Николай Леонов.

Ледяной свидетель (сборник)



скачать книгу бесплатно

Церемониться было некогда, поэтому Гуров ударом в солнечное сплетение нейтрализовал сначала девицу, швырнув ее обмякшее тело на продавленный диван. Но парень с неожиданным проворством вскочил и кинулся к полковнику, ногой выбив у него пистолет, а затем навалился на него всем телом, опрокинув на тот же диван, на котором валялась бесчувственная девица.

Он был гораздо мощнее и тяжелее Гурова, и тот чувствовал, насколько трудно ему справиться с этой махиной, давившей сверху всей массой. А сильные, словно чугуном налитые руки уже обвились вокруг горла полковника и сдавливали его подобно давильному прессу. Гуров, задыхаясь, вцепился в эти руки, но они словно принадлежали не человеку, а машине. Стараясь выбраться из-под нападавшего, полковник скосил глаза и увидел на полу сбоку пистолет. Он вытянул ногу, пытаясь дотянуться до него, хотя в таком положении и от пистолета было мало толку – он просто не смог бы поднять его с пола, даже если бы дотянулся ногой.

Кислорода не хватало катастрофически, перед глазами уже поплыли пурпурные круги, сознание начало мутиться, и Гуров с безнадежностью обреченного понял, что наступает конец, и одновременно почувствовал всю нелепость, даже абсурдность ситуации. Голова его билась под телом парня, организм еще боролся за жизнь, отчаянно пытаясь ухватить хоть глоток воздуха, но все было напрасно.

Собрав последние силы, Гуров резко дернул головой, пытаясь вцепиться зубами в руку душившего его громилы. Давление ослабло, но он в первое мгновение даже не ощутил этого. И все же железная хватка на горле ослабла, руки душившего обмякли и упали вниз, а следом на пол с оглушительным грохотом повалился он сам.

Гуров сел на диване. Некоторое время он не мог ни двинуться с места, ни произнести ни слова, ни вообще оценить обстановку – только тяжело и часто вдыхал воздух, казавшийся сейчас волшебной субстанцией, возвращающей к жизни.

Окончательно наполнив кровь кислородом, полковник смог, наконец-то, осмотреться. Позади поверженного громилы стоял мужчина средних лет, подтянутый и мускулистый, и с тревогой смотрел на него. В руках у мужчины ничего не было.

– Оклемались? Ну и слава богу! – Незнакомец шагнул к нему, с озабоченным видом приложил палец к шее, потом заглянул в глаза и удовлетворенно кивнул: – Все в порядке, жить будете.

– Вы кто? – выговорил Гуров, удивляясь, насколько слабо и хрипло звучит его голос.

– Юрий Петрович Кухлинский, – представился мужчина, протягивая руку. – А вас, позвольте спросить, как занесло в этот гадюшник?

Гуров ответил на рукопожатие и стал подниматься с дивана. Кухлинский хотел было ему помочь, но он отвел его руку, однако в следующее мгновение колени его задрожали и подогнулись, и он чуть не упал. Сильная рука Кухлинского поддержала его.

– Не стоит после кислородного голодания совершать резких движений, – заметил он. – И вообще лучше посидеть.

– Вы врач? – вернувшись на диван, спросил Гуров.

– Нет, я спортсмен, мастер спорта по боксу.

Так что вполне способен справиться с такой тушей, – показал Кухлинский глазами на парня, которого профессиональным ударом отправил в глубокий нокаут.

Гуров полез в карман и достал свое служебное удостоверение.

– А-а-а, понятно, – заглянув в него, кивнул Юрий Петрович. – Давно пора прикрыть этот притон! Только что ж вы один сюда пришли?

– Я вам крайне благодарен за свое спасение, – усмехнувшись, произнес Гуров уже несколько тверже, – но все же обязан задать несколько вопросов. Вы сами-то как здесь оказались?

– Да я живу здесь, – объяснил Кухлинский. – На этой же лестничной площадке, только в соседнем боксе. Поднимался по лестнице, увидел открытую дверь, услышал крики… Собственно, все уже к этому привыкли и не удивляются, но все же… Вот решил зайти посмотреть, что к чему, и, оказалось, не зря.

– Еще как не зря, – через силу улыбнулся Гуров. – Если бы не вы, даже не могу представить, что бы я сейчас чувствовал и с кем беседовал. Где-нибудь на небесах.

– Ну, туда мы всегда успеем. Так о чем вы хотели спросить?

– Что вы можете сказать о жильцах этой квартиры? И кто они вообще? – Гуров постепенно возвращался к привычной роли оперативника.

– Эти-то? – Кухлинский поочередно посмотрел на парня и девицу. – Да я их вообще не знаю! Здесь живет парень, Артем. Квартиру свою давно превратил в наркоманский вертеп. Вот такого рода личности у него постоянно ошиваются. – Он снова кивнул на парня с девицей. – Думаю, сосед и сам не помнит, как каждого из них зовут. Родители его умерли пять лет назад, вот он и покатился на дно.

Гуров пожалел, что у него с собой нет фотографии убитого мужчины – он слишком спешил и не стал дожидаться, пока фотограф-криминалист сделает снимки. Поэтому он обратился к Кухлинскому со словами:

– Очень сожалею, что приходится напрягать, но я вынужден попросить вас задержаться и ответить на несколько моих вопросов.

– Да ради бога, – пожал плечами Кухлинский и взглянул на часы: – Если до шести вечера успеем, то никаких проблем.

– Более чем, – успокоил его Гуров. – А почему именно к шести? Ночная работа?

– У меня тренировка в шесть начинается, – пояснил тот. – Здесь, при доме, я спортивный клуб организовал, открыл при нем секцию по боксу.

– Похвально, – кивнул Гуров. – И еще раз спасибо за понимание. Только вначале я осмотрюсь здесь, если не возражаете. А вы присмотрите, пожалуйста, за нашими задержанными.

Он подобрал с пола свой пистолет, на всякий случай еще раз приложился им к макушке парня, после чего надел на него наручники. Сдернув с мятой постели несвежую простыню, быстро скрутил ее и крепко привязал руки девицы к ножке дивана. После чего с облегчением выдохнул и смог, наконец, перейти к осмотру квартиры.

Первым делом Лев опустился на колени и самым тщательным образом стал осматривать пол, надеясь обнаружить на нем следы крови. В нос сразу же ударил затхлый запах, ноздри быстро стали забиваться пылью. Под диваном катались комья свалявшегося пуха, волосы, крошки, к тому же были обнаружены две тарелки с намертво присохшими к ним давнишними остатками еды. Но ничего похожего на кровь навскидку обнаружить не удалось, и он подумал, что придется отправить сюда эксперта со специальным прибором, реагирующим на кровь.

Кухлинский, стоя у стены, с сочувствием наблюдал за Гуровым и даже предложил помощь, но тот отказался. Здесь нужен был профессиональный осмотр, к тому же Кухлинский мог по неопытности уничтожить следы, а заодно оставить свои там, где не нужно. Поэтому Гуров продолжал методично осматривать комнату, перебирая белье в шкафах, вещи в комоде и серванте. А мимоходом разговаривал с Кухлинским.

– И давно у вас этот клуб? – переходя от шкафа к письменному столу, поинтересовался он.

– Да уже четвертый год, – охотно отозвался Юрий Петрович.

– И что, многие у вас занимаются?

– Больше двух десятков ребят. В основном молодежь.

– Что ж, вполне неплохо для трех лет, – одобрил Гуров.

– Это сейчас, а поначалу совсем никого не было. Так, пара-тройка ребят приходили, да и то чтобы просто поглазеть. Разок позанимаются и исчезают. Я даже прикрывать хотел лавочку, но решил подождать. Спасибо, жена отговорила. Да и чем мне еще заниматься? Я ведь, кроме бокса, считай, ничего и не умею. Половину жизни ему отдал, вот так. Если бы не случай, чемпионом России точно был бы, – уверенно заявил Кухлинский.

– Что же случилось? – больше из вежливости поинтересовался Гуров, перебирая валявшиеся в беспорядке предметы одежды – футболки, рубашки, брюки, свитера.

– Не повезло, – пожал плечами Кухлинский. – Во время отборочного поединка неудачно ударил соперника, в итоге – перелом кисти в двух местах. И все. О карьере чемпиона можно забыть. Пришлось заново искать свое место в жизни.

– И вы, я так полагаю, его нашли.

– Знаете, можете не верить, но нашел! Я ведь когда секцию открывал, думал, что это так, временно. Денег заработаю – бизнес открою. А потом, когда с ребятами ближе познакомился, окунулся в процесс – сам не поверил, насколько затянуло! Ведь бокс – это не просто мордобой, как многие думают. Это особое искусство! И передать суть этого искусства молодежи способны не многие тренеры. Так что тут еще и воспитательный элемент присутствует. Бокс многому учит, формирует характер. И когда на моих глазах обычный парнишка превращается не просто в боксера, но в человека, в личность – вот это, скажу вам, ценно.

– То есть вы открыли в себе педагогический дар? – усмехнувшись, констатировал Гуров.

– На дар не претендую, но определенную способность – безусловно! Знаете, если бы мне пять лет назад сказали, что мое призвание – педагогика, я бы рассмеялся и не поверил. А судьба вон как все повернула! И я благодарен ей за все. Даже за ту травму. Ведь если бы не она, я бы так и не узнал, насколько это здорово – ребят тренировать. Вот, к примеру, полгода назад пришел ко мне мальчишка, из нашего же двора. Семья нормальная, но пацан при этом совершенно заброшен. Дома родного у него, по сути, и нет. А у нас в секции он его обрел. С ребятами подружился, со мной, многому научился – это помимо бокса!

Чувствовалось, что Кухлинский и впрямь любит свой клуб, относится к нему как к своему детищу и готов рассказывать о нем безостановочно. Но Гуров уже закончил предварительный осмотр комнаты, дальнейшее должны были завершить эксперты, а ему пора было перемещаться в другие помещения. Он бросил оценивающий взгляд на скрученных парня и девушку, потом подошел и проверил карманы спортивных брюк парня. Никаких документов там не оказалось, лишь зажигалка и пара смятых бумажек по пятьдесят рублей. Что касается девицы, то ее «одеяние» из одних распущенных волос не представляло для осмотра полковника никакого интереса.

– Не думаю, что что-то случится, но, на всякий пожарный, присмотрите за ними, хорошо? – попросил Гуров Кухлинского и, получив утвердительный кивок, перешел в кухню.

Возиться в напрочь загаженной кухне было небольшим удовольствием, но он невозмутимо стал перебирать руками в перчатках грязную посуду, объедки на столе, затем, вывалив содержимое мусорного ведра на расстеленную пленку, внимательно его рассмотрел.

Использованные шприцы с остатками препарата, а также упаковки из-под таблеток аккуратно упаковал в полиэтиленовые пакеты, присовокупил к этому частицы недоеденной пищи с тарелок и перешел к осмотру пола и внешних поверхностей мебели.

Собственно, мебелью это можно было назвать с большой натяжкой: вместо кухонных стульев наличествовали деревянные ящики, покрытые старой, порванной клочьями клеенкой, стол видывал такие виды, что по жизненному опыту мог соперничать с самим полковником Гуровым, холодильника не было вовсе, кухонный гарнитур заменяли какие-то шкафчики и самодельная тумбочка. Артем Коновалов, ступивший после смерти родителей на крайне неправедный путь, квартирку запустил основательно…

Но не это больше всего интересовало Гурова, а наличие возможных следов преступления в этом жилище. Однако пока что ничего подобного найти не удавалось. И лишь когда он перешел в ванную, эти самые следы буквально бросились ему в глаза: в проржавевшей и отбитой в нескольких местах ванне явственно виднелись красно-бурые потеки…

Гуров достал ватную палочку, провел ею по краю ванной и, собрав застывшие частички, тщательно запаковал в пакет. Затем осмотрел пол. На нем также имелись следы, очень похожие на засохшую кровь, которую, судя по всему, даже не пытались отмыть.

Завершив осмотр, Лев набрал номер отдела экспертизы и распорядился приехать по адресу Коновалова. Дождавшись приезда бригады экспертов, он обратил свое внимание на парня и девицу. Что касается первого, то тот уже начал приходить в себя и, обнаружив, что руки его закованы в наручники, в нецензурных выражениях высказал свое несогласие с этим фактом. Но Гуров даже не слушал его. Его немного беспокоила девица, которая совершенно не подавала признаков жизни, однако, оттянув ей веко, он удостоверился, что та просто банально спит.

– Ну что, – повернулся Гуров к следящему за ним Кухлинскому, – побеседуем?

Тот с готовностью кивнул, и Гуров перешел к расспросам.

По словам тренера, Артема Коновалова он видел последний раз вчера вечером, когда сосед выходил в магазин. Они столкнулись у подъезда, и было это в половине одиннадцатого. В поведении Коновалова Кухлинскому ничего не показалось странным или ненормальным, в том смысле, что оно и так в последнее время сильно отличалось от понятия «норма». То есть Коновалов, по утверждению боксера, выглядел как обычно: с темными кругами, нервный, движения неуверенные, взгляд потухший. Кухлинский поздоровался с ним, но Коновалов быстро и неразборчиво ответил на ходу, при этом поспешно проскользнул к себе в квартиру, открыв дверь трясущимися руками. В правой руке у него был полиэтиленовый пакет, содержимого Кухлинский не разглядел. Через некоторое время из квартиры Коновалова стали доноситься звуки музыки и громкие голоса, в том числе и женские. Никого из присутствующих у Артема в гостях он не видел.

Гуров задумчиво покивал. Откуда в квартире Коновалова взялся неизвестный мужчина? А если его убили вне ее пределов, то как Коновалов с ним пересекся? И почему тогда в ванной Коновалова следы крови? Правда, пока непонятно чьей…

При этом он отдавал себе отчет, что убийство вполне могло произойти и не вчера вечером. Нужно будет показать фото убитого не только Кухлинскому, но и другим соседям – возможно, кто-то видел его в этом доме.

– Мне нужно будет показать вам фото одного человека. По предварительным данным, он был убит здесь. Фото пока не готово, но как только оно будет сделано, я вам его предъявлю. Поэтому мне нужны ваши данные регистрации и по фактическому проживанию, – сказал он.

– А они у меня совпадают, – ответил Кухлинский и достал паспорт.

Гуров сфотографировал нужные страницы, а Кухлинский тем временем произнес:

– Если что, по вечерам меня всегда можно застать в клубе. С шести до десяти ежедневно я там. Даже в выходные.

– Буду иметь в виду, – ответил Гуров. – Не смею вас дольше задерживать, единственная просьба – поможете их упаковать в машину? – кивнул он на парня с девушкой.

– О чем речь? – пожал плечами Юрий Петрович и шагнул к парню.

Рывком приподняв его с пола, он развернул его спиной к себе и, подталкивая в спину, за которой прочно были заведены руки парня, в быстром темпе погнал его впереди себя.

– Вас бы к нам в оперативники, – с восхищением проговорил Гуров.

– Спасибо, мне моя работа нравится! – на ходу бросил Кухлинский, но чувствовалось, что ему польстило замечание полковника.

С девицей Гуров решил вопрос быстро: просто развязал узлы простыни на руках, оценивающе осмотрел и, завернув обнаженную девицу в эту же простыню, подхватил ее под мышки, взвалил себе на плечо и потащил к двери. Прибывшим экспертам он доложил обстановку, отдал необходимые распоряжения и направился к лестнице. Нужно было спешить в главк, чтобы узнать результаты наработки группы, прибывшей на место ДТП, а заодно, как обстоят дела у Крячко.

Собственно, Гуров пока официально не вел дело об убийстве, а в ситуацию вмешался лишь потому, что в ней оказался задействован Станислав Крячко. И вполне могло случиться так, что дело будет вести вовсе не его отдел. Но пока в этом вопросе не было определенности, он не собирался отказываться от него. Более срочных дел у него все равно не было, а оставлять Крячко один на один с бедой ему не хотелось. Впрочем, бедой это считал сам Станислав, любивший порой прибедняться и выставлять себя жертвой. Гуров же считал утренний эпизод лишь неприятным инцидентом. Для Крячко, разумеется, а не для погибшего.

Затолкав вместе с Кухлинским задержанных в машину Гурова, они с тренером попрощались, и полковник поехал в главк, куда прибыл через полчаса. Девица за это время так и не проснулась. Парень пытался протестовать, но полученные в квартире Коновалова серьезные удары существенно снизили уровень его активности, и вскоре, поняв тщетность своих попыток, он притих. Отправившись к медикам управления, Гуров распорядился, чтобы парочку привели в чувство и, если понадобится, провели детоксикацию, сам же направился в свой кабинет.

Станислава Крячко там не было, и Лев набрал его номер.

Станислав сообщил, что работа опергруппы на месте ДТП уже закончена, и она отбыла в главк, так что скоро должна подъехать. Сам же Крячко вынужден еще немного задержаться, решая вопросы с ДПС и страховой компанией.

– Давай, как закончишь – сразу в главк, – распорядился Гуров. – Не вздумай там в пивбар завернуть или в магазин автозапчастей прошвырнуться – нам сначала с убийством надо разобраться. Хотя бы с тем, кто будет его расследовать.

– Какой разговор, Лева! – обиделся Крячко. – Буду как штык!

– Лучше как опер, – пожелал на прощание Гуров и позвонил следователю, выехавшему на место происшествия. Тот сообщил, что группа только что вернулась, и он уже собрался идти к нему, как на столе зазвонил телефон. Это был аппарат для внутренней связи, и звонил по нему только генерал-лейтенант Орлов. Поэтому Гуров остановился и снял трубку.

– Лева, привет! – Голос Петра Николаевича звучал спокойно, даже чуть небрежно. – Слушай, там группа на проспекте Мира работу закончила, так что сгоняй к следователю и с экспертами побеседуй. А потом сразу ко мне. Крячко с собой прихвати. Жду. – И генерал-лейтенант повесил трубку.

Таким образом Орлов дал понять, что он в курсе как ДТП на проспекте Мира, так и участия в нем Гурова и Крячко, следовательно, делать что-либо за его спиной не имеет смысла. Правда, он не оговорил, что Гурову придется заниматься трупом, найденным в багажнике, но полковник уже и сам это понял. Подробности, скорее всего, будут обсуждаться непосредственно после получения Гуровым информации от опергруппы. Проанализировав все это, Лев направился к следователю.

Следователь Вавилов был чуть моложе Гурова, но не менее опытным сотрудником Главного управления МВД. Лев рассчитывал, что легко найдет с ним общий язык в этом деле – им не раз приходилось работать вместе.

Вавилов кивнул, когда он вошел к нему в кабинет, предложил сесть и сразу перешел к делу:

– Личность убитого идентифицировать не удалось, во всяком случае пока. Ни документов, ни телефона, ни чего бы то ни было, что могло помочь, при нем не обнаружено.

– Во что он одет? – спросил Гуров.

Следователь склонился над протоколом осмотра места происшествия.

– Черные брюки и рубашка в черно-белую полоску, – прочитал он. – На ногах только носки, обувь отсутствует. Невозможно даже навскидку определить, сколько ему лет. Это потом наши судмедэксперты скажут, после вскрытия. Мне вообще, Лев Иванович, к сожалению, мало что есть вам сказать, кроме того, что на теле мужчины обнаружены колото-резаные раны, от которых он, по всей видимости, и скончался. Возможно, мотивом убийства было ограбление. Возможно, выбор убийцы был случайным. Судя по тому, что убитый разут и раздет, одежду и обувь его выбросили. Вероятнее всего, тот, кто и убил. Но вот когда это произошло? Сколько он там пролежал? Наверное, долго. Но это опять же предположение. Видите, сплошные «возможно», «наверное», – грустно заключил следователь, по виду которого можно было сделать вывод, что он внутренне уже готов к тому, что получил классический «висяк».

– А эксперты что-нибудь говорили по поводу времени смерти?

– Разумеется, нет. Вы же их знаете! «Все вопросы после вскрытия», – проговорил Вавилов казенным голосом. – Так что вам советую я вначале обратиться к ним. Я же смогу что-то сказать только после допроса задержанного. А для этого нужно дождаться, когда он придет в чувство. Пока он в отключке, его поместили в местную санчасть. Да, единственное, что удалось установить доподлинно, – личность хозяина автомашины. Это некто Царев Валерий Евгеньевич. Зарегистрирован в том же доме, что и задержанный Артем Коновалов. К нему уже отправили оперов, но вот незадача: Царев уже четыре месяца как находится в Германии по служебным делам, у него фирма, сотрудничающая с немцами. Квартира его стоит пустой, а машиной никто не пользовался. Она все это время просто стояла во дворе. Так заявили соседи, с которыми пообщалась опергруппа, которую вы сами вызвали. При осмотре квартиры Коновалова заодно опросили и соседей.

– А свою квартиру он что, не сдал? – уточнил Гуров.

– Нет. С ним связались по телефону, и он сказал, что рассчитывает вернуться в Москву через месяц-другой и не хотел пускать на это время чужих людей. Человек он, судя по всему, небедный, машина эта старая, и он ее особо не берег. Так и стояла без присмотра. Я проверил: Царев купил этот «Опель» восемь лет назад, потом у него появился «Ниссан», а затем, перед самым отъездом, «Мерседес». Вот его он поставил в гараж, где он по сей день и находится. Ключей от «Опеля» он никому не давал, от квартиры тоже. С его устного разрешения мы вскрыли его квартиру, опергруппа там сейчас тоже работает. Как только будет результат, я вам сообщу. Но боюсь, что ничего мы у Царева не найдем. Квартира выглядит так, словно там действительно никого не было несколько месяцев. При этом полный порядок – ну, насколько это возможно в отсутствие хозяина.

– Уборщица, домработница не приходит?

– Нет, Царев сказал, что не нуждается в этом. Лучше по приезде вызвать службу и все вычистить.

– А семья его где? Или он одинок?

– Супруга и сын находятся вместе с ним в Мюнхене. Так что, – Вавилов развел руками, – как видите, сведения пока скудные.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8