Ли Виксен.

#Имя для Лис



скачать книгу бесплатно

– В смысле бледная? – спросила я, хотя мои мысли сейчас витали очень далеко. Я беспокойно оглядывалась, пытаясь в открытых ли галереях замка, в тени ли дворца отыскать рослую мужскую или хрупкую женскую фигуры.

– Будь чуть веселее, Лис, ну! – Маг сжал мое запястье так, что стало больно. – Я почти уверен, что смогу уговорить Атоса отречься от его прекрасной девы. Войя, я уверен на все сто! Ты не знаешь и половины моих трюков.

И он расхохотался так, что рекруты вокруг начали на нас оглядываться.

– Прекрати, – шикнула я на него. – О чем ты? Сначала Мастос спятил, а теперь и ты?

Слэйто вновь улыбнулся одной из своих самых отрешенных улыбок и взглянул на меня. На одно мгновение мне показалось, что во взгляде его читалась чистая, безудержная ненависть. Если бы Слэйрус ее когда-либо дистиллировал, она выглядела б именно так: пламя, вскидывающееся над угольями, которые, казалось, было совсем остыли. Пламя и дым, которые душат тебя, иссушают, а то, что остается, подхватывает ветер – вот что такое была эта ненависть. На тот миг мне почудилось, что я ненавижу себя не меньше, чем он, что горю заживо и считаю это вполне заслуженным.

Но как всегда, секунда – и снова передо мной сонный Слэйто с прикрытыми глазами и блаженной улыбкой.

– Не могу же я оставить тебя одну, Лис. Я обязан о тебе позаботиться.

– Позаботься о том, чтобы в следующий раз получше отмерить дозу, – буркнула я, все еще напуганная тем, что прочла во взгляде своего спутника.

– Где ты учился драться, солдат? В любом кабаке дерутся отчаянней! Боги, спасите, да любая кухарка лучше оттаскает за волосы поваренка!

Голос раздавался со стороны площадки. Я узнала бы его из тысячи. Не изменившийся, не треснувший – все такой же зычный, громкий голос командира. Друга. Брата.

– Атос жив, – прошептала я. В эту секунду я могла не думать о последствиях, а просто позволить себе насладиться счастьем осознания. – Он жив.

* * *

Я никогда и никому бы в этом не призналась, но после магического взрыва нередко представляла, что Атос чудесным образом спасся, и вот мы встречаемся. В этих мечтаниях я, конечно же, сразу прощала его глупую веру в Алайлу и щенячью преданность ей. Мы смеялись, обнимались и уезжали на поиски приключений далеко-далеко. В этих мечтах не было Атоса, лишь выдуманный его образ: мой смелый защитник, мой учитель, мой брат… Мой, мой, мой. Не настоящий Атос, обуреваемый своими страстями, а некое приложение ко мне, тот, кому по долгу службы вменялось делать меня счастливой.

Это и было самым сладким: воображать себе идеальный мир и идеальную дружбу. И как только противный голос разума тихонько шептал: «Погоди, не все так просто…» – я попросту обрывала грезы. Мечты должны приносить радость, верно? Никому не нужна правда жизни.

Но он и вправду был жив, стоял в паре десятков метров, дышал тем же воздухом, что и я, и от души ругался, как в былые времена. И то, что мы встретились, вдруг стало самым худшим моим ночным кошмаром.

Взявшись за край, я натянула фаранк на лицо так, что один из его слоев скрыл меня от глаз до самой шеи. Теперь я была готова встретиться со своим двухлетним страхом.

Я смотрела на Атоса, может быть, с минуту, пока не поняла, что пытаюсь отыскать в нем чужака. Мне хотелось, чтобы он выглядел или вел себя иначе. Чтобы я с легким сердцем могла сказать: «Да, он ошибся и избрал зло. Что ж, можно убить его со спокойной совестью». Но, к своему нарастающему стыду, я видела лишь крайнийского мальчишку, который на людях всегда вел себя слегка вызывающе. Разве что чуть возмужавшего, отрастившего волосы, завязанные теперь в небрежный хвостик, и одетого в форму бело-зеленых оттенков, приличествующую генералу. На спине в ножнах, как всегда, висел огромный двуручный меч, вот только это был другой клинок – это я поняла издалека. Атос нетерпеливо постукивал костяшками пальцев по ограде импровизированной арены, как делал тысячи раз в беседе со мной. Начал колотить – дурной знак, нервничает или даже злится.

Он на миг прекратил отчитывать рекрута и взглянул куда-то за мою спину, затем равнодушным взглядом скользнул по мне и вновь отвернулся.

– Ты надеялась, что он узнает тебя, верно? – тихо и немного печально сказал Слэйто. – Что ваша встреча сложится как-то иначе, а не посреди толпы безусых юнцов?

– Немного приватности мне бы и вправду не помешало, – с горечью ответила я.

– Это можно устроить.

Я ничего не успела возразить, как вдруг Слэйто резко повел правой рукой, обводя весь двор невидимой окружностью. И люди начали валиться с ног, словно подкошенные незримой косой: рекруты, легионеры, служанки – все, кто входил в магический круг Слэйто, без чувств оседали на землю. К горлу подкатила тошнота. Я слишком хорошо помнила, как беззвучно падали маленькие птички в вербовой рощице, пока я бежала, пытаясь спастись от разрушающей волны. Зрелище людей, падающих в полнейшем молчании, слишком напоминало день, когда я простилась с Атосом.

На своих ногах во дворе остались лишь трое. И теперь, развернувшись, Атос вовсе не выглядел безучастным. Он смотрел на нас оценивающе, особенно на Слэйто, который не потрудился опустить руку после заклинания, – так и стоял, словно деревенский указатель.

Атос вынул меч из ножен и указал на Слэйто.

– Если они мертвы, сейчас ты к ним присоединишься.

Он сказал это спокойно, но я заметила нечто поразительное. С каждым словом над Атосом взвивались язычки темного пламени.

Не дьявольской энергии проклятого ключа, нет! Я была уверена, что это было облучение вроде моего. Он был зол, но не проклят.

– Они спят. Кто я, по-твоему, – убийца? – с легкой усмешкой спросил маг.

– А почему нет? Что я должен подумать? Ты не представился, а твоя ока молчит. Люди вокруг меня лежат без сознания – это очень плохое начало любой истории. – С этими словами Атос направился к нам, меряя землю широкими шагами. На полпути он сбросил плащ. Ну разумеется, в битве он только стеснял бы движения.

Я попыталась остановить его, но от волнения мой голос сорвался на хрип, и вместо фразы вышло нечленораздельное карканье. Этого, однако, хватило, чтобы крайниец замер, так и не приблизившись. Слэйто взглянул на меня и, сообразив, что толку от меня никакого, снова обратился к Атосу.

– Нам нужна Алайла. Против тебя я ничего не имею, более того – у меня даже есть на тебя планы, генерал. Но оставим их на будущее. Сейчас мы хотели бы повидать Алайлу.

Эти слова словно ввели Атоса в транс.

Он выглядел так, будто ему меч в грудь воткнули, даже пошатнулся. Лицо побледнело, а разгоревшиеся вокруг языки темной магии с едва слышным шипением стали растворяться в воздухе. На меня генерал не смотрел, его взгляд был прикован к магу. Наконец крайниец ответил:

– Алайлы вам не видеть. Дело в том, что она мертва.

Слэйто нахмурился. Он пытался разглядеть в лице Атоса признаки лжи, но видел только то же, что и я: обескураженность, растерянность, удивление.

– Ты ведь не хочешь сказать, – проговорил маг, наконец опустив руку, – что Секира – это не Алайла?

– Секира определенно не Алайла, – ответил Атос с такой интонацией, будто перед ним идиот. – С чего ты вообще это взял?

– Гори оно все адским пламенем! – заорала я. Голос вернулся, а цепи страха, сковавшие меня, рассыпались. Как я могла забыть, что Слэйто настойчиво велел мне делать то, что я хочу, позабыв о том, что должно? И почему сейчас я должна была строить из себя глыбу льда, молчать или сражаться с Атосом? Почему? Ведь единственным моим желанием было обнять этого идиота!

Я метнулась к нему. Атос ошибочно решил, что сумасшедшая ока пытается на него напасть, и поднял меч.

– Тебе всегда не хватало реакции, засранец! – прокричала я, проскочив под мечом и тыльной стороной кожаной перчатки отбросив от себя его широкое лезвие. – И мозгов не хватало! И, мои боги… – я расхохоталась.

Я стояла перед ним и уже не чувствовала себя ни маленькой, ни малозначимой. Все два года, что разделяли нас, исчезли, сделались не важны. Мы всегда были волком и лисенком, вот и все. Атос смотрел на меня ошарашенно, он начинал что-то понимать. Но еще до того, как он окончательно пришел в чувство, я порывисто его обняла.

– Я скучала, – прошептала я, уткнувшись в его рубашку, пропитанную знакомым запахом выделанной кожи и дыма.

Целую вечность ничего не происходило.

Где-то в мире начинались войны, где-то рождались герои, а я стояла и ждала. Наконец грубая шершавая ладонь легла мне на макушку и легонько потрепала волосы.

– А я-то как скучал, Лис. Ты даже не представляешь.

* * *

Тысячи вопросов теснились в моей голове. Но когда я, приложив всю силу воли, смогла разорвать объятия и на шаг отступить от Атоса, то невольно залюбовалась им. Он смотрел на меня с дружеской улыбкой, такой знакомый и родной, но кое-что в его лице меня настораживало. Он не был удивлен. Рад, спокоен, но как будто ожидал меня.

– Где же «Эгей, Лис, ну и где ты пропадала?» – я шутливо толкнула его локтем, а затем добавила глухим голосом: – Я-то ведь тебя похоронила, поэтому несколько иначе смотрю на эту встречу. Мы с тобой как два мертвеца, что встретились на просторах загробных лугов.

– Недавно я узнал, что ты жива, и уже успел это отметить. – Атос вдруг схватился за голову. – Мне столько надо тебе рассказать! О том, как выжил в Сиазовой лощине, о встрече с Секирой, о том, как я оказался генералом Крианны. Но… – Он осекся и весьма недобро посмотрел на Слэйто. – Сначала скажи мне, кто это и могу ли я ему доверять?

Я обернулась к магу. Он снова сдулся, как сложенные кузнечные мехи. Весь задор, что подарили ему элеевы слезы, выветрился. Слэйто стал будто прозрачным, а на лице блуждала одна из его загадочных улыбок. Магу не повезло – он был одним из немногих людей, которые вызывали у порывистых и страстных натур жуткую антипатию. Подобные чувства испытывал к нему Гардио: он смотрел на Слэйто так, словно тот был заразой или нечистотами. А теперь, судя по всему, и Атос проникся к магу отвращением. А ведь если крайниец заражен тем же пламенем, что и я…

Словно отвечая на мой незаданный вопрос, Атос сказал раздраженно:

– Да, я вижу, что этот твой приятель полыхает, как костер в ночь всех богов! И я догадался, что он маг.

– Я Слэйто. – Маг протянул узкую ладонь Атосу. Ох, как удивится крайниец ледяному холоду этих пальцев! Но Атос руки не подал. Он всмотрелся в лицо Слэйто, а затем вытянул указательный палец и нацелил его на мага.

– Ты мне не нравишься, – сквозь зубы процедил генерал. – И я хочу, чтобы ты уяснил это здесь и сейчас. Тебя привела Лис, но я буду следить за тобой каждую проклятую секунду.

Они стояли друг напротив друга: один массивный, будто гора, другой худой, как щепка. Впрочем, маг был не намного ниже Атоса, а его полыхающая аура словно добавляла ему веса. Воздух вокруг заискрился, но не подобием снежинок, как в тот раз, когда мы пересекали Русалочью падь. Теперь это были частицы огня Кисуне, который полыхал в душе мага. Слэйто уже не выглядел потерянным. Та обжигающая ненависть, с какой он совсем недавно смотрел на меня, сейчас будто выплеснулась из его глаз. Это был не тот Слэйто, которого я знала. Может быть, охотник Слэйрус или то, что сделало его богом.

– Я мог бы убить тебя на месте, мальчишка, – прошептал маг. – Стоит проявить немного уважения.

Атос не был трусом, но тот жар, что исходил сейчас от Слэйто, заставил его отшатнуться. А я, как обычно, кинулась спасать ситуацию.

– Довольно, петухи несносные! – Я встала между мужчинами и с силой оттолкнула их друг от друга. Слэйто отлетел на пару шагов, а Атос лишь слегка покачнулся. Левую ладонь будто ошпарило исходящим от мага жаром, и я сжала ее в кулак. – Не можете вежливо познакомиться, так просто молчите.

– Что, во имя всех богов, тут происходит?!

Резкий, сухой, но невероятно властный голос заставил нас всех взглянуть вверх. От одной из башен замка во двор вела широкая каменная лестница, на которой застыла маленькая фигурка. Она приблизилась, и я с удивлением обнаружила, что обладателем столь командирского тона оказалась сухонькая старушка, одетая в бежевый чепец, из-под которого выбивались прядки седых волос, и простое домашнее платье. Самым примечательным было то, что она курила трубку, которую перекидывала из одного угла рта в другой с ловкостью заправского матроса.

– Когда я говорила, что дневной отдых необходим, то имела в виду себя – пожилую достойную леди. Так какого Войи, Атос, у меня спит весь двор?! – прогрохотала старушка, а затем указала на меня и Слэйто. – И, будь все проклято, почему к нам пришла еще одна ока? Сколько ока должно быть в моем замке, чтобы ты был счастлив, генерал? Может, просто пригласим сюда целый токан?

Атос неуклюже поклонился и попытался поправить плащ, который незадолго до этого сбросил с плеч. Рука несколько раз ощупала воздух, и это не осталось незамеченным.

– Бросил! В грязь! – взвилась женщина. – Да знаешь ли ты, какой адский труд для прачек – каждый раз отстирывать ваши белые плащи и исподнее, генерал?! Как сорванец, швырнул на землю и забыл!

Лицо Атоса приобрело совсем уж страдальческое выражение. Он обернулся к нам и, пригибаясь под градом угроз всех кар небесных, негромко сказал:

– Позвольте представить вам монарха и вседержательницу трона Королевства – ее величество Крианну. – А затем обернулся к королеве и, стараясь перекричать ее, произнес: – Это Лис, ваше величество! Она наконец-то до нас добралась!

Старушка резко замолчала, вновь проделала трюк с перекатыванием трубки, выпустила кольцо дыма и изрекла:

– Долго же ты добиралась, девочка. Почти все в сборе. Но ради всех пропойц и праведников, зачем было выряжаться ока?

Я не сразу поняла, что это вопрос, требующий ответа. Но старушка – или королева, как теперь следовало ее называть, – вопросительно приподняла брови.

– Эм-м, – промямлила я. – Мне так удобнее, ваше величество. Да и к тому же красиво. Ярко. М-м-м…

– Извель с ума от счастья сойдет, – бросила королева, развернувшись и начиная подниматься по лестнице. – Вы завтракали? Любите сосиски с хреном? Не беда, если нет, ведь я все равно не предложу вам ничего другого.

– Извель? – переспросила я Атоса. – Мне не послышалось?

– Она здесь, Лис, – улыбнулся крайниец. – Мы все собрались. Ждали только тебя и еще кое-кого.

Я посмотрела вслед королеве. Та шла тяжело, было заметно, что, несмотря на громогласный голос и пристрастие к курению трубки, Крианна совсем не молода. Одну ногу она подволакивала, как человек, страдающий подагрой.

Все мои представления о том, с чем я столкнусь в Ярвелле, рушились, словно огромный дом из игральных карт. Секира не была Алайлой, Атос не был мне врагом, Крианна больше напоминала трактирщицу, нежели королеву. Еще и Извель находилась тут же, уму непостижимо. И меня ждали! Я знала, что с помощью ключа Алайла никогда не стала бы Поглощающей. Ведь рядом со мной ходил живой пример того, что магические силы в Королевстве приобретаются совсем иным путем. Но я была готова к схватке с ней, обезумевшей и потерявшей человеческий облик, а теперь… Алайла мертва?

Из размышлений меня вывело деликатное постукивание по плечу.

– Может, все-таки пойдем и полакомимся сосисками? – осведомился Слэйто. – Твой великолепный Атос меня жутко разозлил, а когда я злюсь – мне хочется есть.

– Просто взять и уйти? А они пусть валяются себе дальше? – возмутился генерал. Рекруты, легионеры и служанки вокруг нас все еще оставались без сознания.

– Они придут в себя минут через двадцать, – нетерпеливо ответил маг. – Мы можем подождать здесь, а можем пойти и поесть сосисок. Меня, знаешь ли, не каждый день приглашает на завтрак королева.

И он устремился вдогонку монаршей особе.

– Идиот, – сквозь зубы кинул ему вслед Атос, а потом посмотрел на меня и добавил уже чуть мягче: – Твой друг – идиот.

– Все мои друзья – идиоты, – парировала я. – Иначе бы они со мной и не дружили.

Носа коснулся тонкий аромат жареных свинины и яиц, который явно доносился из окон той башни, в которой скрылись королева и маг. В животе глухо заурчало.

– Да понял я, понял! – буркнул Атос. – Пошли завтракать.

Но прежде чем покинуть двор, он подбежал к белоснежному плащу и, старательно отряхнув, аккуратно свернул ткань под мой непрекращающийся смех.

* * *

Я вошла в замок и удивленно заозиралась. Где же оно, то былое великолепие, про которое в детстве рассказывал мой Принц? Юный лорд замка пару раз ездил в столицу на детские балы. Пока отец усиленно подыскивал ему подходящую партию среди скучающих аристократок кровей разной степени благородности, мой друг осматривал замок Ярвелла. Этот мальчик мог быть жестоким, грубым и своенравным, но Принцу сложно было отказать во врожденном любопытстве. Возвращаясь из поездок, он первым делом бежал ко мне в библиотеку или в комнаты оружейника, где я коротала дни со своим отцом. Глаза его лихорадочно блестели, а слова вылетали изо рта быстрее, чем мысль успевала родиться в среброволосой голове.

Юный лорд рассказывал о великолепных залах, в которых на паркете из черного дуба танцевал весь высший свет Королевства. О сияющих платьях дворянок, о галантности кавалеров, о том, как степенно и мудро выглядел наш король. Мне уже тогда казалось, что он привирает, слишком уж красочными были его описания. Порой он начинал нести такую чушь, что я ловила его на вранье, совсем как в тот раз, когда он сказал, что придворный фокусник выпустил прямо в бальном зале настоящего феникса. Но даже будучи уличенным во лжи, Принц не переставал рассказывать мне о прелестях придворной жизни. Правда, все его истории заканчивались одинаково: красота дворца Ярвелла – ничто по сравнению с нашим замком, поэтому какие бы чудеса ни творились в столице, он всегда рад возвращению домой, ко мне. Мое крохотное сердечко трепетало, а Принц еще пару дней с помощью служанок и дворовых людей разыгрывал приемы и балы. Сам он притворялся королем, я играла королеву – и это прощалось мне хотя бы потому, что все знали, что ее величество давно покинула столицу. Наши друзья – подмастерья и конюшие – изображали придворную аристократию. «Как ваши дела, милорд Конский навоз?» – «Превосходно, я только что купил десять кораблей симмского шелка, кардинал Протопи-камин!» Сейчас, гуляя коридорами настоящего столичного замка, я будто снова слышала голоса друзей моего детства. Принцу хватало пары таких «балов», и спустя некоторое время его интерес к столице угасал. Он снова с головой уходил в обычные наши забавы.

На юношеские балы мой Принц уже не попал. Старик-король слег и умер. Война вспыхнула подобно ужасающему костру, в одночасье поглотив все на своем пути: родственные связи, обязательства, клятвы верности многочисленных родственников монарха. Пламя раздора пылало не один год и не одно десятилетие, и теперь на его пепелище осталась лишь острая на язык старушка с трубкой, которая семенила передо мной, то и дело припадая на одну ногу.

И больше ничего. Где прежнее великолепие, где гобелены, повествующие об истории нашего Королевства, где королевские гвардейцы в багряных мундирах и с напомаженными усами? Вокруг царило то же запустение, что и в Белой башне Лисьего чертога. Пыль клубами вилась в солнечном свете, который просачивался сквозь разбитые витражные окна. Наверное, когда-то давно рисунок на них изображал райские цветы или неведомые страны. Выбитые стекла лежали тут же, под ногами, и звонко хрустели под подошвами моих сапог. Красные, синие, фиолетовые и ярко-оранжевые осколки усеивали коридор, словно диковинные опавшие листья. В углах, куда не проникал свет, таились, как в солдаты в засаде, груды мусора – то ли убранные туда кем-то не слишком опрятным, то ли образовавшимися сами собой, из ничего.

Но даже этот грязный и неухоженный замок будил и выталкивал на поверхность сознания все мои сокровенные воспоминания. Я словно видела их: мальчика и девочку, что бегут к огромной ясеневой двери по грубым камням. Дети смеялись. Я скривилась.

– Тут сейчас немного грязно, – извиняющимся тоном произнес Атос, который шел немного позади. – Но вот увидишь, мы приведем это место в порядок – и замок вновь засияет во всем своем величии. Он будет дарить людям ту же веру в светлое будущее, что и прежде.

– В замках не живет вера. Тут обитают лишь интриги и предательства. Вера – сущность свободолюбивая, она может жить только под открытым небом, тебе ли не знать, – сказала я так тихо, что крайниец почти наверняка не услышал.

Неужели всюду, куда бы я ни пришла, меня ждали одни обломки? Заброшенная Белая башня, руины святилища в Волчьем саду, теперь вот замок Ярвелла. На душе стало тревожно, ведь Мама-Ока предсказала в моем будущем массу пугающих вещей. Что, если тьма, которая ожидала меня впереди, не исчерпала себя в Сиазовой лощине? И все эти развалины – предзнаменование грядущего? Бр-р, кажется, я становилась не просто старой занудой, а суеверной и мнительной бабкой. Не успела порадоваться встрече с давно потерянным другом, а уже выискиваю новые дурные предзнаменования.

Меж тем мы дошли до кухни. Королева не повела нас в столовый зал, а пригласила в не очень чистую, наполненную дымом и чадом поварскую. Здесь заправляла высокая и сухопарая женщина лет сорока. Ее мышиного цвета волосы были забраны в высокий пучок – настолько тугой, что, казалось, он натягивал кожу на лбу. Сощуренные и недоверчивые, или же просто подслеповатые глаза соседствовали на лице с тонкими, но удивительно вытянутыми вперед губами, словно повариха силилась поцеловать кого-то невидимого. Королева представила нам хозяйку кухни:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7