Кристина Романютенко.

Красные бабочки



скачать книгу бесплатно

Дизайнер обложки Александр Артамонов


© Кристина Романютенко, 2017

© Александр Артамонов, дизайн обложки, 2017


ISBN 978-5-4485-0195-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Благодарности

Огромное спасибо моему талантливому и верному иллюстратору Александру Артамонову, который, как верный рыцарь, нарисовал очередную шедевральную обложку для моей книги.

Спасибо человеку (имя я обещала не разглашать), который доверил мне свою жизненную драму и разрешил написать об этом книгу, добавив события, которые никогда не имели место в реальности.

Спасибо моей музе, которая так бережно охраняет мой творческий покой, не бросает меня и продолжает вдохновлять.

Спасибо мои друзьям и близким, особенно моим родителям, которые так верят в меня.

Спасибо тебе, мой читатель, за то, что всегда рядом и держишь меня за руку.


Ваша Крис,

с любовью

Основано на реальных событиях


Лео

Глава 1
Кто я?

Стрелки часов предательски отсчитывали время назад, заставляя сознание окунуться в помойное ведро воспоминаний. Перед глазами всплывали лица людей, похороненных под слоем времени. От запаха сгнивших переживаний, рвота подступала к горлу. Я сжал кулаки, чтобы сдержать свои физиологические потребности.

– Я рядом, – дрожащими руками она разжала мои кулаки и прижалась к груди. – Я рядом. Ты не один.

Глухой щелчок. На долю секунды всё остановилось. Отец стоял настолько близко, что я вновь ощутил запах его сигарет и парфюма, который покупала моя мама. Каждый раз отца передергивало от этого аромата, но он героически пользовался им долгих двадцать лет, так и не сказав ничего своей любимой женщине. Папа улыбался, затягиваясь очередной сигаретой, и задорно подмигивал мне, заставляя морщинки собираться в уголках глаз.

Хлопок. Стрелки побежали вперед так быстро, что все мои внутренности перевернуло и вывернуло наизнанку.

– Не переживай, – прошептала она. – Я все уберу. Пойдем. Пойдем.

Своими тонкими маленькими ручками она сгребла огромного меня в охапку и уложила на кровать. Гнойные воспоминания проникали в каждый угол моего сознания, безжалостно вскрывали залеченные раны прошлого, пронзали своими шипами и раздирали все прекрасные моменты, которые я так бережно хранил.

Резкий холод заставил меня вздрогнуть.

– Тише, это всего лишь полотенце, – прошептала Маша, приводя меня в сознание. – Тебе надо немного отдохнуть.

– Мне необходимо тебе все рассказать. Ты не понимаешь, кто я. Ты вообще не должна здесь находиться. Я подвергаю тебя опасности, прости…

Я впился губами в ее ледяные руки и стал целовать их.

– Когда ты узнаешь, кто я – ты и сама не захочешь быть здесь. Моя вина. Я обещал себе. Но ты… Я не смог удержаться.

– Лео, – голос ее был невероятно спокоен. – Я рядом, и, если ты готов, я слушаю.

Я закрыл глаза, опустился на подушку, и отправил свое сознание разгребать помои памяти, чтобы вызволить воспоминания двухлетней давности…

– Ты знаешь, два месяца прошло, а я помню как вчера.

Черт! Голова сейчас взорвется от всего. Ты уверена, что хочешь знать? Уверена? – мой голос сорвался до нервно-истеричных нот, я вцепился в ее хрупкие плечи.

– Я здесь, – прошептала она. – Я была здесь и буду. Рядом.

– Я тебя не стою, – я обреченно рухнул на подушку. События прошлого с наслаждением уничтожали моменты, наполненные мимолетным, но все же счастьем.

– Рассказывай, – жестко приказала Маша и взяла меня за руку. – Я слушаю.

От ее прикосновения вулкан моего прошлого стал сотрясаться в агонии, выхаркивая раскаленные воспоминания.

– Я в международном розыске, – почти закричал я.

– Забавно, – невероятно равнодушно выдавила Маша.

– Что ты сказала? – по слогам спросил я. – Забавно? И только? Просто «забавно»?

– А что ты хочешь услышать? – ухмыльнулась она. – Скажи, что я должна сказать. Ты в международном розыске. Я слушаю твою историю. Я все еще здесь. Держу твою дрожащую ладонь. Я рядом. Если, конечно, ты не рецидивист, который сбежал от жены с шестью детьми.

Уголки ее губ расползлись в пленительную улыбку, забавные ямочки на щеках задорно подрагивали от смеха. Рядом с ней я ощущал себя в безопасности. Эта хрупкая маленькая блондиночка стала моим домом, моей опорой, моей крепостью, моим тылом.

– Я не крал. Я не убивал. Я не бросал своих детей, – улыбнулся я. Она удивленно подняла правую бровь. – У меня их еще нет. Поэтому и бросать некого.

Маша с нежностью провела свободной ладонью по моей щеке. Ее маленькая изящная ручка с аристократично-длинными пальчиками вернула меня в далекое детство. Сколько же мне было? Я точно еще не ходил в школу. В моей комнате стояла неудобная кровать с матрасом, мягким настолько, что я просто утопал в нем. А от воспоминания о ядовито-зеленых обоях с динозаврами я до сих пор вздрагиваю. Но я был счастлив. Каждую ночь мама ложилась рядом со мной, я прижимался к ней, а она гладила меня своими мраморно-холодными руками по волосам. От нее всегда пахло корицей и кофе, как от Маши.

– Не молчи, – с нотками стали в голосе произнесла Маруся.

– Принеси воды, пожалуйста, – попросил я, облизывая сухие губы.

Я был готов на всё, чтобы еще несколько минут насладиться её, еще пока любящим, взглядом, той искренностью, которой она заполняет все пространство вокруг себя, безграничной верой в меня.

– Не молчи, – потребовала Маша.

– Я – беглец..

– Душа моя, у любой истории есть начало. Мне не так важен конец или его отсутствие в этой истории. Бегство – лишь последствие каких-то событий. Я хочу знать, что случилось полгода назад.

– Маш, я не понимаю тебя. Ты не боишься?

– Лео, я боюсь лишь одного – однажды проснуться и не застать тебя рядом. Я ужасно боюсь потерять тебя. Пускай эгоистично прозвучит, но мне необходимо, чтобы ты был рядом.

– Ты…

– Я – это всего лишь я. И сейчас мы разговариваем не о моих страхах или желаниях. Мы возвращаемся в прошлое, чтобы решить, что можно сделать в настоящем, чтобы изменить будущее.

В ее огромных изумрудных глазах горело столько решимости и уверенности, что я просто не смог бы больше молчать. «Пан или пропал», – говорил отец перед самыми важными сделками. – «Сын, всегда иди до конца. Не сворачивай с выбранного пути. Только тогда рядом с тобой будут люди, которые никогда не бросят в трудную минуту. Только тогда появится та женщина, которая станет твоим домом».

Глава 2
У любой истории есть начало…

Многие скажут, что я – невероятный счастливчик, потому что родился в одной из самых влиятельных семей Екатеринбурга.

Мой отец, как и мой дед, всего добились сами: по кирпичику они выкладывали свой бизнес, находили партнеров, убеждали клиентов, спасались от банкротства. Каждая заработанная ими копейка – это кропотливый бессонный труд, который сжигал отца и деда. Если бы не моя мама и бабушка, эти мужчины никогда бы не отдыхали – такими они были трудоголиками. Меня воспитывали с пониманием того, что мужчина сам строит свою жизнь, объясняли, что только я сам могу выбрать свой путь.

Мама пролила немало слез, когда я решил, что институт – это не глупая трата времени. «Мам, если мне прижмет, я куплю диплом или десять дипломов. Я должен сейчас начинать свое становление и взросление, а не еще пять лет сидеть на вашей шее», – уговаривал я ее. Несколько месяцев длилась эта слезливая блокада моей мамы, но все же мы пришли к обоюдному соглашению, «что когда я заработаю первый миллион, я обязательно пойду и получу высшее образование, как другие нормальные дети».

Я редко видел отца – вечные дела, командировки, встречи. У моих друзей отцы тоже часто отсутствовали, но восполняли эту пустоту деньгами, дорогими машинами, эксклюзивными драгоценностями. Их матери вечно пропадали в спа-салонах, заводили молоденьких любовников, некоторые в отчаянии развлекались с любовницами. И всех всё устраивало. Этакая богемная жизнь, чтобы другие завидовали. С детства я был окружен платиновыми детками и их истерично-никчемными мамашками, которые тяжелее своей сумочки и маленькой дрожащей псинки в руках не держали.

Мне было лет 12, когда я впервые осознал, насколько моя мама отличается от всех.

– Господи, Марго, – наигранно завопила однажды одна такая дамочка. – Что с твоими руками? Короткие ногти не в моде! Тебе срочно нужно посетить мою маникюршу. Сделает всё в лучшем виде.

– Алла, – спокойно улыбнулась моя мама. – Я не нуждаюсь ни в чьих услугах.

– Но, голубушка, – взвизгнула это чудо. – Правильный маникюр – это лицо женщины.

– Лицо женщины – это уют в доме, счастливый муж и воспитанный сын.

– Какие глупости ты говоришь, – засмеялась Алла. – Ты всегда как что-нибудь скажешь. Невероятная. Ладно, мы с Арчиком, – она поцеловала своего йокшира. – Уходим, но ты подумай о маникюре хотя бы. Годы идут. А рядом с богатыми мужчинами всегда толпы молоденьких и красивых. Тут уж никакой уют не удержит штаны на ремне.

Мама прорыдала полвечера, разглядывая свои руки. Мой отец пришел тогда злой, какая-то сделка сорвалась, но, увидев свою зареванную жену, он сел рядом и прижал ее к своей груди:

– Почему моя вселенная плачет?

– Посмотри на мои руки… Они такие старые. Я даже не замечала, что на них столько морщин…

Папа с нежностью, на которую только способен огромный и суровый мужчина, взял ее ладонь: поцеловал каждый пальчик, каждую морщинку, а потом приложил руку к своей щеке:

– Ты чувствуешь, что и я не молодею. Мы ведь собирались состариться вместе?

– А что, если ты уйдешь?

– Мой космос, как можно променять тебя, женщину, которая держала меня за руку, когда жить не хотелось, которая последний кусок хлеба отдавала мне, чтобы я смог найти силы и пойти работать… Что ты так смотришь? Ты думаешь, я не помню, насколько ты тогда исхудала. Ты хоть представляешь, каким ничтожеством я себя ощущал, когда любимая жена улыбается и трясущимися от голода руками кормит тебя.

– Это неважно уже, – мама уткнулась лицом в его свитер.

– Ты – женщина, которая тащила меня, пьяного, ободранного, побитого домой.

– Нашел, что вспомнить…

– Нет, послушай. Я не хочу, чтобы у тебя даже мысль такая возникала в голове, что я могу променять единственного человека, который остался со мной после смерти моих родителей, когда все отвернулись. Всё, что я имею – это ты. Ты и Лео. Разве могло быть так, что у двух бесплодных людей появится ребенок? Это ли не доказательство того, что мы всё делаем правильно.

– Мне тебя не хватает, – прошептала мама.

– Мне тебя тоже.

– Будешь борщ? – засмеялась она и игриво прикусила губу.

– Конечно.

– А ты, мой маленький шпион? – мама обратилась ко мне. – Время уже двенадцатый час, тебе в школу завтра рано. Поэтому единственное объяснение твоему присутствию – это желание отведать борща.

Это одно из самых моих любимых воспоминаний. Именно тогда я осознал, что дороже семьи в этой жизни ничего нет. Со временем я стал рассматривать своих друзей под микроскопом «моего видения мира» и глубоко разочаровался. Я жил… Нет… Я существовал в эпицентре полых людей с ценниками. Так забавно было наблюдать за ночными распродажами своих друзей, когда с количеством выпитого, выкуренного и уколотого их прайс скатывался до ближайшего обезьянника или облеванного пола в туалете ночного клуба… Вариаций скидок было бесчисленное количество. Неизменным оставалось одно – звонок папы или мамы и этот секонд-хенд вновь становился люксовым брендом.

Ты, должно быть, считаешь, что я не такой?

До ближайшего обезьянника обычно ехать минут десять по Комсомольскому проспекту. А пол тот, выложенный красным кафелем, очень охлаждал. Отец обычно орал, запирал дома, забирал карту, разбивал телефон. Мама молча приносила завтрак-обед-ужин. Я делал вид, что «это больше не повториться», «я сам не знаю, как так вышло», «я не собирался драться с полицейским», «случайно превысил скорость до двухсот километров». И все налаживалось. Чувство родительской вины перед ребенком всегда творило чудеса прощения.

Однажды всё просто закончилось. Я проснулся от глубочайшего похмелья, в моей постели было две обнаженных девушки – типичное утро понедельника. В незнакомой квартире воняло сигаретами, алкоголем и сексом. Умываясь ледяной водой, я рассматривал свою опухшую рожу:

– С днем рождения, парень, – поздравил я свое отражение. – Пора взрослеть что ли?

Быть может это было некое провидение или озарение… А может, мне просто надоело это блудливое однообразие? У меня до сих пор нет ответа на этот вопрос. С того самого дня, с моего 20-тилетия, моя жизнь круто изменилась: бессонные ночи в клубах с телками сменились ночными мозговыми брифингами. Все те знания, что родители так нежно взращивали во мне, наконец-то дали всходы. Я научился не только зарабатывать деньги из пустоты, но и ценить усилия людей, которые делают это вместе со мной. Полые люди заменились людьми-роботами, которые жили по сценарию «работа-дом-работа».

Так странно, обычно в книгах пишут, что в самые судьбоносные дни, ты замечаешь каждую деталь, запоминаешь каждое дуновение ветра. Вранье. Я даже не помню, какой это был день недели. Возможно, это был вечер. Или раннее утро. Все смешалось. Могу сказать лишь одно с полной уверенностью – это был двадцать восьмой мой день рождения.

Звонок телефона. Мама побелела. Телефон упал из рук. Беспомощные глаза. Женщина передо мной постарела лет на двадцать пять.

– Отца убили.

***

На похороны отца пришел, казалось, весь город. Театральные всхлипы, стоны, лживые соболезнования. Мы с мамой были вдвоем против всей этой псевдо-скорбящей толпы. Одни пришли лично убедиться, что их конкурент мертв, другие пришли за банальным пиаром, ведь повсюду были журналисты. Некоторые не стеснялись и решили какие-то свои рабочие вопросы во время погребения.

– Ненавижу их, – сквозь зубы прошипел я.

– Сынок, у нас нет выбора.

Мама устроила поминки в любимом папином ресторане «Палермо» [1]. Он любил это заведение за просторный зал, потрясающую кухню и обслуживание самого высоко уровня. Каждый месяц они с мамой выбирались сюда, чтобы провести вечер вдвоем. Мама проводила в сборах весь день: прическа, макияж, новое платье и туфли. Папа приезжал за ней, звонил и со словами: «Ваша карета подана, мадам. Прошу отведать с грешным смертным ужин в нашем местечке». Я всегда веселился, выглядывая в окно, как два взрослых человека (мои родители на секундочку), целовались в щечку и отправлялись на свое первое свидание, которое обычно заканчивалось в отеле. Когда я начал свои отношения с Кариной, до меня вдруг пришло осознание, почему родители так делают и почему их брак настолько крепкий. Я очень хотел быть для Карины, таким мужчиной, как мой отец был всегда героем для моей мамы. Я бы жизнь отдал за то, чтобы моя девушка смотрела на меня так, как мама смотрит на папу.

Я давно заметил, что чем лживее люди плачут на похоронах, тем веселее они отмечают поминки. Нет, я не ошибся. Партнеры, друзья моего папы, какие-то непонятные и неизвестные мне личности с количеством выпитого алкоголя становились все радостнее, отовсюду послышались пошлые анекдоты, сплетни, шутки, смех. И вот апогей – папин лучший друг Савелий вызвонил некоего парня, который оказался ди-джеем, и поминки моего родного человека стали напоминать чью-то свадьбу или юбилей.

– Карина не приедет? – спросила мама.

– Телефон выключен.

– Мне жаль, сынок. Боюсь, у многих выключится телефон для нас.

– Мам, она не такая. Она хорошая. Поверь…

– Дай Бог, сынок.

Мама никогда особо не любила мою девушку, хотя мы уже были два года вместе. Нет, она никогда не высказывала какого-то неодобрения моего выбора, всегда приветливо встречала Карину, но я видел, как она смотрит на нее. Ох, этот мамин взгляд я знал слишком хорошо. Именно им она встречала меня, когда я возвращался с очередной вечеринки.

Я до сих пор удивляюсь, чем же Карина ей не угодила, потому что папа моей девушки был одним из ближайших друзей моего отца и одновременно его партнером по бизнесу. В теории наш союз просто идеально входил в планы наших с ней отцов по слиянию бизнесов. Но мама всегда чувствовала людей очень тонко, если человек с первого взгляда не вызвал в ней доверия, второго шанса она никогда не давала.

– Я пойду отсюда, не могу – тошно, – прошептал я.

– Иди, завтра поговорим с адвокатом, – вздохнула она.

Я поцеловал мать и поехал к Карине. Она открыла мне дверь, как всегда прекрасная: ее длинные черные волосы нежными волнами спускались по шее, точеную фигурку обтягивал шелковый халатик, который я подарил ей на первую годовщину. Я сглотнул, подавливая желания впиться в ее пухлые губы, и спросил, заглядывая в любимые медово-карие глаза:

– Что у тебя с телефоном?

– Батарейка села, наверное, – хмыкнула она.

– Ты не пришла на похороны.

– У меня нет черного платья… – протянула она с отвращением.

– Карин, что происходит?

– Лео, зайчик мой, дело ведь не в тебе… Просто у меня другие приоритеты в жизни. Твой отец умер. Сейчас начнется разделение власти и денег. Мой отец не оставит тебе ничего. Твои фирмы ведь официально на твоем отце, а он, к сожалению, перед смертью надел очень много долгов. По факту, вы банкроты. На деле же должники всем: начиная от моего папы, заканчивая… ты знаешь все нюансы бизнеса наших отцов, – чуть тише добавила она. – Скоро к вам придут выбивать долги. Прости, но вы – нищие. А я привыкла уже жить по-другому, понимаешь? Я не смогу отказаться от денег.

– Я думал, что ты любишь меня.

– Лео, какая любовь? Наш союз был выгоден нашим отцам. Твоего отца нет. Нас теперь тоже. Прости.

И девушка, на которой я собирался жениться, хлопнула дверью прямо перед моим носом. В порыве ярости я долбил дверь до того момента, пока три огромных охранника не выкинули меня на улицу.

У меня было много женщин, но лишь только Карина вызвала во мне настолько яркие и глубокие чувства, когда сгораешь от одной только мысли о человеке, когда желаешь обладать не только телом и душой, но и временем. Время – самый драгоценный подарок, который может подарить человек другому человеку.

Два года счастья рядом с ней, вместе с ней. Смешная, умная, бесконечно утонченная душевно, нежная, страстная, безумно красивая – это всё она. За эти семьсот тридцать дней мы ни разу не ругались. Она научила меня заботиться не только о своей эгоистичной персоне, но и о близких людях. Карина рассказала мне, что такое настоящая любовь. А сейчас так легко все перечеркнула? Неужели человек может настолько хорошо играть любовь?

Кто придумал теорию, что женщины – слабый пол?! Как слабый человек может быть настолько циничным и равнодушно выбросить из жизни два года идеальных отношений, совместные планы на будущее, общие цели и стремления. В ее Инстаграмме уже не было наших фото – вот так легко удаляются воспоминания в наше время. Женщина, которая еще вчера была образцом верности и преданности, уже сегодня воротит от тебя нос, как от прокаженного. Страшные эти существа – женщины. Они живут в своем мире, нет ни одной похожей, но все они одинаково опасны в своих желаниях и способах достижения этого желаемого.

Глава 3
Бежать. Бежать. Бежать

Утро началось с прихода нашего семейного адвоката Карла Федоровича, высокого и долговязового мужчины, который должен был рассказать истинное положение дел моего отца.

– У меня самые плохие новости для вас, – прискорбно начал он. – Ваш муж и отец оставил вам огромное количество долгов, которые необходимо оплачивать. Я просил его остановиться и признать себя банкротом. Но он был слишком упертым и связался не с теми людьми. Я не беру ответственность обвинять их в его смерти, но факт остается фактом – Алексей Викторович ввязался в игру, с которой не смог справится. Я боюсь, что скоро к вам придут.

– Кто? – с вызовом спросила мама.

– Эти люди. Они будут требовать свои деньги обратно. Но у вас их нет. У вас ничего нет. Он потерял все.

– Что? – заикаясь, спросила она.

– Ваш муж потерял не только свои, он израсходовал средства своих партнеров, истратил легальные и не совсем честные деньги в попытке спасти положение. Лео, твои фирмы, к сожалению, он продал еще полгода назад. Мне очень жаль. Алексей Викторович связался с очень опасными людьми. Они тоже придут к вам. Я очень уважал вашего отца, поэтому я прошу тебя, Лео – беги.

– А моя мама?

– Им будет нужна твоя подпись, по завещанию все отходит тебе. Маргарита Сергеевна переедет в квартиру своих родителей. Этот дом придется продать – отдадим хотя бы малую часть долгов. Я лично буду следить за безопасностью твоей мамы. Но с тобой все сложнее – ты выгоднее мертвый. Поэтому ты уедешь.

– Мама, уезжай. Я решу все вопросы.

– Нет. Довольно. Ты уезжаешь. Точка, – сказала она очень сурово.

– Но…

– Если ты хоть капельку меня любишь…

– Это нечестно.

– Наша жизнь – нечестная, сынок. Но у нас не выбора. Во сколько ему надо уезжать?

– Ты поедешь на автобусе до Челябинска, потом улетишь в Стамбул.

– Почему я не могу отсюда улететь? – вырвался у меня вопрос.

– Потому что здесь тебя уже будут ждать. Ты полетишь по своему паспорту. На поддельный документ просто нет времени, извини. А время – единственный козырь, который у нас есть, чтобы тебя спасти. В Стамбуле тебе придется жить без паспорта какое-то время. Ты найдешь жилье и работу. Хватайся за любое дело, за которое платят, чтобы выжить. Прости, но пока ты официально не вступишь в права наследования, ты не сможешь вернуться. Долги твоего отца я постараюсь потихоньку закрывать из тех денег, что были спрятаны «на черный день». Итак, ты прилетишь в Стамбул. Они будут тебя искать, но если ты не оставишь ниточек – они тебя не найдут. Будь в Стамбуле три месяца, пока я не подготовлю документы для тебя. Через три месяца ты позвонишь мне и скажешь, как тебя найти. Ты хорошо запомнил? Запиши мой номер. Избавишься от сим-карты. Купишь новую там.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2