Кэтрин Кингсли.

Звук снега



скачать книгу бесплатно

Он резко оборвал фразу. Но Джоанна без труда поняла, как она должна была закончиться – самой большой ошибкой он считал женитьбу на Лидии. Неужели маркиз думает, что она не знает, как он относился к жене? Но у Джоанны хватило воли, чтобы не рисковать достигнутым, задав этот готовый сорваться с языка вопрос.

– Если вы так считаете, лорд Гривз, то почему даете мне шанс? – спросила она вместо этого. – Почему доверяете вашего ребенка моей заботе?

– Потому что… я в отчаянии, я совершенно запутался, – ответил он, и напряженные губы не оставляли сомнения в его искренности. – Уже из-за одного вашего поразительного сходства с моей покойной женой я хотел, чтобы вы как можно быстрее уехали отсюда. Напоминания о Лидии тяжелы для меня. – Голос маркиза чуть дрогнул, и он сделал паузу. – Я совершенно не представляю, поможет ли это сходство Майлзу быстрее привыкнуть к вам или запугает еще сильнее. Но узнать это сейчас невозможно, поскольку он не хочет разговаривать.

– Он не проявил ни малейших признаков испуга. Поверьте, я бы никогда не допустила, чтобы Майлзу из-за меня стало еще хуже.

– Что ж, смею надеяться, что ему с вами будет хорошо. Он сильно любил свою мать и был очень расстроен тем, что происходило в прошлом году. И несмотря на то, что я думаю о вас, буду искренне благодарен, если вы ему как-то поможете. Действуйте так, как считаете нужным.

Гай тяжело вздохнул, отошел в сторону и резко повернулся к ней спиной.

Джоанна даже поперхнулась, настолько неожиданным было видеть такое проявление чувств человеком, который до сих пор казался ей совершенно бесчувственным. Тем важнее было подобрать правильные слова, которые следовало сказать сейчас.

– То, что вы думаете обо мне, милорд, не столь важно, – мягко произнесла она. – Единственное, о чем следует думать сейчас и вам и мне, это самочувствие вашего сына. Я благодарю вас за то, что вы дали мне этот шанс, от всего сердца благодарю! Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь Майлзу преодолеть этот трудный для него период.

Не в силах добавить еще хоть слово, она вышла из библиотеки.

5

– Не вижу смысла оставаться здесь, в этом Вейкфилде, даже на минуту, моя девочка, – сказала Банч, аккуратно складывая белую ночную рубашку и укладывая ее в свой саквояж. – Ты во мне не нуждаешься, и делать мне здесь нечего, разве что выслушивать твои бесконечные рассказы о том, как тебя беспокоит судьба этого маленького мальчика, и сетования на безразличие его отца.

– Прости меня, – сказала Джоанна с искренним сожалением, – я не хотела тебе надоедать. Просто голова забита мыслями о том, что делать с ними обоими, и я не могу говорить ни о чем другом. Но я, конечно же, не хотела спровоцировать твой отъезд.

– Кто сказал, что ты спровоцировала мой отъезд? Не будь такой тонкокожей, Джоанна. Твоя обидчивость порою подводит тебя настолько, что ты можешь забыть обо всем другом, – заявила Банч, прекратив упаковывать вещи. – Я же говорила тебе, что сестра пригласила меня на Рождество.

Я ее не видела уже шесть лет. Ты ведь не настолько эгоистична, чтобы не отпустить меня? К тому же я живу в этом ужасном месте пять недель, совершенно ничего не делая, а ты знаешь, что я не привыкла бить баклуши.

Джоанна знала, что Банч права. Просто Банч всегда была рядом или почти всегда. На протяжении двадцати с лишним лет она была ее наставницей и советчицей. Представить, что можно жить без Банч, было крайне трудно. И Джоанна прекрасно понимала что, пытаясь задержать ее, вела себя как эгоистка.

– Конечно, тебе следует ехать, моя дорогая, – сказала она. – Я только не думала, что это произойдет скоро. Я надеялась, что Рождество мы проведем вместе.

– У тебя и без меня будет чем заняться. Ты и так все дни и ночи возишься с мальчиком, а лорд Гривз еще решил организовать рождественский бал. Надо же будет кому-то проследить, чтобы слуги сделали все как надо. А то они носятся в разные стороны, будто цыплята с отрубленными головами. Более глупой подготовки мне еще не приходилось видеть. – Банч поджала губы. – Эта миссис Кампьон может быть и хорошая домоправительница, когда все идет свои чередом, но совершенно не знает, как управлять таким огромным хозяйством, когда привычный распорядок меняется. Ей самой требуются четкие указания. А я учила тебя именно тому, как организовывать жизнь в доме. Для чего, как ты думаешь?

– Меня не станут слушать, – сказала, горько усмехнувшись, Джоанна. – Слуги и так на взводе, а я для них не более чем досадное недоразумение.

– Проблема в том, что они не могут понять, каково твое положение здесь, моя девочка. Сколько раз я тебе говорила, что социальный порядок – это основа всего! А ты после своего приезда делаешь все, чтобы нарушить его. Ты приехала сюда как контесса и кузина их покойной хозяйки. Так оно и должно быть.

Банч тщательно сложила платье и обернула его папиросной бумагой.

– Не помнимаю, что ты имеешь в виду, Банч? – возмущенно переспросила Джоанна.

– Я имею в виду, что они вдруг узнали, что ты – новая няня…

– Гувернантка, – поправила Джоанна.

– Это всего лишь слова, обозначающие почти одно и то же. Няня ли, гувернантка – в данном случае разницы нет. Ты завтракаешь, обедаешь и ужинаешь в детской и кроме как с мальчиком ни с кем ни о чем не разговариваешь, в том числе и со мной. Ты даже спать стала в свободной спальне возле детской. Лично я прекрасно понимаю – причина в том, что бедный парнишка иногда ходит по ночам и ты хочешь быть к нему поближе. Но позволь спросить, что, по-твоему, должны думать об этом остальные?

Джоанна приоткрыла рот, намереваясь что-то сказать, но Банч продолжила, не дожидаясь ответа:

– Я сама тебе скажу. Все думают, что лорд Гривз намеренно отдалил тебя от себя, загнал так далеко, насколько это было возможно, чтобы не показаться слишком невежливым и в тоже время лишить тебя возможности общаться с окружающими. Что еще могут подумать люди, которые знают, что ты здесь, но практически тебя не видят?

– Но это же неправда, Банч. Майлз нуждается во мне. Ему требуется все мое внимание! – возразила Джоанна. – Кстати, уже наметился некоторый прогресс. Он наконец позволил искупать и одеть себя. Затем я уложила его в постель, и он до утра проспал сухим. Правда, спит он по-прежнему очень неспокойно. Но как бы ты спала, если бы тебе снились страшные сны о твоей покойной маме? А я уверена, что именно такие сны он и видит.

Банч хмыкнула, устремляя взгляд на Джоанну:

– Если бы ты спросила меня, что ты делаешь не так, я бы посоветовала прекратить его баловать. Постоянно ругать так же плохо для ребенка, как и пытаться уберечь его от всего на свете.

– Я не пытаюсь уберечь его от всего на свете, я стараюсь сблизиться с ним.

Банч захлопнула саквояж и закрыла замок.

– Свежий воздух и физическая активность – вот как бы я определила то, что помогло бы Майлзу де Саллиссу вернуться к нормальной жизни. А ты относишься к нему так, будто он сделан из венецианского стекла.

Джоанна помрачнела. С такой точки зрения она о воспитании Майлза не думала. Однако очень может быть, что Банч права. Стараясь избегать малейших намеков на ужасные методы миссис Лоппит, Джоанна впала в другую крайность и действительно стала относиться к мальчику так, будто он был наполовину сломанной игрушкой, которую следовало оберегать от любых прикосновений, чтобы не сломать окончательно. А ведь, возможно, он нуждается в таком же отношении, как любой другой оправившийся от болезни ребенок.

– Ты настоящий бриллиант, Банч! – воскликнула Джоанна, подскочив к пожилой женщине и заключив ее в объятия. – Кажется, ты нашла верное решение! Да, именно так я и буду действовать. Для начала обновлю его гардероб – больше никаких платьиц и детских рубашечек! Он будет одеваться так, как положено мальчику. И… И еще ему нужна собака. Да, именно так! Щенок. Теперь я точно знаю, что подарить ему на Рождество. Это гораздо лучше, чем еще одна книжка, которую я собиралась подарить, правда?

– Собака – это здорово, – сказала Банч, одобрительно кивая. – Она поможет ему научиться думать о ком-то еще, кроме себя.

Джоанна в восторге хлопнула в ладоши.

– Отлично! И еще он, конечно же, должен научиться ездить на лошади. О небеса, я в его возрасте при первой возможности запрыгивала на пони! Надо сходить в конюшню и поговорить с грумом, посмотреть, что он может предложить. Мне тоже потребуется кобыла, чтобы я могла скакать рядом с ним. Кстати, грум и насчет щенка может что-нибудь посоветовать. Должна же быть где-то поблизости собака с пометом?

Банч покачала головой.

– Ты прямо как твой отец, и это меня порою тревожит. У вас так: пришла в голову идея – и вы тут же бросаетесь воплощать ее в жизнь, совершенно не думая о последствиях. Следующим шагом, насколько я тебя знаю, ты станешь учить ребенка перескакивать через барьеры, чтобы он окончательно обрел уверенность в себе.

Джоанна рассмеялась.

– Единственное, о чем я сожалею, дорогая Банч, это то, что ты не направила меня на этот путь три недели назад.

– Ты сначала наделаешь ошибок, – сухо ответила Банч, – прежде чем начнешь прислушиваться к советам. Кстати, подумай о том, чтобы подружиться со слугами. Если ты хочешь узнать, что случилось с твоей кузиной, то только они могут рассказать тебе правду. Но ты не выудишь из них ни слова, пока не докажешь, что тебе можно доверять. А сейчас не могла бы ты позвать лакея? Карета меня уже ждет.

Джоанна не сомневалась в справедливости последних слов Банч и решила попозже обдумать совет как следует. Сейчас же она покорно дернула за шнурок звонка, а затем, стараясь не шуметь, прошмыгнула в комнату, в которой спала до того, как перебралась поближе к детской. Там, недолго порывшись в своих вещах, она вынула подарок, приготовленный Банч к Рождеству. Это была небольшая, написанная маслом картина, на которой была изображена ее любимая трехцветная кошка, сидящая на западной веранде виллы ди Камильяно и смотрящая на живописно раскинувшиеся вдалеке холмы. Джоанна вставила картину в рамку и красиво упаковала еще в Пезаро, но даже представить не могла, что придется вручить подарок до Рождества, и уж тем более при прощании.

– Банч, – сказала она, протягивая сверток пожилой женщине, – пусть это будет в твоем багаже, пока ты едешь. Не разворачивай, пожалуйста, до Рождества, а когда развернешь, вспомни обо мне. Знай, что я очень сильно люблю тебя и всегда буду благодарна за все то, что ты для меня сделала. Ты же вернешься? Или нет?

– Не валяй дурака, – улыбнулась Банч. – Конечно же вернусь. Иначе что ты без меня будешь делать? Но имей в виду, это произойдет не завтра – сестра имеет право подольше наслаждаться моим присутствием после столь долгой разлуки.

Джоанна поцеловала Банч в мягкую щеку и поспешила выйти из комнаты, опасаясь, что вот-вот расплачется.


Это могло случиться только с ней. Сбегая вниз по лестнице, на нижнем пролете она налетела прямо на поднимающегося Гая де Саллисса. И лишь то, что он одной рукой успел обхватить Джоанну за талию, а другой ухватиться за перила, спасло их от того, чтобы не упасть и не сломать шеи.

– Такие срочные дела? – насмешливо спросил он.

Ощущая через ткань платья его сильную руку, Джоанна залилась краской. Больше всего ей хотелось сейчас превратиться в клубок тумана и раствориться в воздухе. С момента их последней беседы прошло три недели, и все это время они практически не разговаривали. Вопреки утверждениям миссис Лоппит Гай де Саллисс не требовал, чтобы Майлза ежедневно приводили к нему для коротких встреч, зато сам часто приходил в детскую без предупреждения, молча наблюдал за ними и так же неожиданно уходил. При этом Гривз, как правило, ничего не говорил, за исключением слов, предусмотренных правилами приличия, да и приветствия не всегда произносились вслух. В таких случаях Джоанна, давая знать, что заметила его появление, молча кивала и изображала подобие улыбки. В его присутствии она всегда ощущала бессознательную тревогу, иногда такую сильную, что по спине пробегали мурашки. И еще порою появлялось странное ощущение, что ее тело как-то по-особому, не так, как ум и сердце, реагирует на близость маркиза.

Сейчас мурашки бегали не только по спине, а по всему телу, приятно щекоча. Даже прикосновения Космо, которого Джоанна искренне и сильно любила, не оказывали такого возбуждающего эффекта. Прикосновения супруга были приятны, обещали тепло и уют, но не пробуждали скрытую где-то в глубине чувственность. По крайней мере, из-за объятий мужа она не ощущала неожиданной слабости в коленях, как это было в данный момент. Но с какой это стати она сейчас вдруг вспомнила о Космо?

Чувствуя, что ей становится трудно дышать, Джоанна посмотрела на Гая и еще больше встревожилась, увидев его светящиеся изнутри темные глаза, выражение которых так и не научилась понимать.

– Вы потеряли дар речи? – мягко спросил он, чуть сильнее сжав теплыми руками ее талию. – А я думал, что это совершенно невозможно.

Воззвав к остаткам чувства собственного достоинства, Джоанна опустила голову и сделала крошечный шаг в сторону.

– Я… Я хотела выйти на улицу, милорд, – пробормотала она, не переставая поражаться тому, что с ней происходит – ноги отказывались повиноваться, а сердце билось так, будто Джоанна только что не спускалась, а бежала вверх по лестнице.

– Выйти на улицу? В такую погоду? А вы знаете, что там льет как из ведра?

Она не знала. Огорченная отъездом Банч, Джоанна даже не выглянула в окно.

– У меня есть одна идея, и я хотела узнать, насколько она выполнима, – промямлила Джоанна.

– Признаюсь, заинтригован. Интересно, что это за идея, которая может заставить бежать на улицу в такую погоду, даже не захватив зонтика? Я надеялся, что наемная карета, которая стоит у дверей, ожидает не вас. – Гривз убрал руку с ее талии, как бы позволяя уйти. – А вы покидаете нас, контесса? О, наверное, забота о ребенке оказалась слишком тяжелой ношей для вас?

Издевка, прозвучавшая в вопросе и в тоне, которым он был задан, не столько рассердила, сколько удивила.

– Нет, – спокойно ответила она, хотя лицо продолжало пылать, – карета предназначена для моей компаньонки мисс Фитцвильямс. Это она уезжает, не желая более досаждать вам своим присутствием. Что касается меня, я ни при каких условиях не оставлю вашего сына, если, конечно, вы не снимете с меня эту обязанность.

Маркиз удивленно приподнял черную бровь.

– О, это способно внушить уверенность. Как повезло Майлзу, что у него появилась такая защитница. Однако мне не терпится узнать, сможет ли он когда-нибудь защитить вас от меня. Ведь я настоящий дьявол во плоти.

Джоанна слегка отвернулась, чтобы не видеть его пронзительного взгляда.

– Я делаю то, что могу, милорд, – сказала она, желая в душе оказаться где-нибудь за сотни миль отсюда, в любом месте, лишь бы не испытывать этот дискомфорт, причину которого она даже не могла определить. – И прошу вас разрешить мне и впредь делать то, что я могу, чтобы помочь вашему сыну выздороветь.

Теперь слегка повернул голову Гай, опасаясь встречи с ее взглядом.

– Что ж, продолжайте делать, как вы выразились, то, что можете.

– В таком случае не разрешите ли вы заказать Майлзу новую одежду? Та, которую он сейчас носит, ему уже не подходит по возрасту.

Джоанна рискнула посмотреть Гривзу в лицо и тут же поняла, что совершила ошибку. Он был слишком красивым, чтобы она могла быть спокойной, находясь с ним совсем рядом. Джоанна почувствовала, как кровь вновь приливает к лицу, и опустила глаза.

– Заказывайте все, что вам нравится. Я уже говорил, что нет нужды даже советоваться со мной по поводу таких пустяков.

– А по поводу чего, милорд, вы хотели бы, чтобы я советовалась с вами? – тут же уточнила она. – Или лучше спросить, что вы не считаете пустяковыми вещами? Вы постоянно заглядываете в детскую, но еще ни разу не поинтересовались, есть ли улучшения в поведении вашего сына. Или это тоже у вас относится к категории незначительных пустяков?

– Да вы настоящая хулиганка, ведь правда? – весело сказал Гай, чем еще больше рассердил Джоанну. – Теперь я совсем не удивлен, почему вы заслужили такую репутацию.

– Я теперь тоже не удивлена той репутацией, которую заслужили вы, милорд, – мгновенно парировала она, одновременно прилагая усилия, чтобы окончательно не вспылить.

– О, Лидия успела сообщить вам по секрету, насколько я жесток? – Гай пожал плечами. – Что ж, это вполне естественно. Хотя, должен признать, вы обладаете гораздо более острым умом, чем ваша кузина. – Он осмотрел Джоанну сверху вниз с явным интересом. – Скажите, контесса, вы такая с рождения или ваш талант развивался постепенно, в частности, во время вашего короткого замужества, когда вы вращались в кругу итальянской аристократии?

– Если вы имеете в виду мой брак с Космо ди Каппони, могу заверить, что он женился на мне на такой, какой я была, и вовсе не думал о том, какой я стану, – ответила Джоанна холодным, как лед, тоном. – Если у меня и правда есть то, что называется остроумием, этим я обязана исключительно родителям.

К своему удивлению, она вдруг начала понимать, что эта словесная пикировка с маркизом доставляет ей удовольствие. Если у кого и был острый ум, то это у него. Причем такого ума Джоанна не встречала ни у одного мужчины, которого знала до встречи с Гривзом. Как бы ни относилась она к этому человеку, она не могла не признать наличие у него высокого интеллекта. Это открытие заставило Джоанну нервничать еще сильнее.

– Если вы отодвинетесь чуть в сторону, я смогу пройти, чтобы заняться тем, чем собиралась, – уже не заботясь о вежливости, сказала она, чувствуя, что просто не может оставаться с Гаем рядом.

Уголки его губ приподнялись в полуулыбке.

– Но теперь мне действительно не терпится узнать, что за дела заставляют вас уходить из дома в такую погоду и в такой ужасной спешке. Ах да! Конечно. Прошу прощения. Кто бы он ни был, вы не должны заставлять его ждать.

Один резкий толчок – и он покатится вниз по ступенькам. Джоанна уже подняла руку, но в последний момент, сама не зная как, сумела остановиться.

– Вы совершенно правы, милорд, – ответила она, гордо поняв голову и придав лицу невозмутимое выражение, – я ухожу, чтобы встретиться с вашим грумом. Он красивый мужчина, гораздо симпатичнее вас.

Гай на секунду задумался, почесывая нос.

– Тумсби, безусловно, славный малый, но назвать его очень красивым можно только с большой натяжкой, – сказал он. – Передайте ему привет от меня… Да, и пожалуйста, постарайтесь не так сильно наседать на него. В свои семьдесят три он вряд ли обладает такими же жизненными силами, как прежде, к тому же в холодную погоду его сильно беспокоят суставы.

Гай отвернулся и пошел вверх по лестнице. Через несколько мгновений до Джоанны донесся его сдержанный смех. Она тоже не удержалась и прыснула. Да, чтобы там ни было, но в Гае де Саллиссе она встретила достойного контрпартнера.

6

Вейкфилд-эбби.

Канун Рождества 1818 года


Кареты начали прибывать в восемь. Они подъезжали одна за другой, и из них поодиночке и группами появлялись беззаботно болтающие люди, одетые по самой последней моде. Все говорило о том, что здесь будут отмечать не только наступление Рождества, но и официальное окончание траура маркиза Гривза. Джоанна, затаившаяся в тени верхнего пролета лестницы, была лишена возможности наблюдать за тем, как эти люди входили в дом, сверкая безукоризненно подобранными драгоценностями, помахивая веерами, активно жестикулируя, приветствуя друг друга поклонами и реверансами. Не могла она, несмотря на все старания, и избавиться от саднящего чувства обиды. Нет, Джоанна обижалась не на то, что не была приглашена. Бог свидетель, она даже не думала об этом. Обидно было за Лидию. Все здесь вели себя сейчас так, будто ее любимая кузина никогда не жила в этом доме и не была маркизой, будто она вообще не существовала. Можно ли представить более печальную судьбу?

Гай де Саллисс стоял в главном холле, украшенном ветвями остролиста и гирляндами из еловых лап и освещенного помимо множества свечей яркими искрами рождественских поленьев, весело потрескивающих в камине. Гай, улыбаясь, приветствовал подходящих гостей. Он тоже вел себя так, будто в этом доме ничего не случилось. Сквозь гул голосов расслышать его слова было, конечно, невозможно, но даже в жестах, которые поражали Джоанну, ощущалось исходящее от маркиза обаяние. Причем слово «обаяние» было просто первым пришедшим на ум и лишь в самой малой степени выражающим то, что она чувствовала, когда смотрела на Гривза. Стоя посреди холла в черных брюках и фраке, резко контрастирующих с белоснежной сорочкой и на тон темнее шейным платком, он был не просто обаятелен, он был невыносимо прекрасен.

Теперь Джоанне было понятно, что Лидия, подпав под его гипнотическое влияние, просто не могла не стремиться к нему. Джоанна сама ощущала силу его чар даже на таком расстоянии. Ничего удивительного, что ее чуть не хватил удар, когда он оказался совсем рядом, остановив ее на лестнице. И конечно же, не удивительно, что бедная Лидия, забыв обо всем, угодила прямо в его объятия. В вечернем наряде, весело смеющийся и шутивший с гостями Гривз был настоящим принцем из сказки.

– О, слава небесам, ваша светлость, вы здесь! А я вас повсюду ищу. Бегала в детскую, но Маргарет сказала, что не видела вас с тех пор, как вы уложили в постель лорда Уакомба. Так вот, миссис Кампьон беспокоится, что так долго не подают заливное – оно стало совсем жидким от тепла свечей!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34