Кима Мерзликина.

Сестры Айнур. Дети Солнца и Луны. Изабель



скачать книгу бесплатно

Большей подставы она и не ждала, но, оказалось, выражение «еще не вечер»означает именно то, что подстава везде и всюду.

– Что ты ей сказала?!

– Я ничего ей не говорила, – вздохнула Моник. Ей самой было неловко от того, что произошло.

– Но ты позволила ей узнать!

– Она бы все равно узнала, Иззи. Узнала и увязалась бы за нами.

– Ты этого не знаешь.

– Ты тоже. Дело уже сделано, и этого не изменишь.

Они стояли в коридоре перед последним уроком. Обеденный перерыв Иззи провела в компании Дрейка и его «банды», а после этого условилась встретиться с Моник, но ее трапеза слегка затянулся. Что ж, теперь они квиты.

Или нет.

– Поверить не могу, что ты это сделала! Почему Вселенная так несправедлива ко мне? – простонала Иззи.

– Успокойся. Это всего на один день, – улыбнулась смуглянка. – Ты это переживешь.

– Ты понятия не имеешь, что такое один день с Эбигейл Айнур, – сквозь зубы процедила девушка. – И, уж поверь, не захочешь узнать.

Моник закатила глаза.

– Ты драматизируешь.

– Я не была бы так уверенна.

– Одна поездка, Иззи. Всего лишь одна. Ты это переживешь.

– Я уже и так многим пожертвовала. Ты вообще в курсе, что этот университет в ее «Особом списке»?

– Каком еще списке?

– Планы на будущее.

Моник покачала головой. Не дождавшись еще какого-нибудь нелепого замечания, Изабель продолжила.

– Эта пятерочница распланировала всю свою жизнь!

– Не думаю, что у тебя теперь есть выбор.

– А, Оливия? Она тут каким боком?!

– Знаешь, если бы знала, что ты так отреагируешь, то вообще бы ничего тебе не сказала. Хотя, должна признать, я ждала худшего.

– Ты дала мне повод сильнее ненавидеть химию, – скрестила на груди руки Изабель.

Моник усмехнулась и одарила подругу насмешливым взглядом.

Вечером Изабель поспешила домой с понурым настроением. Мало того, что это воскресенье она проведет в компании сестры и ее высокомерной подружки, так сегодня была еще и пятница! А это значит, что сегодня ей не отвертеться от предложений на французском языке и французской кухни. По крайней мере, завтра у нее будет свободный день. Если, конечно родители снова не затеят субботник, что совсем бы уничтожило первую неделю нового учебного года. Надо постараться свалить как можно быстрее. Может, убежать еще утром?

Когда она подъехала к дому, то с удивлением обнаружила отсутствие машины отца. Странно, в этот день он всегда приезжает домой как можно раньше. А вот машина Эбби припарковалась вслед за ней. Иззи зашла в дом первой, но на этот раз удосужилась обратиться к сестре.

– Что происходит? Где папа?

– А ты не знаешь? – спросила Эбби.

Когда Иззи сняла каблуки, они снова стали одного роста. Как же это неудобно и ужасно нервирует.

– Я никогда ничего не знаю, потому что мне никогда не рассказывают, – заявила она.

– Сегодня у родителей годовщина. В этот день папа сделал маме предложение.

Изабель закатила глаза.

– Ага.

Давайте еще праздновать, когда они нас зачали.

– Иззи! – возмутилась сестра.

– Что? Я не права? По-моему, это глупо: праздновать каждую дату. Когда впервые поцеловались, когда встретились, посватались… Это же абсурд!

– Ты просто никогда не любила. Crois-moi4747
  Поверь мне (франц)


[Закрыть]
, когда встретишь того самого, захочешь запомнить каждое мгновение, проведенное с ним.

– Надеюсь, меня это обойдет стороной, – Иззи покачала головой и поднялась в свою комнату.

– Не забудь, ужин в шесть! – донеслось до нее.

– Ага, – в ответ выкрикнула она и захлопнула дверь.

Зайдя в свою комнату, она высвободилась из повседневной одежды. На ней была все та же майка с семью смертными грехами, что так нравилась.

«Ты просто никогда не любила. Поверь, когда встретишь того самого, захочешь запомнить каждое мгновение, проведенное с ним».

Иззи усмехнулась и подошла к полке с книгами. Она-то не знает. Куда уж ей. Она, конечно же, не могла сказать, что любила Дрейка, тут, скорее, был физический интерес, но и бесчувственной не была. На полках стояли книги, рассортированные по сериям и авторам. Так, на самой верхней стояли все семь книг о Гарри Поттере исерия книг Корнелии Функе о «Чернильном мире». Затем шли «Таймлесс», «Орудия Смерти», «Гостья»… Посредине, на самой удобной для нее полочке стояла любимая серия «Академия вампиров», «Кровные узы» и еще пара книг обожаемой писательницы Ришелль Мид. Еще ниже разместились книги других авторов фантастики и фентэзи, и даже была парочка из раздела классики.

Так, к примеру, полюбившиеся ей «Один день» Дэвида Николса и книги Джейн Остин. Девушка достала одну наугад и уселась на кровати в позе лотоса. Она не могла сказать, что вообще испытывала какие-то супер теплые чувства к противоположному полу, но всегда трепетала, читая об этом в книгах. Ей нравилось проживать чью-то жизнь, вживаться в роли, которые ей не предназначены, чувствовать и переживать все то, что переживают герои. Она, казалось, была представителем того вымирающего поколения людей, кто еще предпочитал книги фильмам и, более того, читал их.

Но для нее любовь, как и семейные узы, существовали только в книгах. Она считала, будто реальность слишком испорчена для этого. Может, так оно и было. Чувствовать и любить в книге совсем не то же самое, что в настоящей жизни. Ни тебе красивого сюжета, ни иронии, ни вскружающей голову сказки, ни прекрасного принца… Все выходит коряво и настолько неискренне, что порой кажется, лучше вообще ничего не чувствовать.

Как там писала Кассандра Клэр? «Меня всегда забавляли признания в любви, особенно если она безответная». Да, именно так. Отметив, что она взяла именно эту книгу, она вспомнила о той, что начала совсем недавно и отложила историю о приключениях Клэри Фрэй, продолжив читать «Портрет Дориана Грея».

К ужину она спустилась как раз вовремя, чтобы заметить царящую обстановку небольшого хаоса на кухне. На первом этаже пахло яблоком и выпечкой. Изабель прошла мимо гостиной на кухню и увидела, как ее сестра и отец судорожно приводят в порядок священную обитель матери и накрывают на стол.

– А, Изабель, – поднял глаза на «старшую» дочь Натан. – Что ты стоишь? Помогай.

Она уже пожалела о том, что спустилась. Глубоко вздохнув и успокоив разбушевавшиеся нервы, она прошла в столовую, которая располагалась рядом с кухней, и помогла возбужденной Эбби расставить тарелки и сервировочные приборы. Вскоре, на столе очутился и расхваленный яблочный пирог. Габриэлла любила яблоки, поэтому на любом празднестве их стол украшали яблочные блюда. Все выглядело как обычно в эти пятничные дни, но не было главного элемента.

– Где мама? – спросила Иззи, ставя на стол два бокала для родителей.

– Она придет с минуты на минуту! – с широко раскрытыми глазами произнесла сестра.

Изабель была уверенна, дай ей волю, она схватилась бы за голову.

– Я думала, она должна была готовить с вами.

– Она даже не знает, что мы сегодня что-то празднуем.

– Хм, вечеринки-сюрпризы снова в моде? – усмехнулась Изабель.

Эбби ничего не ответила и снова сосредоточилась на подсчете тарелок, ложек, стаканов, а так же приготовленных ею блюд. Готовка была еще одним ее талантом, на который не была способна Изабель.

Кухня и Иззи – две несовместимые вещи, которые при соприкосновении дают первоклассный взрыв, достойный утреннего беспорядка на ее голове. Девушка уселась в кресло у окна рядом с небольшой книжной полкой и принялась наблюдать за этим нелепым представлением. Она только сейчас заметила, что на сестре было белое платье в красный горошек, которые носили в прошлом веке, а волосы были искусственно завиты плойкой. Даже неестественные вещи на ней смотрелись вполне естественно. Убедившись, что все, наконец, готово, Эбби взглянула на сестру и с неодобрением покачала головой.

– Тебе нужно переодеться. Во что-то… праздничное.

Ха! Если под праздничным она имела то «голое» платье, каким его называла Моник, то ничего не выйдет. Эбби спрятала его в тот же день, как увидела его на сестре. Наверное, ее высокоморальные принципы тогда взлетели на воздух.

– Только без черепов, – добавила она. – И ничего вызывающего.

Изабель усмехнулась и одарила сестру взглядом, который так и говорил: «Ни-за-что».

– Давай, Изабель. Не порть маме праздник, – на кухне появился Натан, и ухмылка на лице девушки сменилась молчаливым презрением. – Живо.

Спорить с отцом не было смысла, поэтому она с неохотой оторвалась от кресла и поднялась в свою комнату. Из того «праздничного», о чем говорила Эбби, у Изабель была лишь мишура с Рождества, которой она обмотала себя в прошлом году, чтобы не казаться «слишком мрачной для такого праздника», как выразилась та же самая Эбби. Конечно, была еще тайная коробка с подарками от сестры, которую она зареклась никогда не открывать, но она не просто так дала себе это обещание. Поэтому, не долго думая, Иззи нацепила на себя первое, что попалось под руку, убедилась, что там нет ни единого черепа, креста или провокационных фраз, типа семи смертных грехов на французском, надела джинсы и снова спустилась вниз.

Дом был готов принять хозяйку. По случаю «вечеринки-сюрприза», в доме был приглушен свет: по легенде, его оставшихся обитателей не должно было быть здесь, и самые активные члены семьизамерли в ожидании приезда Габриэллы.

Изабель предусмотрительно взяла с собой недочитанную книгу и снова устроилась в кресле в столовой. Когда окно осветили фары приближающейся машины, Эбби и отец оживились: они тут же бросили все свои дела, приведя все в первоначальный вид – нужно поддерживать легенду! – и спрятались за косяками у дверного проема. Изабель была приглашена встать вместе с ними.

– Мне даже не нужно говорить вам, что это глупо, ведь так? – сказала она с осуждением, подходя к сестре.

– Тсс, – шикнула на нее Эбби и выглянула за проем.

Замочная скважина щелкнула, и входная дверь отворилась. Пара мгновений, и вошедшая фигура прошла в гостиную. Шаги смолкли, когда она увидела мерцающие свечи и накрытый стол. В этот же моментсвет в столовой зажегся вновь, и из дверного проема выскочили двое: Эбби и ее отец. Лицо женщины было одновременно испуганным и изумленным.

– Сюрприз! – выкрикнули они.

Натан вытащил из-за спины букет пыльных роз.

– С годовщиной дорогая! – просиял мужчина и вручил букет жене, закрепив эффект теплым поцелуем.

Изабель вышла из тени и встала позади всех, натянув на лицо слабую улыбку. Отец никогда не смотрел на нее так, как на мать или сестру. Было чудом, что он вообще ее замечает. Также она никогда не чувствовала себя частью этого – семьи. Она всегда чувствовала себя чужой. Ей не нравилось делиться своими мыслями, переживаниями, ей даже говорить было трудно рядом с родными. Многие назвали бы ее интровертом, она бы и сама классифицировала себя так же, но это было скорее проявление ее защиты от окружающего мира.

Она никогда ни в чем не участвовала и старалась держаться подальше от большого скопления людей – придерживаться точки зрения стороннего наблюдателя – вот ее жизненное кредо. Она большую часть своей жизни ощущала себя ненужной, лишней, даже рядом с Моник. Способность не привязываться к людям, не только упростила ей жизнь, но и лишила ее обыкновенного детства. Сейчас, глядя на то, как сестра и отец поздравляют мать, говорят комплименты и приглашают за стол, она чувствовала себя так же. Ей нравилось видеть их такими счастливыми, полными радости и блеска в глазах, но участвовать в этом не жаждала. Пожалуй, она даже вернулась бы в свою комнату, если бы Габриэлла не позвала ее к столу. Весь остальной вечер она провела молча, лишь изредка отвечая на вопросы по-французски и, из вежливости, хваля приготовленный ужин. Отец был прав – ей не хотелось портить праздник матери.

Спать она легла рано. Слишком рано, хотя обычно ложилась она позже всех. Иззи надеялась, что за сегодняшний день ее семья стала намного счастливее нее самой, и близкие не заметили, как была подавлена она. Первая учебная неделя подошла к концу, и ей предстояли долгие выходные в обществе сестры и ее подруги Оливии Дюран. Где бы взять на все это терпение и сил?

Девушка вставила в уши наушники и включила музыку. Coldplay должны были отвлечь ее от угрюмых мыслей. Так и случилось. Спать она легла раньше всех и заснула, когда по дому еще сновала Эбби.

6

<<«В нашей жизни не должно быть места аскетизму4848
  Аскетизм – вид духовной практики, преднамеренное самоограничение, самоотвержение, либо исполнение трудных обетов, порой включающий в себя самоистязание.


[Закрыть]
, умерщвляющему чувства, так же как и грубому распутству, притупляющему их.»

Как я поняла, «аскетизм» – это осознанное подавление человеческих страстей с целью развития духа. Короче, ограничение и подавление чувственных влечений, желаний («умерщвление плоти») как средство достижения религиозных или этических целей. Бла-бла-бла. В любом случае, так сказал мне толковый словарь.

Сегодня мое настроение было чуточку лучше вчерашнего – ведь мама не затеяла субботник. А это значит, что я спокойно могу отправиться на свидание с Дрейком. Поэтому, первым делом, после того, как встала, я написала ему короткое смс: «Я свободна. Можем увидеться».

На что получила: «Когда?».

«Сейчас».

«Буду через полчаса»

Я в удовлетворении снова откинулась на кровать, но взглянув на часы, поняла, что лучше было бы поторопиться. Сборы не заняли у меня много времени. Больше я решила не экспериментировать с внешним видом и выбрала менее откровенный наряд. Вчерашнее происшествие и чувство уязвимости оставили след в моей душе.

Когда я спустилась вниз, то не обнаружила никого, даже мамы. Наверное, все еще спали после вчерашнего «застолья». Мне это было только на руку, и я поспешила выйти за дверь. Мотор «гордости» Дрейка уже во всю гудел на улице, это заставило меня поторопиться. Он встретил меня своим игривым взглядом и осмотрел с ног до головы. Джинсы, легкая замшевая куртка, и белая майка. Казалось, он был несколько разочарован моим сегодняшним внешним видом. Надеюсь, из-за этого его интерес ко мне не исчезнет. Надо было напомнить себе, какие у меня были на него планы. Я села на пассажирское сиденье и обняла его сзади за талию.

– Куда едем? – спросила я, нарочно прижавшись к его уху.

– Думаю, Парк Риверфронт сегодня особенно прекрасен.

И, правда. Погода все еще не желала переходить в «осенний» режим, и воздух ощущался, как шестьдесят восемь по Фаренгейту4949
  20 градусов по Цельсию


[Закрыть]
. Если честно, я бы, не прочь посидеть дома в пасмурный день или попасть под мелкий дождик. Это намного приятнее, чем летнее тепло в осенний период.

Мы достигли парка меньше, чем за семь минут. Были некоторые преимущества проживания на Камерон стрит. Например, парк рядом с домом и удобное расположение по отношению к остальным интересным местам, включая набережную.

Птикодьяк, может, и не была самой величественной рекой в мире, но мне нравилась. Такая спокойная и разная одновременно. Вблизи она отдавала голубым, как и все реки, но стоило отойти чуть дальше, и она приобретала коричневый цвет, за что ее прозвали «Шоколадной рекой».

Особенно живописных мест, куда можно было отправиться на такой короткий срок, не было, так что выбирать не приходилось. Как только мы подошли к воде, Дрейк достал сигарету и закурил. Я не стала его упрекать в том, что вообще-то мне не очень комфортно, так как знала, что в будущем (а я была уверенна), он тоже уступит в чем-то мне. Да и не такое большое это дело – потерпеть две-три минуты, пока он затянется и бросит ее куда-нибудь за бордюр. Какого было мое удивление, когда он достал вторую. И как у этого человека хватало дыхалки для игры в футбол?

Все это время мы прогуливались в тишине, лишь изредка улыбаясь друг другу. И до меня дошло то, что я упустила ранее – нужно было придумать темы для разговора. Не говорить же сразу, что я эдакая озабоченная старшеклассница, которая жаждет совокупиться с ним. Нет. Нам срочно нужна общая тема для разговора. И я ее нашла.

– Это правда, что ты встречался с Алекс Коннорс? – выпалила я, не подумав.

Его зрачки сузились, и он чуть не выронил сигарету, но мгновенно принял невозмутимый вид. Черт. Быть мной – значит попадать именно в такие ситуации.

– Кто тебе это сказал? – спросил он с удивлением.

– Ну… Вся школа только об этом говорит. Скот Фуллер, Тим Барнз… И все о вас ребята.

Я не хотела показаться слишком заинтересованной в этом вопросе, мне, честно говоря, было до фени, с кем там случилась бурная ночь у Алекс, но было интересно, где и как. Может, я даже ревновала. А вдруг, это действительно был Дрейк.

– Скот и Тим? – он вскинул брови. – Нет, это точно не они. Слишком она… невинна, понимаешь? – он посмотрел на меня так, будто я сама не была такой.

К счастью, свою личную жизнь я умело скрыла от Вивьен, а, заодно, и от всей школы.

– В любом случае, Вив говорит об этом направо и налево.

– Вив любит рассказывать сказки, – рассмеялся он, затянулся последний раз и выбросил вторую сигарету за борт.

Я не состояла в «Гринпис»5050
  GreenPeace – международная организация по защите окружающей среды


[Закрыть]
, но почему-то мне стало противно от этого жеста.

– Да, очень, – согласилась я, поглядывая на уплывающий в небытие окурок.

– Думаю, скоро все уляжется. Ну, или кто-нибудь облажается и все переключат внимание на него.

Я слабо улыбнулась. И вот. Снова молчание. Черт, мне срочно нужны книжки, типа: «О чем говорить с парнем, которого намереваешься затащить в постель?» и «Как затрахать его до смерти».

– Ну, что, – кривая ухмылка снова воцарилась на его лице, и он обнял меня за талию. – Пойдем?

– Куда? – спросила я.

– О… У меня еще много планов, – загадочно заявил он. – Сейчас ведь только десять утра.>>


Зрение не подвело ее. Они действительно были тут. Ассомпшен Плэйс5151
  Assumption Place (англ.)


[Закрыть]
возвышалось над их головами, демонстрируя величие атлантического побережья Канады и инженерной мысли тех, кто его построил. Они припарковались рядом и прошли в главное здание.

– Ты, должно быть, шутишь, – не верила Иззи. – Мы что, зайдем внутрь?

По самодовольному выражению лица Дрейка было понятно, что ему понравилась реакция его спутницы.

– Мои родители работают здесь, так что у меня есть бессрочный пропуск сюда. Если нам повезет, то Джим проведет нас наверх, – сказал он, подтверждая догадки девушки. Он был очень доволен собой.

– Кто такой Джим? – спросила она, стараясь держать рот закрытым. Ее мало чем можно было удивить, но ему это явно удалось.

– Он из технического персонала и владеет ключами от всех дверей. Часто помогал мне.

– За бесплатно?

– Ну, мне пришлось пару раз свозить его дочь в кафе-мороженное, – усмехнулся парень и открыл входную дверь.

– Очень романтичное место, – хихикнула Иззи.

– Ей девять.

Изабель на мгновение остановилась. Дрейк не был похож на человека, который бы мог любить детей. Даже не так. Он вообще был последним в списке тех, кому они даже могли бы нравиться, но это так. Он, похоже, питал к ним теплые чувства. Может, ей стоит рассмотреть его в немного другом качестве? Как парня, например? Одно другому не мешает. Даже больше: это является одним из средств достижения цели.

Они прошли охрану, как и сказал Дрейк, у него был пропуск в любое время, чтобы он мог якобы повидаться с семьей, но на самом деле он нелегально проводил сюда своих друзей. Пара не зашла ни в один кабинет в этом огромном двадцатиэтажном здании, но некоторые из них были открыты, и она могла увидеть, как кипит работа внутри. Дрейк провел ее прямо к последнему из кабинетов на первом этаже, где висела табличка: «Техническое обслуживание», парень без колебаний вошел туда.

– Мистер Смит? – спросил он. – Джим?

В кабинете сидел мужчина средних лет, с темными волосами с проседью. Он поднял глаза на вошедшего.

– О, Дрейк, – улыбнулся он при виде знакомого. – Кто на этот раз: блондинка или брюнетка?

– Вообще-то, я рыжая, – подалась вперед Изабель, при этом слегка оттолкнув Дрейка.

– Хм, занятно.

Он глубоко вздохнул, оставил свою работу за монитором – Иззи была уверена, что он раскладывал пасьянс – и подошел к подросткам.

– Иззи, это Джим Смит, – указал на мужчину Дрейк. – Он и есть тот самый механик, о котором я тебе говорил. Джим – это Изабель. Она моя… подруга.

– Зовите меня Иззи, – улыбнулась девушка и пожала руку Джиму.

– Рад познакомиться.

Они прошли на последний этаж, где Джим открыл им дверь на самый верх.

– Только не долго, – напомнил им мужчина. – И поосторожнее там.

Затем он ушел, предоставив детей самим себе.

Изабель было немного не по себе использовать привилегии Дрейка, даже если он сам предложил. Но, когда они вышли наружу, это чувство испарилось. Это было восхитительно.

Дома, улицы, восходящее солнце, река и парки… Перед их взором раскрылся почти весь Монктон. Все казалось совершенно другим, не так, как внизу. Изабель тут же подбежала к краю крыши.

– Это… Это изумительно, – заворожено произнесла она.

– Нравится? – Дрейк очутился рядом с ней.

Девушка повернулась к парню и просияла.

– Очень.

Их обдул прохладный ветер. Несмотря на теплую погоду, температура на ста футах5252
  На восьмидесяти метрах


[Закрыть]
над землей была гораздо ниже. Иззи поежилась. Дрейк без слов обнял ее.

– Ты так покоряешь каждую свою девушку? – лукаво спросила она.

– Ну… Может, не всех, – шутливо ответил он.

– Это самый чудесный день в моей жизни, – преувеличила она. Конечно, это был не самый счастливый день в ее жизни, но трюк со зданием ей явно понравился.

Она поднялась на цыпочки, чтобы отблагодарить его, он понял намек и чуть склонил к ней голову. Еще чуть-чуть… Пищащий звук уничтожил момент. Черт. Ее телефон. Кто это? Эбби? Да, только она может испортить такой момент. Иззи была готова уже отправить двести гневных смс-ок сестре, пока не взглянула на экран сотового.

«Предупреждение еще в силе», – гласила она. Самым странным в этом послании, кроме его содержимого, был его отправитель – «Неизвестный».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15