Лидия Беттакки.

Клон невесты для сына олигарха



скачать книгу бесплатно

“ Камикадзе, камикадзе, вечность ради одного дня.

Камикадзе, камикадзе, моё небо любит меня.

Камикадзе, камикадзе, дальше мне с тобою нельзя.

Камикадзе, камикадзе, ничего не бойся, ничего не бойся, ничего не бойся!”


Я оторвала голову от подушки и посмотрела на часы. Половина шестого, вот блин, удалось поспать всего три часа. Ох, уж эта Олька, вечно со своей музыкой покоя не даёт. Я вскочила с кровати и направилась в зал.

– Оля, у тебя есть хотя бы капля совести? Мне же в ночную смену идти.

– Чего тебе нужно? – Оля невозмутимо поставила банку с пивом на стол и скорчила недовольную гримасу на своём покрытым вызывающим макияжем лице девушки-подростка.

– Ты издеваешься? Твоя музыка орёт так, словно пулемёт строчит. Мне днём хотя бы отоспаться-то нужно. Я ведь работаю на фабрике, а не в ночном клубе.

Оля щёлкнула пультом телевизора и, допив пиво, молча удалилась в комнату. Опять грязь развела! Вон повсюду шелуха от семечек, окурки в пепельнице, очистки от вяленой рыбы. Ну, что за человек? Палец о палец никогда не ударит, работать не хочет, постоянно водится с какими-то подругами неформального вида и такими же парнями. Уселись плотно на шее у папы, она и её мамаша, которая тоже любительница красивой жизни и шумных застолий. Я взяла веник и подмела шелуху от семечек. Открыв холодильник, обнаружила в нём лишь маленький кусочек сыра и упаковку с молоком. Опять на ужин ничего нет, придётся в магазин топать за покупками. А в кошельке последние двести рублей.

– Мяу, мяу, – послышалось рядом и что-то тёплое и пушистое прикоснулось к моей ноге.

А вот и кошка Нюшка, беременная к томуже. Кушать хочет.

– Нюшечка моя. Ты голодная, знаю.

Я взяла кошку на руки и погладила её по серо-полосатой шерсти. Нюшка заурчала и посмотрела на меня с вызовом, мол, ты же знаешь, в положении я, и теперь ем уже не только за себя, а и за деток. Только есть-то нечего. Кошка попала ко мне случайно. Помню в курилке на работе один из наших бригадиров нашёл совсем крохотного и маленького котёночка, у которого ещё даже не были открыты глазки и принёс в цех. Я моментально отставила работу и помчалась в столовую, чтобы взять молока. Шурка, которая работала рядом со мной, отправилась в медпункт, чтобы раздобыть пипетку. Вскоре я держала в ладони маленький комочек и поила из пипеточки котёнка. Мне стало безумно жаль несчатное животное и я приняла решение забрать котика себе.

– Сейчас я пойду в магазин и куплю тебе твою любимую кильку в томате, которую ты так любишь.

Я чмокнула кошечку и прогладив по шёрстке, выпустила из рук.

Натянув порядком старенькие потёртые джинсы, которые ношу уже третий год, я направилась в ближайший открывшийся недавно супермаркет.


***


– Папа, ты уже дома? – увидела я в коридоре растоптанные папины мокасины.

– Да, Катенька. Только пришёл. Проголодался, а ни на плите, ни в холодильнике ничего нет.

– Сейчас я, папуля, что-нибудь приготовлю.

Вот только овощи нашинкую. На мясо, к сожалению, денег не хватило, – разочарованно вздохнула я.

– Через три дня зарплата у меня, дай Бог, чтобы выплатили, что обещали.

– А у нас на фабрике задерживают второй месяц уже зарплату, но пахать заставляют за пятерых.

– Сейчас, дочка, такие времена настали, что нигде не сладко. Поэтому выбирать не приходится, – грустно кивнул папа головой. – А где Оля?

– Когда я уходила за покупками, она была ещё дома. Оля, как всегда, не дала мне отдохнуть, как следует, и я вынуждена была от грохота музыки проснуться. А мне ещё всю ночь у станков стоять.

– Согласен с тобой, Катерина. У моей падчерицы и её матери очень сложные характеры. Сам виноват, женился, не подумав, и вот результат.

Мой папа Александр Гаврилович овдовел, когда мне было семь лет отроду. Моя мама умерла от лейкоза, рака крови. Отец воспитывал меня сам, работая на кораблестроительном заводе слесарем. Иногда я ездила к бабушке – маминой маме в деревню, но когда мне исполнилось тринадцать лет, бабушки не стало. А папина мама проживала очень далеко в другом городе. Я видела её всего пару раз в своей жизни. Отцу экономически было тяжело меня растить одну, и поэтому после окончания школы я приняла решение окончить курсы вязальщиц чулочно-носочных изделий при местном ПТУ, чтобы потом приступить к работе и самостоятельно начать зарабатывать на жизнь. Как-то раз я пришла с работы и увидела, что у нас в гостях женщина приятной внешности, блондинка с неплохой фигурой, одетая в цветное облегающее платье. Они с папой дружелюбно пили на кухне чай вприкуску со свежими пряниками.

– Познакомься, Елена, это моя дочь Катя! – папа представил меня женщине.

– Катерина, – сказала я.

– Присаживайся с нами чаёк пить, – папа придвинул табуретку.

Я присела за стол, женщина любезно улыбалась. Из разговора мне стало известно, что Елена совсем недавно работает кладовщицей в цеху, где и мой отец перед тем как попал под сокращение. Женщина была иногородней и жила в малосемейке с дочерью по имени Оля, которая на два года моложе меня. Вскоре отец заявил, что намерен жениться на Елене и забрать её с дочкой жить к нам. Я ничего не имела против и даже попыталась подружиться с Олей, шестнадцатилетней девочкой с трудным переходновозрастным характером, которую кроме «таблета» фактически ничего в жизни не интересовало.

– Оля, кем ты хочешь стать? – как-то спросила я её за обедом.

– Никем, – ответила она мне и, отставив в сторону пустую тарелку, отвернулась к окну, нацепив наушники от таблета, стала слушать скачанную из интернета музыку.

Вот уже, пигалица! И как с ней найти общий язык? Мамаша её тоже по хозяйству ничего не делала, ничего не готовила, постоянно сидела на диетах и жрала рисовые крекеры и салатики. Отцу, как правило, готовила я. Вот и сейчас я резала овощи на постный овощной супчик. В коридоре лязгнул замок входной двери, раздался цокот каблуков. Вскоре в кухню вошла Елена с укладкой и прокрашенными у корней волосами. На ней было новое платье пёстрой расцветки. В ладони с наращенными ноготками она держала упаковку конфет «Рафаелло».

– Добрый вечер, – бросила она.

– Привет, Леночка! Какая ты сегодня красивая! – папа хотел было поцеловать жену в щеку, но она увернулась.

– А где Олечка? – поинтересовалась мачеха.

– Катя говорит, час назад была дома, а где сейчас, неизвестно, – пояснил папа. – Ты кушать будешь? Сейчас Катя супчику сварит овощного.

– Спасибо, я не голодна, я перекусила в ресторане с подругой, – бросила Елена и, прихватив «Рафаелло», удалилась в спальню.

Интересное дело, однако, ест в ресторанах, расфуфыренная, в новой одежде. И откуда деньги на все эти блага? Ведь на зарплату кладовщицы особо не станешь шиковать. Да ещё и жадина в придачу, вон конфеты принесла, хоть бы одну предложила? Всё для своей дочечки прячет. Меня вообще за человека не считает. На душе было противно и обидно.

– Папа, ужин готов, – позвала я отца и разлила суп в тарелки.


***


Я сматывала тюк с только что сделанной продукцией детских колготок. Моя работа вязальщицы чулочно-носочных изделий заключалась в следующем. Я обслуживала десять агрегатов, которые были запрограммированы для производства детских колготок. Мне нужно было следить за заправкой нити, то есть пряжи, проверять связанный полуфабрикат на брак и дефекты, отсортировывать и укладывать по десять пар, перевязывать специальной резинкой и передавать через сборщицу в швейный цех для последующей операции. Вязальные станки были старого поколения, поэтому ломались очень часто, поэтому не всегда удавалось наверстать так называемую месячную норму, зарплата была сдельная, сущие гроши.

После пятнадцатиминутного обеденного перерыва ко мне подошла мастер цеха Нелли Викторовна, женщина пятидесяти лет с пучком волос неопределённого цвета, плотного телосложения, в белом рабочем халате.

– Катя, тебя вызывает к себе Малинин.

– Что-нибудь случилось? – я почувствовала прилив непонятной тревоги.

– Я не знаю, Катя. Начальник цеха распорядился, чтобы ты срочно подошла к нему в кабинет.

Я остановила станки, вышла из цеха, направилась к двухэтажному зданию, где на первом этаже располагалась столовая, а на втором – бухгалтерия и кабинеты начальства и технологов. Пройдя по тёмному коридору, я остановилась у двери, обитой дермантином. Сделав глубокий вдох, я постучалась.

– Войдите, – ответил мужской голос.

Я отворила дверь и вошла в просторный кабинет, обставленный польской офисной мебелью с пластиковыми жалюзи на окнах. За длинным столом из плотного стекла восседал начальник вязального цеха Алексей Иванович, бородатый мужчина крупного телосложения, возрастной рубеж которого приближался к пенсионному. Чем-то он был похож на популярного в девяностые годы певца Александра Кальянова.

– Здравствуйте, Алексей Иванович! Вызывали?

– Здравствуй, Екатерина. Да, вызывал. Присаживайся, – начальник указал мне на стул, обитый чёрным кожзамом.

Я подчинилась и уселась. Алексей Иванович сверлил меня своими маленькими глазками-буравчиками и теребил в руках шариковую ручку.

– Екатерина, я должен сообщить тебе не совсем приятную новость. Нашу фабрику выкупил один бизнесмен и, к сожалению, в скором времени он подберёт новый персонал. Как говорится, новая метла по-новому метёт. Так что, Катерина, с завтрашнего дня можешь не выходить на работу. Трудовую книжку сможешь получить в отделе кадров.

– Простите, а зарплату за предыдущие месяцы? – я находилась в состоянии шока от неожиданной новости, свалившейся, словно снег на голову.

– К сожалению, Катерина, на данный момент казна нашего обанкротившегося предприятия пуста. Если удастся что-нибудь выкроить и договориться с новым хозяином, я тебе дам знать, придёшь и получишь свои расчётные. А пока мне тебя порадовать нечем, а скорее, наоборот, – начальник отвёл взгляд в сторону и закусил нижнюю губу, затем, как-то прищурившись и без того маленькими глазками, он продолжил речь. – Хотя, Катя, для тебя, пожалуй, найдётся выход.

– И какой же? – удивлённо спросила я.

Алексей Иванович оторвал своё грузное тело от офисного кресла и, подойдя к двери, провернул ключ в замочной скважине. Затем он присел на стул около меня и провёл своей крупной ладонью по моей щеке. Пристально глядя мне в глаза, он, немного нервничая, прошептал:

– Катя, я хотел тебе признаться, что ты мне давно нравишься. Ты красивая девушка. Если ты согласишься стать моей любовницей, я смогу поправить твою экономическую ситуацию. Ты ни в чём не будешь нуждаться.

Мне стало не по себе. Мужчина по возрасту старше моего отца предлагал мне роль любовницы, а точнее, интимные отношения. Толстый и обрюзгший, к тому же с неприятным запахом пота и изо рта. Тошнота подступила к горлу, и съеденный в столовой обед просился обратно. Не дожидаясь ответа, начальник резко притянул меня к себе и впился в мои губы. Одной рукой он начал расстёгивать пуговицы на моём рабочем халате, испачканном чёрным мазутом от станков, стал теребить мою грудь.

– Алексей Иванович, что вы себе позволяете? – я стала с силой отталкивать от себя начальника.

Но сильные цепкие ладони сжимали моё хрупкое тело и не хотели отпускать. Одной рукой он расстегнул молнию на брюках и извлёк наружу возбуждённый орган.

– Девочка моя, сделай мне приятное, – начальник намекнул на оральный секс.

В этот момент на моё счастье раздался стук в дверь. Начальник резко отпрянул от меня, застегнул молнию на брюках и поспешил вернуться в своё кресло, вытирая рукавом сорочки пот со лба.

– Ступай, ступай, Катерина. Но помни, моё предложение всегда останется в силе, – жестом указал он на дверь.

Я судорожно открыла ключом дверь и, чуть не сбив с ног бухгалтершу, державшую в руке какие-то бланки, бросилась восвояси. В сознании путались мысли, и я не могла толком ничего сообразить. Ясно было одно – я стала безработной. Как и на что жить дальше – мне неизвестно.


***


На подходе к дому я услышала из окон нашей квартиры громко включенную музыку и хохот. Снова Олька дружков привела. Я поднялась на этаж и, едва открыв входную дверь, учуяла странный, ранее неведомый мне запах. Это было похоже на дым от сигарет, только ещё слаще. Я вошла в зал и увидела сводную сестру, танцующую на журнальном столике, абсолютно обнаженную. Она безо всякого стыда приседала в ритме зажигательного танца и выпячивала наружу гениталии с пирсингом. Две девушки неформального вида и парень с серьгами в ушах и чёрных рваных джинсах ей аплодировали. Повсюду валялись пустые бутылки из-под шампанского и пива, пепельница была доверху набита окурками. Моему терпению пришёл конец. Я подошла к стереоцентру и одним махом выдернула шнур из розетки. Молодёжь задурманенными вопросительными глазами смотрела на меня. Оля, шатаясь, слезла со стола и подошла ко мне. Схватив меня за ворот вязаной кофточки, она прошипела сквозь зубы:

– Ты чего припёрлась, а? Ты почему не на работе?

– Как же тебе не стыдно, Оля! Ты куда катишься? Отпусти меня немедленно! – я пыталась отодрать руку сводной сестры, но она меня держала мёртвой хваткой.

Затем она нагло захохотала и отвесила мне звонкую пощёчину.

– Пошла вон отсюда! И не смей больше вторгаться в дом, когда я развлекаюсь. Ты всё поняла? – сводная сестра указала мне рукой на дверь.

Оля задурманенными глазами смотрела на меня, и я поняла, что она в состоянии наркотического опьянения. К тому же парень закурил папиросу и стал её передавать по кругу. Так вот откуда разило сладковатым дымком! Я поняла, что разговаривать, а уж тем более воспитывать Олю сейчас бесполезно, и молча поплелась к входной двери.


***


Я стояла у могилы своей мамы. С фотографии на памятнике, сделанном из мрамора, мне улыбалась молодая женщина с большими синими глазами, одетая в красивую блузу в горошек с кружевным воротником. Несмотря на то, что фотография пожелтела, мамины ясные, словно небо, глаза всё так же ласково смотрели на меня, будто радовались моему приходу. Я провела ладонью по маминому изображению и, обхватив руками памятник, разрыдалась.

– Мамочка, мне так тебя не хватает. Мне очень плохо! С тех пор как папа женился, в нашем доме творится кошмар. Дочка папиной супруги с ужасным скверным характером и эгоистичными повадками постоянно устраивает дебоши, не говоря уже о самой мачехе. Мне никто и никогда не сможет заменить тебя, мама! Я потеряла работу и теперь не знаю, как дальше жить. Ведь отцу также задерживают деньги на стройке. Нам очень тяжело!

Мамин лик смотрел на меня, словно мама хотела успокоить меня:

– Моя славная доченька! Ты всегда была умничкой и покладистым ребёнком, я всегда тебя любила и никогда не перестану любить тебя. Я никому не дам тебя в обиду, ведь ты этого не заслуживаешь. А то, что ты сейчас без работы, так это временно. Скоро, доченька, твоя жизнь изменится к лучшему, поверь мне. В недалёком будущем ты сама убедишься. Я твой ангел-хранитель и всегда рядышком. А сейчас беги домой, доченька, погода портится, вот-вот пойдёт дождик. Я не хочу, чтобы ты промокла и потом заболела.

Я попрощалась с мамой и направилась на выход с кладбища.


***


Я стояла на остановке и ёжилась от холода. Небо затянуло тучами, стал накрапывать дождь. Моего маршрутного такси, а также автобуса не было. Я достала из потрёпанной сумки недочитанный детектив Марининой и решила скоротать время в ожидании нужного мне маршрута за чтением под навесом остановки.

– Девушка, простите, можно вопрос? – раздался рядом женский голос.

Я оторвалась от книги и увидела перед собой притормозившую иномарку серебристого цвета. Из салона на меня смотрела женщина средних лет, блондинка в очках.

Я приблизилась и наклонилась к спущенному тонированному стеклу автомобиля.

– Вы что-то спрашивали?

– Да. Будьте любезны, вы не подскажете, как проехать на улицу Ковалёва? Я не местная, поэтому слегка заблудилась, – женщина застенчиво улыбнулась, сверкнув улыбкой с аккуратными белоснежными зубами.

– Значит, так. Езжайте прямо, потом после второго поворота свернёте налево, затем по кольцевой после светофора и есть улица Ковалёва.

Женщина немного смутилась и вздохнула.

– Простите, а вы не могли бы меня сопроводить? Разумеется, если я вас не задерживаю? Я редко бываю в этом городе, отсюда мало что знаю.

Домой возвращаться у меня не было совершенно никакого желания, к тому же неизвестно, сколько мне нужно было ждать автобус. Я согласно кивнула головой.

– Хорошо. Я укажу вам маршрут.

Я открыла дверь «Кадиллака» и уселась на кожаное сидение светло-бежевого цвета. В салоне витал аромат дорогих духов и ещё чего–то приятного. Наверное, так пахнет новый салон автомобиля. Женщина завела мотор, и машина плавно покатила по мокрому асфальту, аккуратно объезжая ямы и колдобины. Незнакомка уверено вела автомобиль, следуя моим указаниям.

– Вот мы и на улице Ковалёва, – пояснила я, едва мы миновали жилой массив.

Женщина притормозила у заброшенного здания с вывеской « Ресторан диско-клуб Авизо».

Не выходя из машины, она окинула взглядом здание и произнесла:

– Вот и он, пресловутый объект. М-да, работы здесь будет очень много, судя по всему. Однако я себе представляла иначе картину.

Женщина ухмыльнулась и отрицательно покачала головой.

– Нет, мне, пожалуй, такого рода капиталовложения не подходят. Придётся подыскать что-нибудь поинтереснее.

Затем она сняла очки с дорогой оправой и посмотрела на меня серыми, словно у кошки, глазами с умело нанесённым макияжем.

– Вы уж меня простите за беспокойство, но без вашей помощи мне было бы трудно отыскать эту местность.

– Я вас понимаю. Мы находимся за городом, и здесь ничего, кроме кирпичного завода и кладбища, нет.

– Как тебя зовут? – спросила у меня женщина. – Ничего, что я на ты?

– Меня Катей. Да нет, что вы, обращайтесь, как вам будет угодно.

– А меня Татьяной Николаевной, можно просто Таня. Катя, а сколько тебе лет?

– Будет двадцать один.

– О, да ты ровесница моей дочери! Ты замужем?

– Нет.

– А чего так?

– Нет парня у меня. Когда-то встречалась, но не получилось продолжить отношения. А так в основном одни пьяницы, либо наркоманы.

– Да, я полностью согласна с тобой. По этой причине я отправила свою дочь учиться в Лондон, дабы оградить её от дурного влияния и недостойных кавалеров. Алёна успешно учится в колледже в Кембридже, и возвращаться на родину не собирается. Ей здесь больше не нравится. Послушай, Катя ты не торопишься?

– В принципе, нет.

– Ты сможешь составить мне компанию, если мы остановимся где-нибудь перекусить? Я с утра ни крошки не держала во рту, кроме кофе. Меня порядком вымотала поездка, и вот сейчас чувствую, что съела бы слона, – рассмеялась женщина раскатистым смехом. Сказать правду, я также была порядком голодна, ведь, по сути, кроме пшеничной каши с ливерной колбасой, который наспех проглотила в перерыве, ничего больше не ела. Но мне было неудобно с незнакомой женщиной идти трапезничать. А дома наверняка Оля с дружками сожрали последнее, что имелось в холодильнике. Заметив моё смущение, женщина словно прочитала мои мысли:

– Катя, ты мне сделаешь огромное одолжение, если составишь компанию. Я никого не знаю в этом городе. Разумеется, угощаю.

– Согласна, – кивнула я головой.

– Вот это другое дело, – Татьяна снова улыбнулась своими металлокерамическими белоснежными зубами. – Какой на твой взгляд приличный ресторанчик в вашем городке?

– Простите, Татьяна Николаевна, вы мне задали такой вопрос, ответ на который я не могу вам дать. Я всего лишь единственный раз была в ресторане и то, когда пришла за подругой, которая работала певицей, – немного смущаясь, пояснила я женщине.

– Вот как? Значит, мы это дело поправим. Сейчас поедем к центру и там наверняка что-нибудь подыщем. Ты не возражаешь?

– Нет, – ответила я, давя в себе неловкость.

Татьяна завела машину. Включив дворники, под накрапывающий дождик мы выехали на объездную и направились к центру. Я подсказывала женщине, как проехать, удобно обходя пробки. Татьяна включила лёгкую музыку, из стереомагнитолы полилась мелодия «Энигмы», хита девяностых.

– Обожаю эту группу, всегда слушаю её, – в ритм музыке женщина напела мотивчик на английском языке.

– Мне тоже она нравилась, но я была тогда ещё совсем ребёнком.

Вспомнила снова маму и кафе, куда мы по выходным отправлялись кушать сливочное мороженое с клубничным джемом. И именно в кафе под названием «Прохлада» всегда включали эту музыку. Мама также обожала эту группу. На глазах невольно выступили слёзы, я отвернулась к окну, чтобы взять себя в руки и не расплакаться.


***


Милый ресторанчик под названием « Версаль» встретил уютной атмосферой и красивой гармоничной обстановкой. Симпатичный парнишка примерно моих лет, администратор заведения, одетый в безукоризненный элегантный костюм серого цвета, провёл нас к столику и вручил меню. Я с восхищением рассматривала велюровую блестящую скатерть и белоснежные салфетки из шёлка с расставленными рядом столовыми приборами. Татьяна также производила впечатление своим внешним видом и прекрасно вписывалась в интерьер заведения. На женщине был брючный костюм из кожи цвета слоновой кости, под ним – блуза в чёрный горошек выгодно подчёркивала декольте и ухоженную шею женщины, на которой красовалась крупная цепь с подвеской в форме грозди винограда. На среднем пальце был перстень с такой же гроздью. Безусловно, мне снова стало неловко. На фоне Татьяны я выглядела, словно беспризорник, в стареньких затёртых джинсах и застиранной вязаной кофточке, поэтому даже стеснялась снять свою курточку из кожзама с золотистой молнией. Её мне подарила наша соседка Лиза, когда удачно вышла замуж за иностранца и отчалила жить за границу в Германию. Рядом сидящие люди, так же элегантно и модно одетые, бросали на нас вопросительные и заискивающие взгляды.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4