. Баиов указывает 6 гвардейских и 1 батальон, 13 гренадерских, 105 пехотных, 54 егерских и 4 морских полка (А. К. Баиов. Курс истории русского военного искусства, вып. VII, стр. 14).


[Закрыть]
.

Общая численность пехоты в гвардии была установлена 15 тыс., в полевых войсках – 390 тыс. человек. Эти данные показывают, что к 1812 г. переход к тактике колонн и рассыпного строя был окончательно завершен. Установленное соотношение легкой и линейной пехоты как один к двум обеспечивало возможность ведения огня и удара; сама пехота стала более гибкой, упругой и маневренной за счет расчленения боевого порядка.

В связи со всем этим возникла необходимость пересмотреть вопрос о низших и высших тактических соединениях и частях. Расчетной тактической единицей стал батальон. Высшим же тактическим пехотным соединением стала дивизия, составленная из двух линейных и одной егерской бригад, двухполкового состава каждая, а затем корпус двухдивизионного состава с приданными частями.

Кавалерия. Подобные же процессы мы наблюдаем и в коннице. Руководствуясь принципами линейной тактики и стратегии, Павел I ликвидировал в основном то положительное, что было достигнуто во второй половине XVIII в. Были уничтожены карабинерные, конно-гренадерские и легкоконные полки, уменьшена общая численность конницы с 66 896 до 41 737 человек. Удар был нанесен главным образом по стратегической коннице, обеспечивающей господство на театре войны. Тактическая конница, обеспечивающая поддержку пехоты непосредственно на поле боя, была не тронута.

Воинская комиссия 1801 г. пришла к выводу о необходимости изменить состав конницы – усилить стратегическую кавалерию путем увеличения числа драгунских полков. «Из опытов известно, – говорится в решении комиссии, – что быстрое прохождение войск во время войны для овладения выгодным местоположением или для предупреждения неприятеля… нередко доставляло победу и для того умножение драгунских полков, яко подвозной пехоты, есть, как кажется, необходимо нужным, наблюдая при том, чтобы оные сидели на крепких лошадях, могущих с легкостью выдерживать большие переезды»[175]175
  А. Баиов. Курс истории русского военного искусства, вып. VII, стр. 16.


[Закрыть]
.

Было решено увеличить количество драгунских полков за счет уменьшения числа кирасирских, увеличить легкую кавалерию.

Состав полков не подвергся изменениям. Кирасирские и драгунские полки имели по пять эскадронов (по две роты в эскадроне), гусарские – по десять эскадронов (по пять эскадронов в батальоне). Было только добавлено в кирасирские и драгунские полки по одному запасному эскадрону (уменьшенному вскоре до половинного состава), а в гусарские полки – по два, а затем по одному запасному эскадрону. Людской состав кавалерийских полков, а также количество строевых лошадей (различное в мирное и военное время) были установлены штатами 1802 г. (см. табл. 1).


Таблица 1. Штаты кавалерийских полков[176]176
  См. Баиов. Курс истории русского военного искусства, вып. VII, стр. 18; ПСЗ, т. XXX, № 23603. Книга штатов, т. XLIV, ч. I, отд. II (Штаты кавалерийских полков 1802 г.)


[Закрыть]


В последующее время шло увеличение численности драгунской, гусарской и уланской конницы за счет формирования новых полков и преобразования кирасирских.

Можно сказать, что к концу второго периода (к 1808 г.) решения Воинской комиссии 1801 г. были в основном реализованы. Преобладающим видом стала драгунская конница, обеспечивающая глубокие марши и в то же время способная решать тактические задачи на поле боя, и легкая конница, способная освещать местность (т. е. вести стратегическую разведку) на значительную глубину.

В третьем периоде (1809–1812 гг.) эти тенденции были закреплены. О составе русской конницы к началу Отечественной войны 1812 года в сравнении с предшествующими годами дает представление таблица 2.


Таблица 2. Состав русской конницы[177]177
  См. Г. Габаев. Роспись русским полкам 1812 года, стр. 21; Н. П. Михневич. Отечественная война 1812 года. – «История русской армии и флота», т. 3, М., 1911, стр. 89; А. К. Баиов. Курс истории русского военного искусства, вып. VII, стр. 19. Для 1812 г. А. К. Баиов не упоминает о гвардейской сотне и указывает не 5, а 3 уланских полка; М. И. Богданович указывает 6 гвардейских полков и 2 сотни (см. М. II. Богданович. История Отечественной войны, т. I, стр. 58).
  По штатам 1803 и 1808 гг. в состав конницы включались кроме указанных в таблице один регулярный казачий полк (Чугуевских казаков) и один Татарско-литовский полк. В 1802 г. в гвардейской кавалерии числилось 3475 рядовых и 141 офицер, лошадей было 2655 строевых и 254 подъемных; в полевых войсках – 44 478 рядовых и 1808 офицеров при 31 936 строевых и 3916 подъемных лошадях. В 1808 г. штатная численность конницы составляла: в гвардии 3865 человек, в полевых войсках – 72 275 человек при 56 964 строевых и 7244 подъемных лошадях. (Данные за 1803 г. приведены по ЦГВИА, ф. ВУА, отд. 1, д. 343, табель; данные за 1808 г. по ЦГВИА, ф. ВУА, отд. 1, д. 299, табель.)


[Закрыть]


Штатная численность кавалерии в 1812 г. составляла в гвардии 5665 человек и в полевых войсках 70 500 человек при 60 тыс. строевых и 8 тыс. подъемных лошадей.

Проведенные мероприятия не решили полностью задачу приведения конницы в соответствие с требованиями тактики колонн и рассыпного строя. Соотношение между конницей и пехотой было установлено как один к трем, тогда как правильнее было бы один к двум, т. е. чтобы один полк кавалерии приходился на два пехотных полка. Недостаток кавалерии в целом ослаблял армию. Этот разрыв решено было возместить за счет казачьей конницы, которая могла бы вести как стратегическую, так и тактическую разведку и действовать в составе пехотных отрядов. Общая численность казачьих войск составляла к 1806 г. 107 528 человек, а к 1812 г. поднялась до 117 тыс.[178]178
  ЦГВИА, ф. ВУА, д. 343 (табель); «Столетие военного министерства. 1802–1902». Исторический очерк, СПб., 1902, т. IV, ч. 1, кн. II, отд. 2; стр. 262.


[Закрыть]
. С учетом этих сил общая численность кавалерии: могла быть доведена до 150–170 тыс. Казачьи полки, как правило, были пятисотенного состава и лишь два из них имели: по тысяче человек.

Донское казачье войско выставило к началу войны 64 полка и 2 конноартиллерийские роты; кроме того, в ходе войны оно дало 26 полков и 1/2 конной артиллерийской роты. Черноморское войско дало 10 полков, но фактически действовала лишь одна сотня в составе лейб-гвардии казачьего полка, а остальные несли пограничную службу. Украинское, Уральское и Оренбургское казачьи войска дали по 4 полка, Бугское и Калмыцкое войска – по 3 полка; Башкирское – 32 полка; Крымские татары выставили 4 полка. Сибирские и Астраханские казаки несли пограничную службу[179]179
  См. Г. Габаев. Роспись русским полкам 1812 года, стр. 33–36.


[Закрыть]
.

Боеспособность кавалерии в значительной степени зависела от состояния ее конского состава.

Ремонт лошадей регулировался в России рядом постановлений. В 1798 г. было установлено приобретать ежегодно в каждый кирасирский и драгунский полк по 120 лошадей, а в гусарский – 194 лошади. Ремонтная цена лошади определялась в 120 руб. для кирасирских полков, 90 руб, – для драгунских и 60 руб. – для гусарских (включая 20 руб. на провоз, лошади). Срок службы был установлен в семь лет[180]180
  См. В. Ермолаев и М. Рындин. О ремонте кавалерии, СПб., 1906, стр. 96.


[Закрыть]
. Для ежегодного пополнения 4 гвардейских и 52 армейских полков, имевших 48 774 лошади, требовалось 7 тыс. лошадей. В связи с установлением новых штатов в 1802–1803 гг. был пересмотрен также вопрос о ремонте конского состава. Цена на лошадей увеличилась на 10–15 %. Для покупки необходимого количества лошадей было решено использовать средства, получаемые от продажи бракованных лошадей и из экономических сумм[181]181
  ПСЗ, т. XXVII, № 20667 и 21071.


[Закрыть]
.

Дальнейшее увеличение численности конницы было затруднено нехваткой лошадей. Вновь учреждаемые запасные эскадроны были вынуждены пользоваться не Строевыми, а ремонтными лошадьми до передачи их в полк.

Затруднение с увеличением числа лошадей вынудило правительство разрешить заменять поставку в армию рекрутов поставкой лошадей[182]182
  См. «Столетие военного министерства», т. XIII, кн. III, вып. 1, СПб, 1906, стр. 120.


[Закрыть]
и увеличить закупочные цены.

В начале 1812 г. кирасирская лошадь стоила 171 р. 07 к., драгунская – 109 р. 67 к. и гусарская – 99 р. 67 к. К началу же 1813 г. стоимость лошадей возросла до 240–300 руб.

Немалую роль в формировании кавалерийских резервов сыграли пожертвования. За 1812 г. через пожертвования было получено 4139 лошадей[183]183
  См. «Столетие военного министерства», т. XVII, кн. III, вып. 1, стр. 133.


[Закрыть]
.

Конский состав русской армии по своим качествам превосходил конский состав французской армии. Он отличался большей выносливостью и лучшей приспособленностью к местным условиям. В русской армии не было случаев массового падежа лошадей, несмотря на огромные трудности ее снабжения фуражом, особенно в период отступления.

Новая тактика потребовала создания высших тактических соединений. Ими явились кавалерийские дивизии трехбригадного состава, по два полка в каждой бригаде, а с 1812 г, – и кавалерийские корпуса двухдивизионного состава. В 1812 г. было сформировано 16 кавалерийских дивизий: 3 кирасирских (но две бригады в каждой), 4 драгунских, 2 конно-егерских, 3 гусарских и 4 уланских (по три бригады в каждой)[184]184
  1-я и 2-я кирасирские дивизии имели по пяти полков: два полка – в первой бригаде и три полка – во второй; гвардейская кирасирская дивизия состояла из трех регулярных и одного казачьего полка. Остальные кавалерийские дивизии (кроме 3-й) имели две бригады драгун и одну бригаду легкой конницы, двухполкового состава каждая. Кроме того, было две отдельных бригады четырехполкового состава (Г. Габаев. Роспись русским полкам 1812 года, стр. 21).


[Закрыть]
.

Артиллерия. В начале XIX в. по штату 1803 г. в составе артиллерии было 15 батальонов: 1 гвардейский, 10 легких, 1 конный и 3 осадных. Личный состав имел 476 офицеров и 24 355 солдат[185]185
  ЦГВИА, ф. ВУА, д. 343 (табель).


[Закрыть]
. Воинская комиссия 1801 г. учла наметившиеся в конце XVIII в. тенденции к усовершенствованию артиллерийской тактики в направлении приближения ее к тактике колонн и рассыпного строя. В результате начатых преобразований к 1805 г. артиллерия имела: один гвардейский батальон, состоящий из четырех пеших и одной конной артиллерийской роты; девять артиллерийских полков по два батальона (каждый батальон включал две батарейные роты, имевшие полевые орудия, и две легкие роты, имевшие полковые орудия, – всего четыре роты), наконец, два конных батальона, состоящих из пяти рот 12-орудийного состава[186]186
  ЦГВИА, ф. ВУА, д. 343 (табель).


[Закрыть]
.

Война 1805 г. показала, что проведенные меры явились лишь первым шагом в усовершенствовании организации и тактического устройства. Стала очевидной необходимость увеличить численность полевой артиллерии. В связи с этим в 1805 г. было сформировано два артиллерийских полка и шесть рот, а в 1806 г. добавлено еще восемь полков и четыре конные роты.

Но главное состояло даже не в увеличении числа полков, а в тех организационных изменениях, которые еще больше приблизили артиллерийскую тактику к тактике колонн и рассыпного строя. Низшей тактической единицей была оставлена артиллерийская рота. Высшей же единицей стала артиллерийская бригада, придаваемая ко вновь образованным дивизиям. Полковая и полевая артиллерия в 1806 г. была сведена в 18 бригад[187]187
  ПСЗ, т. XXVIII, № 22249. Кроме номерных бригад были еще бригады Грузинская, Кавказская, Сибирская и три резервные.


[Закрыть]
, но в 1812 г. число бригад было доведено уже до 28 – по числу пехотных и кавалерийских дивизий. Кроме того, было сформировано 10 резервных и 4 запасных бригады и дополнительно 25 рот. По новому положению гвардейская бригада имела 2 пешие батарейные, 2 легкие и 2 конные роты; полевые бригады – по одной батарейной и 2 легких роты; две полевые бригады (6-я и 21-я) по одной батарейной и легкой роте, одна (25-я) – одну батарейную и 3 морские полуроты.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12