Лариса Петровичева.

Лига дождя



скачать книгу бесплатно

Она и удивиться не могла. Было слишком больно.

– Theero athere foram… – обреченно прошептала Аннушка, словно понимая, что никакие слова ей уже не помогут. – Theero athere foram… Theero…

Лиза заорал – боль, пронзившая ее, была настолько сильной и жгучей, что она упала на колени, в огонь. Огонь теперь был самым обыкновенным огнем, он жег, и Лиза горела. «Я умираю», – только и успела подумать она. Потом на мысли не осталось сил: Лиза корчилась на полу, охваченная пламенем, и умирающее тело молило лишь о том, чтобы скорее кончилась боль и пришла смерть.

А после ничего не стало.

Лиза не видела, как в зал вальяжной неспешной походкой вошел Эльдар и легким щелчком сбил пламя. Пройдя мимо лежащего Хикмета, он приблизился к Лизе и несколько долгих минут всматривался в ее побелевшее, запрокинутое к потолку лицо, понимая, что дело сделано, и он просто опоздал. Аннушка тихо скулила, даже не пытаясь убежать от казавшейся ей неминуемой расправы. Эльдар обернулся и брезгливо посмотрел на нее. Знающий маг второго посвящения, одна из самых сильных в регионе, сейчас была обычной перепуганной бабой.

– Дура, – негромко сказал Эльдар и удивился тому, насколько спокойно прозвучал его голос. – Я же говорил: облажаешься.

Хикмет шевельнулся на полу и что-то пробормотал. Под его животом растекалась темная кровавая лужа. Эльдар даже не посмотрел в его сторону.

– Дура, – повторил он. – Учи теперь.

Глава 2

Пять лет, пять месяцев, пять дней

– Это произвол, – серьезно сказал Геворг Гамрян, декан матфака педагогического университета и по совместительству самый серьезный и авторитетный маг в этой части страны. – На твоем месте я бы обратился в трибунал.

– Все законно, Геворг, – ответил Эльдар. – Девушку спросили, она дала ответ. То, что перед этим ее похитили, то, что она уже ассистировала магу во время обряда и должна была стать его ученицей – уже не суть важно. Они не преступили закон по факту. Все. Ничего я не буду делать.

Хикмет и Аннушка просто взяли и умыли наглого выскочку. Схватили великого и ужасного Поплавского за шкирку и макнули мордой в самую грязную лужу, какую только смогли найти. Ах, ученицу тебе? Не по чину берешь!

У Хикмета по результатам оказались сломаны три ребра и челюсть и отбиты почки, левая рука Аннушки уже никогда не будет действовать так, как раньше, но это в целом было довольно слабое утешение.

Разумеется, ни в какой трибунал Эльдар обращаться не стал. Не захотел, чтобы его умыли еще раз, да на глазах у всего честного люда. На две недели он уехал из промозглого осеннего Турьевска на солнечные Канары, где лежал на шезлонге лицом вниз и ни разу не вошел в море. Вернувшись, Эльдар с головой погрузился в работу. Он затеял реконструкцию торгового центра и благодаря удачному стечению обстоятельств купил неплохой клуб, в котором имели обыкновение отдыхать сливки турьевского общества. Финансовые дела медленно, но верно пошли в гору. Он не узнавал специально – иногда до Эльдара доходили даже не слухи, а отголоски слухов о том, что Аннушка потихоньку учит Лизу любовной магии, молодая ведьма берет небольшие заказы, но ни у нее, ни у наставницы даже близко нет ни солидных клиентов, ни приличных заработков.

Эльдар думал о том, каких высот могла бы уже достичь Лиза под его руководством, и испытывал что-то вроде тихой печали. Очень тихой, почти незаметной.

Приступов у него больше не было.

Они с Лизой случайно встретились ранней весной, когда Эльдар от нечего делать пошел вечером в клуб. Не в собственный – ради развлечения он всегда выбирался в другие места. На фейс-контроле его узнали, раскланялись и тотчас же устроили за одним из лучших столиков. Вместе с чашкой кофе официант принес маленькую афишку: сегодня в клубе выступал «Сплин». Эльдар слабо разбирался в современной музыке, но название группы ему понравилось – его жизнь в последние полгода была сплошным сплином, хандрой и разочарованием.

Тут-то он и увидел девушку, показавшуюся ему смутно знакомой. Девушка сидела за соседним столиком, потягивала разноцветный коктейль, и внезапно Эльдара словно обожгло: Лиза. Это же Лиза. Уже не унылая, вечно хмурая студентка – недорого, но со вкусом одетая барышня с небольшими средствами, знающая себе цену. Теперь Лиза держалась с невероятным внутренним достоинством. Эльдар рассматривал ее краем глаза поверх афиши. Да, Аннушка хоть и бездарная дура, каких мало, но все же сумела слепить из пацанки настоящую леди.

То, что леди зарыла свой талант на дне морском – другой вопрос.

Забыв свой коктейль, Лиза смотрела на Эльдара, не отрываясь. Он сделал знак официанту, попросил еще кофе. Да уж, есть ли смысл ходить в клуб, чтобы пить там кофе… Поймав-таки его взгляд, Лиза улыбнулась, виновато и жалобно. Эльдар вздохнул и поманил ее пальцем.

– Еще чашку кофе, – сказал он мигом подскочившему гарсону, когда Лиза пересела за его столик. Челядь в клубе была вышколенной; Эльдар мельком подумал, что обслуга у него начинает лениться. – И салат. И мясо. Ты ведь как всегда голодная, да?

Лиза не ответила.

«Хорошо, что она умеет чувствовать свою вину, хотя и не виновата, в общем-то», – подумал Эльдар и продолжал:

– Твои пять лет, пять месяцев, пять дней давно прошли, а жизнь не изменилась. Ты надеялась, что будешь что-то значить, а по факту как была, так и осталась пустым местом. Только теперь ты можешь привораживать мальчиков и девочек. Слабенько так. Тоненько.

Лиза вновь жалобно улыбнулась. Эльдар прекрасно знал, почему она сейчас молчит: сплетает для него легкую, почти невесомую приворотную сеть. Он мысленно ухмыльнулся: надо же быть настолько наивной и думать, что он ничего не заметит, размякнет и позволит себя использовать.

«Поддаться, что ли», – равнодушно подумал Эльдар.

– А могла бы города местами переставлять. Реки вспять оборачивать. Но по-прежнему живешь в общаге, и заработанного хватает только на лишние колготки. Ну и кофейку с подружками попить в «Балатоне» или где там сейчас студенты тусят…

Законченная сеть вспорхнула с ладоней Лизы и мягко прикоснулась к Эльдару. На несколько минут он позволил себе насладиться красками и огнями, которые внезапно стали ярче, ласковым и добрым миром, сосредоточившимся в девушке напротив, и предчувствием той самой большой и вечной любви, которую так сладко описывают поэты. Потом аккуратно снял сеточку усилием воли и скучным голосом произнес:

– Приворотные сети, милая моя, надо делать на растущую луну. А сейчас она убывает. Впрочем, дело такое… чем богаты, тем и лепим. Руки правильно ставить не умеешь, а туда же. К тому же, для людей с расстройствами психики подобные сети вообще ткутся иным манером. И я тебе советую никогда не привораживать шизоидов и психопатов. Ни за какие деньги. От этого проблем потом не оберешься.

Лиза моментально залилась стыдливым румянцем, словно Эльдар застукал ее за чем-то непотребным. Несколько минут они молчали. Официант принес заказ, но к еде они не притронулись.

– Как вообще дела? – спросила Лиза, в конце концов.

Эльдар пожал плечами.

– Джип продал. Клуб купил. Как сама?

В глазах Лизы стояли слезы. Готовились покатиться по щекам крупными горошинами.

– Эльдар, я ведь не знала…

– Что ты не знала? – с нарочитым безразличием спросил Эльдар, неожиданно резким движением ковырнув вилкой стейк и чувствуя, как в нем поднимается та горечь поражения, которую он все это время старательно запихивал в глубины души. Растоптали, унизили, не вынесли чужого успеха, и все это было как-то мелко и гадко…

– Что Аннушка станет моей наставницей.

Эльдар скривился.

– И что теперь?

Слез она все-таки не удержала. А плакала Лиза, как голливудская актриса: не размазывая косметику, не превращаясь в зареванную краснорожую девку. Эльдар подумал, что она хорошо играет свою роль. Очень хорошо. Будь он простым и заурядным – непременно бы купился и на эти слезы, и на эту трогательную мольбу в глазах.

– Стала и стала, – сказал Эльдар. Кофе кончился как-то уж слишком быстро, а ожидаемой бодрости не принес. – Учись. Книжки читай, Аннушку тряси, чтобы больше рассказывала. Можешь по дружбе и Хикмета тряхнуть – он, конечно, тот еще фрукт и овощ, но ряд интересных вещей знает. А я тебя кофием напою, по старой памяти, ну и довольно.

– Прости, – Лиза все-таки шмыгнула носом, на мгновение выбиваясь из образа. – Прости. Мне надо было прийти к тебе раньше.

Эльдар прекрасно понимал, почему она не пришла. Боялась до икоты. Все маги немножко чокнутые, но если уж учиться, то у того, кто еще не утерял сцепление с реальностью, как изволит выражаться Хикмет. И Лиза старательно училась – ровно до тех пор, пока не поняла, что учительница не даст ей и десятой доли тех возможностей, о которых говорил Оборотень – если он, конечно, не врал, а Эльдар Поплавский не имеет такой привычки. Эту учительницу саму неплохо было бы посадить за парту – повторить азы. А раз так, то собирайте вещи и идите на поклон к Оборотню. Сделайте вид, что встретились с ним совершенно случайно, затем сплетите приворотную сеточку, постройте ему глазки – он и сменит гнев на милость, у Аннушки заберет и научит всему, что знает сам.

Он это и выложил Лизе. Потом несколько минут любовался ее вытянувшимся лицом. А затем ему снова стало скучно. Впрочем, надо отдать Лизе должное: держалась она с достоинством. Деревенская девчонка, которую Эльдар нашел на полу в своем торговом центре, сейчас бы кинулась в ноги с ревом. Новая Лиза, которую выковало посвящение, взяла сумочку и встала.

– Что ж, ты прав, – сказала Лиза, изо всех сил стараясь удержать маску обиженного достоинства. – В любом случае, прости. Тогда с тобой поступили гнусно. Всего доброго, Эльдар, прощай.

– Сядь, – жестко приказал Эльдар, и Лиза рухнула обратно в кресло, будто у нее подкосились ноги. Теперь ей действительно было страшно: впервые за сегодняшний вечер, чье течение она более-менее просчитала, и Эльдар добавил уже мягче: – Концерт еще не начался.

– Не люблю «Сплин», – промолвила Лиза.

Эльдар усмехнулся.

– Ну и зря. А я люблю. Аннушка знает, что ты здесь?

Кажется, Лиза вздохнула с облегчением. Разговор начал переходить в практичную плоскость.

– Нет. Хикмет тоже не в курсе.

– Хорошо, – Эльдар вынул сигариллу, закурил и некоторое время задумчиво рассматривал Лизу сквозь струйки дыма, наблюдая, как меняется ее лицо. – Мои условия таковы. Я беру тебя в обучение. Если Аннушка обратится в трибунал, то я смогу тебя отстоять. Заказы ищи сама. Сорок процентов с каждого – отдаешь мне. Номер счета скажу.

Условия были откровенно грабительскими, и Эльдар это прекрасно понимал. Трибунал, конечно, за это дело не возьмется, Лиза уже имеет право самостоятельного выбора наставника, но в первый год после посвящения такие прыжки в сторону не очень одобряются. Прикрывать девушку придется уже не от тех, кто реализует волю трибунала, а от Аннушки и Хикмета – а они не отпустят добычу просто так, улыбнувшись и помахав рукой на прощание.

– Научу всему, что потребуется. Будешь не сопляков друг к дружке привязывать за шоколадку, а с серьезными людьми работать, – при упоминании о сопляках и шоколадках Лиза вскинулась, но потом все-таки предпочла промолчать, и Эльдар понял, что его холостой выстрел попал в цель. – Станешь работать в обход меня, чтоб деньги сэкономить – я узнаю. Станешь работать с кем-то еще – я узнаю. Станешь сливать информацию на сторону – я и об этом узнаю, – он бросил окурок в пустую чашку и закончил, как припечатал: – И поверь, ты тогда об этом очень сильно пожалеешь. Я не Аннушка и не Хикмет, со мной шутить не надо. Зверя ты видела. А я сам еще хуже.

Она бы убежала – так, что с фонарями бы не нашли – но не могла.

– Боишься? – доброжелательно спросил Эльдар. У сцены уже отладили оборудование, и зрители подходили поближе: концерт начнется с минуты на минуту. Что ж, «Сплин» так «Сплин».

– Боюсь, – призналась Лиза.

– Это правильно, – улыбнулся Эльдар. – Я сам себя боюсь.

* * *

– Он не сумасшедший. Он просто косит под дурака, прикрываясь своей… – Гамрян кашлянул, словно пытался скрыть небольшую заминку при подборе правильного слова, – магической особенностью. У нас ведь и без того весьма специфическая психика. Да, он был в психиатрической клинике, но в те времена и в том месте иначе и быть не могло. Карательная психиатрия, сами понимаете…

Аннушка оказалась не столь щепетильной, как Эльдар, и, обнаружив, что ученица лихо подписала контракт с другим наставником, оставив ее ни с чем, кинулась звать на помощь трибунал. Если осенью нахального Оборотня просто «опустили», то теперь Аннушка и Хикмет хотели его уничтожить. Без шуток – обработать так, чтобы мало не показалось, чтобы вернулся в свою Кондопогу на краю географии и там домовых метелкой гонял.

Гамрян прекрасно понимал, что Азиль и Максим, двое магов, присланных из столицы, могут и повестись на слезы и эмоции Аннушки. Он встретил московских гостей лично, у вагона, и увез в лучшую гостиницу города. Если тогда опоздал Эльдар, то теперь не успели Аннушка и Хикмет, застрявшие в организованной Гамряном пробке на проспекте. Небольшая фора по времени – в общем-то все, что было у Гамряна в данном случае.

– Поплавский снова подал заявку на второе посвящение, – негромко заметил Азиль, плешивый старичок с благообразной внешностью профессора математики. Подлинную жесткость его натуры выдавали резкие движения правой руки, когда он тушил в пепельнице очередной окурок – словно вгонял копье в грудь врага. И сама рука была хороша: изуродованная, скрюченная, с потемневшей кожей на запястье. Во время Великой Отечественной Азиль, которого тогда звали иначе, сошелся в честном поединке с немецким магом. На память о бое осталась изломанная кисть и склонность к периодическому забыванию некоторых слов. Его соперник так и остался удобрять белорусские болота. – Не понимаю, на что он рассчитывает. Рядом с ним всегда слишком много шума. Геворг, вы ведь не можете гарантировать, что во время посвящения он не перекинется и не порвет на клочья всю группу.

– Не могу, – признал Гамрян. – Но несчастные случаи бывали и с совершенно здоровыми людьми. Посвящение – дело непредсказуемое. Впрочем, сейчас важнее заявка госпожи Аннушки.

Максим, молодой, но исключительно талантливый волшебник, успевший к своим двадцати двум годам полностью закончить обучение в Праге и пройти второе посвящение у Томаша, светила европейской магии, потянулся к блюду с фруктами.

– Госпожа Аннушка, простите, полная дура, – цинично произнес он с таким выражением лица, будто имел с Аннушкой давние счеты, – если рассчитывала, что сможет прокатить на вороных человека с подобной репутацией, как у Оборотня. И дважды дура, если надеялась, что он забудет и простит. Эта юная ведьмочка сама может выбирать наставника. Азиль, Геворг, я прав?

Азиль и Гамрян согласно кивнули. Максим выбрал персик поспелее и помягче.

– Тогда в чем проблема? В том, что переход к другому мастеру на первом году после посвящения чреват осложнениями со здоровьем? Это ее здоровье, ей решать. Трибунал не видит проблемы в переходе от одного наставника к другому, – сказал Максим, и по его интонациям было ясно, кто именно, несмотря на возраст и колоссальный опыт, главный в тандеме московских гостей. Гамрян подумал, что не может прочитать психотип этого молодого человека и невольно обрадовался тому, что Максим не находится под его началом. Должно быть, тот еще тип, похлеще Эльдара. – Азиль, вы согласны?

Азиль кивнул и раздавил в пепельнице очередной окурок – словно растоптал поверженного врага.

– При этом сам факт перехода принес госпоже Аннушке как материальный, так и моральный ущерб, – продолжал Максим, – и трибунал не может оставить это без внимания. Поэтому мы присуждаем господину Поплавскому выплату компенсации в размере… – Максим задумался и прикрыл глаза, прикидывая цену, – ну пусть будет полтора миллиона рублей. Учитывая заработки Оборотня, это вполне приемлемая сумма.

Гамрян вспомнил, сколько сам официально зарабатывает на должности декана и вздохнул. Эльдар, конечно, всегда считал, что деньги – брызги, но тут вряд ли будет думать, что отделался легким испугом.

– Расходы трибунала также пойдут за его счет, – добавил Азиль. – Ты, Геворг, наверняка со мной не согласишься. Но пока этот шустрый мальчик будет занят работой, у него не найдется времени на мысли о посвящении.

Гамрян пожал плечами.

– Грабеж средь бела дня, конечно, – произнес он. – Но воля трибунала священна, и я ее принимаю.

Говоря это, он представлял, как на другом конце города, в пустом сейчас торговом центре, дико затосковал по потерянным капиталам Оборотень Эльдар.

Раскланявшись с московскими гостями и неофициально проконсультировав их о том, где в Турьевске можно неплохо отдохнуть душой и телом, Гамрян покинул гостиницу. Устроившись за рулем автомобиля – декан мог позволить себе абсолютно любой автомобиль из существующих на земле, но отдавал предпочтение классике и ездил на недорогом «форде» – он вынул из кармана маленькое складное зеркало и, раскрыв его, спросил:

– Ты все слышал?

Эльдар, стоявший перед зеркалом в своем рабочем кабинете, задумчиво поскреб заросшую рыжей щетиной щеку и сокрушенно промолвил:

– Да слышал, конечно. Завтра буду в переходе на гармошке играть. Разорили, в подштанниках по миру пустили.

– Передо мной-то не юродствуй, – сурово осадил его Гамрян.

С лица Эльдара мигом сошло нарочито истерическое, шутовское выражение, и Оборотень совершенно серьезно и спокойно промолвил:

– Да, Геворг, я слышал. Что ж, могло быть и хуже. Спасибо, что вмешался, я признателен.

– Париж стоит мессы? – уточнил Гамрян.

Он, откровенно говоря, не понимал, почему вокруг этой истории с молодой ведьмой возникло столько шума с самого начала. Девчонка и девчонка; они пару раз виделись, и хоть убей, Гамрян не различил в ней тех невероятных талантов, о которых рассказывал Эльдар.

– О да, – задумчиво произнес Эльдар. – Еще как стоит.

* * *

– Моя секретарша получает четыре тысячи, – угрюмо сообщил Эльдар. – И, как ты понимаешь, это очень хорошая зарплата.

При повышенной стипендии в триста рублей Лиза не могла с ним не согласиться. Они неторопливо брели по тропинке, петлявшей среди сосен – если в городе весна давно вступила в свои права, то здесь, в лесополосе на западной окраине Турьевска, зима еще не стеснялась напоминать о себе то рыхлыми почерневшими сугробами, то иззубренным льдом на темном теле ручья, то лягушкой, замерзшей в придорожной луже. Впрочем, весна вовсю отвоевывала территорию: влажный теплый воздух пах оттаявшей землей и молодой травой, на пригорках, где пригревало солнце, раскрывали желтые глаза цветы, и отовсюду слышалось журчание ручьев и пение птиц.

Не жалея дорогой обуви – Лиза подумала, что ее наставник дал маху, отправившись в лес в тонком темном пальто и легких ботинках, – Эльдар сошел с тропы и на несколько минут застыл у одной из сосен, закрыв глаза и к чему-то прислушиваясь. Лиза уже знала, что таким образом маг ловит легкие и переменчивые токи стихий, чтобы выбрать правильное место для проведения обряда. Постояв так, Эльдар обернулся к Лизе и произнес:

– Все готово, иди сюда.

Лиза, наряженная по случаю похода в лес в настоящий ватник и резиновые сапоги, шагнула к нему, мельком подумав, что по весне у сумасшедших случаются обострения. И что она будет делать, если Эльдар перекинется в зверя сегодня и здесь? Найдут ее тело любители шашлыков, ничего себе пожелание приятного аппетита…

С Аннушкой все было гораздо проще.

– Ты можешь отправляться к ней хоть сейчас и избавить меня от расходов, – Эльдар подарил ей самую очаровательную улыбку и взял за руки. – Начнем вместе или я один?

– Вместе, – выдохнула Лиза – словно в прорубь нырнула.

– Итак, – скучным голосом лектора начал Эльдар. – Сейчас вы, Лизавета Анатольевна, мой фамилиар. Не верьте в злых духов, которые принимают вид кошек, это все сказки для дурачков. Фамилиар – это помощник мага и ассистент. Без него маг может использовать для личных целей лишь те чары, что не изменяют самого мага… впрочем, это тоже сказки, но уже для умных. А что знают самые умные?

– Что фамилиар позволяет корректировать ход ритуала. Все, – сказала Лиза. – Скальпель магу подает.

Эльдар посмотрел на нее с уважением.

– Аннушка научила?

– В книжках прочитала.

Усмехнувшись, Эльдар потер кончик носа и произнес:

– Если в книжках, то ладно. Тогда держись.

И Лизу ударило.

Она не сразу поняла, что случилось. Вроде бы только что стояла под деревом и Эльдар держал ее за руку, и внезапно абсолютно все изменилось. Не было ни леса, ни весны – Лиза стояла посреди цветущего луга, солнце в жарком выбеленном небе окатывало ее теплыми волнами, и в ушах звенело от веселых голосов пчел. Лиза обернулась, пытаясь увидеть какой-нибудь ориентир и понять, куда попала – но здесь, насколько видел глаз, не было ничего, кроме луга.

А по лугу шли дети.

Совсем маленькие и уже подрастающие, они неторопливо брели среди высоких цветов и трав, то наклоняясь, чтобы понюхать цветок, то принимаясь играть с пчелами, то бегая друг за другом. Странные это были дети, и Лиза не понимала, в чем именно заключается странность. Она продолжала смотреть: дети были одеты по-разному, дорого и дешево, но одежда почти у всех была рваной и почерневшей. Но они – мальчики и девочки, кто-то совсем еще крошечный, а кто-то уже школьник, – выглядели совершенно довольными жизнью детьми, которые радуются лету и солнцу и занимаются своими играми.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6