banner banner banner
Уголовно-правовые проблемы ответственности несовершеннолетних
Уголовно-правовые проблемы ответственности несовершеннолетних
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Уголовно-правовые проблемы ответственности несовершеннолетних

скачать книгу бесплатно

Уголовно-правовые проблемы ответственности несовершеннолетних
Коллектив авторов

В монографии рассматриваются уголовно-правовой и криминологический аспекты вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений различной степени социальной тяжести. Анализируются теоретические и практические подходы к критериям оценки совершаемых отдельных составов преступлений, при соблюдении принципов законности, обоснованности и справедливости.

Монография предназначена для субъектов правоприменения, преподавателей, научных работников и обучающихся сферы среднего и высшего специального образования, для лиц, интересующихся эффективностью использования уголовно-правового механизма предупреждения вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений.

Коллектив авторов

Уголовно-правовые проблемы ответственности несовершеннолетних

© ООО «Юстицинформ», 2019

* * *

Введение

В условиях формирования и становления правового государства в России особое внимание уделяется подрастающему поколению со стороны государства: созданию условий для увеличения рождаемости и одновременного улучшения воспитательной среды для формирования всесторонне развитой личности. В этом ряду свой посильный вклад вносит криминальный блок правовой системы России и научные разработки в этой сфере. Несовершеннолетние становятся субъектами преступлений и в то же время являются потерпевшими от преступных посягательств, в связи с этим они являются предметом специального и глубокого изучения.

Изучению отдельных аспектов данной проблемы посвящена данная монография. Первая глава, подготовленная Е. О. Глуховой и А. А. Тертишниковой, посвящена уголовно-правовому, криминологическому анализу проблем вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность, характеристике самого несовершеннолетнего и мерам профилактики такого рода деяний.

Во второй главе, подготовленной Р. С. Лепилиным и Ф. А. Вестовым, рассматриваются проблемы установления начала жизни эмбриона и в связи с этим – момента наступления уголовной ответственности лиц за незаконное проведение искусственного прерывания беременности.

Третья глава, подготовленная Э. А. Сафарли и Ф. А. Вестовым, посвящена проблемам квалификации разбоя с участием несовершеннолетних.

Четвертая глава, подготовленная А. А. Гузеевым и Ф. А. Вестовым, посвящена одной из важнейших проблем среди подрастающего поколения – наркомании. Рассмотрены вопросы уголовной ответственности за незаконные производство, сбыт или пересылку наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконные сбыт или пересылку растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества.

В пятой главе дана уголовно-правовая характеристика убийству, совершенному в состоянии аффекта, и причинению тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта.

В шестой главе рассматриваются проблемы уголовно-правового своеобразия объекта и личности потерпевшего при доведении до самоубийства несовершеннолетних.

В монографии даны рекомендации по пресечению исследуемых преступных деяний среди несовершеннолетних, осуществлению профилактики их и в отношении их преступной деятельности в рамках рассматриваемых преступлений. Рассмотренные авторами темы будут и в дальнейшем актуализироваться ввиду изменяющегося уголовного и иного законодательства России, правоприменительной и правоохранительной практики.

Глава 1

Уголовно-правовой и криминологический анализ вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления

Уголовно-правовой анализ вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления

Понятие и объективные признаки вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления

Одной из первоначальных целей государства является охрана семьи и несовершеннолетних, в том числе защита их законных прав и интересов. Данное положение предусмотрено не только действующим законодательством, но и международными правовыми стандартами. Так, например, Всеобщая декларация прав человека (1948) в ст. 16 гласит, что «семья признается естественной и основной ячейкой общества»[1 - Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948) // Российская газета. № 67.1995.]. Федеральным действующим законодательством также предусмотрены нормы, охраняющие интересы семьи, они закреплены в Конституции Российской Федерации, а также в гл. 20 УК РФ. Так, Конституция Российской Федерации в ст. 38 гласит о том, что «Материнство и детство, семья находится под защитой государства»[2 - Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) // СЗ РФ. 2014. № 31. Ст. 4398; Российская газета. 1993. № 237.].

Государство исходит из принципов приоритетности подготовки детей к полноценной жизни в обществе, воспитания в них высоких нравственных качеств, гражданственности и патриотизма, развития у них общественно значимой и творческой активности и признает детство важным этапом жизни человека[3 - Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации: Федеральный закон от 24.07.1998 (ред. от 28.12.2016) № 124-ФЗ // СЗ РФ. 1998. № 31. С. 3802; СЗ РФ. 2016. № 1. Ст. 6.].

Важное место в защите интересов семьи и несовершеннолетних принадлежит уголовно-правовым гарантиям, предусмотренным ст. 150 УК РФ. Но необходимо заметить, что анализ соотношения всего количества преступлений, совершенных несовершеннолетними с участием взрослых лиц, и количества взрослых, привлеченных к уголовной ответственности по ст. 150 УК РФ, позволяет сделать вывод, что, к сожалению, данная норма работает не в полной мере. Так, например, в 2013 году по России преступления совместно с несовершеннолетними совершили 49 038 взрослых лиц, в то время как по ст. 150 УК РФ к ответственности было привлечено всего 4 413 лиц[4 - Лелеков В.А. О понятиях вовлечения несовершеннолетних в преступление и преступную деятельность // Закон и право. 2013. С. 75.].

Сложной проблемой является анализ норм, предусматривающих ответственность за вовлечение несовершеннолетних в преступление, это обусловлено объемом подлежащих рассмотрению вопросов.

Рассмотрим понятие и объективные признаки вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления.

Верное толкование понятия «вовлечение» и установление его основных признаков являются необходимыми условиями для единообразного применения его на практике, в том числе для криминологического изучения преступлений, которые связанны с вовлечением несовершеннолетних в совершение преступлений, и как следствие – для разработки специальных и общих мер предупреждения этого вида преступлений.

Долгое время законодатель не определял, что необходимо понимать под «вовлечением», перечисляя лишь способы вовлечения, а именно – путем обмана, угроз, обещаний или иным способом. Это порождало неоднозначность определения этого понятия в теории и раскрытия его признаков. Тем не менее данное определение было сформулировано в п. 42 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 1.02.2011 № 1 (ред. от 2.04.2013) «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», в котором сказано, что под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления следует понимать действия взрослого лица, которые направлены на возбуждение желания совершить преступление. При этом действия взрослого лица могут выражаться как в форме обмана, обещаний, угроз, так и в форме предложения совершить преступление, разжигания чувства мести, зависти и иных действий[5 - О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних: Постановление Пленума Верховного суда РФ от 1.02.2011 (ред. от 2.04.2013) № 1 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2011. № 4.]. Возникает вопрос: о каком желании совершить преступление, иначе говоря, о волеизъявлении может идти речь, если например, вовлечение осуществлялось путем психического или физического насилия применительно к несовершеннолетнему?

По мнению К. К. Сперанского, желание предполагает исключительно свободное волеизъявление несовершеннолетнего на участие в преступление, которого может и не быть в случае принуждения подростка к его совершению[6 - Сперанский К.К. Уголовно-правовая борьба с преступлениями несовершеннолетних и против несовершеннолетних. Ростов н/Д, 1991. С. 84.]. В связи с этим целесообразно говорить не о желании, а о готовности, решимости, намерении подростка совершить преступление. На наш взгляд, наиболее точным было понятие Постановление Пленума Верховного суда СССР от 112.09.1969 «О судебной практике по делам о вовлечении несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную деятельность», в котором под вовлечением понимали не только действия, направленные на подстрекательство несовершеннолетнего к совершению преступления либо на привлечение его к совершению преступления в качестве пособника или соисполнителя, но также и действия, направленные на подготовку несовершеннолетнего к участию в преступлениях[7 - Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР. 1924-1973. М., 1974. С. 563.]. Как раз термин «подготовка к совершению преступления» выражает действия вовлекателя, не связанные со склонением подростка к совершению преступления.

На наш взгляд, более верным будет следующее понятие. Под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ) следует понимать активные действия достигшего совершеннолетия лица, направленные на лицо, не достигшее восемнадцатилетнего возраста, и заключающиеся в приобщении, втягивании, укреплении у него решимости или готовности участвовать в совершении общественно опасного деяния или деятельности либо в приобщении и подготовке его к преступному образу жизни.

Объект преступления является одним из важнейших элементов преступления. В современной юридической литературе существуют различные подходы к определению понятия объекта преступного посягательства и классификации объектов. На сегодняшний день существует два концептуальных подхода к проблеме объекта, диаметрально противоположные друг другу[8 - Коровин Е. П. Признаки объекта и потерпевшего в составе преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ // Теория и практика общественного развития. 2014. № 1. C. 2.]. Согласно одной концепции, объектом преступления являются блага, интересы, ценности, согласно другой – совокупность общественных отношений. Более обоснованной, на наш взгляд, является концепция относящая совокупность общественных отношений к объектам преступного посягательства. Таким образом, основным непосредственным объектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления следует признать общественные отношения, обеспечивающие нормальное развитие и правильное нравственное воспитание несовершеннолетнего, его права и законные интересы[9 - Чучаев А.И. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). Контракт, 2013. С. 245.].

Наряду с основным объектом обязательным для состава преступления и его квалификации является дополнительный объект.

В юридической литературе под дополнительным объектом понимают общественные отношения, причинение вреда, которым является обязательным условием уголовной ответственности.

Дополнительным объектом данного деяния выступает здоровье несовершеннолетнего.

Значительный интерес при рассмотрении объекта преступления представляет вопрос об уголовно-правовой характеристике предмета. По анализируемой ст. 150 УК РФ предмет преступления отсутствует, поскольку в науке уголовного права, исходя из эстетических соображений, не принято употреблять это термин в отношении человека. В таких случаях в юридической литературе используется понятие «потерпевший».

Согласно ч. 1 ст. 42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен имущественный, физический, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации[10 - Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 (ред. от 31.12.2017) № 174-ФЗ // Российская газета. № 249. 2001.]. Согласно ст. 150 УК РФ им должен являться несовершеннолетний, достигший установленного уголовным законом возраста ответственности за преступление, в которое он вовлекается.

В Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 1.02.2011 № 1 (ред. от 2.04.2013) «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» ничего не сказано о существующей проблеме, связанной с определением понятия «несовершеннолетний». В соответствии со ст. 87 УК РФ «несовершеннолетними признаются лица, которым ко времени совершения преступления исполнилось четырнадцать, но не исполнилось восемнадцати лет». Не в полной мере данное положение соответствует международно-правовым актам, на необходимость соблюдения которых указывает п. 2 Постановления. Так, например, ст. 1 Конвенции ООН о правах ребенка гласит, что «ребенком является каждое человеческое существо до достижения 18-летнего возраста»[11 - Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989) (вступила в силу для СССР 15.09.1990) // Сборник международных договоров СССР. № XLVI. 1993.]. При этом в данном акте термины «несовершеннолетний» и «ребенок» используются как синонимы. Кроме того, в российском семейном законодательстве несовершеннолетними признаются лица, не достигшие возраста 18 лет.

Таким образом, очевидным остается «недочет» законодателя, не устраняемый правоприменителем путем толкования. Полагаем, что следует исходить из положений международно-правовых актов и Конституции РФ при определении совершеннолетия лица. Так как в противном случае, при буквальном толковании признаков состава преступления, в случае вовлечения лица, не достигшего 14-летнего возраста, в совершение преступления, действия виновного не должны признаваться уголовно наказуемыми, так как потерпевший не является «несовершеннолетним» в смысле ст. 87 УК РФ.

Под объективной стороной преступления, как правило, принято понимать внешнюю, то есть зримую, сторону посягательства, осуществляемую в форме общественно опасных действий или бездействий[12 - Вестов Ф.А., Галкин В.А., Лапупина Н.Н., Туктарова И.Н., Шайхисламова О.Р. Альбом схем по Общей части Российского уголовного права: учебное пособие. Саратов: ФГБОУ ВПО СГУ. Изд.: Саратовский источник, 2012. С. 25.]. Объективная сторона данного преступления характеризуется вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления путем обещаний, обмана, угроз или иным способом.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ, выражается только в активных действиях, которые направлены на возбуждение желания у несовершеннолетнего участвовать в совершении как одного конкретного преступления, так и нескольких преступлений. По смыслу и из буквального толкования положений о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ) путем бездействия вовлечение в преступление невозможно.

Что касается способов вовлечения, то в ч.1 ст. 150 УК РФ они описаны альтернативно с указанием на возможность любого из них, перечень способов также является открытым. В специальной литературе указывается, что «в каждом конкретном случае они зависят и от цели, которую лицо, вовлекающее несовершеннолетнего в преступную и иную антиобщественную деятельность, перед собой ставит, и от личности несовершеннолетнего, и от характера существующих между этим лицом и несовершеннолетним отношений, и от многих других обстоятельств»[13 - Лановенко И.П. Борьба с вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельность: монография. 1986. С. 70.]. Способ вовлечения подлежит тщательному установлению, между тем, как следует из отдельных судебных решений, допустима замена одного способа вовлечения, который вменяли органы предварительного расследования (например, обман), на другой, подтвердившийся в ходе судебного разбирательства (например, уговоры) и ранее не указанный следствием, если при этом существенно не меняются обстоятельства дела[14 - Вывод кассационной инстанции о нарушении судом требования уголовно-процессуального закона о пределах судебного разбирательства. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2001. № 5.].

Анализ материалов следственной и судебной практики позволяет рассмотреть содержание каждого из способов вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления.

Обещание как способ совершения анализируемого преступления означает принятие виновным на себя обязательства сделать что-либо полезное для несовершеннолетнего, носящее материальный или иной характер. Так, виновный может обещать передать определенные ценности за участие в преступление, заплатить несовершеннолетнему определенную сумму или поделиться частью похищенного имущества. В том числе может возложить на себя обязательства оказать ему помощь, например, оплатить лечение родителей, братьев, сестер, либо разрешить конфликтную ситуацию, оказать покровительство и т. д.

Обман – это создание ложного представления о ком-либо (например, о личности потерпевшего) или о чем-либо (например, о тех обстоятельствах, которые важны для подростка), введение в заблуждение несовершеннолетнего (например, о том, что данные действия являются не противоправными), в результате чего несовершеннолетний побуждается к совершению преступления[15 - Рарог А.И., Комиссарова В.С., Иногамова-Хегай Л.В. Российское уголовное право (особенная часть): учебник. 3-е изд. Проспект, 2010. С.165.].

Так, С. путем обмана ввела в заблуждение своего несовершеннолетнего сына А. (лицо, не достигшее возраста привлечения к уголовной ответственности), попросила его взломать замок на входной двери квартиры Н., объяснив это необходимостью забрать принадлежащее им (С.) мясо[16 - Приговор Казанского районного суда Тюменской области от 2.08.2013. Судебные и нормативные акты РФ [Электронный ресурс]. URL: http://sudact.ru (дата обращения: 15.03.2016).].

Еще одним из способов вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления является угроза – это общественно опасное воздействие на психику несовершеннолетнего. Например, виновный может предупредить несовершеннолетнего, что в случае отказа от совершения преступления, наступят неблагоприятные последствия для него и(или) его близких, чаще всего это угроза уничтожить имущество, распространить сведения, позорящие несовершеннолетнего, причинить вред здоровью, совершить насильственные действия сексуального характера и т. д.

Для определения реальности угрозы имеет значение, как воспринимает угрозу потерпевший и окружающие его лица, которые знают и потерпевшего, и угрожающего.

Если содержание угрозы остается неопределенным, то налицо также признаки вовлечения путем угроз (ч. 1 ст. 150 УК РФ). Существует угроза, выражаемая с помощью жестов, – она может сопровождаться демонстрацией оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Реальность угрозы устанавливается не только по восприятию потерпевшего, но и с учетом других обстоятельств, например, личности виновного, характера взаимоотношений между преступником и потерпевшим.

Под иным способом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления следует понимать возбуждение у него чувства зависти, мести, низменных побуждений, а также подкуп, уговоры, воспитание в духе «воровской романтики» с целью склонения к совершению преступления.

Как показывает изучение уголовных дел, наибольшую сложность представляют случаи квалификации вовлечения, совершенного иным способом, поскольку при этом допускается значительное количество ошибок, связанных с неправильным установлением этого способа вовлечения.

Так, предположим, что М. и Т. совершили кражу. М. обвинялся также в вовлечении несовершеннолетнего Т. в совершение преступления иным способом – путем уговоров. Однако в ходе судебного заседания М. может показать, что он действительно предложил подростку совершить кражу, на что Т. сразу же согласился. В таких ситуациях часто происходит отказ государственного обвинителя от поддержания обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 150 УК РФ, поскольку лицом не предпринимаются активные действия с целью уговорить и вовлечь таким образом несовершеннолетнего в совершение преступления.

Действительно, при таких обстоятельствах вывод о правильности квалификации по ст. 150 УК РФ маловероятен, поскольку однократное предложение не является уговорами.

Слово «предложить» в русском языке определяется как «высказать мысль о чем-нибудь, как о возможном, представить на обсуждение как возможное», «потребовать, предписать что-нибудь сделать»[17 - Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка [Электронный ресурс]. URL: http://www.ozhegov.org/index.shtml (дата обращения: 18.04.2016).], «уговорить» же означает «убеждая, склонить к чему-нибудь»[18 - Там же.]. Таким образом, следует принимать во внимание, что уговоры есть достаточно длительные, протяженные по времени действия по склонению к совершению преступления (возможно, от нескольких минут и более). Предложение, как правило, одномоментно или связано с незначительным по длительности обсуждением возможности совершить преступление. Вовлекаемый при предложении может согласиться либо отказаться, при уговорах же он сомневается в необходимости преступных действий, пытается их избежать.

В приведенном примере Т. добровольно и сразу же принимает предложение вовлекателя М., следовательно, отсутствуют признаки вовлечения путем уговоров. Таким образом, более правильно при изначальном обосновании вовлечения иным способом устанавливать такую форму вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления, как вовлечение иным способом, путем предложения совершить преступление. В таких случаях квалификация по ст. 150 УК РФ является верной.

Законодатель, определяя преступность деяния, различным образом определяет описание объективной стороны, то включая, то не включая наступление последствий в число минимально необходимых признаков, в зависимости от чего определяется момент окончания преступления. В науке уголовного права существует два подхода к определению вида состава вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления. Одни ученые считают данный состав формальным, другие материальным. Так, С. Ш. Ахмедова считает, что «состав вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления по описанию в законе его объективной стороны относится к материальному. Оконченным преступление должно считаться в момент наступления общественно опасных последствий, а именно – совершение несовершеннолетним преступления, хотя бы на стадии приготовления к нему»[19 - Ахмедова С.Ш. Ответственность за вовлечение малолетних и несовершеннолетних в антиобщественную деятельность // Уголовно-правовые и криминологические проблемы: сб. научных трудов. М., 2013. С. 28.].

Такого же мнения придерживаются И. Г. Соломоненко и А. Г. Кибальник, указывая «представляется более правильным считать моментом окончания этого преступления начало совершения вовлеченным несовершеннолетним собственно преступных действий (как минимум – приготовления к преступлению, в которое тот вовлечен)»[20 - Кибальник А.Г., Соломоненко И.Г. Уголовное право: курс лекций. Ставрополь, 2012. С. 43.].

Противоположной точки зрения придерживаются Г. М. Миньковский и Г. З. Брускин, которые считают, что состав рассматриваемого преступления является формальным, так как вовлечение представляет собой определенный процесс воздействия взрослого на несовершеннолетнего[21 - Миньковский Г.М., Брускин Г.З. Общая характеристика вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность и иное антиобщественное поведение: сб. научных трудов. М., 2011. С. 8.].

Смена толкования понятия «вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления» повлекла за собой и изменение позиции высшей судебной инстанции относительно момента окончания этого преступления. Если в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 14.12.2000 № 7 предусматривалось, что «преступление, ответственность за которое предусмотрена ст. 150 УК РФ, является оконченным с момента вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления независимо от того, совершил ли он какое-либо из указанных противоправных действий», то Постановление Пленума от 1.02.2011 № 1 определило преступление, ответственность за которое предусмотрена ст. 150 УК РФ, оконченным с момента совершения несовершеннолетним преступления, приготовления к преступлению, покушения на преступление.

При этом если последствия, предусмотренные диспозицией названной нормы, не наступили по не зависящим от виновных обстоятельствам, то их действия могут быть квалифицированы по ч. 3 ст. 30 и ст. 150 УК РФ.

Именно такая позиция давно высказывается в науке и так же давно ею критикуется. На наш взгляд, признавать моментом окончания исследуемого преступления совершение преступления несовершеннолетним неправильно, так как вред развитию несовершеннолетнего причиняется именно в процессе негативного воздействия взрослого лица, а не в результате совершения подростком преступления. В связи с этим вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления следует считать оконченным с момента выполнения виновным действий по вовлечению.

Возникают и иные трудности с квалификацией. В частности, исходя из предложенного понимания вовлечения необходимо констатировать, что если взрослый склоняет подростка к совершению преступлений небольшой или средней тяжести, но несовершеннолетний в итоге не принимает участия в их совершении, то действия взрослого остаются вне поля уголовной ответственности: поскольку вовлечение было безрезультативным, ст. 150 УК РФ не применяется, а раз речь идет о преступлениях небольшой или средней тяжести, нормы о приготовлении также не действуют.

Таким образом, основным непосредственным объектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления является совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальное физическое, психическое, нравственное и социальное развитие лица, не достигшего восемнадцатилетнего возраста, в духе соблюдения Конституции и законов Российской Федерации; уважения человека, его прав и труда; уважительного отношения к обществу, правилам и традициям человеческого общения; утверждения несовершеннолетнего в качестве самостоятельного и полноценного субъекта общественных отношений, свободно реализующего свои права и свободы.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ, выражается только в активных действиях, которые направлены на возбуждение желания у несовершеннолетнего участвовать в совершении как одного конкретного преступления, так и нескольких преступлений. Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления следует считать оконченным с момента выполнения виновным действий по вовлечению.

Субъективные признаки вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления

Наибольшие трудности в установлении и оценке состава такого преступления, как вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, представляет субъективная сторона.

Субъективная сторона преступления – это внутренняя, то есть незримая сторона посягательства, которая определяет психическое отношение лица, совершившего преступление, к общественно опасному деянию и его последствиям[22 - Вестов Ф.А., Галкин В.А., Лапупина Н.Н., Туктарова И.Н., Шайхисламова О.Р. Альбом схем по Общей части Российского уголовного права: учебное пособие. Саратов: ФГБОУ ВПО СГУ. изд.: Саратовский источник, 2012. С. 25.]. Содержание субъективной стороны раскрывается с помощью таких признаков, как вина, а также мотив и цель. В совокупности эти признаки дают нам представление о том внутреннем процессе, происходящем в психике лица, который совершил преступление, и отражают связь сознания и воли лица с совершенным им деянием.

Выяснение формы вины – одна из важных задач правоохранительных органов, так как вина относится к числу обязательных признаков любого преступления, и без вины нет состава преступления, тогда как мотив и цель являются лишь дополнительными признаками.

С субъективной стороны преступление, предусмотренное ст. 150 УК РФ, предполагает наличие у взрослого лица прямого умысла на вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность, для чего он совершает определенные активные действия, связанные с непосредственным физическим или психическим воздействием на несовершеннолетнего.

В соответствии с п. 42 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 01.02.2011 № 1 при рассмотрении дел о преступлениях несовершеннолетних, совершаемых с участием взрослых, необходимо выяснить характер взаимоотношений между взрослым и подростком[23 - О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних: Постановление Пленума Верховного суда РФ от 1.02.2011 (ред. от 2.04.2013) № 1// Российская газета. № 29. 2011.]. Это связано с тем, что эти данные имеют существенное значение для определения роли взрослого в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления.

Особое значение имеет положение о том, что если взрослый не знал о несовершеннолетии вовлекаемого в преступление лица, то он не может привлекаться к уголовной ответственности по ст. 150 УК РФ. Другими словами, при изучении этого признака следует помнить, что вина есть психическое отношение к деянию, совершаемому определенным способом в конкретный период времени в отношении конкретного лица, или к наступившим последствиям.

В таких случаях осознание общественно опасного характера совершаемого деяния означает четкое понимание виновным не только фактической стороны совершаемых действий, но и того, что оно совершается в отношении несовершеннолетнего. Для привлечения к ответственности по ст. 150 УК РФ следует установить характер осознания виновным возраста вовлекаемого несовершеннолетнего, который может выражаться: в определенном осознании возраста вовлекаемого; осознании предположительном, когда виновный в самых общих чертах осознает возрастные характеристики вовлекаемого (например, лицо считает возможным наличие несовершеннолетнего возраста вовлекаемого и не исключает этого).

Это, однако, абсолютно не свидетельствует о том, что в последнем случае речь идет о косвенном умысле либо неосторожности в виде легкомыслия. В материалах судебной практики отмечалась возможность предположительного осознания возраста вовлекаемого. Так, в п. 2 ранее действовавшего Постановления Пленума Верховного суда СССР от 12.09.1969 № 8 «О судебной практике по делам о вовлечении несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную деятельность» указывалось, что «при рассмотрении дел данной категории во всех случаях необходимо устанавливать, сознавал ли взрослый, что вовлекаемое им лицо является несовершеннолетним».

В п. 9 Постановления Пленума Верховного суда СССР от 3.12.1976 № 16 «О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность» (в ред. Пост. Пленума Верховного суда СССР от 5.12.1986 № 17 «О выполнении судами руководящих разъяснений Пленума Верховного суда СССР по применению законодательства при рассмотрении дел о преступлениях несовершеннолетних») указывалось, что «при рассмотрении дел следует устанавливать, сознавал ли взрослый или допускал, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в преступную или иную антиобщественную деятельность. При этом надлежит исходить из того, что уголовная ответственность наступает как при условии осведомленности взрослого о несовершеннолетнем возрасте вовлекаемого лица, так и в тех случаях, когда по обстоятельствам дела он мог и должен был предвидеть это. Решая указанные вопросы, суды не только должны учитывать показания самого обвиняемого, но и тщательно проверять их соответствие всем конкретным обстоятельствам дела».

Разъяснение п. 9 Постановления Пленума Верховного суда СССР от 3.12.1976 № 16 «О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность» о том, что «…уголовная ответственность наступает… и в тех случаях, когда по обстоятельствам дела он мог и должен был предвидеть это», также касается осознания предположительного, когда лицо считает возможным наличие несовершеннолетнего возраста вовлекаемого и не исключает этого.

Разъяснение, данное в п. 8 ранее действовавшего Постановления Пленума Верховного суда РФ от 14.02.2000 № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних», предусматривает, что «судам следует иметь в виду, что к уголовной ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления могут быть привлечены лица, достигшие 18летнего возраста и совершившие преступление умышленно. Следует также устанавливать, осознавал ли взрослый либо допускал, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления. Если взрослый не знал о несовершеннолетии лица, вовлеченного им в совершение преступления, он не может привлекаться к ответственности по ст. 150 УК РФ»[24 - О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних: Постановление Пленума Верховного суда РФ от 14.02.2000 № 7 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. № 4.].

Достаточно точным и исключающим двусмысленное толкование является положение, сформулированное в абз. 2 п. 42 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 1 от 1.02.2011 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», согласно которому необходимо устанавливать, осознавал ли взрослый, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления, при этом если взрослый не осознавал этого, то он не может привлекаться к ответственности по ст. 150 УК РФ[25 - О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних: Постановление Пленума Верховного суда РФ от 1.02.2011. № 1 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2011. № 4.].

Встречаются ситуации, когда виновный на судебном заседании не отрицает совместного участия с подростками в совершении преступлений и даже подтверждает факты вовлечения с его стороны, но утверждает, что не знал о возрасте вовлекаемых подростков, полагая, что они уже являются совершеннолетними.

В то же время подобную позицию взрослого виновного можно рассматривать как стремление уйти от ответственности, т. к. анализ показаний несовершеннолетних может свидетельствовать об осведомленности относительно их возраста.

Таким образом, признаки преступления, предусмотренного ст. 150 УКРФ, отсутствуют, еслинетдостаточныхданных, указывающих на осознание взрослым лицом возраста несовершеннолетнего; самого факта действий по вовлечению несовершеннолетнего в совершение преступления.

Например, Д. обвинялся в том, что, будучи лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, и достоверно зная о том, что К. является несовершеннолетним, вовлек последнего в совершение преступления, предложив ему совершить совместно с ним хищение зерна из склада, расположенного на территории зернотока, пообещав впоследствии поделить деньги, вырученные от реализации похищенного. Однако судом было указано, что несмотря на полное признание Д. своей вины в совершении преступлений (он на предварительном следствии в своих показаниях сообщил, что К. знает с детства, осведомлен о том, что тот младше его на год), суд обоснованно не ограничился только фактом признания вины, но сопоставил между собой все юридически значимые обстоятельства:

Д. не знал и никогда не сообщал ни следствию, ни суду точной даты рождения К., но при этом преступление, в которое якобы он вовлек несовершеннолетнего, было совершено за три месяца до наступления совершеннолетия последнего;

Характер отношений между Д. и К. не имел признаков возрастного неравенства, то есть никто из них не доминировал над другим как старший по возрасту и не имел более высокий авторитет как более опытный человек;

Тот факт, что Д. возбудил у К. материальный интерес к совершению преступления путем обещания поделить полученные преступным путем деньги от продажи похищенного зерна, опровергается тем, что сбытом похищенного занимался именно К., который и поделился деньгами с достигшим совершеннолетия Д.

Судом было подчеркнуто, что факт совместного с несовершеннолетним участия взрослого лица в совершении преступления не образует состава преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ.

В рассматриваемом случае предложение в адрес К. со стороны Д., осведомленность которого о несовершеннолетии К. вызвала у суда обоснованные сомнения, совершить кражу чужого имущества свидетельствовало лишь о совершении преступления группой лиц по предварительному сговору. Кроме того, указанные выводы подтверждаются и фактом того, что вторая кража в феврале 2013 года была совершена уже по предложению К.[26 - Апелляционное постановление суда апелляционной инстанции Тульского областного суда от 23.10.2013 № 222134 // Судебные и нормативные акты РФ [Электронный ресурс]. URL: http://sudact.ru (дата обращения: 24.04.2016).]

Как показывает анализ материалов следственной и судебной практики, об осознании взрослым того, что своими действиями он вовлекает именно несовершеннолетнего в совершение преступления (осознании возраста несовершеннолетнего), может свидетельствовать следующее:

1) наличие родственных отношений;

2) наличие дружеских отношений, знакомства, соседских отношений;

3) совместное обучение в одной школе (например, в разных классах);

4) совместное проведение досуга, посещение спортивных секций, кружков и т. п.;

5) совместное проживание в одном доме, небольшом населенном пункте (например, деревне, поселке и т. п.);

6) сам несовершеннолетний в процессе общения говорит о том, сколько ему лет, показывает документы и т. п.;

7) внешний вид, манера поведения и общения, одежда, которую носит несовершеннолетний;

8) информация о возрасте несовершеннолетнего, доведенная до вовлекателя иными лицами.

В силу того что основными доказательствами осведомленности взрослого о возрасте несовершеннолетних являются, в первую очередь, показания вовлеченных несовершеннолетних и показания обвиняемого, именно из этих источников устанавливается сам факт вовлечения, его способ и осведомленность взрослого о возрасте подростка. При этом показания взрослого лица могут, напротив, указывать на отсутствие осознания возраста несовершеннолетнего.

Так, Л. вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 150 УК РФ, не признал и последовательно со стадии предварительного следствия утверждал, что он не знал о возрасте Д., добросовестно полагая, что он совершеннолетний. Было указано, что на основе имеющихся в материалах дела данных нельзя сделать утвердительный вывод о том, что Л. знал о несовершеннолетии Д., при этом Д. на момент совершения преступления исполнилось 16 лет (то есть несовершеннолетний возраст очевидным назвать нельзя). Таким образом, выводы об осведомленности Л. о возрасте Д. могут быть только предположительными, а в соответствии с ч. 4 ст. 14 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Учитывая, что преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 150 УК РФ, может быть совершено только умышленно, суду необходимо было достоверно установить, что Л. осознавал, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления. Поскольку установить этого не представилось возможным, а возникшие сомнения являются неустранимыми, судебная коллегия в соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ истолковала их в пользу обвиняемого и пришла к выводу об отсутствии состава данного преступления и о необходимости отменить приговор в отношении Л. в этой части с прекращением производства по делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ[27 - Кассационное определение Омского областного суда от 6.09.2012 по делу № 223788/12 // Судебные и нормативные акты РФ [Электронный ресурс]. URL: http:// sudact.ru (дата обращения: 25.02.2016).].

Согласно мнениям практических работников, проблемы, возникающие при выявлении и расследовании данного вида преступлений, возможны в случаях, когда:

1) преступление совершается не запланировано;

2) со стороны взрослого нет четких активных умышленных действий по вовлечению несовершеннолетнего в совершение преступления;

3) взрослый и несовершеннолетний знакомятся при совершении преступления либо непосредственно перед его совершением.

Исходя из этого, возникает сложность в определении способа вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления и доказывания умысла взрослого из-за отсутствия свидетелей отношений между взрослым и несовершеннолетним. В связи с этим высказываются даже предложения со стороны ряда практических работников обязательно фиксировать в показаниях лица, вовлекающего подростка, фразу «…он осознавал, что вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления…», при этом никакие косвенные доказательства вины во внимание не принимаются, обвинительное заключение, в свою очередь, прокурором часто не утверждается.