Карен Монинг.

В огненном плену



скачать книгу бесплатно

Нужное ему будущее? Я хочу узнать, что планирует Иерихон Бэрронс, хочу быть посвященной в его цели. Но я ни о чем не спрашиваю. Он поделится со мной своими планами, когда будет готов, а еще его ответ уже был довольно распространенным, учитывая характер Иерихона. И завораживающим. Я хочу знать, что это за ключевые элементы.

Когда я была ребенком, папа часто сажал меня на колени, когда стриг траву газонокосилкой. Мне нравились жаркие дни в Джорджии, нравился сильный запах свежескошенной лужайки, цветов магнолии, тяжело покачивавшихся во влажном липком воздухе, нравились ждущие на крыльце графин сладкого чая и два бокала со льдом, увенчанные свежими веточками мяты из нашего сада.

Однажды я «помогала» папе менять шину на газонокосилке, и он рассказал мне о ключевых элементах. Кажется, в тот день я и влюбилась во все штуки, снабженные колесами. Моя любовь родилась в золотой летний час благодаря словам человека, рядом с которым я всегда чувствовала себя и принцессой, и воином одновременно.

Ключевым элементом была чека, не позволяющая колесу свалиться с оси. Эта чека вставлялась в конец оси перпендикулярно и надежно крепила колесо до тех пор, пока ее не вынут вручную. На кончике чеки обычно бывает металлическая петелька, так что вытащить ее очень просто.

В более широком смысле такой чекой является ключевой компонент, удерживающий вместе элементы сложного механизма. Некоторые люди выдвигают теории по поводу того, что, умея определить ключевые элементы социальных, экономических и политических структур, можно уничтожить эти структуры одним ударом, с минимумом вложений и воздействий. И наоборот, если защищать ключевые элементы, пока не достигнешь нужного результата, можно самому определять форму этого результата. Меня ничуть не удивляет, что Бэрронс живет и дышит «Искусством войны»[9]9
  «Искусство войны» – наиболее известный древнекитайский трактат, посвященный военной стратегии и политике. (Примеч. ред.)


[Закрыть]
.

– И я смогу убить Принцев, когда они перестанут таковыми являться? – Я хочу быть в этом уверена.

– В тот же миг, как они перестанут таковыми являться, я сам их убью.

Об очередности этого удовольствия мы можем поспорить позже. Мне только придется убедиться, что в тот момент поблизости не окажется ни одного человека.

– Ты можешь дать Риодану возможность устроить эту встречу. В «Честерсе».

– И пригласить туда вашу призрачную армию?

– Ты можешь поставить на клуб защиту от них.

Бэрронс фыркает.

– Теперь я ваш личный заклинатель. Вы не представляете, насколько сложна эта магия.

Вообще-то очень даже представляю. Бэрронс уже давно не умирал, и его грудь, обе руки до кистей и половина спины покрыты татуировками черно-красных защитных заклятий.

Магия, с которой он имеет дело, опасна. К слову о магии…

– Бэрронс, со дня исчезновения Дэни прошло уже три недели. Неужели ты не можешь придумать никакого заклятия?

– Барьер сюда. Заклятие туда. Как вы справлялись с жизнью до того, как познакомились со мной?

Я пожимаю плечами:

– Это все равно что осознать, что оказалась в «Околдованном»[10]10
  «Околдованный», или «Моя жена меня приворожила» («Bewitched»), – американский комедийный сериал, выходивший на канале АВС с 1964 по 1972 гг.


[Закрыть]
. Только не в смысле брака, – поспешно добавляю я. – Ты понял, что я имею в виду. Зачем гнуть спину и пылесосить, если с помощью нахального дерганья носом можно убрать весь дом?

– Мой нос никогда не дергается, ни нахально, ни как-либо еще. И то было совершенно абсурдной экспозицией[11]11
  Экспозиция – здесь: вступительная часть произведения, содержащая мотивы, которые в нем развиваются. (Примеч. ред.)


[Закрыть]
. Единственной ценой за использование магии является столкновение с человеческой глупостью. Люди постоянно порождают хаос без нарушения алхимических принципов.

– Господи, ты смотрел…

– Не смотрел.

– Да, смотрел…

– Не смотрел.

– Но ты только что сказал…

– Неизбежная поп-культура.

– О, так ты правда смотрел.

Я представляю себе, как этот огромный варвар раскидывается на шелковых простынях, обнаженный, закинув руку за голову, и на огромном плоском экране смотрит допотопную комедию о Даррине и Саманте Стивенсах. Эта идея щекочет меня, даже странно заводит. Это настолько жуткий анахронизм, что мне хочется отыскать старые DVD, вытянуться на постели рядом с Бэрронсом и раствориться в примитивном сериале и еще более примитивных временах, когда единственной ценой магии было усиление человеческой глупости. Хочется смеяться вместе с Бэрронсом, занимаясь чем-то забавным и бездумным. А потом, конечно же, кое-чем мозговыносящим. Я бы с удовольствием скоротала в постели с этим мужчиной несколько дождливых дней.

– Повторение ошибочных утверждений не изменит реальности. И вы знаете, что мы не можем выследить Дэни в реальности Фей. Потому она туда и отправилась.

Отлично, теперь у меня в голове звучит главная тема «Околдованного». А от нее всегда сложно отцепиться.

– Когда Дэни вернется, я хочу, чтобы кое-кто сделал ей татуировку. Сразу же, как только она вернется.

– И это после всего, что вы устроили мне из-за собственной татуировки. К тому же вы забыли, что после падения стен татуировки перестали работать. Не спешите. Мы найдем Дэни. В данный же момент самый важный пункт в нашем плане – это собрание.

Собрание. Я ерзаю, и мое веселье мгновенно исчезает.

– Ты уверен, что мы не можем перенести его в другое место?

– Все произойдет здесь. И вы будете на нем присутствовать.

Бэрронс редко о чем меня просит и многое дает взамен. Я не могу представить себе мир без него и не хочу представлять. Однажды я чуть не уничтожила этот мир, когда поверила, что потеряла Бэрронса навсегда.

– Да, господин, – сердито бормочу я.

Он слабо улыбается.

– Вы ?читесь, мисс Лейн, вы ?читесь.


Катарина МакЛоклин, сменившая Ровену на посту грандмистрисс аббатства, прибывает первой. Спокойный взгляд серых глаз этой изящной брюнетки сканирует меня, как только я открываю дверь, напоминая о том, почему я ее избегаю. Ее талант – эмоциональная телепатия, и я не знаю, как глубоко Катарина может проникнуть. В кошмарах она очищает меня, как жемчужную луковицу, и добирается до сгнившей середины.

Я задерживаю дыхание, пока грандмистрисс не завершает свою инспекцию. Почувствовала ли она злобу «Синсар Дабх»? Вину за мое дневное убийство?

– Как ты, Мак? Давно тебя не видела.

«Тебя не было в аббатстве, ты не защитила нас», – вот какое сообщение, как мне кажется, я читаю в ее глазах, и мне становится стыдно. Но я в последнее время немного параноик, поэтому могу и ошибаться.

Дышать становится чуть легче.

– Хорошо, Кэт. А ты?

– Почему ты не пришла в аббатство в ту ночь, когда мы бились с Королем Белого Инея? Нам бы очень пригодилась твоя поддержка, – говорит она с мягким ирландским акцентом.

Вот он, нож в мое и без того продырявленное сердце. Приятно узнать, что я все-таки не параноик. И позволить Кэт с ее прямотой стать параноиком.

– Мы с Бэрронсом были в Зеркалах. Я только постфактум узнала, чем все закончилось. Мне очень жаль, Кэт.

Ее проницательный взгляд устремляется в мой левый глаз, затем в правый, обратно, а потом Кэт медленно кивает.

– Нам тоже жаль. В ту ночь мы потеряли многих из наших сестер. И не можем позволить себе потерять еще и тебя. К слову о потерях – ты давно видела Дэни? Ее не было в аббатстве с тех пор, как мы победили Короля Белого Инея. Я отправила девочек на поиски, но пока что они не обнаружили следа, и я не видела в последнее время листовок Дэни. Она словно испарилась.

Я и глазом не моргнула.

– Я думала, что она осталась с вами.

– В ту ночь мы поссорились по поводу того, где ей жить. Я предвидела, что Дэни попытается настоять на своем и будет держаться от нас подальше, но чем дольше она отсутствует, тем больше я беспокоюсь. Сейчас опасное время, даже для нее. Ты не против ее поискать? И, если увидишь, передай, что нам ее очень не хватает. Я хочу, чтобы она вернулась домой.

– Конечно. – Я тоже хочу, чтобы Дэни вернулась домой.

– Надеюсь, и ты как-нибудь заскочишь в аббатство, Мак. Проведешь с нами ночь или неделю, если ты не против. Я давно хочу услышать рассказ о том, как тебе удалось принести «Синсар Дабх». – После паузы Кэт добавляет: – Есть еще кое-что, что я хотела бы обсудить, когда у тебя будет время. Насчет Крууса. Поскольку о Принцах Фей ты знаешь больше любого из нас.

– Его клетка цела, верно?

Это еще один из моих повторяющихся кошмаров: Круус выбирается, каким-то образом снова превращает меня в при-йа, и я сбегаю с ним в другой мир, который мы начинаем населять маленькими детенышами-книгами. То есть буквально. У книг есть ручки и ножки, они все время плачут, и им нужно молоко, которого у меня нет. В последнее время сны у меня дурацкие.

– Конечно. – Кэт снова замолкает. – Но у меня есть опасения, которые я хотела бы обсудить с тобой наедине. Если бы ты смогла приехать в аббатство, ты бы сама увидела, что я имею в виду. Эта оттепель… Я думала, что с исчезновением огненного мира, который угрожает нашему дому… О, а потом оказалось, что это не он и ничто никуда не…

Она резко обрывает себя и на несколько секунд теряет самообладание.

Я вижу неожиданную неуверенность Кэт и думаю: «О нет, неужели она тоже?..» Внезапно обретенные сила и власть могут сотворить с тобой странное превращение, особенно если тебе дорог мир вокруг, а нам обеим он дорог. Это словно внезапно получить Murcielago LP 640, с двенадцатицилиндровым движком и норовистым сцеплением, когда ты привык ездить на шестицилиндровом «мерседесе». Вначале ты водишь плохо, резко дергаясь при разгоне и торможении, не доверяешь собственным ногам, иногда, не рассчитав скорость на старте, въезжаешь в зад тем, кто катится впереди, и так, пока не научишься чувствовать автомобиль. Или, как я сегодня, не врежешься в стену, снеся все, что попалось на пути.

– Кэт, что не так в аббатстве? Что происходит?

– Тебе надо просто… – Она смотрит мне за плечо. – Бэрронс.

– Катарина.

Я чувствую за спиной его энергию, сексуальную, электризующую. Каждая клеточка моего тела оживает, когда он рядом. Бэрронс движется мимо нас, на крытое крыльцо магазина, и я вздрагиваю от желания. Моя потребность в сексе, похоже, напрямую связана с эмоциями, которые я подавляю, а сегодня я подавляю огромное их количество. Когда я впервые приехала в Дублин, я говорила, изучала, испытывала все, расплескивая вокруг свои чувства, радужные, как цвета моего гардероба. Теперь я ношу черное и не выказываю почти никаких эмоций.

Пока Бэрронс меня не раздевает. Тогда я взрываюсь. Я становлюсь пламенем и яростно выплескиваю на него все, что чувствую, а он отражает эти чувства в меня, жарким, опасным сирокко, который сглаживает, меняет форму, приносит нас в то благословенное место, которому не нужно ни солнца в небе, ни звезд, ни луны. Там только мы.

Звенит колокольчик, когда Бэрронс открывает дверь, собираясь выйти. Мне нравится этот звук, и всякий раз, когда я его слышу, я представляю, что он поет: «Добро пожаловать в дом Мак».

– Сюда придут Принцы Невидимых.

– И один из Светлых Принцев, достаточно глупый, чтобы объявить себя Королем, – рычит Бэрронс, пока дверь за ним не закрылась.

– Бэрронс действительно может их контролировать? – спрашивает Кэт.

Она заметно нервничает. И я ее не виню. Принцы Невидимых смертоносны. Те двое, что явятся к нам сегодня, в незапамятные времена мчались в Дикой Охоте с двумя своими собратьями и стали широко известны как Всадники Апокалипсиса. Круус – Война. Я подозреваю, что Кристиан становится Смертью, а это значит, что сегодня в моем доме появятся Голод и Мор. Мило.

– Он говорит, что может нейтрализовать их в стенах этого магазина.

Кэт сухо откликается:

– Ты же понимаешь, что его здесь нет, правда?

– Что, прости?

Этот мужчина достаточно реален для меня.

Все шесть футов три дюйма, все две сотни сорок пять фунтов тугих, мощных, надежных и быстрых мускулов.

– Бэрронс… Он как Риодан. Когда я тянусь к кому-то из них своим даром, я ничего не чувствую. Это больше чем отсутствие эмоций, это отсутствие самой сути. Пространство, которое они занимают, бесцветно.

– Возможно, они умеют блокировать твое чутье. Возводят вокруг себя щит. Бэрронс знает барьерные чары как никто.

О’кей, ему придется научить меня этому трюку. Я блокируюсь изо всех сил и все же подозреваю, что, если Кэт решит меня испытать, я окажусь по уши в проблемах.

– Я умею определять наличие барьеров, Мак. Из этой двери только что вышло ничто. Полное отсутствие чего угодно, опознаваемого как жизнь.

– Возможно, их чары находятся за пределами нашего восприятия. – Я очень хочу избежать разговора о том, как Кэт оценивает людей с помощью своего дара. Я боюсь, как бы она не применила его ко мне. – Кэт, я буду рада навестить аббатство. Как насчет следующих выходных?

Я найду какую-нибудь причину не появиться там. Я беру Кэт за руку и осторожно увлекаю ее за собой, вверх по ступеням, к столам, которые Бэрронс составил для совещания.

– Эй, может, ты хочешь чего-нибудь выпить? У меня есть содовая, сладкий чай и вода. Я даже захватила немного молока из последней прогулки в Зеркала.

Я лгу. Бэрронс принес молоко из «Честерса», и я чувствую себя немного виноватой за такое количество льгот. Но не настолько виноватой, чтобы не пить его.

– Молока? А на вкус оно как наше?

– Конечно. Только немного жирнее.

– Я бы выпила стакан! – говорит Кэт, и мы обе смеемся, потому что вещи, которые мы раньше воспринимали как должное, теперь стали роскошью.

Так обычно и бывает, когда мир рассыпается на куски. Пока вещь не исчезнет, трудно оценить, чем тебе посчастливилось обладать.


В «Книгах и сувенирах Бэрронса» проблемы с пространством. Я подозреваю, что частично за это в ответе Зеркало, соединяющее магазин со скрытыми этажами под гаражом, где Бэрронс обустроил свое логово, но сомневаюсь, что только им ограничено воздействие на эту точку долготы и широты. Иногда мне снится древний бог или свернувшийся кольцами демон, дремлющий под фундаментом.

Б?льшую часть дней «КСБ» высотой в четыре этажа, но иногда в пять, а в редких случаях – в семь. Во вторник роспись на потолке была примерно в семидесяти футах над моей головой, сегодня кажется, что до нее четверть мили, она теряется в вышине. Чем сильнее я пытаюсь сосредоточиться на росписи, тем сложнее ее увидеть. Я не понимаю, зачем кому-то рисовать на потолке эту расплывчатую сцену. Я задавала Бэрронсу этот вопрос, но ответа так и не получила. Однажды я отыщу строительные леса, чтобы полежать на спине под росписью и разобрать, что же изображено на этой чертовой штуковине.

В течение первых месяцев в Дублине я оставалась в жилой половине магазина и начала привыкать к тому, что этажи моей временной спальни меняются. Дошло даже до того, что вычисление этажа стало чем-то вроде игры.

Я ожидала, что в этих стенах будет сложно. И знаю, что именно здесь я провела лучшие часы своей жизни.

Я стою рядом с Кэт на балюстраде, с которой открывается вид на магазин – в направлении главного фасада. Главная комната примерно в сотню футов длиной и шестьдесят шириной. Верхние этажи занимают половину магазина, к ним ведет украшенная изящной резьбой двойная лестница, которая напоминает мне о книжном магазине Лелло в Португалии[12]12
  Книжный магазин, признанный самым красивым в мире.


[Закрыть]
. На верхних этажах представлена изумительная подборка антиквариата и сокровищ, накрытых стеклянными колпаками или же подвешенными на стенах. Вот металлический диск с всевидящим ликом Зеленого человека[13]13
  Зеленый человек – мотив в искусстве раннего Средневековья, скульптура, рисунок или иное изображение человекоподобного лица в окружении листьев или как будто сделанного из них. (Примеч. ред.)


[Закрыть]
, а вон сияет древний меч над поблекшим, потрепанным в битвах щитом. Я иногда размышляю, не собрал ли Бэрронс эти «сувениры» на протяжении столетий своей жизни.

Полированные книжные полки занимают стены от пола до потолочного молдинга. За элегантными перилами находятся узкие проходы для доступа к полкам, полированные лестницы скользят на смазанных колесиках от одной секции к другой.

Я смотрю вниз и справа, у отдельно стоящих книжных шкафов вижу журнальную стойку, полностью заполненную последними октябрьскими изданиями. Слева старомодная касса ждет возможности звякнуть серебряным колокольчиком, отмечая продажу, рядом с ней – мой розовый iPod на акустической доске, готовый включить нам «Bad Moon Rising»[14]14
  Песня группы Creedence Clearwater Revival «Восхождение Темной Луны».


[Закрыть]
, «Tubthumping»[15]15
  Песня группы Chumbawamba «Шумиха».


[Закрыть]
или «It’s a Wonderful World»[16]16
  Песня Луи Армстронга «Мир прекрасен».


[Закрыть]
.

Или, возможно, «Good Girl Gone Bad»[17]17
  Песня Рианны «Хорошая девочка стала плохой».


[Закрыть]
.

Когда входят Темные Принцы, окруженные с флангов Бэрронсом и Риоданом, я резко выдыхаю и застываю.

«РАЗОРВИ ИХ УНИЧТОЖЬ НАСАДИ НА КОЛЬЯ!» – ревет у меня внутри «Синсар Дабх».

Я закрываю глаза и вспоминаю один из недавно выученных фокусов: я так старательно занимаю свои мысли чем-то другим, что Книге в них не пробиться.

Когда я была маленькой, папа читал мне стихи. Чем более напевными они были, тем больше мне нравились, и, пожалуй, я уже тогда была с отклонениями, как и он, потому что теплыми летними вечерами папа читал то, что я просила, а мама мыла тарелки, слушала и качала головой, осуждая наш выбор. Я мало понимала смысл, мне просто нравилось, как текут слова. «Кремация Сэма МакГи»[18]18
  Стихотворение Роберта Сервиса.


[Закрыть]
очаровала меня. «Сон во сне» обладал гипнотическим эффектом, «Колокола»[19]19
  Стихотворения Эдгара Аллана По.


[Закрыть]
завораживали. Я была одержима «Пепельной средой» Томаса Элиота, а в седьмом классе на школьном концерте читала «Ворона» наизусть, ненадолго заслужив себе репутацию ботанши, которую пришлось экстренно исправлять кардинально модными мерами. Теперь, вспоминая об этом, я вижу, что выбор был мрачноватым, но в то время горе и жестокость обладали мультяшными пропорциями детства. И мне потребовалось несколько недель, чтобы запомнить так много сложных строф.

«Вспомни, что Принцы сделали с тобой, милая, как они разорвали тебя на клочки и превратили в бездумное животное». Словно я действительно могла позабыть, «Синсар Дабх» бомбардирует меня образами настолько детальными, что у меня мгновенно начинает болеть голова.

Я блокирую их, сосредоточиваясь на том, как папа учил меня делить поэму, чтобы ее было легче запомнить: восемнадцать строф, шесть строк в каждой, в большей части строк по восемь слогов с гипнотической сменой ударных и безударных. Папа называл это хореическим октаметром. Я запомнила, потому что это забавно звучало, папа гордился тем, что я знаю определение, а я готова была на что угодно, чтобы Джек Лейн мной гордился.

 
Как-то в полночь, в час угрюмый, полный тягостною думой,
Над старинными томами я склонялся в полусне…[20]20
  Перевод К. Бальмонта.


[Закрыть]

 

«Сломай их, – требует Книга, – заставь пасть пред тобой на колени, заставь назвать своей Королевой».

 
Грёзам странным отдавался, вдруг неясный звук раздался,
Будто кто-то постучался – постучался в дверь ко мне.
 

Ритм поэмы захватывает меня, как всегда захватывал, и я снова чувствую себя ребенком, цельным, хорошим и любимым.

 
«Это верно, – прошептал я, – гость в полночной тишине,
Гость стучится в дверь ко мне».
 

В отличие от По, мне не приходится открывать дверь. Я могу запереть ее на засов.

Я продолжаю читать поэму, пока не наступает блаженная тишина. И только тогда открываю глаза.

– Что же это? – бормочет рядом со мной Кэт, глядя вниз.

Исчезли дикие, обнаженные, примитивные Принцы с калейдоскопом татуировок, мечущихся по коже, и сумасшедшими радужными глазами.

Они себя окультурили.

И на месте прежних стояли два черноволосых темноглазых мужчины, излучавших силу, похоть и инопланетную магию. Ошейники Королевского Дома Невидимых сияли, словно усыпанный бриллиантами обсидиан. Я знаю, что они ледяные на ощупь, что они вибрируют с гипнотической гортанной какофонией, – и знаю, что ошейники Светлого Дома напевают неповторимую сложную симфонию.

Головы Принцев больше не вертятся в странной манере, они научились человеческим движениям и поведению, копируют их до малейшего нюанса. Черные крылья, которые смыкались вокруг моего обнаженного тела, пока я умирала под ними тысячей смертей, исчезли, скрытые гламором.

– Я думала, они воюют друг с другом, – говорю я.

Кэт отвечает:

– Я думала, что они безумны, ужасны, отвратительны. Мы обе ошибались. Они недавно объединили силы. Я слышала, что Алая Карга заставила их поволноваться.

– Кристиан… – бормочу я, отчаянно пытаясь не думать о том, что он вынужден переживать.

– Тогда он спас нас. Возможно, и весь мир. Дэни медлила, пытаясь решить, к кому броситься, к ши-видящим сестрам или к Королю Белого Инея. Она бы сломалась, окажись на ее совести гибель всего нашего аббатства. Жертва, принесенная Кристианом, избавила ее от этого ужаса. И мы перед ним в неоплатном долгу.

– О том, где Кристиан сейчас, до сих пор ничего не известно?

– Дядюшки его ищут. Все мы в аббатстве желаем помочь в спасении, если они его найдут.

Меня ужасает то, что Кристиан отдал себя Карге, но в то же время и радует, поскольку это означает, что человек, которого я знала, все еще там, несмотря на безумие. Глубоко в душе он все так же заботится о мире вокруг себя. Я сделала мысленную пометку: попросить Бэрронса помочь дядюшкам Кристиана с поисками. Он может надавить на Риодана, чтобы тот отправил одного из Девяти на поиски. Мы не можем допустить, чтобы Кристиан переживал пытки и смерть снова и снова. Мы в долгу перед ним за принесенную им жертву. То, что ему приходится переживать в руках Карги, лишь загонит его еще глубже в безумие Невидимых. Нам нужно спасти его, прежде чем он потеряет остатки своей основополагающей человечности.

Принцы поднимаются по лестницам, совершенно одинаковые, если не считать нескольких дюймов разницы в росте. Я вдруг понимаю, что смотрю прямо на них и не пл?чу кровью. Кошусь на Кэт – проверить, это со мной что-нибудь не так или она тоже может смотреть на них. Да, может. И смотрит – с восхищением.

– Они достаточно напитались, чтобы себя контролировать, – тихо говорю я.

Когда Принцы только прибыли в Дублин, они напоминали животных, взбесившихся от долгого заточения и голода. Они внушали ужас.

– Принцы изучают нас, учатся у нас.

Я понимаю: овцу нужно успокоить перед бойней. От страха мясо становится жестче. Эти двое, худшие из Невидимых, теперь просто образец «плохих парней». Женщины будут сбегаться к ним стаями, как лемминги к краю обрыва.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9