Коллектив авторов.

Личность в культуре и образовании: психологическое сопровождение, развитие, социализация



скачать книгу бесплатно

Результаты анкетирования среди юношей показали, что 65 % испытуемых предпочитают вступить в брак в возрасте 25–27 лет. А предпочитаемый возраст для их будущей супруги 23–25 лет. 75 % юношей не согласились бы вступить в брак с девушками другой религии, и 70 % юношей согласны на брак с девушками другой национальности. 75 % юношей согласились бы с тем, чтобы их будущая супруга получала заработную плату больше, чем они сами. В то же время 90 % опрошенных юношей считают, что необходимо иметь сексуальный опыт до брака. В будущих супругах юноши хотят видеть такие качества, как: доброта, верность, заботливость, хозяйственность, красота, ум. Причинами для развода, по мнению юношей, могут быть измена, утрата чувств, несовпадение интересов.

При анкетировании девушек было выявлено, что 50 % предпочитают выходить замуж в возрасте 19–22 года, и 50 % в возрасте 25–26 лет. Предпочтительный возраст супруга для девушек 25–30 лет. 80 % девушек не согласились бы с тем, что у их будущего супруга была другая религия; 50 % согласны на брак с лицами другой национальности, и 50 % не согласны на брак с лицами другой национальности. Все опрошенные девушки согласились бы с тем, что их супруг будет иметь заработную плату больше их самих.

30 % девушек считают, что необязательно иметь добрачный сексуальный опыт, и 70 % считают наоборот. Девушки хотели бы видеть в будущем супруге такие качества, как доброта, любовь, заботливость, честность, понимание, мужественность, смелость, чуткость.

Причинами для развода девушки считают алкоголизм, наркоманию, измену, агрессию с применением физической силы.

При помощи критерия и Манна-Уитни было доказано, что представления о браке у юношей отличаются от представлений о браке у девушек. Различия наблюдаются в предпочитаемом возрасте вступления в брак, также различаются предполагаемые причины для развода. Для выявления зависимости между представлениями о браке у юношей и девушек и их ценностными ориентациями мы использовали корреляцию Пирсона. Нами было выявлено, что существует взаимосвязь между ценностями и представлениями о браке у юношей и девушек. Таким образом, выдвинутые гипотезы исследования были эмпирически подтверждены.


РЕЗУЛЬТАТЫ АНКЕТИРОВАНИЯ




Библиография

1. Шнейдер Л. Б. Семейная психология: учебное пособие для вузов. 2-е изд. М., Екатеринбург, 2006.

2. Шингаркина Д. А. Изучение представлений современной студенческой молодежи // Вектор науки ТГУ. № 2 (20), 2012.

3. Бережная А. М. Развитие представлений о брачном партнере у студенток педагогических вузов. Армавир, 2011.

4. Жулина Г. Н., Жмырко К. С. Мотивы общения в интернетсреде в подростковом и юношеском возрасте // Всероссийская научно-практическая конференция Личность в культур е и образовании: психологическое сопровождение, развитие, социализация.

2013, № 1. С. 67–70.

Стили родительского воспитания и особенности личности подростков

Сарелайнен Александра Игоревна

Южный федеральный университет, Ростов-на-Дону

Котова Евгения Владимировна

Институт психологии, управления и бизнеса, Ростов-на-Дону

Тема влияния семейной среды на ребенка, несмотря на большое количество исследований в этой области, продолжает оставаться актуальной. Более того, в семейном воспитании ищут корни множества проблем ребенка, подростка, юноши, да и взрослого человека. Агрессивность, склонность к преступному поведению и наркомании, сложности в налаживании социальных контактов, несформированность родительской позиции для своих собственных детей – все это, по мнению многих авторов, несет в себе отголоски семейной ситуации развития.

Наш интерес в этой области связан с проверкой описанного в теоретической литературе мнения о том, что черты характера подлежат воспитанию и формированию в онтогенезе, и той роли, которую в этом формировании играет родительское воспитание.

В литературе нами обнаружены исследования влияния стилей родительского поведения на особенности ценностно-смысловой сферы подростков [1,2], на развитие у них агрессивного поведения [3]. Также нам известно диссертационное исследование влияния стилей родительского поведения на личностные особенности девушек, однако в этой работе речь идет о девушках студенческого возраста [4]. При этом исследований влияния стилей родительского воспитания на характер подростка нами не обнаружено ни в периодической литературе, ни в монографиях.

Объектом нашего исследования стали дети младшего подросткового возраста и их мамы. Младший подростковый возраст выбран нами в силу того, что к 12 годам основные черты характера с одной стороны, уже в достаточной степени сформированы, а с другой, еще «не зашумлены» артефактами бури гормональной перестройки пубертатного периода. Мамы в качестве объектов выбраны нами по нескольким причинам. Во-первых, в литературе, в том числе по теории объектных отношений, описано ведущее влияние материнской фигуры на формирование ребенка по сравнению с отцовской. Во-вторых, поскольку наше исследование являлось пилотным, в дальнейших наших планах было расширение выборки путем добавления группы из неполных семей, которые чаще всего представлены составом «мама и ребенок (дети)».

В исследовании проблемы мы основывались на концепции Л. С. Выготского о влиянии социальной ситуации развития в семье на формирование личности; работах таких психологов, как К. Леонгард, А. Е. Личко, о типах характера и их акцентуациях, и на представлениях Э. Г. Эйдемиллера о стилях родительского воспитания.

Проведенное нами исследования является пилотным – в ходе него мы планировали апробировать пакет методик и скорректировать их в зависимости от полученных результатов. На следующем этапе мы планируем расширить выборку полных семей и включить в выборку также неполные семьи и сравнить результаты, полученные на двух этих группах семей.

Кроме исследования особенностей характера, мы также добавили в диагностический инструментарий методику выявляющую тип нервной системы или тип темперамента. В наши планы входило проверить популярный тезис о неизменности темпераментальных свойств и о неподверженности их воспитанию. Кроме того, мы планировали выявить механизмы компенсации и декомпенсации свойств темперамента в условиях различного стиля родительского воспитания.

Целью практического пилотного исследования стало изучение взаимосвязи стилей родительского воспитания и уровня экстраверсии, нейротизма и выраженности акцентуаций характера у подростков.

Задачи:

1. Исследовать уровень выраженности акцентуаций характера у подростков.

2. Исследовать уровень выраженности экстраверсии и нейротизма у подростков.

3. Исследовать особенности стилей семейного воспитания у родителей подростков.

4. Проанализировать взаимосвязь стилей родительского воспитания и уровня экстраверсии и нейротизма и выраженности акцентуаций характера у подростков.

Гипотеза нашего исследования основывается на предположении о том, что акцентуации характера подростков связаны со стилями семейного воспитания, а уровень их экстраверсии и нейротизма не зависит от стиля родительского воспитания.

Объектом исследования выступили дети подросткового возраста и их родители (мамы).

Предметом исследования стали уровень экстраверсии и нейротизма, акцентуации подростков, стили семейного воспитания.

В выборку вошли 15 подростков и 14 матерей и 1 бабушка– опекун. Минимальный возраст подростков в выборке 11, 2 года, максимальный 12,9 года, средний возраст 12 лет. В выборке подростков 47 % девочек (7) и 53 % мальчиков (8).

Разброс возраста родителей от 28 лет до 41 года, средний возраст 35,5. Среди матерей род занятий разнообразный – встречаются служащие, предприниматели, 1 домохозяйка (в т. ч. декретный отпуск), бюджетные работники.

Семьи в большинстве случаев полные. Неполная одна семья, в одной семье отчим, в одной семье бабушка-опекун.

В ходе выполнения практического исследования использовались метод наблюдения, метод беседы и психодиагностическое обследование.

Для проверки выдвинутой гипотезы использовался следующий комплекс методик:

1. Опросник «Анализ семейных взаимоотношений» (методика АСВ,

Э. Г. Эйдемиллер, В. В. Юстицкис). Данный опросник предназначен для изучения влияния родителей в воспитании ребенка или подростка и поиска ошибок в родительском воспитании. Методика АСВ позволяет диагностировать нежелательное, некорректное поведение членов семьи по отношению друг к другу, нарушения при выполнении ролей в семье и помехи для ее целостности.

2. Опросник Айзенка (подростковый) на определение типа темперамента. Подросткам был предложен опросник, состоящий из 60 утверждений. На основании полученных данных были выявлены показатели: экстраверсия, интроверсия, нейротизм, тип темперамента.

3. Опросник К. Леонгарда – Н. Шмишека – нами использовалась версия, адаптированная для подростков.

Исследование проводилось в индивидуальном формате.

Общее время заполнения опросников подростками 40 минут, родителями 30 минут.

Для математической обработки данных мы вычисляли среднегрупповые показатели и коэффициенты корреляции Пирсона.

В целом в группе оказались наиболее выражены такие стили родительского воспитания, как гиперпротекция и потворствование. У подростков выражены на уровне акцентуации такие особенности, как гипертимность, циклотимность, аффективность (экзальтированность); на уровне тенденции – возбудимость и эмотивность (лабильность).

Типы темперамента, преобладающие в группе: сангвиник и холерик.

Для проверки выдвинутой нами гипотезы о том, что акцентуации характера подростков и уровень их экстраверсии и нейротизма связаны со стилями семейного воспитания, мы проанализировали полученные в исследовании данные при помощи методов математической статистики. В нашем исследовании мы применили коэффициент корреляции Пирсона.

Согласно полученным данным, мамы девочек более склонны проявлять гиперопеку, чем мамы мальчиков. Мамы мальчиков склонны в большей степени проявлять воспитательную неуверенность и предпочтение мужских качеств. Остальные стили никак не связаны с полом ребенка и проявляются родителями в равной степени. Таким образом, мамы мальчиков хотели бы формировать у своих детей мужские качества, однако не уверены в способах воспитания, которые приведут к этому результату.

С возрастом у подростков растет склонность к педантичности и снижается склонность к эмотивности (лабильности). Это может говор ить о созревании их эмоциональной сферы и повышении волевого контроля над эмоциями. Педантичность может возрастать в силу улучшения навыков следовать инструкциям, и перемещения функции контроля из внешнего во внутренний план – от родителя к ребенку.

Также родители более старших подростков в меньшей степени склонны к проявлению гиперопеки и потворствования, чаще проявляют проекцию на ребенка своих нежелательных качеств.

По методике оценки акцентуаций характера, истероидность и демонстративность чаще выражена у подростков, чьи родители имеют выраженный неустойчивый стиль воспитания.

Родители подростков, имеющих застревающую ригидную акцентуацию, проявляют неустойчивый стиль и крайне редко проявляют стили, связанные с недостаточностью требований и запретов и минимальностью санкций.

Подростки, имеющие возбудимую акцентуацию характера, воспитываются родителями, редко проявляющими стиль поощрения мужских качеств.

Родители подростков, проявляющих дистимичную акцентуацию характера, редко проявляют неустойчивый стиль семейного воспитания и более склонны к воспитательной неуверенному стилю. Также тревожность и боязливость подростка связана с возрастом родителей: чем старше родители, тем больше выражена тревожность у детей.

Связей стиля семейного воспитания с уровнем экстраверсии и интроверсии, нейротизма и типом темперамента не выявлено. Таким образом, широко представленное в литературе представление о том, что показатели экстраверсии и интроверсии, нейротизма и типа темперамента являются врожденными характеристиками человека и стили воспитания не могут прямо на них воздействовать, подтверждается данными нашего исследования.

Резюмируя, можно отметить, что в наибольшей степени связан с акцентуациями подростков неустойчивый стиль семейного воспитания.

В результате гипотеза нашего исследования о том, что акцентуации характера подростков связаны со стилями семейного воспитания, а уровень их экстраверсии и нейротизма не зависит от стиля родительского воспитания, подтвердилась. Можно утверждать, что стили родительского воспитания оказывают влияние на формирование акцентуаций характера подростков и не влияют на уровень их экстраверсии и нейротизма.

Библиография

1. Ильиных И. В. Стиль родительского воспитания как фактор формирования смысловой сферы старшего подростка: авто-реф. дисс… канд. психол. наук. М, 2004. 24 с.

2. Пушкина Н. П., Копотева Г. Л. Влияние стиля родительского воспитания на формирование социально-значимых ценностных ориентаций подростка // Современные наукоемкие технологии. 2007, № 3. С. 92–93.

3. Чепракова Е. А. Влияние стиля родительского воспитания на развитие агрессивного поведения у подростков // Культурноисторическая психология. 2011, № 2. С. 84–93.

4. Берко Д. М. Влияние стилей родительского воспитания на личностные особенности девушек: автореф. дисс… канд. психол. наук. Ставрополь, 2000. 24 с.

5. Эйдемиллер Э. Г. О взаимной оценке характера подростков, страдающих психопатиями и психопатоподобными расстройствами, и их родителей // Неврозы и пограничные состояния. Л., 1972. С. 133–152.

Феномен граффити в субкультуре подростка

Соломатина Нина Викторовна

Южный федеральный университет, Ростов-на-Дону

Одной из главных характеристик формирования человека является тот способ, посредством которого он изучает духовную и окружающую действительность. Предоставленное постижение реализуется в разнообразных конфигурациях и продуктах деятельности. Данные продукты исторически определены, т. е. на них лежит отпечаток времени. Субкультура как культурно-психологическая категория становится одним из способов общественной адаптации, с одной стороны, и творческого овладения действительностью, с другой стороны.

Психологически граффити освобождает человека от необходимости вести себя по имеющимся в данном окружении нормам – хотя бы на время. Граффити приносит человеку чувство личной «сторонности», незаинтересованности в происходящем. Рисунки на стенах снимают психологические травмы рисующего, облегчают человеку его сложившуюся ситуацию, успокаивают. Именно в результате данного феномена граффити, существенная функция которых как раз и объединена с дискредитацией жизненного ряда вещей, в контексте субкультуры нынешнего подростка стали объектом нашего статьи.

Так как граффити выражается своеобразным «вхождением» на внешнюю по отношению к жизненной обстановке точку зрения, разумно соотнести рефлексивное устройство с устройством возникновения феномена граффити. Психологическое устройство граффити может быть показано вытекающим образом: 1) актуализация смысловых строений «Я» при вступлении субъекта в проблемно-конфликтную обстановку и при ее осознании; 2) исчерпание данных значений при апробировании разнообразных стереотипов эксперимента и стандартов воздействий; 3) дискредитация значений в контексте противоречий; 4) инновация воззрений; 5) осуществление нового значения.

В контексте феноменов граффити рефлексивное устройство реорганизуется следующим образом: актуализация смысловых строений, определенных факторами обстановки (ожидания, психические состояния участников); дискредитация значений (тут выражается оживление субъекта) [1].

Основываясь на устройстве выхода-дискредитации, можно провести анализ основных элементов (или узловые практики) субкультуры подростка. Жизненность исследования субкультуры подростков с точки зрения феноменов граффити определена потенциалом анализа способов изучения действительности детьми предоставленного возраста.

Ведущей деятельностью, то есть деятельностью, назначающую достижение главных новообразований в любом возрасте, для подростка оказывается общение с ровесниками, поэтому способы изучения внешней и внутренней действительности, которые мы именуем практиками, так или по-другому объединены с общением между подростками. Всякая из практик не только подключена к той или иной конфигурации общения, но и определена возрастными особенностями.

Яростные анатомо-физиологические видоизменения в организме подростка не могут не отразиться на его поведении. Л. С. Выготский писал: «…любой ребенок в этом возрасте становится сравнительно трудновоспитуемым по соотнесению с самим собой в устойчивом возрасте» [2]. Повышается степень конфликтности. У детей существенно увеличивается объем занятий, качественно изменяется их нрав. Они прежде всего склонны к разговорам, к оценкам окружающих. К тому же к трансформациям, вызванным физиологическим и половым развитием, добавляется понимание того факта, что окружающее общество запрашивает личность подростка и ждет от него теперь гораздо больше, чем когда-то. Подобное напряжение не может не породить склонности переменить систему сформировавшихся взаимоотношений. Курт Левин считал подростка своеобразным маргиналом. Он писал, что «маргинал – это человек, который стоит на рубеже между группами А и В. Он не относится ни к одной из них, или, по крайней мере, он не тверд в своей принадлежности» [3]. Условия подростка, сообразно К. Левину, соотносятся с положением человека, отыскивающего путь от одного региона к другому, от одной трактовки действительности к другой.

Показанная Куртом Левином нестабильность или маргинальность подростковой поры актуализирует ярко сформулированные потребности в самопознании, самоутверждении. Противоречие между типом существования и потенциалами ребенка вызывает у него потребность в оформлении собственного нового статуса. Эта потребность может выражаться как в склонности превалировать над ровесниками, так и в нереальной сфере – сфере выдумок, мечтаний. Неудивительно поэтому, что этот возраст является сенситивным для формирования идеала и отдельных поведенческих норм [3].

Теперь, после краткой характеристики подросткового периода, мы можем соотнести функции граффити и общие черты, присущие подросткам. Попробуем показать, что феномены граффити как формы эмоциональных переживаний устойчиво связаны с теми или иными сферами жизнедеятельности.

Детская субкультура имеет относительную изоляцию, своеобразное противостояние миру взрослых. В частности, общепринятые нормы поведения, игровые правила, вербальные формулы и письменные тексты внутри группы переходят от старших детей к младшим без посредничества взрослых, чаще даже втайне от них.

Оттого, вероятно, одним из плюсов историко-психологического метода становится исследование одних и тех же психических феноменов, обнаруживающихся в разные эпохи, в разные возрастные периоды и в разных культурах.

Ниже мы обсудим субкультуру в контексте возрастных особенностей предоставленного возраста и с точки зрения наличествующих в них феноменов граффити.

Уже с раннего подросткового возраста дети по большей части преодолевают антикаузальность собственного мышления. Ребенок все в большей степени способен предсказывать результаты как своих, так и чужих действий. В еще не сформированной морально-нравственной системе подростка подобное новообразование может выражаться разнообразными способами. Стремление переменить систему сформировавшихся взаимоотношений и незнание того, как это сделать, приводит к подобным актам. Освоение установленных правил, норм, определенных манер поведения побуждает даже совершенно воспитанных подростков заниматься граффити. Подросткам попросту надо испытать на себе грань нормы. Есть еще один вариант предоставленной практики, когда подростки собираются сообща, чтобы разрисовать стену. Примеряя на себя роль «диверсанта», подросток как бы заявляет: «Хотя у меня и нет особых прав в этом мире, но порой я могу оказывать влияние на него. И никто о произошедшем не ведает!».

Глумясь над ценностями, смыслами окружающего мира, дети тем самым овладевают и присваивают их. Ребенок воспринимает граффити с точки зрения этических постулатов культуры, которые стали его духовными приобретениями и обусловливают отныне его личное поведение. Таким образом, замечает Л. С. Выготский, «при вступлении в культуру ребенок берет нечто от культуры, усваивает нечто, прививает себе нечто извне, но и сама культура сильно перерабатывает природный состав поведения ребенка и перекраивает вовсе по-новому все движение его развития» [4].

«Подросток обязан сам постигнуть, что мир, лишенный иерархических ограничений и воспрещений, – это “антимир”, беспорядок, противостоящий жизни и опасный для нее» [4]. В том случае, если подросток воспринимает граффити-пространство всерьез, как действительность, и моделирует свое поведение по данному «образчику», можно говорить о примитивизме как симптоме психического развития, поскольку, по словам Л. С. Выготского, «примитивность – отрицательный полюс культурности» [4].

В результате собственных возрастных особенностей «подросток с трудом постигает, что означает «норма», идеал человеческих взаимодействий. Тем не менее, что такое отклонение от нормы, он уже хорошо ведает.

Граффити влечет за собой стремление подростка испытать на себе границу разрешенного. Это поступки детей, оказавшихся один на один с неизведанным, будящим в душе всякого смешанное чувство страха и любопытства. Эта практика выражается, может быть, самым наглядным примером творческого изучения реальности при участии феноменов субкультуры.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9