Кир Гвоздиков.

Время Странника. Хроника Гирода



скачать книгу бесплатно

– Довольно этих официальных любезностей! – перебил Роксану царь. – И вы, и мы знаем, что это все пустые слова. Скорее гули начнут жрать друг друга, чем мы станем искренними друзьями. Лучше скажи мне, чем же Император так занят, что даже мирный договор с Мизрахом для него отходит на второй план?

– Это государственная тайна, Ваше…

– Ваша государственная тайна потопит вашу страну в войне!

– Нет, – не выдержала чародейка с резким характером. – Скорее вашу страну!

– Да как ты смеешь, – вскрикнул царь, возвышаясь над ней. – Дрянная девка!

Ксенофилиант уже готов был ударить Роксану за ее наглость грубить царю – человеку, который правит второй по величине страной. Не успел он и поднять руки как перед ним оказался разъяренный Ганс, у которого глаза горели таким же огнем, как символ Империи, – такое же яркое пламя, которое полыхало внутри, – в душах, в сердцах имперского народа, когда они шли защищать свою землю при угрозе их близким и родным.

– Тронешь ее хоть пальцем, и я вырву тебе позвоночник, мразь! – прошипел Ганс фон Бюррер. – Твое положение сейчас крайне нестабильное, сам же выроешь себе могилу.

– Пусть твоя женщина следит за языком, иначе вы все тут поляжете! – сказал Ксенофилиант на имперском с акцентом.

Люди царя уже держались за рукояти своих кривых клинков, ожидая приказа. Лучники натянули тетиву. Но кровь не пролилась, царь дал понять, что еще не время для сражений.

Ганс покраснел, царь знал имперский язык. Война считается, проиграна, если владыка на своей земле говорит на языке воюющей с ней страны. Но это всего лишь роскозни аристократов. Так, ради шутки.

– Простите ее, она вспыльчива, – извинился за Роксану Ганс и повернулся к ней. – Рокси, милая, ты можешь быть повежливее с царем. Эта грозная бука может обидеться и отрубить нам головы.

Улыбка Ганса раздражала и в то же время радовала Роксану. Что-то в ней было: немного бестолковый вид безнадежного фон Бюррера бесил ее, но его смелость, мягкость и игривость морского капитана все же вытягивала Ганса из недр ее ненависти.

– Может, мы поговорим о деле? – обошла Роксана Ганса и обратилась к царю.

– Да. Но только после игр на Арене.

Из его голоса доносилась мягкость. Лживая мягкость. Видимо, сейчас он понимал, что не в той ситуации, чтобы угрожать имперцам, да и самого Императора не было, а значит покушения, которое так долго планировалось, не будет. Переговорщиков убивать смысла не было – это не изменит исход войны.


Переполненная Арена. Так много сидевших на своих местах вопящих и диких мизшет, готовые посмотреть на то, как проливается чужая кровь в муках и в страдании. Уже прошло три кровавых сражения, и Ловкач ждал своей очереди в темнице, чтобы выйти на песок, пропитанный кровью.

– Ублюдок, готовься. Сейчас твоя очередь, – сказал надзиратель с черной густой бородой и подведенными глазами. – Тебе предстоит биться с Азизом – чемпионом Арены.

На Арене участвовали либо рабы, либо дураки.

Кто согласится биться на смерть пока не сдохнешь?

Проворный Кайс не походил на дурака, да и природа наградила его вовсе другой внешностью, не присущей на востоке. Хоть у него и был черный волос, но кожа его была светлой, а глаза были голубыми. В них словно протекала, в прямом смысле слова, живая сила.

– Азиз… хм, он, дурак? – поинтересовался Ловкач.

– Это да, – сказал надзиратель, улыбаясь сообразительности простого раба. – Но зачем ему голова, раз у него есть сила. К тому же, я поставил на него серьезные деньги.

– Поставил бы на меня – не прогадал, – с иронией ответил Кайс.

– Мальчишка, ты слишком самоуверенный. Думаешь, если прожил два года в Велании, значит, выучил язык, наши обычаи и все знаешь, а уверенность появилась после неудачной попытки побега?

– Нет, просто у меня больше причин вырубить всех вас, – животных, убивших мою мать, – проговорил Кайс на своем родном имперском языке.

– Хватит бормотать на своем жалком языке. Я не понимаю тебя, так что выходи! Вперед!

Решетка открылась, и его вывели словно скотину, ведущую на пастбище. Коридор был узкий, сбежать было сложно, проще сказать – невозможно. Надзиратель шел позади, бормоча, что из мальчишки сейчас сделают фарш, и никто скучать по нему не будет, а он получит хороший процент от выигрыша.

Солнце ослепило его. Давно он не видел такого греющего и теплого солнца, лишь темноту, к которой он привык, в которой он жил и ненавидел своих врагов. Ненавидел мизшет.

Темнота – его друг. Его спасение.

Ловкость – его дар. Его орудие.

Крепкий оруженосец обратился к Кайсу:

– Выбирай оружие, раб.

Он выбрал. Но выбрал не то, чем он хорошо владел. Сыну мастера двуручного меча необходим длинный меч, но такового не было. Кайс выбрал оружие, с которым он сможет выиграть это сражение – кинжал средней длины, прочный и легкий. В последние годы он практиковался только с тупым ножом.

Это оружие давало ему шанс на победу.

В центре Арены его ждал Азиз. Высокий, красивый, с накаченным телом как гора, восточный мужчина при виде жилистого парня, в одних шароварах, рассмеялся на месте.

Дурак.

Недооценивает врага, у которого отняли все: убили мать, лишили дома, да и к тому же парень – имперец. Опасный враг для мизшета.

В руке Азиза был окровавленный кривой длинный меч. В руке Кайса – восточный кинжал. Не серьезно, но Кайс ловок и проворен как кошка, а оружие Азиза – тяжело и неуклюже.

Народ ждал зрелища. В царском ложе были какие-то люди. Явно не с востока. Возможно, имперцы. Но что им тут делать? Это не было важно.

Трибуны ревели, жаждали крови, восхваляли Азиза, бранили парня.

Его толкнули вперед, от неожиданности он свалился лицом в песок, поднялся, вспоминая события двухлетней давности.

Кайс смотрел на всех этих звероподобных людей. Злость сидела внутри него, пытаясь взорваться и выбраться наружу.

Воспоминания нахлынули и захватили его разум. Он не слышал кричащую трибуну, подгоняющих стражей, никого.

«Немного уверенности и … – настраивал себя Кайс на победу. – Либо убей, либо умри. Либо ты, либо тебя. Третьего просто не дано…»

Раздался звук рога. Кайс открыл глаза и с присущей уверенностью побежал на Азиза.

Дальнейший разворот событий произошел за несколько секунд: Ловкач разогнался и проскочил между ног у здоровяка и восточного красавца Азиза, успев разрезать ему кинжалом его мужское достоинство. Азиз не ожидал такого поворота событий, упал на колени, выронив свой меч и держась за промежность, громко крича от боли. Подошедший сзади Кайс взял его за волосы, оттянул голову на себя и ударил несколько раз острием кинжала ему по сонной артерии, гортани и по горлу в целом. Кровь хлыстала на Кайса струей, пачкая его бледное лицо.

– Какой же ты дурак! Я не сдамся просто так, пока не отомщу, – говорил Кайс сквозь зубы уже мертвому Азизу, продолжая с ненавистью наносить удары. – Не сдамся!

Трибуны молчали, потом Кайс услышал крики возмущения и требования казнить проклятого юнца.

Тем временем в царской ложе все слуги царя отдавали проигранные деньги Гансу. При виде Ловкача он поверил в его силы и не проиграл. Ну и потому что парень был имперцем.

Царь встал и жестом руки приказал лучникам приготовиться, дабы застрелить мерзавца. Словно раненого зверя. Этот позор не к добру: имперцы побеждают в войне, простой раб одолел чемпиона Арены на глазах у послов. Ксенофилианта постепенно охватывал страх. Не просто страх, а чувство стыда перед собственным народом.

– Молодой воин победил, но будет казнен, – сообщил царь народу, восседавшему на трибунах, – за то, что раб убил гражданина Велании и потому что, публика требует его смерти. Хороший был поединок!

Он уселся, отдал приказ трясущейся рукой, и лучники приготовили стрелы, нацеленные в парня.

– Твою ж мать, – пробормотал Кайс, потеряв надежду на то, что протянет еще недельку на Арене. – Не думал, что все так кончится.

На трибунах раздался радостный гул. Пускай это не по правилам, но допускать в чемпионы имперца, раба, простого парня просто невозможно.

– Стойте, государь! – остановила их Роксана. – Так не благородно, он выиграл в честном сражении! Я хочу его выкупить!

В ее глазах было многое, но больше всего в них виднелись ярость и сострадание. В Кайсе она видела нечто большее, чем раба, сломленного мизшетами. Она видела себя.

– Выкупить? Раба, убившего Азиза и занявший его место, получивший его титул на Арене? Думаю, он будет очень дорого стоить! – ответил развалившийся в удобном кресле Ксенофилиант, поедая виноград.

Его улыбка стала раздражать Роксану. Она уже чертила узор заклинания у себя в голове, чтобы разорвать царя на куски, но ее остановил Ганс, взяв чародейку за руку.

– Сколько вы хотите за парня? – спросил он у царя.

– Пятьдесят золотых, – ответил нахмурившийся Ксенофилиант на имперском. – Но отсюда он никуда не денется.

– Дам сто пятьдесят золотых и он переходит в мое полное владение.

– Сойдет. Забирайте ублюдка. Время решать дела.


Кайс не привык носить дорогую имперскую одежду. Красный мундир, дорогие брюки и туфли из какой-то, непонятной для него, кожи. Раба больше не было. Он остался на Арене. Теперь в зеркале перед собой он видел элегантного молодого человека, вымытого, накормленного и хорошо причесанного.

Ему было не комфортно в такой одежде, всю жизнь он носил лохмотья и сшитую его матерью рубаху.

Ему не хватало мамы. Он помнил все, что произошло. Помнил, как на их предместье напали войны Мизраха. Он защищал, убивал, рубил, доставшимся от его отца, двуручным стальным мечом, острым как бритва. Отец умер, когда ему было шестнадцать, но он успел передать своему единственному сыну знания, получивших в бою, научил пользоваться любым оружием, особенно длинным мечом.

Как Кайс скучал по ним, знал только сам Кайс. Он не говорил ни с кем на эту тему, ни с кем не делился о своей утрате, ибо не с кем было делиться, если ты в плену у врага. У Кайса никого не было.

Ловкач вышел из гостевых покоев и увидел на чайном столике конверт с имперской печатью, а рядом с ним лежащий сверток.

«Спасибо тем неизвестным имперцам, они спасли мою шкуру в самый подходящий момент», – подумал про себя Кайс.

Он вскрыл конверт и начал читать письмо:

«Уважаемый Кайс.

Поздравляю Вас с победой на Арене. В свои двадцать лет Вы уверенно сражались и честно победили. В знак Вашей победы, хочу вручить Вам трофейный кинжал, которым Вы так красиво вспороли горло своему сопернику. Надеюсь, он Вам пригодится и принесет Вам небывалую удачу.

С уважением, имперский маг Роксана Авлицкая».

– Вот это честь! – усмехнулся Кайс и развернул сверток, где лежал тот самый кинжал.

– Это точно! Она даже к Императору относится менее уважительно, чем к тебе, – пробасил за спиной Ловкача чей-то голос.

Кайс даже вздрогнул, едва услышал низкий бас, и крепче схватился за кинжал, но когда повернулся, то увидел мужчину, который как раз таки и выкупил его из рабства.

– Извини, – улыбнулся лорд, – я не представился. Меня зовут лорд Ганс фон Бюррер. Капитан фрегата «София» Имперского флота.

– Благодарю вас, милорд, – поклонился парень капитану, – за то, что спасли мою жизнь.

– Да ерунда, – отмахнулся Ганс. – Человеческая жизнь не должна стоить денег. Парень, ты был проворен как сама смерть, не хочешь ли ко мне в команду?

– Я подумаю над вашим предложением, милорд.

– Ой, ну какой я тебе милорд. Зови меня просто Ганс. Я не виноват, что мой отец был лордом. Я, как и ты, простой мужик на службе у Императора.

– Не как я, – холодно ответил тот, погрустнев от очередных наплывших воспоминаний.

– Ну, ты понял, о чем я толкую. Как ты оказался в рабах у мизшет? Они же имперцев сразу убивают, не церемонясь!

– Я не хочу об этом говорить, – помрачнел Кайс. – Еще раз благодарю вас, милорд фон Бюррер.

– Просто Ганс. Без всяческих званий и титулов, – улыбнулся лорд-капитан. – Нам пора идти заключать мирный договор. Заодно и посмотрим на гарем царя. Говорят, что у него в женах небывалые красавицы. Но я знаю, что с моей любимой Рокси никто из женщин не сравнится.


Дворец поражал своей красотой и масштабами. Снаружи огромные стены, обделанные фресками и огромными колоннами, придающий дворцу вид настоящей крепости. Внутри мраморный пол завораживал, как и расписанные в разных красках стены. Казалось, что без проводника можно легко заблудиться в этой царской обители. Тронный зал невозможно огромен, словно сделанный рукой колосса, – в нем можно было поместить часть войска. Повсюду была красная ткань и бронзовые статуи. Посредине зала стоял стол для переговоров, а рядом находился трон из чистого золота, создавая иллюзию, что солнце освещает весь этот зал.

В тронный зал зашли шесть имперцев в парадных красных мундирах, среди которых был и Кайс. Ганс стоял в своем любимом сером мундире, а Роксана как всегда в красном платье. Также тут присутствовали и стражники Его Господства, вместе с самим царем.

– Как красиво, – восхищалась Роксана. – Всюду красная шелковая ткань, золото. Ксенофилиант берет размахом. У царя есть вкус!

– Ага, – лениво ответил ей Ганс. – Вспомним историю. Еще в далекие времена, когда у человечества был иной враг, кто вылил из золота три трона для Россигарда, Брестонии и Мизраха? Да, это был твой далекий предок, Роксана.

– Вальтер Красков, – проговорила чародейка. – Я помню историю, Ганс. Его рук дела и этот тронный зал, хотя, если верить слухам, Ксенофилиант многое тут переделал.

Ксенофилиант бродил как лев в клетке. И его поведение не могло не обратить на себя внимание.

– Присаживайтесь, – произнес государь явно чем-то взволнованный. – Для начала, я хочу показать вам своих жен.

В Мизрахе есть эдакая традиция – когда приезжали иностранные послы, перед делом царь должен был показать им своих жен, дабы уведомить всех, какая красота находится в его гареме. Самые красивые женщины становились женами царя, ибо мир должен знать, что Мизрах богат красивыми женщинами. Они могли быть разных слоев и разных профессий, главное – невероятная красота, присущая восточным принцессам как в легендах и сказаниях о Мизрахе.

В зал вошли десять женщин в разных нарядах. Все друг на друга не похожие: разные глаза, формы, волосы, но всех их объединяло лишь одно – красота. Все женщины в гареме царя были безумно красивы. Слухи оказались правдивыми. Ганс и другие имперцы разглядывали каждую из них, завидуя Его Господству, Роксана только и делала, что недовольно фыркала, а Кайса привлекла лишь одна – последняя идущая женщина, – полуголая, ее прелести прикрывали металлические доспехи, она была коротко стрижена и чертовски знакома его глазу.

Кайс узнал ее. Это была та, которая убила его мать. Та, которая сожгла его дом и оставила ему шрам под глазом. Та, что унизила его, взяв в плен.

В Кайсе пробудилась дикая злость, он тяжело задышал и сделал шаг вперед, одновременно доставая трофейный кинжал, висевший на его поясе, но голос в его голове остановил парня.

– Подожди, остановись. Это верная смерть! – говорил ему голос. – Еще не время.

– Кто ты? – прошептал Ловкач, не понимая, что происходит и кто с ним говорит.

– Посмотри налево, – шепнул ему Ганс, который вдруг резко оказался рядом. Кайс видел, как красивая девушка в красном платье разговаривает об условиях мирного договора с Ксенофилиантом. – Это Роксана. Она мне все рассказал, все твои мысли. Не глупи, Кайс. Ты подставишь нас всех.

– Она… должна ответить… за все! – шипел Кайс, и по его щеке потекла слеза.

Трудный выбор – напасть и зарезать убийцу, но подвергнуть на смерть его спасителей, или быть спокойным, не действовать и упустить врага, зато остаться целым.

– У нас еще будет время. Ты успеешь отомстить, но не сейчас.

Но время текло быстро и одновременно долго, в разговорах и спорах не было нужды, каждый занимался своим делом вот уже более двух часов. Роксана и Ксенофилиант разбирали пункты мирного договора, постоянно спорили, о разделе граничащей территории, Ганс сидел и ел фрукты, которые были на столе, Кайс наблюдал за убийцей матери, а та смотрела на него и улыбалась. С каждой ее ухмылкой, Ловкачу становилось тяжелее сдерживать себя, и она это чувствовала.

Неожиданно для всех, женщина резко встала и пошла в сторону Кайса, виляя своими изящными бедрами.

– Шанди! Я не разрешал тебе вставать! – увидев это, закричал царь на своем родном языке. – Сядь живо за стол!

– Мой любимый муж, ты знаешь, что я единственная из твоих жен, которая может делать все, что ей вздумается, – мурлыкала Шанди ему в ответ, при этом даже не обернувшись.

У нее был игривый голос, который завораживал и пугал одновременно, ведь именно эта женщина – генерал одной из армий царя, отличный воин и опасный враг. Мало кто выживал после встречи с ней

– Ты потерял всякое уважение! Ты ничтожество, и я не собираюсь подчиняться тебе!

– Да как ты смеешь, дрянь! Я научу тебя верности твоему царю! Стража! – кричал Ксенофилиант, вставая со своего места и медленно направляясь к своей жене. И только сейчас он заметил, что стражников не было в зале. Уже не было.

– Последней каплей стало то, что ты на своей земле говорил с имперцами на их языке, – продолжала властно мурлыкать Шанди, подходя к Кайсу все ближе и ближе, доставая висящий у нее на поясе острый метательный диск – чакру. Кайс взволнованно сидел на месте, он не знал, что ему предпринять. Разговор царя и его супруги понимали только Кайс и Роксана из присутствующих имперцев. Другие же не понимали в чем дело и были насторожены.

– Сядь, живо! – Царь не подходил к ней близко, остерегаясь ее, но тон свой не менял, дабы убедить всех, что он контролирует ситуацию. – Иначе я лишу тебя звания генерала моих войск и казню тебя на глазах у всех подданных!

В какой-то момент многим стало интересно наблюдать за этим спектаклем, улыбаясь тому, что ничего не понимают, но выглядит это довольно смешно. Остальные жены царя в ужасе сидели в углу у трона и молчали, лишь хлопая ресницами, боясь влезть в этот разговор.

– Как это забавно, он говорит, что я больше не генерал, – обратилась Шанди уже к Кайсу на имперском языке22
  1 Имперский язык (или язык ветра) – основной лингвистический и разговорный язык в Империи Россигард. Также является общим языком, или языком ветра, на котором разговаривают и другие страны Гирода.


[Закрыть]
, наклонившись к нему, что Кайс видел все ее прелести вблизи, чувствовал ее запах. Пахло кровью. – Но ведь он уже давно не царь. Я права, парень? Тебе идет шрам! Этот шрам меня заводит, может, повторим наш бой? Не хочешь реванша?

Ганс и Роксана были взволнованы тем, что увидели, и удивлены его последующим ответом на языке пустынь:

– Обязательно, госпожа. Но не сегодня.

Он все сильнее старался держать себя в руках. Огонь ярости мог полыхнуть в любую секунду, наброситься на нее, сжечь женщину не оставив ничего живого.

– Госпожа? Мне это нравится, – сказала Шанди, довольно улыбаясь его ответу, облизнув кончиком языка острие диска. – Ты мне нравишься, но сегодня не ваш день.

Чакра полетела в царя, разбрызгав весь зал его кровью. С плеч свалилась голова и покатилась к столу, за которым сидела Роксана. Его срезанная бородка валялась в луже крови, впитывая красную жидкость как губка.

Сверху, в один момент, с потолка спрыгнули затаившиеся войны в черной одежде с серебряными узорами в виде змей и с черными тюрбанами, покрывающие голову. Глаза у них были не человеческие – змеиные, – да и сами они двигались слишком аккуратно и грациозно. Ловкие ребята.

Завязался бой между имперцами и странными воинами. Жены царя оплакивали его мертвое тело, нависая над трупом как над святыней. Одна из них держала в руке его бородку, словно талисман. Шанди неспешно прошла к трону и взяла за ним ятаган ее покойного мужа и двинулась в сторону ревущих женщин.

Пролилась кровь царя и его жен, и только одной из них удалось выжить – Шанди.

Роксана огородила себя, Ганса и Кайса магическим щитом. Неизвестные воины находились от них в стороне, добивая оставшихся в живых имперцев. Ганс смотрел на Рокси осуждающим взглядом, ведь чародейка могла помочь другим. Но девушка в красном считала иначе. Кто-то из убийц стал обходить стороной щит и долбанул по нему электрическим сгустком из рук. Явно, если не маги, то полумаги, а может – что еще неприятнее, – полудемоны. Другие воины тоже присоединились лупить по щиту похожими сгустками.

– Нам надо убираться, я больше не выдержу, – говорила Роксана, теряя силу в контроле над щитом. – Их слишком много, эта энергия отнимает у меня силы.

– Я готов! – произнес Ганс.

– Я тоже! – не поняв, о чем идет речь, просто ляпнул Кайс.

Роксана освободила руки, опуская щит, а в руках Ганса появилось два револьвера, из которых он начал палить по неизвестным воинам.

– Уходим! – кричал Ганс.

Все выстрелы, которые он произвел, нашли свою цель. Пока Ганс ловко перезаряжал револьверы, Роксана лупила по противникам огненными шарами, а Кайс, заметив, что сзади к ним подкрались двое воинов, напал на одного из них, но тут же получил отпор. У врагов были кривые мечи, у Кайса – трофейный кинжал.

Вдруг к Кайсу присоединился Ганс со своей абордажной саблей и силы разделились.

Двое надвое.

Ганс легко уворачивался при своем-то росте, Кайс прыгал с кинжалом на врага, но тот уворачивался не хуже обезьяны, в которую летит булыжник. Капитан сделал несколько пируэтов и двинулся к сопернику, проткнув его горло насквозь. У Кайса дела были сложнее, к его противнику присоединились еще двое, да к тому же с миниатюрными арбалетами.

– Пригнись! – услышал Кайс у себя за спиной и резко упал на пол.

Ганс возвел два револьвера, но змееглазые, будто этого и ждали, ловко уклонились от его пуль, успев выстрельнуть в ответ и попасть ему в ногу одним из болтов.

– Мрак. – Зажмурился от боли Ганс. – …Я им глаза змеиные на сраку натяну, – кряхтел Ганс, выронив револьверы из рук. – Сука.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11