Кира Измайлова.

Пес и его девушка



скачать книгу бесплатно

Лэсси покосилась на собственный блокнот, в котором пока не прибавилось ни единой строчки.

– Но эти тоже быстро умчались, – со вкусом продолжал Блесс. Да уж, поговорить он явно любил! – Ясное дело, надо донести жареные факты до редакции, покуда не остыли… Конкурентов опередить, опять же. Срочно в номер, экстренный выпуск!..

– Вы с таким знанием дела говорите, сьер! – не удержалась Лэсси.

– Ну так я когда-то тоже за сенсациями гонялся, – охотно сказал газетчик. – Правда, после того, как послужил военным корреспондентом, эту охоту мне начисто отшибло. Теперь только торгую уже готовеньким.

И он широким жестом обвел разложенные на тележке газеты и журналы.

– О, вот как… Понимаю… Так что все-таки за странную особу вы видели вчера вечером?

– Не даете себя с толку сбить и зубы заговорить? – ухмыльнулся Блесс. – Первое дело в нашей работе… и в вашей, ясное дело. Так вот, говорю: зеваки разошлись, может, с десяток самых упорных осталось. Но и те больше друг с другом языками чесали, кто-то еще выпить пошел, у меня отирались, понятно, – мальчишки мне те самые экстренные выпуски притащили. Сразу и распродал. Этой вот особе последний номер достался.

Дайсон чуял, что Лэсси теряет терпение. Сам он уже его потерял, но, поскольку давно научился держать себя в руках, подавлял желание аккуратно взять Блесса за лодыжку и подержать так, чтобы начал говорить по делу.

– Торговалась еще! Мол, обычно газета вдвое дешевле стоит… Ну, так это ж с пылу с жару! Не хочешь переплачивать – подожди вечерней или из урны чужую возьми… Заплатила все же…

– То есть это была женщина? – не выдержала все-таки Лэсси.

– А я разве сразу не сказал? – делано удивился Блесс. – Дамочка, да. Постарше вас, сье, насколько я могу судить, но выглядит ничего себе, аппетитно. В смысле, морщин на лице не видно – у полненьких всегда так.

– И почему же вы сочли ее подозрительной? Только потому, что она торговалась?

– Нет, сье, это-то дело обычное. На иной даме наряд стоит втрое дороже моей тележки, но она ведь душу вынет, пока я ей не скину немного из-за того, что у журнала страничка загнулась! Просто, видите ли, она была одна.

– Разве в наше время женщина не может появляться без сопровождения? – Дайсону показалось, будто Лэсси взъерошилась.

– Может, конечно, кто ж вам запретит? Только вы поймите: одно дело хозяйки, которые за покупками ходят, или конторские девицы – на службу бегут, только каблучками цок-цок-цок по мостовой, вы, опять же… Или деловые дамы – слышал, хватает таких, ну да они в нашем районе не появляются. Хозяйки всяких там… цирюлен и прочих салонов, богачки, словом, – их я только в журналах видел. Ну да они с охраной передвигаются, хотя вроде и сами по себе. У нас есть такая, кондитерскую лавку держит и алкоголем из-под прилавка торгует – слова в простоте не скажет. Ну а эта… ни то, ни сё, – выдал наконец Блесс.

– Как это понимать?

– Если б знал, объяснил бы, сье. Я, знаете, привык замечать всякое: вот девица пошла, сразу видно, она тут чужая, одета вроде обычно, но видно, что дорого.

Значит, из богатой семьи, решила покуролесить подальше от этого их высшего света, в компании попроще. Или старушка – с виду скромная, но как прислушаешься, что она заказывает, сразу ясно – у нее денег куры не клюют.

– Может, она экономка в состоятельной семье.

– Такие экономки сами за покупками не ходят, а если ходят, то столько тратить не могут, – ухмыльнулся Блесс. – А вот старушки с деньгами им счет знают, потому расходовать предпочитают сами. Опять же, нужно посплетничать, как без этого? Ну да я опять отвлекся…

– Да-да, вы все никак не объясните, почему эта женщина показалась вам подозрительной! Ну, если не считать того, что она была без сопровождения, что бы это ни значило.

– Вот сам удивляюсь – не могу понять, сье! Сплетниц, которые на другой конец города поедут с тремя пересадками на трамваях-автобусах, чтобы только взглянуть на место преступления, знаю. Было тут несколько таких, их весь город знает. Но таких издали видать, они оцепление прорвать могут, чтобы покойника потрогать или хотя бы место, где он лежал. Будут потом соседям рассказывать… Ну… – Газетчик развел руками. – Не могу объяснить. Вид у них очень своеобразный, сье. Если сами не видели, то…

– Думаю, я понимаю, о каком типаже вы говорите, – кивнула Лэсси. – Чем же та особа от них отличалась?

Блесс почесал в затылке.

– Она мне показалась напуганной. Но в то же время очень… ну… возбужденной. Будто собака, которая на след напала.

Дайсон вздрогнул. Только частного сыскаря, как предполагала Лэсси, им еще и не хватало для полного счастья!

– Она там кружила, кружила у этого проулка, – добавил газетчик. – Подойти близко не могла, кругом люди, с работы как раз многие пошли. А потом я свернул свою лавочку да уехал – ужинать пора было. Так что не знаю, что она там делала и делала ли.

Лэсси подержалась за голову. Дайсон подобрался ближе и сунул нос ей под локоть, чтобы ободрить. Девушка потрепала его по загривку и с упорством норной собаки, преследующей лису в норе, спросила:

– Сьер Блесс, как выглядела эта особа?

– Гм… Дайте, я вам нарисую, – неожиданно сказал он.

– На… нарисуете?..

– Ну да. Я, когда военкором был, наловчился шаржи рисовать. Очень похожие, все говорили. Мне за это частенько влетало от начальства. – Блесс снова улыбнулся в усы и протянул руку за блокнотом.

– Конечно, я буду вам очень признательна… Только вы все-таки ее опишите, потому что рисунок – это одно, а разного рода приметы – другое. Опять же, рост по рисунку не определишь.

– Так… Росточка она небольшого. Вам по плечо будет, если без шляпки. – Говоря это, Блесс быстро черкал в блокноте огрызком карандаша, который вынул откуда-то чуть не из-за уха. – Не толстая, но есть за что подержаться, уж простите… Только рыхловата. Бывают, знаете, такие дамочки, как сдобная булочка, вроде тех, что Таррино печет: полные, упругие, всё на месте… А у этой квашня то ли перестояла, то ли наоборот, не разбираюсь. В общем, молодая еще, лицо без морщин, как я уже сказал, но щечки все-таки дрябловаты, обвисают, да и шея складками пошла…

Лэсси покосилась на Дайсона, но тот мог лишь сочувственно посмотреть в ответ.

– Волосы светлые, в рыжину. Завитые этаким барашком, а если поближе посмотреть – солома соломой. Наверно, покрасила неудачно, как жена аптекаря: та полгода на улицу только в платочке выходила, так у нее волосы испортились, – продолжал газетчик. – Кожа белая-белая, тонкая, все жилки на просвет видать, а от этого будто синяки под глазами. Сами глаза большие, светлые, немного навыкате, серые или голубые, не разобрал. Губы бантиком, по нынешней моде, помада почти что оранжевая.

Лэсси гневно фыркнула, Дайсон тоже.

– Понятно, что на службе краситься не положено, но вам бы пошло, сье, – невозмутимо сказал Блесс. – Вот, глядите.

Дайсон не выдержал, встал и сунулся носом в блокнот. Да-а… у старика-газетчика был явный талант рисовальщика: он набросал неизвестную женщину с нескольких ракурсов, и хотя явно утрировал некоторые черты, по такому портрету ее наверняка смогли бы узнать. Не то что по тем, которые рисовали штатные художники в управлении…

Видимо, Лэсси тоже подумала об этом, потому что протянула:

– Вот бы вы у нас портреты преступников составляли…

– Я и в управлении работал, только недолго, – отозвался Блесс. – Не мое это. Я по описанию не могу, мне надо увидеть, тогда дело выходит.

– Благодарю вас, сье, – сказала Лэсси, бережно убирая блокнот в сумку, и вдруг спохватилась: – Скажите, а не пахло ли от этой женщины такими духами?

Газетчик честно понюхал открытый флакон, едва ли не засунув туда целиком длинный нос, потом кивнул.

– Да. На ветерке не особо чувствовалось, а когда она наклонилась за газетой, то я почуял. Похоже.

Лэсси с торжеством посмотрела на Дайсона. Он стукнул хвостом по мостовой и подумал: «Нужно было у булочника спросить. Может, эта странная дамочка и у него что-то купила».

– Ой, – спохватилась вдруг девушка, – а что вы можете сказать о сье Дани?

– Ничего, – развел руками Блесс. – Она ко мне подходила иногда. Наверно, в свой выходной. Брала журналы с вязанием.

«Неужели у нее после службы еще оставались силы и время вязать?» – поразился Дайсон. Нет, он слышал, что некоторые женщины так успокаивают нервы, но к его матушке это точно не относилось: пришить пуговицу, поставить заплату, даже сшить платье она могла при большой необходимости, но художественное рукоделие на дух не переносила.

– Не знаете, у кого она заказывала продукты?

– Само собой: у Пэтси, у Лири и у старой Ронн. – Блесс указал нужные лавки. – Тут других и нет. Вернее, есть, новенькие, но сье Дани давно здесь живет и привычкам, насколько мне известно, не изменяла.

– А ее мужа встречали когда-нибудь?

– Нет, сье. По-моему, его никто никогда не видел, – серьезно сказал газетчик. – Я одно время считал, будто она его выдумала. Но раз именно он поднял тревогу, значит, он существует.

– Еще раз благодарю вас за помощь, сьер. – Лэсси вежливо наклонила голову. – Идем, Ухожор! У нас еще уйма дел!..

Глава 7

– Вот так дела, – бормотала девушка, медленно крутя педали. – Что за таинственный муж? Наверно, в деле написано, но разве мне дадут посмотреть? То есть как я объясню, что мне нужно заглянуть в документы? Ведь приказано сидеть на месте, а я… то есть мы с тобой…

Дайсон согласно буркнул. Набегались они сегодня от души, его уже лапы не держали, а это был еще не конец маршрута.

«Обленился, – сказал он себе. – Когда-то тебе было нипочем сбегать с одного конца города на другой, и так три раза подряд без остановки и перекуса! Стыдно должно быть, верно док говорит».

Стыдно было еще и потому, что он действительно начисто забыл, кто таков муж погибшей. Или вообще не читал? Ну, если уже и память начинает подводить, дело плохо…

– Дайсон, но мы все-таки с пользой прогулялись, – сказала Лэсси. – Странную дамочку видел Пэтси, он уверенно опознал ее по рисунку и описанию. И старушка Ронн тоже. То есть уже трое очевидцев как минимум. Что тут делала эта особа, как думаешь?

Дайсон думал о том, что у старой Ронн ему перепал кусок колбасы – намного лучше той, над которой тряслась Лэсси. И вообще, ему зверски хотелось есть… Он был согласен даже на пайку в питомнике, лишь бы не подводило брюхо!

Судя по всему, рулады, которые издавал желудок Дайсона, услышала и Лэсси, потому что сказала:

– Сходим к сьеру Дани, а потом обратно. И как раз поспеем к вечерней кормежке, если ты побежишь чуточку быстрее.

Он фыркнул в знак согласия – не лаять же на весь квартал? А тише у Дайсона не получалось.

Лавочники не рассказали ничего интересного, но хотя бы адрес четы Дани сообщили. У здоровяка Лири покойная заказывала мясо, у старой Ронн – зелень и овощи, а у бакалейщика Пэтси – крупы, муку, соль, сахар и прочее необходимое в хозяйстве. И еще шерсть для вязания – помимо бакалеи, он торговал еще и всякой всячиной от ниток и булавок до дешевой галантереи.

Все сходились в одном: набор продуктов у сье Дани всегда был один и тот же. Фрукты она брала только сезонные, вишню, груши и сливы, но помногу – наверно, варила варенье с компотами на зиму. Вот с овощами так не выходило, видимо, негде было хранить мешками, чтобы не испортились и не завелись мушки. Мясо покупала редко, раз в месяц в лучшем случае, с получки, очевидно, а так все больше птицу и кости на бульон, потроха, опять же. (Дайсон любил потроха, поэтому облизнулся, и Лири дал ему говяжий хрящик, забыв спросить разрешения у хозяйки.) Вот крупу и муку заказывала сразу помногу, а еще – те самые нитки…

– Она вязала, да, – сообщил Лэсси бакалейщик. Дайсон смотрел на невысокого крепыша, представлял погоню за взбесившимся хряком и давился от смеха. Приходилось делать вид, будто у него чешется нос, и скрести его передней лапой, иначе фырканье выглядело бы чересчур странно. – Честно скажу – так себе получалось. Моя тетушка, хоть ей уже под девяносто и она сама не может встать с кресла, и то лучше вяжет! Но, наверно, сье Дани нравилось это занятие, а я не говорил, что шарф у нее так себе: тут петля спущена, там затянута, да и цвета… на любителя. А еще она отдавала все, что навязала, на благотворительность.

– Неужели? – удивилась Лэсси.

– Да-да, отдавала! В конце месяца тут всегда объявляются эти попрошайки… то есть, я хотел сказать, благотворители, ставят палатку и просят пожертвовать что-нибудь в пользу бедных. Ну, многие им отдают старую одежду, которую и старьевщик не возьмет, обувь, детские игрушки. А сье Дани каждый раз приносила целый тюк этих шарфов и носков.

– Не говорила, зачем это делает?

– Нет. Она вообще была неразговорчивая. И на службе сильно уставала – поди постой, помаши целый день этими значками, – вздохнул Пэтси.

– А мужа ее вы когда-нибудь видели?

– Нет, сье. Знал, что он есть, но ко мне в лавку он никогда не заглядывал. И мальчишки мои, которые заказы развозят, тоже его не видели.

– Как таинственно! – сорвалось у Лэсси.

– Ничего таинственного, сье, – хмыкнул бакалейщик. – Небось какой-нибудь сварливый тип, которому поперек горла женина работа. Только сам он получает вряд ли больше, вот и злится. А она вяжет, чтобы успокоиться и не прибить его сковородкой. Ну а к нам он не ходит… а кто его знает почему? Может, своя компания имеется, если это работяга какой-нибудь, а может, брезгует. Так или иначе, если кто его и видел, то не узнал, что это сьер Дани, так и запишите.

– Надо же, об этом я и не подумала! – искренне восхитилась девушка и что-то записала в блокноте.

Дайсон подавил желание стукнуться головой хотя бы об стол – массивное сооружение выдержало бы. Ну как он ухитрился забыть, кто такой сьер Дани? Почему он не показывается на люди? Остальные лавочники говорили то же самое: никто его сроду не видел! Сье Дани жила здесь давно, потом однажды появилась с браслетом на руке и буднично сообщила, что вышла замуж, только супруга своего не предъявила.

На ум шло что-то вовсе несусветное, поэтому он обрадовался, когда Лэсси распрощалась с бакалейщиком и направилась в глубину квартала, то и дело сверяясь со своими записями.

– Вроде бы нам сюда, – с сомнением произнесла она и прислонила велосипед к стене. Пристегнуть его тут было не к чему: лестница в три ступени упиралась в давно не крашенную дверь. Дайсон с удивлением увидел дверной молоток – вот так древность! Везде уже звонки, а тут…

Лэсси постучала, не раздумывая. Потом еще раз и еще, пока дверь не приотворилась и наружу не высунулась мрачного вида старуха в платке, повязанном по-крестьянски.

– Чего вам? – спросила она неожиданно глубоким басом. – Ходют и ходют…

– Полиция, сье. – Лэсси сунула ей под нос жетон. – Вы квартирная хозяйка четы Дани? Мне нужно побеседовать со вдовцом.

– А, вон что… – Старуха чем-то позвенела, щелкнула, и дверь открылась по-настоящему. – Надо же, пигалица какая, а уже полицейская!

Дайсон увидел, как побагровели уши и шея Лэсси – она, наверно, думала, что их не заметно под стрижеными волосами. Повезло ей – сначала краснеет не лицо, но если кто стоит сзади…

– Простите, не знаю вашего имени… – выговорила девушка, поднявшись по ступеням.

– Онна Герат, вдова. Можно просто – тетушка Онна, – ответила старуха и зашаркала по узкому коридору. Дайсона удивило, что она вовсе не обратила на него внимания: вошел и вошел. – А вас как величать?

– Лэсси Кор, извините, не представилась сразу.

– А напарника вашего? – Старуха развернулась и уставилась на Дайсона.

Один глаз у нее был темный, яркий, второй с бельмом. Говорят, такие хорошо видят… двуликих.

– Э… это Дайсон, – удивленно ответила Лэсси. – Тезка моего шефа, забавно, правда? Вы не переживайте, сье Герат, он ничего не тронет. Ну разве что натопчет, но не больше моего.

– Тут хоть полк маршируй, хуже не станет, – махнула рукой старуха и отвернулась от Дайсона. – Идемте, сье.

Неизвестно, что она увидела, увидела ли вообще, а если так, что поняла? Развелось видящих… Лучше бы двуликих побольше стало!

Кухня была похожа на кухню сье Ланн, как родная сестра. Правда, тут не мешало бы прибраться, это даже Дайсон понимал: плиту давно не чистили, пол не мыли, окна… лучше даже не смотреть, все равно сквозь них ничего не разглядишь.

В тусклом свете газового рожка старуха выглядела вовсе уж жутко, но Лэсси не дрогнула. Наверно, потому, что Дайсон вовремя подсунул голову ей под руку (во всяком случае, ему хотелось так думать).

– Супруги Дани снимают у вас квартиру, верно? Как давно?

– Супруги… они такие же супруги, как я – девица на выданье, – проворчала старуха. – Снимают, да. Почти десять лет. Лучшие мои жильцы: ни шума от них, ни убытка какого…

– Погодите, вы хотите сказать, что они не были мужем и женой, а только выдавали себя за пару? – тут же вцепилась Лэсси.

– Я, маленькая сье, не спрашиваю, вправду ли двое – супруги перед Создателем… то есть заплатили ли пошлину и получили бумажку. Мне оплату не задерживают, не шумят, гостей не водят, проблем от них никаких – это главное. Остальное меня не интересует. Опять же, иные, со всеми нужными бумажками, и месяца не жили, а эти, говорю, – почти десять лет. Ну и зачем мне выяснять, кем они друг другу приходятся?

– Да, понимаю… Думаю, что понимаю… Что вы можете сказать о погибшей?

Старуха помолчала, потом грохнула на плиту чайник, зажгла огонь и ответила:

– Хорошая женщина. В молодости многое потеряла, а потом нашла свое счастье. Может, глупое, но тут уж…

– Вы не знаете, у нее были дети?

– Были, – коротко ответила старуха. – Больше нет. Так я ее поняла и дальше не расспрашивала. Последние годы у нее один ребенок.

Лэсси переглянулась с Дайсоном. Он начал догадываться, о чем речь, но хотел услышать подтверждение.

– А супруг? В отчете сказано – это он поднял тревогу, когда сье Дани не вернулась домой вовремя. Все верно, никакой ошибки нет?

– Конечно. Телефон только у меня, вот Ренн и спустился. Да я сама не спала, – вздохнула хозяйка. – Эла никогда не задерживалась. Забегала за булочками – и сразу домой.

Лэсси что-то строчила в блокноте, Дайсону не было видно.

– Он ведь сейчас у себя? Можно я поднимусь? Или нужно предупредить?

– Не нужно, сье Дани ждет гостей. Только не пугайтесь – у них там всегда не прибрано.

– Ничего страшного, сье Герат, я сама не очень аккуратна, – улыбнулась Лэсси и немного помедлила, прежде чем ступить на лестницу. – Ну, пойдем, Дайсон!

Лестница оказалась крутой, намного круче, чем в доме сье Ланн, и узкой – вдвоем не разойтись. А тут еще Лэсси спохватилась, перегнулась через перила и спросила:

– Сье Герат, а каких гостей он ждет? Полиция его уже опрашивала… Родственников? Друзей?

– Сам скажет, если захочет, – был ответ. – А мне говорить больше не о чем.

Дайсон чувствовал: Лэсси так и подмывает спросить, не отлучался ли сьер Дани той ночью из дома – если так и если старуха действительно не спала, то не могла не услышать, как скрипят ступеньки и щелкает замок. Слух у нее, судя по всему, феноменальный, а спальня наверняка на первом этаже, как у сье Ланн. Но девушка все-таки сдержалась: должно быть, хотела сначала сама взглянуть на таинственного затворника.

Да-да, вздохнул Дайсон, а еще она почти наверняка думает: а вдруг сьер Дани вовсе не затворник, просто притворяется? И убийца – тоже он? А жена до последнего не подозревала об этом, когда же начала догадываться, он ее убил? Ну а старуха Герат по какой-то причине покрывает его… А может, на самом деле она глуховата, а по ночам обычно спит как убитая, вот и не замечала отлучек…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7