Николай Леонов.

Полицейское дно



скачать книгу бесплатно

– Помогу! – Глаза у Дубова загорелись. – А у вас есть права, чтобы разбираться, вы сможете привлечь по закону, если кто-то и правда виновен в том, что случилось? Даже если Светлана сама виновата в каком-то нарушении, если она решила покончить с собой из чувства вины, я все равно вам помогу. Я просто должен знать, что произошло!

– Вот и хорошо, – кивнул Гуров. – Давай-ка мы с тобой завтра навестим больницу и узнаем, как там наша подопечная. Посмотришь на нее, убедишься, что твоя Светлана жива.

– А это можно? – Дубов от возбуждения чуть не схватил полковника за руку, но вовремя опомнился. Не зря тот намекал ему на выдержку, которой парню явно не хватало.


В гостиничном номере Лев первым делом принял душ. Он долго стоял под горячими струями воды, подставляя им лицо, плечи, грудь. Это расслабляло, давало возможность снять напряжение дня. Зато голова начинала мыслить снова ясно и четко. Усевшись в халате на кровать и подложив под спину повыше подушку, Лев откинулся на нее и взялся за распечатки. А Крячко молодец, сообразил и запросил не только стандартные выписки. Сотовые операторы обычно в выписки включают соединения не короче трех секунд, но Станислав запросил детализацию номера с отображением «попыток вызовов / пропущенных звонков».

Получалось, что несколько звонков от Казариной Светлане Моревой проходили, они разговаривали по три секунды, по минуте, а то и по две. А потом – сплошные пропущенные. Морева не брала трубку, а Казарина ей названивала почти каждый день. И это притом что они не подруги. Или уже не подруги, а ведь могли ими быть раньше, а потом рассориться. Дубов этого может не знать.

Лев бросил распечатки на одеяло и прикрыл глаза. Какие могут быть причины? Бывшие подруги поссорились. Но в это же время начинается травля Моревой руководством Управления полиции. Казарина звонит, чтобы сообщить Светлане, что против нее замышляют травлю? Она звонит как бывшая подруга по поручению начальства, чтобы Мореву в чем-то убедить? Звонит по собственной инициативе, чтобы сказать Моревой, что все знает и осуждает ее? Если Казарина и Морева были подругами, то раньше они просто обязаны были обмениваться звонками.

– Стас, как там Москва?

– О, кого я слышу! – ответил в трубке обрадованный голос Крячко. – Как ты там? Нужна еще помощь?

– Нормально. Запроси еще распечатки, только за более ранний срок. Ты прислал за последние два месяца, а мне нужно еще за последние четыре. Есть подозрение, что как раз на этой границе и происходило что-то важное. Мне нужны контакты за тот период.

Информация пришла Гурову на почту в одиннадцать часов утра. Пришлось закрывать кабинет и отправляться в гостиницу, чтобы там просмотреть полученные сведения. Удобнее было бы информацию распечатать на бумаге, но сейчас на это времени не было. Выходить в Интернет с компьютера управления тоже не хотелось. То, что увидел Лев, заставило его глубоко задуматься. Картина начинала вырисовываться довольно интересной. До начала всех неприятностей у Моревой Казарина ей со своего мобильного не звонила.

То есть ни разу. Слово «подруги» в своей виртуальной схеме, которую он держал в голове, Лев зачеркнул. Все факты, включая показания Дубова, говорили, что подругами девушки не были никогда. Загадка звонков с мобильного телефона Казариной Светлане пока так загадкой и осталась.

Но был в списке контактов Моревой и еще один сюрприз. Некий Вячеслав Павлович Базанов, житель Самары. И звонков от этого Базанова было тоже заметно больше, чем от остальных абонентов. Самое интересное, что сначала Светлана отвечала на звонки Базанова, а потом перестала. Только пропущенные. Видела, кто звонит, и не брала трубку? И именно в тот период, когда у нее, по мнению Дубова, начались проблемы на работе, когда на нее стало давить начальство. Не верить Дубову оснований не было, он ведь все время был рядом с Моревой, фактически свидетель всего происходящего. Курсант только причин не знал. А месяц назад Базанов вдруг перестал звонить Моревой. Не позвонил больше ни разу. Решил оставить в покое или какая-то иная причина?

Глава 3

– Роман Тихонович, ничего, что я вас беспокою так поздно?

– А, здравия желаю, товарищ полковник! – Голос директора охранного предприятия звучал бодро, несмотря на полночь. – Для меня это не поздно. Работа такая, что все проблемы норовят подкараулить как раз ночью. У нас дневное время самое спокойное. А вы чего не спите? С вашей подопечной вроде все нормально, стабильное состояние, попыток вступить в контакт больше не было.

– Я как раз и звоню вам из-за Моревой, – подтвердил Гуров. – Меня беспокоит, не будет ли у вас проблем из-за самоуправства. Все-таки вы не полиция и…

– Вот тут как раз все в порядке, Лев Иванович, – перебил его Берестов. – У меня договор с больницей на физическую охрану. И то, как мы обеспечиваем безопасность, – дело только нашей фирмы и руководства больницы. Добавлять посты охраны или нет, увеличивать количество моих сотрудников на территории больницы или нет – дело только наше, в рамках нашего договора. Так что не волнуйтесь на этот счет, здесь все законно.

– Ну, хорошо. Я хотел вас попросить, Роман Тихонович, предупредите ваших людей, что завтра вечером я приеду навестить девушку вместе с одним парнем. Мы просто посмотрим на нее через стекло из коридора. В палату входить не будем.

– Все понял, вопросов не задаю, – усмехнулся Берестов. – Надо, значит, надо. Я предупрежу смену, только вы им удостоверение покажите, на слово они вам не поверят. Дисциплина!

– Рад, что я к вам обратился, – ответил Гуров. – Вы мне очень помогаете, Роман Тихонович.

– Надеюсь, – странным голосом ответил директор ЧОПа. – Жизнь научила читать между строк и слышать между фраз. Удачи вам, Лев Иванович!


Доктор Полынов рассказывал о состоянии Светланы подробно, стараясь не использовать медицинскую терминологию, а обходиться понятиями из обычной жизни. В прошлый раз он не сказал, не пришлось к слову, что именно он лечащий врач Моревой и именно он делал ей операцию. Бурные события той ночи прервали общение. А сейчас Гуров, сидя в ординаторской вместе с Петей Дубовым, радовался, что именно Полынов оказался лечащим врачом Светланы. Обстоятельный, неторопливый, заботливый. Как-то вся его внешность и манера общения располагали к симпатии. Тем более к симпатии профессиональной.

– Вы пока не переживайте раньше времени, – улыбнулся доктор. – Нервы надо беречь, отрицательные эмоции разрушают организм. Пока все стабильно, а раз стабильно, значит, организм сам борется, старается, использует свои резервы. А у молодых людей возможности организма в определенной степени безграничны. Молодой организм живет в гармонии с окружающей средой, он черпает энергию извне. Знаете, у геронтологов есть свои наблюдения. Если человеку за восемьдесят, то он уже растерял все возможности использовать внешние ресурсы и использует только внутренние резервы. И любая травма, даже перелом, для организма фатальны в таком возрасте. Организм залечит перелом, но истратит для этого все ресурсы. Многие старики, которые вроде бы жили и бодрствовали, и ничто, так сказать, не предвещало, а один перелом – и все, сгорел человек меньше чем за год. Вот так-то! Сложная это штука – человеческий организм.

– Хорошо, – согласился Гуров и похлопал Дубова по колену. – Будем стараться пока не волноваться попусту. Правда, Петя? Светлана держится молодцом, ей пока лучше оставаться в коме. Организму виднее.

Охранник, проверив документы у Гурова, вежливо отошел в сторону, но не стал отворачиваться. Лев смотрел на лицо девушки и думал о том, что ее ждет, когда она начнет выздоравливать. Сейчас ей, наверное, спокойно там, в своем небытии. Передышка, тайм-аут. А потом ведь придется снова бороться, снова столкнуться с тем, что преследовало ее до сих пор и привело к тому, что она взялась за пистолет. А ведь в этом что-то есть, неожиданно подумал Лев. Почему не петля на шее, не вскрытые вены в ванной, не газовая духовка, в конце концов? Почему именно пистолет? Ведь его надо где-то добыть, купить на черном рынке. Это было не табельное оружие, табельное осталось в управлении.

Он повернул голову и украдкой взглянул на Дубова. О, сколько всего в его лице! Парень ведь и правда любит Светлану. А что, хороший парень, целеустремленный, профессию выбрал трудную, но выбрал осознанно, когда уже армия была за плечами. Нормальный путь нормального мужика. И влюбился не в вывихнутую красотку из ночного клуба, а в коллегу. Знает ведь, что с такой будет не просто, слабые в полицию не идут работать. И вот, сразу столкнулся со сложностями.

А у Пети Дубова действительно в душе было сложно. Он влюбился в умную, красивую девушку – старшего лейтенанта полиции. Она была для него и авторитет, и мечта, и своего рода маяк на жизненном пути. Да, ему надо было стать не хуже, а лучше Светланы, потому что он мужчина, а она женщина. Он должен добиться в ее глазах многого, чтобы она обратила на него внимание, оценила его. Полюбила. Он очень старался быть для нее хорошим помощником. Ему хотелось, чтобы она оценила его с профессиональной точки зрения, общаться с ней на равных, чтобы Светлана Алексеевна видела в нем не курсанта-стажера… А что теперь? Теперь только ждать, когда она поправится, и начинать все сначала. А начинать сложно, потому что Светлане и без того очень плохо, а тут еще он со своими симпатиями. И как оно все будет…

– Ну, начинаем работать, Петя! – строго заявил Гуров, когда они вышли на ночную улицу. – Девушку надо спасать, надо во всем разобраться, причем быстро, нет у нас с тобой времени. Ты ее любишь, у тебя долг сердца. У меня долг офицера, долг перед ее погибшим отцом. И вообще, мы с тобой присягу принимали защищать людей. Вот и давай займемся тем, что исполним свой долг. Готов?

– Готов, Лев Иванович!

– Твоя задача – наводить справки и получать информацию о том, что случилось с Моревой, почему ее начали травить и в конце концов уволили из органов. Я не могу прямо запросить отдел кадров – это привлечет внимание. Нельзя, чтобы кто-то понял, что я интересуюсь этим делом. Если Светлана и правда совершила что-то, из-за чего ее по закону уволили…

Дубов резко остановился и, негодующе посмотрев на Гурова, выпалил:

– Знаете, что, товарищ полковник! Я, конечно, благодарен вам за желание помочь Светлане Алексеевне. Но это не дает вам права сомневаться в честности девушки, которую вы совсем не знаете!

Гуров повернулся и медленно подошел к курсанту, покусывая губу и с сожалением глядя на него:

– Знаешь, Петя, тебе еще многому придется научиться, чтобы стать настоящим профессионалом. Нет, я не имею в виду, что ты должен стать недоверчивым и подозревать во всех смертных грехах самых близких тебе людей. Тебе предстоит учиться хладнокровию, сдержанности. Учиться понимать, что вырвавшееся сгоряча слово порой может все испортить до такой степени, что исправить ситуацию тебе не хватит жизни. А еще изгонять из себя субъективность и учиться абсолютной объективности. Как я могу сомневаться в честности девушки, которую совсем не знаю? – горько усмехнулся Лев. – Ты хоть понял, какую сейчас глупость брякнул? Сомневаются как раз в тех, кого знают плохо. А в тех, кого знают хорошо, не сомневаются, их знают. Этот способен на то, а вот этот на это. А еще тебе придется учиться серьезно относиться во время расследования ко всем версиям, даже самым маловероятным. И неприятным. И отрабатывать их все с неизменной тщательностью и профессионализмом. Да, я не знаю Светлану Мореву. Но расследовать обстоятельства, которые привели к трагедии в ее жизни, я буду объективно, непредвзято, профессионально. Так, как мне велит не только мой долг, но и мой опыт.

– Мне-то вы хоть верите? – спросил Дубов унылым голосом.

– Нет, – спокойно ответил Гуров.

– Ни фига себе! – то ли разозлился, то ли восхитился курсант. – И вы так спокойно об этом говорите? Хотите использовать мою помощь в этом деле, а сами мне ни на грош не верите?

– А как я должен был об этом сказать, если не спокойно? – улыбнулся Лев. – Заорать на всю улицу, со стенаниями, ломая себе руки и заглядывая виновато тебе в глаза? Вообще-то я могу и так, у меня жена актриса. И потом, кто тебе сказал, что я не верю тебе «ни на грош»? Я «просто» тебе не верю. И всего лишь потому, что совсем не знаю тебя. Но то, насколько я тебя узнал и вижу твои качества, говорит мне, что доверять тебе в этом деле придется. Например, если ты будешь постоянно меня слушаться и перестаешь истерить.

– Что мне делать? – опустил голову пристыженный курсант.


До закрытия кафе оставалось еще час, но, кроме Гурова и Дубова, в нем уже никого не было. Сыщик рассказывал своему молодому помощнику, как собирать информацию, как задавать вопросы, чтобы они не вызывали подозрений. Первое, что необходимо было понять, – это то, в чем обвиняют Мореву, из-за чего она уволилась из органов. Пусть даже это и официальная версия, не имеющая отношения к правде. С этого следовало начать. И поняв, кому нужна или выгодна официальная версия, можно будет догадаться, что же произошло на самом деле. Гурову тоже не очень верилось, что Светлана нарушила закон или служебный долг. Он слишком хорошо знал ее отца и знал, что дочь Алексея Морева вся в него. По крайней мере, очень маловероятно, что действительно была вина Светланы в каком-то важном деле, а если и была, то неумышленная.

– Но это одно направление наших с тобой розысков, – продолжал Гуров, стараясь говорить так, чтобы поддерживать у Пети чувство важности их расследования и собственной значимости. – Второе направление – это изучение ее контактов. Ты не знаешь, с кем она дружит или дружила, и постараешься это выяснить через тех, с кем она была хоть в какой-то мере близка или откровенна. Но у нас есть еще ее телефон. Мне прислали через Москву распечатки звонков, как состоявшихся, так и пропущенных. Одновременно отрабатывать всех у нас не хватит сил, поэтому будем работать методично, но быстро.

– Казарина? – спросил Дубов.

– Совершенно верно. С ее телефона были частые звонки на телефон Светланы, а потом Светлана перестала брать трубку. И это началось, когда на нее стали давить и травить ее. Это выяснишь ты, ненавязчиво в разговорах и между делом. Как – я тебя научил. Но есть у нас еще несколько контактов из телефона, с которыми надо разобраться, понять, в каких они отношениях с Моревой и имеется ли связь с трагедией. Начнем вот с этого телефона: Марина Валентиновна Полторашевская. Зарегистрирована в Пензе, и номер сотового оператора тоже пензенский.

– А кто она и чем нам интересна? – спросил Дубов. – Она тоже звонила Светлане Алексеевне?

– Да, около трех десятков звонков в течение почти двух с половиной месяцев, а потом как отрезало. «Отрезало», кстати, как раз в то время, когда у Светланы начались проблемы на службе.

– Другой город, уже настораживает, – согласился Петя.

– Давай-ка попробуем узнать об этой женщине побольше, – предложил Лев. – Фамилия редкая. При имеющемся сочетании имени и отчества, думаю, у нас вариантов в соседнем областном центре будет немного.

– Через социальные сети? – догадался Дубов и полез в карман за смартфоном.

Гуров с удовольствием смотрел на парня. Молодец, на лету схватывает. Как говорит Крячко: «Двадцать первый век на дворе». Сейчас помощь можно получить из самых неожиданных источников, не то что в прошлом веке, когда он начинал работать в МУРе. Большое дело – социальные сети, Интернет, мобильная связь.

– Смотрите, – многозначительно поднял указательный палец Дубов, продолжая смотреть на экран смартфона. – Зарегистрированных в «Одноклассниках» Полторашевских женского пола, проживающих в Пензе, всего одна! Вот так! Ларчик просто открывался! Стоп, Лев Иванович, давайте-ка я проверю еще в «ВКонтакте», в «Инстаграме» и…

Гуров не мешал. Хорошо, что Петя в этих делах как рыба в воде. Он посмотрел на часы. Без двадцати одиннадцать. Еще двадцать минут до закрытия летнего кафе. Вон девушки уже и кофемашину выключили, стойку протирают. Нельзя Дубова вести в гостиницу, там за ним могут наблюдать, ведомственное учреждение, черт его знает, какой там надзор. Может, они тут на командированных компромат собирают. А он не просто командированный, он – проверяющий, на него найти возможность давить, чтобы нарушения скрыть, – святое дело. А если кто-то уже понял, что его заинтересовала судьба Светланы Моревой, и хочет скрыть все, что с ней на самом деле произошло, тогда следить будут очень плотно. Ведь до сих пор никаких сведений не поступало, что гражданка Морева Светлана Алексеевна пыталась покончить с собой на кладбище на могиле своего отца. А Дубов – единственный помощник, причем самый удобный. Он не в штате управления, у него больше возможностей, потому что он вне подозрений. Пока. И этот его статус надо сохранить подольше.

– Ну что?

– Да супер просто, Лев Иванович! – заулыбался курсант. – Она и в «ВКонтакте» есть, и в «Одноклассниках». И вообще, она с такой фамилией одна. А еще у нее есть свой бизнес и… телефон. – И он медленно продиктовал полковнику номер.

– Ты что завис-то? – рассмеялся Гуров. – Давай читай, что там есть из личных данных, какие темы в постах, что о ней еще можно почерпнуть?

– Простите, но нам нужно уже закрываться. – Подошедшая официантка смотрела вежливо и даже как-то умоляюще.

– Это вы нас извините, засиделись у вас. – Лев поднялся и махнул рукой Дубову.

Они отошли подальше от кафе в безлюдную часть набережной, и он еще раз посмотрел на часы.

– Запоминай, напарник! Ты со мной знаком, потому что я тебя позвал один раз передвинуть в кабинете сейф. Ты только вежливо здороваешься со мной при встрече. Без предварительной договоренности не встречаемся. И помни, что за тобой может быть установлено наблюдение. Мы не знаем, во что вляпалась твоя Светлана Алексеевна, поэтому надо быть предельно осторожными.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4