Лидия Будрик.

Вредина



скачать книгу бесплатно


Роман

ВРЕДИНА


– Сапсонова! К начальнику СМУ! – приоткрывая дверь в бухгалтерию, громко крикнула Оксана.

– Зачем? – испуганно насторожилась бухгалтер, отрываясь от компьютера, и вопрошающе взглянула на секретаршу.

– Срочно вызывает! – подгоняла ее Ксения. – Давай, быстрей-быстрей!

– Ну, раз срочно… – пожала Марина плечами и встала со стула.

Она вышла из-за стола, поправила свое платье, которое подчеркивало и без того красивую фигуру, быстренько заглянула в зеркало, что висело у входа, поняла, что с ней все в полном порядке, и уверенно шагнула к двери. Цокая шпильками по керамической плитке, сразу заспешила по коридору в кабинет начальника, понимая, что тот не любит ждать, тем более, если он приказал срочно к нему явиться. На ходу еще раз поправила прическу, осмотрела себя всю, а сама уже вошла и остановилась перед секретаршей.

– Ксюш, что за срочность такая? – шепотом спросила она девушку.

Та улыбнулась ей своей красивой голливудской улыбкой и тихо ответила:

– Не волнуйся, ругать не будет.

А сама продолжила возиться с принтером, намереваясь распечатать срочные приказы.

– Ну и… Слава Богу! – вздохнула с облегчением Марина и постучалась к начальнику.

– Войдите, – отозвался Свиридов из-за массивной дубовой двери.

Сапсонова вошла, вежливо поздоровалась с ним и шагнула вперед к столу.

– Вызывали, Геннадий Михайлович? – спросила она и предстала перед начальником во всей своей красе.

Среднего роста, стройная и красивая, с большими карими глазами, она была одета в облегающее платье темно-коричневого цвета чуть выше колен. На ногах кожаные туфли на высокой шпильке. Длинные вьющиеся волосы уложены в небрежный пук и придавали прическе некую растрепанность, от чего молодая женщина выглядела еще красивее.

– Вызывал, – деловито отозвался тот, – присаживайся.

Марина отодвинула стул, аккуратно присела на него и, уловив на себе пристальный взгляд начальника, настороженно сказала:

– Слушаю вас.

– У меня к тебе есть одно дельце, – заговорил мужчина, теребя в руке дорогую авторучку. – Выручи.

– Какое? – внимательно смотрела на него бухгалтер.

– Тут такое дело… Некому у меня сейчас на бетонном узле поработать.

– Там же Валя работает, – развела она руками, догадываясь, о чем именно пойдет разговор.

– Уволил я ее сегодня.

– За что?! – удивилась Марина Александровна и застыла в немом молчании, понимая, что просто так начальник никого не увольняет.

– Поймал с поличным! – раздраженно ответил ей Свиридов. – Помогала воровать бетон шоферам. Вот и выгнал ее и еще двух водителей вместе с ней.

– Да…

– Вот те и да!

– Может, не при чем она тут? Вроде, нормальная тетка… – попыталась защитить она женщину.

– Говорю же, поймал с поличным! – возмущался в ответ начальник. – Что тут не ясного? – разводил он руками. – Сам лично – вычислил, выследил, поймал и наказал, чтоб неповадно другим было.

– А… я-то тут при чем? У меня у самой работы завал! – взмолилась в ответ девушка. – Может, другого кого? Может, новенькую взять?

– Где я тебе сейчас новенькую возьму? – отвечал ей серьезным тоном мужчина. – И всё СМУ стоять будет, пока я буду замену ей искать?

– А почему меня?! – недоумевала она. – Вдруг я тоже воровать стану?

– Ты не станешь, я тебя знаю, – стоял на своем Геннадий Михайлович. – Ты ответственная, честная и принципиальная.

И воровать ты не будешь – это факт!

Сапсонова долго смотрела на него, а потом жалобно заныла:

– Я вас умоляю, ну…попросите девочек…

– Нет, поработаешь месяц, а там и замена найдется.

– Месяц?! – вскрикнула Марина. – Да… я за месяц там вам… такого понаделаю! Потом еще и меня уволите!

– Не наделаешь! – твердил свое начальник. – А я обещаю, что найду тебе замену. Скоро найду!

– Я вообще-то бухгалтер! – напомнила ему сотрудница, а сама жутко не хотела идти работать на растворный узел, зная и понимая, что найти общий язык с шоферами она точно не сможет.

– Так, считать умеешь? Документы вести тоже! – грозился на нее пальцем Свиридов. – А там и ума никакого не надо. Отпустила – записала. Приняла заявки – записала, вновь отпустила.

Девушка подсела к нему ближе и взволнованным голосом стала объяснять:

– Геннадий Михайлович, миленький! Я уже один раз пострадала из-за своей честности и порядочности! Ну, не губите вы меня! Там же одни мужики! Ну, не умею я с ними ладить! Они же меня потом на своих машинах переедут и не подпрыгнут даже! Ну, прошу вас. Ну я вас умоляю!

– Марина Александровна, лапушка ты моя! Чего же ты мужиков-то боишься? – смотрел на нее с умиленной ласковой улыбочкой начальник СМУ. – Ты молодая, одинокая, красивая, умная! Глядишь, и мужа себе найдешь!

И задался вопросом:

– Сколько тебе? Двадцать восемь? Во-о-от! – протянул он. – Пора тебе мужика нового искать!

– Нет уж, – серьезно ответила она и уселась на дорогом стуле поудобнее, – один раз обожглась, больше не хочу. От развода еще не отошла. Не нужен мне никто.

– Не будешь же ты всю жизнь одна жить? – не отставал от нее Свиридов.

Вздернув свой аккуратный носик вверх, Марина уверенным тоном напомнила:

– А я не одна. У меня Колька есть. Нам с ним вдвоем очень даже хорошо и весело. И никто нам не нужен.

– Колька твой вырастет и уйдет от тебя. А ты останешься на старости лет одна!

– Хватит сватать меня, – решила сменить тему девушка. – И если уж найду себе мужа, то точно не здесь и не на растворном узле.

– Тогда сегодня же и заступай.

– Нет, я не давала своего согласия! – взволнованно заговорила бухгалтер. – Лето впереди! – напомнила она. – Я в отпуск хочу!

– Вот и пойдешь в отпуск. Найду тебе замену, сдашь свой пост, награжу тебя премией за хорошую работу, и иди в свой отпуск!

– А я буду плохо работать! Я буду им тоже помогать воровать! – уперлась она и никак не хотела соглашаться на такую авантюрную работу. – Ну, Геннадий Михайлович, ну, миленький, ну… не губите вы меня! – а сама подалась вперед и, облокотившись руками на стол, с надеждой смотрела в его глаза.

Тот вздохнул с сожалением и настойчиво потребовал:

– Сейчас же идешь на растворный узел и начинаешь ра-бо-тать!

И видя, что сотрудница вновь хочет возразить, повысив голос, пообещал:

– А я иду следом и помогу тебе во все вникнуть!

– Тогда я уволюсь, – не соглашалась Марина и отвернулась от него в сторону, объявляя свой протест.

– Куда ты уволишься? – протянул Свиридов. – Я тебе уволюсь! Бросать коллектив в трудную минуту, это что? Это настоящее предательство! Это равносильно тому, что Родину предать, когда на нее варвары напали!

– Ну… что я им там всем скажу? – вновь жалобно взмолилась девушка и, сдвинув свои тоненькие брови в кучу, возмущенно вопрошала:

– Буду с ними ругаться и воевать? Их много, а я одна! – напомнила она.

– Если что, сразу звони мне. А я с ними сам разберусь! – стоял на своем начальник.

– Хотите стукачку из меня сделать? Да они меня потом раздавят на своих КамАЗах и в тот же бетон закатают!

– Подвозить будут! Помогать станут! Ты же одинокая, красивая, молодая! Кто же давить-то посмеет такое сокровище?

– Все, я увольняюсь, – выдала Марина Александровна и словно капризная девчонка надула свои красивые губки.

– Так! – строго сказал Геннадий Михайлович и встал со своего кресла. – Пошли. Я иду с тобой и бояться тебе совсем нечего.

– Ну…


– На неделю! От силы – две! Край – месяц! – перебил ее Свиридов и вышел к ней из-за стола.

Высокий, худощавый, в фирменном темно-сером костюме тройке в мелкий рубчик, в светлой рубашке, при галстуке, на ногах черные кожаные туфли, он стал рядом с ней и с надеждой смотрел в её глаза. А сам вновь уверял:

– Обещаю, что в самый короткий срок найду тебе замену.

– А свои дела мне кому сдавать?

– Все передашь Виктории. А с ней я сам поговорю.

Марина встала со стула, поправила свое платье и, вздыхая, обреченно взглянула на него.

– Смерти моей хотите? – спросила она и глубоко вдохнула воздуха, изображая, что хочет надышаться перед смертью.

Геннадий Михайлович расплылся в широкой довольной улыбке и ласково ответил:

– Счастья тебе хочу! Вот большого! Человеческого! Счастья! И пусть оно у тебя будет.

– Если что, я напишу в записке: в моей смерти прошу винить Свиридова.

– Умирать отменяется, – стараясь быть строже, ответил ей мужчина и подтолкнул ее к выходу. – А сейчас – бетонный узел стоит. Вся стройка стоит, Ма-ри-шеч-ка! И все ждут – раст-во-ра!

Делать нечего, девушка повернулась и первая шагнула к выходу. Они вышли из кабинета, начальник прикрыл за собой дверь и дал указания секретарше:

– Я буду через час. Скажешь всем: я на объекте.

– Хорошо, Геннадий Михайлович, – с улыбкой отозвалась Ксения и весело подмигнула Марине, давая понять, что она ее полностью поддерживает.

Сапсонова зашла в кабинет, взяла свою сумочку, посмотрела на Вику и грустно произнесла:

– Все, ухожу. Считайте меня смертницей.

– Да ладно, ладно тебе! – от двери махнул на нее рукой Свиридов. – Скоро вернешься в целости и сохранности!

– А вы это… куда ее?! – настороженно поинтересовалась Виктория, сидя за своим компьютером.

Она сразу подалась вперед, желая вникнуть во все и сразу, и узнать, куда отправляют ее лучшую подружку.

– Замуж выдаю! – всплеснул руками начальник. – Быстрее! – поторапливал он. – Вся стройка стоит!

– Куда он тебя? – шепотом переспросила Кравцова, поглядывая на подругу и замерла, боясь пропустить что-то очень важное в ее ответе.

– На растворный узел, – недовольно ответила ей Марина.

– За что?! – громко возмутилась девушка и резко встала, нависая над своим столом.

Геннадий Михайлович погрозился в ее сторону и строго ответил:

– Много будешь знать, скоро состаришься! Марина Александровна, идем уже! – поторапливал он вновь. – Все стройки пищат! И всю плешь мне с утра проели.

Сапсонова тяжко вздохнула, махнула подруге рукой и сразу пошла к двери. Постукивая своими каблучками, она вышла из бухгалтерии и несмелой походкой направилась к выходу. А следом уже торопился Свиридов, на ходу разговаривая с кем-то по мобильнику.

К нему тут же подошел механик, но тот замахал перед его носом рукой, давая понять, что говорить с ним он сейчас не может. А сам спешно вышел за своей подчиненной на улицу.

Стоял апрель месяц. Ярко светило весеннее солнце над головой. Распускались первые листочки, и легкая дымка зелени окутывала все кустарники и деревья. В воздухе пахло весной и эти приятным сладковатым запахом распускающихся тополей.

– Красота-то какая, а мы в офисе сидим! – качнул от восторга головой мужчина и вдохнул этот приятный весенний воздух всей грудью.

Он тут же убрал сотовый в карман своего пиджака и, указывая рукой на дорогу, пропустил сотрудницу вперед.

– Ага, а мне теперь сидеть и этот бетон… нюхать. И дышать им… – негодовала Сапсонова и украдкой взглянула в его сторону.

Она уверенной походкой вышагивала по асфальтированному тротуару в сторону растворного узла.

Они шли рядом, он высокий интересный мужчина средних лет, и она – молодая, изящная и красивая. На них оглядывались рабочие, провожая их долгими внимательными взглядами.

Мимо, громыхая своими прицепами и пустыми кузовами, неслись КамАЗы и грузовики, на ходу громко сигналили, приветствуя, скорее, Свиридова.

– Это они тебе сигналят, – улыбнулся начальник, заглядывая ей в глаза.

– Как только они узнают, кем я там буду работать, то сигналить они больше не будут, – вздыхая, ответила Марина, а в душе очень даже переживала по поводу таких резких перемен в ее жизни.

– Вот смотрю на тебя и думаю: почему какой-нибудь дурнушке везет на мужиков, а такой вот красивой, умной и образованной девушке нет?

– Дурнушка-то промолчит, а умная в дурь прет, – съязвила в ответ она. – Вот и получается, что везет первым.

– Что от мужа -то сбежала?

– А вам зачем знать? Вы же меня замуж не позовете. Зачем спрашивать?

– Да так, хотел поближе тебя узнать.

– От начальства лучше держаться подальше, – озабоченно отозвалась Сапсонова, а сама все переживала по поводу ее нового назначения на этот «ужасный» бетонный узел.

– Не всегда! – не согласился с ней мужчина. – Иногда друг начальник всё сделает для своих подчиненных.

– А вы меня на погибель толкаете. Значит, я вам – не своя! – с укором взглянула на него Марина.

– Обещаю, что потом выполню любое твое желание!

– А если оно будет из ряда вон выходящее? – оживилась сразу бухгалтер и лукаво повела бровями.

– А я люблю экстрим! – признался Геннадий Михайлович, бойко шагая по дороге.

Сапсонова поджала свои губки, немного подумала и весело выдала:

– Ой, ловлю на слове! Желание можно уже загадывать?

– А вот… выполню все, что не попросишь! – с задором в голосе, ответил ей начальник.

– Безвозмездно?

– Абсолютно! – сыпал обещания он, провоцирую сотрудницу на азартный поступок.

– Я подумаю!

– Подумай.

Всегда строгий и волевой Свиридов, вдруг сделался мягким и веселым, чем очень удивил свою подчиненную. Они шли рядом и весело переговаривались. На душе Марины повеселело, она знала: если начальник что-то пообещает, то всё сделает; ничего не упустит, никого не забудет и свое обещание всегда выполнит. За то и уважали его все работники СМУ. Вот и сейчас она, заинтригованная таким предложением, верила и не сомневалась, что тот выполнит любую ее просьбу, естественно, в пределах разумного.

Они подошли к растворному узлу, а к ним разом заспешили со всех машин водители и возмущенно загалдели:

– Когда раствор будет?

– Где Валентина?

– Простой за чей счет будет?

– Опять без зарплаты останемся!

– Все тихо! – рявкнул на них Геннадий Михайлович. – Валентина уволена, и вы это знаете! Вместо нее будет работать – Марина Александровна! – пояснил он и указал рукой на сотрудницу. – Прошу любить и жаловать! И еще, – предупреждал он, – поймаю кого с леваком, выгоню сразу по тридцать третей!

– Да мы и не воруем! – развел руками Воронин, давая понять, что здесь сейчас собрались самые честные люди.

– Еще раз повторяю, – потряс тот своим указательным пальцем перед шоферами и внимательно всмотрелся в их лица, – кого поймаю! Лишу всего и сразу! Выдеру штраф и выгоню к едрени-фени!

– Да, кто ворует-то?! – развел руками Галкин. – Все ходки записаны! Диспетчер все считает! Раствор доставляется на объекты по заявкам! Как тут украдешь?

– А-а-а! – качнул недовольно головой начальник. – А-то я вас не знаю! – язвительно выдал он и тут же сменился в лице. – Двоих уже уволил сегодня, кто следующий покажет время! Не пощажу никого, даже свояков! – грозно сказал он и кинул взгляд на родственника, что стоял чуть в стороне.

Тот пожал плечами, давая понять, что он согласен с таким заявлением.

– А Мариночка у нас замужем? – вышел вперед Муравьев и с наглой улыбочкой осмотрел девушку с головы до ног.

– А это пусть она вам сама скажет, – ответил Свиридов, – я чужие тайны не выдаю.

Он взглянул на Сапсонову и увидел, как засмущалась она под натиском мужчин, и под их пристальными и язвительными взглядами.

– Все! За работу! – скомандовал он. – Сейчас начнем мешать раствор и все под загрузку!

– Мариночка, вы нам не ответили: вы замужем или как? – преградил ей дорогу красавец парень, надвигая бейсболку себе на глаза.

– Замужем, – соврала она, понимая, что так будет лучше для всех, а для нее особенно.

– Ах, как жалко! – качнул тот головой и отошел чуть в сторону, а сам все разглядывал её с головы до ног. – А я уж обрадовался, что судьбу свою встретил.

– Только попробуйте мне ее обидеть! – погрозился на всех сразу Свиридов своим увесистым кулаком. – Дело будете иметь со мной!

– Ясно, чья краля пожаловала! – с усмешкой послышалось из толпы, и все шофера заулыбались, понимая намек товарища.

Геннадий Михайлович подтолкнул бухгалтера вперед и уверенно сказал:

– Пошли.

Все разом расступились, пропуская начальство вперед, а вслед Марина вновь услышала язвительный голос:

– Будет вам теперь бетон! Такая цаца пожаловала!

«Ну, я вам устрою»! С обидой подумала она и уверенно шагнула в открытую дверь.

Они вдвоем поднялись по ступенькам на эстакаду, и Свиридов с ходу стал рассказывать, что и как надо делать: как принимать песок, как принимать бетон, как делать замесы и как загружать машины. Он тщательным образом объяснил: где надо все записывать, как отмечать путевки, как связываться с шоферами и объектами, на которые будет доставляться готовый бетон.

– Все рейсы пишешь сюда, – указал он, раскрывая перед ней большой журнал. – Сколько, например, Иванов сделал ходок и куда? Все отмечаешь, ничего не упускаешь. Но на этот раствор должна прийти заявка, с того объекта, на который он этот раствор должен будет отвезти. В заявке три бетономешалки, а Иванов стал под загрузку четвертый раз. Все! Сразу спрашиваешь: куда еще намылился? Ясно, что налево. Тут надо следить за ними строго!

– Я поняла, – обреченно вздохнула Марина. – Пожалуйста, найдите мне поскорее замену.

– Обещаю, лапушка моя! – с любовью и нежностью смотрел на нее Свиридов.

– Тогда… приступаю к работе?

– Приступай, – благословил ее начальник и вздохнул с облечением. Замена нашлась, а значит, и вся стройка вновь заработала.

Уже через час Сапсонова осталась одна и лихо управлялась со всеми заказами. Ей звонили с участков и требовали раствор, оставляли заявки на завтра, а снизу уже сигналила очередная машина, которая подъехала под загрузку.

Мужчины и парни забегали в диспетчерскую посмотреть на симпатичную девушку, да к тому же протеже самого начальника СМУ.

Между шоферами сразу пробежал слушок: что Марина принципиально честная, и скорее всего, нравится Свиридову, и с ней надо быть очень осторожными. Многим – это стало в тягость, ведь своровать раствор теперь будет намного труднее. Валентина была свой человек, и с ней всегда можно было договориться. Но как любили поговаривать между собой водители: «Не своруешь – не проживешь». И отказаться от левого заработка было практически невозможно, потому что это уже вошло в такую привычку, что напугать их или запретить возить бетон налево было делом сложным. Все были уверены: как воровали, так и будут воровать, только надо быть немного осторожнее.

Марина сидела за столом и вникала в свою новую работу. Она тут же повесила на стену календарь и, как солдат новобранец, стала отмечать на нем дни своего отбытия на растворном узле. Первый день она обвела черной авторучкой, а вот последний, что будет через месяц, она выделила красным стержнем. Девушка тяжело вздохнула, но понимала, что надо выручать начальство, тем более, он обещал выполнить ее любую просьбу. «Интересно, – подумала она, – что же мне у него попросить «этакого»!». Но ее тут же отвлек от мыслей очередной сигнал, и она стала выдавать новую порцию раствора, загружая бетономешалку.

Первая половина дня прошла быстро. И уже на обеде в столовой она пожаловалась Вике:

– Представляешь, они думают, что я девушка Свиридова! – сидя за столом, тихо рассказывала Марина подруге.

– Да ладно?! – недоумевала Кравцова, а сама ела оладушки, запивая компотом.

– Он им погрозился: если они станут меня обижать, то будут иметь дело с ним. Вот они сразу и решили, что я его любовница. Я думала: со стыда сгорю!

– Слушай, – подалась вперед Виктория, – это же лучше для тебя. Не станут лапать тебя, кто попало!

– Я им полапаю! – грозно отозвалась она, и украдкой посмотрела по сторонам, боясь, что их могут услышать.

– А Гена на меня всю твою работу свалил, представляешь? – тихонько возмущалась Вика, расправляясь с очередным оладушком.

– Вик, – проныла Марина, – ты приходи ко мне иногда. Мне там страшно одной.

– Приду, – успокоила ее подружка, – теперь обязательно приду. Посмотрю на мужчин, может, глянется мне какой! – кокетливо проговорила она.

– Я даже календарь завела, – снова пожаловалась она. – Буду там дни отбывания наказания отмечать.

– Да ладно, – махнула рукой та, – все будет тип-топ!

Марина Александровна тяжко вздохнула и, не глядя на нее, задумчиво спросила:

– Когда оно будет?

– Вот, надо было им попасться! – вновь возмутилась Кравцова. – Не могли потихому своровать!

Сапсонова посмотрела на нее изумленно и таким же удивленным голосом спросила:

– Ты хочешь сказать: пусть воруют?!

– Ну и что! – развела руками та. – Жить всем надо!

– А почему ты не воруешь?

– Я?! – задалась вопросом Вика, указывая на себя ножом.

– Да ты!

– А что мне воровать? Скрепки, да бумагу печатную?

– Во-от! Живешь же ты на одну зарплату. Не воруешь! А они что, беднее нас с тобой? – не соглашалась с ней Марина. – Ты сама им зарплату начисляешь, – напомнила она, – видишь, по сколько они зарабатывают! Что, мало думаешь?

– Слушай, всю жизнь бетон воровали и налево возили, – махнула безразлично рукой девушка, чем больше завела свою подругу.

– А при мне не будут! – тихо, но упрямо твердила бухгалтер, тихонько поглядывая по сторонам.

– Тогда тебе там точно не работать. Они закатают тебя в цемент и вывезут на свалку.

– Пусть только попробуют! – громко шепнула она и вызывающе оглядела всю столовую и всех водителей, что сидели за столиками и обедали.

– Теперь я понимаю, почему Свиридов попросил именно тебя там поработать, – услышала она голос Вики.

Марина перевела взгляд на неё и уверенно выдала:

– Потому что у меня не украдут!

– Потому, что ты упертая!

– И это факт! – согласилась она. – И разбазаривать чужое добро никому не позволю! Пусть устроятся на вторую работу, если денег дома не хватает. А воровать я им не дам!

– Ой, смотри! – вновь предупреждала Виктория. – Обозлятся мужики, что угодно сделать могут.

Вскоре подружки отобедали и разошлись по своим рабочим местам. Вторая половина дня прошла спокойно. Водители были милы, добры и все старались завести хорошие отношения с такой симпатичной девушкой. Некоторые привозили шоколадки, Марина пыталась отказаться от них, но мужчины клали лакомство на стол и уходили, в надежде, что их обязательно запомнят и заведут с ними самую доверительную дружбу. Но Сапсонова была не из тех, кого можно было вообще чем-то подкупить или упросить о невозможном, тем более если это касалось воровства, да еще и на работе. Она складывала шоколад в стопочку, на случай, если водитель вернется с упреками, а она тут же вернет ему его угощение обратно.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8