Коллектив авторов.

Социальное попечение в Сибири (XIX – начала XX в.) в документах и материалах



скачать книгу бесплатно


Предисловие

Профессионализация социальной работы и ряда других помогающих профессий делает необходимым изучение теории и практики социальной деятельности в контексте исторического опыта. Эта книга предлагает читателю совершить экскурс в дореволюционное прошлое практики социальной работы, открывая ее новые страницы на примере крупнейшего региона России – Сибири.

Изучение социального попечения в Сибири позволяет не только глубже понять эволюцию края в целом, но и показать, как в специфических условиях (это колонизируемая окраина Российской империи с обширными пространствами, низкой плотностью и языковой пестротой населения) совершался общий для России закономерный процесс исторического развития.

В данной работе Сибирь рассматривается в территориальных границах губерний Тобольской, Томской, Енисейской, Иркутской, областей Забайкальской, Якутской и Омского уезда Акмолинской области.

Издание «Социальное попечение в Сибири (XIX – начало XX в.) в документах и материалах» имеет своими задачами:

– познакомить студентов с разнообразными письменными источниками;

– убедить в необходимости комплексного использования источников для полноты изучения той или иной проблемы;

– научить элементам научной критики источников;

– углубить понимание некоторых коренных вопросов развития региональной / национальной системы помощи нуждающимся и их защиты.

Предлагается следующая ориентировочная схема оценки источников, включающая их внешнюю и внутреннюю характеристику. Проводя внешнюю характеристику источников, рекомендуем указать:

– тип (юридический, документальный, повествовательный и т. д.) и вид (историческое сочинение, литературное произведение, летопись, переписка и т. д.) источника;

– место и время создания;

– авторство (определенный автор, имя которого известно, неизвестный автор);

– характер публикации (научный, научно-популярный и т. д.);

– форма и структура источника;

– терминология.

Внутренняя характеристика источника значительно сложнее, и она предполагает:

– определение исторических условий, в которых возник источник;

– цель его создания;

– политическая направленность автора, социальное происхождение и положение, его мировоззрение;

– степень объективности и тенденциозности автора документа;

– полнота, точность, достоверность сведений, содержащихся в источнике;

– выводы о степени важности рассматриваемого источника для изучения данного вопроса, его место в совокупности всех источников по теме.

Основу издания составили законодательные и делопроизводственные документы, статистические материалы, газетно-журнальная периодика из фондов краевого государственного бюджетного учреждения «Государственный архив Красноярского края», государственного архива Иркутской области, государственного архива Томской области, муниципального учреждения «Енисейский архив», из музейных и библиотечных хранилищ Красноярского края, Томской и Иркутской областей.

Фотографические материалы преимущественно предоставлены Красноярским краевым краеведческим музеем.

Посредством исторических документов освещаются общие вопросы и особенности социального попечения в Сибирском регионе в XIX–ХХ вв. Опубликованные материалы раскрывают правовые и организационно-экономические основы деятельности государственных, общественных и частных благотворительных органов и учреждений, а также формы попечительской работы по отношению к населению разных возрастных групп, характеризуют социальную работу в сложных условиях войн начала ХХ в.

При подготовке материалов за основу взяты «Правила издания исторических документов в СССР» (М., 1990). Названия документов даны составителями. Даты в заголовках и в тексте документов приведены по старому календарю11
  С 1918 г. наша страна перешла с юлианского календаря на григорианский, который опережает старый в XIX веке на 12 дней, а в XX веке на 13 дней. Это количество дней и следует прибавлять при переводе времени на новый календарь.


[Закрыть]
. Документы сопровождаются справочными данными о месте хранения или предшествующей публикации, подлинности и способе исполнения. Старая лексика и типичная орфография документов сохранены, а пунктуация дана по нормам современного русского языка.

Публикация документов в извлечении оговорена в заголовке предлогом «из». Опущенные части текста документа отмечены отточием в квадратных скобках, непрочитанные и восстановленные по тексту слова взяты в квадратные скобки. Особенности текста, орфографические или мелкие фактические уточнения даны в подстрочном примечании. К подстрочным примечаниям автора или составителя документа добавлено в скобках: «Примеч. док.», «Примеч. сост.».

Авторские выделения отдельных мест текста сохранены (выделены курсивом, подчеркнуты и т. д.).

Подписи воспроизведены после текста документа с новой строки. При неразборчивой подписи, ее отсутствии и трудности установления подписи или фамилии лица, подписавшего документ (в копиях), в текстуальных примечаниях оговорено в скобках: «Подпись неразборчива», «Подпись отсутствует».

Резолюции и пометы, относящиеся к содержанию документа в целом, воспроизведены с новой строки после текста документа вслед за подписями. Текст резолюции и пометы в целях выделения набраны другим шрифтом.

Учебное пособие включает предисловие, введение, тексты документов, примечания по тексту и содержанию, список сокращений, терминологический словарь, библиографический список, перечень публикуемых документов.

Во введении приводятся общие сведения по истории социального попечения в Сибири, призванные помочь читателю в восприятии публикуемых документов и материалов.

Документы систематизированы по хронологическому признаку, и их расположение закреплено порядковым номером.

Список сокращений представляет собой алфавитный перечень встречающихся в издании сокращенно написанных слов и их полное наименование. В него включены сокращения, как имеющиеся в тексте документов и сохраненные в нем, так и введенные составителями.

Терминологический словарь поясняет устаревшие термины, а также слова малоупотребительные или вышедшие из употребления.

Для расширения кругозора читателей составлен библиографический список по истории социального попечения и благотворительности в Сибири.

Основным составителем, автором вступительной статьи и справочных материалов является Т. А. Катцина. О. М. Долидович выявила документы № 31, 46, 65, 79, 88, 102, 104, В. Г. Седельников – документ № 33.

Отбор документов, их археографическая обработка и систематизация осуществлены Т. А. Катциной, О. М. Долидович.


Вступительная статья

В дореволюционной России государственное социальное обеспечение касалось ограниченного круга лиц из числа высшего офицерства и чиновничества, которым из казенных средств выплачивались пенсии и иные пособия. На мелких служащих, рабочих, кустарей, крестьян эта система не распространялась.

Государственно-общественные структуры по оказанию помощи нуждающимся включали в себя приказы общественного призрения, учрежденные в результате предпринятых мер по преобразованию губернского правления в 1775 г. В обязанности приказов общественного призрения входило содействие населению губернских и провинциальных городов в получении мелкого кредита, устройство и содержание народных школ (до 1782 г.), больниц, воспитательных домов, богаделен, домов для умалишенных, работных домов «для прокормления неимущих работою». Состав, производство и образ дел сибирских приказов общественного призрения иллюстрируют документы № 2, 6, 7, 8.

Деятельность приказов общественного призрения осуществлялась не сразу и не во всех губерниях одновременно. В Сибири первым открылся Тобольский приказ общественного призрения – в 1781 г., затем Иркутский приказ – в 1784 г., Томский и Енисейский – в 1804 г. и 1823 г. соответственно (документ № 1).

Для устройства и содержания социальных учреждений каждому приказу общественного призрения отпускалось из казны 15000 руб. серебром. Из-за недостаточности ассигнованных сумм разрешалось принимать пожертвования и денежные вклады от населения, раздавать свои капиталы в ссуды. К доходам приказов общественного призрения причислялись различные сборы, установленные в их пользу: 5 % с каждого рубля за продажу и хранение игральных карт по поручению опекунских советов воспитательных домов; деньги за проданные больничные принадлежности, не годные к употреблению; плата за призрение в заведениях приказов общественного призрения; средства, вырученные от продажи вещей, отобранных у арестантов и т. п.

В пореформенное время функции приказов общественного призрения по социальному попечению и медицине перешли к земским (1864 г.) и городским (1870 г.) общественным управлениям. Поскольку в Сибири земства отсутствовали, приказы общественного призрения здесь были сохранены и продолжали функционировать вплоть до преобразований губернского правления в 1895 г. Однако и при переподчинении губернским органам они фактически сохранились и занимались преимущественно больницами, повивальными школами и т. п.

Получение городами права собственности на учреждение приказов общественного призрения сопровождалось приемом финансовых документов по их долгам. В Сибири городские власти неохотно брали на себя ответственность за социальные учреждения, большинство из которых были ветхими или требовали ремонта. Процесс обретения муниципального статуса заведениями попечения затянулся и для большинства из них так и не был завершен. Например, в 1905 г. в разряд учреждений общественного призрения Енисейской губернии по-прежнему входили городские больницы, богадельня, родовспомогательное отделение с приютом для детей22
  Памятная книжка Енисейской губернии на 1907 г. Красноярск, 1907. С. 69.


[Закрыть]
.

Городские общественные управления стали в пореформенный период объединяющими и координационными центрами социального попечения. По «Городовому положению» 1870 г. в круг компетенции муниципальной власти входило «устройство за счет города благотворительных заведений и больниц и заведование ими». «Городовое положение» 1892 г. включило в этот спектр еще и призрение бедных, а также прекращение нищенства.

Источниками для финансирования стоящих перед муниципалитетами задач служили городские доходы, которые складывались из казенных субсидий, пожертвований, местных сборов, налогов (документ № 33). Налогами с городских сооружений, предприятий и имуществ облагались не их доходы или продукция, а только недвижимый капитал – сами здания и оборудование. Первоначально городские думы могли устанавливать местные сборы или обходиться без них. В 1892 г. оценочный сбор с документов на право торговли и промыслов, с питейных заведений стал обязательным. Поскольку «Городовое положение» 1870 и 1892 гг. четко не определило источники финансирования социальной сферы, это позволило рассматривать устройство благотворительных заведений за счет городов как их право, а не обязанность. При такой постановке вопроса многое зависело от наличия свободных средств у городских общественных управлений, от понимания ими важности решения социальных проблем и желания делать что-нибудь в интересах необеспеченной части городского населения. По данным Г. Н. Ульяновой, в 1909 г. доля расходов городов на общественное призрение составила в бюджете в среднем 3,6 %33
  Ульянова Г. Н. Законодательство о благотворительности в России (конец XVIII – начало XX в.) // Отечественная история. 2005. № 6. С. 17.


[Закрыть]
. Красноярская городская дума, по нашим подсчетам, тратила на попечение бедных всего 0,3 % из своего бюджета44
  Подсчитано по: Дополнительная смета доходов и расходов г. Красноярска на 1909 г. Красноярск, 1909. С. 24–26.


[Закрыть]
.

Главными источниками удовлетворения нужд беднейших жителей сибирских городов становились средства, полученные с пожертвованных различными благотворителями капиталов (документы № 20, 21, 29, 39, 94). В числе жертвователей были представители разных сословий. Ряд пожертвований благотворительным обществам и заведениям сразу поступал в виде недвижимости (поместий, домов, земельных участков), в других случаях денежные пожертвования использовались на приобретение недвижимости – как правило, это обуславливалось желанием благотворителей. Городские думы аккумулировали пожертвования, поступавшие «с условиями» или без таковых. В первом случае жертвователь письменно оговаривал кому (представителям определенного сословия, звания и т. п.), когда (главные религиозные праздники, события общественной жизни и т. д.) и в каком размере предоставлять денежное пособие, во втором – назначение и распределение благотворительной помощи всецело зависело от решения городской управы. Общие благотворительные безадресные капиталы позволяли городам реагировать на актуальные нужды: отпускать средства на лекарства для бедных, пособия пострадавшим от наводнения, учреждать стипендии для беднейших учащихся и т. п. (документы № 25, 41, 54). Для оценки размеров благотворительных пожертвований прошлого можно учитывать, что «100000 руб. XIX в. сегодня эквивалентны примерно 1 млн американских долларов»55
  Благотворители и меценаты прошлого и настоящего : словарь-справочник от А до Я / авт.-сост. : М. Л. Макальская, Н. Н. Бобровская. М., 2003. С. 4.


[Закрыть]
.

Документы № 9, 16, 34, 65, 98, 109, 123, 125 иллюстрируют различные способы привлечения благотворительных пожертвований: обращение губернских начальников к известным своей состоятельностью гражданам, местному населению; устройство спектаклей в пользу отдельных благотворительных учреждений или обществ; организация лотерей-аллегри или подписки по городам и селам; публичная продажа различных предметов (цветов, жетонов), так называемые «тарелочные» или «кружечные сборы» и др. Вырученные средства подсчитывались в присутствии специальной комиссии, состоящей, как правило, из лиц, пользовавшихся хорошей репутацией среди жителей города, а отчеты об их поступлении и расходовании впоследствии публиковались в местной печати.

Благотворительные учреждения, где оказывалось постоянное попечение нуждающимся, открывались в связи с назревшей острой необходимостью для города и, как правило, по инициативе частных лиц или сословных организаций (документы № 12, 76, 77). Переход недвижимых имуществ и капиталов от благотворителей к благотворительным заведениям, обществам или ведомствам, в юрисдикции которых находились эти заведения и общества (муниципальные органы, Ведомство императрицы Марии, Ведомство православного исповедания и др.) регулировался действующим законодательством о налогах и пошлинах. По назначенным на общественные цели имуществам от оплаты пошлиною освобождались «имущества, поступающие в пользу казны, благотворительных, ученых или учебных учреждений, церквей, монастырей и церковных причтов и домашняя недвижимость (кроме капиталов), не приносящая дохода и не составляющая предмета торговли или промысла лица, оставившего наследство»66
  Цитируется по: Ульянова Г. Н. Материальные ресурсы российской благотворительности: недвижимая собственность Ведомства учреждений императрицы Марии и Императорского человеколюбивого общества (XIX – начало XX в.) // Благотворительность в истории России : новые документы и исследования. СПб., 2008. С. 246.


[Закрыть]
.

Государственное и общественное стимулирование благотворительной деятельности заключало в себе узаконенное право на ношение мундиров и знаков соответствующих ведомств; специальные знаки и жетоны для членов и сотрудников благотворительных обществ, учреждений и заведений; награждение правительственными орденами и медалями; производство в дворянское звание, почетные граждане; присвоение имен жертвователей благотворительным учреждениям, информация об их благодеяниях в центральных и местных средствах массовой информации (документ № 27).

Основной объем попечительской работы проводился благотворительными обществами. Благотворительность являлась относительно доступным видом общественной деятельности, пользовавшейся поддержкой государства. В конце XIX – начале ХХ в. разрешительный порядок деятельности обществ трансформировался к регистрационному. Издание в 1897 г. «нормальных» (примерных) уставов Обществ пособия бедным и Обществ вспомоществования нуждающимся учащимся способствовало дальнейшему росту сети подобных организаций. Примерные уставы были созданы и для других благотворительных обществ и учреждений.

Организации, оказывающие благотворительность, имели разнообразные названия, в некоторых из них отражалось определенное направление оказываемой помощи или категория нуждающихся: «Общество попечения о больных и раненых воинах», «Красноярский комитет помощи беженцам», «Общество вспомоществования учащимся в Восточной Сибири», «Общество попечения о начальном образовании», «Общество врачей Енисейской губернии», «Общество попечения о ссыльнокаторжных». Деятельность благотворительных обществ в Сибири раскрывают документы № 15, 28, 43, 54, 56, 78 и др.

В ходе и после Первой русской революции (1905–1907 гг.) в Сибири, как и в России в целом, произошел рост благотворительных организаций национальных групп-диаспор евреев, латышей, татар (документы № 77, 85, 128), чему способствовал закон «Временные правила об обществах и союзах» от 4 марта 1906 г.

Благотворительные организации действовали в рамках уставов, где определялись цели, задачи, порядок членства, управление, финансирование и прочие вопросы (документы № 17, 28). Отчеты о работе благотворительных обществ и учреждений систематически печатались в «Губернских ведомостях», издавались отдельными брошюрами (документы № 51, 54).

Символическое единство власти и общества в деле российского благотворения олицетворяли собой Ведомство учреждений императрицы Марии (ВУИМ), Александровский комитет о раненых, Попечительство о трудовой помощи, Романовский комитет и ряд комитетов, образованных в годы Первой мировой войны. Именные благотворительные комитеты и ведомства, их губернские и уездные попечительства, находясь под покровительством членов императорской фамилии и тесно примыкая к органам государственной власти, учреждали и финансировали подведомственные им благотворительные учреждения за счет казны, средств членов царской семьи, частных пожертвований. Выдающееся место в истории русского общественного благотворения на протяжении 120 лет существования занимало ВУИМ. На начало XX в. в состав Ведомства учреждений императрицы Марии входило более 1000 заведений, в том числе женская гимназия в Тобольске, девичий институт в Иркутске, детские приюты в городах Красноярске, Минусинске, Чите, Кяхте, Иркутске, Тобольске, Томске, Барнауле, Якутске. Управление и деятельность приютов определялась «Положением о детских приютах Ведомства учреждений императрицы Марии» (документ № 3).

Проблема детства являлась центральной в деле российского попечения. Первоначальными формами призрения осиротевших детей были усыновление, опека, патронат. Если по каким-либо причинам указанные формы оказывались невозможными, то устанавливалось призрение осиротевшего ребенка детским учреждением. В Сибири постоянное попечение осуществляли воспитательные дома, дома призрения, сиропитательные дома, приюты (земледельческие, трудолюбия, для подкидышей, для детей арестантов, для детей переселенцев, для детей сирот), а временное (частичное) попечение – ясли, дневные приюты, приюты-убежища для беспризорных детей и др. (документы № 15, 35, 57, 59, 70, 96, 101, 105, 117). Распространенной формой социальной поддержки детей из необеспеченных семей служила помощь «недостаточным» учащимся (документы № 75, 78).

Значительную проблему для органов попечения в Сибири составляли ссыльные. Численность уголовных ссыльных в сибирских губерниях в XIX в. составила 800 тыс. (включая членов семей, добровольно последовавших за сосланными)77
  Сибирь в составе Российской империи / Л. М. Дамешек, А. В. Ремнев (отв. ред.) ; И. Л. Дамешек, Л. М. Дамешек, В. П. Зиновьев и др. М., 2007. С. 278.


[Закрыть]
. Именно ссыльные образовывали основной контингент, из которого рекрутировались нищие. Большое распространение нищенство получило в Иркутской и в Тобольской губерниях, меньше было развито в Енисейской губернии (1,0–1,6 % от численности населения)88
  Левенстим А. Профессиональное нищенство, его причины и форма : Бытовые очерки. СПб., 1899 // Антология социальной работы: в 5 т. Т. 2. Феноменология социальной патологии / сост. М. В. Фирсов. М., 1995. С. 36.


[Закрыть]
. В Сибири уже в 1830-е гг. появились Тобольское и Томское губернские попечительства о тюрьмах. Их целью являлось улучшение как нравственного и физического состояния арестантов, так и мест заключения. Членами губернских и уездных тюремных комитетов становились чиновники Министерства юстиции, представители власти и интеллигенции. В последующее время сложилась система общественного контроля и попечения тюрем, главную роль в котором играли Общества попечения о тюрьмах. Усилия попечителей были направлены на создание гуманных условий содержания заключенным, помощь их семьям и патронат освобожденных из мест заключения (документы № 55, 56, 89).

В конце XIX в. в Сибирь началось массовое движение переселенцев. Их приток особенно возрос в годы столыпинской аграрной реформы. Историки приводят массу примеров, иллюстрирующих бедственное положение переселенцев: голод, неустроенность, эпидемические заболевания, скопление в городах огромных масс бродячего, бесприютного люда. Это активизировало проблему организации социальной помощи в сибирском регионе. В городах стали появляться ночлежные дома, заведения дешевого питания, дома трудолюбия (документы № 31, 42, 49, 50, 51, 79, 81, 92, 93, 102, 104).

В 1899 г. Министерство внутренних дел на основании опыта Москвы выпустило циркуляр о том, что при городских управах должны создаваться участковые попечительства о бедных, нацеленные на организованную борьбу с бедностью и нищетой. Работа их основывалась на индивидуализации помощи, которая проявлялась в том, что попечение о каждом бедном поручалось особому лицу (попечителю), а сама помощь оказывалась «соразмерно со свойствами и потребностями» нуждающегося, т. е. была дифференцированной (документ № 30). Примером для деятелей попечения служила так называемая Эльберфельдская система (документ № 97).

В кризисные периоды – неурожаев, наводнений, пожаров, экономических спадов, войн – резко увеличивалось число людей, нуждавшихся в экстренной попечительской помощи. В оказании им интенсивной кратковременной помощи интегрировались силы общественной и частной благотворительности, правительства, православной церкви. Из членов городских дум и управ создавались особые комиссии для определения размера ущерба потерпевшим, организации им помощи (предоставление подвод, временного жилья, питания и др.), распределения между ними средств из благотворительных капиталов (документы № 23, 121, 122).



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5