Кристова Анжела.

Родная кровь. Книга первая. Семейные ценности отдельных личностей



скачать книгу бесплатно

В земные страсти вовлечённый, я знаю, что из тьмы на свет

Шагнёт однажды ангел чёрный и крикнет, что спасенья нет.

Но, простодушный и несмелый, прекрасный, как благая весть,

идущий следом ангел белый прошепчет, что надежда есть.

Булат Окуджава.

© Анжела Кристова, 2016

© Мария Брагина, дизайн обложки, 2016


ISBN 978-5-4483-3897-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Я резко проснулась. Минуту в недоумении пялилась в темноту, припоминая, что могло меня разбудить. Неужели я так замерзла, это меня холод разбудил среди ночи? Похоже на то.

Протянула руку, нащупала холстину, которая прикрывала стену. Пальцы ощутили изморозь. Ну да, все правильно. Сейчас ночь и слышно даже, как ветер завывает в ночи. Зима. Холодно. И спать очень хочется! Я начала вновь устраиваться на постели. Подтянула ледяные ноги к животу. Нет, уже не усну – совсем замерзла под тонким, рваным одеялом. Надо вставать. Рядом со мной тесной кучкой лежали горячие тела – мои сестры и где-то среди этой мешанины замотанных в одежки девчонок, мой маленький братик. Я поплотнее укрыла их своей частью одеяла. Пускай спят! Мои маленькие!

Осторожно вытянула голые ноги и оперлась ступнями о пол.

Ох! Ну и холод! Дух захватывает. Найти бы еще в кромешной темноте носки!

Немного пошарила руками по ледяному полу и нашла сапог. Потянула к себе. Сапог оказался странно теплым. Похоже, в нем всю ночь проспала наша кошка. Ага! Вот и второй сапог. Ну, этот леденющий, почти не гнется. Натянула сначала теплый сапог на ногу, потом второй – холодный, он задубелый кое-как наделся. Встала, начала ходить по комнате. Дощатый пол заскрипел под ногами.

Заворочалось в темноте:

– Опять ни свет, ни заря соскочила! И чего тебе не спится!?

– Все-все! Уже ухожу. Я печку растопить встала, спи деда.

Нащупала в темноте овчинный тулуп на постели, платок и, толкнув дверь, выскочила в темные сени. В сенях было еще холоднее, чем в доме, по голым коленкам прошелся холодный ветерок. В наших сенях дуло из всех щелей сразу.

Это полузавалившееся, рассыпающееся жилье нам выделила община свенов. Сказали так: селитесь сюда, ничего другого нет. Мы и заселились, ведь зима стремительно приближалась. Уже несколько недель дули с севера холодные ветра и день ото дня температура падала. Теплее уже не станет, а перезимовать где-то надо. В этом северном краю холода длятся по 9 месяцев в году!

Как мы здесь оказались? Это вообще отдельная история….

Заселились всей большой семьей – 7 человек. Из них способная работать только я одна. Остальные…

Так что же меня разбудило? Оглядела темные сени. Мышей у нас не было, была кошка, а ей тоже нужно кушать. Тогда что?

Завязала тулуп веревкой – застежек не было, накинула на волосы платок и подошла к двери, ведущей на улицу.

Толкнула дверь наружу, не идет. Может дверь засыпало снегом? Вон слышно, как ветер завывает, значит, метель разыгралась! Тогда не выйти…. Ох! Неудачно входная дверь расположена у нашего дома – на север. Попробовала открыть дверь еще раз. Чуть-чуть подалась. На миг показалось, что дверь снаружи чем-то подперта. Странно, и кто так пошутил? И не поленился же протопать в такую даль!

Наше жилище было самым дальним в поселке. Дальше – только дремучие леса предгорья Реар-Бро, гор Заалерта, так еще эти горы называли местные жители – свены.

Я не была свенкой. Я была человеком. Самым обыкновенным человеком. Чистокровным, если кому интересно. Свены же были помесью людей…

Помучавшись еще немного, я уже собралась разбудить деда, как что-то мешающее мне снаружи подвинулось под моим напором, и дверь приоткрылась. Выглянула в темноту и с недоумением разглядела на наметенном к самой двери сугробе темное на белом. Точно что-то лежит. Или кто-то. Это что-то лежало у входа в наше жилище.

– Эй! Ты чего тут развалился? – я нагнулась.

Ответа не последовало. Зато раздался протяжный вой. Я дернулась и присела на корточки у двери, протянула руку в темноту. Дотронуться до тела не успела, вместо этого, мне прямо в руку уткнулась зубастая пасть, и обдало лицо смрадной вонью. Волк. Из мрака ночи к нашей двери вышел волк.

Одернула в страхе руку, а волчья наглая морда, в темноте еле различимая, нагнула мохнатую голову и, схватив зубами, потянула за ногу лежащее тело в темноту.

– Вот это да! – От неожиданности уселась на снег у порога. – А ну отпусти, тварь!

Волк и не подумал пугаться. Потянул только сильнее, рывок и тело поползло во мрак ночи.

И я только сейчас услышала, как завывает страшно ветер в ночи, а в глаза мне прилетели колючие иглы снега.

Я выбралась за дверь, как была – на коленках. Ухватилась за чужую одежду и потянула на себя.

– А ну отдай, тварь! Кому говорю! Отпусти его и проваливай.

Человек! Это человек…

Волк и в самом деле, как услышал мои слова, испугался? Понял? Выпустил из пасти ногу, и поднял на меня глаза. Из темноты уставились два желтых косящих глаза. Горящих! Вдруг хищная тварь оскалилась и зарычала. Зверь припал на передние лапы, готовясь прыгнуть на меня.

В это миг я вспомнила, что нет у меня в руках ничего: ни палки, ни ухвата, ничего. Голая рука, тулуп и коленки выглядывают ниже, голые. Встала на ноги и застыла на малое мгновение, сделала шаг назад, сапог неожиданно поехал, и я повалилась в снег. Да так неловко – ноги под себя, руками взмахнула, как птица крыльями перед самой мордой зверя. Он и цапнул за кисть.

Болью, как кипятком, обожгло руку. Волк еще и дернул руку на себя. Я взвыла, валясь вперед. И в этот миг из мрака выскочили к порогу еще две тени. А у меня от боли уже темнело в глазах. Попыталась встать на ноги. Не могу! Мешает лежащее подо мной тело.

Волк дернул меня в темноту. Пришло понимание, что все. Это смерть. Сейчас еще раз дернет, поволочет за собой, а я не смогу…., а там приблизятся другие и меня начнут рвать на куски.

Еще рывок и я почувствовала сквозь обжигающую боль, как ползу по снегу. В отчаянной попытке остановить это движение, я ухватилась свободной рукой за одежду лежащего, и вдруг натолкнулась на острое. Что это? Пошарила еще рукой, нащупала смерзшийся мех, вцепилась пальцами в шубу незнакомца.

Кричать было бессмысленно, никого кругом. А в доме мне помочь некому…

Но не умирать же! Я и не собиралась! Мы еще поборемся! Отпустив тело, ухватилась рукой сначала за морду, потом нащупала ухо и следом глаз зверя. Пальцами нажала что есть силы и зверь дернул мордой. Руку не выпустил, но прекратил тащить меня. Рука соскользнула с глаза, и волк почувствовал облегчение. Но я уже уверенно встала на ноги и начала с отчаяньем пинать мохнатое тело сапогом, куда попадало.

– На, на, тварь! Получай волчья морда. Я так просто тебе не дамся. На! На!

Волк начал скакать под ударами и в какой-то миг выпустил руку. Я освободилась и снова повалилась на землю. Кувыркнулась через голову. Уселась в снег. Сжалась вся. Волк был где-то рядом. Тут в темноте. Очень близко моя смерть. Вот сейчас зверь соберется с силами и бросится на меня вновь и тогда все. Я дернула укушенной рукой – работает, но как ватная. Ничего не вижу! Все лицо в снегу!

Напрягла зрение и слух. Здоровой рукой смахнула снег с лица. Ветер завывает, колючий снег летит в лицо. Вскочила на ноги, нагнула голову вперед и прижала укушенную руку к боку. Осторожно спиной назад шагнула в направлении дома, еще шаг и еще. Сапог наткнулся на что-то лежащее под ногой на земле. Опять! От неожиданности вновь повалилась на землю.

Да что же это за невезуха такая! Меня сейчас растерзают звери. Попыталась быстро встать на ноги и снова наткнулась на острое. Не поняла, что-то горячее потекло по пальцам. Сталь. Оружие! В голове вертелась только одна мысль, не упустить оружие и скорее отмахнуться.

Волк в тот же миг прыгнул на меня. Я не успела даже разогнуться, так скрюченная от боли и махнула рукой.

Неуклюжий взмах железкой и раздался визг. Резануло, как косой по нервам. А в следующее мгновение на меня упало тело волка – горячее и мокрое. Снова отмахнулась. Туша зверя сползла мне под ноги, а я выставила вперед руку с зажатой в ней железкой. Вовремя – следующее тяжелое тело прыгнуло, казалось, прыгнуло, прямо целясь мне в голову. Больно вывернуло руку! Я с трудом удержала железку. Раздался отчаянный визг, и горячее что-то на руку. Кровь! Волчья!

Больше никто не нападал. Все еще держа перед собой на чуть вытянутой вперед руке железо, начала отступать в направлении дома. Уже осторожнее ступая в темноте. Тело все еще лежало где-то на пути к двери. Где-то тут. Опять наткнувшись на него ногами, через стиснутые зубы чертыхнулась:

– Вот, Чернодер, опять это! – Нагнулась. Лежит, где волк оставил. Обернулась к жилищу – дверь совсем рядом. Я выпрямилась и, качнув рукой, швырнула в приоткрытую дверь железку. Звякнуло. В дверной проем я попала. Снова нагнулась и, нащупав воротник тулупа, потянула его к двери. Хорошо, что нет крыльца перед нашей дверью, ни ступенек – низкий порожек и все. Втащить на ступеньку, пускай и низкую, этого ночного гостя я бы не смогла. Я из последних сил дернула тяжелое тело, напряглась и застонала. Рывок и удалось перевалить его через порог.

И как силы нашлись! Втащила в холодные сени и захлопнула дверь во двор.

Глава 1

– Я убила волка! – сама себе сказала. И повторила, – убила… – посмотрела на себя. Ничего не видно, непроглядная темень в доме! А я стою, прислонившись спиной к холодной стене. Подняла к глазам руку, правую – липкая. Кровь! Для уверенности еще и лизнула – соленая.

Разжала скрюченные слипшиеся пальцы. Чем же я отмахивалась? Где-то тут, под ногами эта железка. Повела ногой, ага! Вот она. Железка звякнула, отлетая к стене. Шатаясь и спотыкаясь, я открыла дверь в комнату и подошла к печке.

– Нужно печь растопить. Ой! Ну, где же огненный камень?! Куда я его вчера сунула? – Руки не слушались. Я ворчала себе под нос и копалась в темноте, натыкаясь на горшки и деревяшки. Все не то! Наконец мне попался огненный камень. Секунда-другая, чиркнула камнем по кладке печи, и блеснул огонек. Сунула руку с горящим камнем в жерло печи, где кучка хвороста. Потянуло дымком. Замерцал огонек.

Я без сил присела рядом на пол. Загудел огонь, пожирая приготовленный для розжига хворост. Тяга у печи была отменная – еще бы! Половина кладки печи рассыпалась задолго до нашего вселения в этот дом. Тянуло из множества щелей. Через эти щели и уходило почти все тепло.

Огонь разгорелся, появился слабый свет и я, наконец, смогла рассмотреть, что-же втащила в дом. Голова темная, лохматая. Тело так и лежало, куда я его отволокла – на полу рядом с дверью. Много меха с длинным ворсом, много кожаных ремней и металлических заклепок на меховом тулупе. Что еще… пахнет странно.

Похож на свена – большой и тяжелый. А еще мертвый. И чего я так надрывалась его спасая? Вот безумная! Идиотка!

От невеселых мыслей накатила слабость. Из сидячего положения я перетекла в лежачее, в изнеможении повалилась на мерзлый пол. Полежала с минуту и вспомнила про железку. А еще пришла в голову мысль, что раз уж я втащила в дом тело, то не плохо бы его раздеть и натянуть на себя его одежду и согреться.

И я поползла к трупу. И чего опять так сильно кольнуло? Ох! Да это видимо меч и очень острый, вон как режет – как в масло входит в тело. Поднесла к самым глазам свои руки. Слабый свет от печи помог разглядеть не только ужасную рваную рану от зубов волка на одной кисти, но и несколько красных кровоточащих, тонких пореза по пальцам и по всей ладони на другой руке. Я в темноте хваталась за лезвие меча! Пока отбивалась от волков… Меча острого, как не знаю что. Сравнить было не с чем.

Внезапно, с ужасом для себя поняла, что руки безнадежно поранены, и я… искалечена? Искалечена!!! Как такими руками работать?! Я не представляла. Сразу ощутила, как дергает раны. Как течет по пальцам и не думающая останавливаться горячая кровь.

Я обернулась на мертвое тело и напоролась на мрачный взгляд.

Светало. Еще немного и станет видно во дворе. Домочадцы уже проснулись и в мрачном молчании ходили по комнате и сеням. Дед Орис кряхтел, сопел и кашлял. Печь сожрала третью порцию дров и все еще было холодно. Очень холодно.

Я сидела, прижавшись спиной к кладке печи, и глаз не открывала. Руки, туго перемотанные моей нижней юбкой, нестерпимо дергало. Голова болела.

Неизвестный переполз и уже сидел, привалившись спиной к нашей печи. Молчал. Дышал. Не мертвый. А значит снять и забрать себе его одежду не выйдет. Забрать острый меч и сапоги тоже не выйдет, как не выйдет продать все эти ценные вещи. Не выйдет выручить за барахло денег на еду и лекаря, что мог бы залечить порезы и раны.

Дед Орис уже сбегал на двор и освежевал туши волков. Здоровые. Каждый ростом с 14 летнего подростка. В этих местах волки были особенно крупными, и сильными. А еще они были тощими и облезлыми. Дед рассказал. Рост и все. Да, еще много костей и вонючая шерсть. Я остро чувствовала запах мокрой шерсти в доме, хотя дед не вносил в дом шкуры. Пахло волчьей шерстью от меня. А у меня не было сил даже подняться с пола. Так и сидела, привалившись к печке. Чуть подальше сидел этот, не умерший.

Метель ближе к утру стихла и разъяснилось. Сразу ударил мороз. Я вспоминала, что же произошло. В первый раз в своей жизни я встретила волка. Не в сказке, а живьем. Какой ужас. Меня колотила нервная дрожь, и еще, я как будто речь забыла. Открывала рот, как рыба, силилась что-то произнести и не могла. Голова свесилась на грудь. Сил нет, даже поднять. Дед подходил ко мне два раза, тряс, расспрашивал, сам говорил. Я слушала, хлопала глазами и мотала головой. Все.

Шкуры пришлось закапывать в снег, следы борьбы и кровь закапывать тоже. Все дед и сделал. Я не могла даже встать на ноги прочно. А еще холодно. Все время мне холодно!

«Мясо съедим, кости подальше выкинем, лучше в воду» – так думала я. Мысли вяло ворочались в моей гудящей голове. «В реку их. Течением их отнесет далеко и если сильно повезет, то никто не догадается, что у нас есть мясо волка и две волчьи шкуры. Если повезет, сможем весной продать. Если нет, и найдут раньше – отберут. Все отберут»

Я снова закрыла глаза. Прислушалась к своим ощущениям: меня мутило от слабости, кружилась голова, трясло от озноба. Все сразу! В горле пересохло, а сил не было даже попросить воды. Я силилась это сказать и копила для этого силы. Вот сейчас подойдет мой дед, и я открою рот…

Рядом шевельнулось. Ах, да! Это не умерший шевельнулся.

Кого же послать за старостой?

Открыла глаза и посмотрела на мелькающие перед взором тени. Светает. Через несколько часов за мной придут и все откроется. Я не могу с такими руками работать, а значит, заберут сестру, какую? Наверняка Эльму. Заставят ее работать или же продадут? Кому ее можно продать до весны? А остальные и я вместе с ними? Что будет с нами? Нас может даже никто кормить не будет – зима еще продлиться 7 долгих месяцев. И не продадут никому. Кому мы нужны до весны? Правильно… никому, если не можем сами себя прокормить. Столько мы не протянем на мясе двух волков? И то, если мясо не найдут. Вой громкий, наверняка многие слышали. А мои руки скажут за меня еще красноречивее самого воя. А еще нюх у свенов, как у самих волков – учуят кровь, запах шерсти в доме …бесполезно прятать! И все съесть за раз не выйдет – кишки завернутся.

Не умерший опять шевельнулся. Я скривилась, мрачно подумав, что сама все испортила. Только я! Нужно было не лезть в пасть к волку, а закрыть дверь, а лучше всего не просыпаться вовсе! Теперь все умрут из-за меня. Только из-за меня.

– Меч…, – раздалось хриплое рядом.

Не умерший еще и дернулся, проговорив эту фразу. Бродившие в предрассветном сумраке люди все разом замерли. Дед Орис подошел к телу незнакомца и присел на корточки.

– Уважаемый. Потерпите немного… раз вы не умерли, то немного потерпите еще. Мне некого послать за старостой, чтобы сообщить, что мы вас нашли… понимаете.. Внучка не может пойти сейчас, а дети все маленькие – не дойдут по холоду. Я тоже не могу идти. Я один… вам не понять, уважаемый. Но внучка должна выйти на работу и раз не вышла, то сюда явятся орки и вас найдут. Потерпите немного…

– Орки? Где я? – не умерший дернулся еще раз. Его правая рука все время пыталась найти опору на нашем полу. Не получалось. Он вновь дернулся, очень странно, всем своим большим телом.

Я краем глаза смотрела. Что это? Предсмертная агония? Может еще и умрет?

Дед Орис в сомнении уже более внимательно посмотрел на не умершего незнакомца. Мужик, заросший щетиной по самые глаза. Во всяком случае, так смотрелось. Темноволос. Небрит, а еще от него несет такой вонью – и это не волчья вонь! Как будто он валялся в дерьме. От одежды – запах выгребной ямы. Одежда хорошая, крепкая на вид: «Да, жаль не мертвый»

Старик внимательно еще раз оглядел внешность валяющегося у печи незнакомца. Оценил на глаз стоимость вещей – добротные, теплые. Подумал в который раз: «Одежду можно было бы продать, а тело спрятать. Но не срослось»

Так думал старик. Мысли очень схожие с мыслями, гуляющими в моей голове, голове его внучки.

Я старшая. Остальные – мелкотня сопливая и голодная. 5 внуков от семи до двух лет. Дед и я, старшая. Леара. Из-за меня нам и дали этот кров. Но я теперь хуже маленьких детей – руки покалечены.

Я застонала и начала подниматься на ноги.

– Куда ты! Сиди, ненормальная! Я сам схожу к старосте.

– Нет, дед. Я пойду. Помоги мне только переодеться. И намотай на руки еще хоть что-то – кровь не останавливается никак.

Сказала про кровь и меня замутило. В глазах заплясали черненькие крючочки. Нахмурилась, пытаясь не потерять сознание от слабости.

Помогло. Продолжила очень тихо:

– Я сама пойду… – губы мои затряслись и следующие слова я еле проговорила: – Я к старосте пойду…. Придумаю что-нибудь про волка. – Замолчала. Отвернулась и, шатаясь, прошла к постели. Нужно найти, во что мне переодеться.

Не умерший наблюдал за общением двух людей. Девчонка пошла к кровати, а старик опустил голову и вдруг плечи его затряслись. Ни звука.

Девчонка обернулась. Села на постель.

Дед беззвучно плакал. Я смотрела. Что тут скажешь? К старосте обращаться за помощью мне не хотелось. Ой, как не хотелось!

– Подай меч, старик, – повторил более четко незнакомец.

Его не осматривали. Так и лежал у стены печи, куда сам дополз. Где полз, виднелся на мерзлом земляном полу, темный, грязный след не пойми чего. Меч валялся у самой двери на улицу.

Старик подошел и нагнулся к мечу.

– Осторожно. Очень острый. Берись только за рукоятку и лучше – за самый край, подальше от крестовины. Она тоже ранит….

Дед со всеми предосторожностями взялся обеими руками за рукоятку меча, странно взялся, не пальцами, а как будто одной кистью наложил меч на другую кисть. Незнакомец отметил эту странность. Старик на вытянутой руке поднес меч незнакомцу. Подошел совсем близко и неожиданно меч выскользнул прямо в руку сидящего у печи чужака. А старик испуганно шарахнулся в сторону.

Незнакомец скривился:

– Спрячь меня, если меня найдут – убьют. Я заплачу…

Дед встрепенулся. Шикнул на детей и те забились всей гурьбой на постель и мне за спину.

– Кто ты?

– Не важно. – Помолчав, с явной неохотой, проговорил чуть слышно чужак. Чувствовалось, что слова даются ему с большим трудом. – Скажи, что можно обменять на еду и услуги лекаря для твоей внучки, не привлекая внимание. Я уйду, но не сегодня….. – Замолчал.

– Что у тебя есть? – глаза деда придирчиво начали осматривать одеяние незнакомца. – Можно обменять одежду, вот сапоги подойдут!

Старик воззрился на тяжелые с металлическими пряжками сапоги не умершего.

– Сапоги не отдам. Есть деньги…

– Деньги вызовут вопросы. У нас нет денег. Все забрали…

– А чужие вещи вопросов не вызовут? – Незнакомец придирчиво осмотрел убранство нашего жилища. Да, ни одного предмета годного для продажи. И предметов то не слишком много. Проговорил:

– Так уж и все забрали? – Незнакомец посмотрел в упор на старика. А тот так и застыл посреди комнаты, взглядом пригвожденный к месту. Отмер и проговорил чуть слышно:

– Забрали. Они искателем металлов нас проверили. Забрали даже кулоны и цепи с оберегами у младших.

– Чем же ты шкуры свежевал? Волчьи?

– Костяным ножом. – Старик с недоумением огляделся. Посмотрел в сторону двери и в угол, куда ушла внучка. Неожиданно девчонка глухо проговорила:

– Снимай тулуп и дай деньги.

– Не бери у него деньги, Леара, деньги вызовут ненужные вопросы! Пускай отдаст тулуп и штаны, раз не хочет с сапогами расставаться!

– Дед, перестань! Мне надо идти, уже совсем светло и сюда скоро прискачут. Я сейчас уйду и что-нибудь придумаю, как скрыть порезы. Подойду близко к пилам и может, удастся сделать вид, что ими поранилась. А лекарю заплачу и он не выдаст… может быть не выдаст…

Я воззрилась на незнакомца:

– Эй! Не умерший! Не знаю, откуда ты взялся, но вони от тебя много и проблем много. Лучше бы ты умер! Честное слово! – Проговорив эти слова, я сделала над собой заметное усилие и вздохнув, встала с постели на ноги. Неожиданно меня повело от слабости, ноги подогнулись, и я завалилась на пол. Последнее, что помнила, как заплакал кто-то.


Свеярд в молчании смотрел на происходящее рядом с ним. Он был тяжело ранен, но еще пара суток, а лучше неделя, и он сам себя залечит и сможет уйти в горы. Нужно просто отлежаться и желательно в тепле. Но, похоже, он выбрал не лучший вариант. Просто этот дом был ближе всех к лесу. И еще – он был не за высоким забором. Перелезть через частокол с ранением в живот, Свеярд не смог бы. Сил ползти уже не осталось. А еще волки. Они преследовали его несколько часов и вконец обнаглели, когда поняли, что рядом поселок.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4