Катя Райт.

То, что я прячу



скачать книгу бесплатно

Стокгольмский синдром – термин популярной психологии, описывающий защитно-подсознательную травматическую связь, взаимную или одностороннюю симпатию, возникающую между жертвой и агрессором в процессе захвата, похищения, применения (или угрозы применения) насилия. Под воздействием сильного шока заложники начинают сочувствовать своим захватчикам, оправдывать их действия, и в конечном счете отождествлять себя с ними, перенимая их идеи и считая свою жертву необходимой для достижения «общей» цели.

Исследователи полагают, что стокгольмский синдром является не психологическим парадоксом, не расстройством (или синдромом), а, скорее, нормальной реакцией человека на сильно травмирующее психику событие. Так, стокгольмский синдром не включен ни в одну международную систему классификации психиатрических заболеваний.


© Катя Райт, 2017

© Катя Райт, дизайн обложки, 2017


ISBN 978-5-4483-2187-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1. Знакомство с семьей

Мы переехали в Сиэтл, когда мне исполнилось шестнадцать. Мы как раз закончили распаковывать коробки в мой день рождения, так что, как вы понимаете, никто не пришел. Все мои друзья остались во Флориде. Хотя у меня никогда не было особенно много друзей. Я не очень люблю раскрывать перед кем-то душу, да и впускать кого-то в свою жизнь я тоже не горю желанием. У меня и так все хорошо. Мне и одному неплохо.

Сиэтл город ничего себе. Меня он не раздражает, но ехать на другой конец страны только лишь из-за того, что моему отцу втемяшилось в голову жениться второй раз, мне кажется, глупо. И почему, интересно, эта мисс Бутман со своей дочерью не могла приехать к нам! Пола (так я называю свою мачеху) каждый раз твердила мне по телефону, что ее дочь Лиза всего на год младше меня, и мы обязательно подружимся. Ну конечно! Еще чего не хватало!


И вот, наконец, мы приезжаем. Честно говоря, этот долбанный перелет так меня вымотал, что я бы просто принял душ и завалился спать. Но тут же запланировано знакомство с новой семьей. Как же теперь улизнешь! Пола и Лиза такие нарядные, улыбаются.

Кстати, Пола ничего. Да, папа не прогадал с выбором – очень сексуальная. Она не слишком высокая, чуть ниже отца, с длинными светлыми волосами. У нее, пожалуй, слишком много косметики на лице. С первого взгляда она кажется красивой, но если присмотреться, то можно заметить, и круги под глазами, и не очень хорошую кожу, и плохо окрашенные корни волос, и усталость во взгляде. Одним словом, при ближайшем рассмотрении моя новая мама выглядит довольно потаскано. Впрочем, папе именно такие нравятся. Все телки, которых он приводил домой, сколько помню, всегда были какими-то шлюхами. И мне не очень понятно, зачем было переться за тридевять земель еще к одной. Хотя, надо признать, дом у них, конечно, крутой. Мы тоже неплохо жили в Майами, но у Полы просто огромный дом.

И что они тут вдвоем с дочерью так долго делали!

Муж Полы умер несколько лет назад. Она говорила, когда именно это случилось, но мне что-то не очень хочется выслушивать всю эту ерунду. Ну, умер и умер – мне-то какая разница. Хотя, был бы жив, нам с отцом не пришлось бы тащиться в этот Сиэтл.

После солнечных пляжей Флориды, на которых я проводил все свободное время, клея девчонок и прогуливая школу, здесь как-то совсем уныло. Все бледные как покойники, на небе – сплошные облака, и постоянно моросит этот надоедливый дождь. Да, с такой погодой недолго осталось моему загару. Да и вообще, я со своими южными замашками тут довольно нелепо выгляжу. Они все даже говорят как-то по-другому. Нет, ну на кой черт моему отцу надо было тащиться в такую даль из-за очередной женщины! «Знаешь, сын, пора бы нам уже снова обзавестись полноценной семьей, – сказал он. – Надо как-то вливаться в общество. Да и тебе это пойдет на пользу». Да, папа всегда заботится о том, чтобы во всем для меня была какая-то польза. Но уж в переезде в этот гребанный Сиэтл я точно ничего хорошего не вижу.

В Майами все было круто. Там сплошные тусовки и вечеринки. И совершенно не обязательно для этого иметь много друзей. Главное – быть наглым и развязанным. Главное – быть круче всех. А тут… Тут все какие-то как будто вареные. Чем они вообще занимаются? В общем, мне тут не нравится. Да еще лето в самом разгаре, лежать бы и лежать под солнцем родной Флориды. Так нет же, папе непременно понадобилось переезжать. А мне потом еще привыкать к этим бледным детишкам в новой школе, вливаться в коллектив. Хотя, конечно, плевать я хотел на всякие там коллективы.

– Привет, Джеффри! – говорит Пола, откидывая волосы со лба. – Рада тебя видеть!

– Привет. – бурчу. – А я что-то пока не очень рад.

И тут же отец отвешивает мне подзатыльник.

– Ай! Больно!

– Побольше уважения! – строго говорит он.

– Да, Пола, – растягивая улыбку, поправляюсь я, – мне очень приятно наконец быть в вашем доме.

Она смеется. Я рассматриваю ее напудренное лицо. Нет, Пола все-таки ничего. То есть, если бы выдалась возможность, я бы ее трахнул. Ну, не будь она, конечно, новой женой моего отца. Хотя нет, она, пожалуй, все-таки старовата.

Лиза, моя новая сводная сестра, вообще, какая-то странная. Волосы светлые, глазища огромные, голубые, и постоянная улыбка на лице. Я даже думаю, уж не сумасшедшая ли она. Такая странная, как будто очень рада нас видеть. Как будто всю жизнь только и ждала, пока ее мамаша решит выйти замуж за моего отца, а тот притащит своего сына.

Лиза одета в легкое платье до колен и синие туфли в тон. В волосы у нее заплетена лента. Хотя она, вроде, тоже ничего, но вот ее бы я никогда не трахнул. Она симпатичная и все такое, но какая-то странная. Как будто очень умная. Да, как будто она столько всего знает, как будто столько всего повидала. На самом деле, сразу видно, что она еще девственница. Ну так ей ведь пятнадцать. Не знаю, может, у них тут в Сиэтле все с опозданием, в Майами девчонки в пятнадцать лет уже достаточно знают о сексе, чтобы без лишних слов прыгать к тебе в машину. Я там учился в довольно престижной школе, и то у пятнадцатилетних на уме был один секс. Может, конечно, это только Лиза такая. Может, не стоит по ней судить весь Сиэтл. Но эта моя сводная сестра, в самом деле, ненормальная. Сразу так крепко меня обнимает и целует в щеку. Ну, обалдеть просто! Как будто я ее самый настоящий брат. И потом еще Пола так ласково и участливо говорит:

– Теперь, Лиза, у тебя есть старший брат. А ты, Джеффри, теперь должен заботиться о своей сестре и защищать ее.

Ага, сейчас прям, думаю, разбежался! И что теперь все будут называть меня Джеффри? Вот облом. Дома меня звали Джефф, и это мне, признаюсь, нравилось. А теперь не дай бог пристанет это «Джеффри».

– Ну да, непременно, – отвечаю. – Можно уже посмотреть мою комнату?

– Конечно! – улыбается Пола. – Лиза, проводи Джеффри. А потом мы устроим вам двоим экскурсию по дому и саду.

Вот еще одна радость! Спасибо, блин. Сада не хватало только! Надеюсь, папе эта идея с дурацкой экскурсией не нравится так же сильно, как и мне, а то он ведь заставит меня идти с ним. И опять это «Джеффри»! Вот привязалось!

– Угу, супер, – киваю я.

Моя комната рядом с комнатой Лизы. Тут полно коробок. Мы отправили вещи раньше и предусмотрительно подписали все коробки, чтобы грузчики сразу распределили их по комнатам. Мне еще разбирать это все, распаковывать! Ненавижу переезды! Нам раньше приходилось переезжать три раза. Мне это все жутко не нравится. Может, поэтому у меня и нет друзей. Ну, потому что мы так часто переезжаем.

– Хочешь, я помогу тебе разобрать вещи? – спрашивает Лиза.

– Нет, спасибо, – отвечаю. – Я как-нибудь сам справлюсь.

– А чем ты любишь заниматься? – радостно продолжает она, присаживаясь на диван.

«Сексом», – хочется ответить мне, но я просто кривлю рот и пожимаю плечами, как бы не зная, что сказать.

– Ну, у тебя есть какое-нибудь хобби, Джеффри?

Вот пристала, думаю. И не собирается, похоже, уходить. Мне что теперь с ней целыми днями болтать! Да, не повезло мне со сводной сестрой, похоже.

– Слушай, может, ты свалишь уже? – спрашиваю. – Я типа устал с дороги и все такое.

Она виновато опускает глаза, извиняется и уходит.

Надеюсь, папа не поставит мне задачу сблизиться с новой семьей. Потому что я как-то не особенно хочу тратить на это время. Пусть отец трахает эту Полу сколько хочет, но мне такая улыбчивая и добренькая сестренка совершенно не нужна.

Я же когда представлял себе эту Лизу, думал, может, она сексуальная будет. Я даже фантазировал, как круто было бы зажечь со сводной сестрой. Мы же на самом деле не родственники, ну, то есть, по крови. Я надеялся, что у нее тут своя тусовка и все такое. Думал, будем курить вместе на крыльце. Но она, наверное, даже сигарету ни разу в руках не держала. Да она и не целовалась ни с кем – куда уж там зажигать! Да, не повезло мне, это точно. Придется ждать начала учебного года. Может, в школе кто-то нормальный попадется.

2. Почему бы нам не подружиться

Весь остаток лета я провожу дома. Заняться мне абсолютно нечем. Лиза ужасно скучная. Она, похоже, просто кайфует от учебы, от книжек и от прочей подобной дребедени. Да она, кажется, от всего кайфует. Говорю же, странная. Может, это из-за ее болезни? Не знаю, она чем-то больна, но я не особенно вникаю. Иногда, вроде как, все серьезно, и Пола даже суетиться, они едут в больницу и все такое. Но большую часть времени все нормально. Так что, не знаю, что там с моей сводной сестрой. Да мне как-то и не особенно хочется запариваться. Я однажды спросил у папы, но он только отмахнулся. То есть, ему самому как-то тоже не прикольно рыться в болячках Лизы.

Нет, против книжек я ничего не имею. Я и сам люблю почитать. Только мне нравится нормальная литература, шпионские или военные детективы, чтобы обязательно море крови и жестоких сцен. А Лиза читает всякую фигню, вроде «Унесенные ветром», «Гордость и предубеждение», – в общем, романтическую чушь про любовь и прочую ерунду. И что только все находят в этих романах! Я попытался почитать про Скарлетт, там же, вроде как, тоже война. Но меня не впечатлило. Сопливо как-то.

Когда я читаю свои книги, я всегда представляю себя каким-нибудь героем, шпионом или военным разведчиком. Я представляю, что вокруг враги, и мне надо прожить еще один день, чтобы меня не разоблачили. Как будто мне все время надо притворяться не тем, кто я на самом деле, все время надо быть начеку. И еще я люблю рисовать иллюстрации к сюжетам, которые читаю. Но это все несерьезно, и папа ужасно злится, когда застает меня за рисованием. Он говорит, что это не мужское занятие и, вообще, бесполезная трата времени. Он называет мои рисунки мазней, хотя рисую я карандашом. Наверное, он прав. Наверное, у меня, правда, выходит просто отвратительно. Поэтому он каждый раз громко смеется над моими набросками. В общем, я стараюсь, чтобы он не находил их. Я рисую и прячу все под матрасом или под нижней полкой в шкафу. Пусть это и полное дерьмо, но так, для развлечения, я храню их.


Однажды Пола застает меня с сигаретой. Я обычно курю на заднем крыльце и стараюсь, чтобы никто не видел.

– Ты что куришь, Джеффри? – удивленно восклицает она.

И что же никак не запомнит, что меня надо называть Джефф! Ну, я же сто раз ей говорил! Ей, видите ли, это сокращение кажется грубым. Она считает, что мне это совершенно не идет. Зато звучит нормально. Да и вообще, не ей решать, что мне идет, а что нет. Папа, например, со мной согласен. Он с самого детства, сколько себя помню, всегда называл меня только Джефф. Он говорит, что это звучит как-то по-мужски, а Джеффри – это для сопливых маменькиных сынков. Ну и что же эта Пола еще упирается!

– Папа мне разрешает, – отвечаю.

– Неужели?! Я поговорю с ним.

Поговори-поговори, думаю. Тоже мне воспитатель!

Я только недовольно пожимаю плечами на ее строгие интонации.

– Я не хотела бы, чтобы в этом доме курили, – говорит она.

– Папа же курит, – передергиваю.

– Твой папа уже взрослый. А ты пока ребенок.

Ой, да иди ты уже, думаю. Я ничего не отвечаю, отворачиваюсь от нее, спокойно докуриваю и выбрасываю сигарету.

После ужина Пола поднимает эту тему, но папа, кажется, плевать хотел на ее слова. Ха, я же говорил, что он мне разрешает. Он считает, что ничего нет плохого в том, что мужчина курит или выпивает иногда, так что Пола с ее нравоучениями в пролете. Тоже мне мамаша нашлась!


Лиза все пытается со мной подружиться. То в комнату заглянет, то начнет какие-то глупые вопросы задавать, дискуссии разводить. И она еще такая умная, что просто воротит. Просто тошнит, когда она опять свои телеги задвигает.

Застала как-то меня с книжкой и давай мозг выносить, что мне нравится, да почему, да как, да кто мой любимый герой.

– Микки Маус, – отвечаю.

– В смысле? – не понимает она.

– В прямом.

– Я просто подумала, почему бы нам не подружиться, – немного обижено говорит Лиза. – Мы ведь в одну школу будем ходить…

– Слава богу, не в один класс! – перебиваю я.

– Что уж со мной и поговорить не о чем?

– Ну, давай поговорим.

Как же она меня достает! Вроде, всего на год младше, а как будто ребенок маленький! Но это только пока вопросы задает. Как только начинается разговор, до нее всем далеко. Я постоянно удивляюсь, откуда в ее голове столько глупостей, столько всей этой фигни о боге, любви, вселенной! И главное, она так говорит, как будто наверняка знает. Вот и сейчас.

– О чем ты хочешь поговорить? – спрашиваю я таким тоном, чтобы Лиза поскорее свалила. – О чем? Опять об этой твоей вселенной? О том, что мир удивительно прекрасен?

– А почему ты так не любишь об этом говорить? – как будто не замечая моих издевательских интонаций, удивляется она.

– Да потому что это чушь! Где ты этого дерьма только начиталась!

– Не обязательно быть таким грубым, Джеффри…

– Сколько раз повторять, называйте меня Джефф!

– Хорошо, извини, – послушно отвечает Лиза. – Просто Джефф тебе совсем не идет.

– Ну, это уж не твое дело!

– Да что ты все время огрызаешься? Как будто я хочу тебя обидеть или что-то такое!

– А что ты все время заводишь эти свои бестолковые разговоры?

– Они не бестолковые!

– Да что ты?!

– Да!

– Ну и вали тогда к кому-нибудь, кто с тобой согласен! Тебе бы в сумасшедшем доме рассказывать всю эту хрень!

Она замолкает и склоняет голову на бок, как бы разглядывая меня. Как будто я какой-то редкий зверь или, вообще, инопланетянин.

– Тебе проще думать, что все вокруг хотят воевать с тобой? – не унимается она. – Почему?

– Черт! – у меня даже слов не хватает, чтобы с ней спорить. – Опять ты завела эту песню! Да ничего я не думаю! Мне, вообще, насрать на то, что творится вокруг!

Любая другая девчонка давно бы обиделась и не стала больше со мной разговаривать, но не Лиза. Она как будто и не слышит, как я с ней говорю. Вот интересно, она на самом деле такая добрая или просто глупая до невозможности. Мне и правда кажется иногда, что она умственно отсталая – так искренне всем восхищается. Но потом как загонит какую-нибудь тему про вселенную, звезды, бога и прочее, так кажется просто академиком наук.

– Покажи, что там у тебя? – она указывает на папку, в которой я спрятал очередной свой рисунок, едва моя сводная сестренка зашла в комнату.

– Ничего!

– Что жалко?

– Жалко! Отвали!

– Ты же рисуешь? Покажи!

– Отстань!

– Ну, хватит упираться! Что ты как ребенок!

Она еще меня ребенком называет! Тоже мне взрослая нашлась! Ничего про жизнь-то не знает! Не целовалась даже ни с кем ни разу! Что ты, умная!

– Слушай, Лиза, – говорю я уже сквозь зубы. – Ты меня бесишь. Уйди!

– Почему ты такой злой, Джеффри? Извини, Джефф.

– Потому что ты достала меня!

– Я просто хотела посмотреть рисунок, – обиженно надувая губы, произносит она.

– Я не хочу тебе ничего показывать! Это вообще не твое дело!

– Ну и пожалуйста!

С этими словами она выходит из моей комнаты. Слава богу, я думал, никогда от нее не отделаюсь.

И так всегда. То она привязалась ко мне с тем, что я левша; то с тем, что я никуда не выхожу из дома; то пристала, чтобы мы вместе сходили как-нибудь в парк; то все звала посмотреть на звезды. Нет, ну что ей от меня надо! Ей что, поговорить не с кем! Хотя друзей у нее, в самом деле, мало. Заходит иногда какая-то, вроде, подружка. Так у меня-то вообще никого – я же не кидаюсь на нее с объятиями. Все-таки, мне кажется, у нее не все дома.

3. Новенький

Наконец начинаются занятия в школе.

– Ребята, у вас в классе новенький, – говорит учительница английского мисс Токсон, в то время как я стою у доски перед всеми. – Его зовут Джеффри Шеридан. Он переехал к нам из Флориды.

Пока иду на свободное место, я рассматриваю своих новых одноклассников. Вот этот парень, в рубашке с закатанными рукавами и типа с модной прической, тут явно главный. Или, по крайней мере, хочет таковым казаться. У него наглая усмешка и тупое выражение лица. Да, в плане учебы он, наверное, полный ноль, но зато с девочками у него, похоже, проблем нет. Он не сводит с меня глаз, видимо, прикидывает, насколько я опасен для его авторитета. Он так оценивающе обводит меня взглядом с ног до головы, что я чувствую себя какой-то шлюхой на улице, которой готовятся назначить цену. Ну, ублюдок, если еще раз так на меня посмотришь, я тебя по стенке размажу, потому что на вид ты не такой уж здоровый.

– Как там во Флориде, Джеффри? – спрашивает он и усмехается.

– Жарко, – бросаю я в ответ.

– У нас тоже бывает жарко, – хохочет он.

Это Брэд, Брэд Кингсли.

Я иду дальше. Свободное место, как всегда, самое последнее.

Над этим парнем в стремном галстуке и интеллигентных очках, должно быть, все издеваются. Потому что вид у него уж больно забитый. Волосы аккуратно причесаны, руки на парте. Он худощавый и высокий. Я знаю таких, их сразу видно. Такие в каждом классе есть – мальчик для битья. Он смотрит на меня и, похоже, думает, неплохо было бы со мной подружиться. Но это вряд ли, чувак. Когда я прохожу мимо него, он натянуто улыбается. Ну и смешная у него рожа в этот момент! Я прямо не могу сдержать усмешки.

Это Лукас, Лукас Бэнкс.

Я сажусь прямо за одной девчонкой. Она очень сексуальная. Думаю, она в классе самая крутая. Думаю, Брэд с ней трахается. Но, конечно, скорее всего, не он один. Юбка у нее такая короткая, что когда она сидит, видно, где заканчиваются чулки. Еще чуть-чуть – и можно будет разглядеть трусики. А у нее красивые ноги, думаю я, и поднимаю глаза выше. Грудь тоже ничего, и обтягивающий топ с глубоким вырезом это подчеркивает. У нее длинные светлые волосы, губы ярко накрашены. Она смотрит на меня, одобрительно кивает, а потом посылает мне воздушный поцелуй. Возможно, она положила на меня глаз. Но, возможно, все просто потому, что я новенький.

– А ты ничего, – замечает она как бы между прочим.

– Ты тоже, – отвечаю я в той же манере.

Это Эшли, Эшли Мэйси.

Я сижу за последней партой. Слева от меня – чернокожий парень среднего роста, довольно здоровый, накаченный, коротко стриженный. Он в майке без рукавов. На шее болтается какая-то эмблема. Он держится очень уверенно и, кажется, никого не боится. Думаю, ему вообще на все наплевать. Он показывает мне оттопыренный большой палец.

– Классная футболка, чувак, – говорит он, расплываясь в улыбке.

Я кривлю рот и киваю.

Это Таррел, Таррел Рино.

Что-то он уж слишком широко мне улыбается, думаю. Я не то чтобы расист, нет. Мне, по большому счету, все равно. Вот мой отец, он негров просто за людей не держит. Однажды папа увидел, что я шатаюсь по пляжу с черными, так мне потом влетело по первое число. Сначала была долгая и нудная, хотя весьма эмоциональная лекция о том, что дружба с цветными до добра не доведет. Потом, помню, папа долго на меня орал. Даже ударил, когда я попытался что-то возразить, но не сильно. Ну, и стандартная процедура воспитания. Как всегда. В общем, с тех пор я стараюсь не связываться с неграми.

Впереди справа сидит девчонка с пирсингом в брови. У нее длинные волосы, крашенные в черный. На ней рваные джинсы, футболка и еще какая-то кофта. В общем, одета она так, что не поймешь: то ли рок-звезда, то ли просто бомж. На пальцах – куча колец, на запястьях – браслеты. Она поворачивается в мою сторону. Ух, у нее еще и нижняя губа проколота, и нос!

– Чего уставился? – огрызается она.

– Да так, – я пожимаю плечами.

Это Кенди, Кенди Рузвельт.

Все время, пока я рассматриваю своих новых одноклассников, мисс Токсон что-то говорит.

– Джеффри! – вдруг до меня доносится ее голос. – Джеффри, ты меня слышишь?

– Э-э-э… Да.

Я как будто провалился в сон. На самом деле, я просто был так увлечен, разглядывая окружающих, что совершенно забыл про учителя. Как будто она вообще важна! Приходит, ведет урок и уходит, а с этими ребятами мне существовать еще года два. Ну да, если папе опять не приспичит податься на другой конец страны за новой бабой.

– Так как тебе нравится Сиэтл? – продолжает мисс Токсон.

– Ну, прикольно, – отвечаю.

– Прикольно?

– В смысле, очень мило. Да, мило.

– Думаю, ты можешь ответить более распространенно. Наверное, наш город сильно отличается от Майями?

Черт, да конечно, отличается! Это просто небо и земля. Тут все какие-то примороженные.

– Ну да, – говорю.

– Встань и расскажи, пожалуйста, как ты жил в Майами. Думаю, всем будет интересно.

Я поднимаюсь со стула. Что рассказывать-то? Как я жил… Да ничего особенного: пил, курил и развлекался. И еще меня постоянно выгоняли из школ. За последние три года я сменил три школы. В год по штуке. Но мне сейчас надо что-то рассказать, что-то более информативное и менее личное, потому что иначе меня могут сразу зачмырить.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

Поделиться ссылкой на выделенное