Кирилл Шатилов.

Война виртуальных миров



скачать книгу бесплатно

Когда она ушла, вероятно, даже слегка обиженная на то, что он не побрезговал оставить телефон пропавшего человека у себя, вместо того, чтобы избавиться от него и тем снять с души камень (как будто это он взял чужое, а не она), Славик на радостях чуть было не снёс всё его содержимое, но спохватился и заглянул в директорию с видео. Раскладка файлов на компьютере была у него в этот момент в виде таблицы, поэтому он сразу обнаружил, что один из роликов значительно больше остальных по размеру. Его-то он и вывел на экран…


* * *


Под ногами движется бурая земля. Кожаные ботинки, на которых видны простроченные узоры, осторожно переступают через камешки. Ботинки, вероятно, женские, поскольку картинка сопровождается голосом девушки за кадром:

– Вот мы идём по Марсу. Говорят, здесь без лишних декораций снимались такие фильмы как «Миллион лет до нашей эры» и даже «Звёздные войны». Смотрите сами.

Камера отрывается от ботинок и земли, и на экран опускается причудливый ландшафт с бурыми, оранжевыми и местами зеленоватыми скалами.

– Не снимай при ходьбе, – говорит мужской голос, и камера рывком останавливается на идущем поодаль бородатом юноше. – Потом смотреть будет невозможно из-за дрыганья.

– А сейчас Андрей расскажет нам, где мы оказались, – вещает девушка.

– Только ты не на меня направляй, а лучше вон на ту фантастическую скалу.

Камера послушно теряет бородача за кадром и что-то ищет. Наконец, найдя, замирает и начинает медленно приближать действительно странное природное сооружение: камень высотой с пятиэтажный дом, похожий на веретено и стоящий среди холмов на тонкой ножке.

– Пока не ввели евро, эта скала украшала испанскую бумажку в тысячу песет, – пояснил всё тот же мужской голос.

– Андрей запомнил, что нам рассказывала гидша.

– А ещё известно, что он такой формы потому, что верхняя часть его вроде бы из твёрдых вулканических пород и выветривается хуже, чем нижняя. Рано или поздно он грохнется.

Отъезд от старого камня.

Снова наезд.

Девушка, держащая телефон, будто во что-то вглядывается.

Уже сумерки и видно не очень хорошо: камень-веретено стоит частично на фоне склона горы, частично – на фоне розового закатного неба.

– Там что-то движется, – наконец произносит женский голос. – Ты не видишь?

Дёргания картинки почти останавливаются, я теперь рядом с камнем различима высокая фигура.

– Мужик, вроде, какой-то, – соглашается спутник девушки.

Издалека видно, что фигура обычная, только на голове что-то надето, отчего сама голова кажется непропорционально большой. Человек стоит возле самого камня и всматривается в тех, кто его снимает. Длинные руки висят вдоль широкоплечего тела.

– Он там голый что ли? – интересуется голос из-за кадра.

– С чего ты взял? – смеётся девушка, приближает изображение, оно расплывается, а когда снова оказывается в фокусе, отчётливо видно, как головастый незнакомец начинает выходить из-за камня.

Он делает шаг одной ногой, потом второй, потом… третьей, четвёртой.

– Андрей!

Повисает пауза. Оба не знают, что сказать, и камера несколько секунд просто снимает, как странное существо с увеличенной головой, плечами и грудью мужчины, но с нижними конечностями не то лошади, не то кузнечика медленно и отчасти даже величаво отходит от камня, останавливается, разворачивается всем телом в их сторону, поднимает руки и издаёт отвратительный визг.

– Андрей, что это?!

– Светка, я не знаю… Надо дёргать! Давай в отель!

Судя по шороху камней, бородатый юноша первым устремляется в бегство. Что касается его спутницы, то она, похоже, впала в полный ступор, потому что камера, как зачарованная, продолжает смотреть на существо. Которое перестало кричать, вытянуло шею и без разбега, оттолкнувшись от земли всеми четырьмя лапами, сделало в их сторону резкий прыжок. За первым прыжком последовал второй, потом третий, и вот уже дрожащая камера запечатлевает несущегося прямо на неё не то человека, не то жука, не то кенгуру.

Теперь визжит девушка.

Картинка на экране бешено кружится, на мгновение становится размытой и замирает, уставившись в розовато-серые облака. Телефон упал, но продолжает снимать…


* * *


Славик приник к экрану. Внутренний голос говорил, что такого не может быть, что всё это чей-то розыгрыш. Но перед ним лежал айфон, а на него подобные супер-спецэффекты просто так не снимешь. Запись была настоящая. И очень длинная.

Почти сразу же, когда телефон упал, над ним на фоне неба и облаков пролетела тень преследователя. Славик перемотал ролик назад и успел сделать стоп-кадр, когда тело оказалось точно напротив. Смазанное движением, однако, можно было различить подогнутые в прыжке конечности и широкое брюхо, похоже, покрытое чем-то вроде чешуи.

Славик прислушался. Из наушников доносились удаляющиеся крики. Потом всё стихло. Потом повторился визг. На сей раз в нём звучало не столько раздражение, сколько торжество.

Запись продолжалась.

Облака и небо темнели на глазах.

Славик ждал.

Он мог бы запросто промотать ролик вперёд, но почему-то этого не делал.

Отдалённый топот лошади. Нет, звук полегче, как если бы лошадь бежала рысцой и не на подковах, а на чём-нибудь остром, всякий раз вонзающемся в землю. Такой звук добавляют в фильмы, когда хотят придать реалистичности сцене убийства несчастной жертвы ножом.

Земля пронзается всё ближе и ближе.

Небо закрывает огромная морда.

Глаза явно человеческие, осмысленные, внимательные. Только без бровей и ресниц. Ещё чего-то не хватает. Губ. Рот – узкая прорезь на зеленоватой коже. Нос плоский, с вывороченными ноздрями. Что-то негритянское, но лоб слишком высокий. Существо наклоняется над камерой, вглядывается в застывшего на стуле Славика, потом голова уходит вверх, и камера поднимается за ней следом.

Славик инстинктивно хлопнул по клавише пробела, заморозив картинку.

Существо разглядывало айфон, а айфон бесстрастно разглядывал существо.

Голова почти лысая. Только за тряпочками ушей несколько клочков волос.

Славик снова нажал на пробел.

Камера приблизилась к лицу вплотную. Прорезь рта открылась, и стали видны беззубые дёсна. Существо пробовало телефон на вкус.

Славика передёрнуло, когда он представил, где побывал лежащий перед ним сейчас бледно-жёлтый гаджет. Если бы во рту оказались зубы, какими голливудские фильмы обычно наделяют чудовищ, точнее, клыки, от айфона вряд ли что-нибудь осталось. А так даже царапин почти не видно.

Между тем в ролике снова началась гонка. Вероятно, зажав телефон дёснами, существо помчалось дальше. Причём самым ужасающим в ролике был теперь звук: звук дыхания бегущего человека.

Кончался ролик очередной мельтешнёй на экране и треском падения. Последующие шесть минут и двадцать секунд картинка оставалась расплывчатой и неподвижной. Скорее всего, айфон упал объективом вниз и снимал землю до тех пор, пока не разрядился.

Славик очнулся и по привычке потёр виски. Ничего подобного ему видеть не приходилось. Словно побывал в компьютерной игре про зомбаков и инопланетян, но только всё происходящее в ней было всамделишным. Потому что придумать и разыграть такое могло лишь больное воображение, тогда как на самом деле видео смотрелось буднично, как какая-нибудь прогулка майским деньком по Красной Площади.

Блин, вот уж точно человек-паук…

Славик заставил себя пробежаться по остальным роликам. Ничего особенного, как на фотографиях: плещущееся море с чёрным песком, беснование светомузыки на какой-то оглушительно фальшивой тусовке, обед на двоих на полосатой скатерти, голые женские ноги под пляжным зонтом – всё то, чем сегодня забиты поедающие людские мозги и время «социальные сети».

Поедающие, поедающие…

Кстати, из видео совершенно непонятно, что случилось с самими ребятами. Это их догнало? Они убежали? То, что они пропали, ещё не говорит о том, что они погибли. Бежали-то они в гостиницу, если верить последней фразе Андрея. А если верить записи друзей, в гостинице их не видели. Тел, надо полагать, тоже поблизости не нашли. Ничего удивительного, почесал подбородок Славик, если бы такая штуковина погналась за мной, я бы, наверное, до сих пор ещё бежал. Блин, блин, блин, что же делать?

Что делать, он на самом деле прекрасно знал. Следовать первому порыву и срочно выкладывать ролик в интернет. Потом пройтись по «вконтактам» и «мордокнигам» и побросать там на него ссылки. Может даже стоит сделать одну комментарием к призыву этой Маши. На такое народ обязательно клюнет и повалит к spaider’у на канал.

– Сла-ав, иди! Ужин готов, – позвала с кухни мать.

– Ща!

Точно, спешить надо медленно, как сказал кто-то из знающих. Лучше пока ненадолго прерваться и всё как следует обдумать, прежде чем рубить сплеча. Та же Маша наверняка захочет узнать, откуда у него эта запись. Ещё ментов наведёт. Которые перестали быть милиционерами, но так и не стали полицаями. Петька вон всё про них знает. Так по его словам они там чего только ни мутят, чтобы из месяца в месяц план свой выполнять. Долго вникать и разбираться не станут: люди пропали, улика у тебя, значит, ты и виноват, братец. А поскольку даже они ему не поверят, что он на Тенерифе собственной персоной побывал, придётся сдавать Дашку. Но этого он точно ни за что делать не будет. Он ей даже ничего не расскажет. Чем меньше народу знает, тем надёжнее его тайна.

– Сла-ав, всё стынет!

– Да иду, иду…


* * *


В понедельник на первом же уроке Славик выложил на парту и подтолкнул в сторону Даши деньги.

– Что это? – не поняла она.

– Четыре с половиной. Твоя доля. За фон. На выходных удалось толкнуть.

Она уверенно отстранила купюры:

– Мы не договаривались.

– Ты нашла, я продал за девять – всё по честноку.

– Спасибо, нет.

Славик не стал её упрашивать. От лишних денег он ещё не научился отказывался. На самом деле ему после долгих уговоров удалось в итоге выцыганить у Петьки с Савёлы десятку, однако он решил, что вернуть не пятёрку, а именно четыре с половиной будет выглядеть более правдоподобно. Не хочет брать, не надо.

– Они, кстати, нашлись, – буркнула через некоторое время Даша.

– Чего?

– Те, что пропали на Канарах. Света с этим… Андреем. В Мордокниге та же Маша написала вчера вечером.

– Супер, – хмыкнул он. – Она написала? А почему же не они сами?

Даша поколдовала над своим новеньким айфоном и сунула ему под нос знакомую страничку. Приглядевшись к мелкому тексту под картинкой с сердечком, Славик прочитал:


Нашлись, нашлись! Отбой по моей прошлой записи. Ребята живы! Пока непонятно зачем, но всё это время они прятались на какой-то ферме. Долго не ели, истощали, но главное, что живы. Сейчас в больнице при нашем посольстве. Состояние точно неизвестно. Спасибо огромное всем, кто отозвался!


– Поздравляю, – сделал вывод Славик. – Мокрухи на тебе нет.

– Да иди ты…

– Александрова! – донёсся от доски голос архаично строгой Тамары Андреевны. – Я вам с Хлебовым не мешаю?

Они замолчали, встретились взглядами, и Даша улыбнулась. Славке тоже отчего-то стало приятно на душе. Теперь его совесть почти чиста. Собственно, почему почти? Он ничего дурного не делал, ничего чужого не брал, никого до полусмерти не пугал, даже вон деньги хотел вернуть. А то, что ролик под названием «Настоящий человек-паук на Тенерифе» уже крутится в сети и с каждой минутой набирает просмотры и лайки, так интернет для того и нужен, чтобы делиться интересной информацией, разве нет?

Часть I

Глава 1 – Первые катастрофы

Почему сейчас Даше вспомнилась вся эта жутковатая история с пропажей наших туристов на Канарах, она точно не знала. С тех пор прошло уже несколько лет, Даша выросла, незаметно для окружающих превратилась в соблазнительную во всех отношениях студентку с хорошей фигуркой и строптивым нравом, школа осталась в прошлой жизни, круг общения сменился, однако всякий раз, когда по поводу дня рождения или без повода вовсе она получала в подарок новенький телефон, ей начинало казаться, будто в пространстве образуется прореха, через которую видно ту парту, слышно покойную Тамару Андреевну, а Славка Хлебов хитро-хитро отводит глаза…

Самолёт летел в Вену.

Впереди были майские праздники, прогулки по неувядающему Шёнбруну, холодные и горячие яблочные штрудели, полдня криков на аттракционах в Пратере, плавание на кораблике вдоль Дуная и ещё много-много всякого разного, что может предложить увядающая столица одного из последних почти европейских государств Европы.

Даша скучала у иллюминатора.

– Закрой задвижку, – посоветовала сидевшая рядом мама.

– Зачем?

– Поспишь.

– Да не хочу я спать! – взвилась Даша, в очередной раз осознавая, что с некоторого возраста отдых с родителями – не отдых.

– Ну всё, всё, умолкаю, – пошла на попятную мама и повернулась к отцу, вероятно, затем, чтобы сообщить о происходящих с дочерью тревожных переменах.

Даше и самой не слишком нравилось то, какой не в меру взвинченной и раздражительной она внезапно для себя становилась, причём без видимого повода. Ну предложила ей мама не пялиться в планшет, а расслабиться и отдохнуть – что в этом такого? Уж точно не причина для того, чтобы взрываться…

Она отвернулась к окошку.

Рейс был вечерним. Когда они покидали Домодедово, начинались сумерки, и теперь полёт на запад сопровождался красиво розовеющим морем из облаков.

Одно облако показалось Даше каким-то странным. По цвету оно ничем не отличалось от остальных, однако лежало выше этого бесконечного ватного ландшафта и имело слишком правильную круглую форму, напоминая недоделанное на гончарном круге блюдце. Или даже сам гончарный круг.

Даша почувствовала лбом прохладу стекла.

– Маам, – позвала она, не оглядываясь. – Ты это видишь?

– Что именно?

– Посмотри, какое облако!

– Где?

Даша чуть отодвинулась и ткнула пальцем в иллюминатор. Она боялась потерять причудливую картину из вида.

– Где? – повторила мама.

– Да вон же! Погоди, сейчас я тебе покажу. – С этими словами Даша машинально перевела планшет в режим съёмки видео и направила крохотный глазок на облака. – Резкость, резкость, где же ты? Вот, смотри.

Теперь они обе видели на экране планшета розовато-белую чашу облака.

– Что это за штука? – вырвалось у мамы, уже толкавшей локтём папу, призывая его в свидетели. – Мне кажется или она крутится?

Даша только сейчас заметила, что мама, как всегда, права: облако явно вращалось вокруг своей оси…


* * *


– Константин Александров, – объявил ведущий конференции.

– Можно свет приглушить? – попросил новый докладчик, поднимаясь из зала в президиум и грустно глядя на блеклый прямоугольник, высвеченный проектором на импровизированном экране и показывающий меню общественного ноутбука.

Кто-то из местных знатоков услужливо сработал тумблером, и конференция погрузилась во мрак. Раздались нервные смешки.

– Так даже лучше, – поспешил заверить присутствующих Константин, чей профиль был единственным, что бледно светилось в темноте, если не считать яркого окошка над головами президиума. По окошку уже бегала стрелка курсора в поисках нужного файла.

Отыскав файл, Константин уверенно кликнул по нему, но как только видео раскрылось, нажал клавишу пробела и заморозил картинку с чем-то неровным и розовым.

– Прежде чем я покажу вам запись, два слова предыстории. Съёмка более чем непрофессиональная, делалась моей родной дочерью на то, что в народе называется «таблеткой», то есть на простенький планшет, однако делалась она в моём присутствии, так что за достоверность материала ручаюсь. – Константин уже поднял руку к шее, чтобы поправить галстук, когда спохватился, вспомнив, что сегодня позволил себе переступить через формальности осточертевшего дресс-кода и прийти в лёгкой рубашке-поло. – Съёмка велась с борта рейса СУ 2354, следовавшего по маршруту Москва-Вена тридцатого апреля сего года.

– В котором часу? – поинтересовались из зала.

– Ориентировочно в 20:30 по Москве. – Константин занёс руку над клавишей. – Сам я непосредственно этого не видел. Я сидел в проходе. Аномалию в облаках заметила дочь и призвала в свидетели жену. Я уже видел то, что сейчас покажу вам, в записи.

Неровности на экране ожили, и стало понятно, что это тучи, озарённые розовым закатом. Константин позволил зрителям свыкнуться с увиденным и снова поставил ролик на паузу. Достал из кармашка на груди лазерную указку и покрутил красной точкой вокруг одного из участков картинки.

– Обратите внимание вот на это завихрение. В отличие от остальных облаков, оно лежит выше общего уровня и, как видите, имеет правильную круглую форму. Хотя по фактуре и цвету ничем от них не отличается. Кроме того, если приглядеться, заметно, что оно вращается.

Картинка снова ожила и стала подёргиваться. Качество записи было весьма средним, и зрители невольно разделились на тех, кто видел даже вращение, и тех, кто не мог разобрать ничего. Последних, к счастью, оказалось меньшинство.

– Теперь смотрите внимательно, – послышался голос Константина, вместе со всеми наблюдавшего за большим экраном.

Облако покрутилось ещё несколько долгих секунд и исчезло. Только окружающая розовая вата пошла вспениваться взъерошенной гривкой.

– Вот замедленный повтор происходящего, – невозмутимо комментировал Константин. – Объект срывается с места и уходит за горизонт.

В самом деле, при почти покадровой прокрутке зрители увидели, как облако ни с того ни с сего резко отскакивает в левый нижний угол экрана, на мгновение замирает и почти по прямой линии, оставляя за собой лишь буруны, удаляется вдоль глади облаков к горизонту – в правый верхний угол.

– Можно включать свет, – распорядился Константин.

– Нет, погодите свет включать, – перекрыл начавшийся гомон сухой голос профессора Скрябина. – Константин Евгеньевич, верните-ка, пожалуйста, изображение к исходной точке, если вас не затруднит. Да, спасибо. Вот теперь хорошо. Итак, уважаемый Константин Евгеньевич, во сколько километров вы оцениваете размер этого вашего облачного объекта?

– Километров? – удивился кто-то из темноты.

– Моя дочь наблюдала этот объект около минуты, прежде чем начать записывать. За это время относительно самолёта, летевшего со средней скоростью 900 км/час, наблюдаемый объект сместился незначительно.

– Я это и предполагал, а потому спрашиваю, – заметил профессор.

– Дальнейший анализ покажет, но я пока оцениваю расстояние до объекта в 12—15 километров. При угловой величине в 20 градусов, я бы предположил, что размер собственно объекта составил порядка 2,5—3 километров.

Наконец, свет было решено включить. Константин исподлобья оглядел аудиторию. Профессор Скрябин что-то сказал своему соседу и стал делать записи в старенькой тетради.

– Простите, Костя, а ваша дочка не могла… хмм… как бы поправильней выразиться… выдать желаемое за действительное?

Вопрос исходил от совершенно лысого военного в генеральском мундире. Вообще военных в зале было по понятным причинам немало, однако «Брюс Уиллис» был такой один. В миру его звали Владимиром Николаевичем Петровым. И он всегда отличался здоровым скептицизмом.

– Могла, конечно, – усмехнулся Константин, прекрасно зная, что спорить не нужно ни с кем и ни при каких обстоятельствах, тем более при столь щекотливых. – Но в таком случае того же самого желала видевшая всё своими глазами моя жена и добрая половина левого борта рейса СУ 2354.

– И что говорили пассажиры? – решила не то поддержать, не то уколоть докладчика Вера Скрябина, профессорская дочь и по совместительству заведующая кафедрой генетики. – Ещё кто-нибудь снимал?

– Вы же знаете, как иногда рьяно бортпроводники соблюдают дурацкое предписание не позволять пассажирам пользоваться приборами во время полёта. – Константин покосился на Веру и оценил её раскрепощённый летний наряд. – Однако, как ни странно, по меньше мере ещё двое русских детей и один австрийский турист также успели заснять то, что вы только что видели. Ребята громко обсуждали, что у них получилось, а австриец был тоже не один и ходил потом по салону, показывая ролик спутникам по тургруппе. В интернете я пока эти видео не вылавливал, но не сегодня-завтра они там могут появиться.

– Ну, три человека – это, конечно, не «добрая половина», как вы изволили выразиться, – усмехнулся Брюс Уиллис.

– Владимир Николаевич, – впервые повысил голос в микрофон ведущий, – ваши сомнения всем понятны, только давайте по существу вопроса. У кого какие соображения относительно показанного? Константин Евгеньевич, вам первое слово.

Константин оглянулся на ведущего и благодарно кивнул. В этой роли сегодня выступал замдиректора по военным разработкам, отставной генерал армии Пичугин, Андрей Дмитриевич. Пичугин был, несмотря на преклонные лета, не только первоклассным инженером и разработчиком ряда ключевых моделей современного оружия, но и непосредственным начальником Константина. Собственно, включение его неоднозначного выступления в рамки закрытой конференции по новым технологиям было пичугинской идеей. Сам он едва ли стал бы будоражить умы коллег в таком масштабе. Но Пичугин, которому он показал ролик дочери чуть ли не в шутку, заинтересовался и велел «выносить из избы».

– По траектории и скорости движения очевидно, что объект при всей своей внешней природной структуре имеет явное искусственное происхождение. На замедленном повторе видно, что структура объекта во время старта, остановки и последующего ускорения не теряет форму и остаётся практически однородной. Как многие из вас, особенно у кого есть взрослые дети, знают, в последнее время в сети стало появляться немало фотографий и видеозаписей облаков необычной, не только причудливой, но и слишком правильной формы. Однако до сих пор никогда ни одно из подобных метеоявлений не демонстрировало чудес пилотажа.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Поделиться ссылкой на выделенное