Ксения Эшли.

Дуры ведут расследование, или Отсутствие логики – не проблема



скачать книгу бесплатно

ПРОЛОГ


По давно сложившемуся мнению Эйприл О'Хара все женщины на планете делятся на две категории: дуры и стервы. Причем вторым всегда везло намного больше, чем первым. Хотя были, конечно, и у дур счастливые истории, но по большей части только в сказках. А вот стервы жили, как хотели, и имели то, что хотели.

Но, увы, себя Эйприл, как и двух своих лучших подруг: Сару Кэмерон и Пейджи Спаркс, к этой категории никак отнести не могла. А как еще назвать тех, кто к тридцати годам не мог толком создать свою личную жизнь и удержать возле себя мало-мальски нормального мужика, жили на нищенские заработные платы (а Сара так, вообще, на пособие по безработице), тратили последние деньги на помощь кому угодно, только не себе и были никем иными, как хроническими неудачницами? А еще совсем недавно умудрились, рискуя жизнями, ввязаться в головокружительную авантюру по поимке опасного преступника.

Ну, кто они еще, если не круглые дуры?!


ГЛАВА 1


Бывают случаи в жизни, выпутаться из которых

может помочь только глупость.

Франсуа де Ларошфуко


– Она умерла! Убита! – Сара бросила на стол сегодняшнюю газету и глубоко вздохнула. – Эта новость теперь на первых полосах местной прессы.

Эйприл, уже привыкшая к излишней эмоциональности подруги, лишь бросила на нее быстрый взгляд и дальше занялась сервированием стола. Несмотря на то, что в их захудалом городишке Фредериктауне в самом центре штата Техас менее популярного человека, чем погибшая Норма Брукс, трудно было отыскать, для такой чувствительной натуры, как Сара Кэмерон, это было большой трагедией.

– Подумать только, – не унималась девушка, облокотившись на стол, – журналисты сделали из смерти невинного человека новость вселенского масштаба.

– Ну, – произнесла Эйприл, осторожно убрав локоть Сары, и поставила возле нее чашку чая, – начнем с того, что миссис Брукс была далеко не невинна.

– Все равно, – запротестовала подруга, – это не оправдывает тех людей, кто совершил такое с несчастной старой женщиной, а репортеров за то, что наживаются на чужом горе.

Сидевшая от нее по левую руку Пейджи сложила ногу на ногу и хмыкнула.

– Журналисты всего лишь делают свою работу. Нельзя винить людей за то, как они зарабатывают себе на хлеб, – как всегда, рассудительно ответила девушка.

Она тряхнула головой, и ее рыжие кудряшки запрыгали у висков. Эйприл подала и ей чашку чая, а затем поставила в середину стола вазу с черничным вареньем. Три подруги, следуя многолетней традиции, собрались воскресным утром за чашкой чая, чтобы обсудить последние новости.

– Пишут, что возбужденно уголовное расследование, и вследствие особой важности персоны убитой к нам из Далласа направлена специальная следственная группа. Теперь наш бедный город просто будет кишеть полицейскими, – удрученно произнесла Сара.

Она бросила несколько кусочков сахара в чашку и стала медленно его размешивать.

Несмотря на наличие черничного джема, девушка все равно предпочитала добавлять в чай сахар. Она любила сладкое, очень, оно приносило в ее жизнь удовольствие и компенсировало отсутствие многих вещей. Секса, например.

Подруги удобно расположились в плетеных креслах на веранде дома Эйприл. Они периодически меняли место воскресной дислокации, единственное, что оставалось неизменным на протяжении многих лет – это утреннее "собрание" выходного дня. Уже пару десятилетий верные подруги встречались в конце недели, чтобы вот так просто посидеть вместе и пообщаться. Они чередовали свои дома в качестве места встречи, сегодня была очередь Эйприл О'Хара.

– Да-а-а, – протянула Пейджи, задумчиво глядя куда-то вдаль, далеко за черту заднего двора – боюсь, копам придется несладко. В числе подозреваемых будет весь Фредериктаун.

Эйприл прыснула со смеху. Ей нравился острый ум подруги и ее тонкий юмор, сейчас она была абсолютно права. В самом деле, вряд ли в их провинциальном городишке и его округе нашелся хотя бы один человек, симпатизировавший умершей. Старая ведьма Норма Брукс была, по мнению жителей Фредериктауна, самой скверной женщиной на планете, а по совместительству и полноправной хозяйкой городка. Ее покойный муж, Виктор Брукс, в буквальном смысле основал город.

Богатый и успешный промышленник в середине прошлого века заложил первый камень на том самом месте, где сейчас располагалась их провинция. Благодаря его фонду в городе была открыта текстильная фабрика, основано несколько магазинов, построен банк и школа. Его капитал рос, а вместе с ним и разрастался Фредериктаун. И по сей день большинство жителей городка работали на Виктора Брукса. Точнее сказать, на его вдову.

С той, которую сейчас ненавидели все, удачливый предприниматель познакомился в Нью Йорке, где, поговаривают, молодая на тот период Норма работала танцовщицей в кабаре, и привез ее в Техас. Поначалу его жене не нравилась жизнь в провинции, вдалеке от удовольствий больших городов. Но со временем осознав, насколько влиятелен ее супруг в этом городе, миссис Брукс полностью поменяла свое мнение. А мистер Брукс совершил главную ошибку, которую только может сделать мужчина, он пустил жену в свои дела. И постепенно сам отошел от бизнеса, так как его драгоценная женушка теперь управляла всем, что касалось Фредериктауна.

А тем временем город рос, появлялись новые магазины, парикмахерские, кафе и рестораны, построили свою гостиницу, библиотеку и спортивный клуб, и всем этим заправляла многоуважаемая миссис Брукс. И если в начале ее отношение к людям в отличие от доброго и понимающего Виктора казалось немного высокомерным и странным, то со временем Норма превратилась в настоящую мегеру, которая, чувствуя свою неограниченную власть и вседозволенность, стала на каждом шагу стращать зависящих от нее людей.

А когда мистера Брукса не стало, и его фонд полностью перешел в руки супруги, Норма словно с цепи сорвалась, она настолько извела жителей Фредериктауна, работавших на нее (коих в городе было большинство), что самым мягким чувством, которое они стали испытывать к ней, был страх, а самым сильным – лютая ненависть.

Миссис Брукс не щадила никого. Все началось с работников фабрики и банка, которые принадлежали ей. Старуха, а к тому времени Норма из некогда красивой женщины превратилась в располневшую, седовласую старую даму с артритом, просто замучила ни в чем не повинных сотрудников целой системой штрафов. Любые опоздания и задержки на работе, будь то болезнь, семейные обстоятельства и другие немало важные причины, строго наказывались. Ни о каких профсоюзах речи не шло, старуха полностью распустила этот орган. Праздничные выходные тоже были отменены, любой косой взгляд, как ей казалось, в ее сторону, любое недовольное высказывание могло стоить работнику его должности. Люди были вынуждены работать на условиях Нормы, или как к тому времени ее прозвали "ведьмы Брукс", либо навсегда покинуть город.

Но старой грымзе этого оказалось мало. То ли сказался возраст, то ли бабка окончательно свихнулась, но она протянула руки и дальше. Старуха перешла на простых жителей города. Она требовала, чтобы проезжавшие мимо полицейские на своих машинах отдавали ей честь, чтобы, когда она заходила в кафе, ей уступали именно то место, которое хотелось пожилой женщине (а ей все время хотелось место, уже занятой кем-то), чтобы в местных лавочках ее обслуживали без очереди и бесплатно и прочее, прочее, прочее.

У всех были семьи, друзья, знакомые в этом городе. Все были как-то связаны друг с другом, и перечить ведьме Брукс никто не хотел, так как это могло быть чревато. Норма хорошо умела найти рычаги давления.

Поэтому, когда старая перечница отбросила коньки, точнее, кто-то помог ей в этом, весь Фредериктаун вздохнул с облегчением. Ее нашел дворецкий утром в загородном доме. Женщина лежала на лестнице с пулей во лбу, распластавшись на ступеньках кверху ногами давно уже "поеденными" варикозом. Но даже если бы в ее голове не было огнестрельной раны, вряд ли бы кто-нибудь смог предположить, что, в конце концов, эта леди умрет своей смертью.

– Я знаю, почему вызвали специальную группу из Далласа в помощь нашим полицейским, – Пейджи прервала затянувшееся молчание подруг. – Не из-за статуса ведьмы Брукс. Просто ее слава выходила далеко за приделы нашего города, и многие понимают, что местные копы не будут с усердием подходить к расследованию. Скорее уж ее убийца будет признан в Фредериктауне городским героем.

Эйприл еле удержалась от очередной вспышки смеха, видя, как болезненно Сара отреагировала на высказывание подруги.

– Побойся Бога, Пейдж! – воскликнула девушка. – Что за кощунственные слова? Да, миссис Брукс была не самой популярной персоной у нас, но, тем не менее, не заслуживала такой кончины. Даже не знаю, что теперь будет с нашим городом. Кто заменит эту женщину на ее…хм…"посту"?

– Говорят, у нее практически не было родственников, – кивнула Эйприл, – а завещание она не оставила. Видимо, думала, что будет жить вечно.

– С ее-то популярностью? – хмыкнула Пейджи. – Да, рисковая была дама. Я бы на ее месте давно бы уже подготовилась к скорой смерти…и очень мучительной.

На этот раз Эйприл не выдержала и громко расхохоталась. Подруга присоединилась к ней. Эйприл на секунду подумала, как все-таки удивительно, что совершенно три разные женщины так легко находят общий язык.

Они дружили с детства и всегда были не разлей вода. Неисправимая оптимистка с соломенными локонами и глазами цвета горного меда, Эйприл О'Хара, никогда не унывала и всегда, даже в самой сомнительной ситуации, старалась отыскать что-нибудь хорошее. Хотя с годами розовые очки стали немного темнеть, а в голову все чаще закрадывался жизненный цинизм. К тридцати годам она дважды шла под венец, правда оба раза ее женихи делали ноги еще до свадьбы, имела свой маленький книжный магазинчик и безумно мечтала завести ребенка.

Очень чуткая, как комнатное растение, Сара Кэмерон, все время была буфером между чересчур веселой Эйприл и родившейся с серьезным лицом Пейджи. По-детски наивная с очень тонкой душевной организацией пышка Сара всегда носила длинные волосы медного цвета, считая только такую прическу атрибутом настоящей женщины, и мечтала о принце на белом коне. Правда, в бывшие мужья заимела себе, мягко сказать, полумужика.

И рыжеволосая Пейджи Спаркс с зелеными как у кошки глазами и разрезом воистину кошечьим всегда была деловита, пунктуальна, имела острый ум, как лезвие бритвы язык и серьезные планы на будущее. Правда, разменяв этой весной четвертый десяток, девушка пришла к выводу, что не все в ее жизни складывается так, как она хотела. Конечно, она получила престижное образование, имела свою нотариальную контору в Фредериктауне, недавно купила себе дом, в отличие от девочек, которые до сих пор арендовали жилье, но ей все время казалось, что чего-то не хватает. Словно больше ей некуда расти, а этого сильно хотелось. Порой в голову даже закрадывались мысли, что ей тесно в собственном городе, словно она давно переросла его и дальше некуда стремиться. Но Пейджи тут же гнала эти мысли прочь.

– Девочки! – возмущенно воскликнула Сара, но ее уже никто не слушал, продолжая хохотать.


Когда к полудню подруги покинули дом, Эйприл вернулась на веранду и стала собирать посуду со стола. Удивительно, что дружеская регулярная беседа сегодня переросла в обсуждение гибели ведьмы Брукс, хотя это событие трудно было обойти стороной. Как бы ни вела себя эта женщина, новость о ее убийстве действительно поразила всех. В их маленьком городке, вообще, не могли припомнить, чтобы случалось нечто подобное, и страшно было поверить, что кому-то понадобилось насильно отправлять на тот свет пусть совсем не невинную особу.

Несмотря на импульсивность, Сара была права, сложно представить, что теперь будет с их провинциальным городком после гибели Нормы Брукс. Хоть старая гиена и имела невыносимый характер, но жители города со временем с ней стерпелись, а теперь на смену Нормы придет кто-то другой. Эйприл представления не имела, кто это будет, и что станет с Фредериктауном, когда фондом, финансирующим город, станет заправлять неизвестный им человек.

И местные репортеры уже делали ставки, кто это будет. Так как старая зануда не оставила наследников, и близких родственников у нее уже не было, вероятным претендентом на вакантное место "хранителя кнопки" фонда становился племянник мистера Брукса, некий Джерри Николсон, тридцатишестилетний бизнесмен в сфере медиаресурсов из Сан-Франциско. Фото мужчины уже красовалось на обложках местных газет, одна из которых мирно лежала на столе Эйприл.

Девушка взглянула на картинку. Мужчина был невероятно хорош собой. Статный, широкоплечий, уверенный в себе предприниматель в черном деловом костюме смотрел на нее с обложки. Харизматичный шатен с глазами дымчато-серого цвета просто лучился самодовольством. Как писала пресса, этот молодой баловень судьбы всего в жизни добился сам. Начав свою карьеру с заместителя продюсера в медиасфере, уже к тридцати годам получил статус самого молодого медиамагната в штате Калифорния. И с каждым годом только улучшал свой статус и пополнял банковский счет. Эйприл неплохо разбиралась в людях и знала таких типов. Подобным был ее бывший бой-френд. Если этот, как его там, Николсон завладеет их городом, ничего хорошего ждать не придется. Но девушка понадеялась, что, возможно, оставленный в наследство от любимого дядюшки город в самом сердце Техаса не прельстит молодого медиамагната, и тот не рискнет покидать обласканный солнцем Сан-Франциско, чтобы перебраться к ним в провинцию.

Что ж, время покажет.


ГЛАВА 2


В глупости все женщины одинаковы.

Эразм Роттердамский


Надо копить на липосакцию! Надо копить на липосакцию!

Сара сделала очередную попытку, застегнуть на себе узкие брюки и чуть было не разрыдалась, когда пуговица на поясе оторвалась и отлетела в сторону. Ну что за невезение! Следовало надевать их лежа. Если так дело пойдет, она не только опоздает на новую работу, но и лишится всей своей одежды. На календаре было тридцатое июня, и в это время в их местах было довольно жарко, но девушка была просто обязана натянуть на себя не по погоде жаркий, но, главное, строгий деловой костюм, так как, в конце концов, теперь она работает в банке и, следовательно, должна одеваться согласно дресс-коду.

Но что делать, если ее единственная юбка, которую она носила вот уже две недели с первого дня работы в учреждении, сегодня утром разошлась по швам? А на белой блузке в районе груди красовалось яркое пятно от малинового джема (следствие вчерашнего ужина)? Оставался только один единственный вариант – осенний твидовый костюм. Но теперь, похоже, и этот вариант отпадает. Что же ей делать?

Еще несколько лишних минут задержки, и она опоздает на работу, и ее непременно уволят. В банке с этим было строго. Нет, Сара больше не вынесет жизнь на социальном пособии по временной безработице. Нужно срочно что-то придумать. Но так как на бирже платили сущие гроши, у нее не было возможности обновить свой гардероб. Необходимо заняться этим на выходных. Или, наконец, перестать объедаться плюшками и сбросить лишние килограммы, неприятный предательский голос внутри опять дал о себе знать. Сара сморщила лицо. В самом деле, пора заняться своей фигурой.


Быстро передвигая ножками, девушка шла по коридору к своему кабинету. Она еле успела, банк открылся полминуты тому назад, Сара прошла через пункт контроля буквально на последних секундах. Теперь оставалось быстро добраться до своего рабочего стола и не умереть от едких замечаний ее напарницы Даниэлы Франк, которая, похоже, взяла в привычку стращать новенькую сотрудницу. Ну, ничего, главное, успела.

Вот только передвигаться в таком виде было несколько неудобно. Времени пришить пуговицу не было, поэтому пришлось застегнуть брюки на булавку, но в итоге с каждым движением расходилась ширинка, а булавка грозила в любой момент расстегнуться и больно впиться в пухлый живот. Поэтому приходилось его втягивать в себя (впрочем, как и всегда). Но втягивать приходилось не только пузо. Брюки практически чудом не расходились по швам. И, как назло, в доме не нашлось ни одной приличной кофточки, которая по длине могла прикрыть необъемный зад хозяйки. В итоге если Сара оконфузится сегодня, об этом благодаря Даниэле будет знать весь банк. А еще туфли. Ей следовало давно отдать их Гарри, подбить каблуки. Один каблук сточился, и сейчас Сара напоминала себе хромого бегемота.

Жирная корова!

Подошел лифт, девушка поднялась на свой этаж, размышляя о том, что все-таки пришло время, достать из гаража велотренажер, который уже четыре года пылился там, с тех самых пор, как Сара приобрела его на рождественской распродаже с семидесяти процентной скидкой. Двери лифта открылись, девушка сделала шаг, и к ее полному ужасу тот самый дышащий на ладан каблук попал в щель в полу между створками. Сара оступилась и растянулась поперек коридора.

Очутившись носом в ковролине, девушка осознала всю комичность ситуации, и если бы не все неприятности, что валились с утра как снег на голову, она бы, наверное, рассмеялась. Быстро поднявшись, Сара почувствовала легкий укол в районе пупка – булавка все-таки расстегнулась. Вспомнив все ругательные слова, девушка развернулась к лифту, брюки подождут, сперва нужно спасти туфлю. Наклонившись, так, что ее штаны сзади наполовину спустились вниз, она ухватилась руками за каблук. Хрясь! А затем звяк, звяк!

Сара вымученно застонала. Каблук сломался, а булавка слетела с брюк и провалилась в щель. Да, что же за день сегодня такой?! Дернув со всей силы, девушка высвободила сначала свою туфлю, а затем и каблук, но сила отдачи была такова, что Сара отпрянула назад и уперлась своими обширными ягодицами во что-то твердое. Послышался легкий вздох. Девушка зажмурилась и закусила губу, чтобы не издать рвущийся наружу стон. Она, кажется, в кого-то врезалась. Лишь бы это была не Даниэла, иначе насмешек не оберешься.

Прижав одну руку к ширинке, чтобы брюки окончательно не спустились вниз, девушка повернулась, подняла голову вверх и остолбенела. Уж лучше бы это была Даниэла. Но нет, сегодня судьба решила проверить ее на прочность. Напротив нее стоял он. О-о-о-он! Самый невероятный, самый красивый, самый сногсшибательный мужчина на земле, а по совместительству ее босс, генеральный директор банка, Кеннет Филлипс. И Сара сделала то, что всегда происходило с ней при виде этого мужчины (хотя случалось крайне редко и только мельком), это чуть было не потеряла сознание. Конечно, сегодня она удержалась на ногах, но ее мозг был затуманен настолько, чтобы позволить рукам выпустить брюки, и они благополучно сползли почти до колен.

А как могло быть иначе, когда перед тобой стоит Аполлон, Адонис и все греческие боги в целом воплоти? Высокий блондин был необычайно хорош собой, просто бесподобен. Его курчавые волосы пшеничного цвета обрамляли мужественное лицо словно нимб. Невероятно голубые глаза, прямой нос, квадратный подбородок, высокие скулы и такой большой порочный рот, – все делало его лицо настоящим творение великого художника. Рост – что надо, намного выше шести футов пяти дюймов, плечи широченные, узкие бедра. Сара сама не заметила, как облизнулась. Он не носил галстук…никогда, даже несмотря на то, что этого требовали обстоятельства. И, вообще, Кеннет вел себя довольно непринужденно в своем банке. Все в нем: ленивая походка, легкая улыбка на лице, расслабленная поза говорили о том, как вольготно и уверенно чувствует себя этот человек.

А сейчас его фантастические голубые глаза, с плясавшими там смешинками, внимательно осматривали ее, а его чувственный рот растянулся в кривой улыбке.

– Проблемы? – При звуке его бархатного голоса Сара почувствовала, словно по ее позвоночнику пробежал электрический заряд, но этот шок также вернул ее в чувство, и лицо девушки вмиг стало свекольно-красным. Боже мой!

– А? Я…эээ…это…каблук застрял.

Позади послышалось, как закрылись дверцы, и лифт стал подниматься вверх. Сара стояла как истукан, не в силах больше вымолвить ни слова и сделать ни одного движения. В ее голове кружился рой мыслей, но чаще всего возникало слово "кошмар".

Кеннет Филлипс, сложив руки в карманы и слегка отклонившись назад, внимательно разглядывал девушку.

– Угу, – кивнул он, слегка поджав рот. – Вижу. А еще мне кажется, вы что-то потеряли.

Вспомнив про штаны, Сара опомнилась и ойкнула. Продолжая держать туфлю в одной руке, а ее каблук в другой, девушка схватила пояс брюк и потянула их на себя. Не было никого смысла объяснять потерю булавки, не следовало добавлять информации в этот конфуз. Идиотка, дура набитая!

Кое-как натянув брюки на то место, где они должны были быть, слегка придавив пояс рукой к животу и не желая оставаться здесь ни секунды, девушка промямлила:

– Яяяя…эээ…пойду.

Она махнула свободной рукой с каблуком в сторону кабинета и на всякий случай добавила:

– Я здесь работаю.

Мужчина кивнул, продолжая молча глядеть на нее. Девушка не знала, что ей делать. Сгорая от невыносимого стыда, она развернулась и, переваливаясь с одного бока на другой, а точнее, с ноги, обутой в туфлю, на ногу в одном нейлоновом носке, как матушка гусыня, Сара прошлепала к своему кабинету.

Войдя внутрь, она чувствовала себя настолько ужасно, что даже ядовитый возглас Даниэлы никак не повлиял на нее. Кое-как добравшись до своего рабочего стола, девушка плюхнулась в кресло и вместе с сумочкой положила возле клавиатуры туфлю и отломанный каблук. Никогда в жизни Сара не чувствовала себя настолько униженной. Ни с Эйприл и уж точно ни с Пейджи подобного произойти не могло.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное