Константин Нормаер.

Путешествие Гнева



скачать книгу бесплатно

Глава 1
Крах ста сорока семи инчей

Поправив свой выцветший и весьма потрепанный от времени цилиндр, виртуоз Босвел заметно просветлел лицом. Долгие инчи[1]1
  Инчи – отрезок времени, в момент которого происходит работа над открытием


[Закрыть]
он трудился над своим изобретением, лелея в мечтах тот день, когда сможет разрезать презентационную ленту и представить своим заносчивым коллегам по Цеху механикусов сложную машинерию, при виде которой они завистливо ахнут, и похлопают его по плечу, в знак наивысшего почтения.

Я, конечно же, старательно помогал ему, но приблизить такой знаменательный день был не в силах. Работа то и дело срывалась. Виртуоз устраивал длительные перерывы, запирался в своей лаборатории и по нескольку дней не выходил оттуда, заставляя меня порядком нервничать и теряться в догадках. Его жена, многоуважаемая Сиз Босвел, тоже была не в восторге от поведения мужа, но поделать с этим ничего не могла. Гений должен искать Искру – богиню вдохновения. А делать это лучше подальше от посторонних глаз, чужих советов и всяческих раздражающих факторов. Именно с этим было связанно последнее исчезновение виртуоза. Ничего не объясняя, он закрылся в своем кабинете, расположенном в нижнем ярусе дома, – и был таков.

Последняя пауза перед очередным инчем затянулась на долгую неделю. Не скрою – я уже всерьез стал подумывать сменить наставника, но в последний момент передумал: слишком жалко стало потраченного понапрасну времени. Тем более что машинерия уже приобрела вполне законченный вид. И хотя я слабо разбирался в сложной внутренней конструкции шестеренок, насосов, конденсаторов и проводов, мое лурийское чутье было не обмануть – работа подходила к концу.

Мне сразу вспомнились те времена, когда металлический каркас изобретения был всего лишь бездушным скелетом, не имеющим ничего общего с тем сложным и многогранным организмом, который ухитрился соорудить Босвел. Постепенно, с головой окунувшись в кропотливую работу – не без моей помощи, – виртуоз создал настоящий шедевр, скрытый от завистников темной непроницаемой тканью. Ореол тайны хранил машинерию в целости и сохранности долгие три года, и даже миссис Босвел не знала, какую еще финтифлюху сотворил ее благоверный супруг. Да, именно так она любила выражаться, одним емким словом описывая многочисленные изобретения виртуоза.

Присев рядом с механической громадиной, я ловко расчертил на песочной поверхности временные отрезки, в которые мы трудились над творением моего господина, и у меня получилась ужасающая цифра – сто сорок семь. Ни пятьдесят, ни даже сто, а гораздо больше. Великий Икар! Да за такое время я уже должен был стать как минимум докой, а не оставаться жалким адептом.

На ум незамедлительно пришел мой приятель Хрум, который обучался у маэстро Пима. За два года мой ровесник вырос до знатока. После такого стремительного полета он быстро задрал нос, и теперь встречая меня на рынке, даже не протягивал руки, воображая себя великим гением машинерии. Но я то отлично знал, что такому пройдохе как Хрум никогда не стать членом палаты Искусников. Кишка у него тонка.

Следом, в памяти возникли живые картинки тех беззаботных дней, когда мы мальчишками воровали яблоки в саду старого Хлифа. Тогда мы еще не знали, куда нас распределят, и Хрум был обычным сорванцом, который часто плакал и до жути боялся драчливых сверстников.

Эх, времена и вправду изменились – я остался таким же неумехой, а мои бывшие друзья умудрились сделать удачный шаг в будущее…

– Нашел, Милостивая Эверика! Нашел!

Увидеть господина в исподнем и при свете полной луны, стало для меня настоящей неожиданностью. Размахивая какими-то чертежами, он быстро спустился по ступеням дома и стал стремительно приближаться к своему механическому детищу. Тонкие ножки в огромных до колен сине-белых гольфах быстро засеменили по каменной тропинке. Седая борода с двумя кисточками на конце, то появлялась, то пропадала в ворохе масштабных схем.

Приблизившись ко мне, виртуоз поздоровался приподняв цилиндр, который как оказалось, он не снимал даже во время сна.

– Мой милостивый адепт Сти. Вы не представляете насколько я рад видеть вас здесь и сейчас. Вы тоже ни на минуту не могли выкинуть из головы нашу малышку, не так ли? – улыбнувшись во весь рот, господин осторожно погладил торчащий из-под ткани металлический бок машинерии.

Мне не хотелось расстраивать старика и рассказывать ему о своем ужасном десятидневном безделье, поэтому я утвердительно кивнул в ответ.

– Я так и знал! И вот что я вам скажу на это: вы не зря мучили себя ночными бдениями. Вы первый кто узнает замечательную новость…

Наивность наставника, порой, просто убивала мой молодой разум, нещадно разрывая его на куски. Ну как он так слепо может верить в мою безграничную преданность изобретательскому делу?! Маленький ребенок, не иначе.

Если бы я получил степень знатока или допустим доки – не терял бы времени, копаясь среди масляных деталей и вечных понуканий Босвела, а записался бы в небесники, ну или на худой конец подался бы на корабль к рубежникам. Но поскольку путь к мечтам был пока для меня закрыт, приходилось потакать прихотям старого виртуоза и молча выслушивать его пустые восхваления собственному таланту.

– Тадам-там-там! – забарабанил Босвел пытаясь повторить знаменитые фанфары марша изобретателей. Получилось не очень похоже, но я изобразил на лице некое подобие восторга. А виртуоз торжественно продолжил: – Ты стал непросто свидетелем, а первым, кому будет позволено услышать…

– Вы закончили изобретение?! – не выдержал я, предвкушая скорейшую развязку затянувшейся работы. – Бесподобно! Мы наконец-то сможем запустить ее?! Когда? Ну, когда же?! – меня переполнял восторг. – Во время ближайшего… последнего инча?!

Босвел застыв на месте, удивленно таращил на меня глаза, видимо не ожидая от своего адепта столь необузданной прыти.

– Угомонитесь, друг мой. Конечно же, мы ее запустим. Ведь чертежи я доделал еще в первый день перерыва.

Едва услышав слова виртуоза, я открыл рот от удивления.

– Простите, учитель, но чем же вы тогда занимались оставшиеся восемь дней?

– Как чем? – на лице Босвела возникла маска растерянности. – Я придумывал название нашей «малышке». Согласись, мы же не можем опустить рычаг и услышать рычащий звук двигателя, не назвав машинерию по имени. Это просто недопустимо!

Я подавлено кивнул, понимая, что никогда в жизни не смогу понять чуждых мне мыслей этого повернутого на всю катушку виртуоза.


Утро я встретил на своем привычном месте – под днищем сложной конструкции, в недрах которой не хватало всего одной маленькой детали. Клянусь ловким Луром, приложив все свои навыки, я пытался пристроить крохотную шестеренку на указанное Босвелом место, но в последний момент она предательски соскальзывала со штыря, заставляя меня выругаться крепким словцом и начинать очередную попытку.

– Скорее… скорее, мой друг, – торопил меня виртуоз. – С минуты на минуту они будут здесь.

Я услышал, как щелкнула крышка его знаменитых золотых часов, подаренных Босвелу самим Третьим экспертом гильдии пара Ни-ван Дисом.

– Они? – переспросил я. Моя рука замерла, осторожно держа шестеренку за тонкие зубчики.

– Комиссия Варгуса уже на подходе. Могущественный изобретатель, ну чего ты там копаешься?!

Услышав слова господина, я едва не подпрыгнул на месте, ударившись о днище машинерии. Решиться продемонстрировать свое изобретение в работе без контрольных испытаний?! Поступки виртуоза не поддавались никакой логике.

– По-моему они уже идут! Ну что, Сти?! Ты меня просто убиваешь!

В данном случае мне стоило возмутиться и высказать Босвелу свои претензии, но моя злость нашла другое применение. Повернув эту маленькую скользкую шестеренку боком, я с силой загнал ее на положенное место и закрепил сверху металлическим фиксатором. Деталь вошла словно литая, заставив меня задаться одним нехитрым вопросом: какого Итара я возился так долго?!

Не успев опомниться и порадоваться своей крохотной победе, я почувствовал, как что-то тащит меня за штанину. Еще миг и яркий свет больно ударил в глаза, заставив зажмуриться и растерянно замотать головой. Мой хитроумный господин применил свое рыбацкое изобретение «Тяни-подсекай», механическую катушку с указателем и небольшим моторчиком второго класса. Подцепив крючком мою одежду, он нажал на кнопку, и вуаля, я лежу на траве возле машинерии, а надо мной склонились какие-то важные господа, по всей видимости, из Гильдии экспериментов.

– С вами все в порядке, юноша? – поинтересовался тощий человек в коричневом костюме и цилиндре, внешностьюнапоминая старого ворона.

– О да, с ним все хорошо, – ответил за меня Босвел, взволнованно потирая ладони. – Я просто попросил его отыскать мой монокль, который я обронил вчера вечером, прогуливаясь по саду. Ты нашел его, Сти?! – обратился ко мне виртуоз.

Вытерев масленые руки куском ветоши, я лишь растеряно пожал плечами.

– Ничего страшного, – ободрил меня Босвел. – Куплю себе новый, еще лучше, с тропиковым окуляром.

Председатель комиссии, тот самый тощий господин, равнодушно пожевал губами и, переведя взгляд на своих коллег, сухо констатировал:

– Ну что же, мастера, пожалуй, начнем…

Пузатый, рыжебородый гном, который, по всей видимости, отвечал за техническую часть проверки, кивнул и, нацепив на глаза гогглы[2]2
  Плотные непроницаемые очки, с различными механическими свойствами, например, способные увеличивать или уменьшать объект


[Закрыть]
, принялся внимательнейшим образом осматривать машинерию. Пока только внешне, – но я знал, что пройдет несколько минут и комиссия попросит нажать на рычаг, а тогда…

– Ты ее приладил? – приблизившись ко мне, прошептал Босвел.

– Да, наставник. Лучшим образом, – без тени сомнения ответил я.

– Ну вот и замечательно, – промурлыкал виртуоз и уже более громко произнес, – стало быть можно стартовать.

Председатель деловито поправил механический пояс и, облокотившись на трость, одобрительно махнул платком.

– Итак, – заложив руки за спину и обогнув машинерию с правого бока, Босвел приблизился к заветной красной ленте, которую он предусмотрительно натянул между двух тощих деревьев. – Мое триста восемьдесят шестое творение необычно в первую очередь своей внутренней составляющей. Его механизм сложен и в тоже время прост до невозможности. Мне удалось сочетать в нем несочетаемое. Мой гений умудрился создать «Пышку» такой совершенной, что я порой сам не верю своему счастью и еще…

– Ближе к делу, – поторопил его председатель.

– Да-да, конечно, мистер Цириус, – согласился Босвел.

Тем временем к высокому мастеру подошел рыжебородый гном и, убрав в карман гогглы, авторитетно заявил:

– Внешние параметры вполне удовлетворяют всем пунктам «Параменика».

Мистер Цириус удовлетворенно кивнул.

– Что ж, тогда мистер Лимпус, пожалуй, стоит попросить уважаемого виртуоза Босвела продемонстрировать нам работу своей удивительной пневмопочты. Правильно я понимаю?

– Совершенно верно, – откликнулся гном.

Дрожащей рукой мой господин разрезал ленту, я помог стянуть ткань с множеством завязок, потайных крючков и замер в ожидании. Хотелось верить, что Босвел знает что делает, и не ударит в грязь лицом, посрамившись перед строгой комиссией. Но думать о плохом исходе я не стал: поэтому скромно отошел в сторону и приготовился наслаждаться зрелищем.

– Не тяните время, виртуоз, – напомнил о себе мистер Цириус. – У нас сегодня запланировано еще три изобретения и одно испытание нового крылоплана.

Босвел воспринял слова председателя как сигнал к действию. Дернув за рычаг, он повернул огромный ключ и нажал заветную кнопку.

Массивная пневмопочта ожила. Огромные шипящие трубы выпустили потоки белого пара – единственного ресурса, который мог приводить наши изобретения в действия, – а затем в двух конических колбах забурлила сиреневая жидкость. Еще несколько клубов пара вырвались наружу. Кажется, заработало.

Второй член комиссии – пузатый мужичок, представитель народа кранксов[3]3
  Немногочисленная раса с южного предела материка, прославившаяся своими изобретательскими способностями. Внешне они немногим выше гномов и являются настоящими доками в техническом деле


[Закрыть]
, поставил на траву кожаный саквояж с латунными замками и стал внимательно следить за виртуозом, готовившимся начать вторую фазу.

Подойдя к головной части машины, похожей на огромный почтовый ящик, Босвел продемонстрировал комиссии абсолютно белый запечатанный конверт скрепленный родовой печатью. Повертев его в руке, он с гордостью погрузил экспериментальный образец внутрь узкой прорези. Письмо мгновенно исчезло в жерле пыхтящей машины.

Я затаил дыхание. Притихла и комиссия: гном надул щеки, мистер Цириус нервно теребил лацкан пиджака, а круглобокий кранкс с огромными рыжими бакенбардами, прищурившись, следил за работой мощных насосов.

Босвел торжествовал. Судя по шипящему и свистящему звуку, письмо прошло первичную обработку, и готово было вот-вот отправиться на ленту распределения.

Отсчитывая секунду за секундой, я мысленно, закрыв глаза, представлял, как конверт проскакивает сложные этапы проверки, сортировки и маркировки. И если я не ошибался, всего через пару минут оно должно было принести нам благую весть. Мне – звание знатока, а моему наставнику – степень мастерового.

Машинерия работала безукоризненно: ровно, четко, ни единого постороннего звука.

Еще пара вдохов и письмо оказалось на последнем конвейере. Над махиной стали медленно, словно шасси, выползать огромные стеклянные трубы. Семь – по количеству отсеков[4]4
  Отсек – у механикусов, городской район


[Закрыть]
в нашем городишке.

Резкий звук – вжик, сигнализировал о вступление в завершающую стадию. Я почти ликовал, также как и мой великий учитель. Письмо должно было отправиться в один из участков города, достигнув искомого адресата. А в каждом из районов имелась своеобразная ловушка, которая обязана была в буквальном смысле захватить присланное письмо в свои сети.

Но данные тонкости Босвел уже давно объяснил высоким шишкам из Гильдии, и те, в момент испытания уже не задавали лишних вопросов.

– Сейчас, господа, еще немного терпения, – предупредил виртуоз. – Скоро письмо отправится. Полет пройдет мягко и стремительно. Так что вскоре подобные устройства научатся переправлять даже посылки. Стоит только немного доработать ловушку. Верно, Сти?

– Ну не будем забегать так далеко вперед, многоуважаемый виртуоз, – поспешил остановить его Цириус.

– Кстати, а куда именно должно отправиться ваше послание? В какой отсек? – вмешался в разговор рыжеволосый кранкс.

– Ну, конечно же, в самый отдале… – начал было Босвел и запнулся на полуслове.

Почти насладившись скорой победой, я внезапно почувствовал, как улыбка сползает с моего лица. Не в силах поверить такой неосмотрительности, я, стиснув зубы, едва не хлопнул себя в отчаянье по лбу. Настроившись на презентацию, мой наставник, переволновавшись, кажется, забыл об одной очень важной вещи – он так и не удосужился указать адрес. Я припомнил белоснежный конверт лишенный всяких записей и помрачнел еще сильнее. Неслыханная оплошность! И я, тоже хорош, оставил без внимания такую мелочь как координаты.

Слава Открывателям, комиссия не отметила данного нарушения и смиренно дожидалась окончания работы.

Машинерия застыла, будто в ней разом закончился весь пар, масло и выпали все подшипники. Босвел бы назвал подобное состояние – мертвым. В любом другом случае, я обязательно с ним согласился, но сейчас мне никак не хотелось в это верить. Наша пневмопочта, прекраснейшая «Пышка», просто замерла, перестав издавать присущий машинериям звук. Никаких тресков, свистов, поскрипываний и шипения.

Мой покровитель, выпучив глаза и открыв рот, наблюдал за происходящим – у него, как и у меня, просто не нашлось слов, чтобы объяснить случившееся.

– Что-то не так? – уточнил кранкс.

– Может быть, подбавить пара? – предположил гном.

– Или лучше отложить инспекцию до лучших времен, – констатировал мистер Цириус и уже собрался направиться к воротам, когда в «Пышке» что-то ухнуло.

Председатель комиссии удивленно повернулся. Затем в машинерии хрюкнуло, свистнуло, крякнуло и произошло то, чего никто из нас не ожидал.

Взрыв случился стремительно и неотвратимо.

Я стоял дальше всех и поэтому пострадал меньше всего. Невидимой волной меня отбросило в сторону к старой засохшей яблоне, которую уже несколько лет собирались выкорчевать, но у виртуоза никак не доходили руки. Представителям комиссии повезло гораздо меньше. Гнома швырнуло в кусты торгинской колючки, росшей воле ограды в назидание пронырливым мальчишкам, воровавшим у мистера Босвела вишню. Кранкссовершил еще более опасное путешествие: перелетев через машинерию, он оказался в бочке с противным смоляным раствором, приготовленным для нового изобретения господина. И наконец, мистер Цириус, просто упал навзничь и, закрыв глаза, видимо приготовился умереть, так и не выдав патент на очередное детище виртуоза. Сам Босвел отделался легким испугом, который забросил его на нижнюю ветку ближайшего дерева.

Охая и ахая, комиссия медленно собралась обратно в кучу. Видок у них надо заметить, был не ахти. Гном потирая ушибленный бок, выдирал из бороды колючки, кранкс – сплевывал темную жидкость, а мистер Цириус с обгорелыми усами и кончиками пиджака, напоминал зажаренного гуся и тихо подвывал, произнося каждое слово нараспев. А сказать им было что.

– Во-т э-тоооо да, – на одном дыхании произнес я, и осторожно приблизился к дымящейся «Пышке».

Пыхнуло, так пыхнуло. Сложный механизм все еще искрил, и изрыгал протяжные стоны, словно подбитый метким выстрелом дракон. Но главное, письмо было невредимо. Девственно чистый конверт, порхая словно бабочка, опустился на черную ладонь гнома.

– Что все это значит, Босвел?! Постарайтесь мне объяснить, пока я не разжаловал вас до неумехи! – в ту же секунду взревел мистер Цириус.

– Я, про. оооо….ну….ина…че…че…как….– заикаясь пролепетал мой учитель.

– Это мы понимаем, что ничего не понимаем, – согласился с претензиями председателя кранкс.

– Поддерживаю, – рявкнул гном. Его лицо напоминало сейчас неподвижных механикусов из зала славы, высеченных из цельного куска мрамора.

Напоследок, неудачное изобретение виртуоза издало какой-то непонятный фыркающий звук и умолкло навсегда. Я стоял, не в силах произнести ни слова. Босвел в отличие от меня – когда у него прошел шок – еще пытался оправдаться, но все попытки, на мой взгляд, были бесполезны. И все же они последовали.

– Дайте мне еще один шанс, – молил мистера Цириуса виртуоз. – Я не виноват в случившемся провале…

– О чем вы говорите, неудачник?! – дослушав лепетание Босвела, взревел председатель. – Вы позорите высокое имя механикуса! Запороть запуск изобретения – это высшая степень неуважения к Гильдии. Мы зря потратили на вас свое драгоценное время, и в следующий раз боюсь, у вас не будет больше возможности доказать свою состоятельность. Мы не хотим впредь наблюдать за подобным крахом. Нам претят такие неучи как вы. Поэтому, думаю, мы попрощаемся с вами навсегда!

Решение председателя было более жестоким, чем приговор коллегии праведников.

– Стойте! – Босвел упал на колени и схватился за фалды одежды гнома.

Они уже дошли до ворот, когда кранкс помог своему коллеге избавиться от ненужного груза. Виртуоз беспомощно упал на бок, подняв столп пыли.

– Нет-нет… не уходите…

Мой учитель сейчас напоминал капризного ребенка, а не хитроумного мастера способного вдохнуть жизнь в любую, даже самую сложную машинерию.

Остановившись на пороге, Цириус повернулся, презрительно уставившись на жалкого виртуоза. Его слова раздались подобно раскату грома:

– У вас есть оправдание?!

– Да, – внезапно прошептал Босвел.

– Какое?

– Я подготовил все идеально, и мое изобретение должно было работать безупречно. Я провел сотни испытаний, но произошла одна досадная оплошность…

– Оплошность? – Цириус нацепил на нос монокль и его гнев сменился легким интересом.

Босвел привстал на колени, вытер слезы, немного подумал и изрек:

– В последний день я допустил до машинерии своего ученика Сти. Это он во всем виноват! – перст виртуоза указал в мою сторону. – Он хоть и хороший малый, но весьма неуклюж. Именно в нем причина неудач. Он что-то сделал не так. И вот, итог!

Я слушал и не верил своим ушам. Босвел нещадно врал спасая свою жалкую душонку, а я падал на дно масляной кучи, откуда не суждено выбраться ни одной, даже самой совершенной машинерии.

Босвел говорил долго и чувственно, навешивая на меня все больше гадостной лжи, что я был уже не в силах воспринимать его слова. Опустив голову, я просто ждал, когда виртуозу надоест поливать меня грязью. Но речь его длилась бесконечно. Комиссия внимала, понимающе кивала и, в конце концов, дала моему учителю не совет, а скорее негласный приказ. Таким бездарям и криворуким тупицам как я, нет места в гильдии мастеров. Босвел кивнул, соглашаясь. И незамедлительно пообещал им гнать своего ученика взашей.

Остановившись у высоких резных ворот, я низко повесил голову и ступил за порог. Именно отсюда и началось мое долгое и опасное путешествие. Мне впервые удалось подняться в небо, побывать в подземельях заброшенного города и научиться охотиться на опасного зверя с человеческим лицом.

Но давайте все по порядку…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7