Коллектив авторов.

Государство и право в эпоху революционных преобразований (к 100-летию революции в России). Материалы международной научно-практической конференции



скачать книгу бесплатно

Проанализируем эти аргументы.

Действительно, к моменту Октябрьской революции пролетариат составлял меньшинство населения (фабрично-заводских рабочих было немногим более 4,3 млн. чел.), но для России была характерна очень высокая концентрация рабочего класса. В 1915 г. на крупных предприятиях с числом рабочих свыше 500 было занято около 60 % общего числа рабочих (для сравнения в США, в тот же период, – только 33 %), а на фабриках и заводах с числом рабочих свыше 1000 чел. работало более 35 % (в США – 17 %). До 64 % промышленных рабочих было сосредоточено в Петроградском и Центральном промышленном районах[44]44
  Великая Октябрьская социалистическая революция: Энциклопедия. – М.: Советская энциклопедия, 1987. С. 10.


[Закрыть]
. В начале XX века в России созрели экономические и социальные предпосылки грядущих революций, что нашло своё выражение в революции 1905–1907 гг., давшей российскому пролетариату опыт вооруженной борьбы. Нельзя не учитывать, что революционное влияние охватило и значительные массы крестьянства, недовольного аграрной политикой правительства.

Начавшаяся 1-я мировая война до крайности обострила все социально-экономические и политические противоречия в России и привела к резкому возрастанию численности охваченных революционным влиянием рабочих и крестьян в армии. Так произошло формирование мощной и, в значительной степени, вооруженной (армейские части, перешедшие на сторону восстания) социальной базы Октябрьской революции.

Малое число жертв Октябрьского вооруженного восстания свидетельствует о том, что прежний, политический режим, не решив никаких насущных проблем, поставленных сложившейся революционной ситуацией, потерял малейший кредит доверия во всех слоях населения (в том числе, в армии) и лишился запаса политической прочности, необходимой хотя бы для поддержания собственного существования.

Следует отметить, что данный аргумент содержит в себе методологически некорректное смешение понятий "социальная революция" и "государственный переворот". Различие между тем и другим лежит не в количестве жертв, а в глубине социально-политических преобразований. Поскольку события октября 1917 года явились прологом к поистине грандиозным социальным переменам, затронувшим не только Россию, по и весь мир, их классификация в качестве социальной революции не вызывает никакого сомнения. В этой связи уместно подчеркнуть, что сравнительно бескровное вооруженное восстание в октябре 1917 года, в ходе развития революционных преобразований, привело к огромному количеству жертв в период гражданской войны и последующих политических репрессий.

Анализируя третий аргумент сторонников объяснения Октябрьской революции как явления случайного, отметим, что вопрос о наличии или отсутствии выбора у исторического субъекта действительно является одним из важнейших при объяснении исторического события.

Если выбор отсутствует, то мы имеем дело с однозначно детерминированной причинно-следственной связью событий, выражающей действие динамического социального закона. Исторический агент поступил так, как он только и мог поступить, другие варианты действия попросту невозможны. Но подобная ситуация является нехарактерной для исторического процесса, т. к. история почти всегда предоставляет своим субъектам право выбора.

Подобный выбор был и у А.Ф.Керенского. Даже если учесть, отмечаемые некоторыми историками, ограниченные возможности Керенского по принятию самостоятельных государственных решений, то и тогда выбор вариантов политических действий, в том числе, способных резко снизить остроту революционной ситуации, реально имелся у исторического субъекта, которым, в этом случае, могло выступать всё Временное правительство. В плане нашей познавательной задачи, такое изменение трактовки субъекта исторического действия не имеет принципиального значения. Для нас важен сам факт наличия выбора действий, стоящего перед социальным субъектом, что свидетельствует об определенной степени его свободы.

Как же соотносится свобода субъекта с необходимостью и случайностью в истории?

Историческая необходимость отражает однозначность основания действия социального субъекта, а свобода указывает на вариативность возможного хода исторических событий. Свобода, как мера возможностей, охватывает как возможности, обусловленные необходимостью, так и возможности, обусловленные случайностью. В этой связи целесообразно выделять: необходимую свободу, т. е. порождённую сложившейся исторической ситуацией, в единстве всех составляющих её элементов, как объективных, так и субъективных, и представляющую собой выход из однозначных рамок её детерминации и случайную свободу, т. е. порождённую отдельными факторами исторической ситуации, в основном субъективными.

В рассматриваемой нами исторической ситуации свободу социального субъекта следует отнести к разряду «необходимой свободы», поскольку она определяется не только возможностью принятия альтернативных политических решений властными структурами, но и наличием реальной возможности снизить остроту социальных проблем и, тем самым, уменьшить вероятность наступления революционного взрыва. На основании этого, мы можем утверждать, что третий аргумент сторонников случайности Октябрьской революции, хорошо вписываясь в научное объяснение этого исторического события, вместе с тем, не является обоснованием его случайного характера.

Н.А.Бердяев, философ которого нельзя заподозрить в апологетике Октябрьской революции, вместе с тем, исходил в своём объяснении из её законосообразности[45]45
  Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. – М.: Наука, 1990. С. 111–116.


[Закрыть]
, т. е. необходимости. Приведённый нами краткий анализ исторической ситуации, сложившейся ко времени революции, также подтверждает данную позицию. Это не отвергает элементов случайности в развитии событий, но отрицает их доминирование в данном конкретном случае. В обществе того времени преобладало действие достаточно жесткой необходимости, проявляющейся в виде определенных социальных закономерностей, но была представлена и случайность, обусловленная способностью исторического субъекта принимать любые возможные решения, включая нерациональные, ошибочные, идущие во вред самому субъекту (примером чему, и являются многие решения Временного правительства, объективно ведущие к собственной политической гибели).

П.Сорокин развивает и усиливает эту позицию Н.А.Бердяева. Указывая на повторяемость революционных ситуаций в истории человечества, он, в значительной степени, предваряет то, что в последствии К.Поппер назовет «логикой ситуации».

В своей работе «Социология революции» П.Сорокин отмечает, что революция происходила на исторической авансцене не раз, но каждый раз ставилась заново. Условия времени и пространства, сценарий и участники, их нравы, монологи и диалоги, хор толпы, число актов и сущность столкновений варьируется. Но, тем не менее, при всех несовпадениях огромное число явлений вынужденно повторяется. Ибо все актеры в разных сценариях играют одну и ту же пьесу, называемую революцией[46]46
  Переписка на исторические темы. – М.: Политиздат, 1989. С. 12.


[Закрыть]
.

Революции вовсе не ограничиваются внешними политическими переворотами. Они, по мнению П.А.Сорокина, означают смену в поведении людей, их психологии, идеологии, верованиях и ценностях, знаменуют собой изменение в биологическом составе населения, его воспроизводства и процессов отбора. Революции – это деформация всей социальной структуры общества, приводящие к сдвигам в фундаментальных социальных процессах. И это не лучший способ улучшения материальной жизни людей. Революции не социализируют людей, а биологизируют, не увеличивают, а сокращают все базовые свободы, не улучшают, а скорее ухудшают экономическое и культурное положение рабочего класса.

Долгие годы Октябрьская революция 1917 года была представлена в основном глазами ее руководителей и сторонников, но подобный подход не позволяет дать адекватной оценки этого события. Необходимым основанием подобной оценки является критики Октябрьской революции с позиции ее противников.

В этом плане несомненный интерес представляет точка зрения А.И.Деникина, который в своей работе «Очерки русской смуты» признает, что власть падала в 1917 году из слабых рук Временного правительства и кроме большевиков в России не оказалось никакой другой реальной силы, способной предъявить на нее свои права. Он выделяет следующие важнейшие причины революции: «Огромная усталость после войны и смуты; всеобщая неудовлетворенность существующим положением; неизжитая еще рабья психология масс; инертность большинства и полная безграничного дерзания деятельность организованного, сильного волей и беспринципного меньшинства; пленительные лозунги; власть – пролетариату, земля – крестьянам, предприятия – рабочим, и немедленный мир…»[47]47
  Власов В.А. Октябрь 1917-го в оценках современников // 1917-й год в судьбе России: Материалы межвузовской научной конференции, посвященной 80-летию революции 1917 г. – Пенза, 1997. С. 9–14.


[Закрыть]
.

На интересную особенность в оценке Октябрьской революции современниками обратил внимание В.А.Власов[48]48
  Вильчек В.М. Алгоритмы истории. – М.: Прометей, 1989. С. 125.


[Закрыть]
. Он указал, что Октябрьская революция вызвала забастовку учителей, охватившую более 30 городов России. Новая власть вынуждена была признать, что Октябрьский переворот одну часть учительства бросил в «безудержную оппозицию», а другую погрузил в «молчаливое недоумение». Говоря о причинах неприятия революции, руководители Всероссийского учительского союза, объединившего св. 70 тыс. учителей, подчеркивали, что дело идет не о борьбе с большевистской доктриной как таковой – она приемлема и законна, как и другие политические доктрины, – а с тем вандализмом и варварством, в которые претворяется большевизм на практике, когда «на место учителя ставят школьного швейцара и кафедру международного права готовы поручить сапожнику»[49]49
  Переписка на исторические темы. – М.: Политиздат, 1989. С. 12.


[Закрыть]
. Большевики, по их мнению, действовали не столько в интересах народного образования, сколько в интересах сохранения своей власти.

Возникает вопрос – насколько полно и корректно воплотились теоретические замысла идеологов революции в практических социальных действиях того времени?

Октябрьская социалистическая революция являлась самой большой надеждой XX века. В своих работах К.Маркс писал, главным образом, не о революции в традиционном смысле смены власти, а об освобождении человека. По Марксу, революция имеет своей целью ликвидацию самой политики. Должны исчезнуть не только религия, монархическое или демократическое государство, капиталистическая экономика и буржуазия, но и всякая государственная власть и сами социальные массы. В результате этого будет преодолено противоречие между обществом и личностью. Человек станет равноценным членом коллектива, получит реальную возможность всемерно развивать свои способности, исчезнет всякое принуждение, осуществляемое по отношению к нему.

Следует констатировать, что практика революционных преобразований пошла по иному пути. Марксистская теория классовой борьбы и государства не учитывала «азиатский способ производства». Восточный деспотизм не знал рабства в западном понимании, т. к. почти все население играло роль рабов, значение государства было чрезвычайно высоко. В определенном смысле, оправдались некоторые опасения «меньшевиков», критиковавших большевизм за то, что он вел к одному из вариантов деспотизма через установление диктатуры партии над пролетариатом и к засилью государства. По мнению Г.В.Плеханова, в России должна сначала произойти буржуазно-демократическая революция и только затем социалистическая революция. Попытка силой перейти прямо от царизма к социализму станет реставрацией азиатского деспотизма.

В результате Октябрьской революции 1917 года произошел перенос на русскую почву западной модели организационно-технологической структуры индустриального общества. Знаменем модернизации стала социалистическая идея, проповедующая индустриальный прогресс в условиях социального равенства и коллективизма. Были созданы промышленная база и мощный научный потенциал, но эти процессы протекали лишь в форме реставрации традиционных политических институтов.

В новом государстве на первый план выдвинулись технократы, которые создали технизированное общество, и человек стал подчиненным не только государства, но и машины. Поскольку прогресс предусматривает высокий темп развития, такой темп обеспечивался за счет насилия. Роль государства неизмеримо возрастала: что сопровождалось ограничением прав и свобод личности, всесилием бюрократии, культом личности правителя.

Коммунистическая идея представляет собой продукт западного классово-дифференцированного общества. Она развивается более двух тысяч лет, плодотворна в контексте западной культуры, так как помогает совершенствовать социальную действительность. Не случайно в Европе сильны социалистические партии. Но перенесенная на другую культурную почву она стала оправданием насилия и разрушения многовековой культуры, что выразилось в процессе примитивизации элиты, в неуважении новыми поколениями исторического прошлого Родины.

Подводя итог изложенному материалу, можно сделать следующие обобщающие выводы:

1. Российские революции 1917 года были детерминированы социально-экономической и политической ситуацией, сложившейся в стране в то время и в рамках той социальной ситуации они представляются как необходимые общественные феномены.

2. Октябрьская революция 1917 года представляет собой смыслообразующий центр всей идеологической и политической борьбы российской истории ХХ века. Ее уроки и провозглашенные цели не утратили своего значения и в XXI веке.

3. Главное отличие социальной революции от государственного переворота состоит в глубине преобразований всех сторон жизни общества, а, следовательно, революцию нельзя рассматривать как единовременный акт, связанный с конкретной фиксированной датой. Революция – это процесс глубоких социальных изменений.

4. Анализ провозглашенных идеологических задач Октябрьской социалистической революции 1917 года и практики их реализации в ходе последующих социальных преобразований позволяет констатировать их значительное расхождение между собой, что в определенной степени объясняется спецификой социокультурных приоритетов и установок общественной психологии России того периода.

Белова И. А
Устная политическая агитация и пропаганда (февраль – октябрь 1917 гг.)

специалист отдела по организации научной и редакционно-издательской деятельности Северо-Западного филиала ФГБОУВО «Российский государственный университет правосудия»

Oral political agitation and propaganda (february – october 1917)

В статье раскрываются понятия агитации и пропаганды как политических явлений; их эффективное использование в идеологической борьбе партией большевиков во время событий февраля – октября 1917 г. Рассматриваются различные приемы, формы и методы агитации и пропаганды, а также их влияние на аудиторию.

Ключевые слова: агитация, пропаганда, революция, большевики, В. И. Ленин.

Agitation and propaganda concepts as political phenomena are explained; their effective usage by the bolshevik’s party in the ideological struggle during the events of 1917 are revealed, different methods and forms of agitation, there influence on the audience are considered in the article.

Keywords: agitation, propaganda, revolution, bolsheviki, Vladimir Lenin.


Успешный опыт подготовки и проведения событий февраля – октября 1917 г. в России свидетельствует об исключительной роли хорошо организованной пропаганды и агитации, потому что партия большевиков во главе с В. И. Лениным хорошо представляла себе значение этих процессов.

Ясность пропаганды и агитации есть основное условие. Если наши противники говорили и признавали, что мы сделали чудеса в развитии агитации и пропаганды, то это надо понимать не внешним образом, что у нас было много агитаторов и было истрачено много бумаги, а это надо понимать внутренним образом, что та правда, которая была в этой агитации, пробивалась в головы всех. И от этой правды отклониться нельзя[50]50
  Ленин В. И. Полное собрание сочинений. – М.: Госполитиздат, 1941–1967. – Т. 40. – С. 252.


[Закрыть]
.

Одним из условий победы октябрьской революции было не только наличие ряда объективных причин, но и высокая политическая сознательность масс, в большей степени явившаяся результатом работы партии большевиков. Еще в 1912 г., оценивая роль пропагандистской работы, В. И. Ленин писал, что пропаганда партии и пропаганда социал-демократических рабочих входит одним из определителей того, будет революция или нет. Очевидность данного высказывания в полной мере проявилась в период подготовки октябрьской революции, в условиях постфевральской России.

Что же такое пропаганда? Авторы статьи «Пропаганда и внушение» Г. С. Джууэтт, В. О'Доннел дают следующее определение этому понятию: «Пропаганда представляет собой форму коммуникации, которая отличается от внушения тем, что стремится добиться реакции, способствующей реализации желаемых самим пропагандистом целей»[51]51
  Джууэтт Г. С., О'Доннел В. Пропаганда и внушение. – М.: Мысль, 1988. – 260 с.


[Закрыть]
. В зависимости от того, какая цель стоит перед оратором, возникает необходимость определения специфики объекта пропаганды (мировоззрение общества), предмета (утверждение и распространение идей, суждений и взглядов, обусловленных классовыми отношениями), целей (формирование политического сознания), функций (идейной воспитание) и общих принципов (широта охвата населения единым идеологическим воздействием, целенаправленность пропагандисткой работы, комплексный подход, специализация, координация единство слова и дела).

Важными методологическими принципами пропагандисткой деятельности являются доходчивость и доступность материалов, которые должны быть поняты и приняты широкими слоями населения, ораторское мастерство ритора, его коммуникативные умения, а также умения логично, четко и ясно выражать свою мысль. Уровень образованности и информированности населения тоже играет значительную роль, ибо тем больше высокий эффект восприятия населением информации, когда ритор хорошо знает психологические особенности аудитории (возраст, пол, уровень образованности, стереотипы, традиции, ценности и социальные установки). В. И. Ленин неоднократно подчеркивал необходимость дифференцированного подхода к каждой аудитории: «Коммунистическая партия… обязана уметь и пропагандировать, и организовать, и агитировать наиболее доступно, наиболее понятно, наиболее ясно и живо как для городской, фабричной «улицы», так и для деревни»[52]52
  Ленин В. И. Полное собрание сочинений. – М.: Госполитиздат, 1941–1967. – Т. 41. – С. 116–117.


[Закрыть]
.

Еще одной ценной особенностью практики большевиков и ее вождя является характерная черта ленинского пропагандистского мастерства – использование образов, предельно ясно и живо иллюстрирующих самую суть вопроса путем анализа известных людям фактов из обыденной жизни. Этот прием связан с учетом психологии людей труда. Дело в том, что большинство рабочих и крестьян дореволюционной России, не имея возможности получить образование, не привыкли мыслить отвлеченно; им легче было все понять через образы, путем восприятия конкретных примеров. «Искусство всякого пропагандиста и всякого агитатора в том и состоит, чтобы наилучшим образом повлиять на данную аудиторию, делая для нее известную истину возможно более убедительной, возможно легче усвояемой, возможно нагляднее и тверже запечатлеваемой»[53]53
  Ленин В. И. Полное собрание сочинений. – М.: Госполитиздат, 1941–1967. – Т. 17. – С. 304.


[Закрыть]
.

Таким образом, пропагандист преследует собственные интересы за счет тех, на кого данная пропаганда направлена. Он стремится контролировать поток информации для направленного воздействия на общественное мнение и манипулирования поведением людей. Контроль над информацией принимает форму ее сокрытия, выпуска в заранее определенное время вместе с другой информацией, способной оказать целенаправленное влияние, ее фабрикация и искажение, направленность на специально подобранные группы. Бесспорно, сам В. И. Ленин – выдающийся оратор. «Владимир Ильич обладал, – писал В. А. Карпинский, – удивительной, ему одному свойственной способностью быстро и целиком овладевать вниманием слушателей, будь то политические деятели, ученые или простые люди из народа. Для каждой аудитории он умел найти свой особый подход, подбирал особые аргументы, применял особую методику изложения»[54]54
  Крупская Н. К. Ленин как пропагандист и агитатор. – М.: Госполитиздат, 1957. – С. 4.


[Закрыть]
. Слушавшие выступления В. И. Ленина отмечали, что на рабочих и крестьянских собраниях он говорил с какой-то особенной простотой, ясностью и убедительностью, пользуясь словами и выражениями из обыденной народной речи, поражая аудиторию знанием их жизни, быта, нужд, показывая, что вопросы, которые он объясняет, близки ему самому, волнуют его. Это наиболее всего убеждало людей.

Нужно отметить еще такую существенную деталь большевистской пропаганды как агрессивность. И именно агрессивно-самоуверенный тон большевистской пропаганды, безусловно, оказывал свое воздействие. В народе власть всегда отождествляется в первую очередь с силой, уверенностью в себе, напористостью; если власть не сомневается, если она уверена в себе, то ей очень многое прощается, в том числе и те средства, которыми она добивается своих целей. Выступая на Всероссийском совещании Политпросветов, В. И. Ленин определил роль агитации и пропаганды в коммунистическом воспитании трудящихся: «Надо перевоспитать массы, а перевоспитать их может только агитация и пропаганда, надо связывать массы со строительством общей хозяйственной жизни в первую голову. Это должно быть главным и основным в работе каждого агитатора-пропагандиста, и когда он себе это усвоит, тогда успех его работы будет обеспечен»[55]55
  Ленин В. И. Полное собрание сочинений. – М.: Госполитиздат, 1941–1967. – Т. 41. – С. 128.


[Закрыть]
.

Специфика идейно-воспитательной работы в целом состоит в том, что такая работа находится как бы на стыке теории и практики, обеспечивая их постоянное взаимодействие в направлении распространения, проверки и развития, материализации идей. «Без ясного, продуманного, идейного содержания, агитация вырождается в фразерство. Пропагандист должен уметь без фраз и восклицаний, с фактами и цифрами в руках разъяснять вопросы социализма»[56]56
  Ленин В. И. Полное собрание сочинений. – М.: Госполитиздат, 1941–1967. – Т. 57. – С. 46.


[Закрыть]
.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

Поделиться ссылкой на выделенное