Крэйг С. Залер.

Мерзкие дела на Норт-Гансон-стрит



скачать книгу бесплатно

– Когда мэр узнал про то, что случилось, он позвонил полицейскому комиссару. – Инспектор щелкнул леденцом о зуб, словно взводил курок. – Пожалуйста, представь, что он ему сказал.

Беттингер мгновенно произвел экстраполяцию.

– И что теперь?

– Видишь вот это? – спросил Керри, после чего открыл каталог и положил его на край письменного стола. Его палец уперся в блестящую фотографию, на которой женщина, слишком хорошенькая, чтобы быть полицейским офицером, демонстрировала бронежилет. – Он спасает жизни, – заметил Лэделл и принялся переворачивать страницы, пока не нашел потертую фотографию эффектного мужчины, державшего в руках с тщательно ухоженными ногтями изящную штурмовую винтовку. – А еще когда тебя хотят убить, очень полезными оказываются надежные винтовки.

Инспектор захлопнул каталог, наклонился вперед и выбросил его в мусорную корзину.

– Из-за тебя мы потеряли новое снаряжение, – продолжил он. – Дерьмо, я добивался его с того самого времени, когда черные президенты еще были научной фантастикой! Но это не самое ужасное. Комиссар Джеффри теперь не уверен, что мэр утвердит наш новый социальный пакет.

– Святые угодники! – пробормотал Жюль.

Его шеф откинулся на спинку кожаного кресла.

– У нас состоялся разговор с комиссаром. Он считает, что мэр оценит, если мы избавимся от одного детектива. – Он раздавил леденец зубами и проглотил осколки. – Хочешь еще вопрос с единственным ответом?

Беттингер не сумел произнести ни слова.

– Есть ли шанс, что ты сможешь исчезнуть? – спросил Керри.

– Как при телепортации?

Инспектор Лэделл кивнул.

– Да, нечто в этом роде.

– Я этому так и не научился.

– Ну, а как насчет передозировки? Какие лекарства принимает твоя жена?

– Не выйдет. Она очень здоровая женщина.

– Какая досада.

Жюль хотел получить четкий ответ.

– Значит, я уволен?

– Я поговорил с разными людьми. Сказал, что у меня есть бладхаунд, который очень хорошо знает свое дело, превосходная ищейка, но он нагадил на бесценный ковер, и его больше нельзя держать дома. – Лэделл выдвинул ящик письменного стола. – Ты что-нибудь знаешь о Миссури?

По спине пятидесятилетнего детектива пробежали мурашки. Он ненавидел холодную погоду и всегда считал живущих на севере людей инопланетянами.

– Это такое место, верно? – неохотно ответил Беттингер.

– Недавно получило статус штата. В северо-восточной части есть город под названием Виктори. Слышал о нем?

– А он вообще существует?

– Часть «Ржавого пояса»[2]2
  «Ржавый пояс» – совокупность центров тяжелой промышленности на Северо-Востоке и Среднем Западе США, переживающих упадок с 1970-х гг.


[Закрыть]
.

Имел будущее, когда азиаты еще считались выходцами с Востока. – Босс дернул плечом, и большой конверт заскользил по столу, а потом остановился на самом краю, свесившись над ним, как трамплин для прыжков в воду. – Теперь, когда ты нажимаешь на кнопку в туалете в любом месте Миссури, все смывается в этот отстойник.

Жюль вытащил досье из конверта и пробежал глазами первую страницу – и узнал, что в Виктори происходит множество похищений, убийств и изнасилований. Город походил на часть страны третьего мира, заброшенную каким-то образом в центр Америки.

– Они тебя хотят, – заявил инспектор Лэделл. – У них идет реорганизация, и им необходим детектив. Перевод туда позволит забыть о твоем отстранении.

– Я отстранен?

– А разве я не сказал? – Керри Лэделл пожал плечами. – На данном этапе я должен наказать тебя или весь департамент, и я не стану делать вид, что передо мной стоит дилемма. Ты придурок. Но я готов тебе помочь, потому что ты талантливый детектив. Отправляйся в Виктори. И заверши там свою карьеру. Через четыре года сможешь выйти в отставку, вернуться сюда и швырять яйца в дом мэра.

– Пять лет.

Беттингер посмотрел на фотографию гетто, напоминающего Нагасаки после взрыва бомбы и населенное чернокожими уцелевшими узниками концлагеря.

– В какой-то момент ты можешь попытаться получить перевод, хотя я сомневаюсь, что у тебя получится – им катастрофически не хватает полицейских, – добавил его начальник.

Детектив подумал о жене и детях. Потер виски, посмотрел на босса, который переплел тонкие пальцы.

– Это клоака.

– Точно, – ответил инспектор Лэделл. – И ты ее заслужил.

Глава 4
Вляпался

Детектив вынес коробку с одеждой и книгами по юриспруденции через вращающуюся дверь и оказался на парковке. По дороге к своему зеленому седану он заметил валявшуюся на земле фляжку для виски.

– Беттингер, – позвали его откуда-то сзади.

Жюль обернулся и увидел встревоженное морщинистое лицо Силверберга, который однажды спас ему жизнь и чью жизнь он сам спасал дважды.

– Это неправильно, – заявил пожилой еврей. – Если гражданский хочет вышибить себе мозги, ему не следует мешать. Я это одобряю. Дарвин со мной согласился бы.

Беттингер пожал плечами, продолжая идти к своей машине в сопровождении коллеги.

– Куда направляешься? – спросил Силверберг.

– Домой.

– Позвони мне, если захочешь напиться. Или сходить пострелять. Или надраться в тире.

Опальный полицейский отпер дверь седана со стороны пассажира и поставил коробку на сиденье.

– Ты в порядке? – осведомился его коллега.

– В полном. – Детектив рассеянно захлопнул дверцу, обошел машину и потянулся к ручке водительской двери.

– У тебя есть моя карточка.

– Мы в расчете.

– Вовсе нет. Что угодно. В любое время. В любом месте. Можешь на меня рассчитывать.

Беттингер кивнул, распахнул дверь и сел на теплую обивку. Вставив ключ в зажигание, он посмотрел на Силверберга, одного из своих немногих друзей в участке.

– Береги себя.

– Что угодно. В любое время. В любом месте.

Жюль закрыл дверцу, переключил передачу и выехал с парковки у здания, где проработал восемнадцать лет.

* * *

И неожиданно оказался дома. Он не мог вспомнить, как ехал, – в памяти не отложились остановки, повороты и другие детали, – но когда посмотрел в ветровое стекло, то понял, что прибыл на место.

Седан медленно подъезжал к бежевому дому на четыре спальни, где детектив и его жена жили после рождения первого ребенка. Фасад постепенно увеличивался, пока не занял весь обзор.

Дети все еще были в школе, и Жюль понимал, что ему следует поговорить с женой до того, как они вернутся. Он выключил двигатель, и наступившая тишина обрушилась на него, словно головная боль.

Внезапно детектив обнаружил, что шагает домой, держа в руках ключи. Коробку со своими вещами из офиса он при этом оставил в машине. Три каменные ступени изменили его высоту над уровнем моря, и вскоре он уже стоял на площадке перед дверью, где ему пришлось повозиться с замком. А потом вошел в гостиную, где работал кондиционер, оставляя за спиной круглую тень.

– Жюль?

Беттингер услышал легкие шаги и обернулся. К нему шла жена, Алисса Брайт, женщина с кожей цвета темной карамели, с глубокими ямочками на щеках, большими глазами, маленьким носом и волосами, делавшими ее голову похожей на одуванчик. Ее подрезанные джинсы были испачканы ярко-синей краской – как и кончики пальцев левой руки, футболка университета Сьерра и острый подбородок, который она, сама того не замечая, потерла, изучая свое произведение.

– Всё в порядке? – спросила женщина, глядя на висевшие на стене часы.

– Меня отстранили от работы из-за одной глупости, и чтобы избежать увольнения, пришлось согласиться на перевод в Миссури.

Алисса была ошеломлена.

Через мгновение она подошла к мужу и взяла его за руки.

– Это окончательно?

– Да. Город называется Виктори. – Беттингер фыркнул. – Представь себе худшие трущобы, какие ты только видела, сорок лет поливаемые дерьмом, и ты поймешь, о чем речь.

Алисс взвесила тысячефунтовые глыбы информации, которые муж вывалил на пол гостиной.

– Я в детстве некоторое время провела в Миссури, – заметила она без малейшего удовольствия.

Детектив посмотрел в глаза жены.

– Мы поступим, как ты захочешь, и подумаем, как лучше для детей.

– Спасибо за то, что ты это говоришь, – сказала Алисса, сжимая его руки. – А нет ли какого-нибудь приличного города неподалеку от Виктори? Безопасное место, где мы могли бы жить?

– Стоунсбург. До него восемьдесят две мили.

– Есть автострада, соединяющая его с Виктори?

– Да.

– Ограничение скорости?

– Оно меняется, но в основном шестьдесят пять миль.

– Значит, тебе нужно будет каждый день тратить девяносто минут на дорогу в один конец?

– Около того.

Алисса потерла подбородок – очевидно, именно так туда попала синяя краска.

– Давай посмотрим на Стоунсбург в интернете.

– Если хочешь.

– Я вполне транспортабельна. Карен не любит школу, а Гордону не помешают новые друзья. – Хозяйка дома указала в сторону кабинета. – Нужно посмотреть, какие у нас есть варианты.

Уверенный, что женился на самой прелестной и прагматичной женщине на свете, Беттингер поцеловал супругу в губы и обнял за плечи, находившиеся пятью дюймами ниже, чем его собственные.

Они вместе вошли в кабинет.

Алисса нажала на кнопку выключателя, и торшер залил светом письменный стол со стоявшим на нем компьютером.

– Ты совсем не приспособлен к холоду, – сказала она мужу, – и тебе придется носить теплую одежду. В несколько слоев. Кальсоны и футболки с длинными рукавами. Перчатки и свитера. – Она включила компьютер. – Носки. Держать уши в тепле.

– Я уже это ненавижу.

Компьютер зажужжал, и Жюлю показалось, что начинается пурга.

Глава 5
Обезглавленные указатели

От ночи остался совсем небольшой кусочек. Был час доставщиков газет, работников ночной смены и молчаливых странных типов. Надев синюю парку, коричневые вельветовые брюки и перчатки, Беттингер выводил желтый хетчбэк из гаража на две машины в Стоунсбурге, штат Миссури. Зеленый седан умер на шестой день холодной погоды (что выглядело как пророчество), и так как основная часть семейных денег была завязана на дом в Аризоне и долговые обязательства, детективу пришлось смириться с дешевой заменой. Отсутствие необходимых средств привело к тому, что семье пришлось довольствоваться маленьким домом цвета лососины.

Жюля не вдохновляла мысль о покупке недвижимости в Миссури, но если продать дом на юге, семья могла бы переехать в дом получше, а он получил бы возможность купить машину, не похожую по цвету на горчицу или еще какую-нибудь приправу.

Стиснув челюсти, чтобы не стучали зубы, Беттингер переставил обогреватель в максимальное положение, чтобы стекло поскорее разморозилось, и по темным улицам пригорода выехал на автостраду. Ночное лавандовое небо бросало на него гневные взгляды, пока он мчался на север.

По дороге полицейский прошелся по местным радиостанциям и узнал кое-что новое про Иисуса Христа, который, похоже, за что-то сильно разгневался на Миссури. Проповедник рассуждал о всемогуществе, и детектив прервал его на середине предложения, чтобы спокойно ехать дальше – и чтобы его никто не запугивал. Стереосистема в машине могла воспроизводить только аудиокассеты, и он подумал, что нужно купить несколько штук, чтобы скрасить долгие ежедневные поездки. (Гордон, казалось, считал, что магнитофонные записи – как и пластинки – снова становятся модными, но Карен равнодушно относилась к таким вещам.)

Беттингер ехал на север. Те немногие машины, что он видел на дороге, вели сгорбленные существа, лишенные лиц.

Прошел час.

У края горизонта появился золотой свет, когда Жюль заметил погнутый дорожный знак со следами пуль, гласивший: «Съезд 58: Виктори». Он направил автомобиль в сторону съезда и заглянул за предохранительный рельс. Там раскинулся огромный серый город, который напоминал перевернутую канализационную трубу.

Что-то низко заурчало в животе у Беттингера.

Дорога неожиданно ушла в сторону, и он резко повернул руль против часовой стрелки, следуя за поворотом. По днищу автомобиля застучали камешки.

Дальше дорога круто уходила вниз, к зияющей пасти туннеля под железнодорожным полотном. Фары хетчбэка уперлись в темноту, и через мгновение машина нырнула в туннель.

Плечи Жюля напряглись, пока он ехал по узкому туннелю. В дальнем конце детектив заметил силуэт с противоестественно длинной правой рукой. Жюль сбросил скорость и вскоре понял, что асимметричный тип держит в руке бейсбольную биту.

Остановив машину, Беттингер посмотрел в зеркало заднего вида и увидел второго мужчину – черного типа в пальто, который стоял в семидесяти футах от хетчбэка. Из правого рукава выскользнула и стукнула о камень стальная труба.

Тролли приближались к урчащему автомобилю. Красный свет задних фонарей и белый свет фар превращал их глаза в сверкающие самоцветы.

– Выходи из машины, – сказал парень с бейсбольной битой.

Детектив вытащил пистолет из кобуры, положил его рядом на пассажирское сиденье и опустил стекло.

– Я полицейский.

– Ни один полицейский не станет ездить в такой машине, – заметил тролль со стальной трубой.

– У меня есть доказательство. – Жюль показал на пистолет. – Сразу девять штук.

Тролль немного помолчал.

– Их нелегко заметить, – добавил детектив, – но я не сомневаюсь, что вы их почувствуете.

– Не надо, – сказал парень с бейсбольной битой. – Мы пошутили.

– Бросайте оружие и отходите в сторону.

Тролли метнулись в темноту.

– И не попадайтесь мне, когда я в следующий раз буду здесь проезжать! – Угроза Беттингера, словно голос греческого божества, эхом прокатилась по туннелю.

– Можешь не сомневаться, мы запомним машину! – отозвался один из беглецов.

Детектив снова положил пистолет на пассажирское сиденье и нажал на педаль газа. Пока он не добрался до конца туннеля, из открытого окна тянуло холодом, обжигавшим кожу.

Он продолжал ехать дальше под лавандовым небом, а потом остановился на красном свете светофора, поднял стекло и осмотрелся в поисках дорожных знаков.

С правой стороны дороги полицейский заметил шест с деревянной планкой и надписью: «Добро пожаловать в Виктори». Вдоль приветствия были размазаны человеческие экскременты.

– Супер.

Погнутый знак на противоположном углу сообщал, что Жюль подъехал к улице под названием «Пошли все» – на карте он такой надписи не видел. Загорелся зеленый свет, и Беттингер поехал дальше. Спуск продолжался. Детектив миновал десяток обшарпанных, покрытых угольной пылью многоквартирных домов и несколько безымянных улиц – и понял, что заблудился. Он остановил хетчбэк у тротуара, засунул руку в отделение для перчаток и вытащил мятую карту Виктори, которую они с Алиссой нашли в интернете. Против их ожиданий карта была напечатана на бумаге, а не на папирусе.

Краем глаза Беттингер уловил какое-то движение.

Схватив пистолет, он посмотрел на юг. Крупный мужчина в парке с капюшоном, закрывавшим часть лица, вышел из ближайшего многоквартирного дома.

Детектив опустил стекло и посмотрел на незнакомца.

– Доброе утро.

– В самом деле? – откликнулся прохожий.

Беттингер указал на обезглавленный уличный указатель.

– Что это за улица?

– Вы заблудились или как?

– Я пытаюсь найти Даррен-авеню.

Призрак в капюшоне приподнял плечи.

– И что?

– Это Даррен-авеню?

Кто-то что-то закричал, и незнакомец быстро наклонил голову, словно мимо пролетела пуля.

– Будьте внимательны к другим! – крикнул он с противоположной стороны улицы. – Люди пытаются спать!

Жюль повернул голову. На далеком крыльце стояла пожилая сгорбленная особа в кухонных рукавицах и по меньшей мере трех халатах. Старушка подхватила омерзительную кошку (которая тут же начала царапать ткань одного из халатов, впрочем, без малейших шансов на успех).

– Я всего лишь искала свою маленькую… – начала оправдываться женщина.

– Заткнитесь все! – посоветовала невидимая третья персона. – Или я выйду и всех успокою!

Недовольную кошку унесли в темноту коридора, и детектив вновь обратил внимание на призрака в капюшоне.

Бледная рука, покрытая нарывами, указала на хетчбэк.

– Вы получили это на шестнадцатилетие?

– Нет, на бар-мицву[3]3
  Совершеннолетие в иудейской традции – 13 лет для мальчиков.


[Закрыть]
.

Из-под капюшона появилось облачко пара, и послышался смех, а через мгновение рука указала в сторону перекрестка.

– Это Леонора. Даррен – следующая. Во всяком случае, так было раньше.

– Благодарю.

Беттингер поднял стекло, переключил передачу и продолжил путешествие по грязным окраинам, стараясь объезжать мертвых голубей, валявшихся на дороге. Пятнадцатиминутная поездка по Даррен привела его к центральной четырехполосной улице, которую какой-то ироничный вурдалак назвал Саммер-драйв.

Детектив сориентировался и поехал на север. Дорога оставалась практически пустой, а если и попадались какие-то машины, они были сильно потрепанными и напоминали старые баржи. Впрочем, встречались и шикарные автомобили, похожие на игрушки. По мере того как Беттингер все дальше углублялся в Виктори, на смену заброшенным домам пришли обитаемые, крытые железом. На рекламном щите на противоположной стороне Саммер-драйв улыбающаяся белая женщина говорила по сотовому телефону, не обращая внимания на нарисованные спреем гениталии, угрожавшие ее анатомии. Хетчбэк преодолел пустыри окраины и оказался в районе устойчивой бедности.

Жюль посмотрел на карту и уличный указатель, что позволило ему уточнить свое местоположение, и включил сигнал поворота. Повернув руль против часовой стрелки, он оказался на Пятьдесят шестой улице.

Его машина миновала ломбард Лонни, контору по обналичиванию чеков, бакалейную лавку под названием «Большой магазин», мрачное место, выглядевшее как похоронное бюро, «Баптист Бинго» и закусочную «У Клода». В конце квартала, на северной стороне, стояло высокое бетонное здание с американским флагом и надписью «Полицейский участок Большого Виктори», чистое и ухоженное. Беттингер подумал, что оно напоминает блиндаж времен Второй мировой войны.

Он заехал на парковку и поставил маленький автомобиль на место, отведенное для большой машины, после чего бросил взгляд на приборный щиток и обнаружил, что приехал на двадцать минут раньше. Это его не слишком удивило, потому что он стартовал с большим запасом.

Детектив выключил зажигание, прикрепил кобуру к ремню и вернул пистолет на место. Стиснув зубы, житель Юго-Запада вышел из хетчбэка, и холод тут же набросился на открытые участки его кожи и стал забираться под одежду.

Проклиная немощное солнце, Жюль захлопнул дверцу, запер замок и направился к входу в участок, который напоминал зеркальное стекло на шлемах у полицейских мотоциклистов.

Беттингер потянулся к ручке двери, но в этот момент отражение сдвинулось в сторону, и он увидел двух мужчин среднего возраста, выходивших из здания. Один, рыхлый и рыжеволосый, был в синем костюме и с левой рукой на перевязи, второй – костлявым азиатом с рябым лицом и в угольно-черном костюме.

Белый на ходу указал на хетчбэк.

– Посетители паркуются в конце.

– У меня есть жетон, – ответил Жюль.

Мужчины обменялись быстрыми взглядами, смысла которых новый сотрудник полиции уловить не сумел. Эти парни явно хорошо знали друг друга.

– Жюль Беттингер. – Детектив из Аризоны протянул им руку. – Меня сюда перевели.

– Могу спорить, ты просто счастлив. – Рыжий крепко стиснул протянутую ладонь. – Я – Перри Маллой.

Беттингер повернулся к азиату.

– Хуан, – представился тот.

– Рад познакомиться.

Рябой с отстраненным взглядом пожал плечами.

Они обменялись короткими кивками, и местные полицейские направились на парковку, а Беттингер шагнул к зеркальному входу. Он увидел в отражении, как Перри указал на его желтый хетчбэк.

– Возможно, его лучше поставить в дальнем конце парковки.

– Или на краю пропасти, – предложил Хуан.

Распахнув дверь, Жюль вошел в участок. Его лицо все еще было окутано паром.

– Чем я могу вам помочь? – осведомилась молодая чернокожая женщина, сидевшая за большим письменным столом посреди вестибюля.

Она была в белой шапке, оранжевой парке и варежках, а у внутренней двери стоял одинокий вооруженный офицер в шерстяном пальто и шарфе.

– Отопление сломалось? – спросил Беттингер.

– Нет, – ответила дежурная. – Так чем я могу вам помочь?

Выдохнув новое облако пара, новичок подошел к ней. Часовой не обращал на него особого внимания.

– Я детектив Жюль Беттингер. Меня перевели в ваш участок.

– Инспектора Зволински еще нет, но вы можете подождать здесь. – Молодая женщина указала в сторону холодного стального стула, словно на нем могло сидеть человеческое существо.

– Я постою.

Секретарша поморщилась.

– Отопление работает? – спросил Беттингер.

– Немного.

– Но почему?

– Инспектор сказал, что внутри должно быть сорок пять градусов[4]4
  Около семи градусов по Цельсию.


[Закрыть]
.

Детектив пришел в недоумение.

– По Фаренгейту?

– Он не считает, что полицейский участок должен быть комфортным местом. – Дежурная потерла руки в варежках. – Зимой это заставляет людей двигаться.

Замерзший часовой захлопал руками, как пингвин крыльями.

Жюль подумал об Аризоне.

– Меня зовут Шэрон, – представилась девушка. – Как мне к вам обращаться?

Полицейский знал, что его разум должен оставаться ясным во время работы – его не следует забивать плоскими анекдотами о молодых людях или о любимых хомяках.

– Обращение «детектив Беттингер» сразу привлечет мое внимание.

Шэрон наморщила нос и стала похожа на персонаж из мультфильма.

– Ладно.

Новый сотрудник засунул руки в перчатках в карманы и отошел к окну, откуда открывался вид на парковку, «Баптист Бинго» и здание, похожее на похоронное бюро. Пар от его дыхания разрисовал стекло туманными разводами.

– Детектив Беттингер? – позвала его секретарша, тщательно выговаривая каждый слог его фамилии. – Хотите кофе?

Темное дрожащее отражение кивнуло.

– Да, пожалуйста.

Шэрон встала, обошла письменный стол и исчезла за внутренней дверью.

– Молоко? Сахар? – послышался ее отделенный от тела голос.

– Нет, благодарю вас.

Через мгновение дежурная вернулась с чашкой в руках. Пара над этой чашкой было больше, чем над котелком ведьмы.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7