Лариса Ренар.

Ночь времени. Легенды луны о выборе, долге и любви



скачать книгу бесплатно

И последний кусок – тебе не больше двадцати пяти лет. Отдай глине все свои страхи.


Арис видела, что после приступа рвоты процесс шел легче и быстрее, она радовалась успехам Тайры.


– А теперь возьми все кусочки и слепи из них фигуру своего страха. Это может быть что угодно, просто позволь рукам делать то, что им хочется.


Тайра начала лепить, и через несколько мгновений в ее руках появилось нечто, похожее на паука. Она с ужасом и омерзением смотрела на это.


– Иногда стоит увидеть свой страх, чтобы отказаться от него. Этот паук, комок твоих страхов, он столько лет терзал тебя и лишал сил. Пришло время избавиться от него, – приободрила ее Арис. – А теперь сожми эту фигуру и скатай из нее шарик.


Тайра с радостью и каким-то злорадством смяла паука и стала катать шарик.


– Положи шарик на пол, еще раз посмотри на то, что было твоими страхами, и резко отвернись, чтобы разорвать свою связь с ними.


Арис подошла к шарику и взяла его.


– Его можно просто выбросить, но лучше обжечь в печи, чтобы страхи сгорели в огне. Завтра я принесу твой шар, и ты сможешь разбить его. Ты будешь чувствовать себя совсем по-другому.


– Я уже чувствую себя лучше, как будто что-то ушло из меня, – прислушиваясь к себе, тихо сказала Тайра. – Спасибо.

– Сегодня шестнадцатый лунный день, и вечером, когда появится полная Луна, можно сделать еще один ритуал, – добавила Арис. – Быть может, это покажется тебе странным и нелепым, но он помогает освободиться от болезней, наваждений, навязчивых мыслей, тревоги – всего, что блокирует энергию внутри тела.


Нужно встать спиной к Луне, широко расставив ноги и наклонившись так, чтобы увидеть Луну между расставленных ног, произнести: «Богиня Луна, прошу, забери все, что мне мешает, – страхи, обиды, злость, болезни и т. д.». И, повторив три раза, уйти не оглядываясь. Лучше всего делать этот ритуал обнаженной.


– Как глупо! – фыркнула Тайра. – А что-нибудь более подходящее для статуса жены правителя есть?

– Сегодня будет безоблачная ночь, когда Луну будет прекрасно видно, жаль упускать такую возможность, – мягко постаралась убедить ее жрица.

Арис вспомнила свои слова, перебирая в памяти события прошедшего дня и все время возвращаясь мыслями к правителю. Его образ преследовал ее, заставляя сердце тревожно стучать. «По-моему, мне самой не мешало бы избавиться от навязчивых мыслей, – подумала она. – Это может быть опасно для меня».

Женатые мужчины всегда были табу для Арис. Она знала, что многие смотрели на нее с вожделением, некоторые предлагали покровительство и щедрые пожертвования храму в обмен за ночь с ней. Но любовь и уважение к другим женщинам не позволяли жрице даже воспринимать этих мужчин как мужчин. Так что больше пожертвований было от жен, каким-то шестым чувством знавших, что Арис на их стороне, и приходивших к ней за помощью, советом и исцелением.

«Нужно быть как можно дальше от него», – строго сказала она себе и, накинув только легкую накидку на обнаженное тело, решительно вышла из своих покоев.

Свет полной Луны освещал ритуальный круг, выложенный огромными белыми булыжниками позади храма.

Его не было видно из гостевых и жилых комнат.

Сбросив накидку и войдя в круг, Арис еще раз посмотрела на Луну – огромный оранжево-желтый шар, висящий среди мерцающих звезд. Повернувшись к Луне спиной, жрица наклонилась, тихо повторяя слова: «Богиня Луна, освободи меня от этого наваждения». И вдруг она почувствовала чей-то взгляд и увидела тень, заслонившую Луну. Арис испуганно распрямилась и, повернувшись, наткнулась на насмешливый взор правителя.

– Поза была необычной, но мне понравилась. Может, стоит продолжить? – услышала она.

Жрица почувствовала, как горячая волна смущения окатила ее с головы до ног, но в то же время в этой горячей волне было не только смущение. Предательская дрожь желания, дикого и захлестывающего своей неконтролируемостью, охватила ее. Не зная, что ответить, она подняла накидку с земли и, не оборачиваясь, пошла в сторону храма.

Правитель

Правитель задумчиво смотрел вслед удаляющейся точеной фигурке и пытался справиться с реакцией тела. Его плоть стояла!

Он пошел прогуляться, в очередной раз поссорившись с женой.

– Куда ты привез меня? – кричала она. – Жрица издевается надо мной, она сказала, что я должна посмотреть на Луну между своих ног! Это нелепо!

Тайра говорила что-то еще, но он уже не слушал.

– Я пойду подышу воздухом перед сном, – оборвал ее на полуслове Мадрук.

И теперь он сам не знал, куда шел, стараясь справиться с накатившими эмоциями, злостью и раздражением. И вдруг увидел и ярком свете Луны обнаженную фигуру, стоящую в той самой нелепой позе, о которой говорила Тайра. Еще даже не ведая, кто это, он почувствовал, как тело пронзило желание – первобытное желание самца, вожделеющего самку без сантиментов и нежностей, прелюдий и слов. Желание утвердить свою власть и желание подчинить. Он смотрел и представлял, как, держа ее за волосы, мощным сильным ударом входит в нее сзади и как она извивается в пароксизме страсти. Правитель настолько явственно видел эту картину, что вздрогнул, когда осознал, что она уже повернулась и смотрит на него. Застигнутый врасплох, чувствуя свою восставшую плоть, он попытался грубо пошутить. Рассердился на себя за это и в то же время подумал: хорошо, что завтра он увидит ее опять.

17-й день Луны (март)

Время раскрытия женской силы.

Послание 17-го лунного дня.

Наслаждайтесь полнотой своей жизни и делитесь ею с миром.


– Сегодня день радости. День раскрытия источника женской силы, день празднования жизни, день плодородия! – проснувшись, напомнила сама себе Арис. – День, когда надо пить вино, танцевать и заниматься любовью, отдавая мужчине всю свою силу, бьющую сегодня через край. Жаль, что нет мужчины, которому бы хотелось отдаться, – вздохнула жрица и тут же вспомнила ночную встречу с правителем. Сердце заныло, и радоваться совсем расхотелось.

Тогда Арис вспомнила практику на пробуждение радости.


Прикоснувшись одновременно к обеим ноздрям, она обрисовала их кончиками пальцев. Запомнив чувство прикосновения, отвела руки от лица и сделала глубокий медленный вдох, чувствуя, как холодный воздух струйками входит в нос и движется куда-то в горло, преобразуясь во что-то более теплое. Арис подошла к окну и, распахнув его, продолжала вдыхать прохладный чистый воздух утра, чувствуя, как он заполняет ее всю, спускаясь к легким, и чувствуя, как легкие расширяются на вдохе и сжимаются на выдохе. Постепенно в груди стал пробуждаться теплый комочек радости, и губы сами собой растянулись в улыбке.

«Главное – не потерять это чувство», – подумала Арис, продолжая вдыхать пьянящий воздух раздувающимися ноздрями, опуская его в легкие. На выдохе Арис поднимала уголочки губ, улыбаясь миру и себе. Постепенно радость захватила все ее существо, она отошла от окна и увидела, что мир словно протерли мокрым полотенцем.


Еще раз вспомнив вчерашнюю сцену, Арис представила, как это выглядело со стороны, и искренне рассмеялась. Уже в приподнятом настроении она спустилась к завтраку. Столы ломились от фруктов, теплых лепешек, сыра, мяса и рыбы. Все было готово к встрече знатных гостей.

Правитель

Войдя в зал, Мадрук бросил взгляд на жрицу и изумился звенящей энергии радости, которую она излучала. Он ожидал смущения, злости, негодования, но не обезоруживающей улыбки, которой она встретила их. Вскоре радость Арис захватила всех, люди стали улыбаться, шутить, даже его в последнее время всегда печальная жена включилась в общее веселье. И тут правитель увидел, что его советник тоже не спускает глаз с верховной жрицы. Илий прошел с ним многие битвы, многие часы они провели в беседах о мире и о людях. Несколько лет назад советник овдовел и с тех пор равнодушно брал женщин, не привязываясь и не терзаясь. Но, видимо, его любящее и доброе сердце жаждало любви женщины. И вот теперь Илий с воодушевлением о чем-то говорил с Арис.

Правитель заметил, что она старалась не задерживаться надолго рядом с ним, уделяя внимание всем, но не ему. Мадрук еще не понимал, забавляет его это, огорчает или раздражает. И было время поразмышлять, так как на основной ритуал мужчины не допускались.

Войдя в зал, Арис перевела дух. Встреча с правителем прошла замечательно – она старательно избегала его и преуспела в этом. Торжественное спокойствие храмового зала с нежным ароматом лотоса успокоило ее, вернув состояние концентрации и собранности. Все было готово для ритуала – на алтаре осталось всего четыре восковых свечи, стоящие по сторонам света. Между ними лежали четыре крупных изумруда, приносящие любовь. Жрица посмотрела на стеклянную чашу, стоящую внутри и наполненную мерцающими в свете свечей полудрагоценными камнями, помогающими забеременеть. Тут были и нежно-розовые кораллы, и золотистые топазы, фиолетовые аметисты, ярко-синие лазуриты и медовые капли янтаря. Посреди храма находилось ложе, накрытое тяжелой тканью, на которой был вышит священный символ плодородной Земли, дающей жизнь, – ромб с крестом внутри и точкой в каждом треугольнике.

Жена правителя должна была сама создать такой же символ из полудрагоценных камней, вложив туда свою энергию и свое желание родить дитя. Камни давали силу и соединяли со стихией Земли, которой так не хватало Тайре, чтобы родить ребенка.

Тайра вошла настороженная и напряженная, но готовая ко всему. Когда вечером Мадрук вернулся с прогулки, он был странно молчалив и задумчив.

– Делай то, о чем тебе говорит жрица, и не сопротивляйся! Даже если что-то тебе кажется странным, в этом мудрость тысячелетий. Не нам судить, почему это выглядит так, а не иначе. Если ты хочешь родить, прими то, что происходит, – почти приказал он ей. Тайра удивилась, но предпочла подчиниться и не спорить.

Рядом с супругой правителя шла юная Десма, любопытствующая и немного воинственная. Девушку саму иногда пугала та сила, которую она в себе ощущала. Это была не мягкая обволакивающая женская энергия, но жесткая мужская агрессия. Она конкурировала с мужчинами, но при этом сражалась за их внимание и страсть. Но обиды на мужчин и на жизнь, спрятанные глубоко в сердце, иногда прорывались и уничтожали все хорошее. Мужчины брали ее, наслаждаясь, и покидали, не даря заботы, нежности и любви. Десма заметила, как взгляд советника Илии смягчался, когда он наблюдал за мягкой кошачьей грацией Арис. На нее никто так никогда не смотрел, и это злило девушку и одновременно захватывало желанием понять, что делало жрицу такой притягательной. Тайра тоже была хрупкой, как и Арис, но мужчины смотрели сквозь нее. Голос Арис, низкий и глубокий, прервал размышления Десмы.

– Сегодня мы будем соединяться со стихией Земли, наполняясь ее силой и способностью давать жизнь. Тайра, я принесла твой керамический шар, который вобрал все страхи. Тебе нужно разбить его и затем выбрать три вида камней! Обычно мы выбираем те камни, в чьей силе нуждаемся в данный момент.

Тайра подошла к стеклянным вазам и молча протянула Арис фиолетовые аметисты, золотистые топазы и четыре изумруда.

– Теперь тебе надо выложить ромб из одного вида камней, крест – из другого и четыре камня положить в каждый сектор. – Жрица протянула Тайре ткань, пропитанную клейким раствором. – Важно сделать это самой, чтобы вложить силу своего намерения, своего желания родить ребенка в эти камни, и тогда они смогут, усилив желание, наделить тебя плодовитостью.

Тайра углубилась в творчество, а Арис стала обходить по кругу алтарь. Сделав девять медленных кругов, она увидела, что узор из камней уже создан. Золотистые топазы были разделены крестом из фиолетовых аметистов на четыре ромба, в центре каждого переливался нежным зеленым цветом изумруд. Жрица попросила Тайру лечь на ложе и положила ткань с узором на ее живот.

– Постарайся расслабиться и представить все, о чем я буду говорить, – попросила Арис.


– Ты закрываешь глаза, делаешь вдох и на выдохе представляешь себя лежащей на теплой земле. Солнце греет тебя своими лучами, стрекочут кузнечики, ты чувствуешь запах чернозема. Все твое тело расслабляется, и ты словно погружаешься в уютную негу земли. Ты погружаешься все глубже и глубже и чувствуешь, что твое тело распадается на миллионы частиц, которые становятся частицами земли. Ты – Земля, дающая жизнь. Ты питаешь, оберегаешь, укутываешь заботой и теплом.

В тебе пульсирует сама жизнь. Семечко становится ростком, личинка становится маленьким муравьишкой, в тебе пульсирует сама жизнь, дающая всходы и приносящая урожай, в тебе пульсирует сама жизнь, несущая плоды. Обратись к Земле:

 
Великая Земля,
Даруй мне силу пробуждения и силу рождения,
Надели полнотой, дающей всходы, несущей плоды,
Убери все невзгоды,
Освети путь из тьмы,
Подари мне дитя.
 

Голос Арис заполнял все пространство храма, вибрируя и отражаясь от стен. Казалось, что это уже говорила не хрупкая женщина, а сама земля.

Жрица смолкла и посмотрела на Тайру. Щеки женщины порозовели, в ней появилась пульсация жизни, и Арис могла это почувствовать. Она помогла жене правителя сойти с ложа и ощутила сильное присутствие Десмы. Девушка сидела, закрыв глаза, прямо на теплом полу храма и, раскачиваясь, напевала какие-то мотивы.

– Я молюсь своим богам, – почувствовав, что на нее смотрят, огрызнулась она.

– Богиня Луны не любит, когда в ее храме молятся другим богам, – мягко предупредила Арис. Она чувствовала, что что-то раздирает Десму изнутри, но пока не могла понять, с чем это связано.

– Я это учту! – поднимаясь с пола и вставая за Тайрой, сквозь зубы процедила Десма.

– Тайра, тебе нужно поспать, а вечером будут пиршество и танцы. Когда женщина танцует в полнолуние, в семнадцатый лунный день, она предстает перед мужчиной в новом образе. В нем вспыхивает угаснувший интерес и желание познать эту женщину. В нем пробуждается страсть.

– Я буду танцевать одна и перед всеми? – запаниковала Тайра.

– Нет, будут танцевать жрицы храма, я и…

– Я тоже буду танцевать, – перебила ее Десма.

– Танец будет ритуальным, но очень простым, – спокойно продолжала Арис. – В нем могут принять участие все желающие. Я и четыре жрицы будем держать пространство и наполнять его энергией, а вы будете танцевать в центре. Я все буду говорить!

– А мужчины обязательно должны это видеть? – все еще сопротивлялась Тайра.

– В танце женщина раскрывается, и мужчина начинает замечать в ней новые грани, по-другому чувствовать ее. И он также ощущает интерес и внимание других мужчин, и это обостряет в нем желание обладать этой женщиной и оставить в ней свое семя как символ того, что она принадлежит ему, – провожая Тайру и Десму к выходу, объясняла жрица.


Арис собиралась на пир тщательнее, чем обычно. Мерцающая серебристая ткань больше открывала, чем скрывала. Туго зашнурованный корсаж закрывал предплечья и оставлял грудь совершенной открытой. Из-под широкого серебряного пояса, перехватывавшего тонкую талию, каскадом ниспадали оборки длинной колоколообразной юбки цвета морской волны. Запястья тонких рук украшали тяжелые серебряные браслеты. Серебро – металл Луны. Волосы она подняла наверх, открывая длинную шею, и перевила крошечными шестигранниками бусин из лунных камней. В свете факелов бусинки переливались, своим молочным мерцанием подчеркивая матовую белизну ее кожи. Глаза казались темно-бирюзовыми, цвета моря на закате, в их глубине хотелось утонуть, чтобы постигнуть вечность и приобщиться к тайнам того, что скрывается под манящей гладью.


Столы были накрыты за пределами ритуального круга и освещены только факелами и светом Луны.

Когда жрица подошла, музыканты уже играли мистические мелодии в ожидании правителя и его свиты. Арис обходила двор, еще раз проверяя, все ли готово, и почувствовала, что Мадрук уже пришел, по тому, что музыка зазвучала громче, словно приветствуя его. Он сразу заполнил все пространство, и хаотичные конфигурации тонких серебристых нитей энергии всех присутствующих приняли структуру, концентрируясь вокруг правителя… И только спираль, окружающая Арис, не подчинилась его невидимому приказу.

Правитель

Мадруку хватило мгновения, чтобы почувствовать это и охватить взглядом весь двор, раскинувшийся за храмом. Защищенный от любопытных глаз с одной стороны поднимающимся холмом, а с другой стороны храмом, двор был прямоугольным; по периметру, словно часовые, охраняющие тайны происходивших в нем магических священнодействий, росли кипарисы. Прямо посредине был выложен ритуальный круг, в котором прошлой ночью Мадрук застал Арис. За кипарисами стояли боковые строения, слева раскинулись жилые здания с покоями главной и других жриц, а справа стояли строения с залами для обучения и гостевыми покоями, в которых сейчас и разместился правитель со всей свитой. Двор был заполнен людьми, но он искал глазами лишь одну фигуру, он искал Арис.

Она манила его своей внутренней свободой и внешней покорностью. Мардрук понимал женщин, их желания и их страхи, но что-то в ней ускользало от него, что-то было в ней непостижимое, чего правитель не мог объяснить себе сам. Он с нетерпением ждал танцев, желая в них получить ответы на свои вопросы.

Наблюдая за танцующей женщиной, мужчина словно проникал во все ее помыслы и тайны, часто узнавая про нее то, в чем она сама себе не признавалась. Обычно женщины хотели привлечь его внимание, чтобы потом завладеть им. Его пугало и отталкивало их желание обладать. Свобода – вот что он ценил выше всего в жизни и чего никак не мог получить. Свобода делать то, что он сам хотел, делать так, как он считал нужным, проявляться так, как он был способен.

Пир начался с медитативного вкушения пищи, когда каждый кусочек еды не проглатывался, а медленно смаковался. Вино разжигало кровь и отключало контроль. Музыка звучала все громче, подчиняя всех общему ритму. Наконец, четыре жрицы вошли в круг и встали по четырем сторонам, олицетворяя четыре фазы Луны. Руки жриц были прижаты к телу, правая рука – к сердцу и левая – к низу живота.

Послышался удар гонга, и жрицы стали медленно двигаться по кругу, поднимая правую руку с раскрытой ладонью, символизируя растущую Луну. Пройдя девять шагов, жрицы вскинули обе руки к Луне, приветствуя ее, поднимаясь на носочки, словно хотели взлететь и раствориться в оранжевом золоте лунного диска. И вот уже левая рука вернулась на низ живота, а правая раскрылась, словно держа убывающую половинку, и жрицы продолжили свой путь по кругу. И, вернувшись в исходную точку исчезнувшей Луны, они застыли в неподвижности. Но эта неподвижность не была скучной, в ней чувствовалась нарастающая, рвущаяся наружу дикая энергия. Эта сжатая мощь притягивала взгляды, завораживая и обещая приобщение к некоему таинству.


Арис вошла в центр круга и, подняв тонкие руки к Луне, стала настраиваться на лунный ритм, быстро дыша носом, делая акцент на выдохе. Ее тонкие ноздри раздувались, как у лошади, несущейся по бескрайним песчаным барханам… Жрицы присоединились к этому дыханию. Дробь барабанов подхватила их. Арис медленно подошла к жене правителя и вывела ее в центр круга.

– Дыши носом, быстро вдыхая и выдыхая, но следи только за выдохом, – приказала она Тайре и пошла за Десмой, выводя и ее в середину. Жрицы смотрели в центр круга, а Тайра, Десма и Арис смотрели на гостей. Три фигурки стояли в центре круга, растворившись в своем дыхании, символизируя три лика Богини Луны, три женских проявления – юность, зрелость и мудрость.

Музыка становилась все громче и все ритмичнее, подхватывая дыхание семи женщин и иногда пробегая дрожью по разгоряченным телам. И вдруг в какое-то мгновение энергия взорвалась изнутри и, подхваченные ритмом, семь фигур задвигались в диком танце пробудившейся силы.

Правитель

Он видел яростные, отрывистые, рубящие движения Десмы, стремящейся освободиться и подчинить. Он скользил взглядом по плавным, несмелым, растерянным движениям Тайры, не понимающей и не признающей той силы, которая управляла ею сейчас. Он завороженно следил за раскрепощенной, проявленной и дикой кошачьей грацией Арис, празднующей и провозглашающей свою дикость. И вдруг почувствовал, как какая-то невидимая сила бросает его в центр круга, требуя перестать быть наблюдателем и стать участником, оказаться в эпицентре этих неистовых энергий, ощутить кожей их вибрации, вдохнуть запах разгоряченных женских тел, заглянуть в их расширенные зрачки, настроиться на ритм каждой из них.

Он встал и посмотрел на Арис, безмолвно спрашивая позволения войти в священный круг. Арис почувствовала его взгляд и кивнула. Войдя в центр круга, Мадрук поразился силе той энергии, которая бушевала внутри. Закрыв глаза, он просто стоял посредине этого вихря, наполняясь и растворяясь в нем и наслаждаясь тем, что все кружились вокруг него.

Музыка внезапно оборвалась, и все застыли, тяжело дыша. Поднесенные бокалы с вином были осушены одним глотком. Он еще раз обвел всех взглядом и почувствовал, как мощнейшее сексуальное желание разрывает его изнутри. Даже не анализируя, к кому это желание, он схватил Тайру за руку и буквально поволок в покои.

Краешком глаза Арис заметила, как передернулась Десма, но не придала этому значения. «Все идет так, как должно», – подумала она и вздохнула с облегчением. В этот день важно было заниматься любовью, отдавать мужчине женскую энергию и принимать его мужское семя, его мужскую силу. То, что произойдет в гостевых покоях, должно принести результат, в эту ночь должна зародиться новая жизнь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6