Ли Бардуго.

Продажное королевство



скачать книгу бесплатно

Уайлен плохо знал Шпекта. Он был бывшим моряком и членом «Отбросов» и управлял их шхуной, на которой они плыли в Ледовый Двор. Откровенно говоря, по мнению Уайлена, Шпект выглядел устрашающе – с этой седой бородой и татуировками, покрывавшими большую часть его шеи. Но даже в голосе Шпекта звучала обеспокоенность, когда он произнес:

– Я могу раздавать карты, Каз, но не умею контролировать колоду.

– Тебе и не надо. С того момента, как ты сядешь за стол, начнется честная игра. Главное – задержать Смита до полуночи. Когда заступит новая смена, мы можем потерять его. Как только я встану, он начнет думать о том, не пересесть ли ему за другой стол или завершить вечер, так что сделайте все, что в ваших силах, чтобы его задница была крепко приклеена к стулу.

– Я справлюсь, – отозвался Джеспер.

Нина нахмурилась.

– Ну да, конечно, а еще я могу для второй части плана замаскироваться под торговца юрдой-паремом. И что может пойти не так?

Уайлен выразился бы немного иначе, но он был совершенно с ней согласен. Им следовало бы держать Джеспера подальше от игорных домов, а не поощрять его пристрастие к риску. Но Каз стоял на своем.

– Просто делай свою работу и проследи, чтобы Смит был полностью увлечен тобой до полуночи. Ты знаешь, что на кону.

Все знали. Жизнь Инеж. И как Уайлен мог с этим поспорить? Он чувствовал вину всякий раз, когда думал об этом. Ван Эк сказал, что будет ждать выдачи Кювея Юл-Бо в течение семи дней, а затем начнет пытать Инеж. Их время подходило к концу. Уайлен знал, что никак не мог помешать отцу подставить их команду и похитить девушку. Знал, но все равно чувствовал себя виноватым.

– И что я должна делать с ним после полуночи? – спросила Нина.

– Попытайся уговорить его провести с тобой ночь.

– Что?! – прошипел Матиас, краснея до кончиков ушей.

– Он откажется.

Нина хмыкнула.

– Черта с два.

– Нина… – прорычал Матиас.

– Смит никогда не жульничает в игре и не обманывает свою жену, – сказал Каз. – Он такой же, как и половина любителей, расхаживающих по Бочке. Большую часть времени он почтенный и порядочный человек – строгая экономия и полбокала вина за ужином. Но раз в неделю ему нравится чувствовать себя этаким отщепенцем, соревнующимся в острословии с крупными шишками Восточного Обруча. И он любит, когда в такие вечера рядом сидит красивая блондинка.

Нина надулась.

– Если он такой правильный, почему ты хочешь, чтобы я попыталась…

– Потому что Смит купается в золоте, и любая уважающая себя девушка с Западного Обруча непременно попыталась бы.

– Мне это не нравится, – нахмурился Матиас.

Губы Джеспера расплылись в безрассудной, фирменной улыбке стрелка.

– Давай будем откровенными, Матиас, тебе вообще мало что нравится.

– Задержите Смита в «Кучевых облаках» с восьми до полуночи, – распорядился Каз. – Это четыре часа игры, так что не теряйте бдительность.

Нина определенно справлялась с этой задачей, и Уайлен не знал, восхищаться ему или волноваться.

Девушка была одета в прозрачное лавандовое платье, оснащенное каким-то подобием корсета, который поднимал ее грудь до тревожных высот, и, хотя она сильно похудела после своей борьбы с паремом, Смиту все равно было за что ухватиться. Она уверенно устроилась у него на колене, обхватив мужчину за плечи, и что-то ласково мурлыкала ему на ухо, поглаживая его грудь и время от времени просовывая руку под рубашку, напоминая гончую, выискивающую лакомство. Останавливалась она исключительно для того, чтобы заказать устриц или еще одну бутылку шампанского. Уайлен знал, что Нина в состоянии справиться с любым мужчиной и в любой ситуации, но ему не нравилось, что ей приходится сидеть полуголой на коленях какого-то плотоядно ухмыляющегося адвоката в продуваемой сквозняками комнате игорного дома. Как минимум она может простудиться.

Джеспер в очередной раз бросил карты и раздраженно выдохнул. Последние два часа он медленно проигрывал. Парень осторожно делал ставки, но, похоже, ни удача, ни Каз не были сегодня на его стороне. И как им удержать Смита за столом, если у Джеспера закончатся деньги? Хватит ли других игроков с высокими ставками для приманки? В комнате их было несколько – они маячили у стен, наблюдали за игрой, и каждый надеялся занять местечко, если кто-то проиграет всю наличность. Никто из них понятия не имел, какую на самом деле игру затеял Каз.

Когда Уайлен наклонился, чтобы наполнить бокал Нины, то услышал бормотание Смита:

– Карточная игра как дуэль. Маленькие порезы и выпады, которые готовят сцену к финальному смертельному удару, – он глянул на Джеспера. – Этот паренек залил весь стол своей кровью.

– Не представляю, как тебе удается держать все правила в голове, – хихикнула Нина.

Смит довольно улыбнулся.

– Это все мелочи по сравнению с ведением бизнеса.

– Для меня это тоже потемки.

– Я и сам порой удивляюсь, как мне это удается, – вздохнул Смит. – Неделя выдалась тяжелой. Один из моих клерков так и не вернулся из отпуска, а это значит, что у меня не хватает рабочих рук.

Уайлен чуть не выронил бутылку, и шампанское плеснуло на пол.

– Я плачу, чтобы пить, а не купаться в нем, парень! – рявкнул Смит. Затем промокнул штаны и пробурчал: – Вот что бывает, когда нанимаешь иностранцев.

«Он говорит обо мне», – догадался Уайлен и поспешил отойти. Он никак не мог привыкнуть к своим новым шуханским чертам. Он даже не говорил на шуханском – факт, который не беспокоил его до того момента, пока два туриста с картой не остановили его в Восточном Обруче. Уайлен запаниковал, суетливо пожал плечами и кинулся к служебному входу в клуб.

– Бедный мальчик, – сказала Нина Смиту, провела пальцами по его редеющим волосам и поправила один из цветков, прикрепленных к ее шелковистым светлым накладным локонам. Уайлен не знал, говорила ли она Смиту, что работает в «Синем ирисе», но он наверняка и сам так предположил.

Джеспер откинулся на спинку кресла и забарабанил пальцами по рукояткам револьверов. Это движение привлекло внимание адвоката.

– Какие красивые пушки. Настоящий перламутр, если я не ошибаюсь? – сказал Смит тоном человека, который редко ошибается. – У меня у самого неплохая коллекция огнестрельного оружия, но ни одно из них и в подметки не годится земенским магазинным револьверам.

– О, я бы с радостью посмотрела на твою пушку, – проворковала Нина, и Уайлен закатил глаза, уставившись в потолок. – Мы что, всю ночь будем тут сидеть?

Парень попытался скрыть изумление. Разве суть их плана не состояла в том, чтобы заставить его остаться? Но, судя по всему, Нине было виднее, потому что на лице адвоката появилась упрямая гримаса.

– Тихо ты! Если выигрыш будет крупным, может быть, я куплю тебе что-нибудь красивое.

– Я закажу еще одну порцию устриц.

– Но ты и эту не доела.

Уайлен заметил, как задрожали ноздри Нины, словно она делала глубокий вдох. С тех пор как она оправилась после болезни, вызванной паремом, девушка потеряла аппетит, и он даже не представлял, как ей удалось проглотить почти дюжину устриц.

Теперь он наблюдал, как она доела оставшиеся и передернулась.

– Вкуснотища, – выдавила Нина, покосившись на Уайлена. – Давай попросим еще.

Это был сигнал. Уайлен подскочил и забрал большой поднос со льдом и пустыми раковинами.

– Ненасытная дамочка, – улыбнулся Смит.

– Устриц, сударыня? – спросил Уайлен чересчур высоким голосом. – Креветок в масле? – теперь голос чересчур низкий.

– Давайте все, – потворствовал девушке Смит. – И еще шампанского.

– Чудесно, – сказала Нина, и ее лицо слегка позеленело.

Уайлен бросился через распашные двери в служебную кладовую. Она была забита тарелками, столовыми приборами, салфетками и оловянными ванночками со льдом. Большую часть дальней стены занимал кухонный лифт, а рядом с ним находилась переговорная трубка, позволяющая передавать заказы на кухню. Уайлен поставил поднос со льдом и раковинами на стол, а затем связался с поваром, чтобы заказать еще устриц и креветок в масле.

– О, и еще одну бутылку шампанского.

– Какого урожая?

– Э-э… того же? – он слышал, как друзья его отца обсуждали, в какие вина стоит вкладывать деньги, но не доверял себе до такой степени, чтобы выбрать год.

К тому времени как он вернулся в зал с заказом, Каз уже поднимался из-за стола. Он сделал вид, что стряхивает пыль с рук – знак того, что крупье закончил смену. Шпект занял его место. На шее моряка был повязан синий шелковый платок, чтобы скрыть татуировки. Он поправил манжеты и попросил игроков повысить ставки или обналичить фишки.

Каз встретился взглядом с Уайленом и исчез в кладовой.

Вот и настал момент истины. Как объясняли Каз и Джеспер, игрок часто верит, что его удача напрямую связана с крупье, и прекращает игру, когда заступает новая смена.

Уайлен с тревогой наблюдал, как Смит потянулся и шлепнул Нину по мягкому месту.

– Хорошая игра, – сказал он, глядя на Джеспера, который уныло смотрел на свою скудную стопку оставшихся фишек. – Давай поищем ставки покрупнее в другом месте.

– Но мне только что принесли заказ! – надула губки Нина.

Уайлен шагнул вперед, не зная, что сказать, но зная то, что они обязаны задержать Смита.

– Вам все понравилось, сэр? Могу ли я предложить вам и даме что-нибудь еще?

Смит не ответил ему, но продолжал поглаживать Нину ниже спины.

– В Крышке полно мест, где деликатесы и обслуживание на уровень выше, чем здесь, дорогая.

Крупный мужчина в полосатом костюме подошел к Смиту с явным намерением занять его место.

– Обналичиваете?

Смит по-дружески кивнул Джесперу.

– Похоже, не я один, да? В следующий раз больше повезет.

Тот не улыбнулся.

– Я еще не закончил.

Адвокат указал на унылую стопку фишек Джеспера.

– А похоже, что закончили.

Джеспер встал и потянулся к револьверам. Уайлен сжал в руках бутылку шампанского, а другие игроки отпрянули от стола, готовясь вытащить свое оружие или спрятаться в укрытии. Но Джеспер просто снял ремень. Затем аккуратно положил револьверы на стол, ласково проведя пальцами по их перламутровой кромке.

– Сколько вы готовы за них отдать?

Уайлен попытался поймать взгляд друга. Было ли это частью плана? А если и так, о чем Джеспер думал? Он любил эти револьверы. С тем же успехом он мог отрезать себе руку и кинуть ее в кипящий котел.

Шпект прочистил горло.

– Наш клуб – не ломбард. Мы принимаем только наличные или заем из Геменсбанка.

– Я поддержу ставку, – сказал Смит с напускным равнодушием, – если это поможет продолжить игру. Тысяча крюге за пушки?

– Они стоят в десять раз больше.

– Пять тысяч.

– Семь.

– Шесть, и то потому, что я сегодня щедрый.

– Нет! – выпалил Уайлен, и в зале воцарилась тишина.

– Не помню, чтобы я просил твоего совета, – процедил Джеспер ледяным тоном.

– Какая наглость! – возмутился Смит. – С каких пор официанты имеют право вмешиваться в игру?

Нина сердито посмотрела на Уайлена, а в голосе Шпекта звучала ярость, когда он сказал:

– Господа, так мы продолжим игру? Повышаем ставки!

Джеспер пододвинул револьверы Смиту, а тот протянул ему высокую стопку фишек.

– Хорошо, – сказал Джеспер, и его серые глаза потускнели. – Раздавай.

Уайлен отошел от стола и быстро скрылся в кладовой. Поднос со льдом и раковинами исчез, и Каз уже ждал его. Бреккер накинул длинный оранжевый плащ поверх голубого жакета. На руках снова были перчатки.

– Каз, – с отчаянием начал Уайлен. – Джеспер только что поставил свои револьверы!

– Сколько он за них получит?

– Какая разница? Он…

– Пять тысяч крюге?

– Шесть.

– Хорошо. Даже Джеспер не сможет проиграть их меньше чем за два часа, – он бросил Уайлену плащ и маску – костюм Серого Бесенка, одного из персонажей «Зверской Комедии». – Пойдем.

– Я?

– Нет, тот идиот позади тебя, – Каз поднял переговорную трубку и сказал: – Пришлите нового официанта. Этот умудрился облить шампанским туфли важного гостя.

Кто-то с кухни рассмеялся и ответил:

– Сейчас пришлем.

Через минуту они спустились по лестнице и вышли через служебный вход. Их костюмы позволяли оставаться неузнанными в толпе Восточного Обруча.

– Ты знал, что Джеспер проиграет. Лично позаботился об этом, – произнес Уайлен обвинительным тоном. Каз редко брал с собой трость, когда они бродили по тем районам города, где его хорошо знали. Но, несмотря на хромоту Бреккера, Уайлену было нелегко за ним поспеть.

– Естественно. Я контролирую игру, Уайлен, или не играю вообще. Я мог бы сделать так, чтобы Джеспер выигрывал каждую раздачу.

– Тогда почему…

– Мы пришли не для того, чтобы обыграть кого-то в карты. Мы хотели, чтобы Смит оставался за столом. Он пялился на револьверы так же похотливо, как разглядывал декольте Нины. Теперь он верит, что ему предстоит хорошая ночка – если он проиграет, все равно продолжит игру. Кто знает? Возможно, Джесперу даже удастся вернуть свои пистолеты.

– Очень на это надеюсь, – буркнул Уайлен, когда они сели в шлюпку, забитую туристами, и поплыли к югу Обруча.

– Надейся.

– Что это значит?

– Такие игроки, как Джеспер, выиграют пару раздач и начинают думать, что у них наступила полоса удачи. В конце концов они проиграют, но это только еще пробуждает в них азарт. На это все и рассчитано.

«Тогда зачем было отправлять его в игорный дом?» – подумал Уайлен, но промолчал. И зачем заставлять Джеспера расставаться с единственной вещью, которая так много для него значит? Должны же были найтись и другие способы, чтобы задержать Смита за столом. Но все эти вопросы были второстепенными. Главный вопрос заключался в том, почему Джеспер вообще согласился пойти на такое. Может, он все еще жаждал одобрения Каза, надеясь занять свое место под солнцем после промаха, который привел к засаде на доках, едва не стоившей Инеж жизни? Или же он хотел от Каза чего-то большего, чем прощения?

«Что я здесь делаю?» – снова удивлялся Уайлен. Он обнаружил, что машинально грызет большой палец, и заставил себя остановиться. Он здесь ради Инеж. Она много раз спасала их жизни, и он об этом не забудет. Он здесь еще и потому, что отчаянно нуждается в деньгах. А если есть и другая причина, высокая, долговязая причина, пристрастившаяся к азартным играм, он не собирается сейчас о ней думать.

Добравшись до окраины Бочки, Уайлен и Каз сняли плащи и голубые жакеты и зашагали в сторону района Зельвер.

Матиас ждал их под темным переходом у Хандельканала.

– Все чисто? – спросил Каз.

– Чисто, – ответил громадный фьерданец. – Свет на верхнем этаже дома Смита погас час назад, но я не знаю, спит ли прислуга.

– У него только приходящие горничная и повар, – хмыкнул Каз. – Он слишком жадный, чтобы держать домашних слуг.

– Как…

– Нина в порядке. Джеспер тоже. Все в порядке, кроме меня, потому что я связался с бандой нервных нянек. Стой на стреме.

Уайлен пожал плечами, выражая сочувствие Матиасу, который выглядел так, словно подумывал размозжить голову Каза об стену, и поспешил за Бреккером. Дом Смита, где находилась и его контора, располагался на темной безлюдной улице. Вдоль канала светили фонари, в некоторых окнах горели свечи, но после десяти большинство респектабельных жителей этого района отходили ко сну.

– Мы просто войдем через входную дверь?

– Вместо того чтобы болтать, смотри в оба, – огрызнулся Каз, и в его руках в перчатках блеснули отмычки.

«Я так и делаю», – подумал Уайлен. Но это было не совсем так. Он обратил внимание на пропорции дома, разглядел остроконечную крышу, розы, расцветающие на подоконниках. Но он не смотрел на дом как на головоломку. Теперь парень с раздражением признал, что ее было легко решить. Район Зельвер был зажиточным, но не по-настоящему богатым – здесь обитали успешные ремесленники, бухгалтеры и барристеры. Хотя дома были крепкими и опрятными, с видом на широкий канал, они теснились друг к другу и не могли похвастаться большими садами или частными причалами. Чтобы добраться до окон верхних этажей, им с Казом пришлось бы забраться в соседний дом, а значит, взломать два замка вместо одного. Проще рискнуть и пройти через входную дверь, и вести себя так, словно они имеют полное право тут находиться, – даже если Каз собирается отпереть дверь с помощью отмычек, а не ключей.

«Смотри в оба». Но Уайлен не видит мир таким, каким видит его Бреккер. И как только они получат свои деньги, ему и не придется этого делать.

Через мгновение Каз нажал на ручку, и дверь распахнулась. В ту же секунду Уайлен услышал топот лап, царапанье когтей по дереву, гортанные рыки, и в прихожую выбежала стая гончих Смита, скаля зубы. Прежде чем собаки сообразили, что пришел не хозяин, а посторонние, Каз зажал между губами свисток Смита и дунул в него. Нине удалось отделить его от цепочки, которую адвокат всегда носил на шее, и спрятать в пустую устричную раковину, которую Уайлен отнес на кухню.

Из свистка не донеслось ни звука… по крайней мере, Уайлен его не услышал. «Не сработало», – подумал он, представляя, как огромные челюсти собак кромсают его горло. Но псы резко остановились, недоуменно врезаясь друг в друга.

Каз снова дунул, поджав губы в такт новой команде. Гончие притихли и легли на пол с недовольным повизгиванием. Одна даже перекатилась на спину.

– И почему людей нельзя так легко натренировать? – пробурчал Каз, присаживаясь на корточки, чтобы почесать пузо послушной собачки; его руки в черных перчатках поглаживали короткую шерстку. – Закрой за собой дверь.

Уайлен сделал, как было велено, и прижался к двери, настороженно посматривая на свору собак, готовых служить. Весь дом пропах псинами – мокрой шерстью, сальными шкурами, горячим дыханием и смердящим сырым мясом.

– Не любишь животных? – полюбопытствовал Каз.

– Мне нравятся собаки. Но не те, что размером с медведей.

Уайлен знал, что настоящую проблему дома Смита было не так просто решить даже Бреккеру. Каз мог взломать любой замок и обхитрить любую охранную систему, но ему не удавалось придумать простой способ обойти кровожадных гончих Смита, чтобы они не мешали его замыслу. В дневное время гончих держали в псарне, но ночью им позволяли бродить по дому, пока семья Смита мирно посапывала в богато обставленных спальнях на третьем этаже. Лестница, ведущая на этот этаж, была ограждена железной решеткой. Смит лично выгуливал своих питомцев вдоль Хандельканала, плетясь за ними, как пузатый каюр[1]1
  Каю'р – погонщик собак или оленей, запряженных в нарты.


[Закрыть]
в дорогой шляпе.

Нина предложила подсыпать снотворное в собачью еду. Смит каждое утро ходил к мяснику, чтобы выбрать вырезку для своих псов, и подменить свертки не составило бы труда. Но Смит хотел, чтобы его псы оставались голодными ночью, поэтому кормил их только утром. Он бы заметил, если бы его драгоценные гончие ходили вялые весь день, и велика была вероятность, что мужчина останется дома, чтобы приглядывать за псами. Отбросам же было нужно, чтобы он провел вечер в Восточном Обруче, а затем, вернувшись домой, не обнаружил ничего подозрительного. От этого зависела жизнь Инеж.

Каз арендовал приватный кабинет в «Кучевых облаках», Нина умыкнула свисток из-под рубашки Смита, и, кусочек за кусочком, их пазл сложился. Уайлен даже думать не хотел о том, на что им пришлось пойти, чтобы узнать команды для собак. Парня передернуло, когда он вспомнил слова Смита: «Один из моих клерков так и не вернулся из отпуска». И никогда уже не вернется. Уайлен все еще не мог забыть, как кричал бедолага, когда Каз держал его за лодыжку, свесив с верхушки маяка Ханрад Пойнт. «Я хороший человек! – вопил он. – Я хороший человек!» Это были его последние слова. Болтай он меньше, может быть, и выжил бы.

Теперь Уайлен смотрел, как Каз чешет сонную собаку за ухом и встает.

– Пойдем. Смотри под ноги.

Они обошли груду собачьих тел в прихожей и тихо прокрались вверх по лестнице. Уайлену была известна планировка дома Смита. Большинство дельцов города руководствовались одной и той же схемой расположения: кухня и комнаты для встреч с клиентами на первом этаже, кабинеты и хранилище на втором, семейные спальни на третьем. В очень богатых домах имелся и четвертый этаж для прислуги. В детстве Уйален проводил там долгие часы, прячась в верхних комнатах от своего отца.

– Даже не заперто, – пробормотал Каз, когда они вошли в кабинет Смита. – Из-за собак он совсем забыл об осторожности.

Бреккер закрыл дверь и зажег лампу, подкрутив фитиль, чтобы уменьшить пламя.

В кабинете было три небольших стола, расставленных у окон так, чтобы на них падал естественный свет – один для Смита и два для его клерков. «Я хороший человек».

Уайлен отогнал это воспоминание и сосредоточил свое внимание на полках, тянущихся от пола до потолка. На них выстроились гроссбухи и коробки, набитые документами, к каждой из которых была аккуратно приклеена бумажка – наверняка с именами клиентов и названиями компаний, предположил Уайлен.

– Сколько простофиль, – присвистнул Каз, пробегая взглядом по коробкам. – Натен Борег, и тот жалкий маленький крысеныш Карл Драйден. Смит представляет интересы половины Торгового совета.

Включая отца Уайлена. Сколько парень себя помнил, Смит был адвокатом Яна Ван Эка и управлял его имуществом.

– С чего начнем? – прошептал он.

Каз достал толстый гроссбух с полки.

– Сначала убедимся, что твой отец не делал новых приобретений на свое имя. Затем поищем на твое имя и имя твоей мачехи.

– Не называй ее так! Элис едва ли старше меня. И отец не стал бы записывать имущество на мое имя.

– Ты даже не представляешь, на что готовы пойти люди, чтобы избежать уплаты налогов.

Почти весь следующий час они копались в папках Смита. Им и без того все было известно о государственном имуществе под управлением Ван Эка: о фабриках, гостиницах, заводах, верфи, загородном доме и сельскохозяйственных угодьях на юге Керчии. Но Каз считал, что у отца Уайлена должны быть и частные владения, места, которые не указаны в публичном реестре, укромные уголки, где он мог бы спрятать что-то – или кого-то – подальше от посторонних глаз.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное