Кассандра Клэр.

Леди полночь



скачать книгу бесплатно

– Боже! – вскрикнул Артур и наклонился вперед, вцепившись в подлокотники. – Как больно…

Джулиан подскочил к дядюшке и попытался взять его за руку, но Артур отмахнулся и, тяжело дыша, поднялся на ноги.

– Прошу прощения, – сказал он. – У меня мигрень. Боль просто невыносимая.

Выглядел он и правда ужасно: кожа посерела, воротник пропитался потом и прилип к шее.

Фэйри молчали. Молчал и Марк, который все смотрел куда-то себе под ноги. В глазах Кьерана и Иарлафа читалось любопытство. Эмма догадывалась, о чем они думали: «Глава Института Лос-Анджелеса болен. Он слаб…»

Внутренняя дверь Убежища распахнулась, и вошла Диана – как всегда, спокойная и сдержанная. Она обвела комнату темными глазами, и Эмма разглядела в них холодный гнев.

– Артур, – сказала Диана, – вам нужно наверх. Идите. Я провожу гостей и закончу оформление сделки.

«И долго она подслушивала?» – задумалась Эмма, пока Артур – с выражением безмерной благодарности на лице – прошел мимо Дианы и вышел в коридор. При желании Диана могла двигаться бесшумно, как кошка.

– Он умирает? – с интересом спросил Иарлаф, проводив Артура взглядом.

– Мы смертны, – ответила Эмма. – Мы болеем, стареем. Мы не такие, как вы. Но в этом нет ничего удивительного.

– Хватит, – велела Диана. – Я провожу вас, но сперва – перевод. – Она протянула тонкую коричневую руку.

Усмехнувшись, Кьеран передал ей полупрозрачные бумаги. Диана быстро взглянула на них.

– Что в первой фразе? – не в силах сдержаться, спросила Эмма.

Диана нахмурилась.

– Огонь – к воде, – прочитала она. – Что это значит?

Иарлаф холодно посмотрел на нее и подошел чуть ближе.

– Вот вам это и предстоит выяснить.

«Огонь – к воде?» Эмма вспомнила тела своих родителей, которые были пропитаны водой, но рассыпались в прах, и тело, найденное в переулке, которое было обожжено и затем брошено в океан. Она посмотрела на Джулиана, задумавшись, не размышляет ли и он о том же, но нет – он смотрел на брата и не двигался, словно прирос к месту.

Эмме очень хотелось поскорее забрать бумаги, но Диана положила их в карман куртки и вместе с фэйри направилась к выходу из Убежища.

– Вы ведь понимаете, что мы будем расследовать это дело, не ставя в известность Конклав? – спросила она.

Иарлаф шел с ней в ногу. Угрюмый Кьеран чуть отставал.

– Мы понимаем, что вы боитесь своего правительства, – кивнул Иарлаф. – Мы тоже боимся его, ведь именно оно создало Холодный мир.

Диана не клюнула на эту наживку.

– Если вам потребуется связаться с нами во время расследования, вам придется устраивать встречу самим, – добавила она.

– Мы будем приходить в это Убежище. Вы можете оставлять здесь сообщения для нас, – сказал Кьеран. – Если мы узнаем, что о нашей сделке стало известно кому-то за пределами этих стен, особенно если это будет не нефилим, нам это не понравится. Марк тоже должен хранить молчание по поводу Охоты. Увидите, он не нарушит данного нам слова.

Диана открыла дверь, и в Убежище хлынул солнечный свет.

Когда наставница вывела фэйри на улицу, Эмма почувствовала, как она ей благодарна: благодарна за спасение Артура – и за спасение Джулиана, которому с каждой секундой все сложнее становилось притворяться, будто все хорошо.

Ведь теперь Джулс смотрел на брата – наконец-то по-настоящему смотрел на него, – понимая, что никто не увидит его слабости и не осудит ее. Что никто в последний момент не отнимет у него Марка снова.

Марк медленно поднял голову. Он был худой как палка, гораздо худее, чем помнила его Эмма. Казалось, он вовсе не повзрослел, но черты его лица обострились, как будто его скулы и подбородок искусно обработали каким-то инструментом, чтобы сделать их тоньше. Он был изможден, но изящен, как и все фэйри.

– Марк, – выдохнул Джулиан, и Эмма вспомнила все кошмары, от которых годами просыпался ее друг, как он кричал, как он звал брата, как взывал к Марку и как безнадежно звучали его мольбы, как они были напрасны. Сейчас он был бледен, но глаза его сияли, словно он смотрел на чудо. Это и было чудом, подумала Эмма, ведь фэйри никогда не возвращали то, что забрали однажды.

По крайней мере, они ничего не возвращали в неизменности.

По спине Эммы вдруг пробежал холодок, но она не подала виду и осталась на месте. Джулиан сделал шаг в сторону брата, а затем еще один…

– Марк, – прошептал он. – Марк, это я.

Марк посмотрел ему прямо в лицо. Когда Эмма видела его в последний раз, оба его глаза были синими, но теперь они сияли разными цветами и эта двойственность словно говорила о том, что внутри него что-то сломалось, что-то треснуло, как растрескивается необожженный керамический горшок. Он посмотрел на Джулиана, посмотрел на его широкие плечи и гибкое тело, на растрепавшиеся каштановые волосы, на сине-зеленые глаза – и впервые заговорил.

Голос был хриплым, немного скрипучим, как будто он молчал уже несколько дней.

– Отец? – произнес он, а затем, не успел Джулиан ахнуть, глаза Марка закатились и он упал без чувств.

6
Те, что мудростью нас превзошли

В комнате Марка было пыльно.

Несколько лет после его исчезновения никто не заходил внутрь, пока однажды, в восемнадцатый день рождения Марка, Джулиан не распахнул дверь и не вычистил все в приступе ярости. Одежда Марка, его настольные игры и старые игрушки – все это отправилось в кладовку. В комнате не осталось ничего личного – только голые стены да немного мебели.

Эмма раскрыла пыльные шторы, распахнула окна и впустила внутрь свет, а Джулиан тем временем поднял брата по лестнице и положил его на кровать.

Постель была заправлена давно, и одеяло покрылось тонким слоем пыли. Когда Джулиан опустил на него Марка, пыль поднялась, и Марк закашлялся, но так и не очнулся.

Эмма отошла от окна. Пыль клубилась в лучах яркого света, заливавшего комнату, и создавала причудливые формы, качающиеся в едином танце.

– Он так исхудал, – сказал Джулиан. – Он почти ничего не весит.

Плохо знающий его человек счел бы, что его лицо ничего не выражает: оно казалось абсолютно спокойным, лишь мягкие губы сжались в тонкую линию. Но именно так Джулиан выглядел, когда внутри него бушевали чувства, которые он пытался скрыть – обычно от младших сестер и братьев.

Эмма подошла к постели Марка. С минуту они оба смотрели на него. Его локти, колени и ключицы и правда слишком сильно выпирали из-под одежды – потертых джинсов, заправленных в высокие кожаные ботинки, и футболки, ставшей почти прозрачной от множества стирок. Спутанные светлые волосы падали ему на лицо.

– Это правда? – тихо спросил кто-то с порога.

Эмма повернулась. В комнату с опаской вошли Тай и Ливия, позади них, у двери, стояла Кристина, которая смотрела на Эмму, всем своим видом говоря, что она пыталась их задержать. Эмма покачала головой. Она прекрасно понимала, что остановить близнецов, когда они решали во что-то вмешаться, было невозможно.

Вопрос задала Ливви. Она посмотрела мимо Эммы на Марка, который лежал на кровати. У нее перехватило дыхание.

– Это правда.

– Не может быть. – Пальцы Тая лихорадочно бегали: он сгибал и разгибал их, считая про себя от одного до десяти и от десяти до одного. Он смотрел на бесчувственного брата и не мог поверить своим глазам. – Волшебный народ не возвращает того, что однажды забрал.

– Верно, – мягко сказал Джулиан, и Эмма в очередной раз удивилась, как он может говорить так мягко, когда в душе творится настоящий кавардак и хочется закричать и разлететься на тысячу кусочков. – Но все-таки иногда они возвращают то, что принадлежит тебе по праву.

Тай не ответил. Его пальцы все еще бегали. Однажды отец Тая попытался справиться с этим и крепко прижал руки сына к бокам, когда его что-то расстроило, приговаривая: «Тихо, тихо». Тай запаниковал, его стошнило. Джулиан ни разу не делал ничего подобного. Он просто говорил, что в минуты волнения к нам всем прилетают бабочки: у кого-то они трепыхаются в животе, а у Тая – садятся на руки. Таю нравилось такое объяснение. Он обожал мотыльков, бабочек, пчел – всех, кого природа наделила крыльями.

– Я помню его другим, – тоненьким голоском заметил кто-то. Это была Дрю, которая выглядывала из-за плеча у Кристины и держала за руку Тавви.

– Ну да, – сказала Эмма, – Марк ведь теперь на пять лет старше.

– Но он не кажется старше, – возразила Дрю. – Он просто выглядит иначе.

Повисло молчание. Дрю была права. Марк не казался старше, уж точно не на пять лет. Отчасти это объяснялось его худобой, но было и еще кое-что.

– Он все эти годы жил в стране фэйри, – объяснил Джулиан. – А время там идет по-другому.

Тай шагнул вперед. Его глаза скользили по кровати, изучая брата. Друзилла держалась в стороне. Когда Марк пропал, ей было всего восемь. Должно быть, ее воспоминания о нем были окутаны туманом. А Тавви… Тавви было всего два. Для него лежащий в постели юноша был совершенным незнакомцем.

Но Тай… Тай помнил. Он подошел совсем близко к кровати, и Эмма готова была поклясться, что видит, как работает его быстрый ум, которым светились его серые глаза.

– Все логично. Есть множество историй о людях, которые проводили всего одну ночь с фэйри, а вернувшись, обнаруживали, что прошло уже сто лет. Для нас прошло пять лет, а для него, наверное, всего два года. Вы кажетесь ровесниками, Джулс.

Джулиан прочистил горло.

– Да, – кивнул он. – Да, так и есть.

Тай наклонил голову.

– Почему они вернули его?

Джулиан не знал, что сказать. Эмма не двигалась. Она понятия не имела, как объяснить всем детям, которые смотрели на них огромными глазами, что их пропавший брат, вернувшийся, казалось, уже навсегда, возможно, появился лишь на время.

– У него кровь идет, – сказала Дрю.

– Что?

Джулиан включил стоящую на тумбочке лампу, которая питалась от колдовского огня, и в комнате стало гораздо светлее. Эмма ахнула. На плече у Марка появилось кровавое пятно, которое медленно расплывалось на ткани истрепанной белой футболки.

– Стило, – бросил Джулиан и протянул руку.

Другой рукой он стянул с плеча брата футболку и обнажил ключицу, на которой открылась незалеченная рана. Из раны сочилась кровь. Она шла не очень быстро, но Тавви все равно вскрикнул от ужаса.

Эмма сняла стило с ремня и бросила его Джулиану. Она не произнесла ни слова, но этого и не требовалось. Джулиан поймал стило на лету и тотчас дотронулся кончиком до кожи Марка, собираясь нарисовать целительную руну…

Вдруг Марк закричал.

Его глаза открылись, он ошалело посмотрел на Джулиана и замахал грязными, окровавленными руками, пытаясь выбить стило из рук брата.

– Убери его, – прорычал он и попытался сесть. – Убери его, убери от меня эту штуку!

– Марк…

Джулиан наклонился к брату, но тот оттолкнул его. Может, он и исхудал, но сил у него было достаточно: Джулиан пошатнулся, и Эмма почувствовала, как его боль слабым отголоском вспыхнула у нее в голове. Она бросилась вперед и встала между братьями.

Она хотела уже закричать на Марка, но тут увидела его лицо. Его глаза округлились и побелели от страха, рука прижалась к груди – там что-то было, что-то поблескивало на цепочке у него на шее, – и в следующую секунду он свалился с кровати, все его тело задергалось, он с трудом поднялся на четвереньки.

– Все назад, – скомандовал Джулиан братьям и сестрам. Он не кричал, но голос его был сух и властен. Все попятились к двери. Тавви чуть не заплакал, но Дрю вовремя подхватила его на руки и вынесла в коридор.

Марк забился в угол комнаты и замер там, обхватив руками колени и прижавшись спиной к стене. Джулиан пошел было к нему, но остановился, беспомощно держа в руке стило.

– Не прикасайся ко мне этой штукой, – сказал Марк.

Его голос – очень знакомый голос Марка, но при этом очень холодный и четкий – совсем не соответствовал его жалкому виду. Марк не сводил глаз с Эммы и Джулиана.

– Что с ним не так? – чуть не шепотом спросила Ливви.

– Стило, – тихо ответил Джулиан.

– Но почему? – удивилась Эмма. – Разве может Сумеречный охотник бояться стила?

– Ты говоришь, я трус? – бросил Марк. – Оскорбишь меня еще раз, и я выпущу из тебя всю кровь, девчонка.

– Марк, это Эмма, – сказал Джулиан. – Эмма Карстерс.

Марк залез еще дальше в угол.

– Ложь, – отмахнулся он. – Все это ложь. Иллюзия.

– Я – Джулиан, – не отступал Джулс. – Твой брат Джулиан. А это Тиберий…

– Мой брат Тиберий совсем ребенок! – прокричал Марк, вдруг побледнев и замахав руками. – Маленький мальчик!

Повисло жуткое молчание.

– Я уже не маленький, – наконец сказал Тай. Его пальцы порхали все быстрее, как бледные бабочки в тусклом свете дня. – Я уже не ребенок.

Марк ничего не ответил. Он закрыл глаза, и по его щекам, смешиваясь с грязью, покатились слезы.

– Хватит. – Ко всеобщему удивлению, это произнесла Кристина. Все повернулись к ней, и ей стало неловко, но все же она упрямо вздернула подбородок и продолжила: – Разве вы не видите, что это пытка для него? Давайте все выйдем из комнаты…

– Идите, – сказал Джулиан, снова посмотрев на Марка. – Я останусь здесь.

Кристина покачала головой.

– Нет, – немного виновато, но твердо ответила она. – Все мы. – Она сделала паузу. Джулиан сомневался. – Пожалуйста.

Она пересекла комнату и открыла дверь. На глазах у пораженной Эммы Блэкторны один за другим вышли из комнаты. Через минуту все уже стояли в коридоре, а Кристина закрывала дверь.

– Не знаю, – сказал Джулиан, как только щелкнул замок. – Оставить его там одного…

– Это его комната, – возразила Кристина. Эмма удивленно смотрела на подругу: и как ей удавалось сохранять такое спокойствие?

– Но он ее не помнит! – взволнованно воскликнула Ливви. – Он вообще ничего не помнит.

– Он помнит, – сказала Эмма, положив руку на плечо Ливви. – Просто все, что он помнит, изменилось.

– Но мы не изменились!

Ливви казалась такой удрученной, что Эмма притянула ее к себе и поцеловала в макушку, что оказалось совсем непросто: Ливви была всего на пару сантиметров ее ниже.

– Еще как изменились, – вздохнула Эмма. – Все мы. И Марк тоже.

– Но в комнате пыльно, – встревожился Тай. – Мы выбросили все его вещи. Он решит, что мы забыли его, что нам нет до него дела.

– Я сохранил его вещи, – подмигнул ему Джулиан. – Они внизу, в кладовке.

– Отлично. – Кристина хлопнула в ладоши. – Они ему понадобятся. И еще кое-что: сменная одежда, все, что сохранилось с тех пор. Все, что может быть ему знакомо. Фотографии, старые вещи.

– Мы все принесем, – вызвалась Ливви. – Мы с Таем.

Тай обрадовался услышать конкретные указания к действию. Тихонько переговариваясь, они с Ливви спустились вниз.

Проводив их взглядом, Джулиан порывисто вздохнул, и в этом вздохе напряжение смешалось с облегчением.

– Спасибо, что заняла их.

Эмма пожала Кристине руку. Она чувствовала гордость за подругу, ей так и хотелось сказать: «Смотрите, она всегда знает, что делать!»

– Откуда ты знаешь, что делать? – спросила она вслух.

– Это мой конек, помнишь? – подмигнув, ответила Кристина. – Фэйри и последствия Холодного мира. Само собой, Волшебный народ вернул его в обмен на услугу и желает, чтобы он немедленно приступил к исполнению своей части сделки, таково уж их жестокое нутро. Но ему нужно время, чтобы восстановиться, чтобы заново узнать этот мир и собственную жизнь. Они просто швырнули его обратно, как будто для него нет ничего проще, чем снова стать Сумеречным охотником.

Джулиан прислонился к стене. Его полузакрытые глаза пылали темным огнем.

– Они ранили его, – сказал он. – Зачем?

– Чтобы ты сделал то, что сделал, – ответила Эмма. – Чтобы ты вытащил стило.

Джулиан выругался.

– И чтобы я увидел, что они сотворили с ним? Увидел, как он меня ненавидит?

– Он ненавидит не тебя, – возразила Кристина. – Он ненавидит самого себя. Он ненавидит свою сущность нефилима, потому что его этому научили. Ненависть за ненависть. Фэйри – древний народ, и таково их представление о справедливости.

– Как Марк? – Диана появилась на верхней площадке лестницы и подошла к ним. Подол ее юбки шуршал у самого пола. – С ним кто-нибудь есть?

Джулиан объяснил, что произошло, и Диана молча его выслушала, застегивая на поясе оружейный ремень. Она надела ботинки, собрала волосы. У нее на плече висела большая кожаная сумка.

– Надеюсь, он сумеет отдохнуть, – сказала Диана, когда Джулиан закончил. – Кьеран сказал, что дорога заняла у них два дня. Они все ехали по стране фэйри, без сна, без отдыха. Должно быть, он просто валится с ног.

– Кьеран? – удивилась Эмма. – Так непривычно называть эльфов по именам. Он ведь эльф?

Диана кивнула.

– Кьеран – принц фэйри. Он сам этого не сказал, но это вполне очевидно. Иарлаф принадлежит Неблагому Двору, он не принц, скорее один из сановников. Это заметно.

Джулиан взглянул на дверь комнаты брата.

– Я должен вернуться…

– Нет, – перебила его Диана. – Вы с Эммой сейчас отправитесь к Малкольму Фейду. – Она порылась в сумке и вытащила документы, переданные ей Кьераном. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это всего два пергаментных листа, тонких, как луковая кожица. Чернила, казалось, пропитали их насквозь. – Отнесите ему эти бумаги. Посмотрим, что он сможет с ними сделать.

– Сейчас? – переспросила Эмма. – Но…

– Сейчас же, – отрезала Диана. – Волшебный народ дал вам – точнее, нам – три недели на раскрытие убийств. Марк будет с нами три недели. Потом они заберут его назад.

– Три недели? – эхом отозвался Джулиан. – Но этого и близко не достаточно!

– Я могу пойти с ними, – предложила Кристина.

– Нет, Кристина, ты нужна мне здесь, – сказала Диана. – Кто-то должен присмотреть за Марком, а дети с этим не справятся. А я не могу. Мне нужно идти.

– Куда? – спросила Эмма.

Но Диана лишь покачала головой. Неожиданно возникшая вокруг нее стена была весьма знакомой. Эмма уже не раз на нее налетала.

– Это важно, – только и ответила Диана. – Доверься мне, Эмма.

– Я всегда вам доверяю, – пробормотала Эмма себе под нос.

Джулиан промолчал. Эмма подозревала, что скрытность Дианы тоже его тревожит, но он никогда этого не показывал.

– Но это все меняет, – сказала Эмма, постаравшись подавить так и рвавшиеся наружу эмоции – облегчение и радость, даже триумф, чувствовать который было никак нельзя. – Из-за Марка. Из-за Марка вы готовы позволить нам выяснить, кто за этим стоит.

– Да. – В первый раз с момента своего появления в коридоре Диана посмотрела Эмме прямо в глаза. – Должно быть, ты рада. Ты получила именно то, что хотела. У нас теперь не осталось выбора. Нам придется расследовать эти убийства и делать это втайне от Конклава.

– Но это не я подстроила, – запротестовала Эмма.

– Когда у тебя нет выбора, Эмма, это всегда плохо, – сказала Диана. – Когда-нибудь ты это поймешь. Я только надеюсь, что еще не слишком поздно. Возможно, ты считаешь, что все складывается как нельзя лучше, но уверяю тебя, это не так. – Она отвернулась от Эммы и посмотрела на Джулиана. – Джулиан, как тебе прекрасно известно, это расследование незаконно. Холодный мир запрещает взаимодействие с Волшебным народом и уж точно запрещает работу на фэйри, какими бы ни были обстоятельства. Нам лучше выяснить все как можно быстрее и как можно осторожнее, чтобы у Конклава не возникло возможности узнать, чем мы занимаемся.

– А когда мы закончим? – спросил Джулиан. – Когда Марк вернется? Как мы это объясним?

В глазах у Дианы что-то промелькнуло.

– Об этом мы подумаем, когда настанет время.

– Значит, мы пытаемся обогнать оба Двора и Конклав, – заключил Джулиан. – Прекрасно. Может, нам еще кого-нибудь разозлить? Спиральный Лабиринт? Схоломант? Интерпол?

– Пока что никто на нас не злится, – заметила Диана. – Давайте все так и оставим. – Она протянула бумаги Эмме. – Просто для ясности: мы не можем взаимодействовать с Волшебным народом и не можем приютить у себя Марка, не сообщив об этом, но другого выбора у нас нет, поэтому вывод один – за пределами этих стен никто ни о чем знать не должен. Я отказываюсь открыто лгать Конклаву и надеюсь, что мы успеем все закончить, прежде чем они начнут задавать вопросы. – Она серьезно посмотрела по очереди на каждого из ребят. – Нам нужно работать вместе. Эмма, больше никаких споров со мной. Кристина, если ты захочешь перевестись в другой Институт, мы поймем. Мы просто попросим тебя оставить это между нами.

– Нет! – воскликнула Эмма.

Но Кристина уже качала головой.

– Я не буду просить о переводе, – сказала она. – Я сохраню ваш секрет. Теперь это и мой секрет.

– Хорошо, – кивнула Диана. – Что касается секретов, не говорите Малкольму, как к нам попали эти бумаги. Не упоминайте о Марке, не упоминайте о посланцах фэйри. Стоит ему хоть о чем-нибудь проговориться, и он будет иметь дело со мной.

– Малкольм – наш друг, – возразил Джулиан. – Мы можем ему доверять.

– Я просто хочу удостовериться, что он не навлечет на себя неприятности, если вдруг кто-то узнает, – объяснила Диана. – При необходимости он должен будет все отрицать. – Она застегнула куртку. – Так, вернусь завтра. Удачи.

– Ну вот, теперь нам предстоит угрожать верховному магу, – пробормотал Джулиан, когда Диана спустилась в холл. – Час от часу не легче. Может, еще совершить налет на резиденцию клана вампиров и дать пощечину самому Ансельму Найтшейду?

– Подумай о последствиях, – предостерегла его Эмма. – Больше никакой пиццы, представляешь?

Джулиан невесело ухмыльнулся.

– Джулс, я могу и одна навестить Малкольма, – предложила Эмма. – А ты останься здесь, дождись, пока Марк…

Она не закончила, потому что точно не знала, чего именно они ждали от Марка.

– Нет, – ответил Джулиан. – Малкольм мне доверяет. Я лучше всех его знаю. Я смогу убедить его сохранить все в секрете. – Он выпрямил спину. – Мы пойдем вместе.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55