Лоис Макмастер Буджолд.

Гражданская кампания



скачать книгу бесплатно

– Вы с ним стали добрыми друзьями?.. – осторожно спросила мама.

– Ему нужен друг. – Отчаянно нужен.

– Он твой молодой человек? – Марсия всегда не выносила подтекстов, предпочитая говорить все прямо.

– Ты ему вроде как понравилась, когда он был тут в прошлом году, – заметила Делия. – А ты весь год повсюду с ним ходила на Колонии Бета. Он что, заторможенный?

– Полагаю, он достаточно сообразителен, чтобы быть интересным. Я хочу сказать, раз он близнец Майлза, то наверняка такой, но лично мне он кажется жутковатым, – добавила Оливия.

Карин напряглась.

«Если бы ты была клоном-рабом, выращенным террористами, готовящими из тебя убийцу, обучающими тебя исключительно методом физических и психологических пыток, и тебе пришлось бы убить людей, чтобы сбежать, ты бы тоже скорее всего была бы жутковатой. Если ты не половая тряпка».

Марк далеко не был тряпкой. Он обладал колоссальной силой воли. Марк создавал себя заново, прилагая к этому титанические усилия, просто героические, хоть и не видимые чужому глазу. Карин представила себе, как пытается объяснить все это Оливии или Марсии, и тут же отбросила эту мысль. Делии… Нет, даже Делии нельзя ничего рассказывать. Достаточно лишь упомянуть о четырех полусамостоятельных скрытых личностях Марка, каждая из которых обладает своим прозвищем, чтобы разговор принял просто удручающий характер. А описание того, как потрясающе слаженно они действуют, чтобы поддерживать хрупкое равновесие, вряд ли соответствует представлению добропорядочного барраярского семейства о возможном зяте.

– Уймитесь, девочки, – добродушно сказал, улыбаясь, па, чем завоевал огромную благодарность Карин. Впрочем, он тут же добавил: – И все же, если нам предстоит ожидать сваху от Форкосиганов, мне бы хотелось знать об этом заранее, чтобы пережить шок. Майлза я знаю всю его жизнь. А вот Марк… Марк – совсем другое дело.

Они что, не могут представить мужчину в ее жизни в ином амплуа, кроме как в роли потенциального мужа? Карин вовсе не была уверена, что Марк – потенциальный муж. Он все еще усиленно трудился над собой, чтобы стать полноценным человеческим существом. На Колонии Бета все казалось таким ясным, а теперь Карин просто кожей ощущала сомнения, обуревавшие ее семейку. Нет, она очень правильно сделала, спрятав свои бетанские сережки.

– Не думаю, что дело дойдет до свахи, – честно ответила она.

– А! – Па с явным облегчением откинулся на сиденье.

– А он действительно так разжирел на Колонии Бета? – жизнерадостно поинтересовалась Оливия. – Мне почему-то казалось, что бетанский врач не должен был ему это позволять. Я думала, они должны излечить его от этого. Ну, то есть ведь он уже был жирным здесь.

Карин подавила желание дернуть себя за волосы, а еще лучше – Оливию.

– Где ты это услышала?

– Мама сказала, что ей сказала тетя Корделия, а той – ее мама, – четко изложила Оливия цепочку слухов. – Когда тетя Корделия приезжала сюда в Зимнепраздник на помолвку Грегора.

Весь этот год бабушка Марка была доброй бетанской крестной для обоих ошарашенных барраярских студентов.

Карин знала, что бабушка Нейсмит все время поддерживает контакт со своей дочерью, которая тревожится за странного клон-сына, и снабжает ее информацией такой степени откровенности, какая возможна лишь между бетанцами. Бабушка Нейсмит часто пересказывала сообщения, которые отправляла или получала, а также передавала новости и поздравления. Карин сообразила, что как-то не предусмотрела возможность беседы между тетей Корделией и мамой. В конце концов, тетя Корделия ведь на Зергияре, а мама тут… Она вдруг поймала себя на том, что отчаянно подсчитывает, сравнивая два планетных календаря, стали ли они уже с Марком любовниками к прошлому Зимнепразднику, когда Форкосиганы в последний раз были дома. Уф, нет! Что бы ни было известно тете Корделии сейчас, тогда она этого еще не знала.

– Я думала, бетанцы просто перетряхивают тебе мозги так, как им нужно, – сказала Марсия. – Разве не могли они просто привести его в норму? Раз – и все! Почему на это уходит так много времени?

– В том-то и дело, – пояснила Карин. – Большую часть жизни Марку насильственно перекраивали тело и душу. Ему требуется время, чтобы разобраться, кто он есть, без вмешательства извне. Время, чтобы установить базисную черту, как говорит его врач. Видишь ли, у него сдвиг на тему лекарств. – Что явно не относится к тем, которые он добыл у беглецов с Архипелага Джексона. – Когда он будет готов… ладно, не важно.

– Но его лечение дает какой-то прогресс? – с сомнением поинтересовалась мама.

– О да, и огромный! – Карин обрадовалась, что наконец-то может сказать о Марке хоть что-то положительное.

– И какого рода? – вопросила озадаченная мама.

Карин представила, как лепечет: «О, он полностью излечился от спровоцированной пытками импотенции, и его научили быть ласковым и внимательным любовником. Его врач говорит, что она ужасно гордится им, а Пыхтун так просто в восторге. Обжора вел бы себя вполне умеренно, если бы Рева не привлекал его к своим нуждам, и это именно я сообразила, чем вызваны приступы обжорства. Врач Марка похвалила меня за догадку и наблюдательность и дала каталоги пяти различных бетанских курсов по подготовке психотерапевтов. И сказала, что поможет мне подобрать лучшие, если меня это заинтересует. Она еще пока не знает, что делать с Убийцей, но Убийца-то как раз меня беспокоит меньше всего. Я никак не могу совладать с Ревой. Вот, собственно, то, чего удалось достичь за год. И ах да! Невзирая на все эти внутренние стрессы и напряги, Марк – лучший студент самого сильного на Колонии Бета финансового института, если это, конечно, кого-нибудь интересует».

– Это довольно трудно объяснить, – только и смогла она выдавить наконец.

Пора менять тему. Наверняка можно спокойно обсудить дела на любовном фронте кое-кого другого.

– Делия! А твой комаррский жених знаком с комаррской невестой Грегора? Ты уже встречалась с ней?

Делия мгновенно заглотила наживку.

– Да. Дув знал Лаису еще на Комарре. У них были общие… э-э-э… научные интересы.

– Она умненькая, низенькая и пухленькая! – встряла Марсия. – У нее совершенно поразительные сине-зеленые глаза, и она введет моду на лифчики с прокладками. А ты и так впишешься. Ты что, набрала вес за этот год?

– Мы все познакомились с Лаисой, – вмешалась мама, прежде чем разговор перерос в свару. – Она очень милая. И очень умная.

– Да, – сказала Делия, метнув на Марсию испепеляющий взгляд. – И мы с Дувом очень надеемся, что Грегор не станет впустую растрачивать ее таланты на всякие светские мероприятия, хотя, конечно, кое в чем ей придется участвовать. У нее комаррская подготовка в экономике. Дув говорит, она могла бы возглавить министерские комитеты, если бы ей позволили. Во всяком случае, старым форам не удастся свести ее до уровня кобылы-производительницы. Грегор с Лаисой уже ясно всем дали понять, что намерены воспользоваться маточными репликаторами.

– А приверженцы традиций им ничего на это не возразили? – поинтересовалась Карин.

– Грегор сказал, что, если они начнут выступать, он отправит их дискутировать с леди Корделией, – хихикнула Марсия. – Если они осмелятся!

– Пусть только попытаются! Леди Корделия вручит им их же собственные головы на подносе, – весело заметил па. – А им отлично известно, что она на это способна. К тому же мы всегда можем предоставить в лице Оливии с Карин доказательства, что маточные репликаторы дают отличный результат.

Карин ухмыльнулась. Улыбка Оливии была более сдержанной. Демография их собственной семьи отражала появление на Барраяре галактической медицины, поскольку Куделки первыми из простых барраярцев воспользовались новым методом для двух младших дочерей. Через какое-то время девочкам до смерти надоело, что их демонстрируют всем и вся, как призовые овощи на окружной ярмарке, но Карин полагала, что это шло на пользу делу. В последнее время нужда в подобных демонстрациях практически отпала, поскольку новый метод стал принят повсеместно. По крайней мере в городах – и теми, кто мог себе это позволить. И тут она впервые задумалась, как себя чувствовали при этом «контрольные сестры» – Делия с Марсией.

– А твой Дув не говорит, как относятся комаррцы к этой свадьбе? – спросила Карин Делию.

– Отношение всякое, но что еще можно ожидать от завоеванного мира? Императорский Дом, разумеется, намерен использовать все возможные пропагандистские методы. Вплоть до проведения еще одной церемонии бракосочетания на Комарре в комаррских традициях. Бедные Грегор с Лаисой! В СБ все отпуска отменены до окончания этой самой второй церемонии, а значит, наша с Дувом свадьба откладывается до лучших времен. – Делия горестно вздохнула. – Что ж, зато, когда я наконец заполучу Дува, его ничто не будет отвлекать от меня. А сейчас он по уши занят своей новой работой. Он ведь первый комаррец, возглавивший Департамент по делам Комарры, и отлично знает, что сейчас он у всех на виду. Особенно если что-то пойдет не так, – скривилась Делия. – К вопросу о головах на подносе.

За этот год Делия изменилась довольно сильно. Раньше, когда она говорила о происходивших в Империи событиях, весь разговор крутился лишь вокруг того, что надеть (впрочем, эта тема в семействе Куделка всегда была животрепещущей). Карин уже начала думать, что этот малый, Дув Галени, вполне может ей понравиться. Зять, хм. К этой мысли еще надо привыкнуть.

Лимузин обогнул последний угол, и показался их дом. Куделки жили в последнем доме по улице, занимая симпатичное трехэтажное строение с окнами, выходящими в парк, – зеленый квадратик в центре столицы и буквально в десятке кварталов от резиденции Форкосиганов. Молодая пара купила особняк двадцать пять лет назад, когда па был личным военным помощником регента, а мама уволилась с должности телохранителя Грегора и его приемной матери, леди Корделии, чтобы родить Делию. Карин не могла сообразить, насколько за эти годы возросла цена дома, хотя могла дать голову на отсечение, что Марк с легкостью бы это подсчитал. Несколько академический интерес: у кого рука поднимется продать любимый старый дом, каким бы развалившимся он ни был? Карин радостно выпрыгнула из машины.


Лишь поздним вечером Карин подвернулась возможность поговорить с родителями наедине. Сперва нужно было распаковать вещи, затем раздать подарки, потом востребовать обратно свою комнату, которую сестрицы в отсутствие Карин нахально превратили в гардеробную. Потом последовал длинный семейный ужин, на который пригласили всех трех ее лучших подружек. И все говорили и говорили, кроме па, естественно, который молча потягивал вино и казался несколько удрученным тем фактом, что вынужден сидеть за ужином в окружении сразу восьми женщин. И за всей этой словесной шелухой Карин не сразу заметила, что никто ни слова не говорит о самых важных для нее вещах. И это показалось ей очень странным.

Теперь она сидела на спинке родительской кровати, пока мама с па готовились отойти ко сну. Мама делала свой обычный комплекс спортивных упражнений. Даже после двух родов и всех прожитых лет у нее по-прежнему оставались литые мышцы тренированной спортсменки. Па прохромал по комнате, поставил трость со своей стороны кровати, неловко сел и принялся с улыбкой наблюдать за женой. Карин заметила, что он стал совсем седым. Роскошные золотистые волосы мамы, заплетенные в косу, в краске не нуждалась, хотя в них и появился серебристый оттенок. Неловкие руки па приступили к снятию полусапог. Глаза Карин никак не могли перестроиться. Барраярцы на шестом десятке выглядели как бетанцы в семьдесят пять или даже в восемьдесят пять. А у ее родителей была трудная молодость, на которую пришлась война и нелегкая служба. Карин откашлялась.

– Я насчет учебы на следующий год, – начала она, нацепив свою самую сияющую улыбку.

– Ты ведь имеешь в виду университет округа, да? – уточнила мама, держа уголок у «шведской» стенки и считая про себя до двадцати. – Не для того мы вкладывали марки в твое галактическое обучение, чтобы останавливаться на полпути. Это было бы ужасно.

– О да, я намерена продолжать учебу. Я хочу обратно на Колонию Бета.

Вот все и сказано.

Повисло короткое молчание. Затем па жалобно произнес:

– Ты ведь только что приехала, лапушка!

– Я и хотела приехать домой, – заверила она его. – Хотела вас всех увидеть. Я просто думала… что уже пора строить дальнейшие планы. Зная, что дело того стоит.

– Это что, начало кампании? – поднял бровь па.

Карин подавила раздражение. Можно подумать, она все еще маленькая девочка, выпрашивающая пони. Речь идет о ее дальнейшей жизни.

– Планы. Я серьезно.

– На сей раз ты знаешь, чему хочешь учиться? – Мама говорила медленно, может, потому что думала, а может, из-за того, что качала пресс. – То, что ты выбрала в прошлом году, по-моему, несколько… эклектично.

– Я отлично справлялась со всеми предметами, – принялась защищаться Карин.

– По всем четырнадцати абсолютно не взаимосвязанным курсам, – пробормотал па. – Это верно.

– Но выбор был такой большой!

– В округе Форбарр-Султан тоже есть много из чего выбирать, – указала мама. – Гораздо больше, чем ты сможешь выучить за две жизни, даже бетанских. И дорога куда дешевле.

Но в Форбарр-Султане не будет Марка. Он уедет обратно на Бету.

– Психотерапевт Марка предлагала мне поучиться своей профессии.

– Это твое последнее увлечение? – поинтересовался па. – Психоинженерия?

– Не уверена, – честно ответила Карин. – Это интересно… То, как они это делают на Бете.

Только вот прельщает ее психотерапия как таковая или лишь психология Марка? Карин и сама не знала в точности. А может, и знала. Просто ей не слишком нравилось, как прозвучал ответ.

– Безусловно, человек с любой галактической медицинской или технической подготовкой будет приветствоваться на Барраяре. Если ты сможешь сосредоточиться на чем-то одном на достаточно долгий срок… Проблема в деньгах, дорогая. Без стипендии леди Корделии мы не могли даже мечтать отправить тебя учиться на другую планету. А насколько мне известно, ее стипендия на следующий год уже отдана другой девочке.

– Я и не собиралась ее снова о чем-то просить. Она и так уже очень много для меня сделала. Но есть возможность получить бетанскую стипендию. А летом я могу поработать. Это – и то, что вы в любом случае потратили бы на мою учебу в университете округа… Вы ведь не думаете, что такая мелочь, как деньги, остановила бы, скажем, лорда Майлза?

– Сомневаюсь, что Майлза остановит и плазмотрон, – ухмыльнулся па. – Но он, скажем так, особый случай.

Карин на мгновение задумалась. Интересно, а что на самом деле двигало Майлзом? Ярость разочарования, примерно такая же, что подогревала ее решимость? И какой силы ярость? Может, Марк с его преувеличенной воинственностью в отношении своего породителя и близнеца видел в Майлзе что-то такое, что ускользало от нее?

– Наверняка мы можем найти выход. Если все вместе попытаемся.

Мама с па переглянулись.

– Боюсь, дело обстоит не так просто, – сказал па. – Чтобы оплатить учебу всех вас и лечение твоей бабушки – пока она была жива, – мы два года назад заложили дом на побережье.

– Мы сдаем его внаем на все лето, кроме одной недели, – вставила мама. – Мы подумали, что со всеми предстоящими в Праздник Середины Лета событиями у нас все равно практически не будет времени выезжать из столицы.

– А твоя мама теперь ведет курсы по самообороне и безопасности для сотрудников министерств, – добавил па. – Так что она делает все, что может. Боюсь, у нас практически не осталось свободных денег.

– Мне нравится преподавать, – улыбнулась мама. (Успокаивая папу?) И добавила для Карин: – И это куда лучше, чем продать дом на море, чтобы расплатиться с долгами, а мы одно время опасались, что так и придется поступить.

Потерять домик на море, где прошло ее детство? Карин пришла в ужас. Сама леди Элис Форпатрил подарила этот домик на восточном побережье супругам Куделкам на свадьбу много лет назад. Вроде бы за спасение жизни ей и лорду Айвену во время дворцового переворота Фордариана. Карин и не подозревала, что они так ограниченны в средствах. Пока не подсчитала, сколько у нее старших сестер и не прикинула их потребности… хм.

– Могло быть и хуже, – добродушно заметил па. – Прикинь, во сколько обошлось бы содержание этого гарема в прежние времена, когда за каждой нужно было давать приданое!

Карин послушно улыбнулась – он повторял эту шутку уже пятнадцать лет – и испарилась. Придется ей искать другой выход. И искать самостоятельно.


Зеленая зала императорского дворца по пышности превосходила все конференц-залы, в которых Майлзу приходилось когда-либо протирать штаны. Обитые шелком стены, тяжелые драпировки и толстые ковры приглушали звуки и создавали какое-то подводное ощущение, а элегантно поданный чай в изящном сервизе побивал по всем параметрам паек в пластиковой упаковке – непременный атрибут любых военных совещаний. Лучи весеннего солнца били в окна, рисовали золотистые полосы на полу. Майлз словно загипнотизированный следил, как удлиняются эти полосы, символизируя течение времени.

Неизбежный военный оттенок встрече придавало присутствие троих людей в форме: полковника лорда Форталы-младшего – главы подразделения СБ, обеспечивающего безопасность на императорской свадьбе; капитана лорда Айвена Форпатрила, послушно ведущего записи для леди Элис (в точности как он бы делал это в качестве адъютанта командира на любом совещании Генштаба), и командора Дува Галени, главы Департамента СБ по делам Комарры. Галени уже сейчас готовился к тому знаменательному дню, когда все это шоу проиграют на Комарре «на бис». Интересно, подумал Майлз, не черпает ли из всего этого суровый сорокалетний Дув идеи для собственной свадьбы с Делией Куделкой, или у него хватит здравого смысла залечь на дно, предоставив свободу действий куда более компетентным дамам Куделкам, всем пятерым. Майлз предложил бы Дуву в качестве убежища особняк Форкосиганов, только вот барышни наверняка его там выловят.

Грегор с Лаисой пока довольно неплохо выдерживали все это безумие. Тридцатипятилетний император был высоким, худощавым, темноволосым и суховатым. Доктор Лаиса Тоскане – маленькая, с пепельными кудрями и сине-зелеными глазами (частенько весело щурившимися), обладала такой фигурой, что Майлзу, к примеру, хотелось зарыться в нее на зиму. Конечно, чисто теоретически – на практике он ни за что бы не стал отнимать у Грегора счастливый билет. По правде говоря, Майлз считал все эти затянувшиеся публичные церемонии, которые не позволяли Грегору насладиться добычей, жестокостью на грани садизма. Если, конечно, предположить, что Грегор с Лаисой воздерживаются

Голоса продолжали звучать, и мысли Майлза текли дальше. Он мечтательно прикинул, где лучше устроить свою свадьбу с Катрионой. В бальном зале особняка Форкосиганов, в самом сердце Империи? Много народу там не уместится. А Майлзу хотелось, чтобы свидетелей его торжества было много. Или он как наследник графства обязан из политических соображений устроить это шоу в столице округа Форкосиганов Хассадаре? Современная графская резиденция в Хассадаре всегда больше смахивала на гостиницу, чем на дом, окруженная бесчисленными бюрократическими конторами. Пожалуй, самое романтическое место – усадьба в Форкосиган-Сюрло, сады над длинным озером. Да, свадьба на открытом воздухе. Катрионе это понравится. И – в некотором смысле – позволит присутствовать на бракосочетании сержанту Ботари, да и генералу Петеру тоже. Верил ли ты, дедушка, что для меня когда-нибудь настанет такой день? Само собой, притягательность мероприятия зависит от времени года. В середине лета все будет чудесно, но вот в середине зимы, когда с озера задувает пронизывающий ветер и метет метель? Да, пожалуй, зимой в усадьбе будет не слишком романтично. Да и потом, не факт, что ему удастся привести Катриону к венцу раньше осени, а откладывать торжества до следующей весны будет столь же болезненным, как то, что сейчас творят с Грегором…

Напротив Майлза за столом Лаиса взяла следующую страничку из бумаг, быстро проглядела и воскликнула:

– Да это же несерьезно!

Сидящий рядом с невестой Грегор всполошился и попробовал заглянуть ей через плечо.

Ого! Мы должны были уже добраться до двенадцатой страницы! Майлз мгновенно подобрался и изобразил полное внимание.

Леди Элис одарила его ледяным взглядом и сурово посмотрела на Лаису. Эта затянувшаяся на полгода богадельня, которая началась с помолвки в Зимнепраздник и должна была завершиться свадьбой в Праздник Середины Лета, была венцом карьеры леди Элис – официальной хозяйки двора Грегора. И она весьма недвусмысленно дала понять, что Все Пройдет Как Надо.

Проблема, собственно, состояла в том, что каждый понимал это самое Как Надо по-своему. Последний раз свадьба правящего императора пришлась на разгар войны – это было бракосочетание деда Грегора императора Эзара с сестрой Ури Безумного. Однако то ли из исторических, то ли из эстетических соображений леди Элис решительно не желала брать ее за образец, что существенно осложняло дело, поскольку остальные императоры – практически все – к моменту вступления на престол были уже женаты, и давно. Правда, имелся еще один прецедент – брак императора Влада Форбарра Разумного с леди Форлайтли. Но увы! Сие достославное событие пришлось как раз на самое темное время Периода Изоляции.

– Неужели они действительно заставили несчастную невесту раздеваться донага на глазах у всех присутствующих?! – вопросила Лаиса, указывая на соответствующую цитату из исторических летописей.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

сообщить о нарушении