Кристофер Браун.

Тропик Канзаса



скачать книгу бесплатно

– Вооружаем людей, – добавил Бенджи. – Помогаем им помочь самим себе.

– Люди на первом месте, – сказал Дрозд. – Мы помогаем им добиться подлинной независимости, какая есть у нас.

– Какой первыми добились могавки, – сказала Бетти. – Они получили свою собственную страну.

– Размерами с небольшую ферму, – усмехнулся Бенджи. – Следующая будет намного больше. После чего мы переберемся туда. Там меньше загрязнение. Рыбалка по-прежнему хороша.

– Мы можем просто объединиться, – заметила Бетти. – Образовать архипелаг разных народов.

– Что? – спросил Бенджи.

– Сеть, – объяснила Бетти. – Свободных людей. Помогающая обмениваться свободной информацией. Расширяющаяся. Мы возвратим наши земли, вернем их в первозданное состояние.

Сиг заметил, как Холм, тот, что лысый, посмотрел на Дика, в костюме.

– Наверное, ты и так все это знаешь, побывав везде, – сказал Дрозд.

Сиг видел лагерь к северо-западу от Флин-Флона и натыкался на следы боев. Он не знал, что это такое, и старался держаться подальше.

– Все началось просто с тайного перевода через границу тех, кто хотел покинуть Штаты, – сказал Дрозд. – Затем Дик и его ребята сказали, как мы можем помочь им переправлять груз нашим братьям по ту сторону.

– И доставлять обратно особенный товар, – добавила Бетти. – Ты должен присоединиться к нам!

– А им-то от этого какой прок? – спросил Сиг, указывая на Дика и Холма.

– Вода, – объяснил Дрозд.

– Для шахт и заводов, – сказала Бетти. – А также для богатых ублюдков, подолгу принимающих душ.

– Не забывай поля для гольфа, – со смехом вставил Дик. – Мы хорошо платим. И покупаем права на разработку.

– Он может пойти с нами? – спросила Бетти у Дика. – Я дам тебе отдохнуть целую неделю.

– Месяц, договорились? И мы дадим ему попробовать, – сказал Дик. – Но он должен понимать, что в этом ремесле есть свои правила. Которые нужно выполнять, если хочешь остаться в живых. Осторожность, честность, преданность. Не болтать, не красть, не обманывать нас. Никаких дел на стороне, о которых мы ничего знаем.

– Мне он кажется надежным, – вмешался Бенджи. – Определенно, с тем, чтобы держать язык за зубами, у него все в порядке.

– Я покажу ему, что к чему, – улыбнулась Бетти. – И он откроется.

8

Они отправились прогуляться вдоль берега.

Когда Сиг обратил внимание на то, как же здесь тихо, ему объяснили, что всех водоплавающих птиц истребили гербициды, которые бросили в воду в попытке уничтожить сорняки, бурно разросшиеся за последние необычайно теплые года. Сиг посмотрел на воду, чернеющую за кромкой льда, гадая, осталась ли какая-нибудь рыба в ее неподвижных глубинах.

Тут появилась группа подростков, которые начали носиться по льду на квадроциклах с шипованной резиной, производя такой шум, какой бывает на автодроме, и Бетти с Сигом вернулись обратно в лес.

Они поговорили о тех ребятах, которых Сиг помнил по своему детству, перечисляя тех из них, кого уже не было в живых.

Бетти спросила у Сига о том, как погибла его мама, после чего захотела узнать, хочет ли он из-за этого убивать больше полицейских. Сиг ответил, что теперь все совсем иначе.

Бетти спросила, правда ли отец Сига был мексиканец, и Сиг рассказал о том, как его дед, отец Клайда, служил в армии и вернулся из Тихуаны с женой. Оба они умерли еще до того, как Сиг появился на свет. Бетти назвала его настоящим дворнягой.

По пути Сиг подробно расспрашивал о переходах через границу. Бетти открыла ему большую тайну. То, что она, Дрозд и Бенджи нашли приработок на стороне. Добывать секретную информацию и продавать ее подпольным ячейкам. Сиг спросил, как тайно переправлять информацию. Бетти ответила, что все зависит от того, какую именно информацию.

Сиг спросил у Бетти, что было вырезано на прикладе ее автомата. Она называла его «калашников» – по ее словам, так звали человека, который его создал, и еще ей очень нравилось, как звучит это название. На прикладе были вырезаны изображения животных, на которых Бетти охотилась с этим автоматом, а также воображаемые животные, олицетворяющие ее погибших друзей. Бетти сказала, что резьбе по дереву ее научил дедушка, и, когда они вернулись в ее домик, она показала особый нож для этого, а потом они полночи не спали, показывая друг другу свои шрамы, по большей части оставленные другими ножами.

Сиг по-прежнему не был готов открыть Бетти свои тайны.

9

Бо?льшую часть следующего дня Сиг проспал. Койка в доме у Бетти была маленькая, но очень уютная, с чистым бельем, пуховой периной, толстыми шерстяными одеялами и огромной подушкой. Из коротковолнового радиоприемника звучала тибетская музыка, похожая на голоса старых печальных призраков. У Бетти были чаи, которые согревали ноги и улучшали рост волос. Когда она распустила свои волосы, Сиг готов был поклясться, что шерсти в них больше, чем во всех одеялах, но только они мягче и чернее, цвета мира, лишившегося света. Глядя на нее, Сиг недоумевал, как мог провести целых шесть лет жизни, спя в лесу в одиночестве.

Бетти умела настраивать приемник, но новости она никогда не слушала, кроме тех случаев, когда ей хотелось услышать самые страшные сообщения с войны, чтобы получить дополнительную мотивацию делать жизнь лучше теми средствами, какие были ей доступны, – разрушительными, безрассудными. Она поделилась с Сигом своими мыслями вооружать американцев, чтобы изменить порядок вещей по эту сторону границы. Сиг возразил, что от оружия никогда не бывало ничего хорошего, хотя у всех оно уже есть. Бетти настаивала, что это больше не соответствует истине, что оружие выдавали только тем, кто записывался в патриотическое ополчение, а ополченцы в свободное от охоты на террористов время отбирали оружие у обычных людей.

Сиг рассказал Бетти, что он хочет зарабатывать деньги, чтобы не было нужды спать на улице; у него будет большой дом, похожий на те, в которые он проникал в канадских городах. Бетти хохотала целую минуту, после чего сказала, что, наверное, ему нужно пойти работать в банк, если он не против носить костюм. Она рассказала, что большинство сотрудников банка и информационного центра – это подонки, перебравшиеся из Вирджинии. На ее взгляд, все они стремятся спрятать деньги среди чисел и кодов. Даже если для этого им приходится делать другим больно.

Сиг спросил, сколько можно заработать на передаче информации. Бетти ему сказала. Много. До пары тысяч за хороший товар. По большей части информация поступает в маленьких пластмассовых коробочках, иногда в записных книжках, один раз это были большие бобины с лентой.

Когда они в очередной раз мылись в маленькой ванне дома у Бетти, Сиг рассказал о лагере для задержанных в Интернешенал-Фоллс, откуда он бежал, услышав, что его собираются переслать в Детройт. Бетти ответила, что, если ему показался плохим этот лагерь, ему следовало бы взглянуть на тот, который построили в Новом Орлеане.

Нет, сама она там не была.

Бетти сказала, что, по словам Бенджи, именно туда в конечном счете попадает тайно переправленная информация. И если проделать весь путь туда, то можно получить значительно больше, полную цену.

Именно тогда они решили вместе отправиться туда, в Новый Орлеан. Спуститься вниз по Миссисипи. Захватить с собой такую большую партию товара, какую им только удастся собрать. Быть может, они смогут раздобыть каноэ. Добравшись до места, они посмотрят, чем смогут помочь в борьбе за правое дело. Сиг признался, что опасается нового ареста, но Бетти ответила, что проскользнуть незаметно легко, если только знать как, и он с ней согласился. Тогда Бетти снова стиснула его в объятиях, сказала, что очень рада его видеть, после чего принялась собирать вещи.

Вскоре пришел Бенджи и сообщил, что Дрозду после ужина нужна будет их помощь.

10

Они поехали на снегоходах по старой дороге, семь миль от большого озера до развалин форта Шарлотт на Пиджен-Ривер. Там в укромном месте в сарае хранились оружие и контрабанда. Снегоходы были особенные – сверхлегкие и тихие; заплатил за них Дик. Быстро передвигаясь по заснеженным полям, они в мягком голубом сиянии луны казались блестящими черными точками.

Участок границы, проходящий вдоль резервации, единственный не был укреплен. Бетти вела себя так, как будто этим можно гордиться – как будто это символизировало их добытую с таким трудом свободу; однако по Дрозду чувствовалось, что это, скорее, та цена, которую пришлось заплатить.

Их было восемь человек: Сиг и Бетти, Бенджи, Щитомордник и Дрозд, и еще три молодых парня, которых Сиг прежде не видел. Они загрузили оружие в ящики, привязали ящики к саням, прикрепленным сзади к снегоходам, и двинулись на север. С собой они захватили запас горючего. Дрозд отправил Сига и Бетти вперед на разведку на двух самых маленьких снегоходах, без саней. Молодые люди на полной скорости устремились по замерзшей реке, глядя друг на друга и вперед, изучая неровные линии деревьев по обеим сторонам, поднимая взгляд на небо, когда вспоминали об этом.

Они проехали больше двадцати миль по сияющему снегу. В какой-то момент низко над ними пролетел самолет, но они были уверены, что их не заметили. Они ехали по реке до тех пор, пока не закончился лед, после чего им пришлось продолжать путь по правому берегу до того места, где через реку был перекинут железобетонный мост.

Через какое-то время их нагнали Дрозд и остальные. Маленький отряд остановился, и Бетти с Сигом отправились разузнать, что к чему.

Бетти рассказала Сигу, что они получат взамен ящиков холщовые мешки, набитые английскими и канадскими деньгами, которые можно обменять на американские купоны по ценам черного рынка. Или просто использовать – многие с радостью берут банкноты с изображением королевы. Бенджи сказал, что они заработают по триста долларов каждый. Бетти и Сиг прикинули, что этого хватит, чтобы снарядиться в путь. И еще можно было рассчитывать на дополнительную сумму, которую Бетти должна была получить от своего заказчика.

Замаскировав снегоходы, они направились пешком к дороге, укрываясь за деревьями, стараясь по возможности идти по старому снегу, где корка наста была достаточно толстая и не ломалась под ногами. Бетти держала «калашников» наготове, повесив на плечо на самодельном ремне. У Сига в ножнах лежал нож Конга, а за пояс был засунут старый револьвер, который ему одолжил Бенджи. Сталь была холодной.

Они поднялись ползком на насыпь, откуда можно было видеть то, что происходило на дороге.

Шум двигателя, работающего на холостых оборотах, они услышали до того, как увидели машину. Бетти трижды нажала на кнопку фонарика, и машина в ответ помигала фарами. Это был старый синий микроавтобус, без окон в задней части.

– Пошли! – сказала Бетти, выводя Сига из зарослей на дорогу.

Обернувшись к реке, она крикнула сойкой.

Двухполосный мост был огорожен по обеим сторонам невысоким бетонным парапетом. Снега не было – лишь кое-где ледяные проплешины и грязный наст на откосах. Сквозь шум двигателя микроавтобуса слышался плеск холодной воды, протекающей под мостом. Сиг посмотрел влево, стараясь разглядеть в зарослях ребят. Тут водитель включил фары, ослепив Бетти и Сига. Сиг зажмурился. Водитель проехал вперед, после чего сдал задом. Другой мужчина открыл изнутри двери грузового отсека.

– Привет, девочка! – сказал он, спрыгивая на асфальт.

Разглядеть его лицо в темноте было трудно. Он был в очках и бейсболке, в черной куртке, рабочих штанах и сапогах.

Внутри грузового отсека вспыхнул свет. Сиг увидел два холщовых мешка, как и говорила Бетти.

– Привет, Пит! – сказала Бетти. – Они будут здесь через минуту.

– Им нужно поторопиться, твою мать! – пробормотал Пит, сбрасывая мешки на асфальт.

Они упали с глухим стуком. Сиг явственно представил себе их содержимое.

– А для меня что-нибудь есть? – спросила Бетти.

– Ну да, конечно, – сказал Пит. – Держи.

Пошарив в грузовом отсеке, он достал что-то и бросил это Бетти. Пластиковый пакет. Достав из пакета две маленькие пластмассовые коробочки, Бетти убрала их в карман куртки и застегнула его на молнию. После чего протянула пакет Сигу. Внутри лежало что-то твердое, размером с книгу.

– Два маленьких мне, один большой тебе, – улыбнулась Бетти.

Сиг посмотрел сквозь прозрачный пластик. Это была видеокассета. «Послания из Лемурии». Сиг засунул кассету за пояс.

Выбравшись из кабины, водитель остановился перед открытой дверью. В лунном свете блеснул иссиня-черный автомат у него в руках. Такому оружию позавидовали бы многие полицейские. Водитель был в черном пуховике, волосы у него были забраны в хвостик. По виду он был азиат, быть может, представитель коренных народов Севера.

– Здравствуй, Сумасшедшая Бетти! – сказал водитель. – Кто твой приятель?

– Тебе необязательно это знать, Ник, – ответила Бетти.

Она снова свистнула, подзывая Дрозда и ребят.

Сиг оглянулся на лес позади, с той стороны моста. Он что-то почувствовал, как будто за ними наблюдала сова.

– Похож на твой талисман из средней школы, – недобро ухмыльнулся водитель.

– Нет, это не он, и у нас нет талисмана, – строго ответила Бетти. – Ребята, какие у вас сегодня проблемы?

– До сих пор не пришли в себя после общения с твоим боссом, – сказал Пит.

– У меня никакого босса нет, – сказала Бетти. – Быть может, есть у Дрозда.

Послышался стук, затем показались ребята, несущие ящики через лес по склону холма. Они несли их на плече, как носят лодки, по четыре человека на ящик.

– Эй, они притащили себе гробы! – усмехнулся водитель.

– Заткнись, Ник! – отрезал Пит.

– Мы определенно принесли много смерти, – сказал Дрозд, похлопав по ящику свободной рукой.

Водитель окинул контрабандистов оценивающим взглядом. Двое парней, которых захватил с собой Дрозд, были еще моложе Сига.

– У тебя сегодня одни практиканты, дядя Дрозд, – заметил водитель.

– Ты ведь не услышал, как они подошли, правильно? – сказал Дрозд.

Они поставили ящики на асфальт. Судя по грохоту, стальные короба были еще тяжелее, чем казались с виду.

Пожав плечами, водитель переложил автомат в другую руку.

Дрозд и Щитомордник направились к мешкам.

Сиг снова поискал взглядом сову.

Вместо этого он увидел в лесу свет. Фары приближающейся машины. Затем еще фары, с другой стороны.

Сиг выхватил револьвер, который ему дали.

– Подонки! – воскликнул Дрозд.

Дрозд и его ребята схватились за оружие. Сиг выстрелил первым, во вторую машину.

Ночные птицы бесшумно разлетелись прочь. Мост озарился выстрелами, трещавшими одновременно с пяти сторон.

Щитомордник и остальные ребята ожесточенно отстреливались, но это было безнадежно: целиться в слепящий свет фар и тени, находясь под перекрестным огнем. Сиг выстрелил в тех, кто сидел в микроавтобусе, но его уложили раньше.

Первая пуля показалась ему шершнем, который проник в глубь его тела и там взорвался.

Вторая пуля оказалась еще хуже.

Какофония выстрелов затихла, сменившись стонами и голосами людей, выкрикивающих друг другу приказы.

Сиг пополз к Бетти, неподвижно застывшей в десяти шагах от него. Он увидел, как к ней подошел бритый наголо Холм.

– Долбаные козлы, вы нарушили правила, – бросил он. – Разозлили тех, на кого мы работаем. Заставили нас делать то, что не доставляет никакой радости.

Холм навел пистолет на Бетти и всадил пулю ей в голову.

– Снимите это на видео, – приказал он.

Тут Холм заметил смотрящего на него Сига. Сиг вытащил нож. Холм ударил его ногой в лицо, затем в то место, куда попала пуля, и у Сига перед глазами все стало белым.

11

Сиг очнулся, упав в ледяную воду. Холод сдавил ему грудь. Жадно глотнув воздух, Сиг увидел труп Дрозда, висящий под мостом, раздетый, с вырезанным на спине предостережением, похожим на логотип какой-то корпорации.

Он увидел, как с моста сбросили еще один труп, и ощутил разбежавшиеся от него по воде волны.

Сиг увидел, что Холм смотрит на него. Он нырнул и поплыл, насколько хватало сил.

Холод затруднял дыхание, но зато помогал терпеть боль.

Затем холод овладел им, белыми щупальцами увлекая в непроницаемый мрак.

12

Когда Сиг пришел в себя, было уже светло. Он лежал на холодном сыром берегу, свернувшись в позе эмбриона.

Он потерял толстовку и одну кроссовку. Он ощупал свой живот. Ему показалось, футболка приклеилась к внутренностям слоем замерзшей грязи. Нога ощущалась так, словно на ней лежал здоровенный камень, но когда Сиг прикоснулся к ней, то нащупал только липкую слизь. Во рту стоял привкус крови. Два передних зуба шатались. На пояснице вздулась какая-то шишка. Потрогав ее, Сиг понял, что это видеокассета, засунутая за пояс.

Его вырвало, кровью и кофе; было такое чувство, будто все его внутренние органы пытаются выбраться наружу.

Сиг сжался в тугой клубок. Его трясло, дрожь никак не проходила.

Через час он пополз.

Сиг карабкался вверх по берегу, пробираясь через снег, смешанный с опавшей листвой и грязью. Наконец он добрался до гравийной дороги. Он не знал, куда ведет эта дорога, не знал даже, в какой стране он находится.

Сиг выполз на середину дороги, борясь со сном и ожидая, что вот-вот слетятся стервятники, и, как ему показалось, после бесконечно долгого ожидания, но на самом деле практически сразу же появился грузовик. Сиг услышал его издалека, попытался усесться; он запомнил голос водителя и хруст гравия под колесами, пока лежал на полу, а машина ехала так долго, что он заснул.

Сиг проснулся ненадолго, когда его осматривали люди в белых халатах, затем опять, когда он лежал в кровати и с ним разговаривали две пожилые женщины и один пожилой мужчина. Они очень терпеливо задавали вопросы, но у него не было ответов.

Часть вторая
Спиноза и Мортимер Снерд

13

Именно Тане пришла мысль после обеда сходить посмотреть на Белый дом. На то, что от него осталось.

– Возьми меня с собой, – вызвалась Одиль, подавшись вперед и включив ту самую улыбку, в которой озорство и серьезность сочетались как раз в нужном соотношении, обыкновенно позволяющем ей добиваться желаемого, даже когда этого не должно было быть.

– Ты опасная, – покачав головой, улыбнулась Таня.

– А ты попробуй, – сказала Одиль. – Этому городу нужны опасные люди.

– Жаль, нельзя вернуться в прошлое, – заметила Таня. – Вот тогда бы ты мне рассказала, что такое жизнь, полная опасностей.

– Тут ты попала в самую точку, – согласилась Одиль. – Я забыла, что ты успела насмотреться опасности в лицо до того, как мы поступили на юридический.

– Да ты и половины всего не знаешь, – сказала Таня, уставившись в остатки своего кофе и рассеянно размешивая сахар серебряной ложечкой.

– Если ты меня туда отведешь, обещаю вести себя хорошо, – настаивала Одиль.

Посмотрев на нее, Таня подняла брови.

– Может быть, – сказала она. – Я даже не знаю, пустят ли меня. Удостоверение государственного служащего еще не открывает допуск в ту зону.

Одиль улыбнулась. Зал был заполнен пришедшими на обед сильными мира сего: темные костюмы и по большей части розовые лица на фоне шикарного минимализма ресторана, под присмотром вышколенных охранников в сшитых на заказ бронежилетах. В этом облачении они были похожи на кукол с движущимися конечностями, изображающих дворецких, возможно, потому, что они проводили больше времени, маяча за спинами клиентов, чем проверяя входящих в дверь. Одиль клялась, что в этом ресторане никогда не было подслушивающей аппаратуры, поскольку влиятельные и могущественные посетители этого не потерпели бы, но всякий раз, когда Таня смотрела на висящее на стене изображение совы, у нее возникали сомнения.

В последнее время Таня попадала в центр Вашингтона исключительно для того, чтобы пообедать с Одиль, своей лучшей подругой по юридическому факультету. Она переехала на окраину, что полностью ее устраивало. Контора, в которой она работала, находилась в Херндоне недалеко от платной магистрали, жила она на Джорджия-авеню по эту сторону от Сильвер-Спринга, неподалеку от бывшего центра ветеранов. Все это делало ее одной из тех челночников, кто мотался по Окружной дороге между различными пригородами, слушая по радио непритязательные хиты из далекого прошлого, когда от выпусков новостей уже начинало тошнить. По выходным Таня любила ходить в музеи, однако из-за новых заграждений и контрольно-пропускных пунктов это стало слишком большой головной болью. Но сегодня был особый случай: Одиль отмечала премию по итогам года, которая была больше, чем все то, что зарабатывала Таня.

Ресторан оплачивала Одиль.

Одиль работала в крупной фирме с К-стрит, за шестьсот тридцать пять долларов в час заключая контракты на транспортные перевозки для нужд армии, и при этом она еще жаловалась, сколько неоплаченного времени ей приходится тратить на помощь задержанным лицам, которой она занималась на общественных началах. Таня познакомилась с ней на первом курсе юридического факультета института Лидди; девушки быстро сошлись на почве сардонического юмора, перебросившего мост между их совершенно разным прошлым. Одиль, белая девушка из состоятельной семьи, выросла, отгороженная от окружающего мира такой многоуровневой защитой, что могла позволить себе быть идеалисткой; абсолютные гарантии ей обеспечивали мать-политик и отец-бизнесмен, имеющие доступ к властям предержащим. И ресторан, который она выбрала, был полностью в ее духе, начиная от службы безопасности, которая связывалась с местом работы потенциального клиента, проверяя его благонадежность, и лишь после этого разрешала заказать столик, и кончая тем, что главное значение имело не то, что ты заказал, а то, кто тебя здесь увидел. Даже название было соответствующим: «Минерва», в честь любимой дочери самого могущественного бога, правившего всем миром.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8