Стивен Кинг.

Болельщик



скачать книгу бесплатно

1 марта

Стив звонит, когда Труди разогревает ланч в микроволновке. Я едва слышу его за гудением печки. На игру с БК мы ставим автомобили на стоянке для игроков, а саму игру смотрим из ложи владельца стадиона, я немного нервничаю. О чем говорить с владельцем стадиона?

2 марта

Вот так так – согласно результатам анализов, «Янкиз» Джейсон Гамби и Гэри Шеффилд получали стероиды от тренера Барри Бондса. Гамби напоминает побитую собачонку. Шеффилд говорит, что пописает в пробирку где угодно и когда угодно, но когда репортер протягивает ему пробирку, Шефф дает задний ход. Я задаюсь вопросом, а может, Штейнбреннер что-то такое предполагал и подстраховался, подписав договоры с А-Родом и Тревисом Ли, на случай, что лига начнет копать под некоторых из его парней.

3 марта

Невозможно себе представить, что мы побросали работу и учебу и говорим друг другу, словно выигравшие в лотерею: «Мы летим во Флориду!»

В аэропорту Шарлотты, дожидаясь рейса на Форт-Майерс, я оглядываю зал ожидания в поисках попутчиков, но вижу только одного парня в бейсболке «Милуокских пивоваров»[20]20
  «Милуокские пивовары» – профессиональная бейсбольная команда, выступающая в Восточном дивизионе Американской лиги.


[Закрыть]
. И только когда мы поднимаемся на борт самолета, я замечаю четырех крепких парней старше двадцати лет, которые вполне могут быть игроками, в различных бейсболках и шляпах «Сокс».

Мы приземляемся после полуночи, и это не аэропорт, а сумасшедший дом. В длинной очереди в центре аренды автомобилей половина людей, судя по одежде, из Бостона. Форт-Майерс – бесконечная череда торговых центров и светофоров. Все ездят так, будто у них или инфаркт, или они торопятся довезти человека с сердечным приступом в отделение реанимации. Мы проезжаем мимо «Мира матрацев», «Ванного мира», «Тряпичного мира». Это тот же Хиксвилл на Лонг-Айленде, только с пальмами и пеликанами.

Наш отель оставляет желать лучшего. Байкеры и молодые девчонки ходят по автостоянке, передают друг другу бутылки пива и стаканы с «Маргаритами». Заверения администрации отеля на их сайте, что они не сдают номера лицам моложе двадцати одного года, оказываются фикцией. На часах половина второго, а со сцены под нашим балконом гремит музыка. Песня заканчивается, и слышны крики пьяных девиц. Им вторят пьяные парни.

4 марта

Я хочу встать пораньше и попасть на тренировку к девяти утра. Я думаю, что поедем только мы со Стефом, но Труди едет тоже. Она сидит за рулем, а я исполняю обязанности штурмана. Мы выезжаем на Тамайами-трейл и через несколько кварталов видим «Палмс-парк». Согласно сайту, тренировочный комплекс в двух с половиной милях по Эдисон, но стоянки там нет.

Автомобиль нужно оставлять здесь, а к тренировочным полям ехать на автобусе.

Снаружи «Палмс-парк» – классическое белое бетонное трехэтажное здание. Над крышей развеваются флаги всех команд АЛ и стоит огромный щит с логотипом «Сокс». На площади перед зданием никого нет, только пальмы. Я не вижу места, где можно припарковаться, и предлагаю Труди ехать дальше, к тренировочным полям.

Нам везет – автостоянка для тренирующихся наполовину пуста. Громадины пикапы и «эскалейды» с хромированными колесными дисками, очевидно, принадлежат игрокам.

Мы оставляем автомобиль в дальнем углу и идем к ближайшим воротам. Над ними надпись: «ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН». Миновав ворота, я оглядываюсь в поисках других фэнов, но вижу только нескольких человек, скорее всего родственников игроков.

Полей всего пять, и ближе к нам крытая аркада. Кто-то бросает там мячи, но в сумраке не видно, кто именно, а мы стараемся не проявлять излишнего любопытства. Мы идем к полю, где разминаются игроки. Никто нас не окликает и не останавливает. Когда подходим к полю, становится ясно почему. Это не знаменитости, а молодежь. Приглашенные из низших лиг. В этом году шансов у них нет никаких, но они могут попасть кому-то на заметку и со временем перебраться в одну из команд высших лиг.

Питчеры тренируют подачу. Аутфилдеры ловят мячи, выбрасываемые машиной. Бывшие игроки Луис Алисия и Ал Вашингтон занимаются с инфилдерами, бросая мячи, которые те должны поймать голыми руками. Разница в уровне мастерства очевидна. Некоторые ловят каждый мяч. Другие – один из десяти.

Летом мы часто видим выступающую в третьей лиге «Потакет ред сокс» или во второй – «Портлендских тюленей», но я узнаю только одного игрока – Хэнли Рамиреса. Он давно взят на заметку. Ему только двадцать, и ходят слухи, что чуть ли не в этом сезоне он уже выступит за «Портленд» с расчетом на то, что в 2005 году сможет занять место Номара. Однако проблема заключается в том, что в прошлом году он допустил тридцать шесть ошибок и набрал только 275 очков, тогда как в прошлые сезоны, в более низших лигах, набирал больше 330. Еще одна проблема – несдержанность. Его дисквалифицировали на десять игр за неприличный жест в сторону зрителей. Здесь, на тренировочном поле, он уже двигается как суперзвезда, замедленно и небрежно.

Вместе с нами за тренировкой смотрят пожилые женщина и двое мужчин, один в бейсболке «Спрингфилдских оленей». У женщины фотоаппарат, пара подписанных мячей и стопка открыток с фотографиями игроков низших лиг. Она хочет, чтобы Джейми Браун расписался на своей фотографии. Она знает всех игроков, которые тренируют удары по мячу. Все трое в ярости от того, что «Сокс» заставили их купить билеты на три паршивые игры, чтобы посмотреть одну хорошую, «Янкиз», вот они и приехали на тренировку, чтобы понаблюдать за молодежью.

Тренировка продолжается, а мы со Стефом двигаемся дальше, по дороге, которая огибает все поля. Жарко, щеки у Стефа уже раскраснелись. Мы обходим весь комплекс и возвращаемся к стоянке, когда две женщины заворачивают туда на кабриолете «файрберд» модели 1969 г. Старше парней, которые тренировались на поле, хорошо загорелые, с телами, подтянутыми каждодневными занятиями в тренажерном зале. Не думаю, что Стеф видел фильм «Дархэмские быки»[21]21
  «Дархэмские быки» – фильм 1988 года, главная героиня которого – болельщица бейсбольной команды низшей лиги, считающая своим долгом помогать молодому игроку взрослеть не только на поле, но и в постели.


[Закрыть]
или знает, кто такие «бейсбольные Энни»[22]22
  «Бейсбольные Энни» – молодые болельщицы (иной раз и не очень молодые), мечтающие о том, чтобы подлечь под игрока команды, особенно, само собой, под звезду. Характерно не только для бейсбола, но и для любого вида спорта.


[Закрыть]
, но, возможно, пока его это и не интересует.

Мы продвигаемся к входу для игроков. На тренировочных полях народу прибавилось. Пожилая женщина перехватила Джейми Брауна, и он уже расписывается на открытке со своей фотографией. Это наш первый день во Флориде, а мы уже устали и обливаемся потом.

Проведя какое-то время на пляже, мы попадаем в плотный транспортный поток и чуть не опаздываем на вечернюю игру. Стадион «Хэммонд» вмещает только 7500 зрителей, но, похоже, все они приехали на собственных автомобилях. «Близнецы» распорядились парковать лишние на внешних полях своей тренировочной зоны. Мы пожимаем плечами и едем куда велено.

– Температура воздуха в Форт-Майерсе двадцать пять градусов[23]23
  Для уменьшения количества сносок температура будет даваться в градусах Цельсия, хотя американцы пользуются шкалой Фаренгейта.


[Закрыть]
, – радостно объявляют по системе громкой связи. – В Миннеаполисе сейчас ноль, идет снег с дождем.

За исключением выздоравливающих Джонни Деймона и Трота Никсона, которые остаются на скамейке запасных, стартующий состав первоклассный. Гейб Каплер, крепкий дублер-аутфилдер, идет первым, за ним Билл Миллер, удививший всех лучший бэттер прошлого сезона, Мэнни, Номар, Дэвид Ортис, Кевин Миллар, Джейсон Варитек, Адам Хизди из «ПоСокс», заменяющий Трота, и Поуки Риз.

«Близнецы» выводят свою постсезонную команду, включая аутфилдеров Шеннона Стюарта и Тори Хантера, первого бейсмена Дуга Миенткиевича и феноменального кэтчера Джо Моера.

В первом иннинге первой выставочной игры, когда Билл Миллер запускает мяч далеко по центру, Тори Хантер развивает бешеную скорость и догоняет его, словно еще продолжаются плей-офф.

Но напряжение сохраняется лишь пару иннингов. К четвертому все вспоминают, что игра тренировочная. «Сокс» выигрывают, и мы покидаем стадион счастливыми, захватывая по пути бесплатные грейпфруты, расфасованные по два в желтых сеточках. На стоянке я замечаю оранжевый автобус «фольксваген». На заднем стекле красным намалевано «РЕД СОКС». Трое парней лет двадцати с небольшим заходят в боковую дверь, и на секунду я им завидую: приехали вот во Флориду посмотреть на игру. Потом вспоминаю, что я тоже ее смотрел.

5 марта

В Форт-Майерсе солнечно и тепло, двадцать восемь градусов. Такие вот летние для Восточного побережья дни в марте и привлекают во Флориду туристов, так что езда по тамошним дорогам превращается в геморрой, и зачастую опасный геморрой, потому что многие из водителей старые, туго соображающие, да еще накачанные лекарствами. Тем не менее настроение у меня отличное, когда я ставлю свой автомобиль меж «хаммеров» и «эскалейдов» на автостоянке, зарезервированной для игроков (у меня есть специальное разрешение от Керри Мор, новенькой в пресс-службе «Сокс»). Идеальный день для того, чтобы посмотреть первую в сезоне игру.

Да, конечно, никакая это не игра, скорее тренировка в семь иннингов с бейсбольной командой Бостонского колледжа, которая каждый год приезжает сюда, чтобы получить трепку от более подготовленных на этот период времени команд Солнечного берега и Долины крокодилов (флоридские студенческие команды имеют возможность играть и тренироваться круглый год, что, конечно же, несправедливо), прежде чем вернуться на север и играть под затянутым облаками небом и на пронизывающем ветру, при котором и десять градусов тепла воспринимаются как минус два. Но им, само собой, страшно нравится играть против больших парней на глазах у тысяч, а не сотен (в начале сезона и десятков) зрителей.

«Палмс-парк» в Форт-Майерсе – маленький летний брат «Фенуэя». Проходы шире, лотков с прохладительными напитками больше, цены не такие безумные, атмосфера не столь напряженная. Иногда слышится крик: «Козел сраный!» – это же бостонские болельщики, но слышится редко и зачастую вызывает осуждающие взгляды. Зрители настроены добродушно, и почему нет? Мы пока на первом месте, рядом с «Янкиз», «Иволгами» и даже «Осьминогами», стадион которых находится где-то в Тампе, и все возможно. Ругаться? Чего сейчас-то ругаться? И словно в подтверждение моих мыслей улыбающийся лысый мужчина поднимает плакат, приветствуя Поуки Риза: «ПРИВЕТ, ПОУКИ!»

Этот день словно предназначен для того, чтобы поздороваться с давними друзьями, с которыми вновь встречаешься каждую весну уже (неужели так давно?) шесть лет, от дежурного на автомобильной стоянке и пожилого охранника у лифта, поднимающего кого положено к офисам и ложам для прессы, до администратора Ларри Лучино, который хочет знать, оправился ли я от пневмонии, донимавшей меня в прошлом году. И Стюарт О’Нэн тоже здесь, ничуть не изменился с октября прошлого года, когда «Сокс» боролась с «Янкиз» в чемпионских сериях Американской лиги. Может, в бородке прибавилось седины («Ред сокс» помогает в этом своим болельщикам), но в остальном все тот же старина Стю. Возможно, и орешки хрумкает из того же пакета. Восхитительная Керри Мур (я с ней еще не встретился, но в знак признательности оставил ей подписанный экземпляр «Девочки, которая любила Тома Гордона») обеспечила нас местами над сеткой, а трава такая зеленая, что кажется нарисованной.

Тим Уэйкфилд начинает за Бостон и срывает аплодисменты: эти люди помнят игры, которые он выиграл после завершения сезона, а не катастрофическую круговую пробежку, завершившую сезон, которую он подарил Эрону Буну. Он бросает сильнее, чем обычно, но коронка Уэйка – наклбол, и для него очень быстрым является мяч, летящий со скоростью 81 миля в час (на этом стадионе нет оборудования, фиксирующего и тут же выдающего на табло скорость мяча при броске, поэтому мы только догадываемся, с какой скоростью летит мяч). Первые бэттеры БК принимают мячи довольно неплохо, и после половины иннинга у наших соперников уже два очка. Это типичная весенняя ситуация для Уэйкфилда, который бросает только один иннинг. В тридцать семь лет он не только старейшина питчеров «Ред сокс», но игрок, который дольше всех пробыл в клубе.

Многие другие игроки, принявшие участие в тренировке «Сокс» / БК («Сокс» в итоге выигрывают 9:3, что неудивительно), не столь знакомы. К примеру, Хесус Медрано, или пробивающийся наверх из низших лиг Энди Доминик, или Тони Шрейгер, с самым большим номером, который мне доводилось видеть: 95. «Срань господня, – думаю я, – уж не показывает ли он всем, какая у него температура»[24]24
  95 градусов по шкале Фаренгейта (36,6 по Цельсию) – нормальная температура человеческого тела.


[Закрыть]
. Эти ребята, да и многие другие, отправятся прямым ходом в «Потакет ред сокс», в «Портлендские тюлени», в «Лоуэлские пауки» (где приносящий счастье талисман, как сообщил мне Стю, всемирно знаменитый Каналлигатор[25]25
  Каналлигатор – персонаж городского мифа, крокодил, который так и живет в канализационной системе Нью-Йорка после того, как его совсем маленьким хозяин спустил туда через унитаз.


[Закрыть]
), как только список из сорока человек, заявленных на сбор, начнет таять. Для других, так называемых приглашенных, вроде Терри Шамперта, Тони Уомака и всемирно известного Добаша, ситуация намного серьезнее. Если у них не срастется здесь, возможно, уже не срастется нигде. Карьера профессионального бейсболиста более продолжительная, чем у футбольного или баскетбольного профи, но все равно короткая в сравнении со среднестатистическим бухгалтером или коммивояжером, и хотя оплачивается эта работа лучше, конец приходит с шокирующей внезапностью.

Но в такой день никто об этом серьезно не тревожится. Это всего лишь второй игровой день короткого весеннего сезона, погода прекрасная, и все такие расслабленные. По ходу четвертого иннинга вниз спускается Джо Кастильоне, радиокомментатор «Ред сокс», и какое-то время сидит рядом со Стюартом и мной. Как и игроки, Джо выглядит поджарым, загорелым и всем довольным. Его книга должна появиться на прилавках через месяц или чуть позже, прекрасная, пересыпанная забавными случаями история под названием «Байки радиокомментатора» с подзаголовком: «Я видел все это по радио с „Бостон ред сокс“» (одна из лучших баек рассказывает о том, как великий бостонский кэтчер переиграл детройтского питчера Уилли Эрнандеса в 1986-м). Он рассказывает нам эпизоды, не вошедшие в книгу, наблюдая, как в пятом иннинге БК отбивает мячи. Бейсбол – игра неторопливая, и те из нас, кто любит ее, заполняют паузы историями о других играх и других сезонах. Когда я упоминаю о том, что мне очень хочется, чтобы Брайан Добаш вошел в состав «Ред сокс» сезона 2004 года, Джо рассказывает о том, как познакомил Добаша с женщиной, которая потом стала его женой. «Она сказала, что не любит бэттеров, потому что они всегда стремятся попасть мячом в нее. – Джо улыбнулся теплому весеннему солнцу. – Я сказал ей, что она должна познакомиться с этим парнем. – Улыбка Джо растягивается от уха до уха. – А потом велел Осе подстричься, – заканчивает он. – И все у них сложилось».

Мы со Стю переглядываемся и говорим в унисон: «Какая стрижка? Оса всегда был с короткими волосами, четверть дюйма, и все дела». И тут же мы все смеемся. Это так приятно, снова смеяться на бейсбольной игре. Видит Бог, в прошлом октябре любой смешок приходилось выжимать из себя.

Я спрашиваю Джо, нравятся ли студентам эти игры с профессионалами (думаю при этом о питчере БК, который в третьем иннинге вывел из игры Дэвида Ортиса, и гадаю, будет ли он рассказывать об этом людям, когда ему стукнет сорок пять и у него отрастет живот). «Вы просто не поверите, до чего нравятся», – отвечает Джо и рассказывает, что самым любимым игроком «Ред сокс» у студентов был Карл Эверетт, которого обозреватель «Бостон глоуб» Дэн Шонесси окрестил «Карлом юрского периода» (как за его взрывной характер, так и за фундаменталистские христианские убеждения). Карла уже отдали в «Монреаль экспо». «Он действительно хорошо относился к ним (игрокам студенческой команды), – говорит Джо. – Проводил с ними много времени, давал советы, дарил амуницию. – Он делает паузу. Потом добавляет: – Готов спорить, в Монреале он процветает, потому что там нет такой прессы, как в Бостоне. Люди не следят за ним столь пристально».

Когда шестой иннинг в разгаре, Джо извиняется и уходит. Он и его партнер-радиокомментатор Джерри Трупано (Труп) вечером должны вести репортаж с вечерней игры (еще одной тренировки, только на этот раз с «Нортистен», в которой за «Сокс» должен впервые выступить Шиллинг), и ему нужно подготовиться. Но, как и все в этот день, приготовления будут ленивыми, поверхностными, больше в удовольствие, чем по делу. Джо знает, что в Новой Англии многие будут его слушать, но не так чтобы внимательно. В конце концов, играет «Сокс» с какой-то «Нортистен»… но все-таки это бейсбол, Шиллинг на горке питчера, Гарсиапарра – на позиции шорт-стопа, Варитек – за «домом» (во всяком случае, на какое-то время, потом, возможно, Келли Шоппач, еще один парень с большим номером на спине). Важен сам факт репортажа, как появление первой малиновки на все еще заснеженной лужайке перед домом.

Еще слишком рано играть на полную мощь, как еще слишком рано для лирических отступлений (видит Бог, в последнее время о бейсболе пишут очень уж лирично, даже в газетах, которые ранее были бастионом статистики и голой информации: спортивные журналисты такие материалы называли «агат»[26]26
  «Агат» – мелкий шрифт, кегль которого равен 5,5 пункта (1,9 мм).


[Закрыть]
). Но, с другой стороны, почему бы не сказать (особенно после перенесенного воспаления легких), что чертовски приятно оказаться в марте во Флориде. Все равно что протягиваешь руку и касаешься чего-то живого – нового сезона, в котором может случиться много приятного. Даже чудеса. Будто касаешься чего-то изящного, вот на что это похоже.

О черт, да, слишком уж много лирики, но и день-то прошел хорошо. И бейсбол посмотрели. Пусть так будет и дальше.

6 марта

После невнятной игры у «Близнецов» мы сталкиваемся с Осой на автостоянке, выделенной для игроков. Все стараются подобраться к нему поближе, но это не осада, мы себя контролируем. Зона в пару футов вокруг него остается запретной. Через нее подают только мяч и открытку с фотографией для автографа. Никто не пытается пожать ему руку или обнять за плечо для фотографии, это слишком уж фамильярно.

Мне везет, я оказываюсь аккурат перед ним.

– С возвращением вас, – говорю я ему.

– Спасибо, – отвечает он на удивление мягко, даже застенчиво.

– Вы заметили, что вас приветствуют громче всех, даже на тренировочных играх?

– Для меня это очень важно.

Я подаюсь назад после того, как он расписывается на моем мяче, и вижу «навигатор» с номерными знаками Иллинойса. Я знаю, что Оса – гордость Беллвилла, штат Иллинойс (вместе с Джеффом Твиди), и кричу:

– Ваш автомобиль здесь.

– Спасибо, – отвечает он и уезжает.

Когда мы возвращаемся в отель, я выхожу на балкон и вижу женщину на пляже в свитере Лу Мерлони. «ЛУ-У-У-У-У!» – реву я, она поворачивается, но меня не видит.

Многие годы Лу Мерлони (гордость Фреймингэма, штат Массачусетс) был нашим вечным запасным и любимчиком. Мог играть на позиции любого полевого игрока, да и подавал очень надежно. Если кто-то получал травму, он выходил на поле, играл, пока травмированный не поправлялся, а потом садился на скамейку. Он был лучшим другом Номара, однако руководству «Сокс», похоже, доставляло удовольствие отправлять его в «Потакет», а потом возвращать, устраивать ему такую вот возвратно-поступательную жизнь. Два года назад его отдали в Сан-Диего, чтобы вернуть на вторую половину сезона.

Лу ушел, теперь он в Кливленде. Нынче Оса – наш Лу.

7 марта

Сегодня нет смысла пробиваться сквозь толпу. Народ так и рвется на игру. Вдоль Эдисон стоят люди с табличками «МНЕ НУЖНЫ БИЛЕТЫ».

Стоянки практически заполнены за два часа до игры. Люди гуляют, жарят мясо на газовых грилях. Чуть ближе к стадиону четыре старушки во всех регалиях «Янкиз» устроились в шезлонгах под тенистым деревом.

На стадионе мини-нашествие. «Янкиз» привезли всех: Джетер на позиции шорт-стопа, А-Род, что странно, – третьего бейсмена. Это кажется безумием: платить человеку такие деньги, чтобы он играл в углу. Должно быть, вмешались личные амбиции: А-Род и читает игру лучше, и ловит мяч лучше, и бросает лучше. Джетер, наоборот, в последние годы растерял умение концентрироваться.

А-Род пропускает мяч под рукой в аут, и толпа радостно ревет.

Я замечаю, что у «Янкиз» появился игрок под номером 22 – прежним номером Клеменса. После всех разговоров Роджера о том, что он хочет попасть в Зал славы в форме «Янкиз», это намеренное оскорбление. Хотя в «Сокс» официально не отправили на покой своего 21-го, это один из номеров, который не дают никому.

Я не вижу Гамби или Шеффилда и задаюсь вопросом: а может, «Янкиз» оберегают их от нас? Наши места вдоль правой границы поля, и мне не терпелось послушать, как фэны будут напоминать что Гэри, что Джейсону про стероиды.

У выхода из раздевалки «Сокс» шум, веселье. Номар выходит, чтобы пожать руку А-Роду. Я лишь на мгновение вижу их головы, прежде чем фотокоры берут знаменитостей в плотное кольцо. Через несколько минут все повторяется: Номар здоровается с Джетером.

«Янкиз» закончили «отбиваться». Сыграли невыразительно, если не считать здоровяка-левшу, которого я видел впервые. Ни Гамби, ни Шеффилда. Может, они где-нибудь переливают себе кровь, как Кейт Ричардс. И никаких следов бывшего клоузера «Сокс» Тома Гордона, который, несомненно, вызвал бы на трибунах смешанную реакцию. Надо спросить Стива: та девочка все еще любит Тома?

Состав нашей защиты разочаровывает: Номар сидит, рядом с ним Джонни Ди, гробовщик «Янкиз» Дэвид Ортис и Оса, а Трот все еще залечивает травму. Бронсон Эрройо, который отлично играл за «Потакет», наш стартер. Он, возможно, не Педро и не Шиллинг, но в первом иннинге смотрится неплохо. Последовательно вывел из игры Кенни Лофтона, Джетера и А-Рода.

Каплер отбивает легкий мяч на Джетера, который его не ловит.

– А-Род улыбается, – говорит парень, сидящий у меня за спиной.

Каплер успевает на первую базу, потом перебирается на вторую после сингла Билла Миллера. Контрерас тянет время, совсем как в сборной Кубы, надеясь сбить наш порыв, но Эллису Берксу удается сингл, Кевин Миллар добавляет дабл, и мы ведем 3:0.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11