Катрин Корр.

Неправильные



скачать книгу бесплатно

Глава третья



Поганое утро, зато веселая ночка. Ношусь по квартире как ужаленный и швыряю в кожаный дорожный чемодан все, что, как считает моя все еще пьяная башка, мне может понадобиться в недельном отпуске.

Пять пар носков? Что-то многовато. Возьму три пары и достаточно.

Трусы-боксеры. Хватаю несколько штук из ящика комода и забрасываю к носкам и прочим вещам.

Мой взгляд цепляется за что-то яркое, и я тупо таращусь на кусочек красной кружевной ткани, выглядывающей из чемодана.

О мой бог. Женские трусики. Должно быть, их оставила Сонечка в прошлые выходные. О, да. Я буду вспоминать ее еще очень долго. В особенности мягкие и умелые ручки.

Звонит мой сотовый, и я нехотя смахиваю мои сладостные воспоминания о грудастой брюнеточке. Хватаю телефон и вижу фото двоюродного братца с улыбкой до ушей в синем парике Мальвины. Этому фото лет семь, не меньше, одно из моих любимых.

– Ну, и где тебя носит? Регистрация начнется через двадцать минут, а твоей золотой задницы поблизости я что-то не наблюдаю!

– Еду, брат, еду! – Слышу недовольный стон в трубке и быстро швыряю в чемодан зарядное для телефона и новую зубную щетку. – Только не ной. Я успею.

– Уж постарайся, – нетерпеливо рявкает Ваня. – Ты вчера перепил, да? Голос как будто из задницы мира. Хорошо, что мама улетела еще три дня назад, и ей не придется видеть твою пьяную физиономию. Я возьму тебе термоядерную жвачку, чтобы ты не дышал на всех своим перегаром.

– На всех – это на Сашу и ее подружек? – ехидничаю я. Придерживаю телефон плечом и натягиваю на себя черные джинсы. – Не парься, я им понравлюсь.

– Марк, я же просил тебя… – В трубке слышится шорох и женские голоса на заднем фоне. – Я же, черт возьми, просил тебя относиться к ней серьезно! Она моя невеста.

– Ты, наверное, сейчас отошел от своей невесты на пару метров и делаешь вид, что ведешь непринужденную беседу с любимым двоюродным братом, а сам с трудом сдерживаешь в себе громы и молнии, да? Я угадал?

– Марк, живо тащи свою задницу в аэропорт, и только попробуй опоздать!

Ваня кидает трубку, а я только усмехаюсь. Угораздило же его так влипнуть!

Я ненавижу свадьбы и все, что с этим связано. Люди готовы тратить миллионы, лишь бы превратить обыкновенный день в долбаную сказку, а потом отправлять гостям постановочные фотографии, мол, глядите, какие мы тут счастливые! Вот здесь мы обнимаемся с родителями, тут мы целуемся в сотый раз, а вот здесь у нас обоих вылетают розовые бабочки из задниц, ведь мы режем наш огромный кремовый торт!

Поверить не могу, что Ваня решился на это.

Женитьба.

Упаси боже от этого кошмара. Я лучше искупаюсь в дерьме, чем дам окольцевать себя.

Застегиваю чемодан и ставлю его на колесики. Набрасываю поверх черной рубашки поло кожаную куртку и быстрым взглядом оглядываю мое холостяцкое убежище. Да, здесь творится небольшой хаос, но разве не так должно быть в доме истинного холостяка?

В лифте меня настегает тошнота.

Пока спускаюсь на парковку, жалею, что не выпил кофе или не заварил себе быстрый суп, чтобы выхлебать из него всю юшку. Да, наверное, не лучшая идея садиться сейчас за руль, ведь мне довелось поспать четыре часа, и алкоголь все еще сбивает мои мысли.

Господи, ну разве нельзя было взять билеты на более поздний рейс? Наверняка организацией перелета занималась Саша, которой не терпится поскорее набросить на бедного Ваньку ошейник. Наверное, спит и видит себя в белом платье и длиннющей фате, а чуть позже с кожаным хлыстом в руках. Не спорю, она девушка симпатичная, хотя и не в моем вкусе. Но жениться? Господи помилуй!

Киваю в знак приветствия пузатому охраннику подземной парковки и выезжаю на улицу. Вот-вот серые дороги озарит яркое солнце. Набрасываю темные очки на глаза, еще раз посожалев об отсутствии завтрака в моем желудке, и гоню в аэропорт.

Как назло, я собираю все красные сигналы светофора, и к тому моменту, когда мое не выспавшееся тело вваливается в здание аэропорта, по громкоговорителю объявляют, что регистрация на рейс в Москву заканчивается.

Такая же, по-видимому, не выспавшаяся женская тушка с короткими высветленными волосами лениво приклеивает к моему чемодану наклейку и во второй раз спрашивает, буду ли я сдавать его в багаж.

– Нет, мои вещи всегда со мной.

Она безразлично пожимает плечами и выдает мне посадочный талон.

Отхожу от стойки и жадно гляжу в сторону небольшой открытой кофейни. Боже, как же мне хочется выпить крепкий капучино. Снова звонит телефон, и я нервно закатываю глаза, когда вижу на экране улыбчивого жениха.

– Марк, только не говори, что ты еще не приехал!

– Успокойся, я уже здесь. Думаю купить себе кофе. Я, знаешь ли, не успел…

– Черт тебя дери! Я возьму тебе кофе, только неси свой зад сюда!

– Ладно-ладно, не паникуй так.

Его нервозность меня утомляет. Может, Саша уже всю плешь проела ему этой долбаной свадьбой? Ну, ничего, на мальчишнике, организацию которого я беру на себя, Ваня оттянется по полной.

– Только без молока. И захвати бутылку минералки, а то…

Ваня вновь прерывает разговор, злясь на мое опоздание.

В зоне паспортного контроля помимо меня других пассажиров нет. Суровая на вид женщина несколько раз кидает на меня подозрительный взгляд, сравнивая мою еще хмельную физиономию с фотографией в паспорте.

– Красавчик, правда?

Посылаю ей ленивую улыбку и тут же ловлю на себе ее недовольный взгляд. Она шумно кладет на стойку мои документы и, не говоря ни слова, указывает рукой в сторону двух металлоискателей, за которыми сидят два сотрудника охраны.

Как будто без ее помощи я бы и не знал, что же мне делать дальше.

Когда захожу в полупустой зал ожидания, чувствую подбирающуюся горечь во рту и тут же, пробегаю глазами по указателям. Мне срочно нужно выблевать из себя остатки вчерашнего вискаря и выпить минеральной воды. Вижу знак мужского туалета и пулей залетаю туда, случайно толкнув пузатого мужика в плечо. Вяло извиняюсь и забегаю в пустую кабинку. Несколько минут корчусь над светлым унитазом с широкими ржавыми потеками, и, как только я представил, сколько всего повидал этот некогда белоснежный друг, из меня выливается все, что только могло остаться в желудке после бурной ночи.

– Держи! – говорит знакомый голос, едва я открываю дверь кабинки. – Пей. И зажуй жвачку.

Ваня стоит рядом и держит в руках пластмассовую бутылку с минералкой и упаковку мятной жвачки. Его серые глаза оценивающе пробегают по мне, мы обмениваемся рукопожатием, и я недовольно выхватываю из его рук бутылку.

– Спасибо, братишка. Ты безумно заботливый, – сардонически замечаю я и жадно выпиваю полбутылки. Подхожу к раковине и ополаскиваю лицо прохладной водой. – Мне бы сейчас не помешал бульончик. Здесь есть какая-нибудь столовка?

– Господи, и почему я надеялся, что ты будешь вести себя как взрослый человек?! Нельзя было сделать сегодня все, как положено? Вовремя лечь спать, чтобы без опозданий приехать в аэропорт. А не бухать всю ночь, чтобы потом блевать направо и налево.

– Я сделал это один раз и не куда-то, а в унитаз.

– А кто сказал, что больше ты этого делать не будешь? Марк, в который раз повторяю, что я невероятно счастлив, что ни моей мамы, ни родителей Саши здесь нет! И твоего отца тоже.

– Хвала Господу.

– На, пей свой кофе. И будь другом, веди себя прилично, ладно? Я не хочу, как обычно, краснеть.

Ничего не отвечаю, и мы выходим из туалета. Башка раскалывается, а пустой желудок со слезами просит горяченькой юшки.

– А где же твоя невеста? – спрашиваю я, когда мы заходим в полупустой автобус. – Неужели забыла про собственную свадьбу?

– Они уже в самолете, – недовольно отвечает Ваня, – это я остался тут, чтобы тебя подождать.

– И заодно оценить мой внешний вид. Мало ли что, да?

– И это тоже. – В который раз он кидает на меня неодобрительный взгляд и едва слышно цокает языком.

– Прекрати, ладно? Я обещаю, буду паинькой. Только перестань носиться со мной, как будто мне пять лет. Я, между прочим, старше тебя.

– Ага, на два года. Но иногда у меня такое чувство, что тебе двадцать лет и ты зеленый, как огурец. Я ведь и не собираюсь носиться с тобой, Марк, – уже мягче добавляет мой двоюродный брат, устало глядя в широкое автобусное окно. Когда мы проезжаем мимо небольшого зеленого самолета, он снова переводит на меня свои серые глаза и, подождав несколько секунд, говорит: – Для меня это все очень серьезно. Я люблю Сашу, и для меня важно, чтобы эта неделя прошла без сучка и задоринки, понимаешь?

Да, Ваня младше меня практически на два года, но иногда мне кажется, что ему не двадцать восемь, а все пятьдесят. С тех пор как Саша взяла его в оборот, мой брат превратился в скучного профессора жизненных наук, и сказать, что мне это не нравится – ничего не сказать.

– Я не собираюсь портить твою свадьбу, если ты об этом. А вообще, извини, что я немного не такой, как ты.

– При чем здесь это? Марк, ты думаешь, что я не вижу, как ты относишься к Саше? Постоянно пытаешься ее подцепить, или эти твои шуточки насчет мальчишника! Она ведь сильно расстраивается.

– А что с мальчишником не так? – Отпиваю остывший кофе и кидаю на брата веселый взгляд. – По-моему, любой жених на твоем месте скакал бы от радости.

Ваня громко фыркает.

– Ладно тебе, не ссы! – говорю я громко и ударяю Ваню по плечу.

Автобус останавливается у нашего самолета. Мы подходим к трапу, где уже столпились вновь прибывшие пассажиры.

– Повторяю, что буду паинькой!

– Надеюсь, Марк, – сухо добавляет брат.

– А что насчет подружек? Все как на подбор?

– Девчонки как девчонки.

– А, ну да. Тебе же сейчас нельзя по сторонам смотреть! Оно и к лучшему, вся малина достанется мне.

Ваня внимательно смотрит на меня, пока мы стоим у трапа и снова цокает языком.

– До Москвы мы летим два с половиной часа. Очень прошу тебя, проспись! И старайся ни с кем не разговаривать, пока перегар не выветрится.

Выпиваю весь кофе в пластмассовом стаканчике и, не зная, куда его деть, с широкой улыбкой вручаю его встречающей нас на борту самолета стюардессе.

– Буду чрезмерно благодарен, – добавляю я, и светловолосая девушка тут же заливается румянцем. Она бегло просматривает мой посадочный талон и с раскрасневшимся лицом поясняет, что мое место практически в самом конце.

Какая милашка.

– Если бы не опоздал, то сидел бы со всеми, – тихо объясняет Ваня, обернувшись ко мне.

Мы останавливаемся, потому что кто-то впереди пытается уложить свою ручную кладь в специальные отсеки над головой. Вокруг царит глухой шелест, пассажиры пытаются усесться на свои места, а двое маленьких детей с криками пытаются поделить какую-то игрушку.

– Скажи, почему мы сидим не в бизнес классе? – рявкаю я в спину Ване, пытаясь заглушить боль в висках. Закрываю глаза и считаю до десяти. Иногда помогает, но только не сейчас, когда над ухом разоряются два маленьких террориста, которых никто и не пытается успокоить.

Наконец мы вновь начинаем двигаться вперед, и вот я вижу Сашу с довольной улыбкой на лице. Она что-то говорит темноволосой девушке с ярко-красными губами, должно быть одной из своих подружек, и, заметив меня, удивленно округляет глаза:

– О, привет, Марк. Как твои дела?

– Привет. Были бы намного лучше, не будь наш рейс в пять утра.

Ваня садится рядом с ней и снова кидает на меня недовольный взгляд, когда я прохожу мимо. Я бы сказал Саше, что она ужасный человек и виновата в том, что мой бедный желудок остался без юшки, но я молчу. Не хочу опять выслушивать Ванины сопли.

– Ой, спасибо большое, только, прошу вас, осторожнее, там все очень хрупкое, – говорит женский голос впереди, и наш ряд снова останавливается.

Господи, я сяду сегодня на свое место или нет?! В башке словно чудовищный оркестр.

– Осторожнее! – рявкает мне женщина с длинным и острым как игла носом. – Вы наехали мне на ногу своим чемоданом!

– Тогда держите свои ласты при себе. Да и нос тоже!

Она что-то говорит мне, но я уже не слышу ее, а внимательно смотрю на обозначение мест, чтобы не пропустить свое и наконец опустить задницу в кресло. Ненавижу сегодняшний день. Какой придурок выдумал эти чертовы свадьбы и ранние вылеты?!

– …тебе не стоило так рано вставать, мам… не переживай, все будет хорошо… Конечно, позвоню, как приземлимся в Москве… Обязательно куплю… Передавай привет бабуле… Целую, мамочка.

Смотрю, как светловолосая девушка впереди заканчивает телефонный разговор и не спеша закалывает золотистые волосы тонкой заколкой. Делаю несколько глотков оставшейся минеральной воды и едва не спотыкаюсь о впереди идущего мужика, который резко останавливается и наклоняется к полу.

– Извините, пожалуйста, – говорит ему девушка. – Случайно упал. Спасибо.

Он подает ей сотовый, который, по-видимому, вывалился из ее рук, и продолжает свой путь дальше, а я смотрю на девицу в упор и думаю: да какого же хрена здесь происходит?!

Глава четвертая



– Ты что, прикалываешься?!

Поднимаю глаза на мужчину, возвышающегося надо мной, и моя челюсть едва не падает на пол. Все те же черные как ночь глаза впиваются в меня острыми осколками, а широкие брови сурово сдвигаются. Я не знаю, что сказать, во рту мгновенно становится сухо, как в песчаной пустыне, и я только беспрерывно моргаю, глядя на разъяренного пассажира, в котором узнаю того самого незнакомца, что до смерти напугал меня несколько недель назад.

– Уважаемые пассажиры, не задерживайтесь в проходе, – раздается голос стюардессы где-то в начале салона. – Занимайте свои места!

Но темноволосый мужчина продолжает возвышаться надо мной и испепелять разъяренными глазами.

– Ну, уж отсюда ты никуда не денешься! – кидает он мне со злостью и резко уходит в глубь салона.

Сжимаю в руках свой сотовый телефон так сильно, что на темном экране остаются мокрые отпечатки от моих пальцев. Меня бросает в жар, а воздух становится настолько плотным, что с трудом попадает в легкие.

Полтора месяца назад он следил за мной, и я отлично это помню. И даже тогда от черного блестящего «Ровера», в котором он шпионил, исходила темная, неприятная энергия. А месяц назад этот человек напал на меня, подкрался сзади и пытался сделать то, о чем я не могу думать без слез. Потом разыграл передо мной настоящую сценку, чтобы я не заявила на него в полицию. И теперь он снова рядом!

Господи!

Машинально опускаю глаза на правую руку, где от локтя до кисти все еще вырисовывается пожелтевший синяк. Снова набрасываю на себя кожаную куртку с круглым вырезом, пытаясь скрыть болезненные следы, напоминающие о нападении, и чувствую, как по всему телу пробегают мурашки.

Что ему нужно от меня? Наверняка он какой-нибудь псих, насильник, маньяк! Мысли путаются, один кошмар сменяется другим, и я даже не замечаю, как низенькая стюардесса рядом со мной уже заканчивает демонстрацию аварийных выходов и правил пользования кислородными масками.

Пытаюсь успокоиться и глубоко дышу внезапно похолодевшим воздухом. Этот псих не причинит мне вреда на глазах у нескольких десятков пассажиров, а если и попытается, то бортпроводники тут же набросят на него наручники за буйное поведение. В аэропорту Москвы наряд полиции уже будет ждать его с дубинками, чтобы посадить за решетку и…

– Слава богу, страшное позади!

Оборачиваюсь к рядом сидящему мужчине в плотном сером пиджаке и с непониманием гляжу на его густые серебристые усы.

– Самое страшное взлет и посадка, – поясняет он, протирая мокрый лоб синим носовым платочком. – Вы так не считаете?

– Да, наверное, – неуверенно киваю я и смотрю в иллюминатор, за которым постепенно исчезает утренняя Тюмень.

Едва слышимый голос стюардессы сообщает, что скоро пассажирам будут предложены напитки и завтрак. Жалею, что не купила себе бутылку воды, в горле по-прежнему сухо от встречи с…

Ужас! Ведь никто, кроме меня, и не подозревает о том, что на борту самолета находится преступник! Эта женщина в красной кофте, которая сидит через проход от меня, спокойно рассматривает свое отражение в маленьком круглом зеркальце, совершенно не предполагая, что где-то сзади сидит настоящий насильник. О боже, я должна сказать об этом.

Стоп. Лера, не пори горячку, не паникуй. В противном случае это на тебя нацепят наручники и посадят в хвост самолета за буйное поведение.

Спустя несколько минут появляется Саша, аккуратно движущаяся по проходу. Она словно спасательный круг для меня, и я тут же останавливаю ее, дотронувшись до руки.

– Как дела? Иду в туалет, уж очень приспичило, – добавляет она шепотом и кидает на моего соседа аккуратный взгляд.

– Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное, – шепчу я в ответ, полностью игнорируя ее вопрос. – Даже жуткое!

– Тогда пойдем со мной, там уже очередь. Я с трудом терплю.

Со странной опаской оборачиваюсь и вижу нескольких девушек, столпившихся в хвосте самолета. Киваю подруге в знак согласия и отстегиваю ремень дрожащими руками. Саша проходит вперед, а я медленно следую за ней, бросая на сидящих пассажиров настороженные взгляды. И когда мы подходим к очереди в туалет, я с непониманием пялюсь в затылки чужих людей, пытаясь отыскать преступника.

– Так, что такое? – обращается ко мне Саша. – Тебя тошнит?

– Я… Странно… – Мямлю как дура, пытаясь понять, куда же делся мой кошмар наяву. – Здесь был человек, то есть он есть, я уверена…

– Так, что же случилось, Лер?

– Ты не поверишь мне, но в этом самолете есть очень и очень плохой человек, который…

Я едва не давлюсь собственной слюной, когда тот, кого я так пытаюсь отыскать, выходит из туалета и тут же кидает на меня удивленно-обозленный взгляд. Мужчина пробирается между несколькими девушками, ожидающими своей очереди, и останавливается около нас с Сашей.

Пялюсь на него, а он таращится на меня и проводит по высокому влажному лбу тыльной стороной ладони.

– Если болит голова, могу дать таблетку, – вдруг тихо говорит Саша. Она обращается не ко мне, а к этому высокому мужчине и смотрит на него с не присущей ей обходительностью. Такое чувство, что она пытается расположить его к себе.

Мужчина кидает на нее быстрый и саркастический взгляд, выдавливает из себя полуулыбку и снова смотрит на меня.

– И еще раз здравствуйте, – наигранно говорит он, сделав ленивый поклон головой. Оценивающий взгляд бегает по моему лицу, и я чувствую, как воздух в легких заканчивается.

– О, вы не знакомы, да? – тут же вмешивается Саша, сцепив ладони в замок. – Валерия, это Марк, он двоюродный брат Вани. Марк, это Валерия, моя подруга и визажист по совместительству. Жаль, что наши места разбросаны по всему самолету…

– …визажист, значит, – перебивает мужчина тихим голосом. – Ясненько. О чем говорили?

Его потемневшие глаза впиваются в Сашу, ожидая незамедлительный ответ.

– Мм, да… Лера хотела что-то сказать, да? – Она взволнованно глядит на меня. – Ты, кажется, говорила про какого-то человека в самолете… Кто-то плохой, так ты сказала?

– О. – Мужчина скрещивает руки на груди, и я замечаю, как сильно обтягивают манжеты черной рубашки поло его крепкие бицепсы. – И кто же это?

С трудом проглатываю накопившуюся слюну, чувствуя, как к лицу приливает жаркая волна.

– Неважно, – отрезаю я резко. – Показалось.

– А, показалось, – медленно и с издевкой повторяет Марк мои слова. – И частенько тебе чудится всякое?

– Значит, брат Вани, – говорю я, нервно постукивая пальцами по ноге.

– Двоюродный. Ой, моя очередь! – Саша кидает нам улыбку и скрывается за белой дверью туалета.

Нервно кусаю губу и подхожу ближе к гудящим стенам. Внезапно Марк делает большой шаг ко мне и не задумываясь хватается за край плотной темно-синей шторки и тянет ее в сторону. Яркий свет из салона меркнет, и небольшое тесное пространство, в котором мы находимся, погружается в полумрак.

– Плохой человек, значит, – язвит он, возвысившись надо мной. – Мое чутье меня не подвело, ты принялась трезвонить направо и налево свою маленькую и гнусненькую ложь.

– Я не трезвоню, я лишь хочу…

– Знаешь, а мне плевать, чего ты там хочешь. Решила оклеветать меня, да? Так вот, милочка, скажешь чего лишнего, и я подам на тебя в суд. Запомни – за клевету. Я ведь предупреждал тебя, еще раз попадешься мне на глаза, и… – Он замолкает, когда из соседнего туалета выходит невысокая девочка-подросток. Она кидает на нас смущенный взгляд и скрывается за шторкой. – Какого черта ты вообще здесь забыла?

– То же самое я могу спросить и у тебя, ненормальный! Я думала, ты прекратил преследовать меня, но нет, я ошиблась. Ты все еще пытаешься сделать… Хочешь причинить мне вред, – запинаюсь я, не зная, как иначе обозначить предполагаемое изнасилование. От этих мыслей меня кидает в жар и по телу вновь пробегают мурашки. Вспоминаю, как с трудом заставила себя покинуть ту подземную парковку и как долго не решалась выйти из машины и подняться в собственную квартиру, только лишь потому, что была безумно напугана вот этим вот мужланом.

– Ты чокнутая?! – ахает он, схватившись за голову. – Ты преследовала меня несколько месяцев, куда я – туда и ты. Стоит мне выехать в центр, как ты уже тут как тут! И неважно, будь то утро или поздняя ночь, у тебя как будто радар на меня!

Дверь туалета открывается, и мы оба поворачиваем головы к удивленной Саше. Ее глаза перескакивают с Марка на меня, и, не выдержав долгой паузы, мужчина с деланой улыбкой говорит:

– Не откажусь от таблетки, Саш.

– Л-ладно. Пойду поищу, что ли. В сумке. – И прежде, чем скрыться за шторкой, Саша оборачивается и задерживает на нас подозрительный взгляд.

Мне становится не по себе от мысли, что с этим громилой мы остаемся один на один в мрачном хвосте самолета и, как назло, больше желающих посетить туалетную комнату нет. Нервно сглатываю и с осторожностью смотрю на мужчину, склонившего чуть набок голову и внимательно наблюдающего за мной.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7