Клара Колибри.

Приключения Элизабет. Книга 1



скачать книгу бесплатно

А там была небольшая темная комната. Освещалась она узким окном с мутным стеклом. Лучше всего виден был стол-конторка в центре, а углы и стены помещения тонули во мраке. Из одного такого угла и вышло ко мне навстречу горбатое существо с седыми космами, заслоняющими лицо. Только нос крючковатый выглядывал. Этот коротышка деловито подошел к конторке, вскарабкался на высокий стул за ней и сразу же открыл толстую книгу, лежащую на поверхности стола. После этого стал перелистывать страницы, по всей видимости, отыскивая нужную. Долго листал. А я стояла и ждала. Наблюдала, как в столбе света, в который получилось встать, кружились пылинки. Много пылинок. Да там вообще в воздухе одна грязь витала. Скорее бы этот карлик заговорил!

– Кхм! Как звать? – Вот оно, заговорил.

– Вы мое имя спрашиваете? А зачем?

– Надо знать порядки того места, куда идешь. – Изрек так, по-прежнему глядя только в книгу.

А я задумалась над этими словами. И пришла к выводу, что этот человек был прав. Я же, никчемное существо, столько сомнительных дел наворотила за последние несколько часов, что…

– Так ты собираешься назваться?

– Ладно. Элизабет ди Косторанс. А зачем вам это? – Стояла и наблюдала, как он выводил закорючки на бумаге. – Может вам и адрес дома назвать? – Сарказм в моем голосе карлика ничуть не затронул.

– Обязательно. Диктуй – записываю. А теперь показывай, что принесла.

Думала, настроению моему опускаться больше некуда, оказалась неправа. После того, как назвала все сведения, почувствовала себя, как… Но подобрать сравнение не успела.

– И это все, что имеешь? – Он поддел костлявым пальцем несколько серебряных браслетов и скинул их в небольшую кучку остальных моих украшений, вываленных на конторку из бархатного мешочка. – Не густо! За все, про все могу дать… – Я затаила дыхание, ожидая цифры, а когда она была произнесена, почувствовала, как в легких совсем не стало воздуху.

– Это немыслимо! – О, да, о жизни я ничего толком не знала и барахталась в ней теперь, как слепой котенок, но сообразила, что те крохи, которые мне собирались дать, никак не могли быть нормальной ценой за украшения. – Вы смеетесь надо мной?!

– А может, ты эти вещи украла?! – Блеснули из-под седых волос недружелюбные глаза.

– Я же вам имя свое назвала. Неужели думаете, что…

– А может, это и не твое имя вовсе?! У тебя документы есть? Покажи!

Документы были. Но внутренний голос сказал, чтобы держала бумаги при себе. И вообще, мне захотелось уже уйти оттуда. Только опасалась, позволят ли это сделать.

– Верните мне вещи! – Сказать требование получилось решительно.

– Я их не держу. Забирай!

Голос его звучал ровно, но мне, все равно, было не по себе, когда дрожащими руками собирала серебро назад в мешочек.

– Извините, что побеспокоила. – Произнесла и попятилась. А он поигрывал пером, теребя его костлявыми пальцами, молчал и, казалось, пристально меня рассматривал. – Прощайте.

– До свидания, Элизабет ди Косторанс.

Я развернулась и поспешила убраться из комнаты.

А потом и из того двора. Но на улице поджидал уже знакомый оборванец, и пришлось замедлиться, так как он перегородил дорогу.

– Мои услуги стоят медяк. – Сказал и сплюнул себе под ноги, когда между нами осталась пара метров.

– Я ничего не продала. Мне предложили смехотворную сумму.

– Это твои трудности, мамзель. А мои услуги стоят медяк.

– Но я же сказала…

Договорить он не дал. А сразу сделал две вещи: толкнул меня в грудь и вырвал из рук баул. От первого я отлетела в сторону и больно ударилась спиной, от второго меня охватила паника. Она-то и придала сил, чтобы рвануть за грабителем. Это был еще один мой глупый и необдуманный поступок. Потому что оборванец скрылся за следующим поворотом, а я оказалась одна перед тремя такими же опустившимися личностями. Хорошо, быстро пришла в себя и убежала прежде, чем те поднялись со ступеней у входа в похожий двор.

– Уф! Обошлось! – Так подумала, когда остановилась на более оживленной улице, а боль в боку от быстрого бега согнула тело пополам.

А потом огонь в крови чуть схлынул, и разум указал на то положение, в котором оказалась уже теперь. Тупик! Безысходность! Дома не было. Знакомых не было, так как братец их всех от нас отвадил. Из родственников один дядя остался. Тот, которому восемьдесят, в маразме и усох. И даже на то, чтобы зареветь, сил не нашлось, и слезы где-то там глубоко во мне застряли.

– И что теперь делать?

Решила идти в городской дом. Сегодня сдаться брату. Протянуть время, а завтра найти способ и добраться, все же, до дяди. Иного выхода на тот момент не видела. И тогда еще вспомнила, что в бауле были и все документы.

– Карамба! – Боги, это-то скверное выражение, почему ко мне пристало?!

Ну, вот! Мало было всего, теперь, кажется, дошла до точки. Все, побрела к брату.

– Явилась, глупое создание. – Встретил Генри меня на пороге. – И что мне теперь с тобой делать прикажешь?

– Уж ни другу в лапы загребущие подсовывать! – Огрызнулась и потащилась к себе в комнату.

– А Роберт теперь и не вариант для тебя, Элизабет! – Шел он следом и шипел в спину. – Про этого добряка можешь забыть. Ты зачем ему голову бутылкой пробила?! Совсем сдурела?! А он вошел в твое положение…

– В твое!..

– В наше! Да, я виноват, некоторым образом, перед тобой.

– Только некоторым образом?!

– Вот как с тобой можно разговаривать? Ты же цепляешься к каждому слову!

– Сгинь, с глаз моих, а?..

– Вот договорю и тогда уйду. А Роберт хотел предложить тебе свой дом на время. Он ему все равно пока не нужен, так как в плавание уходит. Он, знаешь ли, судно имеет, и…

– Слышать о нем ничего не желаю!

– И вот, что мне теперь с тобой делать? Ты думаешь, этот дом наш еще? Ничуть! Только если на очень малое время. Вот явится сегодня вечером ростовщик, и…

– Какой же ты негодяй, Генри! Как ты мог?!

– К чему!.. К чему эти крики?! Делу-то не помочь…

И он ушел, хлопнув дверью. А я стала набирать воду в ванну. Ох, если бы можно было избавиться от обрушившихся бедствий вот так же, как от пыли на теле и в волосах. Встал под струи воды и все смыл! Но нет, ничего не вышло. И обновленной себя ничуть не почувствовала, когда вышла из ванной комнаты. И усталость от меня не отстала, а как придавила. От печальных мыслей постоянно получалось вздыхать. Надела платье, села перед зеркалом расчесывать волосы, и вздыхала, вздыхала…

– Идем! – Неожиданно на пороге моей комнаты снова возник Генри. – Там кредиторы пришли и ростовщик. – Твоя подпись понадобится.

– А ничего, что у меня теперь документов нет?! – Голос мой был полон желчи, увы, горче никогда еще не звучал.

– Ничего. – Буркнул он мне и быстро ушел.

Я пошла за ним. Спустилась в гостиную, а там какие-то люди хозяйничали, как у себя дома. Двое из них сидели за столом, на котором белели бумаги. А еще среди них находился знакомый мне нотариус. Хоть одно приятное лицо! Но очень удивилась, заметив среди присутствующих горбуна с той, будь она проклята, ставшей мне недавно известной улицы. Этому, что здесь надо? Или ростовщик и есть…о, как тесен мир…

– А она согласна? – Долетел тут до меня незнакомый мужской голос.

– Куда деваться-то… – Ответил ему Генри.

– Ну, да. – Согласились с ним сразу двое из присутствующих мужчин.

Это о чем же у них был разговор? А под ложечкой у меня уже скверно так засосало!..

– Элизабет, подойди и поставь подпись. – Приказал брат.

– А если не стану? – Прищурила на него глаза.

– Тебе же тогда станет хуже. – Сказал с такой безысходностью, что я ему поверила.

Подошла и поставила подпись под какой-то бумагой. Думала, что это как-то было связано с продажей дома, раз присутствовал горбун-ростовщик. Оказалось, подписала себе приговор.

– А священник где? – Снова интересовался самый разговорчивый.

– Задержался, но приехал. Сейчас будет. – Это уже говорил братец.

И как раз в комнату зашел священнослужитель. Какой-то «сморчок» незнакомый. И глаза у него такие были…одним словом, с таким взглядом только людей грабить. Уж я-то теперь знала, какие лица и глаза у грабителей!..

– Дочь моя! – Визгливо обратился он ко мне. – Встань сюда.

Указал место рядом с Генри. А то, что там еще и горбун стоял, я этому не придала значения. Священник же сразу забубнил неразборчиво некие слова. Но мне было не до него – у меня внутри все сжималось в тугой узел от совсем скверного предчувствия.

– Мы теперь без жилья остались, да? – Шепнула брату. – Надеюсь, ты дом продаешь, хоть с какой прибылью, чтобы могли на первое время квартиру снять, да? А где работу искать станешь, имеешь представление?

Тут святой отец закончил бурчать, а меня за руку взял горбун.

– Что происходит?! – Попыталась вырвать у него свою руку. Но ничуть, ни бывало – держал как тисками. – Генри! Объясни мене!..

– Я о тебе позаботился, Элизабет. Ты же была против сомнительных отношений и проживания в одном доме с чужим мужчиной? Ну, вот! Теперь ты замужняя женщина.

А рядом стоял этот горбун-ростовщик и крепко держал. А священник успел убежать. Сомнения в правдивости слов Генри тут и рассеялись. И хоть ростовщик и выглядел в тот момент иначе, причесан, чистые волосы собраны шелковым шнуром в хвост, одет был по всем правилам моды и дорого, но мне очень захотелось упасть от всего, что поняла и видела, в обморок. И вот оно, свершилось, богиня-покровительница надо мной сжалилась – послала беспамятство.

Глава 2. Где исполняется мое желание, но совершенно неприемлемым способом

Очнулась я в карете от тряски. Открыла глаза и в первый момент никак не могла понять, что со мной, и где находилась. Но потом память услужливо подбросила картинки из совсем недавнего прошлого, и невольно получилось застонать.

– Пришла в себя? И отлично, нюхательные соли не понадобились. Я и говорил, что сама очухаешься.

Покрутила головой в разные стороны, силясь понять, кому это карлик говорил про соли, если в карете нас было всего двое, и я до сей минуты пребывала в беспамятстве. И да, никого больше так и не нашла. А потом в голове как выстрелило сознание, что этот горбун теперь для меня не просто какой-то почти незнакомый уродец, а муж. И не просто муж, а забрал меня у брата и везет в свой дом. Навсегда. И представилась мне та комната с пыльным воздухом и окном-щелью. От этого снова вздрогнула и вся выпрямилась.

– Правильно, что села. Нечего валяться на сиденье – платье совсем помнешь, да и волосы…подбери-ка их в подобие прически. Все же, я благородную за себя взял, и сейчас тебя разглядывать будут.

Мне представились люди вроде того оборванца, который украл утром мой баул, и потом еще те, что сидели на ступенях другого двора. От видения похолодели руки и ноги, и меня передернуло от озноба. Ужас, в какое общество я попала. И теперь, наверное, придется осваивать метелку, чтобы привести в порядок тот грязный двор. А как это сделать, если местный люд приучен постоянно плевать себе под ноги? Вот такие мысли лезли в голову, мне от них делалось все хуже и хуже, пока еще одна не затмила собой все остальные. Какая? Представьте себе, про первую брачную ночь. Здесь я на воображение всеми силами надавила, пытаясь его выключить. Совсем. И очень хотелось снова упасть в обморок и, чтобы несколько суток в себя не приходить, или вообще… в общем, предпочла бы скончаться. Но нет, здоровье оказалось вполне крепким. А тут карета начала притормаживать. Неужели, приехали? Как это могло быть, если та улица, которую знала, была совсем узкой, на ней не могла и сильно груженая тачка проехать, а тут…

– Прибыли. Выходи, жена, это твой новый дом.

Из открытой двери кареты я выглядывала с опаской. Присмотрелась к улице и домам на ней, но нет, места этого ранее не видела. Район не для высшего класса, конечно, но и не для босяков. Дом, что располагался напротив, смотрелся аккуратным небольшим строением. Кое-что из приятных неожиданностей получилось узреть, но идти в это жилище все равно не хотелось. Может, это было потому, что ко мне в нетерпении тянул руку тот самый карлик. То есть муж. А как его звали, кстати?

– Элизабет, что ты мешкаешь?

Он мое имя, оказалось, знал. Хотя конечно, бумаги же оформлялись с его прямым участием, это я была вся как в тумане своей непроходимой неопытности и на грани с отупением. Хотя, теперь уже понимала, что, скорее всего, от меня ничего и не зависело. Решили мужчины финансовые дела таким вот образом, что я шла в довесок к сделке, и ничего изменить не получилось бы. Осмыслила это, но на душе легче не стало, скорее наоборот.

– Заходи. Это наши слуги. Кухарка, разнорабочий и служанка. – Представил мне троицу, поджидавшую нас в тесной прихожей.

Первая дама имела очень пышные формы, второй человек выглядел изможденным, а последняя из представленных слуг кинула на меня такой убийственный взгляд, что тут же поняла, как не к месту мое появление в этом доме. И не смотря на мизер жизненного опыта, в голове созрела уверенность, что эта служанка оказывала карлику и некие другие услуги, не входящие в ее обязанности. А если говорить прямо, то интимного характера. О, да, откуда дети берутся и что делают в спальне муж и жена я знала. В теории. Поэтому так и боялась предстоящей ночи.

А муж мой, однако, имел хорошее настроение и пожелал ужинать. Об этом сразу же и сообщил во всеуслышание. И слуги моментально разбрелись в разные стороны. Но та, неприятного вида служанка, успела бросить на меня новый враждебный взгляд. Как бы, какую гадость не выкинула! А что? Скажете, не смогла бы? По ее горящим глазам и лихорадочному румянцу на лице было похоже, что запросто.

– И пошевелитесь там! – Крикнул муж. И сцапал мою руку в свою. И потянул за собой, чтобы показать дом. – Это гостиная! Это столовая, но сюда нам еще рано являться. Пусть накрывают стол, а мы не станем мешать. Это лестница на второй этаж. Идем же, не упрямься. Там мой кабинет, но тебе в нем делать нечего. А это, вот, моя спальня. Нравится? – И неожиданно прижал меня своим телом к деревянной спинке кровати. А лицо его при этом оказалось на уровне моей груди. И может, на цыпочки приподнялся, но носом дотянулся-клюнул в мое декольте. И засопел…

– Господин! Как вас там!.. – Попыталась просунуть между нами руки, потом уперлась ладонями ему в плечи, и получилось чуть отстраниться.

– Зови меня Гансом, детка. – И снова клюнул меня в открытую грудь, и задышал жарко, отчего, похоже, в ложбинке, ну, то есть, там, в вырезе, сделалось сыро от его влажного дыхания.

– Да подождите же вы!!! – Тут гнев заглушил во мне все ощущения. А от него в руках такая сила появилась, что получилось карлика не только от себя оторвать, но и отбросить на пару метров. – А моя комната, где?

– Здесь, разумеется. – Недовольно поморщился он, так как боком налетел на какой-то комод. – Больше свободных комнат и нет. Не с прислугой же тебе ночевать…

– Могу в кабинете, если там есть диванчик.

– Брось строить из себя недотрогу. Мне льстит, что женился на леди, но даже они должны знать меру. А если бы аристократки все боялись мужей и проводили ночи, где угодно, но не в супружеской кровати, то высший свет давно бы вымер. Я все понятно объяснил? Поэтому подойти ко мне, милая, сядь на этот стул и замри, пока стану тебя целовать, как хочу, и где хочу.

Первым его желанием снова стало лобзание моей груди. Я морщилась, но терпела. Да что же его так притягивал этот вырез платья?! И не таким кричащим он был, даже скромным. И грудь у меня красивая, конечно, но средняя, у многих женщин замечала гораздо больший размер. И если Гансу этому так нравились женские груди, то мог бы и, на кого другого глаз положить. Так нет же, его угораздило на мне остановиться. Вот ведь, невезение!

– Сладкая! – Урчал, меж тем, этот коротышка, слюнявя мне кожу в вырезе платья.

Но, оказалось, это все было сущей ерундой по сравнению со следующей его попыткой руками забраться мне под юбку, а рот прижать к моим губам. Сжать их крепко-крепко я успела, как и юбку удержать на месте, но этим вызвала у мужчины грозный рык. И что было бы дальше нетрудно сообразить, но в дверь постучали, и голос той особы, в злобности и подлости которой нисколько не сомневалась, в тот момент мне показался божественной песней.

– Господин! Все готово! Ужин подан!

Уф! Обошлось! На этот раз. Но ведь за ним должен был последовать следующий? И совсем скоро. Но меня радовала и эта отсрочка. Поэтому вполне неспешно поправила платье, ведь торопиться не входило в мои планы и не соответствовало желанию, и церемонно протянула руку своему кавалеру.

– Я к ужину готова.

– Хм! – Смерил он меня таким взглядом, что сразу стало понятно, что ему, как раз, сейчас было не до того.

Но нас пожирала взглядом та самая служанка, что принесла мне благую весть, а теперь вросла в порог хозяйской спальни. И Ганс потушил искры в глазах, и выровнял разбушевавшееся дыхание. А потом одернул на себе праздничный камзол и подставил согнутый локоть под мою ладошку.

– К твоим услугам, жена.

И дальше было застолье, вино и угощения. По выражениям на лицах окружающих меня новых знакомых, все действо, наверное, следовало считать отмечанием свадьбы хозяина этого дома. Вот только себя счесть причастной ко всему происходящему у меня никак не получалось. Будто бы со стороны за всем наблюдала. Как повариха с улыбкой от уха до уха сама внесла свадебный торт с зажженными на нем свечами. Как я с силой дунула на них, а сахарная пудра возьми и залепи лицо новоиспеченного супруга. Как худосочный слуга с пошлой усмешкой подливал и подливал в мой бокал игристого вина с молчаливого одобрения сидящего на другом конце стола карлика. Как недобрая служанка с поджатыми и без того тонкими губами забирала со стола использованную посуду и гремела ею настолько громко, что заглушала некий монолог супруга. А мне что? А мне хоть бы он вообще онемел, а еще лучше, провалился бы под землю.

– Пора и на покой! – Как-то слишком быстро, на мой взгляд, тот ужин закончился. А Ганс вполне определенно на меня посматривал, поднявшись из-за стола.

– Вот оно, началось… – Простучало сердце о ребра. А кровь с изрядной долей выпитого за вечер вина забурлила, подняла волну жара, и та опалила меня всю от макушки до кончиков пальцев на ногах. Но еще и ворох мыслей всколыхнула. – Что же делать?! Что же делать?..

– Милая! Не тяни время. Спальни тебе не миновать. И что ты так уставилась на эту бутылку местного медитенского?

Его ухмылка меня не тронула. А вот слова о бутылке навели на очень нехорошие соображения. Или не такие уж и плохие? Мысли путались. Привиделось, что я разбила похожую об чью-то голову. Будто бы!.. Или это все было? Неужели, сегодня? Не могло такого произойти!

– Если считаешь, что тебе еще понадобится вино для храбрости, моя маленькая девственница, то я согласен прихватить в спальню это игристое. Довольна? А теперь пошли.

Чтобы я могла подняться по лестнице, Гансу пришлось обхватить меня за талию одной рукой и помогать передвигаться. Ну, да, именно так мы поднимались на второй этаж. Он нес бутылку и подпихивал вверх меня, а я как-то нескладно переступала ногами и за все цеплялась, и не только мысками туфель, а еще и юбками, и руки хватали перила, забыв потом отпустить. Все эти мои действия делали подъем затрудненным, но не невозможным. Догадывалась, имей карлик свободной вторую руку, в спальне мы оказались бы много быстрее. А вообще, я вспомнила, что где-то слышала про обычай, где молодожен должен невесту в дом и в спальню нести на руках. И тут же Гансу обо всем поведала. Ну, как получилось, конечно, ведь язык не желал слушаться. Он отчего-то заплетался. Как и ноги, и как юбки, и…в общем, похоже, я была чуточку пьяна.

– На кой черт я взял еще бутылку! – Шипел мерзкий голос мужа мне на ухо во время нашего подъема на второй этаж. – А ты?.. Леди называется!.. И какой толк от тебя сейчас может быть?!

– Правильно!.. – Легко соглашалась я с ним. Причем сразу по всем пунктам. Леди в себе…нет, меня в леди…в общем, как-то перестала чувствовать в себе аристократическую кровь. И вообще, все кружилось перед глазами, кружилось… – А можно уже прекратить это вращение?.. И…и мне как-то нехорошо!

– Что?! Тебе еще и таз теперь понадобился?..

Оказалось, что да. Понадобился. И муж при этом принялся нецензурно ругаться. А я совершенно неблагородно тот таз обнимать. Вот такое получилось начало первой брачной ночи. Правда, забегая вперед, скажу, что вторая получилась еще хуже. Но это было уже завтра. А пока мой желудок выворачивался в подставленную супругом емкость, Ганс дико бранился, а на пороге, о, я видела ее краем глаза, стояла та вредная служанка и злорадно ухмылялась. Дальше я распласталась, как была в одежде, по нашему брачному ложу. Причем лезла туда совершенно не грациозно, а как последняя полудохлая каракатица забиралась. Почему полудохлая? Слабость у меня сильная наблюдалась от перенесенных испытаний. Я упала на постель совсем без сил, а изверг-муж все теребил и теребил меня. Это были его попытки привести в чувства, или хотя бы стащить с меня платье. Но у него не получилось ни то, ни другое. И Ганс помянул дьявола в какой-то там очередной раз, махнул на меня рукой, оставил лежать поперек кровати, а сам ушел с той самой служанкой. О, я видела краем глаза, как довольна происходящим она была. Ну, и черт с ней! Вот на этой неблагородной мысли я и провалилась в сон.

А может, и не сон это был. Возможно, то мое состояние можно было назвать «забытьи». Ох, и скверное же это было…забытье! Забытьи, забытье, забытьи… Ох, с головой совсем было плохо. И очень мучила жажда! Нестерпимо! Я звала помощь, но никто не откликался. А на ту бутылку, что принес в спальню муж, без слез теперь глянуть не могла. Вот и задвинула ее подальше. За изголовье кровати спрятала. И как потом оказалось, она там до следующей ночи и простояла. Правильно, когда служанке уследить за чистотой и порядком в спальне, если у нее совсем другие заботы появились. Как оказалось, она взялась успокаивать и примирять с жизнью опечаленного неудавшеюся ночью молодожена. О чем на следующий день мне и поведала.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5