Корбен Сайкс.

Блеск оправы



скачать книгу бесплатно

«Какая несправедливость», – заметил тогда Ран, наигранно покачав головой. Дорах всего несколько дней назад вернулся в замок, и теперь ему снова нужно было выдвигаться в путь. Улыбка вмиг стерлась с лица лунного офицера, он пригладил аккуратно подстриженную бороду и с умным видом произнес:

– Такова жизнь, приятель, – Ран повторил слова друга вслух.

В следующий раз, когда он увидел Дораха, тот был похож на покойника.

Отложив полотенце в сторону, Ран услышал странный треск. Ногам в ботинках отчего-то было жарче, чем обычно, и он отступил назад, чтобы понять, откуда исходит жар. Оглядевшись, он не заметил ничего странного, присел и поднес ладонь к полу как раз в том месте, где стоял до этого. Тоже ничего.

Решив, что от головной боли и увиденного в коридоре ему могло это показаться, офицер еще раз умыл лицо. Но, коснувшись лежащего справа полотенца, рука его окунулась в поток горячего воздуха, и ткань в секунду воспламенилась. Ран отшатнулся, и жар на этот раз коснулся его спины. Снова раздался треск. Краем глаза заметив движение, рубиновый офицер повернулся к окну.

Пламя было везде. Огромные тянущиеся к самому небу всполохи уходили вверх и растворялись во мраке. Ран закашлял от проникшего в комнату дыма и бросился к окну, чтобы закрыть створки. Но было уже поздно. Дым и огонь заполнили комнату, забрались во все щели, окружили его, как будто вся ванная была внутри огромного кострища. Дышать стало нечем, и спазм разрывал горло. В голове билась настойчивая мысль, что еще один шаг, и он упадет. Прямо здесь, так и не дойдя до двери. Так и не сумев ее открыть.

Но она на удивление поддалась. Чистый прохладный воздух привел его в чувства, и Ран с облегчением понял, что все это ему привиделось. За распахнутым окном виднелось синее небо с редкими облаками, а горящая мгновение назад комната выглядела как обычно: никаких следов пожара. Вернувшись в нее, он даже полотенце нашел целым. Только порез так и не затянулся.

Громкий стук в дверь вырвал его из мыслей. Ран на всякий случай закрыл окно в ванной и вышел в спальню. Голоса в коридоре звучали отдаленно, но он без труда различил голос Нино. В это время хранители спускались на тренировочную площадку, и, если он не пойдет, это вызовет много лишних вопросов. Давно миновал полдень, и скрываться ото всех целый день он не мог. Рассказать кому-нибудь о тех видениях, что преследовали его со дня возвращения Дораха, – тоже. Да и зачем? Они все равно не смогут помочь. А пока он держит язык за зубами, сплетни точно не поползут.

Оказавшись на улице, Ран с облегчением осознал, что дышать стало легче: сдавливающий горло кашель отступил, словно его никогда и не было. Теплый ветер гнал редкие высушенные листья и поднимал пыль по выложенным плитами дорожкам. Рубиновый офицер не торопясь прошел небольшой прогулочный дворик, миновал украшенную лепниной арку и вскоре вышел на тренировочную площадку.

Однако стоило Рану показаться на ней, парящий в небе ящик приблизился к нему и стал медленно поворачиваться из стороны в сторону, давая возможность разглядеть каждую из стенок.

– Подожги его! – предложил Нино.

Жемчужный офицер, стоящий на середине площадки, вытянул руку вперед, и ящик приблизился к Рану почти вплотную.

– Как-нибудь в другой раз.

Нино нахмурился и поднял руку. Ящик резко взлетел, но, достигнув окон второго этажа, с грохотом рухнул на землю и окончательно развалился. Сидящий на ступенях Эрик громким хлопком приложил ладонь ко лбу:

– А если бы это был человек?

Ран тоже об этом подумал. Иногда жемчужный офицер поднимал в воздух желающих, но не так высоко, как предметы. И с каждым разом у него получалось все лучше: то, что Нино стал хранителем в годовалом возрасте, давало о себе знать. За шестнадцать лет он освоил две способности, которые подарил ему жемчуг, тогда как остальные с трудом справлялись с одной.

Но Нино все равно старался отличаться. Учился рьяней остальных, спорил по поводу и без, обзаводился странными привычками и вел себя порой непозволительно беспечно для юноши семнадцати лет. Сам Нино называл это частью «алибвары арагвы», что означало в переводе с вермудского «то, по чему тебя будут вспоминать». Собственный почерк, неповторимый образ, который создавали для себя молодые люди со всего континента.

Драгоценным офицерам в этом смысле повезло значительно больше. Они являлись воплощениями магических камней в человеческом обличье и одним своим существованием эффектно заявляли о себе. Поэтому Ран никогда и не задумывался над тем, чтобы как-то отличиться – его и так отлично помнили и знали.

– Мне нужен доброволец!

Наблюдающие за представлением зеваки заторопились по своим делам. Кое-где закрылись окна, а ребята Мактора, освободившие площадку после изнурительных тренировок, послали Нино куда подальше.

Ран заметил, что кроме него, жемчужного офицера и Эрика, из хранителей никто не спустился. И с облегчением подумал, что вскоре сможет покинуть площадку. Делать ему здесь было нечего. Ведь это огонь сейчас управлял им, а не наоборот. А если об этом узнают, он может лишиться головы намного раньше, чем рассчитывал.

Ран хорошо помнил казнь бывших драгоценных офицеров. Ему тогда было десять, и он стоял на городской площади, как завороженный разглядывая лица хранителей. Как только с них сняли камни, те будто постарели на несколько десятков лет. И он был так потрясен этим, что не мог отвести взгляда, хоть и не желал смотреть, как головы приговоренных полетят в перепачканную кровью корзину.

После казни городская стража разогнала толпу зевак по домам, а на утро следующего дня все мужчины, будь то младенец или умирающий старик, должны были явиться согласно спискам на главную площадь, где пройдет церемония выбора нового драгоценного офицера. Тогда, держа на руках своего годовалого брата, Ран задавался вопросом: какая польза камням от такого хранителя? Но ответ на него получил только будучи офицером.

– Слышь, хорош их крушить! – не выдержал Эрик. Еще один ящик расшибся о землю, упав с высоты.

Да я только начал.

– А башка от тебя уже болит!

– И что мне поднимать? – Нино развел руками. – Тебя?

– Ну, рискни, – сидящий в тени топазовый офицер огляделся и, подцепив пальцами какой-то камешек, бросил его в юношу. – На! Тренируйся.

Нино увернулся и отвесил издевательский поклон:

– Ты так щедр!

Топазовый офицер скорчил недовольную гримасу и улыбнулся.

Как только Нино развернулся и зашагал в сторону старых бочек, сложенных друг на друга, Ран сел на ступени рядом с Эриком и спросил, куда подевались остальные.

– Без понятия, – ответил тот. – Ну и видок. Тебе этот ящик на голову упал, что ли? – довольный своим остроумием, он усмехнулся.

Рубиновый офицер шутку не оценил. Поднялся с места и молча направился обратно в замок. Тренироваться сегодня он был не намерен, а без конца цепляющиеся друг к другу хранители создавали вокруг себя слишком много шума.

– Что, все? – бросил ему вдогонку топазовый офицер.

– Все.

– А ты силен!

Ран усмехнулся, но ответить не успел.

– Не упадешь? – расслышал он голос жемчужного офицера.

Ран обернулся и сощурился. Стоя на залитой вечерним солнцем арене, Нино обращался к мальчику, который все это время ловко прятался от них. Загорелый и темноволосый, тот залез на крышу, чтобы понаблюдать за тренировкой хранителей, но очень скоро попался.

– Нет, Величавый, что вы. Я и не так высоко лазал. Нино усмехнулся, но вместо его ответа на площадке прогремел голос стражника:

– Сюда ты точно больше не залезешь, щенок. Живо спускайся!

Мальчишка вздрогнул и сжался всем телом. Но не успел он сделать и шагу, створки на втором этаже вмиг распахнулись, и рубиновый офицер различил знакомый женский голос:

– Боги мои! Руму, слезай оттуда, – взмолилась тетушка Толли, но уже через мгновение голос ее стал жестче: – Сию же секунду, негодник, иначе я спущусь и мало тебе не покажется!

– Тетя, я…

– Боги милостивые! Не пререкайся со мной!

На секунду Ран и Толли встретились взглядом, и он мог поклясться, что даже с такого расстояния прочел в глазах тетушки ужас. Будто с этого дня любое место, где находился рубиновый офицер, считалось смертельно опасным.

– Слезай оттуда! Быстрее! – вновь рявкнул стражник.

Мальчик замешкался и обвел беспомощным взглядом драгоценных офицеров. Под пристальным взглядом мужчин он стал торопливо спускаться, но влажная ладонь соскользнула с выступа.

С коротким вскриком он сначала повис на одной руке, а после нескольких мгновений сорвался и с воплем рухнул на выступ этажом ниже. Офицеры, не сговариваясь, сорвались с места.

– Эй, ты жив? – закричал Нино.

Пискнув то ли от страха, то ли от боли, мальчишка побелел от испуга. Вжался в козырек всем телом, боясь свалиться на землю, и от слов жемчужного офицера еще больше растерялся.

– Я не могу спуститься…

– Не бойся, – Нино поднял руку. – Только не шевелись, ладно? Я спущу тебя.

– Да спускай же! – поторопил его Эрик. – Ну что ты разорался в самом деле? – обернулся он к подоспевшему стражнику. Голос топазового офицера на мгновение осип и стал еще более грубым, так что он закашлял и опустился на колени перед приземлившимся ребенком.

Объятый ужасом мальчик дернулся и попытался встать. Он все еще не понимал, что происходит: лицо было бледным, а застывшая гримаса точно у одной из неудачных статуй.

– Дай взглянуть. Я только посмотрю.

Мальчик с опаской отнял руку от груди и показал ее Эрику. Тот коснулся бледной кисти, осмотрел ее с разных сторон и, когда ребенок отвлекся, резко потянул вверх, вправляя кость. Мальчик вскрикнул, и яркий оранжевый свет, исходящий от ладоней топазового офицера, окутал место перелома. Через несколько мгновений все кончилось.

– Все. Шагай, – скомандовал Эрик, поднимаясь на ноги. – И сопли подбери, пока никто не увидел, – добавил он почти по-отцовски ласково и потрепал тихонько всхлипывавшего мальчика по волосам.

Отойдя в сторону, топазовый офицер снова заговорил о чем-то со стражником, но Ран уже не вслушивался. Он обернулся к окнам, но тетушки Толли и след простыл. Словно ее никогда и не было.

Заметив, что топазовый офицер покидает площадку, Нино его окликнул:

– Ты куда?

– Хватит с меня на сегодня тренировок, – бросил на ходу Эрик, и Ран впервые за долгое время был с ним согласен.

– И что это было? – жемчужный офицер непонимающе развел руками.

– Я тоже ухожу.

– Ты-то куда?

Ран не ответил. Они оба знали: стоит ему только придумать мало-мальски правдоподобную отговорку и открыть рот, Нино почувствует, что он лжет. И не потому, что они знакомы шестнадцать лет. Отнюдь. Способность жемчужного офицера чувствовать ложь всегда казалась Рану весьма неудобной.

Решение подняться в библиотеку показалось ему самым правильным из тех, что он принимал в последнее время. Но едва Ран коснулся перил, его окликнули.

– Что у вас произошло?

Обернувшись к Леону, Ран попытался сделать как можно более серьезное лицо и произнес:

– Проклятая комната.

– Опять?

Приложив кулак ко рту, Ран громко закашлял и отмахнулся:

– Просто несчастный случай.

Леон отрешенно кивнул: на него это не произвело никакого впечатления. Намного больше обитателей замка – не только впечатлительную прислугу, но и приближенных короля – взбудоражило происходящее с лунным офицером. Повисла странная тишина, будто что-то осталось недосказанным. Леон, казалось, думал о чем-то своем, а потом вдруг сказал:

– Если продолжишь делать вид, что с тобой ничего не происходит, будешь лежать вместе с Дорахом.

Рубиновый офицер усмехнулся: ему уже давно не десять, но Леон, по всей видимости, все еще не был готов принять взросление бывшего подопечного.

Они познакомились шестнадцать лет назад, когда Ран, как и другие драгоценные офицеры, перебрался в замок. Леону в тот год исполнилось семнадцать, и он только поступил на службу к новому правителю. Благодаря отцу, служившему королевской семье на протяжении многих лет, его определили на пост наставника вновь избранного рубинового офицера, с которым внешне они оказались настолько похожи, что первое время их принимали за родных братьев. Оба светловолосые и сероглазые, с высокими скулами и ямочками на щеках, они быстро нашли общий язык. Вот только Ран не уставал напоминать другу, что присматривать за ним тот должен был всего год, а не всю жизнь.

– Я могу поговорить с Холгером. Король ничего не узнает, обещаю.

– Холгер отправил Грэга за противоядием в деревню, – напомнил Ран. – Чем же он тогда меня лечить собрался?

Леон удивленно приподнял бровь и уточнил:

– Думаешь, ты болен тем же, чем и Дорах? Тогда тебе действительно стоит показаться Холгеру.

Ран отрицательно покачал головой. О том, чтобы его осматривали, не могло идти и речи.

– Для чего? Если это правда, я лучше дождусь Грэга с противоядием, – предложил он. – Перехвачу его прямо на воротах.

– Очень весело. А если оно не поможет?

– Значит то, что говорят, правда: драгоценных офицеров пытаются отравить…

– Ты тоже уже слышал?

– Еще бы, – Ран скрестил руки на груди. Слухи о том, что Велибриум стоит за отравлением лунного офицера, не заставили себя долго ждать. – А что? Хорошее такое жертвоприношение получится. Их божество будет довольно.

– Доволен будет Дэймон. В первую очередь.

Ран согласно кивнул и краем глаза уловил движение в конце коридора. Помощник советника издалека махнул рукой, и Леон тут же стал серьезным:

– Поговорим потом.

У них тоже что-то случилось, подумал Ран, слушая торопливые шаги в конце коридора. Вокруг целый день происходило какое-то сумасшествие. И случилось оно у всех одновременно.

Глава 3

Еще за несколько дней до возвращения Дораха Нино вдруг понял, что скоро все изменится. Это осознание свалилось на него внезапно, но как что-то само собой разумеющееся.

Так часто бывало в детстве, когда он падал, сбегая с крутого склона, а няня ожидаемо причитала: «Я же знала! Я предупреждала тебя». В этот раз его никто не предупреждал. Нино просто знал, что упадет: он или кто-нибудь из ближайшего окружения. А потом в замок вернулся Дорах, и он понял, что предчувствие сбылось. Оставалось только воскликнуть: «Я же знал! Я предупреждал тебя». Но какой в этом был смысл?

После тренировки Нино поднялся в свои покои, чтобы переодеться к ужину, и поймал себя на мысли, что совсем не удивится, если за столом офицеров не окажется никого, кроме него самого. С тех пор, как Дорах вернулся, его не покидала мысль о том, что на месте лунного офицера мог быть кто угодно. Нино представлял каждого и в конце концов представил всех сразу. Воображение рисовало, как он остался один за трапезным столом. От этой картины стало не по себе.

Освещаемые факелами стены, казалось, излучали тепло, но сквозь толстую подошву ботинок Нино ощущал холод. Мерзлоту опустевшего замка. Ледяной воздух пощипывал лицо и руки, охватывал горло прямо как запах дыма, но Нино не чувствовал ничьей лжи. Будто в этом месте больше некому было лгать.

Жемчужный офицер ускорил шаг и, спустившись по лестнице, расслышал где-то вдалеке тихое, едва слышное пение. В дни, когда провидица Кирра общалась с богами и видела долгие сны, ее духовные сестры устраивали танцы и песнопение в стенах замка, привлекая своими голосами богов.

Нино не ждал хороших вестей. Даже не надеялся. А еще старался не попадаться на глаза сестрам пророчицы и идти в ровно противоположном направлении от тех коридоров, где танцевали женщины.

Когда он зашел в обеденную залу, Ран, Эрик и Нарк уже приступили к еде.

– А где остальные? – спросил он вместо приветствия.

Ран пожал плечами, и Нино едва сдержался, чтобы не попросить отныне изъясняться с ним только жестами. Так он точно не поймет, говорят они правду или нет.

– Ну и ладно. Нам больше достанется, – жемчужный офицер безразлично оглядел несколько блюд на столе – на аппетит не было даже намека.

– Не видел, где ходят сестры? – Эрик оторвался от своей тарелки и вопросительно взглянул на Нино.

Тот, передразнивая рубинового офицера, пожал плечами и молча занял свое место.

– Брось, – усмехнулся Эрик. – Видел их или бежал так быстро, что оборачиваться не успевал?

– Скоро на наш этаж пойдут.

– Великолепно. Ну, хоть бы эти танцы помогли Мериде…

– Или хотя бы не сделали хуже, – закончил за него Нино.

– Или хотя бы так, – кивнул топазовый офицер.

За столом вновь воцарилась тишина. Нино мельком взглянул на Рана и Нарка, которые расправлялись с мясом и лишь изредка бросали взгляд куда-нибудь выше стола.

Они всегда что-то недоговаривали. Сначала потому, что он был слишком мал, потом – из-за его способностей. Еще в детстве Нино понял, что различает ложь. Ему хватило нескольких дней, чтобы связать внезапно появляющийся запах дыма с обманом, и это стало неприятным открытием для жителей замка.

В тот год он резво ловил на лжи всех вокруг: доставалось и нянькам, и учителям. А еще Нино хорошо помнил, как старый советник короля в одно из собраний запричитал, что лишать людей возможности лгать – одно из самых жестоких наказаний для человечества. От него тоже часто пахло дымом, о чем Нино сразу же поспешил рассказать королю. Нино было наплевать на человечество. Его наказанием было понимать, когда тебе лгут.

– Слышали о последнем жертвоприношении? Так значит, ту женщину и ребенка сожгли заживо?

С соседних столов доносились обрывки фраз незначительных и ни к чему не обязывающих разговоров. Нино знал, что выбрал не лучшую тему для обсуждений за ужином, но молчать об этом больше не мог.

Напряжение, повисшее за столом, стало еще ощутимей. Нарк, до этого момента хранивший молчание, отложил вилку в сторону, и Нино понял: они целый день обходили эту тему стороной.

Нино был уверен: Кирр больше не нуждался в жестоких богах Анабкана. Уже более полувека на континенте девяти королей было разрешено свободное вероисповедание. Жертвоприношения в угоду богам могли приносить лишь отдельные, независимые религиозные общины и только при добровольном согласии будущей жертвы. Нино, конечно, мало верил в то, что фанатики обходились одними религиозными самоубийствами, но, по крайней мере, в жертву они приносили своих детей, а не чужих, как это делал Велибриум.

Шестнадцать лет назад, после смерти седьмого правителя Кирра, дела у государства стали совсем плохи. Наследников у покойного короля не было, и поэтому желающих взойти на престол нашлось немало. В тот год на улицах творился настоящий беспорядок, и драгоценные офицеры Кирра во избежание полного разлада внутри государства приняли сторону младшего брата короля – Бернара. Не сказать, что он являлся достойным претендентом на престол, но был сравнительно лучше остальных кандидатов. Тем более, что наследному государю гораздо проще удержать власть: достаточно было просто не переступать через обычаи предков.

Так, заручившись поддержкой Велибриума, Бернар заполучил желаемое – престол отныне по праву принадлежал ему. В Кирре стали разрешены всевозможные ритуалы задабривания и умилостивления бога Варлоу. А варлоулианство стало одной из официальных религий, что принесло в их государство немало бед.

– Почему Бернар ничего не предпринимает? Не думаю, что Велибриум способен дать нам отпор, – жемчужный офицер внимательно следил за реакцией остальных в надежде, что кто-нибудь поддержит его, но хранители молчали.

– Ты, похоже, никогда не повзрослеешь.

Нино вопросительно взглянул на Эрика и поинтересовался:

– А что такого я сказал? Такое чувство, что это волнует только меня и Тиммета.

На самом деле Нино сомневался, что Тиммету было бы дело до жертвоприношений, если бы в этот раз не пострадали близкие ему люди. Но он все же решил использовать аметистового офицера в качестве союзника. Хоть кто-то же должен быть на его стороне?

– Может, тогда подождем, пока Велибриум и нас затребует для своих ритуалов? – так и не дождавшись от топазового офицера ответа, предложил он.

Жертвоприношения в Велибриуме стали проводить намного чаще по сравнению с прошлым годом. И Нино было интересно, сколько еще все будут закрывать на это глаза.

– Хочешь войны, которую мы сейчас не потянем? Будешь недооценивать Велибриум – даже жемчуг тебя не спасет, – Эрик раздраженно уставился на жемчужного офицера: россыпь топазов на его черном камзоле угрожающе замерцала, показывая, что их хранитель не в духе.

– В отличие от вас, я хоть что-то предлагаю.

Эрик небрежно махнул рукой, советуя Нино замолчать или убраться с поля зрения.

– Как знаешь, – тот отодвинул от себя тарелку и встал из-за стола. Продолжать разговор Нино был не намерен.

Когда дверь трапезной хлопнула чуть громче, чем ей положено, жемчужный офицер остановился. Идти туда, где он, возможно, встретится с сестрами, не хотелось, а вернуться на ужин не позволяла гордость. Нино закрыл глаза и, в попытке обуздать раздражение, облокотился спиной о холодную дверь, прижав к ней затылок.

– Ему семнадцать, Нарк! Какой он ребенок? – до ушей донесся полный недовольства голос Эрика, который как обычно говорил чуть громче, чем следовало. Нино сжал кулаки.

– Ребенок без детства, возможно, – голос Рана прозвучал отчетливо, будто рубиновый офицер стоял прямо за дверью и точно знал, что он, Нино, еще здесь.

Запаха дыма так и не последовало.


***


Кассандра нервно обернулась. Никого. Хотя в такой темноте едва ли можно что-то различить: то ли возле стены стояли ящики, уложенные друг на друга, то ли это человек, который следил за ней от самого дома. Кассандра поежилась и, потеплее закутавшись в накидку, продолжила красться вдоль каменной стены. Еще немного… Она прибавила шаг и решительно свернула на узкую улочку.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7