Лев Жильцов.

Первая советская атомная подлодка. История создания



скачать книгу бесплатно

Шампанское, правда, при спуске лодки было, как заведено! Однако соблюсти традицию оказалось непросто. Ведь нос лодки представлял собой сферу, обтянутую резиной, и единственным жестким местом, о которое могла разбиться бутылка, было ограждение горизонтальных рулей.

Моряки – народ суеверный. Если не разобьется шампанское в момент спуска, то все, кому придется плавать на лодке, будут поневоле вспоминать об этом в критические моменты. Мужчины переглянулись: кто рискнет взять это на себя? Тут кто-то кстати припомнил, что хорошо, когда шампанское о борт разбивает женщина. И отважная женщина нашлась: молодая сотрудница конструкторского бюро уверенно взяла бутылку за горлышко, размахнулась и…

Бутылка точно приземлилась на металлическое ограждение. Брызнула пена, и все облегченно перевели дух. В это же время Борис Акулов разбил бутылку шампанского в реакторном отсеке. Он это сделал мастерски – матросы потом два дня собирали осколки.

При выходе на открытое пространство не обошлось без курьеза. К вечеру поднялся сильнейший ветер, который в мгновение ока снес всю старательно придуманную маскировку. Полетели над причалом тенты, загудели листы фанеры. Так что лодка наша родилась на свет, как и полагается, голенькой, если не считать спрятавшего рубку деревянного сарая и маскирующего хвостовое оперение ящика.

Патрулировавшая в окрестностях завода группа охраны обнаружила на берегу зевак, желавших своими глазами увидеть вновь спускаемый корабль. Назначение его не всем было понятно, и это порождало оживленные споры. Действующие по инструкции охранники принялись призывать людей расходиться и делали это следующим образом:

– Товарищи, расходитесь, пожалуйста! Ничего интересного здесь нет – спустили на воду первую атомную подводную лодку.

Получив столь компетентное объяснение, люди удовлетворенно расходились. Как потом выяснится, в иностранные разведывательные органы эта информация не попала: многие из собравшихся на берегу имели какое-то отношение к секретным объектам и особенно не болтали языками. Да в то время и боялись говорить лишнее…

По нашей части первый спуск на воду прошел благополучно. Лодку отбуксировали в бухту и пришвартовали, уперев носом в плавкран. Случилось это в апреле 1957 г.

Зверь на привязи

Директор Северодвинского судостроительного завода Евгений Павлович Егоров сразу согласился с нашим предложением доверить экипажу охрану и обслуживание лодки, хотя стояла она еще у стенки одного из цехов завода и ответственность за нее нес именно он.

Егоров понимал, что сдаточная команда завода послана на учебу в Обнинск слишком поздно, и при всем старании наших офицеров и местных физиков к моменту швартовых испытаний на заводе не было ни одного инженера, способного управлять атомной установкой. Максимум, что удалось сделать, это подготовить старшин отсеков, не связанных с ГЭУ, но зато каких! Старшина шестого турбинного отсека Фролов первым среди работников Министерства судостроения стал Героем Социалистического труда вместе со своим директором Егоровым.

Последний в течение целого года дневал и ночевал на корабле, поскольку приходилось принимать множество сложных и дорогостоящих решений, прежде чем экипаж перешел к ходовым испытаниям.

Вскоре после спуска лодки на воду к ее борту был пришвартован сторожевой корабль Северного флота «Леопард». Новейшее судно, у которого паровая турбина аналогична нашей. Соорудили паропровод – трубопровод на шарнирах, чтобы волна его не переломила, – и благодаря пару «Леопарда» начали обкатку турбин и швартовые испытания всего корабля, кроме реакторов. Одна только обкатка ходовой части заняла не менее двух месяцев; программа испытаний турбин, двигателей, винтов была обширной. Крутили на всех оборотах, во всех режимах – передний ход, задний ход! Было это уже зимой 1957/58 г.

Корабелы знают, как сложно запускать винты, будучи пришвартованным к пирсу. Лодка должна оставаться на месте, поэтому ее уперли в махину плавкрана. Проверка крепления корабля оставалась во время всех швартовых испытаний одной из самых больших наших забот. Впечатление от мощности лодки было такое, будто, освободись она вдруг от непреодолимой преграды впереди, мгновенно окажется вместо берега Северного Ледовитого океана где-нибудь в средней полосе России.

Сзади эту мощь не сдерживало ничто. Надо видеть, как сразу после запуска винтов лед за кормой начинал трескаться, ломаться, промоина становилась все больше и больше, а через час во всей бухте бурлила вода, сталкивая и забрасывая друг на друга толстенные льдины. Все, кто видел, как наша лодка молотит воду в заливе, – от главнокомандующего до матроса, – понимали, какую грозную силу мы получили в свои руки. Грозную не только для потенциального противника, но и для тех, кто ею управляет.

Именно поэтому весь период швартовых испытаний командирская вахта неслась 24 часа в сутки. По сколько же это пришлось дней и ночей нам с Жильцовым, а также боцману Алексеенко и его помощнику Фурсенко! Никакой мороз не был помехой. Но зато и ЧП за все время беспрецедентных испытаний не случилось ни одного.

«Эффект начальства»

В сентябре 1957 г. в Северодвинск прибыл зампред Совмина СССР, отвечающий за оборонную промышленность, Д. Ф. Устинов. Он хотел ускорить выход лодки в море и, соответственно, проведение следующего ответственного мероприятия – физпуска. Однако ученые не спешили, стремясь исключить возможные осложнения. На беседе Устинова с академиком Александровым присутствовал и я как командир корабля.

Глава советского военно-промышленного комплекса информирован был достаточно и сказал об этом прямо:

– Анатолий Петрович, когда же вы произведете физпуск? Ведь теперь это зависит только от вас.

– У нас действительно все готово. Приступим, когда вы уедете, – как само собой разумеющееся говорит Александров. – Физпуск – дело серьезное, когда на нем присутствуют ответственные работники, обязательно что-нибудь пойдет наперекосяк. Вы же сами прекрасно знаете, как действует «эффект начальства».

– Ну, вы это мудрите, Анатолий Петрович. Вы сами-то могли бы объяснить, почему в присутствии начальства все должно идти хуже, чем без него?

– А вы, Дмитрий Федорович, можете объяснить, почему бутерброд всегда падает маслом вниз? Нет? И тем не менее это так! Вот и «эффект начальства» объяснить невозможно, но, что он существует, знаю по своему долгому опыту.

Другого ответа Устинов так и не добился и на следующий день уехал. И тут же Александров назначил физпуск.

К 8 утра все приборы установлены, ответственные за физпуск Лазуков и Буйницкий готовы. «Начали!» Командиры групп дистанционного управления поднимают стержни аварийной защиты, приподнимают компенсирующую решетку, и реактор пошел! Но только счетчики начали отсчет, как в лодке погас свет.

– Ну вот, пожалуйста! – невозмутимо заметил Анатолий Петрович. – И что было бы, если бы сейчас на лодке находился Устинов? А так электрики переключатся, и все будет в порядке!

Тут действительно включился свет, и счетчики снова заработали.

Анатолий Петрович неизменно садился за пульт, если предстояло что-то делать впервые. И, когда мы написали в отчете, что физпуск прошел нормально, это не исключало (и об этом мы тоже писали) множества возникавших сложностей. Подобный монтаж выполнялся впервые. По ходу дела приходилось принимать новые технические решения. Тут же отрезались и переваривались участки трубопроводов. Тут же, если решение оказывалось правильным, вносились изменения в чертежи, чтобы допущенные просчеты не повторились на других лодках. Где-то не ладится с автоматикой, где-то что-то перегорело, где-то барахлит прибор… Каждая из этих неполадок могла означать ошибку, допущенную в разработке, и поэтому Александров считал своим долгом лично присутствовать при каждом новом шаге своего детища.

Следующим таким шагом был запуск от судовых реакторов всей силовой установки – завершающий этап швартовых испытаний.

Свой пар, или Первый праздник

Техническая сторона дела представляется довольно простой: необходимо запустить собственную пароэнергетическую установку и провернуть полученным паром турбины. На столь ответственное испытание прибыл лично главком, а руководил им, естественно, Александров со своей пусковой командой.

Провозились мы за полночь. Как обычно, где-то обнаружились течи, прохудилась рубашка у насоса – все это пришлось менять. Но, когда наши неприятности завершились, все вдруг поняли, что теперь лодка стала совершенно автономной. Из осознания того, какой рубеж мы только что перешли, родился первый, хотя и не официальный, корабельный праздник: 20 апреля 1958 г. мы поздравляли друг друга с легким паром уже на борту своей подлодки.

Для подстраховки торжества командир БЧ-5 Борис Акулов припас канистру спирта. Надо сказать, что на Крайнем Севере привычные для жителей средней полосы спиртные напитки – вино и даже водка – в морозы не пробивают. И пьют там люди так называемый медицинский 96-градусный спирт. Напиток серьезный, рекомендуется выдохнуть, прежде чем опрокинуть рюмку, поскольку потом начинаешь хватать воздух, как рыба на берегу, а с полными легкими делать это сложнее. Сушит спирт всю слизистую оболочку мгновенно, но зато уж и заряд дает немалый.

Так вот, когда Акулов, как его к тому обязывал долг гостеприимства, предложил во время испытаний закусить, Александров весело, но твердо дал понять, что канистра спирта сейчас неуместна. С этого дня на борту нашей лодки установилось твердое правило: или атомная энергия, или выпивка! Сбросили аварийную защиту – пожалуйста! Пошли ужинать – сто грамм не помешают. Но, пока работает реактор и ты при нем, думать забудь о выпивке.

Однако историческая достоверность не позволяет умолчать о том, что именно академик Александров – наш научный руководитель и главный идеолог создания атомного флота страны – стал виновником импровизированного праздника под кодовым названием «С легким паром!»

Начался он незаметно. К традиционному вечернему чаю в кают-компании плавбазы «Владимир Егоров» выдали по сто грамм сухого вина. Наша лодка была единственным кораблем ВМФ, на котором норму спиртного разрешалось выдавать на плавбазе, а не только в плавании (получено это разрешение было с учетом длительного и непрерывного несения вахты во время испытаний). После торжественного тоста главнокомандующий ВМФ С. Горшков напомнил, что завтра (то есть уже сегодня), в 12.00, назначено обсуждение плана дальнейшей работы. Так что «чай» пора заканчивать.

Однако эмоции, вызванные успешным завершением испытаний, продолжали свое предательское действие. Кают-компания, правда, была освобождена, но все разошлись по каютам. Герои дня – академик Александров и Акулов – перебрались в каюту командира БЧ-5. Тогда еще действовал старый устав со всеми его ограничениями для схода офицеров на берег и предвзятого отношения к ночным «чаепитиям» в своих каютах не было. Выдавался даже дополнительный, так называемый «сталинский» паек для таких случаев. Вот эту «чашку чая» и пили до самого утра два атомщика.

Неизвестно, что было важнее в конечном счете – ответственное совещание у главкома или этот доверительный разговор Александрова и Акулова. Фронтовые воспоминания академика – оборона Севастополя, немецкие магнитные мины и поиски путей борьбы с ними – сменялись рассказами Бориса о кронштадтской молодости, но оба непрестанно возвращались к лодке и предстоящей работе. Анатолия Петровича очень волновал вопрос, кому на корабле можно доверить первым сесть за пульт управления. К тому времени он всех наших управленцев знал и по делам, и по характеру. Но посоветоваться лучше всего было именно с Акуловым – только им обоим известны все тонкости этой сложной науки.

Зато утром, когда главком поинтересовался у академика, как он себя чувствует, Александров ответил: «Отлично! Ваши ребята меня так попотчевали, что и сейчас вспоминаю самым добрым словом. Только, может быть, мы немного перенесем совещание?» Горшкову не оставалось ничего другого, как согласиться. Однако тут же он потребовал «на ковер» всех начальников – от командира военной базы до командира корабля. И все же нам удалось убедить адмирала, что нелишним было снять все тревоги и волнения последних месяцев. Виновники были прощены.

С совещания я вернулся с конкретным планом подготовки корабля и экипажа к первому выходу в море.

Последние приготовления

Весь май и июнь 1958 г. мы готовили лодку к первому выходу в море. К сожалению, на этой стадии наши интересы зачастую расходились с заводскими. Для них главное – сдать корабль военной приемке в наилучшем виде. Нам же важнее отработать расписание боевой службы и задачу по выходу в море непосредственно на борту.

По правилам завод должен предоставить экипажу последние десять дней перед отплытием на выполнение так называемой задачи № 1. То есть нам предстояло обжить лодку, навести на ней порядок, подготовить личный состав, оформить необходимую документацию и т. п. Я хотел, чтобы лодка была полностью отдана в распоряжение личного состава и все заводские работы на ней на это время прекратить. Но, как обычно, что-то оставалось недоделанным, и за неделю до выхода в море на лодке все еще монтировали, чистили, красили. Попробуйте загерметизировать отсек, когда там работает сварщик, который на команду – «По отсекам исполнять!» – отвечает: «Я не могу. У меня работа идет!»

Посоветовавшись с Жильцовым и другими офицерами, я решил во что бы то ни стало вырвать у завода спокойных несколько дней, так как нельзя было допустить каких-либо неприятностей на борту из-за того, что мы не успели отработать какую-то команду или маневр. Я доложил о нашей проблеме председателю правительственной комиссии, который собрал совещание с представителями завода. Заводчане сопротивлялись, но и мы уперлись. В очередной раз нас поддержал академик Александров, заявивший, что постарается закончить досрочно предстоящее размагничивание. Он же предложил для нашего общего спокойствия оставшееся время предоставить экипажу. На том и порешили.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7